Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Честная борьба: пять шагов




 

В такие моменты здравый смысл куда‑то пропадает, а разрешение конфликта кажется попросту невозможным. Нам известен один приём, который мы сами неоднократно использовали в подобных ситуациях: когда спор доходит до критического момента, один из спорщиков должен чётко и громко произнести: «Перерыв!» (Может быть полезно разработать такой сигнал перерыва, который можно использовать на людях, не привлекая лишнего внимания и никого не смущая.) Этот сигнал на время приостанавливает словесное состязание, оппоненты расходятся по разным углам (образно говоря) до тех пор, пока сиюминутные эмоции не утихнут. После этого перед каждым из оппонентов стоит задача – проанализировать произошедшую ссору. Хотя лучше всего написать это все на бумаге, некоторые экстраверты, например, предпочтут ответить на эти вопросы мысленно:

1. Предмет разногласий: Что является предметом данного конфликта? Составьте список спорных вопросов.

2. Основа: Есть ли у него типологические причины? Можете ли вы определить, какие предпочтения затрагивает спорный вопрос и более объективно их классифицировать?

3. Причина: В какой момент ситуация вышла из‑под контроля? Из‑за чего пришлось сказать: «Перерыв»? Можете ли вы истолковать причины с типологической точки зрения?

4. Решение: Способен ли каждый из оппонентов принять противоположную точку зрения?

5. Соглашение: И наконец, существует ли вероятность договориться полюбовно или найти компромисс в данной проблематичной ситуации?

Рассмотрим пример из жизни: женщина иррационально‑экстравертного типа – домохозяйка, проводящая дни дома с двумя детьми, и её муж, рациональный интроверт. По вечерам, приходя домой с работы, он любит оставаться в одиночестве, чтобы подумать, отдохнуть и восстановить силы. Его жена, после восьми часов, проведённых с маленькими детьми, мечтает о том, чтобы поговорить со взрослым человеком. Но каждый вечер он приходит домой и исчезает в своём кабинете, закрыв дверь, потом выходит из него, чтобы поужинать, но сразу после ужина возвращается обратно к своему одиночеству. Его жене, разумеется, это совсем не нравится: она чувствует себя отвергнутой и с каждым днём расстраивается все сильнее. Когда она спрашивает его, почему он так поступает, он объясняет ей: «Я весь день работал с людьми, и я хочу побыть один». Кроме того, он добавляет: «Я не могу измениться. Я всегда таким был». Через какое‑то время, когда он все‑таки выходит из своего кабинета, она становится ворчливой и придирчивой и обнаруживает, как сильно её стала раздражать любая мелочь в его поведении. Когда количество мелочей наконец зашкаливает, её ярость и обида прорываются наружу, и начинается ссора.

С помощью методики, которую мы описали выше, эти супруги могли бы так проанализировать свои проблемы:

1. Предмет разногласий: Главная проблема состоит в противоречии между его потребностью побыть в одиночестве и её потребностью поговорить со взрослым человеком после рабочего дня.

2. Основа: У этой проблемы есть два очевидных типологических обоснования: конфликт его интроверсии (потребность побыть одному после целого дня среди людей) с её экстраверсией (потребностью поговорить после целого дня в одиночестве), а также его рациональное упрямство («Я не могу измениться. Я всегда таким был»).

3. Причина: Ситуация вышла из‑под контроля, когда из‑за её растущего недовольства мужем мелочи переполнили чашу. Она перестала отличать важное от второстепенного и уже не могла справиться со своим раздражением.

4. Решение: После того, как будет объявлен «перерыв» и проанализирована проблема, обоим супругам станет очевидно, что необходимо считаться с потребностями и обязанностями каждого из них.

5. Соглашение: Он проводит в своём кабинете один час в полном одиночестве, а после этого выходит к жене и детям. (После ужина он может провести в одиночестве ещё немного времени, но не каждый день и только после того, как дети лягут спать.)

Конечно, не каждый конфликт позволяет так легко вычленить причину – и не всегда она бывает одна, – но процесс, по сути своей, всегда одинаков.

Четвёртый этап – «Решение» – является наиважнейшим для разрешения конфликтов. Споры становятся гораздо менее жестокими, как только каждому оппоненту удастся поставить себя на место другого. Это не так уж трудно сделать, а с помощью типоведения – ещё проще, поскольку оно позволяет отделить личные качества от особенностей типа. Когда наши супруги поймут, что их вечерние потребности находятся в прямой зависимости от их интроверсии и экстраверсии, они смогут посмотреть на проблему с более общей точки зрения. Обобщение ситуации часто помогает людям попросить прощения и признать свою вину. А простое извинение может привести к очень быстрому разрешению конфликта.

Вы уже, конечно, понимаете, что человек не сводится к сумме букв, составляющих его тип. В сочетании с другими тремя каждая буква приобретает особый оттенок. Рациональный интроверт в споре ведёт себя не так, как иррациональный интроверт. Этик‑экстраверт ведёт себя в споре не так, как этик‑интроверт, а последний – не так, как логик‑интроверт, и так далее.

 

 

Два простых правила

 

На пути к труднодостижимой цели – умению быстро и легко разрешать любые конфликты – полезно запомнить два простых правила:

1. Пусть этики подумают, а логики почувствуют. Много лет назад мы использовали этот приём в нашем курсе «Воспитание чувствительности»: заставляли спорщиков влезть в шкуру друг друга. Поразительно, с какой скоростью и лёгкостью этот приём разрешает конфликты.

Лучше всего этот приём действует в конфликтах между логиками и этиками. Посудите сами: логики воспринимают мир объективно, а этики – субъективно. Кажется, что им никогда не найти общий язык. Логикам важно понять, что способности объективно анализировать ситуацию не всегда достаточно для разрешения конфликта, а этики должны осознать, что в некоторых случаях объективность – наилучший способ справиться с ситуацией.

Вспомним историю Генри и Ирен, которые не могли договориться о покупке машины. Несомненно, если бы они поменялись ролями, все стало бы гораздо проще. К примеру, Генри мог бы аргументировать точку зрения, что автомобиль должен отражать личные вкусы и ценности его владельца. А Ирен могла бы встать на защиту позиции своего мужа – что вкладывать деньги в покупку автомобиля надо разумно и обдуманно. Каждому потребуется некоторое время, чтобы подготовить «речь», – к тому же за это время они успокоятся. Затем оба они должны сформулировать и доказать свою точку зрения с искренним стремлением к победе в споре. Каждый должен искренне оспаривать точку зрения другого.

Ещё одно полезное упражнение для обоих участников конфликта – как можно больше абстрагироваться, отстраниться от ситуации. (Это проще сделать объективным и беспристрастным логикам.) Пусть логик попробует посмотреть на ситуацию с точки зрения третьей, незаинтересованной стороны. Остался ли какой‑нибудь смысл в приземлённых аргументах логика? С точки зрения незаинтересованного третьего лица, какие слова должны быть сказаны, чтобы разрядить напряжение? Пусть этик также посмотрит на ситуацию со стороны и подумает, что не было сказано из боязни ранить и обидеть другого. – хотя, возможно, сказать это было действительно важно. Неумение произнести такие простые слова, как «я сержусь» или «я расстроен», может сыграть злую шутку в близких отношениях.

2. Не зацикливайтесь на победе. Одна из проблем состоит в том, что у рационалов и иррационалов совершенно разные точки зрения на то, что такое «победа» и «поражение» в конфликте. Рационал, как правило, не только уверен в своей правоте, но и пытается сразу обозначить линию фронта, то есть предмет конфликта. Иррационал же чаще всего сердится по множеству поводов сразу и не может определить, в чем истинная причина. В итоге, когда рационал начинает сосредотачиваться на определённом вопросе, иррационал тоже сосредотачивается – на том факте, что эта «причина» (обозначенная рационалом) не есть истинная причина конфликта (хотя иррационал может по‑прежнему не понимать, в чем же истинная его причина). Чтобы разрешить эту дилемму, рационал должен научиться слушать. Существует один проверенный временем приём, который психологи называют «активным слушанием»: перед тем, как ответить, рационал должен повторить то, что только что сказал иррационал. Таким образом, рационалу приходится действительно слушать все, что ему говорят, а не только первые слова, на основании которых делаются выводы и придумываются ответные реплики. (Дело в том, что для рационалов вся жизнь – сплошное упражнение в додумывании за других: стоит вам сказать первые несколько слов, а рационал уже «знает», что вы скажете дальше.) «Активное слушание» полезно и для иррационалов – оно заставляет их сосредоточиться на одной конкретной мысли и выразить её в сжатой форме, не отвлекаясь на другие темы.

Для проведения подобных упражнений вам необязательно искать людей противоположных типов. В них могут участвовать люди с любыми предпочтениями.

В конечном итоге суть этих упражнений в осознании своих сильных и слабых сторон и осознании особенностей, сильных и слабых сторон другого человека.

Задача типоведения не состоит в том, чтобы избежать конфликта. Напряжение и разногласия – естественная составная часть любых человеческих отношений. Именно они помогают нам расти и сближаться, любить друг друга сильнее и с лёгкостью прощать друг другу возможные прегрешения. Хотите – верьте, хотите – нет, но без борьбы невозможен полный расцвет взаимоотношений. А типоведение учит нас созиданию и любви в конфликтах.

 

 





©2015- 2017 megalektsii.ru Права всех материалов защищены законодательством РФ.