Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Слёзы тарсаха - месяца гроз 8 глава




Упоминание о Мифрил Халле, задело любопытство Джарлакса, хотя он не совсем понимал, о чём говорит Киммуриэль.

- Через них? - спросил он тихо.

- Мои переносчики в Луруаре заражают всех, с кем они контактируют: от орка передаётся к дворфу, от дворфа к дворфу, от орка к человеку.

- Заражают? О чём ты говоришь?

- Сними свою повязку. Я не попрошу снова, и если ты примешь решение упустить эту возможность, то знай, что ты разорвал узы доверия между нами — те узы, что держат нас в гармонии как co-лидеров Бреган Д’эрт.

Джарлаксу потребовалось много ударов сердца, чтобы осознать, что ему только что угрожали, но затем, прокрутив это требование и отделив его от своей инстинктивной реакции, он понял, что нет, Киммуриэль не угрожал. Киммуриэль только предупредил и предупредил честно.

Джарлакс снял свою повязку.

- Не сопротивляйся моему вторжению, - попросил Киммуриэль. - Я присоединюсь к твоему сознанию и возьму тебя… чтобы видеть.

Прежде чем Джарлакс мог даже попросить разъяснение, он почувствовал вторжение Киммуриэля Облодра в свой разум. Рефлекторно он сопротивлялся — никакое рациональное, разумное существо не будет когда-либо сдавать идентичность таким способом, и защита основывалась исключительно на инстинкте; действительно, само понятие выживания восстало против такого вторжения. Но Джарлакс не был жертвой. Он был стар, умудрён веками, и иссыхал от жажды новых впечатлений и желания знать всё.

Он стал сопротивляться, отчаянно, но не против Киммуриэля. Нет, он сопротивлялся против своего собственного естественного отвращения. Он впустил Киммуриэля.

Почти немедленно Джарлакс понял, о чём говорил псионик, ссылаясь на переносчиков, и поверил утверждению Киммуриэля, что он знал обо всём происходящем в Серебряных Пределах, ведь почти мгновенно, Джарлакс увидел глазами и услышал ушами юноши, на самом деле ещё мальчика, вынужденного нести стражу на южной стене Сандабара. Он понял, что это был Сандабар, поскольку он «знал» то, что знал мальчик – сразу же!

Большой город был осаждён и разбит. Орки нападали каждый день. Стены дрожали под бомбардировкой, каждый день, весь день. Поля недалеко от города лежали чёрные от тел и отвратительных птиц, госпитали города переполняли пациенты, и умирающие мужчины и женщины рядами лежали у их дверей, ожидая своей очереди у жрецов — надеясь получить хоть какое-то исцеление.

Крики сражения зазвучали снова. Громовой ответ раздался с сотрясающихся стен. Воздух заполнился топотом тысяч ботинок, боевыми возгласами десятков тысяч орков, приказами и криками о помощи из десятков мест вдоль рушащейся стены Сандабара.

Джарлакс чувствовал страх мальчика, очень сильно. И затем он почувствовал любопытный поворот в своих собственных мыслях, когда ребёнок вынул информацию из его сознания, как он вытянул её у мальчика.

Тогда заинтересованный, мальчик начал осознавать, что что-то было очень неправильно!

Все пошло прахом мгновение спустя, когда выше всего этого, воздух сотряс громкий визг.

"О, хорошо, у них есть дракон", - Джарлакс услышал свои собственные слова.

«Два» - услышал он ответ Киммуриэля в своих мыслях.

Джарлакс почти свалился со стула, когда он отлетел от сцены в Сандабаре, чтобы оказаться в пещере дворфов — на мгновение, он подумал что это Мифрил Халл. Но понял, что это не так, когда нашёл воспоминания и чувства своего нового хозяина. Он был в Адбаре, при дворе короля Харнота, в теле дворфа по имени Орезэо Шип, великого воина, тяжело раненного в сражении в Холодной Долине, где пал его король Бромм, брат Харнота.

- Он ушёл снова, - сказал один из дворфов в комнате, и дворфы заговорили с причитанием, что их молодой король Харнот, полный отчаяния из-за потери брата, продолжал выходить из Адбара, ища орков и убивая. Иногда он уходил с отрядом, но чаще, он выходил один.

Многие дворфы присутствующие здесь были серьёзно обеспокоены — сможет ли Адбар пережить утрату обоих королей?

Всё, что Джарлакс чувствовал от Орезэо, однако, было только сожаление — сожаление, что он был всё ещё слишком разбит, чтобы пойти с сердитым молодым Королём Адбара.

Орезэо Спайкс хотел убивать орков и дроу и драконов.

Дворф тихо проклял имя Дома До’Урден.

«Квентль умна», - подумал Джарлакс и почувствовал боль от мысли, что леди Ллос действительно отомстила Дзирту и его богине.

 

 

Джайлс Уормакк почувствовал головокружение и вторжение, хотя он понятия не имел, как это может быть возможным. Это было, словно кто-то ещё присутствовал в его мыслях или что-то такое же странное — но это было далеко вне опыта мальчика, чтобы он мог понять.

Но само вторжение он осознал и остро почувствовал.

Раздался визг и он выпал из задумчивости и чуть совсем не упал, когда увидел сцену перед собой. Он быстро повернулся к сестре, но она не смотрела на него. Широко раскрытыми глазами она смотрела на север.

Выражение её лица – полное крайнего ужаса, заставило Джайлса развернуться.

- Джайлс, беги! - услышал он её крик, но отдаленно, хотя она стояла прямо рядом с ним!

Но это случилось не из-за того, что кто-то был в его голове снова, нет, но от вида перед ним, - вида, который отбросил любые мысли о Каролине в сторону, и приморозил его к месту от ужаса.

Он никогда раньше не видел драконов.

Он мечтал, как в один прекрасный день он увидел бы дракона.

Теперь он видел дракона и осознал, что никогда не хотел его видеть.

Теперь он слышал дракона, и это было ещё хуже, если могло быть ещё хуже.

И затем он увидел дракона лучше, больше и ближе, когда он перелетел через поле к северу от Сандабара и скользнул вдоль северной стены, когтями разрывая мужчин, подкидывая в воздух и бросая на камни так легко, как Джайлс раскидывал подушки на кровати, когда играл с Каролиной. Он видел дракона, и он предчувствовал смерть, ужасную смерть. Они не могли победить этого зверя — никакая армия не могла противостоять великолепию этого дракона. Рогами он мог пронзить дюжину мужчин и держать над головой, и даже это не замедлит его зубастую пасть. Монстр блистал белизной даже в тусклом свете потемневшего неба; его глаза, пылали синевато-белым огнём внутреннего холода; его зубы, длиннее руки Джайлса, блестели от ледяного покрытия, улавливая и отражая с кристальной ясностью скудные отсветы от пожаров о городе. Один взмах больших крыльев, когда он взлетел над городом, почти потушил любой из ближайших пожаров, пригнув пламя вниз, как если бы оно тоже съежилось в страхе, перед богоподобным существом.

- Джайлс, беги! – снова прокричала Каролина, но он не мог осознать слова и не мог повиноваться команде. Как он мог отвернуться от величия этого зрелища? Зачем ему бежать, когда не было никакой надежды?

Всё, что он мог сделать, это только стоять и ждать.

Шпиль высокого здания, разлетелся на осколки, когда дракон проломил его, едва обеспокоенный или замедленный препятствием.

- Джайлс!

Он знал, что погиб. Он не мог двинуться, а дракон приближался… приближался к нему!

Отчаяние украло его силу, страх приковал к месту: он трепетал от великолепия животного, даже зная, что умрёт.

Он почувствовал на себе руки, но едва ли понял.

Потом он полетел, влево и вперёд, со стены и во внутренний двор. Он перевернулся и упал на фургон, свалился и покатился по земле.

Дракон взревел.

Дракон выдохнул.

Джайлс видел, как великое животное пронеслось мимо, и взрыв белизны, извергнувшись из его клыкастой пасти, ударил в землю недалеко от него, мчась к основанию стены и вверх, поскольку дракон взмыл над зубчатой стеной, вылетев в ночь.

И то дыхание холода, смертельного мороза, оставило шрам на земле и на стене, и заключило в лёд несколько мужчин на земле и пару часовых на…

Каролина.

- Каро! - вскричал Джайлс. Он поднялся с земли, игнорируя волны мучительной боли, накатывающей от его подвернутой ноги, и от ребер, сломанных при падении. Спотыкаясь и шатаясь, он поплелся к ближайшей лестнице, и упрямо потянул себя вверх, взывая к своей сестре с каждым движением. В проходе он споткнулся и упал, а потом пополз, и его руки пронзила острая боль как от ожога, когда он коснулся льда.

Настолько холодного.

Он опустился, потрясённый при виде своей сестры, которая полулежала полустояла, прислонившись к парапету.

- Каролина! – заплакал он, и попытался коснуться её, но не мог почувствовать её через кокон льда от дыхания великого дракона. Он царапал его и бил, но она не двигалась, застывшая.

Потом он почувствовал воду, поскольку летнее тепло уже начало плавить лёд. Сразу стало скользко, и Джайлс почти соскользнул со стены ещё раз.

- Сюда, мальчик! - Человек, которого он не знал, схватил его за воротник и вытянул на более безопасную поверхность.

- Моя сестра, - всхлипнул он.

- Она ушла, мальчик, - сказал человек, грубо дергая его в сторону. - Она ушла.

Джайлс не смог ни плакать, ни возражать, ни отрицать — не было ничего, что забрало бы его из этого ужасного момента, ничего, что отменило бы это ужасное зрелище. Он задохнулся от комка в горле и не смог произнести разборчивого звука; он смотрел на неё — она, казалось, мирно спала — под коконом драконьего льда, и он знал.

Он знал.

Как и многие в осаждённом Сандабаре, Джайлс знал, что его жизнь никогда не станет прежней и пропасть в его сердце никогда не заполнится. Она спасла его, потому что он был бессилен. Она спасла его, столкнув со стены, и это усилие стоило ей жизни.

- Каролина, - прошептал он, и теперь даже собственный голос казался далёким в его ушах.

 

 

Он был стражем в Тёмной Стреле, крепким воином-орком, стоящим в просторном круглом тронном зале, с большим копьём в руке.

Он видел Военачальника и знал, что это Хартаск.

Убийца короля Бромма из Цитадели Адбар, и тот, кто оборвал линию Обальда.

Смотря налитыми кровью глазами большого орка, Джарлакс понял, что был свидетелем подъёма короля, нового короля.

Нового короля или Военачальника, преданного старым путям.

Джарлакс слушал подшучивание между Хартаском, командирами и шаманами. Орки послали большую силу из лагеря, устроенного в Долине Верхнего Сарбрина, разделив её на три части, которые окружили Мифрил Халл и заперли грязных дворфов в их норах. Сейчас они напали на Сандабар и - Джарлакс видел – на Сильвермун, а другая сила пошла, чтобы сокрушить Несме и вернуться обратно с запада.

- Глупый Король Адбара лишился разума, - заявил орк, стоящий перед Хартаском. - Он выходит всё дальше со своим отрядом, чтобы напасть на любого кто попадётся. Дай мне ловкий и беспощадный отряд, Военачальник, и я принесу тебе голову Харнота!

Джарлакс смотрел, как лидер орков обдумал запрос, но потом медленно и мудро, покачал головой.

- Позвольте Харноту иметь свои маленькие победы в данный момент, - ответил он. - Пошлите достаточно патрулей, сильных патрулей, чтобы он продолжал сражаться, и сделайте те сражения тяжёлыми — возможно, он будет убит, возможно, нет. Это не имеет значения. Если дворфы утолят свою жажду мести и крови небольшими победами, то они останутся в своих пещерах.

Военачальник Хартаск встал и сказал громко для всех в комнате.

- И если Мифрил Халл, Фелбарр и Адбар останутся в своих дырах, то Сандабар падёт.

Толпа взвыла от радости; Джарлакс слышал своё собственное хриплое одобрение, слетающее с губ его хозяина-орка.

- Тогда Сильвермун разрушится под ударами наших боевых машин.

Ликование стало громче.

- И Несме будет раздавлен нашими сапогами. И три армии соединятся, и разрушат Эверланд.

Орки начали скандировать имя Хартаска; воины застучали своими копьями по деревянному полу.

Все, кроме бедняги, населяемого Джарлаксом и Киммуриэлем, он был слишком внутренне взъерошен, чтобы выполнить такое скоординированное движение.

- И дворфы всё ещё будут в своих дырах, когда наши армии вернутся — вернутся в броне Серебряных рыцарей и с мечами Сандабара. Бородатые дураки осознают своё безумие, то, что они должны были выходить на бой, в то время как их союзники ещё дышали. Что останется им, когда большие города людей и эльфов будут уничтожены, а Мерцающий лес сожжён дотла? Ничего, говорю я. Ничего не останется им, как забиться в тоннели и шахты, и мы получим их достаточно скоро. Серебряные Пределы, будут наши. Груумш!

Раздались дикие крики радости, и на сей раз даже орку Джарлакса удалось хлопнуть древком копья по деревянному полу. Казалось, что оргия оркских криков и воплей будет продолжаться в течение многих часов, но как раз в то самое время, когда Джарлакс был готов сбежать из этого тела, произошёл интересный поворот – большая группа хорошо вооружённых воинов вошла в комнату.

«Равель Ксорларрин», - узнал его Джарлакс, и почти непреднамеренно побудил своего хозяина сказать это вслух. Тос’ун Армго и Доум’виль шли рядом с ним.

И тут вошёл Тиаго Бэнр.

Джарлакс усилием воли заставил себя быстро отступить, и открыл глаза в Иллюске, под прибрежным городом Лусканом, сидя напротив Киммуриэля.

- Это блестящее, - похвалил лидер наёмников, и Киммуриэль кивнул ему, принимая комплимент, как если бы это было действительно заслужено. - Сколько из таких хозяев ты имеешь?

- Пять в этой стране, - охотно ответил Киммуриэль. - Это исторические события. Бреган Д’эрт плохо бы работал, если бы мы не знали о каждом повороте в Луруаре.

- Верховная Мать ударила с жестокой эффективностью, - сказал Джарлакс. - Орки… и дракон.

- Два, - напомнил Киммуриэль. - И орда ледяных гигантов, усиляет шеренги орков.

- Она может победить, - заметил Джарлакс, и удивился тому, что это его волновало.

Киммуриэль кивнул.

- На данный момент это кажется вероятным.

- Человеческие королевства найдут союзников.

- Нет ни одного. Война охватила всю землю, поскольку фракции соперничают за власть. Безвластие провоцирует войну, и на эту провокацию ответили на многих землях.

Джарлакс откинулся на спинку стула и поднял руки перед собой, постукивая пальцами, когда попытался обдумать перспективы.

- Там есть несколько дроу, - заметил он.

- Не несколько. Достаточно чтобы присутствовать в каждом сражении и быть при дворе Хартаска. Этот возрождённый Дом До’Урден грозен, как может показаться.

- Там ещё есть…

- Все идут под знаменем Дома До’Урден, - объяснил Киммуриэль. - Все. Даже гордый Баррисон Дель'Армго. Даже дворяне и волшебники Дома Ксорларрин, которые вообще покинули Мензоберранзан

- Почему? – спросил Джарлакс, и сам себя и своего партнёра одновременно.

- Верховная Мать служит леди Ллос, - ответил Киммуриэль. – Паучья Королева сердита.

- Дзирт.

- Она попыталась обольстить его, но проиграла. Она проиграла его Миликки.

- Он - просто смертный дроу. Почему он так волнует её?

Киммуриэль посмотрел на него недоверчиво.

- Она не волнуется, - Джарлакс ответил на свой собственный вопрос. - Она озабочена только своей раненой гордостью. Ей была нужна война, и она нашла её. Ей был нужен её народ, объединенный в это время, так чтобы она смогла вырвать Плетение Магии в собственные владения. Она была бы…

Он сделал паузу и вздохнул.

- Ах, боги, - сказал он. - и мы - их игрушки.

- Джарлакс действительно верит в это? – спросил Киммуриэль, и когда Джарлакс посмотрел на него, то с удивлением увидел, что его прагматически настроенный партнер ухмыляется ему.

- Джарлакс полагает, что они надоедливые кукольники и ничего больше, - ответил лидер наёмников.

Киммуриэль только улыбнулся.

- Я должен отправиться в дорогу, и быстро.

- Мне найти тебе быструю лошадь?

Джарлакс бросил на него кислый взгляд.

- Куда ты хочешь отправиться?

- Где Дзирт?

- Я не знаю, но я бы предположил, что он и его друзья скоро станут впутанными в сражениях Луруара, - ответил Киммуриэль. - Они направлялись в Мифрил Халл, поэтому, мы уверены, что события в том регионе погнали бы их вперёд, если их прошлые действия - какой-либо показатель.

- А другие? Эффрон, дворфа и монах?

- Последние двое направлялись к Морю Упавших Звезд и к Землям Кровавого Камня, первый пытался их догнать — или, по крайней мере, он хотел это.

- Да, да, но где точно? Ты знаешь?

- Конечно. Ты просил Бениаго найти их, и он нашёл.

- Тогда достань мне лошадь достаточно быструю, чтобы догнать их.

Киммуриэль посмотрел на него с любопытством.

- О, доставь меня туда, глупец, - умолял Джарлакс. - Или найди мне волшебника, который сможет.

- Что ты задумал? - спросил Киммуриэль.

Джарлакс серьёзно посмотрел на него, а потом медленно снял свою повязку, приглашая дроу в свои мысли.

- Действительно? - Киммуриэль услышал своё замечание, и в его ровном голосе было больше эмоций, чем обычно.

Прежде чем зашло солнце, в тот же самый день, Джарлакс сидел на голой вершине холма около Торгового Пути, поглядывая на запад, ожидая прибытия тифлинга, дворфы и монаха.

 

 

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ

 

- Но он ещё не вернулся, - запротестовал Вульфгар, усевшись на козлы рядом с Бренором, после того как вся команда собралась.

- Не сейчас, мальчик, - тихо ответил дворф.

Вульфгар откинулся назад и внимательно посмотрел на своего косматого друга. Что Бренор знал? Почему они снимали лагерь, когда Реджис ещё не вернулся с разведки?

- Держи молот наготове, - прошептал Бренор.

- О чем вы шепчетесь? – спросила Жизель Молкомб из задней части фургона. - И где остальные?

Бренор обернулся и впился в неё взглядом.

- Просто закрой свой рот.

Вульфгар посчитал тон дворфа смертельно серьёзным. Он тоже хотел получить ответ на тот второй вопрос, когда посмотрел по сторонам и нигде не увидел Дзирта и Кэтти-бри. Они не вызывали своих коней, в этом он был уверен, и всё же, ни один из них не был в поле зрения.

С тихим смешком, Бренор направил упряжку по неровной дороге, вьющейся среди деревьев. Привязанные к задней части фургона лошадь Жизели и пони Реджиса побрели следом.

Но потом пони, ветеран многих сражений, поднял голову и тревожно фыркнул, и одновременно Бренор натянул поводья и, быстро привязав их, схватил свой топор.

Вульфгар всё понял, когда увидел орков: они выскочили на дорогу перед ними и приготовились к бою. Ещё спрыгнул с ветки с левой стороны от дороги, прямо на возницу фургона.

Но тот возница знал, что так и будет — на самом деле, возница, только начав править фургоном, уже готовился к засаде, о которой знал заранее. И теперь Бренор вскочил и размахнулся, поразив орка на лету своевременным ударом своего мощного топора.

Вульфгар тоже вскочил на ноги, закинув Клык Защитника за плечо. Он рассмотрел трёх орков на тропе впереди достаточно хорошо, чтобы различить того что держал лук, и сделал бросок, как раз когда орк выпустил стрелу.

Стрела пролетела мимо Вульфгара, и когда он попытался увернуться, широкие края острого наконечника, задели внутреннюю часть его левой руки и оставили глубокий порез вдоль груди. Так или иначе, он избежал прямого попадания, того, что могло бы убить его, но и не остался невредимым.

Но, ни одного шанса не было у лучника-орка. Он тщетно попытался остановить вращающийся боевой молот луком и руками, и Клык Защитника пролетел, легко расколов древесину и кость. Орк упал с грудью пробитой боевым молотом.

Вульфгар рванулся вперёд, думая вскочить на запряжённую лошадь, и перепрыгнуть её, чтобы оказаться перед другими двумя орками, прежде чем они могли сообразить, что происходило.

Крик из-за спины заставил его резко остановиться.

Другой враг напал на них - крупный огр, появился со стороны леса и пытался схватить отчаянно уворачивающуюся и прячущуюся Жизель.

Вульфгар перескочил через скамью и прыгнул, врезавшись в плечо огра и отведя назад его руку с тяжёлой дубиной. Варвар схватил её и выкручивал, пока чудовище, трижды превышавшее его по весу, не отступило в сторону от силы столкновения.

Втрое больше его веса, но не втрое сильнее могучего варвара. Вульфгар поставил одну ногу на край фургона, поднялся и повернулся со всей своей силой, затем развернулся, мощно двигаясь вперёд и сгибая огра в сторону.

Монстр начал заваливаться, Вульфгар оттолкнулся от фургона и прыгнул, толкая, и они упали, сцепившись друг с другом.

Они стали сжимать и ломать, выжимать и скручивать. Вульфгар ударил монстра кулаком в лицо, но это мало помогло, поскольку огр попытался укусить его за руку, а затем располосовал его своими грязными ногтями.

Тварь извивалась, пытаясь освободиться, и Вульфгар понял, что если у монстра получится вырваться, то он обрушит свою тяжёлую дубину на его череп.

Он держался. Ради своей жизни, он держался.

 

 

Жизель схватила свой меч и помчалась к Вульфгару, но прежде чем она перебралась через борт фургона, она увидела другие фигуры, много фигур, перемещающихся в тени. Она убрала меч за пояс и подняла вместо него лук, затем рванулась отвязывать свою лошадь, надеясь использовать расстояние и подвижность.

Она только села в седло, когда первая стрела попала в лошадь. Конь от боли поднялся на дыбы, так что Жизель еле удержалась, и поскакал прочь.

Вращающийся небольшой топор, задел её голову, оглушив, - только благодаря удаче оружие задело её тупой стороной!

Однако она чувствовала тепло своей крови, и ей потребовалось много ударов сердца, чтобы прояснилось зрение, и даже потом, мир, словно поплыл, поскольку лошадь взбрыкнула и помчалась.

Шар огня взорвался за деревьями, и бедная лошадь взвилась снова — и, на сей раз, из-за копья, попавшего ей в бок. Теперь она, пошатываясь, развернулась и устремилась назад в сторону лагеря, но потом споткнулась и упала, тяжело сбросив Жизель на землю.

Женщина знала, что должна встать. У неё всё ещё был лук, но не было стрел. Инстинктивно, она схватилась за свой меч, поднимаясь, и облокачиваясь на лук.

Жизель услышала рожок, нестройный и мучительно скрипучий, и приняла его за боевой призыв орков.

Она была уверена что так и есть, поскольку они были повсюду, и три орка выскочили из кустов с копьями наперевес, заставив её отступить. А с другой стороны появился второй огр, огромный, уродливый и держащий булаву, которая напоминала вырванное дерево, с гигантскими шипами, торчащими из неё.

Жизель закричала и в отчаянии оглядевшись, увидела ещё одного врага на ветвях над ней, - гигантскую чёрную пантеру, состоящую из мышц, смертоносных зубов и когтей.

Кошка метнулась к ней, Жизель вскрикнула снова и решила, что обречена.

Но пантера только проскочила прямо над ней и пролетела между орками, приземлившись позади них, и к тому времени, когда она остановилась и развернулась, двое из орков лежали на земле, корчась, один изливал фонтан крови, другой тоже был присмерти, ведь пантера мгновенно вырвала горла у обоих!

Третий орк повернулся, и тут же был убит прыгнувшей кошкой.

- Мой король! - раздался крик в то же время, и Жизель заметила ещё одного воина приближающегося к сражению - самого странно выглядящего дворфа, которого она когда-либо видела, одетого в остроконечную броню с шипами, торчащими от рук, локтей, коленей, пальцев и с одним длинным шипом торчащим из необычного шлема. Он казался сверхъестественным, передвигаясь с легкостью, которая казалась невозможной при его солидном виде, каждый его шаг больше походил на прыжок и каждый прыжок поднимал его настолько же высоко в воздух, насколько округлились глаза Жизель.

Он приближался к ней, большими прыжками и бегом, и подскочил выше неё так высоко, что ей показалось, что он просто промчится мимо.

Она услышала, как застонал огр позади неё и, резко обернувшись, увидела дрыгающего ногами монстра и дворфа, вонзившегося в его грудь. Огр отшатнулся, хватая дворфа, ударяя по нему кулаками, пытаясь использовать свою тяжёлую булаву, чтобы отшвырнуть его подальше.

Но странный дворф двигался с удивительной скоростью и сражался без страха; он выдёрнул кровавый шлемный шип и взобрался по монстру, ударяя кулаками, кусая и пиная, плотно прижимаясь и разрывая своей остроконечной бронёй плоть людоеда — делая всё, что угодно, любое движение, что могло причинить боль.

Жизель не знала, что ей делать и что происходит. Она повернулась обратно к пантере, и увидела, что та разрывает третьего орка. Великолепное животное из семейства кошачьих повернулось в её сторону и зарычало, и кровь отхлынула от её лица, поскольку она испугалась, что станет следующей!

Но кошка отпрыгнула далеко, очень далеко, исчезая из поля зрения в густом кустарнике, и почти сразу же раздались перепуганные крики орков, которые оказались на пути кошки-убийцы.

Наездница Несме схватила свой лук, и побежала к лошади, которая снова поднялась и едва держалась на ногах. Она успокоила животное мягкими словами и обошла вокруг него, морщась, когда увидела раны, зная в своём сердце, что как бы ей не хотелось признавать, но раны от копья и стрелы наверняка окажутся смертельными для верной лошади. Решимость и гнев заменили и вытеснили её страх, и Жизель спокойно потянулась к колчану, висевшему у седла с правого бока лошади. Она вытянула стрелу и оглянулась вокруг, полная решимости заставить заплатить уродливых орков.

 

 

От неожиданного взрыва Вульфгар кувыркнулся вперёд, наклоняя свою голову так, чтобы ударить прямо в лицо обессилевшего огра. Он перекатился по земле и вскочил на ноги, быстро отступив вперёд и в сторону от твари, где затормозил и резко развернулся.

Огр уже начал подниматься, и встав на колени, очень близко замахнулся дубиной.

Но Вульфгар был гораздо быстрее, и Клык Защитника, волшебно вернувшись, оказался в его руке. Огр зашёл сбоку, но Вульфгар пошёл прямо вперёд, в зону его досягаемости, и когда огр уже вставал, вбил свой боевой молот прямо ему в лоб. Мышцы Вульфгара напряглись от зверского удара, а оружие, завибрировало так сильно, как будто он ударил гранит вместо плоти и кости.

Мощное оружие пробило череп, залив огрскими мозгами всё вокруг, и монстр рухнул бесформенной кучей на землю. Спазмы дёргали его конечности, глаза закатились, но он был уже мёртв.

И Вульфгар уже ушёл - рванулся за врагами, когда увидел сражение за деревьями.

Он понял свою ошибку только когда копьё пронзило его левый бок, после того как он миновал ближайшее большое дерево.

С удивительно быстрым рефлексом рука Вульфгара зажала древко, прежде чем орк мог вонзить копьё слишком глубоко. Варвар выпустил Клык Защитника, и схватил копьё второй рукой, опуская вниз левой, а потом дёргая вверх правой, ломая слабое древко.

Он зажал ту часть, что всё ещё держал орк, игнорируя конец, вонзившийся в его бок, и поднял с усилием, отрывая монстра от земли.

Орк был достаточно умен, чтобы отпустить обломок, прежде чем Вульфгар смог отбросить его подальше, но Вульфгар предвидел это движение. Он повернул вправо, шагнул влево, и когда орк приземлился, наискось ударил его обломком копья.

Голова орка мотнулась в сторону, кровь и зубы вылетели из его рта. Ошеломленный, он шатался, но так или иначе сумел удержаться на ногах.

Но Вульфгар, взбешённый раной на своём теле, не останавливался. Взяв копьё широким хватом, он направил его под подбородок орка, зарычал и толкнул вверх, повернув орка и оторвав от земли, когда двинулся вперёд, чтобы пригвоздить его к дереву. С рычанием он продолжил давить, думая раздавить мускулистую шею существа. Но древко копья сломалось снова у горла орка, и поскольку Вульфгар наклонялся вперёд, орк сообразил достаточно, чтобы тоже броситься вперёд, с силой ударив варвара головой.

Вульфгар принял удар и проигнорировал волну головокружения и медно-красного вкуса на губах. Руки его раскинулись в стороны, и вверх, когда орк потянулся к нему.

Расколотые концы древка послужили короткими копьями, и вонзились в уши орка.

Существо задрожало и яростно задергалось, но Вульфгар ревел и держался, ударив его об дерево ещё раз.

Он крутил и нажимал, но это уже не требовалось, поскольку два копья разорвали оркские мозги.

Вульфгар отбросил урода в сторону и нагнулся, чтобы поднять боевой молот. Он поднял руку, чтобы вытереть кровь со сломанного носа, затем закрыл глаза и попытался стряхнуть туман со своих чувств.

- Сюда, мальчик! - услышал он зов Бренора, и повернулся, как вдруг из кустов выскочил ещё один орк, но, не для того чтобы наброситься на него, а сбежать от кровожадного дворфа.

Орк заметил неповоротливого варвара шагом позже, его глаза округлились, а руки вскинулись, но слишком поздно, чтоб защититься от удара Клыка Защитника.

Вульфгар наступил на лицо корчащегося существа и пошёл прочь, чтобы найти своего компаньона-дворфа.

 

 

Дзирт скользил среди деревьев как призрак, словно был скорее эфирный, чем материальный. Лёгкий туман лишь усиливал иллюзию, добавляя размытость к тени которой стал дроу-следопыт. Он приблизился к паре деревьев и направился к ложбине между ними.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...