Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Эксперименты над страной и народом

 

1.

 

Освободившись от конкурентов Хрущев дал волю своим необузданным замыслам, которые боком выходили не только стране, но и народу в целом. Особенно наглядно это было в экономической области, что подрывало темпы роста потенци­ала страны и благосостояния народа. По сравнению со Стали­ным это был «карлик» без стратегического мышления, без не­обходимого уровня интеллектуального развития, без дара по­литического предвидения, без должных организаторских спо­собностей так необходимых для главы государства, с ущерб­ным комплексом собственной неполноценности, который и способствовал созданию необоснованного и беспрецедентного культа личности Хрущева.

Передо мной лежит стенографический отчет материалов Всесоюзного совещания работников промышленности, кото­рое в мае 1955 года проводили ЦК КПСС и Совет Министров СССР, в котором есть и выступление Н.Хрущева. Более неле­пого выступления представить себе нельзя. Вместо сжатого анализа работы промышленности в контексте общего эконо­мического развития страны, ее недостатков и потерь из-за этого в целом по стране, определения главных стратегических ориентиров государства по развитию промышленности на ближнюю и дальнюю перспективу и путей решения узловых проблем, Хрущев более половины своего выступления затра­тил на информирование министров, высших руководящих со­трудников ЦК КПСС и Совмина, курирующих многочислен­ные отрасли народного хозяйства и директоров крупнейших гигантов промышленности Союза - о посевных площадях, об урожайности, о надоях молока, о севе кукурузы и прочих сельскохозяйственных вопросах. О промышленности же он кос­нулся мелких деталей местного значения, причем даже не от­раслевого, а подотраслевого уровня. Если не знать фамилию выступающего, можно было подумать, что выступает дирек­тор какого-то мелкого метизного завода...

Отсутствие необходимых личностных качеств не могло не привести к авантюрным решениям. Побывав в США и осо­бенно в штате Айова, и услышав о результатах развития жи­вотноводства на базе использования кукурузы, как кормового зерна, он стал бездумно навязывать разведение кукурузы в нашей стране наплевав на то, что эта сельскохозяйственная культура выращивается в США в штатах лежащих на широте нашего Кавказа, Туркмении, Узбекистана. Более того. Об этом очень мало известно, но Хрущев еще при Сталине насаждал разведение китайской чумизы (однолетняя травянисто-зерно­вая кормовая культура). Как вспоминал В.Семичастный (ру­ководитель КГБ СССР в период правления Н.Хрущева), после провала с урожаем на Украине, руководители ЦК компартии этой республики, только назначенные Мельников и Коротченко были вызваны в Москву, где Сталин их разругал за то, что на Украине плохо с урожаем и поставками зерна. На что Мельников ответил: «Но мы же миллион гектаров чумизы посея­ли.» Сталин взорвался: «А какой дурак вас заставил? У вас что, своей головы нет?» 19 Хрущев этой откровенности Мельникову потом не простил.

Особо жестко соблюдался главный принцип - не допус­кать даже мыслей о частной собственности. Народ должен быть зависим от инородной власти и народ должен быть ни­щим. По инициативе Хрущева народу начали урезать приуса­дебные участки, были введены дикие налоги на скот и разную мелкую живность (гусей, курей, кроликов и т.д.), на плодоносящие деревья и кустарники. То есть, удар наносился по самому эффективному сегменту сельскохозяйственного производ­ства, частному сектору, который через городские рынки обес­печивал около 50 процентов потребления населения в овощах, фруктах, яйцах, молочных продуктах, в мясе и птице. При Ста­лине была создана широкоразветленная система промкоопе­рации, одних артелей инвалидов было более восьми тысяч. Но Хрущев все предприятия этих артелей, их санатории, дома от­дыха, жилой фонд инвалидов отобрал и передал в исполкомы советской власти и министерства. Более того, он начал отме­нять районные коэффициенты к зарплате для работающих на Крайнем Севере...

По его указанию были ликвидированы МТС (машинно-тракторные станции), которых насчитывалось более 8.700 с парком в 600.000 тракторов и 320.000 зерноуборочных комбайнов. Передача их колхозам распылила государственный производственный фонд, собранный в один кулак, что естест­венно быстро привело к резкому сокращению срока службы сельскохозяйственной техники, распылению квалифициро­ванных кадров, резкому увеличению расхода бензина, кероси­на и горюче-смазочных материалов, повышенному расходу запчастей. Одним авантюрным (только ли авантюрным) ре­шением стране был нанесен колоссальный ущерб, который приведет к снижению производства сельхозпродукции.

Огромные людские и материальные ресурсы были бро­шены Хрущевым на освоение целины казахских степей. Это надо было совсем ума не иметь, либо сознательно наносить вред стране, чтобы распахивать продуваемые ветрами гигант­ские степные пространства, где естественные природные ус­ловия ведут к повышенной эрозии почвы чем в других местах. Если бы затраченные на освоение казахстанских степей ресур­сы были направлены на восстановление и развитие нечерно­земных районов Европейской части и других перспективных районов России (Калининградская область, Поволжье и др.), где имелась мощная инфраструктура и людские ресурсы, то выигрыш составил бы не менее 600 процентов. Более того, распахав целину, страна лишилась огромных пастбищ для скота, что привело к его забою и сокращению в последующее время производства мяса и молочных продуктов.

Авантюризм Хрущева в области сельского хозяйства ес­тественно привел к катастрофическим результатам и затронул все народное хозяйство и социальную сферу в целом. В стране пошли перебои с продуктами питания, а в 1962-1963 годах во­обще разразился кризис. Не стало мясных продуктов, масла, молочных продуктов, даже хлеба. Москва не знала тех страш­ных проблем, которые обрушились на страну и народ. Я был в ту пору студентом Днепропетровского металлургического ин­ститута, в столовой которого гарниром был только - горох. Бе­лый хлеб в булочных вообще отсутствовал. Булки серого цве­та, считавшиеся деликатесом, предназначались только для детских учреждений. Для народа же выпекали хлеб землисто­го цвета, состоящий на 30 процентов из ржи, на 40 процентов из гороха, а 30 процентов составляли добавки - древесные опилки, крахмал, столярный клей, желатин и прочая дрянь. Но даже за таким хлебом надо было часами выстаивать очередь. Сливочное масло заменял суррогат из маргарина и разных до­бавок, но этот суррогат давали по 200 грамм в одни руки и на­до было занимать очередь с 4-5 часов утра, но многие занима­ли очередь с вечера и дежурили всю ночь сменяя друг друга членами семей или соседями. Мучные и крупянные изделия в магазинах отсутствовали напрочь, был только один горох. На­род в очередях открыто проклинал и Москву и Хрущева. Про­фессора института получали оплачиваемый ими паек: 1 кг ри­са, 1 кг пшена, 2 кг гороха и 2 кг серочерных рожек или вер­мишели в месяц на семью из трех человек...

Можно было себе только представить каково было жить и работать людям у металлургических печей и домен, на тяже­лой физически и вредной работе, в шахтах и на химических производствах. Уже в середине 1962 года резко подняли цены на мясомолочные продукты, тогда как при проклинаемом сионистами Сталине цены на продукты питания и товары ши­рокого потребления ежегодно снижались. Резкое ухудшение жизни народа привело и к трагическим последствиям в г. Но­вочеркасске, где взбунтовавшиеся рабочие электровозострои­тельного завода начали гражданское неповиновение и организовали широкомасштабный митинг-протест, который сионокоммунистическая власть расстреляла.

Известно, что командующий Северо-Кавказским военным округом генерал Плиев был против применения армии против народа. Но у иудейской власти в Кремле было другое мнение. Итог: 22 человека было убито и 39 - ранено. После роковых событий, на встрече личного состава Новочеркасского гарнизона и подразделений внутренних войск 5 июня 1962 года с членом Президиума ЦК КПСС (так тогда называлось Полит­бюро ЦК КПСС), секретарем ЦК КПСС Козловым, последний от имени ЦК КПСС и лично Хрущева дал высокую оценку действиям личного состава расстреливавшего наш народ. 20 Этим расстрелом советская, сионокоммунистическая власть еще раз напомнила нашему народу о том, что это оккупацион­ная власть, а народ - ее рабы...

Сильным ударом по экономике была и денежная реформа проведенная Хрущевым в 1961 году. Мало того, что она при­вела к подорожанию продуктов питания и различных товаров, но и резко снизила покупательную способность населения и естественно доходы государства По золотому содержанию сталинский рубль в период с 1950 по 1960 годы стоил 0,25 доллара США. То есть, один доллар стоил 4 рубля. Реформа носила деноминационный характер из расчета за 10 старых рублей давали один новый, который теперь должен был сто­ить 2,5 доллара, а его, по золотому содержанию приравняли к 1,1 доллара то есть обесценили в 2,25 раза искусственно со­кратив таким образом внешнеэкономические возможности страны на эту величину. И все это было сделано накануне авантюрных экспериментов в сельском хозяйстве, которые нанесут по экономике страны еще более мощный удар.

Надо не забывать, что Сталин оставил стране колоссальный золотой запас (от 6.000 до 12.000 тонн золота по разным оценкам, в том числе и зарубежным). В то послевоенное время это был один из мощнейших (после военной мощи) факторов могущества государства. Сиономасонские круги Запада стави­ли вполне реальную задачу перед пятой колонной и Сионполитбюро - снивелировать этот мощный фактор экономической независимости, распылить его затратным путем по тупиковым направлениям в русле политико-экономических авантюр. И вот уже после провалов «гениального агрария» всех времен в области сельского хозяйства мы начали закупать (на в 2,25 раза сознательно обесцененный рубль) зерно за границей. Мы на­чали не только транжирить золотой запас накопленный потом и кровью нашего народа во имя своей будущей безопасности и независимости, но стали зависимы от Запада.А что значил золотой запас в экономике и политике того времени можно охарактеризовать на одном примере. Франция периода правления генерала Де Голля имела самый высокий вес в Западной Европе. И не потому, что она была сильна экономически или в военном отношении, а потому, что обладала на тот период самым большим золотым запасом среди капи­талистических стран Европы.

 

2.

 

Особо необходимо сказать о воровстве в высших эшело­нах, которое расцвело при Хрущеве. При Сталине в этом воп­росе был железный заслон и тем не менее утечки были, но но­сили очень редкий характер. До 1954 года секретари обкомов, горкомов, райкомов партии и председатели разного уровня исполкомов, в экономической деятельности контролировались на местах аппаратом уполномоченных Госплана СССР, назна­чаемых Постановлениями Совета Министров СССР (как пра­вило за подписью Сталина). А за политической и социальной деятельностью контроль осуществлялся аппаратом МВД СССР, областные и районные сотрудники которого так же, как и уполномоченные Госплана СССР, состояли на самостоя­тельном партийном учете, и были по существу, независимы от руководителей обкомов и райкомов КПСС. 21 При такой сис­теме много не наворуешь. Сталин знал, что надо делать, чтобы держать сионокоммунистическое ворье в узде.

Однако Хрущев, чтобы заручиться поддержкой секрета­рей обкомов, составлявших тогда более половины членов ЦК, пообещал упразднить введенный Сталиным контроль за ними со стороны государства, что естественно снимало с них оковы личной ответственности и вело к возобновлению коррупции этими властьпредержащими удельными князьками, из кото­рых вылупится впоследствии брежневское поголовье разру­шителей и растлителей страны 80-90-х годов: Горбачев, Ельцин, Кравчук, Шушкевич, Назарбаев, Шеварнадзе, Алиев и пр.

После принятия Хрущевым такого решения сначала «лед тронулся» в кавказском и среднеазиатском регионах, где для этой цели были задействованы клановые связи тайно сохранявшиеся еще со средневековья, которые в совокупности стали размывать всю систему народного хозяйства как на городском уровне, так и во властных структурах министерств, ведомств, предприятий, в исполкомах областных, городских и районных Советов, в колхозах и совхозах, в системе судопро­изводства, образования, науки и т.д.

Для этого Хрущев изъял из Конституции 131 статью, ко­торая гласила: «Каждый гражданин СССР обязан беречь и укреплять общественную социалистическую собственность, как священную и неприкосновенную основу советского строя, как источник зажиточной и культурной жизни всех трудящихся. Лица покушающиеся на общественную социалистическую собственность являются врагами народа.»

А дальше все было делом веками отработанной ИМИ техники масштабного грабежа. А между тем, с провалом сво­их сельскохозяйственных и экономических авантюр, Хрущев интуитивно чувствовал, что в фундаменте его властного Крем­левского бастиона появилась огромная трещина. Недалеко бы­ло и власть потерять. Соперники в Кремле, как голодные вол­ки щелкали зубами предвкушая скорую схватку. Они уже вхо­дили во вкус валютно-финансовых гешефтов, особенно в так называемых странах третьего мира, где создавались комму­нистические и социалистические партии ориентированные на строительство мифического коммунизма. Для подпитки их кровообращения Хрущев из казны государства, имевшего еще миллион нерешенных социальных проблем своего народа фи­нансировал скопище сиономасонских интернационалистов-космополитов. Для сионокоммунистической номенклатуры СССР это было своего рода Эльдорадо, от которого всегда можно было урвать жирные куски, будь то поставки нефти или военной техники, долларовые вливания или расплата дра­гоценными металлами. Особенно усердствовали партийные божки местного розлива. А аппетит, как известно всегда при­ходит во время еды...

Но аппарат КГБ еще работал как часовой механизм и Хрущева заваливали компроматом на его приближенных, по­дельников и противников из СИОНПОЛИТБЮРО, ЦК КПСС, Совета Министров. Чувствуя, что теряет поддержку в Полит­бюро и наблюдая как его соратники, потеряв чувство меры (хотя этого чувства они, как показывает мировая практика, ли­шены полностью) грабят страну, он готовился нанести удар по своим противникам. Однажды прочитав очередную сводку КГБ Хрущев не выдержал и разразился трехэтажным матом. По документам представленным КГБ выходило, что валютная выручка от нефтяного экспорта за два года бесследно пропала. Вскоре выяснили, что деньги положены на текущие счета че­рез подставных лиц в западные банки. Однако все следы вели в Кремль к его ближайшим соратникам по партии.

Пошла волна арестов среди крайних лиц, в основном пешек в большой игре, начальников главков и их заместителей, управляющих трестами, руководителей среднего звена министерств и ведомств. Но это все были «стрелочники». Ловкие дирижеры умело направляли показания арестованных в нуж­ное направление. Но Хрущев решил свой шанс не упускать, добраться до главных контрагентов в этой гигантской афере-преступлении. Он быстро провел через Верховный Совет за­кон о смертной казни за хищения и получение взяток в особо крупных размерах. Это быстро развязало языки арестованным и они дали новые показания, которые Привели к самоубийству (а может и убийству с целью сокрытия следов ведущих к выс­шей сионопартократии) первых секретарей Рязанского, Кеме­ровского и Ростовского обкомов партии. Работники прокуратуры вытряхивали из личных сейфов, замурованных в стены особняков, пачки долларов, золотые слитки, россыпи алмазов, чековые книжки крупнейших банков мира, иностранные пас­порта. В черные списки Хрущева на репрессии попадают его ближайшие коллеги: Брежнев, Подгорный, Шелест, Киричен­ко и многие другие. 23 Это был шанс расправиться с конкурен­тами на его место. Но не все было так просто...

У Хрущева уже мелькала шальная мысль, что пришла и Сталину в последние месяцы его жизни, - не уничтожить ли собственное Политбюро? Но начав против них антикоррупционную кампанию Хрущев сам подписал себе приговор, ибо сионокоммунистическая партийная номенклатура уже вошла во вкус шелеста вожделенных долларов, легкости фантастиче­ского обогащения, своей полной безнаказанности. Она уже считала всю общенародную государственную собственность своей собственной. Им было глубоко плевать на проблемы народа, на провал сельскохозяйственных реформ, на разруше­ние экономики, на развал армии и флота путем бездумного и обвального их сокращения и разоружения. Народ для них все­гда был быдлом, рабами, которые обязаны обеспечивать им роскошную жизнь. Нет не народ их заботил. Они не могли простить Хрущеву одного - что он покусился на самую глав­ную ИХ ПРИВИЛЕГИЮ - ПРИВИЛЕГИЮ ГРАБИТЬ НАРОД И НАЦИОНАЛЬНОЕ ДОСТОЯНИЕ СТРАНЫ. Поэтому, в результате тихого «дворцового переворота» 14 октября 1964 года, они отстранили его от власти.

Период Хрущевского правления ознаменовал собой на­чало периода реставрации сионистского закабаления страны...

Хрущевская раковая оттепель открыла шлюзы русофобии, от­кровенной сионистской пропаганды, восхваления Запада и его «ценностей». В страну хлынул грязный и мутный поток запад­ной псевдокультуры восхваляющей все что связано с мировым еврейством. Народу начали прививать культ «золотого тель­ца», вытравливая из сознания людей мощнейший жизненный постулат нашего народа - «не в деньгах счастье», чтобы осла­бить моральные устои и развить человеческие пороки, воздей­ствуя на которые сионисты покоряют народы.

 





©2015- 2017 megalektsii.ru Права всех материалов защищены законодательством РФ.