Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Развитие феодальной собственности на землю по Соборному уложению




Главное внимание в Уложении уделялось закреплению привилегированного положения феодалов, четко представлена феодальная иерархия (ст. 91, 93 гл. 10) и зависимость от нее поместного оклада.

Система феодального землевладения, сложившаяся к началу ХVII в. получила закрепление в статьях Соборного Уложения.

Царю принадлежали, как и раньше, дворцовые и чернотягловые (или черносошные) земли. Соборное уложение 1649 г. определило различие этих форм феодальной собственности: дворцовые земли - собственные земли царя и его семьи; государственные принадлежат ему же, но как главе государства. Дворцовые земли и жившие на них крестьяне эксплуатировались обычными для феодализма способами: на них распространялись повинности в виде барщины или оброка. Черносошные крестьяне платили подати государству, выполняли многочисленные повинности типа дорожной, мостовой и т.д. Как и раньше, и дворцовые и чернотягловые земли раздавались в собственность отдельным феодалам и количество их значительно сокращалось.

Верхушка феодальной знати носила звание бояр, но это звание еще в большей мере стало придворным чином, жаловавшимся царем. Другая группа феодалов называлась служилыми людьми - дворянами. Продолжался процесс дальнейшего ограничения прав и привилегий старой феодальной знати. Среди мероприятий, направленных на подрыв еще сохранившегося влияния последней и проведенных в середине XVI в., прежде всего должна быть названа опричнина. В 1565 г. Иван Грозный разделил земли государства на земские (т.е. обычные) и опричные (т.е. особые), включив в последние земли оппозиционной княжеско-боярской аристократии. Некоторые из этих княжат и бояр погибли, иные получили другие земли в неопричных уездах из рук царя как пожалование, под условием верности и службы. Тем самым был не просто нанесен удар по старой феодальной знати, но подорвана ее экономическая основа. Конфискованные земли были розданы служилым людям. Опричнина сделала поместье главной и господствующей формой феодального землевладения, оттеснив на задний план боярскую вотчину. Она же знаменовала и дальнейший этап в развитии феодальной эксплуатации крестьян, привела к росту их повинностей, к сокращению количества земли, находившейся в непосредственном пользовании крестьян.

Весьма существенные изменения происходили и с самими понятиями "вотчина" и "поместье". Вотчинное или поместное землевладение все в меньшей мере свидетельствовало о принадлежности к той или иной группе феодалов, а больше говорило об определенном комплексе прав на землю.

Исаев И.А. выделает следующие виды вотчин, «…в соответствии с характером субъекта и способом их приобретения: дворцовые, государственные, церковные и частновладельческие…». Хотя по отношению к 16-17 вв. правильнее уже говорить о государственном, царском, церковном и частновладельческом землевладении.

Кроме того права владельцев поместий (служилых людей) постепенно расширяются, увеличиваются. Следовательно, можно говорить о поместном землевладении, которое получило правовую регламентацию в Соборном Уложении 1649 г.

По способам приобретения вотчинные земли делились на родовые, выслуженные и купленные. В отношении родовых вотчин права рода в древнейшие времена включали общие для всех его членов правомочия по владению, пользованию и распоряжению. В XVI - XVII вв. единый комплекс родового имущества постепенно распадается на составные частя, по отношению к которым отдельные представители рода наделяются только правом пользования и владения, а право распоряжения остается за родом. На это указывало, например, такое ограничение Личных прав, как обязательность согласия всех родичей при отчуждении родового имущества отдельным членам рода. Проданное имущество могло быть выкуплено членами рода, причем в качестве покупателей они имели явное преиму-щество перед другими лицами. Вместе с тем, в праве и практике наметилась определенная дифференциация частных прав в рамках правового комплекса, которым регламентировались права целого рода. Так, приобретенное отдельным членом рода имущество становилось частной, а не родовой собственностью. Права, связанные с родовыми вотчинами, составляли наиболее стабильную часть в комплексе имущественных прав их владельцев. Специально созданный затрудненный порядок распоряжения родовыми вотчинами (по Судебнику 1550 г., ст.85) являлся таковым только для отдельных членов рода, но не для рода в целом. Как отчуждение, так и приобретение (также вторичное приобретение или родовой выкуп) этих имуществ осуществлялись с учетом согласия всего рода. Однако конкретные лица могли быть устранены от сделки, когда она осуществлялась с частью родового имущества, находящегося во владении их семей (устранялись нисходящие при выкупе вотчины, проданной их отцом или дедом). Такой порядок указывал на несомненно солидарный характер собственности в отношении родовых имуществ. Уже к XVI в. родовые права на имущества ограничивались, главным образом, правом родового выкупа и правом родового наследования. Право родового выкупа впервые было официально закреплено в Судебнике 1550 г. (ст.85), а затем подтверждено Соборным Уложением 1649 г. (гл-XVII) и первоначально распространялось только на имущества, отчужденные посредством возмездных сделок: купли-продажи, залога, мены. Только во второй половине XVII в. оно было распространено на безвозмездные сделки. Родовой выкуп технически осуществлялся одним лицом, но от имени всего рода в целом, а не выкупившего его лица. Цена выкупной сделки обычно совпадала с ценой продажи, на что прямо указывалось в Соборном Уложении (гл. XVI). Особое внимание законодатель уделял регламентации круга лиц, которые допускались к выкупу проданной или заложенной вотчины. (Отстранялись от выкупа нисходящие родственники продавца, а также боковые, принимавшие участие в сделке). Ещё Судебник 1550 г. формулировал условия, обеспечивающие покупателю вотчины определенные гарантии его имущественного интереса перед лицами, претендующими на выкуп у него вотчины (полагался "полюбовный" выкуп, по цене, определенной владельцем).

Купленная родичами вотчина подпадала под особый режим распоряжения. Отдельный член рода не мог распорядиться ею по своему произволу. Закон связывал это землевладение целым рядом ограничений и условностей: родовая вотчина не могла быть выкуплена для третьего лица и на его деньги (в этом случае она возвращалась владельцу безвозмездно); она не могла быть заложена без соблюдения определенных условий и т.п.

Право родового выкупа не распространялось на купленные вотчины, отчужденные при жизни их владельца. Здесь индивидуальная воля получала определенное преимущество: "а до купель дела нет: кто куплю продаст, и детям и братьям и племянникам тое купли не выкупати" (ст.85 Судебника 1550 г.).

Купленные вотчины, перешедшие по смерти приобретших их лиц родичам, получали статус родовых. Тем самым индивидуальная сделка частных лиц превращалась в один из способов формирования родового имущественного комплекса.

Статус жалованной вотчины зависел от ряда конкретных фактов и не был однородным для разных видов этой формы землевладения. Чаще всего круг правомочий вотчинника прямо определялся в самой жалованной грамоте. Последняя являлась и формальным подтверждением законных прав вотчинника на его имущество. В случае отсутствия грамоты вотчина могла быть изъята у наследников государством. В целом же пожалованные вотчины приравнивались практикой к купленным, а в начале XVII в. законодатель прямо уравнял правовое положение жалованных вотчин с родовыми, со всеми проистекающими отсюда последствиями.

Наделение люда выслуженной (жалованной) вотчиной рассматривалось как средство поощрения вполне конкретных индивидов. В таком качестве она по своему статусу приближалась к поместному землевладению и отделялась от родовой вотчины. Связанные с этой формой юридические трудности распоряжения исходили уже не от рода, а от пожалователя, т.е. государства. Индивидуальный характер данной формы землевладения был однако преодолен солидаризмом рода в процессе уравнивания статуса вотчины и поместья, при сближении правомочий на выслуженные и родовые вотчины.

Поместное землевладение складывалось в качестве особой, но в правовом отношении недостаточно определившейся формы землевладения уже в XVI - XVII вв. В тот период поместные выделы осуществлялись из княжеских (дворцовых) земель в пользу непосредственно связанных с княжеским двором лиц.

Условность владения поместьем связывалась в правовом мышлении эпохи прежде всего с первоначальным моментом его образования: за службу давалась земля. Однако, по отношению к уже полученному поместью складывалась иная презумпция: выделенный землей относился к ней, как к своей собственности, с чем связывались и его ориентации в сферах эксплуатации и распоряжения поместьем. В системе хозяйственных отношений поместье ничем, не выделялось из ряда других хозяйственно-правовых форм (например, вотчин), что вызывало подспудно, а позднее уже открыто сформулированную тенденцию к их сближению. Определенно такое сближение наметилось в XVII в., Поразившись, прежде всего, в разрешении обменивать вотчины на поместья и приобретать (с особого дозволения) поместья в вотчину. Соответственно закон (Соборное Уложение гл. XVII, ст.9) разрешил продавать поместья.

Поместья давались за самые различные виды государственной службы, поэтому необходимо было ввести определенные эквиваленты для оценки соответствующих заслуг.

Нивелирующее влияние, которое оказала выработка практикой достаточно рутинного и стандартного порядка, связанного с регламентацией размеров и объектов, включенных в него, уже в XVI в. усиливается дополнительными факторами. Военная реформа середины века, уравнявшая порядок верстания военнослужащих с вотчины и поместья (независимо от вида землевладения, а в зависимости от его размеров) была существенным шагом в этом направлении. Подошла очередь для правовой интерпретации статуса самого субъекта поместного землевладения, т.е. для определения, является ли таковым только лицо, получившее за свою службу поместье, или поместные права распространяются и на его близких. Большей четкости требовали регламентация всего комплекса прав по владению поместьем и решение вопроса о приобщении членов веем помещика к этим правам. Для нужд экономической стабилизации поместного землевладения наиболее приемлемой оказалась линия хозяйственной преемственности в рамках одной семьи, а не частые переходы поместья из одних рук в другие.

Первоначальным обязательным условием пользования поместьем была реальная служба, начинавшая для дворян с пятнадцати лет. По достижении этого возраста, поступивший на службу сын помещика, "припускался" к пользованию поместьем. Ушедший в отставку помещик получал поместье на оброк вплоть до достижения сыновьями совершеннолетия, с середины XVI в. - поместье на тот же срок оставалось в его пользовании. К наследованию поместьем стали привлекаться боковые родственники, женщины получали с него "на прожиток". Пенсионные выдачи женщинам (вдовам помещиков и их дочерям) производились до момента нового замужества (вдовы) или до совершеннолетия (дочери), а с начала XVII в. - уже вплоть до смерти вдовы и детей. Такие выдачи рассматривались законом не как наследование, а лишь как пожалование.

Поэтому распоряжение этим имуществом было связано с рядом специальных ограничений. Например, вплоть до Соборного Уложения разрешался только обмен поместья на поместье, с 1649 г. был допущен обмен поместий на вотчины (при соблюдении необходимых обменных эквивалентов), но только с санкции государства (гл. XVII, ст.2 - 7). К концу XVII в. устанавливается практика обмена поместий на денежные оклады ("кормовые деньги"), что в скрытой форме означало уже фактическую куплю-продажу поместий. Официальная продажа поместий (за долги) была допущена в XVII в. тогда как сдача поместий в аренду за деньги разрешалась уже ст. 12 гл. XVI Соборного Уложения. Сближение правового статуса вотчины и поместья, завершившееся к середине XVII в. указывало на консолидацию имущественных прав, принадлежавших различным группам господствующего класса. Одним из признаков этого стало право обмена вотчины на поместье с соответствующей передачей прав и обязанностей, лежавших на обмениваемом объекте. Но не менее важным симптомом сближения данных форм землевладения стал трансформированный порядок передачи поместий по наследству, в сущности мало отличный от вотчинного наследования. Расширение круга наследников, отмеченное для обоих случаев (для вотчин и поместий) указывало на те же тенденции.

Вотчина, как более ранняя форма феодального землевладения постепенно утратила свое привилегированное положение, она уже не являлась пожизненным землевладением, а зависела от воли царя. Важнейшей стороной правового статуса вотчинного землевладения было право наследования вотчин.

Вотчинники не имели права отчуждать свои земли церкви. Родовые и купленные вотчины не наследовались бездетной вдовой умершего вотчинника (ст. 1 гл. 17), она имела право получить в наследство после мужа только купленные им вотчины. Вотчины по Уложению 1649 г. наследовали сыновья, дочери - только после смерти братьев (ст. 2 гл. 17). Могли наследовать и родственники по боковой линии. При наследовании вотчины двумя-тремя и более сыновьями право на наследство принадлежало всем в равной мере. Право на отчуждение вотчины также принадлежало в равной мере всем ее наследникам. Таким путем закон защищал права на вотчины несовершеннолетних совладельцев. Купленная вотчина, полученная вдовой по наследству отдельно от детей, считалась ее собственностью (ст. 6-7 гл. 17). Статьи 16-17 гл. 17 Соборного Уложения узаконили правовое положение землевладельцев жалованных вотчин. Владельцы вотчин, так же как и владельцы поместий, за совершенное преступление - измену, лишались права владения ими (ст. 25-26 гл. 17). но вотчинник мог продать родовую вотчину и обладал правом на все виды отчуждения. Всякие сделки купли-продажи вотчины оформлялись путем записи в книгах поместного приказа, в противном случае сделки считались недействительными (ст. 34-36 гл. 17). Если же сделки совершались обманным путем в обход закона, то вотчинник подлежал публичному наказанию кнутом.

Владеть вотчинами могли дворяне и их дети, как находящиеся на службе у царя, так и служившие высшему духовенству (ст.37гл. 17).

Статья 42 гл. 17 Соборного Уложения запрещала завещать продавать или закладывать родовые, выслуженные или купленные вотчины монастырям или духовенству, что свидетельствовало об ограничении церковного землевладения. Гражданское право

В Соборном Уложении 1649 г. большое внимание уделяло защите форм феодального землевладения (гл. 16,17). В ст. 196 -197 гл. 10 развиваются нормы о залоге. Так, в случае нарушения залогодержателем срока хранения вещи в залоге, собственность на нее переходила к залогодателю. При этом разница в сумме займа и заложенной вещи не учитывалась.

При невыплате долга взыскивалось имущество, при несостоятельности должник выдавался кредитору с головой. Наследники отвечали за долги наследователя (ст. -132, 207 гл. 10).

Все договоры оформлялись в письменном виде (ст. 246-250 гл. 10), устанавливались формы совершения разного рода сделок. Крупная сделка составлялась площадным подьячим, менее крупные заключались домашним способом и подписывались сторонами. Предусматривалась ответственность (ст. 251-253 гл. 10) за составление подложной крепости, сделки по принуждению, попытки ложного обвинения в принуждении к сделке.

Купленные вотчины могла наследовать вдова завещателя, которая, кроме того, получала четверть движимого имущества и собственное приданое, внесенное ею в семейный бюджет при вступлении в брак.

Поместье переходило по наследству к сыновьям, каждый из которых получал из него "по окладу". Определенные доли выделялись "на прожиток" вдовам и дочерям, до 1684 г. в наследовании поместья участвовали боковые родственники.


Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...