Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Военные и политические концепции




 

Хотя Хуан Ши‑гун уделяет основное внимание вопросам административного управления, некоторые важнейшие военные концепции, содержащиеся в «Трех стратегиях», также заслуживают внимания: это руководство армией, быстрота, авторитет, единство и равновесие, «твердое и мягкое».

Начиная с периода «Весен и Осеней», главнокомандующему все в большей степени вверялось не только военное руководство, но и полная власть как над воинами и командирами, так и над связанным с ними многочисленным сопровождением, состоящим из гражданских лиц. За некоторыми исключениями, мероприятия, обсуждаемые для использования в гражданской сфере, применимы и в сфере военной. Когда командующий принял мандат, его авторитет не должен вызывать сомнений. Вследствие огромной власти и широты обязанностей, только человек, обладающий большими знаниями, решительностью и разнообразными способностями, мог справиться с порученным делом. Он должен владеть собой, не суетиться и не колебаться. Он должен быть восприимчивым к предложениям и критике, хотя авторитет его должен оставаться беспрекословным. Его власть должна быть несомненной и твердой, а гнев – справедливым и страшным.

Идею «быстроты, а не затягиванья» выдвинул Сунь‑цзы, и в «Трех стратегиях» многократно подчеркивается преимущество скорости и решительности: «Сражение должно быть подобно дующему ветру; атаки должны быть подобны текущей реке». Сомнения, неуверенность в принятых решениях, обращение к духам и прибегание к гаданию или чему‑нибудь еще– все эго может свести на нет готовность армии и замедлить действия так, что спасти ситуацию будет уже невозможно. В древности, как и поныне, авторитет был существенной и часто единственной основой власти и средств управления людьми. «Вэй» – возможно, лучше всего перевести это как «устрашающая сила», – термин, который обычно используется для характеристики облика авторитетной личности. Согласно Конфуцию, «вэй» – это образ справедливого человека, надевающего доспехи, воздействующий на других людей. Это высшая власть полководца или правителя, владеющего всей мощью дрожащей от страха империи.

Практически все легисты и военные мыслители искали пути укрепления устрашающей силы, признавая ее огромную роль в управлении людьми и принуждении врага рассыпаться и бежать с поля боя. Без нее полководец не дееспособен, ибо он обязательно утратит преданность людей.

Вечной основой реальной власти в государстве является безусловный контроль за наградами и наказаниями. Хотя теория и практика строгого, сурового и систематического использования наград и наказаний наиболее связана с легистской школой, каждый военный теоретик признавал их жизненную необходимость. Когда им непоколебимо верят, величие и устрашающая сила полководца установлены: «Армия принимает награды как свою форму, а наказания как свою сущность. Когда награды и наказания ясны, величие полководца установлено».

Второй важнейший элемент устрашающей силы полководца и правителя – искусное использование команд и приказов. Приказы не должны ни бездумно отдаваться, ни отменяться; в противном случае они утратят свою силу и влияние. Устрашающая сила зависит от восприятия и выполнения приказов, а само выполнение опирается на страх, уважение и добровольное подчинение людей. Очевидно, что необходимо всеми силами сохранять такое равновесие, ибо как только появляется трещина. сомнений, крах авторитета неминуем.

Одно из первых положений «Высшей стратегии» представляет собой цитату предположительно из древнего военного сочинения: «Мягкое может управлять твердым, слабое может управлять сильным». Возможно, автор хотел озадачить читателя, ведь приводя эту даосскую парадигму, он как бы отрицает сложившуюся военную истину, согласно которой ключом к победе являются сила и твердость. Признание Лао‑цзы способности мягкого покорять твердое – нашедшее отражение в нескольких главах «Дао‑дэ цзина» – ведет его к убеждению, что необходимо занять пассивное и низкое положение, дабы не стать хрупким или излишне сильным и открытым. Хуан Ши‑гун распространил эти идеи и на военную сферу. Однако он не утверждает исключительной силы только мягкости и слабости, но в равной степени выступает за применение твердого и сильного – каждого в свое время и при определенных условиях. Такое обдуманное использование, по мнению Хуан Ши‑гуна, соответствует Дао Неба и необходимо тому, кто хочет преуспеть в искусстве управления государством.

В другом фрагменте вновь цитируются «Военные речи», чтобы подтвердить идею о необходимости всех четырех: мягкости, твердости, слабости и силы. Метание от одной крайности к другой приведет к нестабильности, и государство погибнет. Поэтому «добродетель», определяемую как мягкость, необходимо практиковать, однако нельзя забывать и о сильной армии и подготовке к справедливой войне. Некоторые комментаторы, например, минский Лю Инь, также указывают на возможность прибегнуть к обману и хитрости – посредством чего можно скрыть мягкость и явить твердость, и наоборот. Однако в «Трех стратегиях» данная тема не развивается, и исследователи, цитирующие соответствующие пассажи в качестве якобы неопровержимого свидетельства того, что сочинение написано членом школы Хуан‑лао (а не стратегом– эклектиком), по‑видимому, выдают желаемое за действительное. Даосская мысль имела давние связи с военной мыслью, уходящие в глубь веков к самому Сунь‑цзы, и потому наличие в тексте «даосских фрагментов» не может само по себе являться убедительным доказательством.

 

 

Перевод

 

Высшая стратегия

 

Метод главнокомандующего заключается в приобретении сердец храбрецов, награждении и выдаче жалования отличившимся, а также воодушевлении войск своей волей. Поэтому, если у него те же предпочтения, что и у войск, нет ничего, чего бы он не достиг. Если у него та же ненависть, что и у войск, нет никого, кого бы он не сверг. Управление государством и обеспечение безопасности семьи– [это вопрос] приобретения людей. Потеря государства и уничтожение семьи– [это вопрос] потери людей. Все люди хотят исполнения своих желаний.

В «Военных речах» сказано: «Мягкое может управлять твердым, слабое может управлять сильным». Мягкое– это добродетель. Твердое– это разбойник. Слабое– это то, чему помогут люди. Сильное – это то, чем возмутятся. У мягкого есть случаи, когда оно устанавливается; у твердого есть случаи, когда оно применяется; у слабого есть случаи, когда оно используется; усильного есть случаи, когда оно прирастает. Сочетай эти четыре вещи и управляй ими соответственно.

Пока ни начало, ни конец не стали очевидными, никто не в состоянии познать их. Небо и Земля одухотворены и просвещены, они изменяют и преобразуют мириады вещей. Изменения и движение полководца не должны быть одними и теми же. Он должен изменяться и преображаться в соответствии с врагом. Он не предшествует делам; когда враг движется, он немедленно движется за ним. Поэтому он может формулировать неистощимые стратегии и методы управления, поддерживать и венчать устрашающую силу Неба, приносить спокойствие и порядок на восемь направлений, собирать и усмирять Девять варваров. Такой стратег– учитель для императора или подлинного правителя.

Поэтому я утверждаю, что каждый жаждет силы, но немногие способны сохранить непостижимое. Если кто‑либо может сохранить непостижимое, он может защитить свою жизнь. Совершенномудрый сохраняет его, чтобы откликаться на малейшее изменение дел. Если он освободит его, оно распространится в пределах четырех морей. Если он соберет его, оно не наполнит и чаши. Он живет в нем, но без жилища. Он охраняет его, но без городских стен. Он прячет его в своей груди, и вражеские государства подчиняются.

В «Военных речах» сказано: «Если кто‑либо может быть мягким и твердым, его государство будет процветать день ото дня! Если кто‑либо может быть слабым и сильным, его государство будет все более и более значительным! Если – только мягким и только слабым, его государство неизбежно придет в упадок! Если – только твердым и только сильным, его государство неизбежно будет уничтожено!»

Дао управления государством заключается в опоре на достойных и на народ. Если доверять достойным, как если бы они были твоим желудком и сердцем, и использовать людей, как если бы они были твоими четырьмя конечностями, все замыслы будут завершены. Если твои действия продолжают друг друга так же естественно, как согласуются друг с другом суставы костей, то это – Дао Неба, естественное. В этом искусстве нет лакун.

Сущность армии и государства лежит в изучении умов людей и выполнении ста обязанностей правления.

Дай мир тем, кто в опасности. Дай счастье тем, кто в страхе. Верни тех, кто восстал. Будь снисходителен к тем, у кого горе. Расследуй [жалобы] тех, кто просит о помиловании. Возвышай низших. Подавляй сильных. Уничтожай врага. Обогащай жадных. Используй тщеславных. Прячь боязливых. Привлекай стратегов. Расследуй клеветников. Упрекай нарушителей. Уничтожай непослушных. Сдерживай страстных. Понижай надменных. Призывай тех, кто изъявил покорность. Даруй жизнь тем, кто подчинился. Освободи сдавшихся.

Если защищаешь стратегическую позицию, защищай ее. Если получаешь опасное ущелье, закрой его. Если берешь трудную местность, установи лагерь [чтобы удерживать ее]. Если охраняешь город, отсеки его [чтобы дать в удел полководцу]. Если захватываешь землю, раздели ее [в награду командирам]. Если захватываешь богатства, распредели их [среди своих войск].

Когда враг двигается, наблюдай за ним; когда приближается, готовься. Если враг силен, будь почтительным [чтобы сделать его самонадеянным]. Если враг хорошо отдохнул, оставь его. Если враг наносит оскорбление, подожди [пока его ци придет в упадок]. Если враг вспыльчивый, успокой его. Если враг восстал, будь к нему справедлив. Если враг искренен, веди его [чтобы он покинул порочного правителя].

Соотносись [с врагом], чтобы начать действовать и подавить его. Опирайся на стратегическую силу [ши], чтобы уничтожить его. Распространяй ложные речи и заставь его ошибиться. Расставь сеть, чтобы поймать его.

Когда добиваешься чего‑то, не удерживай [для себя]. Если занимаешь землю, не воздвигай постоянной обороны. Если захватываешь [город], не [оставайся в нем] долго. Если возводишь [нового правителя], не забирай государственные алтари. Поэтому, когда действуешь, те, кто получает от этого выгоду – это командиры. Как можно узнать, в чем подлинная выгода? Они становятся удельными князьями, сам ты становишься императором. Сделай так, чтобы города готовились защищать себя, а командиры находились на своих местах.

В течение веков правители проявляли почтение к предкам через церемонии, но немногим удавалось общаться с людьми так, как должно с ними общаться. Те, кто почитает своих предков, сохраняют надлежащие семейные связи, а те, кто обращается с людьми так, как должно с ними обращаться, становятся правителями. Обращаться с людьми так, как должно, значит уделять внимание сельскому хозяйству и шелководству и не беспокоить людей во время полевых работ. Это означает установление минимальных налогов и повинностей и нерастрачивание их имущества. Если установишь незначительные трудовые повинности, если не будешь перетруждать людей, тогда государство будет процветать, а семьи будут довольны. Только затем нужно отбирать чиновников, чтобы управлять и наблюдать за ними.

Те, что зовутся «командирами» – это люди характера и доблести. Поэтому сказано: «Привлеки людей характера и доблести, и государство врага будет разорено». Эти доблестные люди – ствол государства. Простой народ– корни государства. Если есть ствол, а корни крепки, дела правления будут совершаться, не вызывая негодования.

Суть использования армии состоит в уважении к нормам благопристойности [ли] и щедрости вознаграждений. Когда следуют нормам благопристойности, можно привлечь мудрых чиновников. Когда вознаграждения щедрые, командиры, исполненные долга, будут легко относиться к смерти. Поэтому, когда, раздавая вознаграждения достойным, не скупятся на расходы, а, награждая способных, не медлят, тогда силы подчиненных будут объединены, а силы врага уменьшатся [ибо способные покинут его].

Путь использования людей состоит в том, чтобы награждать их рангами и щедро даровать им богатства, ибо тогда чиновники придут по своему желанию. Встречай их согласно нормам благопристойности, воодушевляй их справедливостью, и тогда они будут отдавать жизнь [за государство].

Те, кто возглавляет армию, должны делить свои пристрастия и предпочтения с командирами и солдатами и встречать вместе с ними безопасность и угрозу, ибо тогда на врага можно напасть. Тогда армия добьется полной победы, а враг будет полностью уничтожен. В древности, когда выдающиеся полководцы командовали армиями, был случай, когда полководцу поднесли бочонок сладкого вина. Он вылил его в реку и пил вместе с командирами и солдатами из ее вод. Бочонок вина не может придать сладкий вкус водам реки, но командиры трех армий были воодушевлены на сражение и смерть, ибо сладость и вкус вина дошли до каждого[50].

В «Военных речах» сказано: «Пока колодцы для армии не выкопаны полностью, полководец не упоминает о жажде. Пока охрана лагеря не выставлена, полководец не говорит об усталости. Пока кухонные печи армии не зажжены, полководец не говорит о голоде. Зимой он не надевает меховой шубы, летом он не пользуется веером, а в дождь не раскрывает зонт». Это называется должной формой поведения полководца.

Он вместе с ними, когда безопасно, он един с ними при опасности. Поэтому его войска можно смешать, но нельзя разделить. Они могут быть использованы, но не могут устать. Своими благодеяниями он непрерывно собирает их вместе, а его замыслы объединяют их. Поэтому сказано: если постоянно совершать благодеяния, с одним можно взять десять тысяч.

В «Военных речах» сказано: «Основа устрашающей силы полководца – это его команды и приказы. Основа полной победы в битве– это военное управление. Причина, по которой командиры легко относятся к битве, заключается в использовании приказаний». Поэтому полководец никогда не отменяет приказов. Награды и наказания должны быть такими же несомненными, как Небо и Земля, ибо только тогда полководец может использовать людей. Когда командиры и солдаты следуют приказам, армия может пересечь границу.

Тот, кто объединяет армию и держит в руках ее стратегическую мощь [ши], является полководцем. Те, кто осуществляет завоевания и уничтожает врага, называются войском. Поэтому растерянный полководец не может быть использован для сохранения армии, а восставшие войска не могут быть использованы для нападения на врага. Если такой полководец атакует город, его невозможно взять, если такая армия осаждает город, он не падет. Если оба безуспешны, тогда сила командиров будет истощена. Если она истощена, полководец останется один, а войска восстанут. Если они попытаются занять оборону, они не будут в безопасности, если они вступят в битву, они повернутся и побегут. Они называются «старой армией».

Когда войска «старые», устрашающая сила полководца отсутствует. Когда у полководца отсутствует устрашающая сила, командиры и войска презирают наказания, и армия теряет «пятерки». Когда армия теряет «пятерки», командиры и солдаты бегут со своих позиций. Когда они бегут, противник не дремлет. Когда противник не дремлет, армия неизбежно погибнет.

В «Военных речах» сказано: «Образцовый полководец, руководя армией, управляет людьми так, как он хотел бы, чтобы относились к нему.

Он распространяет свою доброту и увеличивает благодеяния, и сила его командиров обновляется с каждым даем. В сражении они подобны поднявшемуся ветру; их атака подобна освобождению перегороженной реки». Поэтому нашу армию можно увидеть, но ей невозможно противостоять, ей можно подчиняться, но ее нельзя покорить. Если лично поведешь своих людей, они станут самыми храбрыми в Поднебесной.

В «Военных речах» сказано: «Армия использует награды в качестве своей формы и наказания в качестве своей сущности». Когда награды и наказания ясны, устрашающая сила полководца осуществлена. Когда приобретены нужные чиновники, командиры и войска покорны. Когда те, кто облечен [ответственностью], являются достойными, вражеские государства будут в ужасе.

В «Военных речах» сказано: «Куда бы ни шли достойные, перед ними нет врагов». Поэтому к командирам нужно относиться почтительно, к ним нельзя относиться надменно. Полководец может быть доволен, но не может быть обеспокоен. Замыслы могут быть различными, но не могут подвергаться сомнению. Когда командиры надменны, их подчиненные не будут покорны. Когда полководец обеспокоен, его подчиненные и войска не будут доверять друг другу. Когда замыслы подвергаются сомнению, враг будет уверен в себе. Если попытаться начать атаку при таких условиях, возникнет беспорядок.

Полководец– это судьба государства. Если он может управлять армией и добиться победы, государство будет в безопасности и покое.

В «Военных речах» сказано: «Полководец способен быть чистым; способен быть тихим; способен быть спокойным; способен быть управляемым; способен воспринимать критику; способен судить в споре; способен привлечь и использовать людей; способен выбрать и принять совет; способен знать обычаи государства; способен нанести на карту горы и реки; способен распознать ущелья и трудности; способен управлять военной властью».

Поэтому сказано, что мудрость гуманных и достойных, мысли и расчеты совершенномудрых и просвещенных, слова носильщиков хвороста в лесу, споры при дворе, дела восхождения и упадка – все это то, о чем обязан знать полководец.

Если полководец может думать о своих командирах, как о своей жажде, его расчетам будут следовать. Если он пренебрегает советами, храбрые уйдут от него. Если расчетам не следуют, стратеги восстанут. Если к добру и злу относятся одинаково, доблестные командиры потеряют терпение. Если полководец опирается только на себя, его подчиненные будут уклоняться от ответственности. Если он хвастается, у его помощников будет мало достижений. Если он верит клевете, он потеряет сердца людей. Если он жаден, предательство не будет иметь препятствий. Если он увлекается женщинами, войска и командиры станут распущенными. Если полководец совершает одну из этих ошибок, войска не будут подчиняться. Если две ошибки, в армии будет беспорядок; если три, подчиненные покинут его; если четыре, несчастье распространится на все государство!

В «Военных речах» сказано: «Для замыслов полководца необходима секретность. Для командиров и войск необходимо единство. Для нападения на врага необходима быстрота». Когда замыслы полководца секретны, попытки предательства рассеиваются. Когда командиры и войска объединены, тогда сердца армии– как одно. Когда нападение на противника быстрое, у него не будет времени подготовиться. Когда у армии есть эти три, ее расчеты сорвать невозможно.

Если о замыслах командования становится известно, армия не может проявить стратегическую мощь [ши]. Если внешние шпионы следят за внутренними делами, несчастье, которое обрушится на армию, невозможно удержать. Если богатство проникает в лагерь, собирается тьма злодеев. Если у полководца есть эти три, армия неизбежно будет разбита.

Если полководец не обдумывает тщательно характера своих действий, стратеги покинут его. Если полководец лишен мужества, командиры и войска будут в страхе. Если полководец опрометчиво ведет армию, она не будет устрашать. Если он обращает свой гнев [на невиновных], вся армия будет испугана. Как сказано в «Военных речах»: «Обдумывание и мужество – это то, что ценит полководец; движение и гнев – это то, что использует полководец». Эти четыре– очевидные правила для полководца.

В «Военных речах» сказано: «Если у армии недостаточно запасов, командиры не придут. Если в армии нет [щедрых] наград, командиры не пойдут в битву [с должным воодушевлением]».

В «Военных речах» сказано: «За вкусной наживкой обязательно будет пойманная рыба. За щедрыми наградами обязательно будут мужественные командиры». Поэтому нормы благопристойности – это то, к чему повернутся командиры, а награды– это то, за что они будут умирать. Если призовешь их тем, что их привлекает, и покажешь то, за что они будут умирать, тогда те, кого ты ищешь, придут. Но если обращаешься с ними уважительно, а после сожалеешь об этом, они не останутся с тобой. Если награждаешь их, а после сожалеешь об этом, тогда командиры не будут подчиняться твоим командам. Если неустанно используешь благопристойность и награды, командиры будут соревноваться друг с другом за право умереть.

В «Военных речах» сказано: «Государство, собирающееся собрать армию, в первую очередь делает благодеяния обильными. Государство, собирающееся напасть и захватить другое, в первую очередь заботится о народе». Покорение многих с помощью немногих – это [вопрос] благодеяний. Покорение сильных с помощью слабых – это [вопрос] людей. Поэтому хороший полководец, заботясь о командирах, относится к ним не иначе, чем к самому себе. Тогда он может направлять три армии, как если бы у них был один разум, и победа будет полной.

В «Военных речах» сказано: «Ключ к ведению войны – прежде изучить положение врага, посмотреть в его амбары и арсеналы, оценить запасы продовольствия, определить силу и слабость, отыскать его естественные преимущества, увидеть его пустоты и трещины». Поэтому, если у государства нет армии в походе, а оно перевозит зерно, значит, оно страдает от пустоты. Если люди идут на отчаянный риск, значит, они бедны.

Если они перевозят провизию на тысячу ли, у командиров будет голодный вид. Если они должны собрать дрова и траву, прежде, чем смогут поесть, у армии не хватает еды, чтобы пройти одну ночь. Поэтому, если кто‑либо перевозит провизию за тысячу ли, значит, у него не было урожая один год; за две тысячи ли – у него не было урожая два года; за три тысячи ли – у него не было урожая три года. Это называется «пустым государством». Когда государство пусто, народ разорен. Когда народ разорен, население и чиновники отдалены. Когда враг нападает извне, люди воруют внутри. Это называется «временем краха».

В «Военных речах» сказано: «Когда деяния правителя необычайно жестоки, его подчиненные будут спешить принять суровые меры. Когда налоги обременительны, повинности многочисленны, штрафы и наказания бесконечны, а люди вредят и крадут другу друга, это называется “погибшим государством”».

В «Военных речах» сказано: «Когда втайне жадные [проявляют] внешнюю неподкупность; уклончивые и похваляющиеся достигают славы; чиновники воруют у государства, чтобы под купать и приманивать, вызывая смятение чинов; а люди приукрашивают себя и принимают подобострастное выражение лица, чтобы получить высокий пост, это называется “началом воровства”».

В «Военных речах» сказано: «Когда государственные чиновники образуют группы и клики, и каждый выдвигает тех, кто ему знаком; когда государство призывает и назначает злых и развращенных, преследуя гуманных и достойных; когда чиновники поворачиваются спиной к государству и радеют лишь о себе, а люди одного звания ими разделены, это называется “источником беспорядка”».

В «Военных речах» сказано: «Когда сильные кланы собирают злых, когда почитаются люди, не имеющие заслуг, и нет никого, кто не страшился бы их величия; когда эта практика распространяется и переплетается с притворной добродетелью, выражающейся в благодеяниях, и они вырывают власть у занимающих должности; когда они вредят тем, кто ниже их, а в государстве шум и клевета, и при этом министры покрывают друг друга и молчат, это называется “порождением беспорядка в корнях”».

В «Военных речах» сказано: «Поколение за поколением они действуют предательски, разворовывая местные ведомства. В выдвижении и уходе от дел они ищут лишь удобства для себя, они подделывают и искажают документы, тем самым создавая опасность для правителя. Такие называются “предателями государства”».

В «Военных речах» сказано: «Когда чиновников много, а населения мало; нет различия между почитаемыми и низшими; сильные и слабые вредят друг другу; никто не следует запретам и не придерживается законов, тогда следствия всего этого распространяются и на правителя, и государство узнает несчастье».

В «Военных речах» сказано: «Когда правитель относится к хорошим, как к хорошим, но не выдвигает их; когда он ненавидит злых, но не смещает их; когда достойные отошли от дел и прячутся, а недостойные занимают посты, государству будет нанесен вред».

В «Военных речах» сказано: «Когда ветви [родственники правителя] и листья [могущественные фамилии] сильны и многочисленны, образуют клики и занимают большие должности так, что низшие и средние вредят почитаемым; когда со временем они становятся все влиятельнее, а правитель не может сместить их, государство будет поражено этим».

В «Военных речах» сказано: «Когда лживые министры занимают высшие посты, вся армия будет шумной и вздорной. Опираясь на свое влияние, они услащают любимцев и действуют так, что это возмущает войска. В выдвижении и смещении нет никакого основания, злых не отстраняют, а люди ищут выгоду всеми возможными способами. Они присваивают себе право назначения, а при выдвижении и смещении хвастаются своими заслугами. Они клевещут и чернят исполненных великой добродетели и несправедливо обвиняют достойных. Они обращаются одинаково и с хорошими, и с плохими. Они прибирают к рукам и затягивают дела правления, так, что приказы не исполняются. Они назначают грубых чиновников, изменяя пути древних и извращая то, что уже сложилось. Когда правитель использует таких безнравственных, он обязательно столкнется с бедствиями и несчастьями».

В «Военных речах» сказано: «Когда злые, но мужественные превозносят друг друга, они затемняют мудрость правителя. Когда критика и похвала возникают одновременно, они останавливают мудрость правителя. Когда каждый хвалит тех, к кому он благоволит, правитель теряет верных ему».

Поэтому, если правитель рассматривает необычные слова, он найдет их начала. Если он встречает ученых и достойных, злые, но мужественные уйдут. Если правитель назначает [добродетельных] людей, опытных и искушенных, можно хорошо управлять мириадами дел. Если он почитает отшельников и удалившихся от дел ученых, чиновники будут выполнять свои обязанности. Если его замыслы простираются до носильщиков хвороста, успехи будут предсказуемы. Если он не утрачивает людских сердец, его добродетель будет процветать.

 

Срединная стратегия

 

Три Великих Первопредка никогда не произносили слов, но их преобразования распространялись в пределах четырех морей. В Поднебесной не было никого, кому можно было бы приписать достижения.

Императоры охватывали Небо и брали за образец Землю. Они произносили слова и отдавали приказания, и в Поднебесной царил Великий мир. Правитель и министры уступали друг другу заслуги в достижении этого, и все в пределах четырех морей преобразовывалось, а простой народ не знал, как происходили изменения. Поэтому, используя подчиненных, они не полагались на нормы благопристойности и награды. Были лишь красота достижений и отсутствие вреда.

Правители управляли людьми с помощью Дао, делая их сердца уступчивыми, а волю – покорной, и при этом устанавливали ограничения и совершали приготовления, чтобы избежать упадка. Все [князья] в пределах четырех морей собирались [ко двору], и долгом правления не пренебрегали.

Даже если они совершали военные приготовления, они никогда не знали бедствий войны. Правители не сомневались в своих подчиненных, а подчиненные верили своим правителям. Государство было устроено, правитель пребывал в безопасности, и чиновники могли уйти с поста, исполнив свой долг, поэтому они тоже обладали красотой и не испытывали ущерба.

Гегемоны управляли своими чиновниками с помощью добродетели власти – связывая их доверием, воодушевляя их наградами. Когда доверие пришло в упадок, чиновники отдалились, а когда награды стали несоразмерными, они перестали подчиняться приказам.

«Стратегическая мощь армии»[51]гласит: «Когда армия собрана и выступает, единоличная власть лежит на плечах полководца. Если в наступление или отступление вмешается двор, будет трудно достичь успеха».

«Стратегическая мощь армии» гласит: «Используй мудрых, мужественных, жадных и глупых. Мудрые получают удовольствие, добиваясь успехов. Мужественные любят претворять в действие свою волю. Жадные неустанно преследуют выгоду. Глупые мало озабочены смертью. Используй их, играя на их чувствах, ибо это есть непостижимое проявление силы в войне!»

«Стратегическая мощь армии» гласит: «Не позволяй несговорчивым командирам обсуждать действия врага, ибо они могут ввести в заблуждение войска. Не позволяй гуманным управлять финансами, ибо они раздадут слишком много и станут привязаны к низшим».

«Стратегическая мощь армии» гласит: «Запрети колдунам и шаманам гадать о счастье или несчастье для армии от лица чиновников и командиров».

«Стратегическая мощь армии» гласит: «Не используй командиров, исполненных чувства справедливости, опираясь лишь на богатство. Ибо исполненные чувства справедливости не будут умирать за злобных. Мудрые не будут составлять стратегию от имени глупого правителя». Правитель не может быть лишен добродетели, ибо, если он лишен добродетели, его министры восстанут. Он не может быть лишен устрашающей силы, ибо, если он лишен устрашающей силы, он утратит власть. Министр не может быть лишен добродетели, ибо, если он лишен добродетели, ему не с чем служить правителю. Он не может быть лишен устрашающей силы, ибо, если он лишен устрашающей силы, государство будет слабым. Если он слишком грозен, он сам будет свергнут.

Поэтому совершенномудрые правители, управляя Поднебесной, наблюдали за расцветом и упадком, устанавливали меру человеческим потребностям и потерям, создавали формы управления. Поэтому удельные князья имели две армии, местные правители имели три армии, а Сын Неба имел шесть армий. Когда Поднебесная в беспокойстве, возникают восстания и своеволие. Когда необходимое влияние правителя сходит на нет, удельные князья произносят клятвы [составляя союзы] и нападают друг на друга.

Если в государстве добродетель и стратегическая мощь такие же, как и у врага, так что ни у одного нет возможности превзойти другого, необходимо привлечь сердца храбрых, разделить пристрастия и неприязнь с простым народом и только затем напасть на врага в соответствии с переменой в равновесии сил. Поэтому без стратагем невозможно устранить подозрения и разрешить сомнения. Без распускания слухов и гибких действий невозможно уничтожить вредителей и остановить нападающих. Без тайных замыслов невозможно добиться успеха.

 

 

* * *

Совершенномудрый объемлет Небо, Достойный берет за образец Землю, а мудрец находит учителей в древности. Поэтому «Три стратегии» написаны для периода упадка. «Высшая стратегия» устанавливает нормы благопристойности и награды, проводит различие между творящими зло и героями и проясняет победу и поражение. «Срединная стратегия» различает добродетель и поведение, и обнаруживает изменения в равновесии силы. «Низшая стратегия» упорядочивает Дао и добродетель, изучает безопасность и угрозу и делает очевидными бедствия от нанесения вреда достойным.

Поэтому, если правитель глубоко понимает «Высшую стратегию», он сможет использовать достойных и захватить врагов. Если он глубоко понимает «Срединную стратегию», он сможет использовать своих полководцев и управлять ими, а также объединять людей. Если он глубоко понимает «Низшую стратегию», он сможет распознать источники процветания и упадка и понять правила управления государством. Если его подчиненные глубоко понимают «Срединную стратегию», они смогут добиться заслуг и сохранить себя.

Когда все парящие в небе птицы убиты, хорошие луки убирают. Когда враждебные государства уничтожены, министры, ответственные за расчеты, исчезают. «Исчезают» не значит, что они теряют жизнь. [Правитель] лишает их устрашающей силы и власти. Он приближает их ко двору и помещает среди высших, чтобы показать их заслуги. Он награждает их лучшими землями в срединной области, чтобы обогатить их семьи, и дарует им красивых женщин и сокровища, чтобы ублажить их сердца.

Если войска собраны вместе, их нельзя поспешно разделять. Если устрашающая сила власти дарована, ее нельзя внезапно передать другому. Возвращение войск и роспуск армии [после войны] – это важные этапы сохранения и потери. Поэтому ослабление [полководца] путем назначения на новый пост, лишение [его власти] путем дарования ему государства называется «стратегией гегемона». Поэтому действия гегемона включают в себя смешанное использование [добродетели и силы]. Сохранение алтарей государства, приближение людей характера и мужества – на это вдохновляет стратегическая сила «Срединной стратегии». Поэтому, чтобы [осуществить такую] силу, правитель должен быть предельно скрытным.

 

Низшая стратегия

 

Тот, кто может поддерживать находящихся в опасности в Поднебесной, сможет управлять спокойствием в Поднебесной. Тот, кто может устранять несчастья живущих в Поднебесной, сможет испытать радость [управления] Поднебесной. Тот, кто может прийти на помощь страдающим от бедствий в Поднебесной, сможет добиться процветания Поднебесной. Поэтому, когда необыкновенная милость правителя распространяется на людей, достойные изъявляют свою покорность. Когда его необыкновенная милость дойдет до последней гусеницы, мудрецы соединятся с ним. Когда достойные изъявят покорность, государство будет сильным. Кого поддерживают мудрецы, [под тем] объединятся шесть направлений. Достойных следует искать с помощью добродетели, мудрых следует привлекать с помощью Дао. Если уходят достойные, государство слабеет; если уходят мудрецы, государство развращается. Слабость– это шаг на пути к опасности, развращенность– это признак гибели.

Правление достойного заставляет людей подчинять свои тела. Правление совершенномудрого заставляет людей подчинять свои умы. Когда тела подчинены, можно сохранить начало; когда умы подчинены, можно сохранить конец. Их тела подчиняются через нормы благопристойности; их умы подчиняются через музыку.

То, что я называю музыкой – это не звуки музыкальных инструментов – камней, железных [колоколов], струн или бамбуковых [флейт]. Скорее, я имею в виду людей, получающих радость в своих семьях, кланах, занятиях, столицах и городах, приказах правителя, в Дао и добродетели. Тот, кто правит людьми именно так, создает музыку, чтобы внести размеренность в их поступки, чтобы знать, что они не утратят своей гармонии. Поэтому добродетельный правитель использует музыку, чтобы приносить людям радость; порочный правитель использует музыку, чтобы приносить радость себе. Тот, кто приносит радость другим, выдерживает испытание временем и процветает; тот, кто доставляет удовольствие себе, не выдерживает и гибнет.

Тот, кто бросает близкое ради того, чтобы замышлять далекое, безуспешно растратит силы. Тот, кто бросает далекое, чтобы рассчитывать близкое, будет в покое и достигнет большого успеха. У правителя, который в покое, много верных министров. У правителя, который растрачивает силы, много возмущенных людей. Поэтому сказано: «Тот, кто занят расширением своей земли, изнурит свои силы; тот, кто занят расширением своей добродетели, нальется силой». Кто может удержать то, чем он обладает, будет в безопасности; кто жаден до того, чем обладают другие, будет уничтожен. Правление, которое приближается к уничтожению, обречет последующие поколения на несчастья. Тот, кто издает указы прежде, чем взвесить их, даже если они окажутся успешными, неизменно будет побежден. Быть снисходительным к себе и при этом наставлять других противоречит [естественному порядку]

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...