Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Гамлет Максим Жуков Есенин 4 глава




Максим предпочитает пореже менять места работы: ведь, "прыгая с места на место", никогда приличной карьеры не сделаешь. Кроме того, ему сам по себе неприятен процесс поиска новой работы — неприятны конкурсы, собеседования, анкетирование и прочее; неприятно думать, что вместо него предпочтут кого-нибудь другого. Опять же пугает и неизвестность, связанная с неопределенностью условий работы на новом месте, пугает неопределенность взаимоотношений с новым коллективом и новым начальством.

Так же как Максим боится развала отношений на "вверенном ему участке", он боится и развала отношений в семье. Если распадаются добрачные отношения (которые он, кстати говоря, и сам воспринимает не всегда серьезно) — это обидно, это стыдно, это больно, но это еще не беда; настоящая трагедия, когда разваливается семья. В момент разрыва именно Максим старается быть инициатором примирения. А когда воссоединение невозможно (в крайне конфликтных ситуациях), впадает в такое отчаяние, что может пойти на самые исключительные меры.

Обычно предполагая худшую мотивацию в поступках людей, Максим очень не любит, когда кто-то по отношению к нему поступает нечестно, некрасиво, недостойно иди попросту бестактно. Например, даже такой, казалось бы, пустяк: Максиму очень неприятно, когда кто-либо без спроса берет его вещи. (Ему ведь Бог знает, какие мысли в голову придут, пока он эту вещь ищет!) Максимы также не симпатизируют и тем, кто не имеет привычки вовремя возвращать чужую вещь, — такой человек его всегда настораживает. (Кстати сказать, Гамлеты не позволяют себе взять чужую вещь без спроса, разве что только намеренно, в порядке мести. К примеру: Гамлет-ребенок решил "наказать" сестренку и утром, перед выходом в школу спрятал ее пионерский галстук; в результате она опоздала на урок и получила замечание — "наказание", рассчитанное именно на пунктуального и педантичного Максима)

Максимы стараются избегать общества людей, способных на непредсказуемые поступки, экстравагантные выходки, эксцентричные шутки, фамильярность, бестактные розыгрыши, словом, всех тех, кто способен причинять неудобства, создавать дополнительные проблемы, или просто поставить его в глупое и неприличное положение.

Максимы не симпатизируют людям, предпочитающим добиваться успеха легким путем, Максимы не любят пронырливых выскочек. Сами они не верят в легкий успех. Считают, что талант — это в первую очередь труд.

Не любят, когда обсуждают их способности или возможности. Не любят, когда им ставят в пример чужую удачливость. Недолюбливают "везунчиков". Тему успеха и везучести в присутствии Максима вообще лучше не обсуждать, поскольку в этот момент он будет испытывать очень неприятные ощущения и воспринимать все сказанное исключительно как "камешки в свой огород". Успех в понимании Максима может быть только в труде и только заслуженный; все остальное, по его мнению, не более, чем авантюра или фальшивка, которая когда-нибудь обязательно раскроется.

Сфабрикованных фальшивок, подтасованных фактов сами Максимы очень опасаются; боятся быть разоблаченными, и по этой же причине сами боятся обманывать, поскольку сориентированы на подозрительного и проницательного Гамлета.

Поэтому даже в самой неловкой ситуации Максиму гораздо удобнее сослаться на какое-то общепринятое положение, на некую объективную информацию, за достоверность которой будет отвечать кто-нибудь другой, чем соврать и взять на себя всю ответственность за последствия. (Максим предпочитает доверять тем фактам, которые ему предоставляются, но за их достоверность, по его мнению, должен отвечать тот, кто их предоставил. Если подтасовка фактов выгодна его системе и делается с одобрения его начальства, Максим может посчитать это для себя вполне допустимым — главное, что за достоверность фактов отвечает не он.)

Много неприятностей доставляет Максиму его привычка высказываться предельно конкретно, постоянно поясняя свою мысль. Если в официальном докладе ему иногда удается отделаться общими фразами, то в частной беседе он иногда выбалтывает слишком много лишнего. Но, к счастью, у него есть такой дуал, как Гамлет, который один только и способен отучить Максима от этой опасной привычки. Обычно после таких "откровений" Гамлет рисует Максиму самые мрачные перспективы, самые страшные последствия его необдуманных слов. Причем такие предостережения, хотя они и не всегда бывают ему приятны, Максим воспринимает с благодарностью, поскольку понимает, что партнер это делает не из желания просто так напугать его, а именно из опасений за его жизнь, его судьбу, его положение в системе.

Максимы не считают себя доверчивыми людьми и очень удивляются тому, что несмотря на все старания быть дальновидными и предусмотрительными, они из всех возможных вариантов почему-то выбирают самый проигрышный. Почему-то даже при самом тщательном анализе своих и чужих ошибок умудряются "быстрее всех залезть в любой капкан". Иногда именно в "капкане" Максиму видится выход из тупика — такую злую шутку играет с ним его "проблемная" интуиция.

Именно поэтому Максим очень боится быть облапошенным, но часто (особенно в молодости) становится жертвой собственной неосмотрительности. Именно поэтому ему очень важно быть уверенным в верности, честности и преданности своего ближайшего окружения. Максиму очень важно, чтобы рядом с ним был человек, которому бы он мог всецело доверять и на которого мог бы полагаться как на самого себя (а в экстремальных условиях, на которые сориентирована его социальная деятельность, это жизненно необходимо). Поэтому самой природой Максиму предназначен такой партнер в лице его дуала Гамлета.

Именно Гамлет, подсознательно сориентированный на интуитивную слепоту и этическую незащищенность Максима, постоянно проводит своего рода "чистку" как в своем ближайшем окружении, так и в окружении близких и дорогих ему людей. Никаких подозрительных личностей Гамлет в своем ближайшем кругу не потерпит, а если такой появится в окружении его партнера, он будет немедленно разоблачен и изгнан. Достаточно малейшего повода, чтобы Гамлет настоятельно потребовал разрыва отношений с подозрительным субъектом: Гамлет будет интриговать, сплетничать, наушничать, лжесвидетельствовать, грозить, ставить ультиматум, но он сделает все от него зависящее, чтобы опасные для его друзей отношения были порваны незамедлительно и бесповоротно, т. е. непоправимо испорчены. ("Немедленно, вот сейчас же, при мне позвони ему и скажи, что ты не желаешь иметь с ним ничего общего! Иначе с тобой больше никто не будет иметь дело! Выбирай — либо он, либо мы!")

Понятно, что именно с таким партнером Максим чувствует себя всесторонне защищенным: за него в этическом и интуитивном плане все решают, продумывают и просчитывают, а ему остается делать только то, что от него требуется. Только чувствуя такую защиту, Максим может позволить себе расслабиться, стать общительным, открытым и раскрепощенным в своих словах, поступках и отношениях, но, разумеется, его личные, доверительные отношения при этом будут ограничиваться только самым близким кругом, что, собственно, его как интроверта вполне устраивает.

БЛОК СУПЕРИД*5-я позиция*Суггестивная функция* "Этика эмоций"

Очень любит Максим жить эмоционально ярко и насыщенно. Ему нравятся люди с беспокойной и мятежной душой, способные задать яркие эмоциональные ощущения, наполнить жизнь сильными, но приятными переживаниями — без этих ощущений Максим довольно быстро скисает, становится чопорным и скучным Иногда чувствует себя больным, вялым, лишенным тонуса; начинает хандрить, впадает в ипохондрию, мизантропию.

Зато под гамлетовским эмоциональным воздействием Максим чувствует себя великолепно — расцветает как цветок, омытый дождем. Начинает буквально искриться эмоциями.

Общение с дуализированным Максимом может доставить редкое удовольствие — интереснейший собеседник, обаятельный, остроумный, а какой талантливый: и поет, и пародирует, и стихи экспромтом сочиняет —сказка! (Дуализированные представители этого типа уже давно завоевали общие симпатии, став популярнейшими киноактерами, ведущими популярных и развлекательных телепередач, капитанами сильнейших команд КВН.)

Максиму очень важно, чтобы жизнь его была наполнена яркими эмоциональными событиями. Он быстро заряжается общим эмоциональным подъемом, особенно, если это сильные и искренние эмоции. Ему нравится ощущение массового праздника, где он себя чувствует частью общего торжества. Максимам нравятся праздники с яркими зрелищными ритуалами. Они любят пышно оформленные торжественные церемонии: открытие фестивалей, олимпиад, торжества по случаю принятия присяги. (Последнее — особенно священно и трепетно в этой диаде: союз Максима и Гамлета — союз силы и идеологии. Ритуал клятвы, даже для детей в "максимовском-гамле-товском обществе» обставляется очень торжественно, как праздник преданности и верности — качеств, которые и Максим и Гамлет особенно ценят.)

Максим часто испытывает потребность в смене настроений. Возможно поэтому (особенно в отсутствие Гамлета) старается сам задавать эмоциональный тон в своей компании. Иногда, в разгар праздника, у недуализированного Максима может вдруг возникнуть потребность острых грустных ощущений. (Хорошо, если при этом он сам споет или сыграет что-нибудь грустное, а то ведь, достоверный случай, может и поставить гостям пластинку с похоронным маршем Шопена. Похожую выходку можно ожидать и от Гамлета, но Максим это скорее всего сделает неосознанно — просто ему вдруг захотелось взгрустнуть)

Подсознательная потребность в смене настроений, в острых эмоциональных ощущениях, а также постоянная потребность увидеть чувства партнера именно в той форме, в которой он только и способен их разглядеть, делает иногда Максима неосознанным инициатором семейных скандалов (В том случае, разумеется, если он не живет в дуальной паре, где ему обычно не дают скучать.)

Очень важно понимать это его свойство, и, как бы ни был вам дорог внешний мир и покой в семье (а может быть, именно ради него), желательно удовлетворить потребность любимого супруга в острых эмоциональных ощущениях, причем именно теми средствами, которые он сам так очевидно подсказывает, провоцируя на скандал. (Полезно вспомнить, что Максим очень уважает силу — одну из основных ценностей его социотипа. Уважает умение дать отпор его иногда намеренно жестоким или неразумным требованиям, которыми он специально испытывает своего партнера, чтобы проверить его систему взглядов и быть уверенным, что партнер его действительно достоин. Этим, возможно, объясняется задиристость и драчливость Максимов еще в раннем детстве: не только стремлением навязать свою систему отношений, но и своеобразным способом поиска дуала, поскольку тем же недостатком грешат и маленькие Гамлеты)

Искренность выражения чувств — одна из важнейших ценностей этой диады. Поэтому настоящие чувства Максим себе представляет именно в гамлетовской интерпретации. Настоящие чувства, по мнению членов этой диады, должны пройти испытание болью и страданием, что еще больше их облагораживает, делает сильными, по-настоящему красивыми и жизнестойкими. (Причем таким испытаниям должны подвергаться не одна только любовь, но и дружба, и верность долгу, и патриотизм)

Максима с его чуткой и критичной наблюдательностью убеждают именно гамлетовские эмоции — искренние, тонкие Их трогательность, их грусть очень его располагают, дают пищу его интеллекту; через них он получает наиболее точную этическую ориентацию. ("Меня сразу же поразили ее глаза, я искал девушку именно с такими глазами..." — Глеб Панфилов об Инне Чуриковой)

Никакой другой партнер, кроме Гамлета, не способен убедить Максима в искренности и глубине своих переживаний Гамлет — единственный, кому Максим доверяет полностью.

БЛОК СУПЕРИД*6-я позиция*Активационная функция* "Интуиция времени"

Максима, как и всех рациональных сенсориков, отличает перенасыщенность делами текущего момента времени Словосочетание "текущий момент" — само по себе уже максимовский термин. Максим постоянно наблюдает и анализирует "текущий момент" (вычерчивает графики, составляет доклады, проводит совещания о положении дел "на текущий момент").

Сверхзначимость "текущего момента" держит его в постоянном напряжении, в постоянной готовности отдать все свои силы во имя важности "текущего момента".

Создается впечатление, что в жизни Максима нет никаких других временных категорий, кроме " текущего момента" — и это на самом деле так. Формально у него есть еще абстрактное понятие далекого "светлого будущего", в которое, если он находится в рамках системы, он смотрит относительно уверенно, но о котором, на самом деле, думает не больше, чем о загробной жизни. Есть недалекое прошлое, которое еще совсем недавно было "текущим моментом" и от сегодняшнего "текущего момента" оно отличается только статистическими показателями. И есть еще понятие далекого прошлого, о котором он знает понаслышке и даже готов этому верить, но сам судить не может, потому что это понятие означает все, что было до его рождения; а с момента рождения для него опять же есть только "текущий момент".

Время Максима принадлежит его работе в системе, поэтому его временные категории напрямую связаны с "временными показателями" этой системы. Его собственные временные ориентиры подменяются ориентирами системы, в которой он работает: конец квартала — начало квартала, время летних отпусков, начало смены, рабочее время...

"Время рабочего дня" принадлежит не ему, а его делам и обязанностям; он считает, что рабочий день всегда есть чем заполнить, и не позволит ни себе, ни подчиненным уйти с работы раньше назначенного часа (мало ли, вдруг чьи-либо услуги еще понадобятся). Максим умеет и любит устраивать проверки своим подчиненным: когда они заступили на работу, когда ушли. Если его работники слишком быстро выполняют норму, он может организовать комиссию для проверки, сделать хронометраж, изменить план, снизить расценки.

Будучи хронически неспособным к ожиданию в рамках своей частной жизни, в рамках рабочего времени Максим готов ждать столько, сколько потребуется: ему некуда спешить, он уже на работе.

Временные отношения Максима в рамках системы определяются его положением в ней. Он не будет торопить начальство с принятием решения, но он заставит подчиненных реализовать это решение в "сжатые сроки" (разумеется, требуя высокого качества выполняемой работы, хотя именно оно при этом и пострадает). Максим по-своему игнорирует фактор времени — он его подменяет фактором "энтузиазма трудящихся масс".

Максим и сам подключается к тому ритму, который ему задает производство. Наиболее продуктивно работает именно в сжатые сроки, что делает его незаменимым в авральных ситуациях.

Для Максима важно указание сроков выполнения работы. Если, например, существует инструкция, согласно которой он обязан ответить на запрос в двухнедельный срок, это будет выполнено, но если у него нет контролируемых сроков выполнения, тогда происходит то, что называется "бюрократический беспредел".

Время Максима статично, оно для него не меняется и оно его не изменяет. Как бы ни видоизменялись исторические эпохи, пока в них существуют системы администрирования, Максим будет жить и работать в рамках этих систем. А когда эпоха главенствующих иерархий проходит и Максим выпадает из системы, он живет вне времени: он не видит себя в будущем и тоскует по прошлому. В этом случае он реанимирует остатки развалившихся систем, восстанавливает их структурные связи и работает в рамках этих связей, как бы хрупки они ни были, пока его дуал Гамлет не наполнит их новой, соответствующей духу времени идеей. И вот тогда уже Максим будет с полной отдачей укреплять и совершенствовать эту систему, чтобы не только внедрить ее в общество, но и сделать преобладающей в нем. (Пример: победа коммунистов на выборах в Госдуму и их попытка реанимировать СССР.) Глобальные временные ориентиры Максим видит с "подачи" своего дуала Гамлета.

БЛОК ИД*7-я позиция* Наблюдательная функция* "Деловая логика"

Аспект "деловой логики" Максима можно рассмотреть в двух планах: относительно его положения в общественной системе и относительно его положения вне ее, т.е. в сфере частной инициативы.

Работа в общественной системе для Максима, безусловно, предпочтительнее. И именно в этом направлении он старается приложить максимум усилий, в то время как в условиях частной инициативы ему работать очень трудно: и не только потому, что от природы он наделен слабой интуицией возможностей, но и потому, что частная инициатива противоречит его логической программе, ставит его вне системы вообще. Инициатива вне системы антиобщественна, это — криминальная инициатива (что и происходит, когда Максим выпадает из главенствующей социальной системы. Противопоставляя себя обществу, он автоматически образует "антисистему").

Поэтому в социальном плане деловая активность Максима направлена на совершенствование его замкнутой и статичной системы и заключается в мучительном поиске решения постоянно актуальной проблемы — как сделать эту систему самодостаточной. Ее решение Максим видит в разумном, справедливом и социально оправданном распределении материальных благ по всем уровням системной иерархии. С тем чтобы укреплять те уровни, которые контролируют и руководят распределением, и стимулировать те, которые эти блага производят.

В этом вопросе Максим — виртуоз непревзойденнейший. Чего стоит только один такой трюк, как "искусственное создание товарного дефицита"! Куда ты денешься от системы и как обойдешься без пайка, если "пиво — только для членов профсоюза"?

Максим умеет не только творчески "загнать" в систему, он умеет заставить в ней работать. (Грош цена была бы всей его волевой сенсорике, а заодно и всей его конструктивно-инструктивной логике, если бы он этого не умел!) Все "методы экономического стимулирования" и "материального поощрения", все эти "доски почета" и "окна сатиры", все эти "слеты" и "съезды" со "спецбуфетом" — весь этот праздник трудового энтузиазма, почет "передовикам производства" и "рационализаторам" (кстати, только проблемной интуицией, не способной увидеть дальше "текущего момента", можно объяснить внедрение "рацпредложений", дающих сомнительную сиюминутную выгоду, но оборачивающихся экологическими катастрофами) — все это не более, чем способы максимального использования внутренних резервов в условиях закрытой иерархической социальной системы, методом перераспределения материальных благ.

Спрашивается, а где же внедрение прогрессивных технологий, где поощрение частного предпринимательства? В таковых социальных условиях "деловая логика" попадает в область вытесненных ценностей, представляется, как сфера личных интересов, противопоставленных интересам общества, и потому вредных и опасных для него.

Социальная роль "деловой логики "Максима выражается в разработке и внедрении систем экономического стимулирования и осуществлении контроля за распределением материальных благ.

(К вопросам контроля Максим относится с особым уважением и считает должным и нужным применение методов контроля и к нему самому. Там, где контроль не осуществляется достаточно основательно, Максим склонен перераспределять материальные блага с учетом своих личных, первоочередных интересов, справедливо считая: если начальство так халатно осуществляет контроль, значит, ему эти "блага" не так уж нужны, следовательно, нет большой беды, если оно чего-нибудь из этих благ недополучит. Во всяком случае, имея дело с Максимом, нелишне помнить, что система строгого учета и контроля его никак не обидит.)

В быту представители этого типа довольно практичны, умеют распределять и контролировать семейный бюджет, но не всегда дальновидны — за мелкой, сиюминутной выгодой не видят возможные большие потери в будущем.

БЛОК ИД*8-я позиция*Демонстративная функций* "Сенсорика ощущений"

Произведение, созданное Максимом, всегда наглядно демонстрирует и сильные, и слабые стороны его социотипа. Логически продуманное, высокопрофессионально выполненное, основательно проработанное в деталях, оно еще непременно должно быть ярко идеологически или социально сориентированно. Последнее обстоятельство особенно важно для Максима, которому трудно творить лично для себя, но легко для того, кто заказывает ему эту работу.

Похожее качество, присущее и демонстративной сенсорике Драйзера, объясняется тем, что демонстративная функция активнее работает не столько для самого индивида, сколько для поддержки наиболезнейшей функции его дуала. Максим может безуспешно размышлять над эмблемой собственной визитной карточки, но быстро и легко сделает это для заказчика по заданной ему теме. Максиму легче оформить выставочный павильон или праздничную площадь, поскольку там есть конкретная тема и символы, чем разработать типовой проект жилого дома, где нет ни символики, ни тематики, а есть только заданный параллелепипед, с которым трудно придумать что-либо интересное, — проявление слабой интуиции возможностей. (Архитектура павильонов ВДНХ — типичный образец "максимовского дизайна.")

Эстетика Максима формируется под влиянием сенсорики Дюма, но направлена на "обслуживание" слабой и уязвимой сенсорики Гамлета. От Дюма — ее праздничная изысканность, от Гамлета — идеологическая наполненность и театральная декоративность (достаточно вспомнить декоративные гирлянды из овощей-фруктов, пшеничных колосьев и лент времен "сталинского ампира"); от себя Максим добавляет "эстетику силы и порядка" — строгую симметричность и монументальность форм.

Эстетика Максима — это "социальное явление", это эстетика его системы, его эпохи. Которая, как уже говорилось, имеет способность "законсервироваться" в ожидании своего часа, что проявляется в своеобразном "максимовском "ретро" — стиле, ностальгирующем по эпохам тоталитарных систем. (В этом плане и "германский ампир" 30-х — 40-х годов, и "сталинский ампир" 30-х — 50-х, взявшие за образец военно-тоталитарную эстетику древнеримской империи, — тоже могут рассматриваться, как своеобразный образец "максимовского" ретро".) В наше время "максимовское ретро" проявляется и в моде — спортивно-деловой стиль в духе 30-х, и в популярной музыке — группа "Доктор Ватсон" (стиль 30-х — 50-х) и группа "На-На". Можно предположить возникновение в недалеком будущем "максимовского ретро", тоскующего по специфическому военному стилю "эпохи застоя".

Максим — "художественный оформитель" своей эпохи и своей системы — в этом и заключается социальная роль демонстративной функции его интеллекта.

Жуков (ESTP)

Блок ЭГО*1-я позиция Программная функция* "Волевая сенсорика"

"К сильному прислушиваются далее тогда, когда он говорит шепотом "(Александр Лебедь). Сила, власть, целеустремленность, упорство и настойчивость — основные программные ценности представителен этого типа. Именно поэтому они великолепно оценивают силу и "волевой потенциал" каждого человека. Обращают особое внимание на тех, кто стремится к власти, и стараются никому не уступать "волевую инициативу". Основной ориентир, занимающий внимание Жукова, — силовое соотношение в сложившейся социальной структуре и собственный силовой приоритет. Иными словами, на протяжении всей своей жизни осознанно или подсознательно, независимо от рода занятий и интересов представитель этого типа постоянно задается вопросом: "кто — кого?". Вся "Волевая сенсорика" Жукова рассматривается в аспекте: "Либо я — их, либо они — меня". (" Я был маленький — меня отец "тюкал", теперь я вырос — я его "тюкаю".)

Ощущение своей физической силы, ощущение собственной власти, собственных полномочий имеют для Жукова исключительную значимость. Он уважает власть, уважает силу, уважает любую иерархическую систему, потому что там все держится на "правильной", в его понимании, расстановке сил. Жуков всегда старается найти себе применение в рамках уже существующей, главенствующей системы. Это — первая стадия в любых его начинаниях, это его "программа-минимум", его первая цель. "Волевая" программа Жукова заключается в последовательном достижении реальных, быстро осуществимых целей всеми возможными средствами. ("Цель оправдывает средства".) Конечная цель Жукова — занять в системе иерархий главенствующее место.

Не важно, кем он сейчас является, — лидером оппозиции, начальником отдела или "командиром звездочки": он всегда ощущает себя человеком, наделенным властью и полномочиями. В рамках вверенного ему участка он неуязвим, он — беспрекословный авторитет, он — Бог и царь. Даже работая в отделе рядовым служащим, Жуков, поставивший перед собой "высокие цели", может в кратчайший срок подчинить своему влиянию начальство (иногда это ему выгоднее, чем самому возглавлять отдел).

Организация силовых структур и лидерство в ней — одна из социальных функций представителя этого типа. Внедрение в систему, поиск единомышленников в рамках системы, внедрение в сферу важнейших влияний и важнейших деловых интересов с последующим введением туда "своих людей", деятельность которых он будет контролировать, координировать и которые в нужный момент будут ему подчиняться, — все это не что иное, как создание собственной структуры в рамках уже существующей системы: последовательный и поэтапный захват власти методом "постепенно сжимающегося железного обруча". На цели, не отвечающие конечным задачам, Жуков не разменивается. Более того, он не даст себя сбить с толку. (Например, оппозиционная система его заинтересует только в том случае, если она имеет реальные шансы захватить власть. К диссидентскому движению он примкнет, если увидит для себя реальную и безопасную возможность заработать "политический капитал" или последующую возможность возглавить оппозицию.)

Положение "шестерки" для Жукова абсолютно неприемлемо — этого он больше всего боится и будет стараться всеми силами не допустить. Жуков совершенно не способен кого-либо просить об услуге: он ощущает себя в этот момент униженным Поэтому он старается всегда так построить ситуацию, чтобы заставить других сделать то, что ему нужно (метод "железного обруча" в миниатюре). Совершенно немыслима для Жукова ситуация, когда его "держат за фрайера" — это больше, чем удар по самолюбию, это крах всей его программы. Часто создается впечатление, что он "зациклен" на понятии "уважение —неуважение". Он постоянно и повсеместно требует признания собственного приоритета (что само по себе уже является признаком его внутренней неуверенности в себе). Чем больше он внутренне ощущает себя "шестеркой", тем большего внимания и почтения к себе требует.

Очень боится быть зависимым. Зависимость для него — показатель слабости. Умеет заставить зависеть от себя — считает это показателем силы. (Любит предлагать свои "ценные" услуги, любит быть "нужным" человеком, умеет "припомнить" оказанную услугу и умеет востребовать должок.) Постоянное его стремление захватить большую власть и расширить область своего влияния диктуется не только неудовлетворенными амбициями, но и внутренним требованием застраховать себя от ситуации вынужденного подчинения. ("Либо я — его, либо он — меня".)

Всю свою жизнь он как бы нарабатывает дополнительный "запас прочности". Он не просто "притесняет на пустом месте": он старается захватить побольше "впрок" — на случаи, если его заставят что-либо уступить, ему будет не так обидно — он уступает вроде как чужое, а не свое. Качество, повсеместно проявляющееся у представителей этого типа, — захват административных, материальных и, главное, территориальных преимуществ.

Завоевание пространства для Жукова — задача первостепенной значимости, причем осуществляется им самым естественным и потому не всегда осознаваемым образом. Будет ли это захват лишнего места на коммунальной кухне или лишнего метра на бельевой веревке, Жуков будет глубоко неудовлетворен, если вместо него это сделает кто-то другой. Для представителей этого типа заполнять собой пространство — самое естественное состояние. (Часто, сам того не замечая, Жуков выбирает для себя центральное место в пространстве — может, например, выдвинуть для себя кресло на середину комнаты и, общаясь с теми, кто сидит вдоль стен, очень хорошо себя чувствует — как на троне) Иногда Жуков подготавливает себе "поле деятельности" вполне осознанно. Например, задумав съездить "на разведку" в чужой город или чужую страну, набирает себе "поручения от знакомых своих знакомых", что дает ему возможность нанести визит совершенно чужим людям, расспросить их про житье-бытье, про себя рассказать, нужные знакомства завязать, пожить у кого-нибудь денек-другой, а там глядишь, он уже свой человек, и в следующий раз приезжает сюда как к близким родственникам.

В быту Жуков довольно часто завоевывает пространство с помощью шумов и звуков. Для Жукова-ребенка характерно перекрикиваться с родителями через весь двор — в эту минуту он чувствует, что владеет всем окружающим пространством. Для Жуковых-новоселов (особенно жителей южных стран) очень характерно сразу же по вселении “врубить” музыку на полную громкость, да еще и дверь своей квартиры настежь распахнуть, чтобы у соседей не оставалось иллюзий относительно того, кто здесь хозяин. По той же причине некоторые Жуковы сами очень недолюбливают "музыкальных" соседей: могут по всему дому организовать сбор подписей для того, чтобы их выселить.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...