Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Внешнеполитическое руководство в Новгороде Великом в XI - XV вв.





Руководство внешней политикой Новгорода не было централизовано так, как это было в великокняжеской Киевской Руси.

Решение главных внешнеполитических дел в Новгороде формально принадлежало вечу.

Только вече могло дать окончательное согласие на объявление войны или заключение мира с иностранной (или соседней русской) державой, землей, племенем.

Только вече санкционировало выплату контрибуции в случае военного поражения (на основе своего древнего права определять все, что связано с монетой в Новгород­ской республике), а также устанавливало размер дани с колоний, т.е. и в этих как будто бы чисто финансовых воп­росах фактически осуществляло и затрагивало высшую внешнеполитическую компетенцию государства.

На деле все эти внешнеполитические прерогативы веча, конечно, узурпировались фактически управлявшим в тот или иной период Правительственным советом и со­ставлявшими его высшими должностными лицами, кото­рые закулисно подготавливали решение веча и стремились провести и утвердить это свое решение на открытом вече как якобы "общенародное" и "демократическое".

Это обстоятельство создавало дополнительные сложности в осуществлении внешнеполитических акций республики, лишало их абсолютной гарантии, вносило элемент риска и неуверенности при их проведении, заставля­ло не идти и искать в радикальном, четком внешнеполитическом направлении, а прибегать к компромиссным, часто аморфным внешнеполитическим действиям, что в конечном счете давало негативный результат, ибо вместо сбалансированности, осторожности, осмотрительности внешнеполитической линии на деле получалась туманная, уклончивая, боязливая, нечеткая внешняя политика, ко­торая не прибавляла международного авторитета Новго­роду, а постепенно, исподволь лишала республику пре­стижа крепкого государства.

Чтобы конкретно показать, по каким линиям "растаскивалась" единая внешнеполитическая линия Новгородского государства, какие конкретно должностные лица и группы, стоящие за ними, могли оказать и оказывали влияние на выработку внешнеполитического курса республики, перечислим состав Правительственного совета Новгородской феодальной республики в период его наи­большего полновластия в XIII в.:



Архиепископ Великого Новгорода, председатель Совета;

Новгородский Правительственный совет;

Посадниквысшее государственное должностное лицо, совмещавшее прерогативы главы правительства Новгородской республики и бургомистра столицы государства;

Тысяцкий – «управлял» производственным населением государства – «черными людьми», представлял их интересы на вече;

Князь Новгородской республики – мог участвовать во всех внешнеполитических переговорах, касающихся пограничных, территориальных и мирных вопросов.

Таким образом, Новгородская республика, как и Киевская Русь, не имела единого внешнеполитического ведомства.

 

      §3. Внешнеполитическое руководство в В еликом княжестве Владимирском в XIII - XIV вв.

После ликвидации Киевского великого княжества, разорения Киева, уничтожения и рассеивания основного населения столицы и после бегства последнего Киевского князя Даниила Галицкого в Венгрию политический центр бывшей Киевской Руси был перемещен на Север, в дотоле периферийное Владимирское княжество, которое приняло титул Великого как законный преемник Киевского Русского государства.

Татаро-монгольское завоевание заставило пересмотреть внешнеполитические традиции Киевской Руси, отойти от них, перейти к новым концепци­ям. Пришлось действовать по обстоятельствам и гибко сочетать оценку и взаимодействие как идеологических, так и военно-силовых факторов во внешней политике.

Внешняя политика Владимирской Руси принципиально отличалась от внешней политики Киевской Руси тем, что:

во-первых, была целенаправленна, имела дальнюю перспективу;

во-вторых, разделялась на два различных направления - западное и восточное, каж­дое из которых обладало своими особыми задачами, пра­вилами и целями;

в-третьих, тактическое разнообразие приемов дипломатии Владимирской Руси не только возрос­ло количественно, но и претерпело огромные качествен­ные изменения;

в-четвертых, - и это было весьма сущест­венным нововведением - резко повысился личный ха­рактер планирования и руководства внешнеполитически­ми мероприятиями со стороны князя[4].

Внешняя политика Владимирской Руси в еще большей степени, чем внешняя политика Киевской Руси, осуществлялась исключительно лично великим князем. Для этого были веские причины. Во-первых, поскольку великий князь был одновременно и полководцем, командующим вооруженными силами го­сударства, то сосредоточение в одних руках военного и дипломатического обеспечения оборонительных, защитных задач внешней политики давало только хороший результат. И такое соединение функций "военного министра" и "министра иностранных дел" могло осуществляться только в персоне князя.

Во-вторых, возрастает значение сугубой секретности из-за опасности предательства, сильно повысившейся после монгольского завоевания. Гибель Ярослава II, искуснейшего, хитрого, опытнейшего политика и дипломата, в результате предательства его дипломатического советника боярина Федора Яруновича была сильным аргументом против того, чтобы великие князья посвящали приближенных в тайны внешней политики.

Александр Невский лично разрабатывает все военные и внешнеполитические мероприятия и осуществляет их только лично, в результате чего его действия вплоть до момента их реализации являются полнейшей тайной для всех и потому всегда оказываются успешными. Александр Невский становится своим собственным и безраздельным ми­нистром иностранных дел. Он не посвящает в свои планы и внешнеполитические замыслы ни духовенство в лице духовников или митрополитов, ни лиц гражданской и военной администрации, т.е. бояр и воевод. Он формиру­ет новые принципы ведения внешней политики. Она не только становится лично руководимой князем, но и еще более засекречивается и становится узкосемейным, а потому наследственным, строго последовательным меро­приятием династии, обязательным для всех ее поколений.

Если в Киевской Руси личное ведение внешней политики князем было следствием патриархальности и неразвитости в целом общественных отношений и обществен­ных институтов, то во Владимирской Руси источником, основанием личного руководства князем внешнеполитических дел государства служат высшие интересы династии и государства в целом перед лицом враждебного иностранного окружения и повышенного риска государственной измены как прямого следствия нравственного разложения общества, перенесшего ужасы татаро-монгольского нашествия. Условия, в которых приходится князьям практически осуществлять внешнюю политику, еще более закрепляют эти секретно-семейные приемы ее ведения.

 Главным контрагентом Владимирской Руси надолго становится Ордынское государство, а все переговоры в Орде должен неизбежно был вести лично великий князь. Именно князь получал лично из рук хана главный внешнеполитический документ, утверждавший его в его владельческих и властных правах, - ханский ярлык на великое княжение. Именно князь должен был быть основным гарантом лояльного выполнения ханских условий и лично проводить и демонстрировать лояльно компромиссную, а подчас и вынужденно рабскую линию внешней политики своего государства в отношении Орды.

Так, с одной стороны, произошла неизбежная концентрация всех внешнеполитических вопросов в руках лично князя, что повысило ее секретность и практически исклю­чило всякое участие в ее определении каких-либо совет­ников, сделало ненужным, неприемлемым знание вопросов внешней политики кем-либо, кроме великого князя, а с другой стороны, именно подобная ситуация привела к тому, что великий князь вынужден был стать великим мастером внешней политики, вынужден был научиться со­четать, и притом довольно гибко, и жесткие, и "мягкие" внешнеполитические приемы, проникнуться пониманием того, что ведение внешней политики требует высокого искусства, строжайшей секретности и безошибочной адекватности принимаемых решений в реальной ситуации, а также быстроты исполнения.

Таким образом, ситуация, сложившаяся к середине XIII в. для Руси и продолжавшаяся до конца последней четверти XV в., по существу, автоматически снимала вопрос о необходимости создания внешнеполитического ведомства. Оно не могло быть создано, оно было не нужно и даже вредно исходя из интересов государства, пока существовало "татаро-монгольское окружение", пока формально государи Руси продолжали быть вассалами золотоордынских ханов.

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.