Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Глава 55 - Вечная ночь




Два из пяти Столпов Созидания я отыскал и отправился дальше на юго-запад Расколотых Островов. Третий артефакт находился на юге от Валь’Шары в Азсуне, там можно было найти Приливной Камень Голганнета.

Азсуной ранее руководил принц Фарондис, он был доверенным советником королевы Азшары, но во времена Войны Древних, он восстал против королевы, а точнее против её решения призвать на Азерот демонов и отдать им на растерзание свой народ. Фарондис решил использовать Приливной Камень Голганнета, чтобы издалека уничтожить Источник Вечности, что поддерживал демонический портал.

Вместе с чародеями магической Академии Нар’таласа, принц начал ритуал с использованием Столпа Созидания, но среди его сподвижников затесался предатель и сообщил о готовящемся заговоре Азшаре. Королева наказала своего советника, она разрушила Приливной Камень Голганнета и высвобожденная из артефакта энергия убила всех жителей Азсуны, превратив их в магических фантомов без тела, что привязаны к месту своей гибели.

Большая часть осколков разрушенного Приливного Каменя Голганнета по прежнему находятся в магической Академии Нар’таласа… точнее, в руинах этого здания, где бродят неупокоенные призраки жителей Азсуны.

Используя Ронго и «Молот Эонар», я стал изгонять и освобождать души погибших эльфов Азсуны и заодно исследовать разрушенную и затопленную академию Нар’таласа, отыскивая в её руинах осколки Приливного Камня. Как раз из-за этого случая с разрушением Столпа Созидания, троллям Гурубаши удалось заполучить обломок Приливного Камня, который они нашли на берегу моря, а после использовали его, чтобы призывать водяных элементалей, и в итоге они призвали Повелителя Воды Нептулона. который затопил приливной волной половину их империи Зул’Гуруба, на юге от Каражана.

Сам Приливной Камень Голганнета ранее выглядел как монолитный рунный камень с крупной жемчужиной в центре, сейчас целой осталась лишь жемчужина, а всё остальное было расколото на части. Пришлось буквально по камушку собирать Столп Созидания, обыскивая руины академии, все осколки я забрал с собой и отправился дальше. Вновь объединить Приливной Камень сможет Джайна и Сильвана, ибо этот артефакт позволяет управлять ветром, водой и молниями, а значит для его ремонта необходимы эти стихийные силы.

В Зале Оракула в Каражане я просмотрел события прошлого во времена Войны Древних, чтобы понять, где искать Столпы Созидания и в видениях я узрел битву Малфуриона Ярости Бури и сатира Ксавия. Самым первым ночным эльфов, который связался с Саргерасом был королевский верховный советник Лорд Ксавий, именно он убедил Азшару открыть для демонов портал на Азерот. И Ксавий стал первым сатиром, преобразованный энергией Скверны лично Саргерасом.

Во время боя Ксавия и Малфуриона, в сатира выстрелили стрелой и друид прорастил древко стрелы внутри Ксавия, обращая противника в древо, где душа Ксавия была заперта в Изумрудном Сне. В общем-то, это вот древо с духом первого сатира находилось сейчас в Азсуне, и я решил его также уничтожить с помощью Молота Эонар и своего посоха. Само древо стояло на берегу Азсуны и когда я сжёг его Святым Пламенем, то вдруг услышал:

— Он был полезен для меня и для моего владыки. — произнесла прекрасная сереброволосая эльфийка с золотыми глазами, что миг назад появилась возле берега моря, — Мои слуги передали мне о твоём желании узреть мою красоту, и я решила смилостивиться и озарить тебя своим величием, дракончик. — говорила одна из красивейших женщин, что я видел в этом мире.

— О, королева Азшара, какая честь встретить вас… но, я надеялся узреть вашу настоящую красоту, а не иллюзию, что скрывает ваше истинное величие… я же дракон и предпочитаю более чешуйчатых женщин.

— Тогда, наслаждайся моим великолепием. — стала изменяться эльфийка, с которой спала иллюзия и гладкая кожа женщины покрылась чешуёй, её серебряные волосы обратились в щупальца, а на лбу подобно короне раскрылся гребень с тремя дополнительными глазами.

Тело эльфийки также преобразилось, оно тоже обросло чешуёй, на торсе появилась ещё одна пара рук, а ноги превратились в восемь щупалец.

— Да, вот так мне определённо больше нравится. — покивал я, рассматривая эту сциллу с очень интересной внешностью, но при этом Азшара по-прежнему оставалась прекрасной, — И всё же, королева Азшара, не поведаете мне истинную причину своего появления передо мной?

— Отдай мне Приливной Камень, дракончик, считай это платой за лицезрение моей красоты. — протянула ко мне руку Азшара… к слову, эта нага имела тысяча пятисотый уровень, по силам она была равна Королю-Личу.

— С сожалением должен отказать вам, мне нужен этот артефакт, а у вас были десять тысяч лет, чтобы забрать его из академии, вряд ли бы вас сдержала магическая защита.

— Дракончик, камень лежал там, где я хотела, когда бы он мне понадобился, я бы могла его забрать, а ты же решил похитить его и сейчас отказываешься возвращать. — подобралась ко мне поближе Азшара и её щупальца начали угрожающе ко мне приближаться.

— Приливной Камень может помочь мне добраться до Н’Зота скрытого на дне морском, поэтому он послал тебя забрать артефакт? — задал я вопрос и окружил Азшару барьерами Божественного Света, что усиливались Ронго и Молотом Эонар, — А раньше ты его не забирала, ибо Н’Зот тебе запрещал, ведь ты сама могла им воспользоваться, чтобы избавится от этого Древнего Божка. — приблизил я лицо к хищному личику этой сциллы и смотрел ей прямо в глаза.

— Ох, дракончик… Н’Зот тебя боится, он слабейший из Древних Богов. В отличии от твоего отца, ты не подвластен его шёпоту… но должна тебя предупредить, на Азероте есть лишь одно оружие, что может тебе помочь убить Древних Богов — это клинок, воплощающий их силу, его же можно обратить против самих Древних Богов. — рассказала Азшара, что даже и не пыталась выбраться из оков, хоть у неё это и не получилось бы.

— Ксал’атат уже находится в моём распоряжении, не волнуйся. И какую цель ты преследовала, рассказывая мне о оружии против своего владыки? Могу предположить, что королева не хочет быть слугой Древнего Бога. — с улыбкой смотрел я на эту сциллу.

— Я была рождена, чтобы править, а не для того чтобы пресмыкаться перед падшим богом! — подтвердила мои догадки королева, — Отпусти меня, и когда мы встретимся в следующий раз у темницы Н’Зота, я окажу тебе помощь… или изо всех сил постараюсь не мешать. — явно не хотела признавать королева Азшара, что она марионетка огромной каракатицы из Бездны, что закована на дне морском.

— Буду рад вновь узреть ваше великолепие, королева Азшара. — развеял я оковы и отпустил эту сциллу, — Перед тем как мы расстанемся, почините то, что вы разрушили. — выложил я на берег собранные обломки Приливного Камня Галгонетта… сейчас вот и проверим намерения Азшары.

— Я выполню твою просьбу, дракончик. — направила Азшара на сломанный Столп Созидания свой Посох Вечности и из него стали бить молнии, благодаря которым Приливной Камень начал наполняться магией и руны на нём вновь активировались. Азшара вложила все свои силы, чтобы полностью восстановить Приливной Камень.

— Что ж, благодарю, с нетерпением буду ждать нашей новой встречи. — уменьшил я Приливной Камень и приложил к Молоту Эонар, заключая его в кристалл, что помогло наделить оружие силой ещё одного Столпа Созидания.

— Я приготовлю достойную встречу, дракончик. — погрузилась в океан Азшара… которая явно хочет поражения Н’Зота. Учитывая, что Азшара была сильнейшей волшебницей эльфов и её сила превосходила даже мощь Аспектов, возможно это позволило не утратить ей разум, в отличии от Смертокрыла… хотя и мой отец и королева явно безумны, но в разной степени.

Четвертый Столп Созидания можно отыскать на востоке Расколотых Островов в Штормхейме, в этом месте живут викинги-врайкулы и здесь высоко в небе парит часть крепости Ульдуара — Чертоги Доблести, которые местные обитатели называют Вальхаллой. Эгиду Агграмара после Войны Древних забрал себе Один, так что придётся наведаться в его обитель и отнять нужный артефакт.

Пока шёл в Штормхейм, как раз убивал по пути штормовых драконов, сильнейшим из них оказался крупный ящер Нитхегг, что имел пятисотый уровень силы… это почти в два раза меньше, чем мощь изначальных Аспектов, но достаточно близко к силе нынешних Аспектов, которые за прошлые десять тысяч лет растеряли около трети своей мощи — часть они передали в Душу Дракона и их поглотил Смертокрыл, часть они передали Нодрассилу, и их поглотил уже я. Сейчас я был вооружён Ронго, что подавляло драконов, а также «Громовым Молотом Эонар», сочетающим в себе мощь трёх Столпов Созидания, так что Нитхегг умер очень скоропостижно, а уж более слабые рептилии гибли вообще с одного удара.

Штормовые драконы были разумными и делились на несколько стай, какие-то стаи служили Одину, какие-то просто жили сами по себе, но вот как раз стая Нитхегга была злой, а сам этот дракон был местным Смертокрылом. Так что я не просто геноцидил безвинных драконов, а наоборот даже хорошее дело делал.

Рядом со Штормхеймом на меня напала какая-то пантера, пропитанная силой Диких Богов и как оказалось, в логове этой кошки лежало копьё Хална Крутогора — Хищный Коготь, которое благословили многие Дикие Боги во времена Войны Древних. После, потомок Хална — Дорро Крутогор отправился в Штормхейм убить опасную пантеру, терроризирующую юг Расколотых Островох, ну и эта пантера убила таурена и его копьё осталось лежать в логове этой хищной кошки, что под влиянием копья и сама превратилась в Дикого Бога… всё такого же агрессивного, и любящего нападать на всех в округе, чтобы добыть мяса для своего потомства.

Возле берега Штормхейма на меня опять напали, на этот раз это были врайкулы-утопленники, и у командира их отряда имелись отличные боевые клинки наделённые силой самого Одина и его дочери Хелии.

Если подумать, то как раз Один виновен в том, что Йогг-Сарон захватил Ульдуар и распространил проклятие плоти. Верховный Хранитель Один был назначен титанами на самую ответственную должность — контроль Ульдуара и охрану темницы сильнейшего Древнего Бога, после И’Шараджа. А когда Тир и другие титаниды поддержали идею о благословлении драконов силами титанов, Один был категорически против, но Аспекты всё же получили силы от Пантеона, на что Один обиделся, ушёл с должности Верховного Хранителя, отделил от Ульдуара кусок крепости и отправился собирать свою армию для защиты Азерота.

В итоге Верховным Хранителем Ульдура стал Локен, который через время начал служить Древнему Богу и запер Одина в его Чертогах Доблести, где он висит в небе и ничего сделать не может, максимум посылать свою слабую аватару, которая как раз и забрала Эгиду Агграмара. Сами Чертоги Доблести представляют из себя живописную скандинавскую крепость из камня и золота, что парит в небесах.

Один создал особый вид титанид — валь’кир, крылатых призрачных женщин, что собирают души достойных воинов и возносит их в Вальхаллу, где Один вселяет эти души в новые металлические оболочки врайкулов и таким образом собирает себе армию «вальяров» — избранных Одином воинов для защиты Азерота. Первой валь’кирой стала Хелия, именно эта волшебница-титанида подняла в воздух Чертоги Доблести и ранее именно она вместе с Верховным Хранителем Ра создала барьер в Обители Стихий, что не давал элементалям свободно проникать на Азерот.

Правда, Один насильно превратил Хелию в валь’киру и когда Локен захотел избавится от Верховного Хранителя, он подговорил волшебницу запереть Одина в его Чертогах Доблести, и Хелия использовала то же заклинание, которым она заперла элементалей в Обители Стихий. Теперь, Хелия не подчинялась Одину, она создала Хельхейм, где начала собирать души недостойных врайкулов, чтобы создать из них своё войско хеларьяр для противостояния Одину. Короче, титаниды Хранители вместо защиты Азерота начали разборки между собой, и начал их именно Один.

Как раз недавно я убил отряд врайкулов-утопленников, это и были хельяры, у которых я забрал мечи созданные Одином для своего чемпиона вальяра, но этого чемпиона убили и клинки попали к Хелии, что наделила их своей силой и отдала своему чемпиону, которого я как раз и прикончил.

В Чертогах Доблести обитают самые сильные воины-врайкулы по мнению Одина, да и сам титанид являлся Верховным Хранителем, а значит обладал наибольшей мощью среди других Хранителей Ульдуара.

Сейчас, чтобы забрать Эгиду Агграмара, мне придётся пройти сквозь войско Одина и сразится с самим Верховным Хранителем, а учитывая, что я довольно легко добыл прошлые Столпы Созидания, я был даже не прочь размяться в бою с достойными противниками. Думаю, даже без артефактов я буду сильнее Одина, так что, взлетев в небо, я достиг Чертогов Доблести и приземлился у входа в Вальхалу. Приняв своё алмазное обличие, я начал сражаться с армией вальяров — войском металлических врайкулов, избранных воинов Одина.

— Знаешь, Один, я разочарован твоим войском, я-то думал подраться на славу, а все твои вальяры просто железные болванчики. — пожаловался я Одину, добравшись до его тронного зала. Войска собранные в Чертогах Доблести, по эффективности сравнимы с моими големами из чёрного железа, то есть, неплохо, но не было смысла отделятся от Ульдуара и устраивать вот этот отбор душ.

— Удивительно! Я не верил, что кто-то может сравниться с валарьярами в силе и мастерстве, но ты доказал, что это возможно. Назови же своё имя, воин. — обратился ко мне Один в окружении своих войск. Сам Верховный Хранитель имел восьмиметровое металлическое тело, закованное в скандинавскую броню, его лицо украшала борода из огня и ещё у Одина отсутствовал один глаз. Сила титанида достигала восьмисот девяностого уровня, то есть он сильнее обычных Аспектов Драконов… но должен быть ещё сильнее, где-то тысячного уровня. Часть силы он вероятно потерял вместе с глазом.

— Я — Адамант, дракон из чёрной стаи и сын Нелтариона Хранителя Земли. Помнится, ты был против наделения драконов силами титанов, а сейчас, один дракон одолеет всё твоё войско и тебя заодно. Я пришёл сюда за Эгидой Агграмара и я её получу. — приготовился я к бою и выпустил свою святую ауру, тогда как Один наделён силами титана Аман’Тула и может повелевать Молниями.

— Веками я не встречал достойных противников. Ты хоть и дракон, но твоя аура подобна моему брату Тиру. Сразимся же, если ты победишь, тебя ждёт достойная награда. Да начнётся битва! — с задором крикнул Один, что и сам хотел подраться, ибо сидел в Чертогах Доблести больше шестнадцати тысяч лет, и видимо Эгиду Агграмара он думал использовать, чтобы снять барьер Хелии, но очевидно не получилось.

Один из-за восьмиметрового роста вроде как имел преимущество, но сила у нас была почти равная и мне мой человеческий размер позволял быть более мобильным и вёртким, да и к тому же у Одина не было одного глаза, что давало мне преимущество.

Именно Один вместе с Тиром сражались против Рагнароса, так что этот титанид сразу понял, что я использую святую силу подобно Тиру, которого он называл своим братом из-за пройденных вместе битв, но и ещё они были оба наделены силами титанов Пантеона, что частично делало их родственниками.

Вот битва с Верховным Хранителем была уже неплоха, мне даже пришлось использовать Ронго, чтобы всё же одолеть титанида, а Один также в бою пользовался копьём. Когда я призвал Ронго и нацелился выколоть глаз титаниду, ему пришлось воспользоваться Эгидой Агграмара, чтобы создать вокруг себя плотный Божественный Щит и не дать моему копьё пронзить его второй оставшийся глаз.

— Достаточно, храбрый дракон. Ты доказал свою силу и можешь владеть Эгидой по праву. — отдал мне Один магический щит титанов, генерирующий Божественные Барьеры Света.

— Отлично, осталось отыскать лишь Око Аман’Тула. — забрал я артефакт и пошёл на выход.

— Постой, дракон… я должен просить у тебя помощи. Хелия прокляла меня, из-за чего я не могу покинуть Чертоги Доблести, если ты убьёшь её то проклятие спадёт. — обратился ко мне с просьбой Один.

— Не находишь ли ты ироничным просить помощи у чёрного дракона? Я подумаю над твоей просьбой. — не поворачиваясь ответил я.

Добравшись до выхода из Чертогов Доблести я посмотрел свысока на Расколотые Острова, а точнее на барьерный щит вокруг Сурамара. Эгиду Агграмара я прицепил на левую руку, в которую я взял свой тяжёлый двуручный меч Дюрандаль. В правую руку я взял Громовой Молот Эонар, и спрыгнул вниз, падая на Сурамар. Энергия Эгиды Агграмара усиливала Дюрандаль, а Громовой Молот Эонар стал высвобождать силу трёх Столпов Созидания, как понятно, я хотел нанести удар с воздуха по магическому щиту, закрывающим город Сурамар. Думаю силы четырёх Столпов Созидания и моего личного оружия, будет достаточно, чтобы пробить барьер, поддерживаемый Оком Аман’Тула.

Золотым метеором, окутанный молниями, я врезался в магический купол, и столкнувшись с барьером, создал взрыв, из-за которого защита пошла рябью. Вновь взлетев в воздух, я повторил удар и в этот раз рябь была ещё сильнее. Непрозрачный фиолетовый щит начал истощатся в некоторых местах и из этих разломов стал виднеется город под куполом. Третьего удара барьер не выдержал и в месте атаки появилась брешь, через которую я пробился внутрь защиты Сурамара, при этом магический купол продолжал разрушаться, как гигантский мыльный пузырь, но очень медленно и маги города пытались поскорее восстановить барьер.

Судя по виду с воздуха, Сурамар пережил Войну Древних практически в первозданном виде. Прекрасные эльфийские здания уцелели, а по улицам ходили ночные эльфы, что с беспокойством взирали на небо, где заместо фиолетового барьера теперь виднелись облака и солнце.

Я направился к вершине главной цитадели Сурамара, где ощущал магический источник и магов, что его использовали для восстановления барьера.

— Прошу прощение за вторжение, я до конца не был уверен, есть ли кто-то живой под этим куполом. — подлетел я к группе магов ночных эльфов, и обратился к самой сильной волшебнице, что скорее всего была Великим Магистром Элисандой, именно она возглавляла Сурамар до Великого Раскола.

— Кто ты такой, незваный гость, разрушивший наш защитный барьер? — решила узнать арканная волшебница семьсот восьмидесятого уровня, она обладала прекрасной внешностью с тёмно-синей кожей, серебряными волосами и серебряными светящимися от магии глазами… тут плюс-минус все имели такой облик.

— О, я Адамант, чёрный дракон. Извините, что побеспокоил вас, но я тут собираю Столпы Созидания для противостояния демонам и вот решил заглянуть под ваш магический купол, что явно был создан Оком Аман’Тула. — объяснился я.

— Демоны Легиона всё ещё терзают наш мир? Спустя десять тысяч лет? — с беспокойством спросила Элисанда.

— Не совсем, десять тысяч лет назад демонов изгнали из Азерота, хоть это и привело к уничтожению Источника Вечности. Не так давно демоны вернулись на Азерот и ещё раз попытались захватить мир, но теперь уже я вместе с Иллиданом Яростью Бури уничтожил их войско. Сейчас на Азероте нет демонов, но мы с Иллиданом готовимся сами нанести удар по мирам Пылающего Легиона… и нам нужны сильнейшие артефакты Азерота, четыре я уже отыскал, осталось лишь Око Аман’Тула. — рассказал я.

— Мы не можем отдать вам этот Столп Созидания, он источник нашей силы и жизни, без него мой народ будет обречён на судьбу хуже смерти. Мы готовы помочь вам всем чем только можем в деле противостояния демонам, но без Ока Аман’Тула Сурамар не выживет. — серьёзно говорила правительница Сурамара, что в общем-то смогла сохранить свой город и народ от демонов, а ещё не утратила былую силу и знания ночных эльфов.

— Хмм, дайте взглянуть хоть на этот артефакт и расскажите, почему он так важен для вас. Судя по тому, что я увидел, я готов оставить вам Око Аман’Тула ради сохранения вашего города, но это если не будет никакого иного варианта. — решил я пойти на диалог с этими эльфами, они ко мне тоже не проявляли враждебности, так что можно и договорится.

— Пойдёмте, я вам покажу Ночной Колодец. — повела меня Элисанда к их магическому источнику.

Когда эльфы десять тысяч лет назад накрыли Сурамар куполом, они лишились магической подпитки от Источника Вечности, который вскоре вообще взорвался. Магический голод понемногу начал терзать эльфов, и они создали Ночной Колодец, что поддерживался силой Ока Аман’Тула.

По сути, этот Столп Созидания генерирует временную аномалию, которая работает как насос и высасывает арканную энергию из пересечения силовых лей-линий под Сурамаром. Из-силовых линий и так понемногу истекает арканная сила Азерота, и вот Око Аман’Тула внутри Ночного Колодца ускоряет этот процесс в тысячи раз и конденсирует магию в жидкую форму.

Судя по моим воспоминаниям, кажется именно на месте Ночного Колодца располагался Источник Тьмы, который создал Бог-Дракон Света для перерождения Бога-Дракона Тьмы, тогда как Солнечный Колодец находился на месте Источника Жизни для перерождения самого Бога-Дракона Света.

Само Око Аман’Тула состоит из полой металлической полусферы, и из двух крупных металлических колец, исписанных рунами. Когда кольца вращаются внутри полусферы, они искажают время, создавая временную аномалию, из которой при определённых условиях можно черпать силу. По сути энергия не берётся из ниоткуда, Око Аман’Тула просто с огромной скоростью её высасывает из Азерота.

Со временем энергия Ночного Колодца изменила жителей Сурамара и обратила их в ночнорождённых, они привыкли к чистой необузданной арканной энергии, что превратила их всех в сильных магов, но при этом сделала их в разы зависимей от магии.

Ночнорождённые разбавляют вино водами Ночного Колодца, превращая его в мана-вино, которое пьют для восполнения магической силы. Однако, если ночнорождённые прекращают пить мана-вино, они иссыхают и превращаются в «помраченных», в этом виде эльфы становятся похожими на мумии. Если помраченные вновь начнут пить мана-вино то вновь вернут свой нормальный вид. Однако, если помраченный долго не будет питаться энергией Ночного Колодца, он превратится в «иссохшего» — неразумного зомби, которого уже невозможно вернуть в прежнее состояние даже дав испить мана-вина. Чтобы утолить свой магический голод, иссохшие готовы жрать плоть других иссохших, магические кристаллы и вообще всё что под руку попадётся и будет иметь в себе хоть немного магии.

В Сурамаре — городе под закрытым куполом, в качестве наказания за преступления провинившихся эльфов лишали мана-вина, некоторых преступников лишь на время, дав им превратится в помраченных, а самое строгое наказание — это полное отречение от Ночного Колодца и изгнание в подземные руины Сурамара, где провинившийся превращается в иссохшего и бродит по подземелью неразумным диким существом, и служит примером в назидание другим ночнорождённым... хотя обычные жители и не в курсе, что их ждёт, если они перестанут пить мана-вино, об этом осведомлена лишь верхушка Сурамара.

Если же я заберу Око Аман’Тула, то все жители Сурамара в итоге обратятся в иссохших, сейчас ночнорожденные могут жить лишь возле Ночного Колодца. В целом, этот вопрос для меня решаемый. У меня есть фиал вод Источника Вечности и особый Эликсир Бессмертия на основе обратного некро-вируса, который под действием силы Колодца Вечности мутировал и стал ещё эффективней. Можно усилить Эликсир Бессмертия, смешав его с чистыми водами Источника Вечности, а после вылить этот флакон на место Ночного Колодца, что позволит создать магический источник даже без поддержки Ока Аман’Тула, так что именно это я и предложил сделать Элисанде.

Ночнорождённые и так постоянно пьют мана-вино, вместо него они будут пить Эликсир Бессмертия, который через время излечит их зависимость от Ночного Колодца и они больше не будут превращаться в помрачненных и иссохших, даже если перестанут пить жидкость Ночного Колодца.

Элисанда отдала мне Око Аман’Тула и я превратил эту восьмиметровую полусферу в более компактный артефакт. Теперь у меня в распоряжении были все пять Столпов Созидания и я выполнил свою часть сделки и влил в Ночной Колодец флакон вод Источника Вечности, предварительно смешав его с Эликсиром Бессмертия, а после с помощью пяти Столпов Созидания наложил на этот магический источник надёжную защиту, хотя и сами ночнорождённые тоже очень хороши в магии.

Когда Элисанда опробовала жидкость обновлённого Ночного Колодца, она убедилась в моих словах и теперь-то жители Сурамара действительно могут обойтись без Ока Аман’Тула.

Учитывая, что ночнорождённые десять тысяч лет сидели в изоляции под куполом, им нужно было узнать, что в мире творится, так что я рассказал им о Даларане и Кель’Таласе, а также отвёл Элисанду и её приближенных к высшим эльфам, пусть они тут адаптируются к современным реалиям, а я займусь исследованием добытых Столпов Созидания.

Пусть политики занимаются политикой, а я буду заниматься своей любимой артефакторикой… одно дело добыть сильные артефакты, ими ещё нужно уметь пользоваться. В руках крестьянина Молот Каз’Горота будет не опасней обычной кувалды, и скорее всего он же этой кувалдой сам себе и проломит череп.

Хоть я и желал исследовать город эльфов Сурамар, но артефакты титанов меня влекли сильнее, чем красивый город и не менее красивые ночнорождённые эльфийки. Магистр Элисанда не уступает в красоте королеве Азшаре, когда она была эльфийкой, а не сцилой… да и в целом, правительница Сурамара сильная волшебница и умелый политик, возможно любовница из неё вышла бы отличная, но мы её прибережём для Иллидана, может он наконец-то забудет о своей Тиранде. Меня просто раздражает эта аура любовного-страдальца, которую распространяет Иллидан.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...