Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

ШОРТЫ С НИЗКОЙ ПОСАДКОЙ/ТЫ И ДЖО




ГЛАВА 13

ШОРТЫ С НИЗКОЙ ПОСАДКОЙ/ТЫ И ДЖО

 

Это не было постепенным процессом.

Погодите-ка.

Неправда.

Я просто не знал, что это происходит постепенно.

Но, наверное, так оно и было. Должно было быть.

Потому что только так можно объяснить тот космический взрыв, который состоял из желания и потребности, и мой, мой, мой. Сила его казалась абсурдной. Должно быть, это уже жило внутри. В течение длительного времени.

 

* * *

 

В августе Джо исполнилось семнадцать. Мы, как обычно, устроили вечеринку. С тортом и подарками, и он так широко улыбался мне.

В сентябре Джо пошел в старшую школу. Келли только-только собирался получить степень магистра. Картер работал с Марком и Томасом. Элизабет занималась тем, что делало ее счастливой. Гордо решил повременить с открытием второй мастерской. Мама улыбалась чаще обычного. Я работал, дышал и жил. Мои руки запятнала кровь, но это было ради стаи. Мне снились кошмары о мертвых волках с проломленными головами. Я просыпался весь в поту, но каждый раз, когда видел мамину улыбку, чувство вины ослабевало все больше.

Однажды вечером в октябре меня поцеловала Джесси. Я ответил на ее поцелуй, но потом отстранился. Она грустно улыбнулась и сказала, что все понимает. Я не стал говорить ей, что ни с кем не был с той самой ночи, когда пришли Омеги, потому что нельзя было терять бдительность. Нельзя было отвлекаться. Как не сказал и о том, что уже не испытываю к ней былых чувств. Поэтому просто извинился и покраснел, а она покачала головой и ушла домой.

В ноябре Картер встречался с девушкой по имени Одри, она была милой, хорошенькой и хрипловато смеялась. Любила выпить и потанцевать, а потом в один прекрасный день перестала появляться. Картер пожал плечами и сказал, что это было не всерьез. Просто развлечение.

В декабре выпал снег, и я бегал вместе с волками, пока он сыпал с неба, зимняя луна сияла над головой, пар изо рта тянулся следом за мной, когда стая выла вокруг меня свои песни.

В январе в дом Беннетов пришел человек и долго беседовал с Томасом в его кабинете. Он был высоким с проницательными глазами и двигался как волк. Звали его Осмонд, и когда он уже уходил поздно вечером, то остановился напротив меня и сказал:

— Человек, да? Ну что ж, полагаю, каждому свое…

Его глаза вспыхнули оранжевым. А потом он ушел, и я всерьез подумывал о том, чтобы швырнуть ему в затылок кружку с чаем.

В феврале молодой человек провожал Джо домой из школы. Джо казался растерянным, но не прогонял его. Они были ровесниками, звали его Фрэнки, невысокий, черноволосый, с огромными карими глазами, которые неотступно следили за Джо. Он побаивался меня, и Джо это очень забавляло. Как-то посреди месяца я вошел к нему в комнату и застал их, когда Фрэнки склонился и поцеловал Джо в губы. Джо замер. Я замер тоже, но лишь на миг, прежде чем выйти из комнаты и бесшумно прикрыть за собой дверь. Затем тихонько улыбнулся про себя, в то время как какое-то странное змеящееся чувство свернулось у меня внутри. Я ушел, надеясь, что он счастлив. Этот маленький узелок внутри так и не исчез, но я научился не обращать на него внимания.

Был март, когда в три часа ночи Джо постучал в дверь с криком:

— Окс, Окс, Окс!

Я запаниковал, схватил монтировку и велел маме оставаться в своей комнате. Она уже успела вытащить кинжал, и я остановился, чтобы сказать, что она круто выглядит. Мама закатила глаза и отправила посмотреть, что случилось.

Я открыл дверь и Джо выпалил:

Окс...

Он не пострадал. Крови не было. Никто его не преследовал. Он был в порядке. Физически. Но это не имело значения. Я притянул Джо ближе, его руки запутались в моих волосах, и он вздрогнул, когда прижался ко мне.

— Что случилось?

— Фрэнки, — произнес он, и я поразился своим сердцу и разуму, когда вдруг начал замышлять смерть семнадцатилетнего парнишки, который любил арахисовое масло и мультики. Я поклялся себе, если тот причинил вред Джо, от него не останется и мокрого места.

— Что он сделал?

— Ничего, — ответил Джо. — Он ничего не сделал.

— Тогда в чем дело?

— Ты придурок! — выкрикнул Джо, отстраняясь.

— Что? — переспросил я, потому что… что?

— Посмотри на меня, — потребовал он.

Я смотрел. Поскольку и так всегда это делал.

— Что ты видишь?

— Джо… — растерялся я. — Я вижу тебя.

Может, слегка помятого. С мешками под глазами. Возможно, он казался немного бледноват, и если бы не был оборотнем, я бы подумал, что Джо заболел. Но он не мог, так что я даже не рассматривал такой вариант.

Нет! — воскликнул он. — Не видишь, мать твою!

Еще никогда прежде Джо не выглядел настолько взбешенным.

— Я не… понимаю? — спросил я. Или сказал.

— Да боже! — крикнул он на меня, его глаза вспыхнули оранжевым и красным, а затем он развернулся и ушел.

На следующий день он извинился. Сказал, что просто устал.

— Конечно, Джо, — ответил я. — Все хорошо. Не беспокойся.

Потом он взял меня за руку, и мы пошли по грязной дороге, как всегда.

Был апрель, когда Фрэнки перестал заходить. Хотелось расспросить об этом Джо, но я никак не мог подобрать нужных слов. Келли сказал, что они расстались, и я сподобился лишь на:

— О… — хотя в мыслях звучало только одно слово: «хорошо».

Хорошо. Хорошо.

В мае все взорвалось.

И это было самое странное.

 

* * *

 

Дни стояли душные и влажные. В новостях говорили, нынешнее лето выдастся самым знойным за многие годы. «Аномальная жара», — сказали они. — «Может тянуться долгие недели».

Мне почти исполнилось двадцать три. Я подумал, возможно, пришло время съехать от мамы, но сама мысль о том, чтобы жить вдали от стаи заставила меня покрыться холодным потом, поэтому особо настаивать я не стал. Мама никогда не жаловалась. Ей нравилось, что я рядом. И еще это означало, я смогу защитить ее в случае, если монстры придут снова.

И вот, незадолго до того, как прожил на земле двадцать три года, я отправился к Беннетам на воскресный ужин. Элизабет попросила принести помидоров с грядки. Улыбнулась и поцеловала в щеку.

Когда я уже возвращался из сада, Джо, Картер и Келли как раз вышли из леса, закончив пробежку.

Они смеялись и толкали друг друга, как это обычно делают братья. Я любил их. Всех троих.

Только вот.

Только вот.

На Джо оказались шорты с низкой посадкой. Совершенно крохотные.

И ничего больше.

Теперь он стал почти таким же большим, как я. Наши глаза находились на одном уровне, или почти на одном, за такой малой разницей, что это не имело особого значения, Джо вытянулся до шести футов с парой дюймов сверху.

Его торс блестел от пота. Поросль влажных светлых волос, вьющихся на груди, казалось, высечена из гранита. На животе — легкий рельеф мышц. Капля пота, скользнув по дорожке волос, тут же впиталась в пояс шорт.

Он повернулся, чтобы что-то сказать Картеру, и я разглядел ямочки над его задницей. Заметил, как сгибаются и перекатываются мышцы, когда он перепрыгивает с одной ноги на другую.

Джо дико жестикулировал, указывая на что-то в лесу, и вдоль его бицепса обозначилась синяя вена, которую мне захотелось проследить прикосновением своих пальцев, потому что... когда это успело произойти?

И эти руки. Его большие гребаные руки и я…

Джо вырос.

А я почему-то не обращал на это внимания до тех пор, пока он не оказался на полном обозрении. Прямо перед моим носом.

Должно быть, он заметил меня краем глаза. Повернулся и улыбнулся мне, и это был тот самый Джо. Но это же был Джо.

Так что, естественно, я врезался в стену дома. Раздавив помидоры в руках. И ударившись головой о деревянную обшивку, подумал: «Вот дерьмо».

Отступил от стены. Кусочки помидоров упали в траву.

Твою ж мать.

Я почувствовал, как краснею, когда снова посмотрел на братьев Беннет. Они втроем замерли, наблюдая за мной с озабоченным выражением на лицах.

— Какого черта? — спросил Картер. — Ты же в курсе, что там стоит дом? Он был там все это время. Уже практически вечность.

— Эм… — выдавил я в ответ, голос стал низким. И уже не смог себя остановить. — Привет. Парни. Как оно? Просто вот… собираю помидоры, — я скрестил руки, перепачканные помидорами, на груди. Попытался прислониться к стене дома, но оказался чуть дальше, чем думал, и практически упал на нее.

— Что здесь вообще происходит? — поинтересовался Келли.

Джо шагнул ко мне, мышцы его пресса напряглись, и жар желания, поднимаясь откуда-то снизу, пронзил всего меня, а потом я вспомнил, что оборотни могут учуять его, и в диком ужасе сделал шаг назад.

— Хэй. В общем. Есть. Одна штука. На которую я должен взглянуть. У себя дома. Перед ужином.

Теперь они смотрели на меня как-то странно. Они еще не учуяли моей аморальной неистовой похоти. Или что бы это ни было. Моих чувств. Которых я не должен был испытывать.

Джо сделал еще шаг ко мне. У него обозначились грудные мышцы. Его грудь выглядела рельефной, и была просто… она была просто восхитительной, и провоцировала у меня всякие фантазии, отчего я ляпнул:

— Воу, полегче, ковбой, — и тут же мысленно пнул себя за эту чушь.

— И что там у тебя дома? — поинтересовался Джо, а потом этот ублюдок начал нюхать воздух.

— Окс, — вклинился Картер. — Твое сердцебиение сходит с ума.

Дурацкие гребаные оборотни. А Джо все стоял там. Со своими мышцами.

— Чтобы переодеться! — крикнул я, и все трое непроизвольно отступили на шаг. Я понизил голос. — Мне нужно… переодеться. Моя футболка, — указал я на нее. — Помидоры и дома не сочетаются. Ха-ха-ха.

— Я все еще не догоняю, что происходит, — заметил Келли.

— Сейчас вернусь, — я развернулся в противоположную сторону, пытаясь сдержаться и не броситься бегом.

— Эм… Окс?

Я застыл.

— Да, Джо?

— Твой дом в другой стороне.

— Точно.

Но вместо того, чтобы пройти мимо них, дав возможность обнюхать меня, я обошел вокруг дома. А когда снова появился в поле зрения, они стояли на том же месте, наблюдая за мной.

Укрывшись у себя дома, я запер дверь.

— Что случилось с футболкой? — спросила мама.

— Помидоры, — ответил я.

— Ты раскраснелся, — заметила она. — У тебя лицо ярко-красное.

— На улице жарко.

— Окс. Что-то случилось?

— Нет. Ничегошеньки.

— Ты тяжело дышишь.

— Именно, ты права. Я ведь большой парень, понимаешь? Нужны глубокие вдохи.

— Да уж, — ответила мама. — Не думаю, что дело в этом.

— Мне нужно сменить футболку, — я старался не смотреть ей в глаза.

— Хочешь, чтобы я тебя подождала?

Я отрицательно мотнул головой.

— Нет. Нет. Все… отлично.

Я хотел, чтобы она ушла, тогда я бы смог что-нибудь ударить.

Мама подождала, пока я отойду от двери, а затем протиснулась мимо меня. Она нахмурилась, когда дернула за ручку.

— Ты ее запер?

Я улыбнулся. Наверное, со стороны я казался сумасшедшим.

— Сила привычки.

— Угу, — она вышла и закрыла за собой дверь.

Я вмазал кулаком по стене. Это было чертовски больно.

Ему ведь всего семнадцать. Это неправильно.

Вот только ему уже почти восемнадцать.

Что… хорошо.

Но.

Это же Джо.

Опять и опять. Снова и снова.

Ожил телефон. Входящее сообщение.

Джо.

«Ты где??? »

Я глянул на часы. Оказывается, я проторчал перед своей дверью уже двадцать минут.

— Черт, — пробормотал вслух.

Я не мог не пойти на ужин. Это традиция. А если притворюсь больным, кто-нибудь (ДжоДжоДжо) придет, чтобы проверить, как я.

Так что я вынужден был идти.

Со своим сердцебиением я ничего поделать не мог. Они все равно его услышат несмотря ни на что. Что-нибудь придумаю.

Но запах…

Взбежав по лестнице, я сорвал с себя футболку и схватил другую из ящика. Натянул ее и пошел в ванную. Нашел старый флакон одеколона, которым давным-давно не пользовался, потому что волкам он не нравился.

— Он блокирует тебя, — сказал мне как-то Джо. — Во всяком случае, большую часть тебя.

Я опрыскал себя по меньшей мере раз шесть.

Написал Джо ответ.

«Уже иду».

Потребовалось еще двадцать минут, чтобы заставить себя вернуться в дом в конце переулка.

В конце концов, я велел себе быть мужественным, потому что мне уже почти двадцать три гребаных года, и я даже сражался с монстрами (однажды), а еще тренировался с волками (много раз). И это был всего лишь Джо.

С которым, очевидно, мне хотелось. Вытворять. Всякое.

И это никоим образом не успокаивало сердцебиение.

С каждым шагом, который я делал, преодолевая расстояние к дому Беннетов, мне казалось, что я иду навстречу своей смерти.

Я слышал их всех на заднем дворе. Наверное, уже готовились приступить к трапезе. Смех. Разговоры. Крики.

А потом все затихло.

Я еще даже не успел обойти с другой стороны дома.

— Это что, Окс? — послышался голос Марка. В нем звучало беспокойство.

Раздался грохот, а затем топот нескольких бегущих ко мне пар ног.

Они завернули за угол и остановились.

— Где он? — потребовал Марк.

— На нас напали? — спросил Томас, готовый сорваться с места. Его глаза вспыхнули красным.

— Окс? — подхватил Картер. — Чувак. Серьезно. Твое сердце, парень. Ты будто дико напуган.

— Привет, ребята, — выдавил я. Я быстро усвоил, что не следует убегать от волка, когда он вот-вот перекинется. Это запускает инстинкты. А мне так хотелось убежать.

Потому что Джо стоял впереди. Он переоделся. Белые шорты. Зеленая футболка, которая ничегошеньки не скрывала. Он тоже был босиком. И его ноги выглядели чертовски сексуально.

— Э-э… Привет, ребята, — повторил я.

— Почему у меня такое ощущение, будто я должен что-то понять? — произнес Келли.

Джо сморщил нос.

— Что это за запах?

Именно поэтому, конечно же, все семейство Беннетов начало нюхать воздух. И это уже было не смешно. Вообще ни разу.

Картер сделал шаг в мою сторону.

— Чувак. Окс. Какого хрена. В чем ты выкупался?

— Ни в чем, — возразил я, словно защищаясь, хотя и отступил на шаг. — Не понимаю, о чем ты.

— Окс, — нахмурился Джо. — Ты в порядке?

Я даже не в силах был взглянуть на него, когда пробормотал:

— В порядке. Все в полном порядке.

— Это была… ложь, — заметил Келли.

Джо сделал шаг в мою сторону. Я непроизвольно сделал шаг назад.

— Сегодня что-то произошло? — поинтересовался Томас.

Хотелось сказать, что, возможно, я просто начал представлять его несовершеннолетнего сына голым, но вряд ли такое стоило говорить Альфа-оборотню.

Поэтому вслух сказал я другое:

— Ничего не случилось. Я просто хотел… пахнуть. Иначе?

Беннеты уставились на меня. Я же старался смотреть куда-то поверх их плеч.

— Окс… — позвал Джо.

— Да, — отозвался я, уставившись на дерево.

— Эй.

— Ну что?

— Посмотри на меня.

Боже, твою ж мать! Я перевел взгляд на него.

Даже я заметил беспокойство на его лице. Его дурацком красивом лице.

И почувствовал, что краснею.

— Может быть, нам стоит… — начал было Марк, но его вдруг перебил Картер.

— О, да быть этого не может.

— Картер, можно тебя на минутку? — громко сказал я. — Сейчас. Пожалуйста. Прямо сейчас.

Картер одарил меня самой широкой дерьмовой ухмылочкой, когда Джо перевел взгляд с меня на него и обратно, сузив глаза.

— Что ты натворил? — поинтересовался он у своего брата.

— Абсолютно ничего, — ответил тот, явно чем-то очень довольный. — И это поразительно.

— Картер, — рявкнул я. — Сейчас же!

Прежде чем остальные успели возразить, Картер шагнул вперед и, схватив меня за руку, потащил к лесу.

— Это не займет много времени, — весело крикнул он через плечо остальным.

Что именно? — раздался голос Джо.

— О, уверен, ты скоро все узнаешь, — заметил Марк, и о боже, я был обречен.

 

* * *

 

Поскольку оборотни по натуре жутко нетерпеливы, Картер оттащил меня недалеко, лишь пока не убедился, что мы вне пределов слышимости, а затем остановился, отпустил мою руку, повернулся и посмотрел на меня.

— У тебя стояк на моего младшего братишку.

Я должен был хотя бы попытаться.

— Понятия не имею, о чем ты.

— Ты вылил на себя самую жутко пахнущую хрень, которую только смог найти, лишь бы скрыть запах своего стояка.

— Прекращай говорить «стояк»!

Картер поиграл бровями, глядя на меня.

Я сердито посмотрел в ответ.

— Как раз вовремя, — выдал он.

Что?

— Ты и Джо, — прищурился Картер.

Что я и Джо?

— Серьезно. Это все, что ты можешь сказать?

Либо это, либо паническая атака.

— Да, — ответил я. — Это все, что я могу сказать.

— Все в порядке, — произнес он. — Тебе позволено иметь стояк на моего семнадцатилетнего брата.

Я застонал, спрятав лицо в ладонях.

— Ты делаешь только хуже.

— Сильно в этом сомневаюсь, — фыркнул он. — Если думаешь, что это тебе неловко, то подумай, каково сейчас мне.

— Ты продолжаешь повторять «стояк»!

— Ага, — легко согласился Картер. — Мне сейчас так весело.

— Картер!

— Почему это тебя так парит?

— А почему тебя нет?

— Это из-за того, что он оборотень?

— Что? Нет. Меня не волнует, что он…

— И проблема не в том, что он парень. Ты и раньше трахался с мужчинами.

— Какого дьявола! Просто собираешься все это вывалить сейчас, да?

— Это потому что ему семнадцать? — уточнил Картер. — Отцу все равно. Ну. Наверное. Думаю, его это не сильно будет волновать.

Я в ужасе уставился на него.

— Да о чем ты вообще?

— Окс, — медленно проговорил он, словно обращаясь к ребенку. — Это же Джо, чувак. Что, по-твоему, должно было случиться?

— Я не… я просто… он был в этих шортах и…

— Ладно, — Картер скорчил гримасу. — Учуять — это одно, но слышать подобное — уже слишком. Это же мой младший брат.

Я издал слегка сдавленный звук.

— Окс, ты же в курсе, что рано или поздно это все равно должно было произойти, верно?

Его слова заставили меня похолодеть.

— В смысле?

— Волк.

— Я же сказал, мне плевать, что он волк…

Но Картер покачал головой.

— Не то. Каменный волк. Тот самый, который он подарил тебе на день рождения.

— И что с того?

— Черт, — вздохнул Картер, — это будет трудно.

Что отнюдь не улучшало сложившуюся ситуацию. О чем я ему и сказал.

— Слушай, — начал он. — Когда волки рождаются, их Альфа дает им волка, вырезанного из камня. Иногда они делают это сами. Иногда кто-то делает это для них. Но каждому рожденному волку дается один каменный. Не знаю, когда это началось, и, честно говоря, это какая-то архаичная хрень, но пофиг. Это традиция, а ты знаешь, как папа относится к традициям.

Я кивнул, потому что действительно знал.

— Это самое ценное, что есть у волка, — продолжил Картер. — Нечто такое, что нужно защищать и уважать. По крайней мере, нас так учат.

— Тогда почему он отдал его мне?

Картер спокойно улыбнулся.

— Потому что именно это с ним и нужно делать.

— Я не…

— Когда мы становимся достаточно взрослыми, нам говорят, что однажды мы встретим кого-то. Того, с кем нашему волку будет хорошо. Того, кто заставит наше сердце биться быстрее. Того, кто дополнит нас. Создаст с нами узы. Это делает нас людьми.

Колючая дрожь прошла по коже.

На деревьях пели птицы.

Листья покачивались на ветвях.

Все вокруг было зеленым. Таким невероятно зеленым.

— Когда мы находим этого человека, — сказал Картер, — когда мы находим того единственного человека, который заставляет нас забыть все плохое, что с нами когда-либо случалось, тогда… Вот для чего нужен волк. Это подарок, Окс. Обещание.

— Обещание чего? — прохрипел я.

Он пожал плечами.

— Много чего. Дружба. Семья. Доверие, — он закрыл глаза и прислушался к звукам леса. — И даже больше.

— Больше?

— Любовь. Вера. Преданность.

— Он…

— Да, старик. Он это сделал.

— Ему было всего десять.

Картер открыл глаза.

— И он заговорил с тобой после того, как не разговаривал больше года. Мы все знали, что это значит. Уже тогда.

И тут меня охватило странное чувство предательства.

— Еще одна вещь, которую от меня утаили? — спросил я, не в силах сдержать горечь в голосе.

Картер отрицательно покачал головой.

— Тебе было шестнадцать, Окс. И ты понятия не имел об оборотнях.

— Но когда я узнал…

— Джесси, — напомнил Картер.

И все сразу встало на свои места.

— Срань господня… — выдохнул я. — Вот почему…

— Да, и ты был тем еще мудаком.

Я сердито посмотрел на него.

Он пожал плечами.

— Я ничего не буду делать, — произнес я. — Он слишком молод. Собирается поступать в колледж. Его ждет собственная жизнь. Он мой друг, и это все…

— Ага, — фыркнул Картер. — Удачи тебе, Окснард. Поверь мне. Когда Джо узнает об этом — а он обязательно узнает — у тебя не останется ни единого шанса.

— Он не узнает, — решительно заявил я. — И ты ему ни черта не скажешь.

Картер лишь усмехнулся.

 

* * *

 

Картер заставил меня вернуться домой и принять душ, сказав, что мое зловоние было просто невыносимым, и я ни за что не буду есть с ними за одним столом, источая такой запах.

Я врезал ему со всей дури.

Он лишь посмеялся надо мной.

Я старался тянуть время как можно дольше, думая о чем угодно, кроме Джо.

Душ занял всего четыре минуты.

Через десять минут я уже был одет и шагал обратно к дому Беннетов.

Я слышал их всех, включая свою маму, на заднем дворе. Элизабет смеялась. Картер что-то прокричал Келли. Мама разговаривала с Марком.

Не успел я завернуть за угол дома, как ощутил на своем плече чью-то руку.

Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто это.

Но я все равно обернулся.

Джо стоял позади меня с обеспокоенностью во взгляде, пальцы скользнули по моей руке, слегка сжав за локоть. Мы стояли так близко, в нескольких дюймах друг от друга. Я чувствовал жар его тела, его колени касались моих.

— Привет, — сказал он.

— Привет, — с трудом выдавил я в ответ.

— Ты в порядке?

— Да, — кивнул я. — Отлично. Все отлично.

— А-ха. Ты серьезно думаешь, я в это поверю?

— Без понятия, о чем ты.

— Окс, — сказал он тем самым тоном, который, как мы оба знали, мог заставить меня сделать все, что он попросит. И теперь, когда осознавал, что именно это может повлечь за собой, я едва мог дышать.

— Волк, — выпалил я.

— Что? Какой волк?

Я нахмурился.

— Тот, который ты мне подарил.

Стоя настолько близко, я мог видеть слабый румянец, расползающийся по его шее. Но глаза Джо не отрывали взгляда от моих.

— И что с ним?

— Я просто… Я… Спасибо? За него. Наверное.

— Пожалуйста? Почему ты… погоди. О чем вы с Картером говорили?

— Эм... Ни о чем?

— Правда? И это все, что ты скажешь?

— Ни о чем, — настаивал я.

— Ты ведешь себя странно.

Это ты ведешь себя странно.

Джо закатил глаза.

— Этот запах, ваш с Картером поход в лес, волк, про которого ты вдруг ни с того ни с сего вспомнил. Не говоря уже о том, как врезался в дом, когда мы возвращались из…

Джо вдруг умолк, и я узнал это выражение на его лице. Я знал, что оно значит. Именно такое выражение появлялось у него, когда мозг начинал лихорадочно соображать, собирая воедино все мелкие кусочки и фрагменты.

— Наверное, нам стоит пойти поесть, — поспешно произнес я. — Мы же не хотим заставлять всех ждать. Это очень грубо.

Глаза Джо широко раскрылись.

Да твою ж мать.

— Окс, — сказал он, и в его вспыхнувших глазах мелькнул намек на волка. — Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Нет, — быстро ответил я. — Совершенно ничего.

— Ты в этом уверен? — спросил он, хватка на моем локте усилилась.

Мне едва удалось высвободить руку.

— Я голоден, — прохрипел я. — Нам следует…

— Конечно, — ответил он. — Пойдем.

Я моргнул.

Джо улыбнулся.

Мое сердце пропустило удар.

Его улыбка стала еще шире.

Никто не сказал ни слова, когда мы завернули за угол, хотя я был уверен, что абсолютно все, кроме моей мамы, слышали наш разговор. Картер подмигнул мне. Келли выглядел довольным. Марк улыбнулся своей таинственной улыбкой. Элизабет наблюдала за мной с нежностью. Мама казалась просто растерянной.

А вот Томас… Томас выглядел гораздо непринужденнее, чем я когда-либо видел раньше.

Джо сел рядом, прижавшись ко мне и не оставляя между нами даже малейшего пространства.

Ужин превратился в настоящую пытку.

Он часто склонялся ко мне, когда разговаривал, дышал мне в шею, шептал на ухо.

Касался руки, кисти, бедра.

В его стакане с содовой оказалась соломинка. Он никогда не пользовался соломинками. Никогда. Но сейчас она была там, появилась откуда-то, ресницы Джо затрепетали, когда он начал сосать через нее, глядя на меня, его щеки впали.

Я уронил вилку. Она с громким стуком упала на тарелку.

— Джо, — вздохнул Томас. — Серьезно?

— Упс, — выдал Джо. — Простите.

В его голосе не было и капли сожаления.

— О боже, — произнес Келли. — Теперь все наконец-то обрело смысл. И стало гораздо противней.

— Я испекла пирог на десерт, — объявила Элизабет, возвращаясь к столу. — Со взбитыми сливками.

Я застонал.

Джо выглядел необычайно довольным.

И стал еще довольнее, когда собрал пальцем крем, а потом начал слизывать его с кожи, не сводя с меня глаз.

У Картера с Келли на лицах застыло одинаковое выражение отвращения и ужаса.

— Прекрати, — прошипел я ему.

Джо склонил голову набок, а потом подался ко мне и тихо произнес:

— О, Окс. Я ведь только начал.


Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...