Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Экономико-географическая характеристика




 

Соединенные Штаты Америки являются ведущей державой мира по большинству как экономических, так и иных показателей; они имеют самый большой в мире совокупный ВВП, составивший в 2004 г. почти $12 трлн. по паритету покупатель­ной способности. США занимают четвертое место в мире по величине территории (9,4 тыс. кв. км) и третью позицию по численности населения (около 300 млн.). На душу населения в США приходится около $40 тыс., что также ставит США на первые места в рейтинге самых богатых стран мира.

Страна расположена практически во всех климатических поясах, что благо­приятствует и сельскому хозяйству, и индустрии туризма, располагает более чем ста видами полезных ископаемых. Из природных ресурсов наибольшую долю в объеме продукции добывающей промышленности в стоимостном выражении (90%) составляют энергоресурсы: нефть, уголь, природный газ и уран. Около 75% добычи металлов приходится на железную руду и медь. Вместе с тем до 50% по­требностей национальной экономики в минеральном сырье удовлетворяется за счет импорта. В частности, США не располагают запасами таких стратегических металлов, как хром, марганец, вольфрам, кобальт.

Исторически США развивались как страна переселенцев-эмигрантов, выход­цев из Старого Света. Неосвоенные земли, дух свободы и предпринимательства манили на берега Нового Света все новых и новых переселенцев. По мере разви­тия капиталистических отношений стали появляться и представители иных кон­тинентов, зачастую попадавшие в США не по своей воле, как афроамериканцы, но получившие впоследствии свободу и равные гражданские права с остальной ча­стью населения. Таким образом, США превратились в многонациональную дер­жаву, которая продолжает оставаться оазисом свободы и уважения прав человека. США не только абсорбируют интеллектуальную элиту мира, но и служат убежи­щем для преследуемых и обездоленных изгоев всех стран и континентов, которые получают здесь возможность самореализации, неплохих заработков и которые, ре­шая свои индивидуальные цели, работают на благо процветания американской экономики.

Своеобразие США заключается и в том. что довольно большую роль в стране играют различные религиозные конфессии. Около 90% граждан США исповеду­ют ту или иную религию, а более половины жителей регулярно посещает цер­ковь, что ставит церковь по значимости в жизни страны практически на такие же позиции, как и институты власти (примерно такое же количество избирателей, даже чуть меньше, регулярно принимает участие в выборах). Таблица 6.1 показы­вает, что США практически ни в чем не уступают католической Италии по рели­гиозности, но далеко отстают от других развитых стран мира по уровню созна­тельности избирателей.

Таблица 6.1. Политическая и религиозная активность населения в некоторых развитых стран мира

 

Страна Процент избирателей, принимающих участие в национальных выборах Процент домохозяйств, регулярно посещающих церковь
США 49,1 51,6
Германия 82,2 20,0
Франция 68,9 -
Великобритания 71,5 23,6
Нидерланды 78,3 28,9
Швеция 78.6 10,0
Италия 85,0 55,8
Япония 58,8 -
Республика Корея 63,9 -

 

США — самый емкий и конкурентоспособный рынок мира. Страна неизменно занимает первые позиции в мировом рейтинге стран, наиболее благоприятных для ведения бизнеса. После валютно-финансовых кризисов в Юго-Восточной Азии, России и Латинской Америке интересы международных инвесторов, ранее обращенные на данные регионы мира, переключились на трансатлантическую зону, объединяющую Северо-Американскую зону свободной торговли (Н АФТ А) и Европейское экономическое пространство. Экономика США является одной из двух движущих сил трансатлантической зоны.

Особенности экономического развития США

США стали мировым экономическим лидером в середине XX в., когда сама исто­рия изменила расстановку сил в мировом хозяйстве. Одной из основных причин лидирующих позиций США в мире стали мировые войны, которые значительно подорвали экономический потенциал европейских стран. Основные конкуренты США в борьбе за лидерство на мировом рынке, воюя друг с другом, надолго вы­были из борьбы, а США благодаря свободе рыночных отношений, своевременно­му государственному вмешательству в экономику, потенциал которой не был по­дорван войнами, переместились на первую позицию.

США удалось также оздоровить свою экономику в результате перехода к но­вой экономической доктрине после Великой депрессии 1929-1933 гг. Ситуация в экономике в период Великой депрессии была критической и даже в чем-то очень сильно напоминала современные финансовые кризисы конца XX в. Для выхода из кризиса 1929-1933 гг. президент Франклин Делано Рузвельт предло­жил свой знаменитый «Новый курс», который включал в себя следующие со­ставляющие: финансовые законы, структурную перестройку экономики, соци­альные законы, региональную политику. Рассмотрим вкратце действие всех этих механизмов.

Финансовые законы. Здесь стоит выделить Чрезвычайный закон о банковской деятельности, который поставил под федеральный контроль деятельность всех банков страны и ввел гарантии федерального правительства по частным вкладам. Согласно новым правилам, банкам было запрещено осуществлять деятельность, противоречащую закону: быть держателями ценных бумаг, заниматься предпри­нимательством. Банки вынуждены были вернуться к своей исходной деятельно­сти — кредитованию предпринимателей и граждан, что сразу снизило волну фи­нансовых и иных спекуляций. Изменения были внесены и в сферу обращения ценных бумаг. С этой целью был принят Закон о честности биржевых операций и правилах торговли ценными бумагами. Таким образом США надолго обезопаси­ли себя от возможности повторения финансового кризиса и кризиса банковской системы.

Структурная перестройка экономики. Во-первых, после введения «Нового курса» приоритет был отдан развитию национальной промышленности, амери­канским производителям. Появился лозунг «Покупай американское!». Действо­вали запреты на закупки иностранных товаров по госзаказу (исключение состав­ляли только такие случаи, если цена иностранного товара была как минимум вдвое ниже отечественного, а качество выше американских аналогов). Были вве­дены квоты и высокие таможенные пошлины на импортные товары.

Во-вторых, изменения произошли в сельскохозяйственной политике. Основ­ной проблемой сельского хозяйства были перепроизводство, избыток продоволь­ствия на внутреннем рынке. Поэтому сельскохозяйственное производство было ограничено. Кроме того, были приняты Закон о фермерском кредитовании и За­кон об ипотеке, согласно которым фермеры и городские жители получили доступ к кредитам под гарантии федерального правительства. Всего было предоставлено около 300 тыс. краткосрочных займов на сумму свыше $1,5 млрд.

Социальная политика. Наиболее пострадавшим от кризиса малоимущим граж­данам была оказана чрезвычайная помощь. На организацию общественных работ с целью занятости малоимущих была выделена прямая финансовая помощь в раз­мере $5 млрд. Этой помощью было охвачено свыше 4 млн. человек. Всего в рамках «Нового курса» действовало около 400 тыс. различных программ, в рамках кото­рых было построено около 500 новых аэропортов, множество дорог, школ, прочих объектов инфраструктуры. Примечательно то, что помощь населению оказыва­лась не деньгами, а работами, на которых деньги нужно было зарабатывать тру­дом. Заметим, что главной целью программ была вовсе не их экономическая оправданность. Многие программы можно сравнить с пересыпанием из пустого в порожнее, но при этом население работало, а не тунеядствовало.

Для обеспечения работой молодежи и для борьбы с ростом преступности из-за безработицы был введен Закон о трудовых лагерях. Трудовые лагеря были созда­ны для охраны и консервации объектов промышленной и транспортной инфра­структуры, сохранения природных богатств (создавались национальные парки и заповедники). В течение первых трех месяцев после принятия закона уже было создано 1300 лагерей на 300 тыс. молодых безработных. В течение 1933-1940 гг. через трудовые лагеря прошло около 2,5 млн. человек, которые строили дамбы, охраняли леса и т. д. Впоследствии люди, прошедшие через трудовые лагеря, сформировали контингент резервистов, востребованный в ходе Второй мировой войны.

Для контроля над уровнем цен была создана Государственная корпорация по управлению всеми монополистами коммунальных услуг. Естественные монопо­листы лишились возможности безраздельно диктовать обществу свои условия.

Региональная политика. Чтобы стабилизировать экономическую ситуацию в депрессивных регионах страны, для них были разработаны специальные програм­мы развития, включающие федеральное финансирование и управление. В част­ности, такая особая зона с федеральным управлением была создана в долине реки Тенесси и благополучно существует до сих пор.

«Новый курс» проводился Рузвельтом в условиях объединения нации. Амери­канцам удалось сплотиться перед лицом кризиса, в обществе была достигнута консолидация. Действия президента поддержал конгресс, который и принимал все законы. Сам Рузвельт лично разъяснял американцам свою программу дей­ствий, убеждал избирателей, выступая по радио. Все это имело огромное значе­ние, поскольку коммуникация с обществом значительно повышает шансы на успех. Не будем забывать и о связи «Нового курса» с передовыми экономически­ми теориями того времени, в особенности кейнсианской политикой управления совокупным спросом. Не удивительно, что «Новый курс» оказался действенным, он вывел страну из Великой депрессии и позволил США подойти к периоду Вто­рой мировой войны с оздоровленной экономикой.

После окончания Второй мировой войны у США оказались также и значитель­ные финансовые активы в виде запасов золота европейских стран, переведенного в предвоенное и военное время через океан в федеральное хранилище в Форте-Нокс. Имея возможности для обмена национальной валюты на золото, обладая мощной экономикой, не затронутой войнами, США стали во главе Бреттон-Вудской системы валютных курсов, сущность которой заключалась в господстве американской валюты в качестве всемирного платежного и резервного средства. Экономическое могущество Соединенных Штатов политически подкреплялось наличием ядерного оружия. Помогая восстановлению экономики послевоенной Европы, США стали оказывать значительную финансовую помощь европейским странам в рамках плана Маршалла. Кроме того, США путем экономической и консультационной поддержки во многом предопределили «восход солнца» над Японией. Таким образом, американские инвестиции широким потоком хлынули через океан, формируя так называемую вторую экономику Соединенных Шта­тов. По своему производственному и финансовому потенциалу «вторая экономи­ка» США, созданная на базе зарубежных филиалов и дочерних компаний амери­канских корпораций, не уступает национальной экономике многих ведущих стран мира. Не будем забывать также и о портфельных инвестициях, ссудном ка­питале. Итак, к началу 1950-х гг. США превращаются в однозначного мирового экономического и политического лидера со всеми вытекающими отсюда послед­ствиями.

Однако по мере восстановления экономики стран Западной Европы и Японии ситуация в мире начинает изменяться. Конкурентоспособность американских товаров снижается, снижается и курс доллара по отношению к валютам европей­ских стран и Японии. Поскольку в рамках Бреттон-Вудской системы валютных курсов $ 1 соответствовал 0,888 г золота и этот уровень с 1946 г. был неизменен, то фактическое падение курса доллара по отношению к другим валютам означало обмен меньшего, чем раньше, количества европейских валют или японских йен на доллары. Далее доллары могли быть обменены на золото или положены на де­позит с начислением процентов. Таким образом, количество долларов на руках у иностранных резидентов нарастало, а накопленный Соединенными Штатами золотой запас неуклонно снижался. В результате США оказались в ситуации, ког­да имеющиеся запасы золота не смогли бы покрыть одновременно предъявлен­ное к обмену на золото количество долларов, находящихся в руках иностранцев. В 1971 г. золотое содержание доллара было снижено, а с 1973 г. обмен долларов на золото был окончательно прекращен и валютный золотодолларовый стандарт канул в Лету.

По мере роста производственных мощностей европейских стран и Японии доля США в ВВП промышленно развитых стран начала снижаться, примерно на 1/3 снизилась и доля США в мировом производстве. Также начала падать доля США в мировом экспорте капитала; примерно в три раза снизилась доля амери­канских ТНК в общем объеме мировых прямых зарубежных инвестиций. Евро­пейские страны и Япония догнали США и по уровню производительности труда. В результате экспорт в США из стран Западной Европы и Японии возрос в два раза, а американский экспорт в Европу и Японию начал снижаться. К началу 1980-х гг. конкурентоспособная зарубежная продукция заполнила внутренний рынок США, а американская продукция все труднее находила зарубежных по­требителей. В экономику США стали делать инвестиции окрепшие зарубежные ТНК, которые, приближаясь к рынкам сбыта, создавали здесь производственные и сборочные предприятия, компании по сервисному обслуживанию. Позиции США в мировой экономике, во внешней торговле значительно ухудшились. Де­фицит торгового баланса в середине 1980-х гг. достиг $150 млрд., платежного — $140 млрд. США превращаются в чистого импортера товаров и капиталов.

Ввиду угрозы потери лидерства в мировой экономике США пришлось пред­принять первоочередные ответные меры: для закрепления на мировом рынке вы­сокотехнологичной продукции были значительно увеличены ассигнования на НИОКР, ускорилась и углубилась структурная перестройка промышленности в пользу наукоемких отраслей, возникли и получили развитие новые методы сти­мулирования НТП. США стратегически правильно выбрали нишу на мировом рынке, сосредоточившись на экспорте интеллектуальной собственности, высоко­технологичной продукции, услуг.

Следует также отметить то, что в послевоенный период развития в США ак­тивно применялась кейнсианская политика управления совокупным спросом, в основе которой лежал постулат обеспечения полной занятости и высоких тем­пов экономического роста. Послевоенный период кейнсианства в американской экономике можно разделить на три этапа.

1) Пассивная антициклическая бюджетная макроэкономическая политика. (1946-1962 гг., период президентства Г. Трумэна и Д. Эйзенхауэра). В рамках дан­ного периода активно эксплуатировались «встроенные стабилизаторы» государ­ственной бюджетной системы, правительство довольствовалось минимальными финансовыми инструментами воздействия на экономику. Постепенно отвергался докейнсианский догмат о сбалансированности государственного бюджета, вво­дился дефицитный бюджет по Кеннсу.

2) Активная бюджетная политика (1962-1977 гг., эпоха Д. Кеннеди, Л. Джон­сона, Р. Никсона, Д. Форда). Этот период времени связан с активным регулирова­нием совокупного спроса с помощью государственного бюджета. В периоды спада сокращались государственные доходы и наращивались расходы правительства, а во время экономического бума поступления федерального правительства росли, а расходы, напротив, сокращались. В 1961-1963 гг. администрация Д. Кеннеди для форсирования экономического роста и сокращения безработицы напрямую пере­шла к бюджетному воздействию на совокупный спрос, что получило у экономи­стов такую характеристику, как американский «кейнсианскнй фискалнзм», по­скольку государственный спрос наращивался за счет увеличения налогового бремени.

С начала 1970-х гг. была обнаружена негативная сторона такого процесса обес­печения полной занятости — инфляция (взаимосвязь инфляции и безработицы, показывает широко известная кривая Филипса). В результате от активного ре­гулирования пришлось перейти к градуализму, т. е. замене широкомасштабных фискальных акций на умеренное и постепенное регулирование спроса. Поэтому период 1976-1977 гг. представляет собой своеобразную эклектику: взаимное су­ществование обновленных принципов активной и пассивной стратегий государ­ственного регулирования экономики.

3) Кейнсианский бюджетный консерватизм (1978-1980 гг., период президент­ства Д. Картера). В это время был осуществлен возврат к классической активной бюджетной политике, существовавшей при Д. Кеннеди. Сам президент Картер утверждал, что бюджетный дефицит время от времени необходим для поддержа­ния покупательной способности, однако длительный бюджетный дефицит усу­губляет инфляцию. Долговременной стратегией стал бездефицитный бюджет, для достижения которого предполагалось введение управления и контроля за фе­деральными расходами, а также сокращение налогов. Однако фактически сокра­тить дефицит бюджета и сбить волну инфляции не удалось. Инфляция стала главным фактором, который подрывал стабилизационный потенциал кейнсиан-ской бюджетной макроэкономической политики.

Утеря стабилизационного кейнсианского подхода к регулированию макроэко­номических процессов привела к необходимости смены такой модели развития и к началу «консервативной экономической революции», стартовавшей после по­беды на президентских выборах Рональда Рейгана.

Оздоровлению экономики США и возвращению былых внешнеэкономических позиций в немалой степени способствовали реформы, проведенные президентом Р. Рейганом, получившие название «рейганомика». «Рейганомика» была бы не­возможной без сильной команды молодых экономистов — советников Рейгана. Огромная заслуга президента Рейгана как раз и заключается в том, что, будучи дилетантом в экономике (Рейган, как известно, в прошлом был киноактером), он окружил себя весьма квалифицированной командой реформаторов. В основе кре­дитно-денежной политики лежала теория Нобелевского лауреата Милтона Фридмена, над налоговой реформой трудились А. Лаффер и М. Фслдстейн, взаимодей­ствовали с администрацией Рейгана и другие видные экономисты современности.

Уникальность ситуации заключалась в том, что реформаторам была предостав­лена возможность проверить новаторские теоретические концепции на практике. В частности, авторы налоговой реформы и модели экономики предложения (supply-side economics), сменившей кейнснанскую экономику спроса, первона­чально представляли собой просто группу журналистов, пишущих на экономи­ческие темы в «The Wall Street Journal*. Большинство сэппл-сайдеров были не сильны в экономической теории, по их статьи оказывали влияние на обществен­ное мнение. С газетой сотрудничал и молодой экономист Артур Лаффер. кото­рый, в свою очередь, был увлечен идеями канадского профессора Роберта Ман­делла, преподававшего в Чикаго (впоследствии ставшего лауреатом Нобелевской премии по экономике). Именно Манделл в начале 1970-х гг. начал пропаганду сокращения налогов и усиления монетарной политики, что должно было дать толчок экономическому росту и стать средством борьбы с Инфляцией. Идеи Ман­делла поддержали главный редактор «The Wall Street Journal* Д. Ванписки и эко­номист Р. Бартли. Вместе с Лаффером они вывели теорию, связывающую сокра­щение налогов, рост производства и доходов государства, известную как «кривая Лаффера».

Теория Лаффера, которая, в принципе, являлась наглядным изображением классических идей в области налогообложения, произвела эффект разорвавшей­ся бомбы. Лаффер, экономист, которого никто никогда не воспринимал всерьез и который никогда до этого не принимал участия в каких-либо научных симпозиу­мах и конференциях, заставил призадуматься многих. Идеи Лаффера благодаря Ванниски и «The Wall Street Journal* нашли широкую поддержку среди бизнес­менов, конгрессменов, оказали заметное влияние на будущего президента Р. Рей­гана. Жизнь предоставила сэппл-сайдерам уникальный шанс проверить свою те­орию на практике. Используя политическое влияние Ванниски и личного друга Лаффера Д. Шульца, ставшего впоследствии госсекретарем в администрации Рейгана, сэппл-сайдеры осуществили грандиозную налоговую реформу в США.

Основные программы «рейганомикн» позволили оживить тягу к предприни­мательству и трудовой деятельности у американцев, сократить масштабы неэф­фективного государственного вмешательства в экономику. Концепция «рейгано­микн» предполагала решение трех основных задач:

1. Снижение уровня инфляции.

2. Увеличение темпов экономического роста, производительности труда и за­нятости.

3. Сбалансированный федеральный бюджет.

Основные меры, предпринятые Рейганом и его командой, включали в себя сле­дующие составляющие:

• жесткая кредитно-денежная политика способствовала снижению уровня инфляции, а повышение процентной ставки на первых порах привлекло в страну иностранный капитал, в немалой степени способствовавший модер­низации американской промышленности (затем для обеспечения роста эко­номики процентные ставки были снижены);

• налоговая политика стимулировала предпринимательскую активность, но­вый порядок исчисления амортизации помог быстрому обновлению обору­дования. Ставки федеральных налогов (индивидуальный подоходный налог, налог на прибыль корпораций) были резко снижены. Налоговая реформа 1986 г. установила предельную ставку индивидуального подоходного налога в 33% (в 1990 г. она была снижена до 31%), а максимальная ставка налога на прибыль корпораций стала 34%. Низкие налоговые ставки увеличили уро­вень сбережений и инвестиций, привели к оживлению рыночной конъюкту-ры, стимулировали экономический рост. Снижение налогов при одновре­менном расширении налоговой базы (ликвидация прежних налоговых льгот), как то и предсказывала кривая Лаффера, увеличило поступления фе­дерального бюджета и оздоровило впоследствии государственные финансы;

• пересмотр социальной политики, сокращение федеральных расходов на всю социальную инфраструктуру заставили американцев трудиться более энер­гично, не быть иждивенцами на шее «государства благоденствия».

Пожалуй, самый главный стратегический элемент «рейганомики» — это под­держка НТП путем государственного финансирования НИОКР и стимулирова­ния расходов на НИОКР со стороны частного бизнеса за счет соответствующих налоговых льгот. «Рейганомика» предполагала резкое увеличение финансирова­ния НИОКР, фундаментальной науки. В настоящее время США не случайно име­ют самые большие расходы на НИОКР среди ведущих развитых стран мира (око­ло 3% ВВП), что в долгосрочной перспективе дает стране лидерство в мировом НТП, в современных технологиях.

В результате воплощения программ «рейганомики» изменилась структура фе­дерального бюджета (сократились непроизводственные расходы правительства и вскоре повысились налоговые поступления), произошел отход от активной поли­тики государственного вмешательства в экономику в пользу применения косвен­ных методов регулирования. Доля государственного сектора в результате реали­зации программ приватизации и дерегулирования сократилась, а частный сектор получил новый импульс для своего развития. С 1983 г. в США начался энергич­ный экономический подъем, который продолжался вплоть до начала 1990-х гг. Темпы экономического роста также были рекордными (в 1984 г., например, они равнялись 6,8%). Уровень инфляции снизился в три раза, а безработицу удалось уменьшить до ее «естественного» уровня в 5-6%. Тем не менее экономический подъем вопреки дефляционному эффекту сокращения федеральных расходов сти­мулировал огромный бюджетный дефицит.

«Рейганомика» сделала свое дело, и к концу 1980-х—началу 1990-х гг. положе­ние США в мировой экономике значительно укрепилось, чему в немалой степени способствовало и окончание вооруженного противостояния по линии Запад — Восток. Самая важная политическая победа президента Р. Рейгана, пожалуй, за­ключается в развале «империи зла» путем подрыва экономического потенциала социалистической системы в результате гонки вооружений, путем внедрения за­падной неолиберальной идеологии в странах Восточной Европы и СССР. США немедленно воспользовались ослаблением наиболее вероятного военного (и эко­номического!) противника, захватив теперь уже не только системное, но и глобальное лидерство на просторах мировой экономики. Снижение военных расхо­дов в период потепления отношений между США и СССР опять-таки пошло на пользу Америке. Ассигнования военно-промышленному комплексу США сокра­тились, а высвободившиеся средства были использованы для структурной пере­стройки экономики. США, в частности, неуклонно наращивают выпуск наукоем­кой продукции.

Несмотря на массу прочих экономических и политических достижений, цель ликвидации дефицита федерального бюджета при Рейгане так и не была достиг­нута. Напротив, были поставлены рекорды по дефициту (в 1988 г. дефицит бюд­жета превысил $155 млрд.). Успехи «рейганомики» в виде снижения инфляции и безработицы имели слишком высокую цену в виде колоссального бюджетного дефицита, который повышал уровень государственного долга и угрожал потерей прежних внешнеэкономических позиций.

Сменивший Р. Рейгана президент Джордж Буш-ст., ранее бывший вице-прези­дентом, продолжил курс своего предшественника. Тем не менее, действуя по на­работанным неоконсервативным рецептам, республиканцы к началу 1990-х гг. зашли в тупик, их основные методы макроэкономической политики начали себя исчерпывать. Снижение налоговых ставок, конечно, было огромным преимуще­ством для бизнеса и физических лиц, но вместе с тем это ослабило «автономные» бюджетные стабилизаторы. Оказалось, что рынок достаточно сильно потеснил государство в экономике и неоконсервативная политика стала нуждаться в кор­ректировке. На президентских выборах 1992 г. на фоне кризиса идей эпохи «рей­ганомики» победу одержал кандидат от демократической партии Уильям (Билл) Клинтон, предложивший новую экономическую программу.

Б. Клинтон скорректировал консервативную экономическую стратегию в ли­беральном направлении. В основе реформ, проведенных Клинтоном, лежало из­менение прежней бюджетной политики, возвращение к регулирующей роли го­сударства в экономике на новом уровне развития. Задачей правительства стало обеспечение основ стабильного экономического роста. Бюджет федерального правительства приобрел при этом новое стабилизационное значение. Осуществ­лялась селективная поддержка сфер НИОКР, образования, социальной инфра­структуры. В центр экономической политики Клинтона была поставлена новая бюджетная стратегия. Дефицитный федеральный бюджет, доставшийся Клинто­ну в наследство от предшественников-республиканцев, предполагалось ликвиди­ровать, накапливая при этом федеральный государственный долг.

Программа Клинтона в области экономики включала в себя такие составляю­щие как:

1. Повышение основных федеральных налогов. Администрация Клинтона счи­тала, что при Рейгане и Буше-ст. налоговые ставки были неоправданно заниже­ны, они даже оказались ниже оптимума, приносящего, по Лафферу, наибольшие поступления в государственный бюджет. Поэтому максимальная ставка инди­видуального подоходного налога, который приносит наибольшие доходы прави­тельству, была вопреки всем прежним неоконсервативным постулатам повыше­на с 31 до 36,9%. Предполагалось также увеличить налог на прибыль корпораций с 34 до 36%, что и было сделано позднее. Подобные меры помогли увеличить доходы федерального бюджета, не подрывая налоговую базу.

2. Сокращение федеральных расходов. Был введен режим экономии расхо­дов правительства, сокращены государственный аппарат и непроизвод­ственные расходы.

3. Сохранение разумной социальной инфраструктуры рыночной экономики.

Демократы критиковали республиканцев за невнимание к социальным про­блемам, они считали, что сокращать дефицита бюджета за счет уменьшения финансирования общественного сектора — это деструктивно. Клинтон пред­ложил программу увеличения инвестиций в общественный сектор экономи­ки. Стимулировались государственные и частные инвестиции в науку и тех­нологии, образование и переподготовку трудовых ресурсов. Предполагалось, что улучшение общественной инфраструктуры поможет обеспечить дальней­ший рост экономики.

Первоначально программа Клинтона сохранила неоконсервативные традиции республиканцев, но затем она стала приспосабливаться к новым реалиям, заклады­вая основы новой версии смешанной экономики с более активной ролью государ­ства. С 1993 г. в США начался очередной циклический подъем, который доказал правильность макроэкономической стратегии Клинтона. Результатами изменений, внесенных в макроэкономическую модель развития США правительством Б. Клин­тона, стали значительное улучшение ситуации в государственных финансах и пере­ход к новой стадии развития — так называемой новой экономики.

Приняв от Дж. Буша-ст. рекордный дефицит государственного бюджета (в 1992 г. он достигал $290,4 млрд. ), уже в 1998 финансовом году Клинтон ликвидировал бюджетный дефицит, а к 1999 г. положительное сальдо достигло $80 млрд. Впер­вые в современной истории США приостановился рост государственного долга, снизился государственный спрос на кредит. Это отразилось на понижательной тенденции движения уровня процентных ставок, что стимулировало долговремен­ные инвестиции частного сектора, продолжая экономический рост. Объяснение достигнутого на положительного сальдо бюджета очевидно: неоконсерваторы под­готовили бизнесу благоприятную почву развития, в результате чего налоговая база стала неуклонно расти, а скорректированные Клинтоном налоговые ставки позво­лили выйти на оптимальный уровень налогообложения, дающий наибольшие по­ступления в федеральный бюджет. Кроме того, были урезаны непроизводствен­ные расходы правительства.

Основной же заслугой Клинтона стала «золотая экономика» США, возникшая в период его президентства. США удается одновременно поддерживать высокие темпы экономического роста и занятости при низком уровне инфляции. Инфля­ция была снижена до 2-3% в год, безработица — до 4,5, а экономический рост в конце 1990-х гг. составлял около 4%. Всего было создано 12 млн. новых рабочих мест, индекс Доу-Джонса (фондовый индекс ведущих американских корпора­ций) перешагнул за отметку в 11 тыс. пунктов. Даже мировой валютно-финансо-вый кризис 1997-1998 гг. оказался не страшен для экономики. Напротив, США извлекли из этого кризиса немалую выгоду: курс доллара в результате бегства инвесторов от сомнительных валют на тот момент времени значительно укрепил­ся. Одновременно США удалось взять под свой экономический и идеологиче­ский контроль страны, пострадавшие от кризиса.

Причины успеха «клинтономики» кроются, во-первых, в предприимчивости и работоспособности американцев, для которых правительство создало все усло­вия развития бизнеса; во-вторых, в успешной макроэкономической политике Клинтона; а в третьих, в интеграционных процессах в Северо-Американском ре­гионе, которые как раз стартовали при Клинтоне. Экономическое управление ад­министрации Клинтона оздоровило экономику США. позволило преодолеть не­разрешимые неоконсервативные препятствия на пути развития. Тем не менее не следует отрицать того, что основы «золотой экономики» были все-таки заложены президентами Рейганом и Бушем-ст. (сокращение налогов и дополнительные стимулы развития бизнесу), а Клинтон скорректировал в нужном направлении прежний неоконсервативный курс.

Важное значение для роста экономики CIJ1А в 1990-е гг. имел курс на интегра­цию в мировую систему. К настоящему времени на внешнем рынке реализуется 11% ВВП страны и около трети всех производимых в США материальных ценно­стей. США являются ядром североамериканской интеграционной группировки — Северо-Американской зоны свободной торговли (НАФТА), включающей также Канаду и Мексику. По экономическому потенциалу (объем ВВП трех стран, емкость рынка) НАФТА является более мощным рынком, чем рынок Европейского союза. Североамериканская интеграция активизировала развитие региона, американские компании получили мощный придаток в виде мексиканской И канадской производ­ственных баз, что позволяет им значительно снижать издержки на оплату труда.

Долговременный безынфляционный экономический рост в условиях постоян­но растущей занятости населения заставил многих экономистов усомниться в прежних классических и консервативных постулатах развития. На смену старым догмам и законам пришла новая экономическая реальность — экономика США, которую уже окрестили как «новая экономика». Американская модель «новой экономики» характеризуется прежде всего такими принципиальными чертами, как глобализация бизнеса и революция информационных технологий.

Глобализация бизнеса означает активную интеграцию страны и ее хозяйству­ющих субъектов в мировую экономику. Уже сейчас свыше половины доходов крупных американских корпораций образуется за рубежом: огромное значение приобрел процесс развития внешней торговли и иностранного инвестирования. В свою очередь, США также получают самые передовые зарубежные инвестици­онные товары и технологии, в стране действуют многочисленные филиалы и до­черние компании европейских и японских фирм. Активизировался обмен пере­довым опытом управления, усилилась роль американских инвестиционных фондов на мировых финансовых рынках. Если в конце 1970-х гг. с экспортом и импортом было связано около 17% экономики США, то к настоящему времени американская экономика уже на четверть зависит от экспорта и импорта.

Сильные внешнеполитические позиции США. лидерство американской моде­ли развития экономики определяют их лидерство в процессе глобализации. Со­временная экономическая философия глобальной экономики во многом форми­руется под воздействием американского либерализма — модели, которая оказалась наиболее конкурентоспособной в современном мире.

Революция информационных технологий служит вторым мощным источни­ком роста экономики США. Страна переживает настоящий информационный бум: совершенствуются цифровые технологии, постоянно образуются новые ком­пании, возникают новые отрасли промышленности. Только в одной Силиконо­вой долине — центре американских технологий (штат Калифорния) — каждую неделю образуется более десятка новых компаний. Это по-настоящему перевер­нуло американскую экономику. Если до недавнего времени экономику страны двигали вперед автомобилестроение и жилищное строительство, то сейчас драй­вером служат информационные технологии, которые дают примерно треть всего экономического роста. В сфере информатики и технологий США не имеют себе равных.

Глобализация бизнеса и новые информационные технологии привели к рест­руктуризации экономики США. Глобализация открыла новые рынки сбыта для американских товаров и услуг, стимулировала производство, ориентированное на зарубежный рынок. В свою очередь, информационные технологии оказывают влияние на целый комплекс отраслей экономики. С помощью информационных технологий можно повысить производительность труда и эффективность управ­ления, снизить издержки, сократить оборудование, в котором теперь отпадает необходимость, можно расширить каналы сбыта, используя глобальные компью­терные сети. Особенность «новой экономики» заключается еще и в том, что со­временные технологии постоянно совершенствуются, не давая кривой жизнен­ного цикла продукта опускаться вниз. Постоянно появляются модификации существующих продуктов или принципиально новые товары и услуги. Техноло­гии также способствуют устойчивому развитию — развитию без ущерба для эко­логии.1





©2015- 2017 megalektsii.ru Права всех материалов защищены законодательством РФ.