Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Вступило в силу 28 сентября 2011 г.





МИМИНОШВИЛИ ПРОТИВ РОССИИ (ЖАЛОБА № 20197/03)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СТРАСБУРГ

Июня 2011 года.

Вступило в силу 28 сентября 2011 г.

 

Данное постановление вступило в силу в соответствии с п. 2 ст. 44 Конвенции. Текст может быть дополнительно отредактирован.

 

По делу «Миминошвили против России»,

Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой, в состав которой вошли:

Нина Вайч, Председатель,
Анатолий Ковлер,
Пеер Лоренцен,
Ханлар Хаджиев,
Георг Николау,
Джулия Лафранк,
Линос-Александр Сицилианос, судьи,
и Сорен Нильсен, Секретарь секции,

проведя заседание за закрытыми дверями 7 июня 2011 г.,

выносит следующее постановление, утвержденное в вышеназванный день:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано на основании жалобы (№ 20197/03), поданной в Европейский суд гражданином России Миминошвили Тенгизом Валерьяновичем (далее — «заявитель») 30 мая 2003 года против Российской Федерации в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — «Конвенция»).

2. Интересы заявителя представляли Е. Липстер и Р. Карпинский, адвокаты, практикующие в г.Москве. Интересы Властей Российской Федерации (далее – «Власти») представлял Г. Матюшкин, Уполномоченный Российской Федерации при Европейском суде по правам человека.

3. Заявитель, в частности, утверждал, что его содержание под стражей до суда было незаконным и необоснованным, что производство по вопросу о его содержании под стражей было чрезмерно длительным, а процесс по его делу не соответствовал требованиям справедливости.

4. 13 ноября 2007 года Председатель Первой Секции принял решение уведомить Власти о данной жалобе. Также Суд решил рассмотреть жалобу по существу одновременно с решением вопроса о ее приемлемости (бывш. ч. 3 ст. 29, в настоящее время ч. 1 ст. 29).

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель, 1960 года рождения, проживает в г.Москве.

А. Возбуждение уголовного производства в отношении заявителя



6. В 2000 г. предприниматель из Москвы Д. обратился в милицию, что, начиная с 1996 года он и два его деловых партнера производили ежемесячные выплаты в пользу местной преступной группы за «защиту». Д. предъявил милиции аудиозаписи телефонных разговоров с представителями преступной группы, втайне сделанные им, когда "взносы" стали для него слишком обременительными. Милиция провела оперативно-розыскные мероприятия. Сотрудники милиции втайне вели наблюдение за встречами трех предпринимателей и представителями преступной группы и записывали их переговоры. В ходе последней встречи, состоявшейся 25 сентября 2000 г., предприниматели передали представителям группировки ранее полученные ими от сотрудников милиции денежные средства. После получения денежных средств двое представителей преступной группы были арестованы, а сами денежные средства (ранее помеченные сотрудниками милиции) изъяты. Одним из представителей преступной группы был М., брат заявителя.

7. 9 апреля 2001 г. заявителю было предъявлено обвинение в вымогательстве, совершенном организованной группой в целях получения имущества в особо крупном размере (пункты "а" и "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ). Однако, вследствие того, что местонахождение заявителя было неизвестно, 18 апреля 2001 г. его дело было выделено из дела в отношении остальных членов группы. 22 мая 2001 г. заявитель был объявлен в розыск.

Б. Задержание заявителя и его содержание под стражей в период проведения расследования

8. 1 июня 2001 г. прокурор г. Москвы санкционировал постановление о заключении заявителя под стражу на основании тяжести преступления, в котором обвинялся заявитель, его возможности скрыться от правосудия, а также ввиду того, что ранее заявитель был объявлен в розыск. Срок содержания под стражей в постановлении указан не был.

9. 7 апреля 2002 г. заявитель был задержан в своем доме в Московской области и в тот же день взят под стражу.

10. 6 июня 2002 г. прокурор г. Москвы вынес постановление о продлении срока содержания заявителя под стражей до 9 августа 2002 г. Постановление было мотивировано тяжестью предъявленного заявителю обвинения, возможностью заявителя скрыться от правосудия, возможностью совершения заявителем новых преступлений и воспрепятствования проведению расследования. Данных о том, обжаловал ли заявитель данное постановление, нет.

11. 1 августа 2002 г. Бабушкинский районный суд г. Москвы рассмотрел поданное стороной обвинения ходатайство о заключении под стражу. Сторона защиты заявила, что для столь продолжительного содержания под стражей не имеется оснований в силу того, что заявитель ранее не судим, постоянно проживает в г. Москве и не пытался скрыться от следствия – во время объявления в розыск он проживал в загородном доме в Московской области вместе со своими несовершеннолетними детьми и ему не было известно о возбужденном в отношении него уголовном деле. Сторона защиты также утверждала, что предъявленные заявителю обвинения необоснованны и отметила длительные периоды бездействия следственных органов после задержания заявителя.

12. Суд отклонил доводы защиты и продлил срок содержания заявителя под стражей до 7 октября 2002 г. Суд в своем постановлении руководствовался тяжестью предъявленного заявителю обвинения и необходимостью участия заявителя в ряде следственных действий. Суд также пришел к заключению, что заявитель может скрыться от правосудия, с учетом того, что ранее он был объявлен в федеральный розыск и задержан в Московской области. Данных о том, обжаловал ли заявитель данное постановление, нет.

13. 2 октября 2002 г. районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 9 декабря 2002 г., постановив, что причин для изменения или отмены меры пресечения не имеется, с учетом тяжести предъявленного заявителю обвинения и возможности заявителя скрыться от следствия и суда. Данных о том, обжаловал ли заявитель данное постановление, нет.

В. Передача дела в суд; первое возвращение дела прокурору

14. 28 ноября 2002 г. следствие было завершено, а дело направлено в Никулинский районный суд г. Москвы (далее - «районный суд»).

15. 11 декабря 2002 г. районный суд назначил предварительное слушание. В постановлении о назначении предварительного слушания районный суд также оставил меру пресечения в виде содержания заявителя под стражей без изменений. Суд не указал сроков содержания под стражей, и оснований, по которым было принято соответствующее решение.

16. Предварительное слушание было проведено 24 декабря 2002 г. Защита ходатайствовала об освобождении заявителя из-под стражи, ссылаясь на то, что санкция на содержание заявителя под стражей распространялась на время проведения предварительного расследования и ее срок истек, следовательно, заявитель содержится под стражей незаконно. Защита также указала, что постановление от 11 декабря 2002 г. не содержит каких-либо оснований принятого решения о содержании под стражей. Районный суд отклонил это ходатайство исходя из тяжести предъявленных заявителю обвинений и того факта, что доказательства по делу не были исследованы судом. По существу предъявленных заявителю обвинений, районный суд возвратил дело в прокуратуру на том основании, что обвинительное заключение было составлено с нарушением требований законодательства и не может быть рассмотрено судом. На устранение ошибок, допущенных при составлении обвинительного заключения, прокуратуре было предоставлено пять суток. В своем постановлении районный суд сослался на п. 2 ч. 1 ст. 236 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) («Виды решений, принимаемых судьей на предварительном слушании»), п. 1 ч. 1 ст. 237 («Возвращение уголовного дела прокурору») и ч. 3 ст. 255 («Решение вопроса о мере пресечения [в ходе судебного разбирательства]»).

17. Сторона обвинения обжаловала данное постановление в части возвращения дела прокурору. Сторона защиты подала жалобу против отказа в изменении меры пресечения в отношении заявителя на не связанную с лишением свободы. Представление прокурора было подано 26 декабря 2002 г., жалоба защиты была подана 30 декабря 2002 г.

18. Как утверждали власти Российской Федерации, жалоба заявителя на постановление от 24 декабря 2002 г. о заключении под стражу была получена районным судом 15 января 2003 г. 28 января 2003 г. копия кассационного представления прокурора была передана заявителю. 13 февраля 2003 г. дело поступило в Московский городской суд. Судебное заседание по рассмотрению жалобы было назначено на 5 марта 2003 г., однако судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы было отложено до 13 марта 2003 г. в связи с тем, что адвокаты заявителя не представили ордер на его защиту .

19. 13 марта 2003 г. Московский городской суд удовлетворил кассационное представление прокурора и вернул дело заявителя в районный суд для рассмотрения со стадии предварительного слушания. Кассационная жалоба защиты была отклонена по основаниям, аналогичным изложенным районным судом в постановлении от 24 декабря 2002 г. В своем решении Московский городской суд сослался на положения УПК, устанавливающие шестимесячный срок содержания обвиняемого под стражей со дня поступления уголовного дела в суд первой инстанции.

Г. Второе возвращение дела прокурору

20. Второе предварительное слушание было проведено 21 апреля 2003 г. Защита вновь обратилась к суду с ходатайством об изменении меры пресечения на не связанную с заключением под стражу. В дополнение к ранее приведенным доводам защита сослалась на необоснованную длительность содержания заявителя под стражей и отсутствие надлежащей добросовестности судебных органов в ходе производства по делу заявителя. Районный суд вновь возвратил дело прокурору, отклонив ходатайство защиты об освобождении по основаниям, аналогичным приведенным в ранее принятом постановлении, а именно в силу тяжести обвинения и необходимости доработки обвинительного заключения. В своем постановлении Суд сослался на п. 1 ч. 2 ст. 236 и п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Как сторона обвинения, так и сторона защиты обжаловали данное постановление.

21. 5 июня 2003 г. Московский городской суд направил дело в районный суд для нового рассмотрения со стадии предварительного слушания в части возвращения уголовного дела прокурору для устранения нарушений, препятствующих рассмотрению дела судом. Решение районного суда в части содержания заявителя под стражей было оставлено без изменений.

Д. Заключение заявителя под стражу после предварительных слушаний

22. 2 июля 2003 г. районный суд назначил предварительное слушание и постановил продлить в отношении заявителя меру пресечения в виде содержания под стражей. Неизвестно, указал ли суд в своем постановлении сроки дальнейшего содержания заявителя под стражей.

23. В неустановленный день сторона защиты подала кассационную жалобу на постановление суда от 2 июля 2003 г.

24. 9 июля 2003 г. суд провел предварительное слушание и назначил слушание для рассмотрения дела по существу. Районный суд отклонил требования заявителя об освобождении и продлил срок содержания под стражей заявителя на время рассмотрения дела судом при этом не указав каких-либо временных пределов такого содержания.

25. 18 июля 2003 г. сторона защиты подала жалобу на постановление от 9 июля 2003 г. Адвокаты указали на то, что шестимесячный срок содержания под стражей в ходе проведения судебного разбирательства истек 28 мая 2002 г., таким образом, содержание заявителя под стражей незаконно.

26. 21 июля 2003 г. срок содержания заявителя под стражей на период проведения судебного разбирательства был продлен на три месяца в связи с тем, что приговор по делу не был вынесен. Районный суд сослался на тяжесть обвинения, а также на тот факт, что суд еще не провел оценку доказательств. Защита обжаловала это решение. Кассационная жалоба на постановление от 21 июля 2003 г. была датирована 30 июля 2003 года, однако неизвестно, была ли она фактически подана в этот день.

27. 3 сентября 2003 г. Московский городской суд отклонил кассационные жалобы на постановления от 2, 9 и 21 июля 2003 г., признав выводы районного суда правильными.

28. По словам заявителя, 7 октября 2003 г. срок его содержания под стражей был продлен еще на три месяца на тех же основаниях. В подтверждение этого обстоятельства заявитель предоставил копию постановления Никулинского районного суда г. Москвы, подписанное судьей К. Сторона защиты подала кассационную жалобу на данное постановление. В подтверждение этого заявитель предоставил копию кассационной жалобы с печатью районного суда, подтверждающей дату принятия канцелярией суда (16 октября 2003 г.), а также входящим почтовым номером (№ 4547). Заявитель утверждал, что данная жалоба не была рассмотрена в кассационной инстанции. Власти заявили, что 7 октября 2003 г. срок содержания заявителя под стражей продлен не был, а также что пребывание заявителя под стражей было санкционировано постановлением о заключении под стражу от 21 июля 2003 г.

29. Приговор по делу заявителя был вынесен районным судом 21 октября 2003 г.

Е. Рассмотрение дела М.

30. Дело заявителя первоначально рассматривалось в рамках одного производства с делами других членов организованной преступной группы, включая М., брата заявителя. Всем им было предъявлено обвинение в вымогательстве в целях получения имущества в особо крупном размере. Так как установить местонахождение заявителя оказалось невозможно, его дело было выделено в отдельное производство.

31. 27 декабря 2002 г. Никулинский районный суд признал М. виновным в вымогательстве, совершенном организованной группой в целях получения имущества в особо крупном размере (пункты "а" и "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ). Районный суд заседал коллегиально в составе профессионального судьи (К., председательствующего) и двух народных заседателей.

32. Приговор от 27 декабря 2002 года прежде всего исходил из того факта, что вымогательство было совершено М. в сговоре с «неустановленными лицами». При изложении фактов дела суд один раз упомянул имя заявителя. На 5-й странице приговора суд указал, что неустановленный член преступной группы в ходе телефонного разговора с одним из потерпевших упомянул, что «[заявитель] выражает недовольство по поводу отказа в выдаче подсудимому [М.] денег по первому требованию».

33. Имя заявителя также было упомянуто в части приговора, обобщающей свидетельские показания. В частности, на стр. 6 приговора в свидетельских показаниях М., который отрицал факт причастности заявителя к преступной группе[1]. Тем не менее, районный суд сделал вывод о том, что показания М. опровергаются уличающими доказательствами, в частности, свидетельскими показаниями. Отдельные свидетели, подтверждая участие М. в преступной группе, упоминали о том, что заявитель являлся важным лицом в группе и принимал участие в переговорах как лицо, пользовавшееся большим авторитетом (стр. 7-8). Они также отметили, что заявитель сказал потерпевшим, что «они должны теперь платить ему, иначе придется платить тем людям, с которыми он разговариал»(стр. 7), что денежные средства собирались у предпринимателей для передачи заявителю (стр. 8), что «[заявителя] представили [им] как лидера преступной группы» (стр. 8), а также, что потерпевшие «оплачивали счета [заявителя] за мобильный телефон» (стр. 8). Районный суд также рассмотрел информацию о телефонных переговорах М. и заявителя, и ссылался на нее в приговоре (тем не менее, не указывая на ее важность для обвинения).

Ж. Рассмотрение дела заявителя

34. Дело заявителя рассматривалось судьей К. Никулинского районного суда (судьей, которая ранее председательствовала в заседании по рассмотрению дела М.). Первое слушание по существу дела состоялось 29 сентября 2003 г.

35. Заявитель утверждал, что невиновен. Он не отрицал того факта, что знал потерпевших и имел с ними определенные деловые отношения. В частности, заявитель подтвердил, что встречался с ними несколько раз в период с 1996 по 1999 гг. Тем не менее, он отрицал, что его причастность к их деятельности носила криминальный характер. Он также отрицал получение каких-либо незаконных выплат от потерпевших или М. Кроме того, он отрицал причастность своего брата М. к какой-либо криминальной деятельности.

36. На последующих заседаниях суд заслушал показания двух свидетелей со стороны защиты, Р. и К., которые отрицали причастность заявителя или М. к преступлениям. В своих показаниях они отметили, что денежные средства были выплачены потерпевшими в пользу М. в качестве арендной платы за принадлежавшие заявителю складские помещения.

37. В своих свидетельских показаниях потерпевшие (Д. и двое его деловых партнеров), напротив, указали, что в 1996 г. они встретились с заявителем, который предложил им «защиту» от других преступных групп и назначил за нее ежемесячную плату. В ходе одной из встреч с заявителем другой член преступной группы угрожал потерпевшим побоями. В последующие годы потерпевшие выплачивали преступной группе денежные средства, в большинстве случаев не непосредственно заявителю, а другим членам группы, в частности М. Тем не менее, потерпевшие понимали, что денежные средства предназначаются заявителю. Потерпевшие еще несколько раз встречались с заявителем в разных местах, во время этих встреч обсуждался размер ежемесячной платы. Другие члены преступной группы всегда ссылались на заявителя как на лицо, пользовавшееся большим авторитетом. В тот период заявитель лично принимал участие в переговорах с другими преступными группами.

38. Судом также были изучены аудиозаписи, втайне сделанные одним из потерпевших, и позже сотрудниками милиции в ходе операции по наблюдению. Несмотря на то, что идентифицировать заявителя как одного из говорящих на аудиозаписи не удалось, другие члены группы часто ссылались на лицо под именем Тенгиз (имя заявителя), который, очевидно, пользовался в группе большим авторитетом. Заявитель утверждал, что, очевидно, они имели в виду другое лицо, имя которого также было Тенгиз.

39. Районный суд также рассмотрел другие доказательства. Свидетель В. подтвердил, что потерпевшие несколько раз встречались с заявителем. Свидетель Я., бухгалтер потерпевших, подтвердила, что один из предполагаемых членов преступной группы заявителя был официально трудоустроен потерпевшими и ему начислялась зарплата, при этом он не выполнял какой-либо работы. Она не знала об официальных деловых сделках или договорах об аренде, заключенных между заявителем и потерпевшими. Обвинение также предоставило оплаченные потерпевшими счета за телефонные переговоры заявителя и других членов преступной группы и другие косвенные доказательства.

40. В ходе судебного разбирательства по делу заявителя сторона защиты потребовала вызова в суд М. Защита указала суду на важность свидетельских показаний М. Заявитель утверждал, что, согласно показаниям потерпевших, полученные у них денежные средства передавались заявителю через М., и что допрос последнего «может пролить свет на данные события». Защита также заявила, что без доказательства того факта, что денежные средства были получены заявителем, последний не может быть признан виновным, а также, что М. должен быть вызван в суд, так как все свидетели ссылаются на него в своих показаниях. Суд первой инстанции отклонил данное требование, постановив, что суд еще не провел оценку всех доказательств.

41. Некоторое время спустя защита ходатайствовала о приобщении к доказательствам письменных показаний М., полученных одним из адвокатов со стороны защиты, который посетил М. в тюрьме и провел с ним беседу. В данных показаниях М. отрицает свою и причастность своего брата (заявителя) к преступной группе. Суд отклонил данное ходатайство ввиду того, что письменные показания М. «не были удостоверены надлежащим образом» и неясно, были ли данные показания действительно получены у М.

42. Защита также ходатайствовала о предоставлении разрешения на повторный допрос потерпевших в силу наличия противоречий в ранее данных ими показаниях. Разрешения предоставлено не было.

43. На определенном этапе производства защита заявила судье отвод, на том основании, что судья не была беспристрастной. Защита утверждала, что ранее та же судья признала брата заявителя виновным в деле, находящемся в тесной взаимосвязи с делом заявителя. Более того, защита отметила, что участвующая в рассмотрении дела судья была той же, что ранее возвратила дело прокурору и, таким образом, может иметь предвзятое мнение в отношении рассматриваемого дела. Тем не менее, судья отказалась устраниться от рассмотрения дела. В нескольких последующих случаях сторона защиты возражала против вопросов, поставленных судьей заявителю, утверждая, что эти вопросы были благоприятными для обвинения.

44. Для изучения представленных сторонами доказательств суду потребовалось восемь заседаний. Заседания состоялись 29 и 30 сентября, а также 1, 2, 7, 14 и 15 октября 2003 г. Последнее заседание для рассмотрения дела по существу состоялось 16 октября 2003 г. В этот день суд выслушал последнего свидетеля, а также рассмотрел некоторые письменные материалы дела и ходатайства защиты. Приняв решение об окончании рассмотрения доказательств, судья предложила сторонам приступить к прениям. Защита возразила против окончания рассмотрения доказательств без вызова в суд М. Возражение было отклонено. Защита ходатайствовала об отсрочке, по крайней мере на один день, в целях подготовки к прениям. Судья распорядилась сделать двадцатиминутный перерыв, а затем приступить к прениям сторон. Позиции сторон были изложены после тридцати минут перерыва. В дополнение к переданным суду письменным заявлениям, все три адвоката заявителя имели возможность представить устные замечания.

45. 21 октября 2003 г. районный суд признал заявителя виновным в вымогательстве и приговорил его к семи годам лишения свободы с конфискацией добытого незаконным путем имущества. В описательно-мотивировочной части приговора районный суд указал, что заявитель и его брат, М., ранее признанный виновным тем же судом 27 декабря 2002 г., а также несколько неустановленных лиц, являются членами организованной преступной группы, созданной в целях вымогательства у местных предпринимателей крупных сумм денежных средств. В период с 1996 по 1998 гг. заявитель несколько раз встречался с такими предпринимателями. Он предлагал им защиту от других преступных групп в обмен на ежемесячные выплаты. В большинстве случаев заявитель получал денежные средства от потерпевших через других членов преступной группы, включая брата заявителя М. Помимо этого, от потерпевших требовали оплаты телефонных переговоров неустановленного члена преступной группы, а позже телефонных переговоров самого заявителя. В приговоре был представлен подробный подсчет всех выплат, переданных заявителю через М., а также сумм телефонных переговоров, оплаченных потерпевшими. В нем также было представлено описание нескольких случаев, когда неустановленные члены преступной группы требовали дополнительные выплаты от имени заявителя.

46. Далее суд проанализировал показания свидетелей Р. и К., допрошенных по требованию защиты. Судья отметила, что, несмотря на то, что Р. и К. упомянули об имевшемся договоре аренды, заключенном между потерпевшими и заявителем, утверждалось, что он был заключен от имени компании, в то время уже прекратившей свое существование и не был подписан самим заявителем. Более того, суду не было представлено копии такого договора, а другие доказательства в материалах дела противоречили сделанным Р. и К. заявлениям. Наконец, в телефонных переговорах, состоявшихся между одним из потерпевших и членом преступной группы, последний дал первому указание заявить милиции, что выплаты осуществлялись в рамках договора аренды. В результате судья отклонил свидетельские показания Р. и К. как недостоверные.

47. Адвокаты заявителя подали кассационную жалобу. В частности, они обратили внимание суда на тот факт, что в ходе судебного разбирательства потерпевшие признали, что передавали денежные средства не заявителю, а другим лицам. Адвокаты заявителя настаивали на том, что отказ суда вызвать и допросить М. явился причиной несправедливого суда.

48. Московский городской суд рассмотрел кассационную жалобу защиты 17 марта 2004 года и внес изменения в приговор районного суда ввиду изменений в уголовном законодательстве РФ. Наказание в виде конфискации имущества, добытого незаконным путем, было исключено из приговора. Тем не менее, он оставил остальную часть приговора от 21 октября 2003 г. без изменения.

II. ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

A. Заключение под стражу

49. После ареста подозреваемый может быть помещен под стражу «на время проведения расследования». Согласно ч. 1, ч. 3-6 ст. 108 нового УПК РФ (от 2001 г., вступившего в силу 1 июля 2002 г.) для применения в отношении подсудимого меры пресечения в виде заключения под стражу или увеличения срока заключения необходимо постановление районного суда, выносимое по обоснованному ходатайству прокурора о заключении под стражу, подтвержденное соответствующими доказательствами. Срок заключения под стражу «на период проведения расследования» не должен превышать восемнадцати месяцев (ч. 1-3 ст. 109). Срок содержания под стражей «на период проведения расследования» исчисляется до направления прокурором уголовного дела в суд первой инстанции (ч. 9 ст. 109).

50. Начиная с даты направления прокурором дела в суд первой инстанции содержание под стражей обвиняемого считается «заключением под стражу на время судебного разбирательства». При получении дела судья, в частности, обязан установить должен ли обвиняемый оставаться по стражей или мера пресечения в виде заключения под стражу должна быть отменена на период судебного разбирательства (ч. 3 ст. 228 и п. 6 ч. 2. ст. 231 УПК).

51. Срок содержания под стражей «на время судебного разбирательства» исчисляется до дня вынесения приговора. Как правило, такой срок не может превышать шести месяцев, однако, в случае, если дело касается особо тяжких или тяжких преступлений, суд первой инстанции может продлить срок содержания под стражей один или несколько раз, каждый раз не более чем на три месяца (ч. 2 и 3 ст. 255 УПК).

52. Участвующий в рассмотрении дела судья может возвратить уголовное дело прокурору в целях устранения недостатков, препятствующих судебному разбирательству (п. 2 ч. 1 ст. 236 УПК), например, в случае, если судья обнаружил серьезные недостатки в обвинительном заключении (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК), либо если копия такого обвинительного заключения не была предоставлена обвиняемому. Судья обязывает прокурора устранить недостатки обвинительного заключения в течение пяти дней (ч. 2 ст. 237), а также должен решить вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого (ч. 3 ст. 237).

53. Федеральным законом № 226-ФЗ от 2 декабря 2008 г., в ст. 237 были внесены изменения, позволяющие судье при необходимости увеличить срок содержания под стражей с учетом ограничения сроков такого содержания, установленных ст. 109 УПК.

54. Согласно ст. 376 УПК РФ, суд кассационной инстанции должен назначить дату, время и место проведения заседания по рассмотрению кассационной жалобы и соответственно известить стороны. Стороны должны быть извещены не менее чем за 14 дней до даты проведения заседания. Суд кассационной инстанции должен решить вопрос о необходимости личного присутствия лица, содержащегося под стражей, в заседании суда.. Указанная статья также регламентирует порядок присутствия содержащегося под стражей лица при кассационном производстве лично или изложения им своей позиции путем использования систем видеоконференц-связи.

55. Для получения более подробной информации о законодательстве РФ о заключении под стражу до начала судебного процесса, заключении под стражу в ходе судебного разбирательства и возвращении дела обвинению в целях устранения недостатков обвинительного заключения, см. "Лебедев против России" (Lebedev v. Russia) (№ 4493/04, п. 33 и далее, 25 октября 2007 г.) и"Штейн против России" (Shteyn (Stein) v. Russia) (№ 23691/06, п. 56 и далее, 18 июня 2009 г.).

Б. Преюдиция в уголовном производстве.

56. Статья 90 УПК устанавливает, что «обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором … признаются судом … без дополнительной проверки. При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле».

В. Отвод судьи.

57. Ст. 61 – 63 УПК описывают обстоятельства, при которых судья не может участвовать в рассмотрении конкретного дела. Судья должен устраниться от участия в случае, если он является потерпевшим по данному делу, если он участвовал в уголовном деле в ином качестве (например, как представитель одной из сторон, свидетель и т. д.), в случае, если он является родственником любого из участников уголовного производства, либо в случае, если «имеются иные обстоятельства, дающие основания полагать, что [судья] лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе уголовного дела». Судья, беспристрастность которого поставлена под сомнение, обязан устраниться от участия в производстве по уголовному делу (ч. 1 ст. 62); в ином случае любая из участвующих в деле сторон может заявить судье отвод по указанным основаниям (ч. 2 ст. 62). Ст. 63 УПК гласит, что один и тот же судья принимавший участие в рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции, не может участвовать в рассмотрении данного уголовного дела в суде второй инстанции или в порядке надзора. Судья, принимавший участие в рассмотрении дела судом первой инстанции, не может участвовать в его новом рассмотрении, если данное дело направлено на новое рассмотрение. Тем не менее, не представлено каких-либо правил, регламентирующих участие одного и того же судьи в различных, но взаимосвязанных уголовных делах.

ПРАВО

I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ

58. Заявитель жаловался на незаконное содержание под стражей после того, как его дело было направлено в суд первой инстанции в ноябре 2002 г. Он также утверждал, что постановление от 11 декабря 2002 г. не содержало обоснований для продления срока его содержания под стражей, таким образом, оно было незаконным. В силу тех же аргументов, заявитель жаловался, что по истечении шестимесячного срока его содержания под стражей (после передачи дела в суд в ноябре 2002 г.), он удерживался под стражей без каких-либо законных оснований.

Подпункт (с) пункта 1 статьи 5 Конвенции гласит следующее:

«1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

...

(c) законный арест или задержание лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным судебным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения;

 

А. Приемлемость

59. Власти не выдвинули никаких официальных возражений относительно приемлемости жалобы. Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта (а) пункта 3 статьи 35 Конвенции. Также она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она является приемлемой.

Б. Существо жалобы

1. Замечания сторон

60. Власти оспорили факт нарушения прав заявителя, предусмотренных пунктом 1 статьи 5 Конвенции. Они указали, что законным основанием для заключения заявителя под стражу с 28 ноября 2002 г. послужил факт направления дела заявителя в районный суд для рассмотрения его по существу. В этом отношении Власти сослались на ст. 255 Уголовно-процессуального кодекса (УПК) 2001 г., предусматривающую, что участвующий в рассмотрении дела судья обязан вынести решение о мере пресечения в ходе проведения судебного разбирательства и имеет полномочия продлить срок содержания под стражей на шесть месяцев в ходе проведения судебного разбирательства. Данный срок также может быть продлен, каждый раз не более чем на три месяца.

61. Что касается содержания заявителя под стражей в период между возвращением дела из районного суда в прокуратуру (24 декабря 2002 г.) и отмены решения о возвращении дела судом кассационной инстанции (13 марта 2003 г.), Власти заявили, что данный период должен быть рассмотрен как содержание под стражей «в ходе судебного разбирательства», так как решение о возвращении дела обвинению не вступило в силу. То же относится и к периоду с 21 апреля по 5 июня 2003 г.

62. Ссылаясь на постановления по делам "Худоеров против России" (Khudoyorov v. Russia) (№ 6847/02, п. 149,ECHR 2005‑X (выдержки)) и "Игнатов против России" (Ignatov v. Russia) (№ 27193/02, п. 80, 24 мая 2007 г.), заявитель утверждал, что самого по себе факта передачи дела обвинением в суд первой инстанции недостаточно для обоснования «законности» периода заключения. Срок действия постановления о заключении под стражу от 2 октября 2002 г. истек 9 декабря 2002 г., таким образом, до того, как 11 декабря 2002 г. суд первой инстанции продлил срок заключения заявителя, его содержание под стражей не имело законных оснований. Такое толкование закона было подтверждено постановлением Конституционного суда РФ № 4-П от 22 марта 2005 г. (которое было процитировано в деле Лебедева, упомянутом выше).

63. Заявитель утверждал, что постановление о заключении под стражу от 11 декабря 2002 г. также не может считаться законным, поскольку в нем не были указаны основания для принятого решения. Кроме того, срок шестимесячного периода заключения под стражу до суда истек 25 мая 2003 года; таким образом, содержание под стражей после указанной даты и до даты следующего постановления о содержании под стражей (от 21 июля 2003 г.) также было незаконным.

2. Оценка Суда

(а) Общие принципы

64. Суд повторяет, что выражения «законный» и «в установленном законом порядке» в пункте 1 статьи 5 Конвенции относятся непосредственно к внутригосударственному праву и указывают на обязанность соблюдения его материальных и процессуальных норм. Тем не менее, «законность» содержания под стражей, согласно внутригосударственному праву, не всегда является определяющим фактором. Помимо прочего, Суд должен удостовериться, что заключение в течение рассматриваемого периода не противоречит целям пункта 1 статьи 5 Конвенции, то есть предотвращению случаев лишения свободы лиц произвольным образом.

65. Более того, Суд должен установить соответствует ли само внутригосударственное право Конвенции, включая изложенные или подразумеваемые в ней принципы. В данном отношении, Суд подчеркивает, что в случае лишения свободы особенно важно соблюдение общего принципа правовой определенности. Таким образом, необходимо, чтобы условия лишения свободы по внутригосударственному праву были ясно обозначены, а также чтобы применение самого права было возможно предсказать, с тем чтобы оно соответствовало стандарту «законности», устанавливаемому Конвенцией, который, в свою очередь требует, чтобы все право было достаточно точно определено, чтобы предоставлять лицу, (в случае необходимости - с соответствующей помощью) возможность предвидеть, в обоснованных обстоятельствами рамках, последствия, которые могут повлечь за собой определенные действия (см. "Джесиус против Литвы" (Ječius v. Lithuania), № 34578/97, п 56, ECHR 2000-IX, а также "Барановский против Польши" (Baranowski v. Poland), № 28358/95, п. 50-52, ECHR 2000-III).

(б) Применение к настоящему делу

i. Период с 9 по 24 декабря 2002 г.

66. Суд отмечает, что, начиная с 7 апреля 2002 г., заявитель был помещен под стражу до суда. Срок действия последнего постановления о заключении под стражу на период проведения расследования истек 9 декабря 2002 г., после того, как дело было передано в районный суд, но до того, как было вынесено новое постановление о содержании под стражей (11 декабря 2002 г.).





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.