Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

День, когда остановилось солнце. 5 глава




Каждый из Атлантов (как показано на рис. 21) состоит из четырех деталей, тщательно подогнанных друг к другу. Верхняя часть представляет собой голову статуи и головной убор из перьев, скрепленных лентой с узором в виде звезд; уши статуи прикрыты двумя удлиненными пластинами. Черты лица плохо различимы, и поэтому не представляется возможным говорить об их принадлежности к какой-либо расовой группе. На лицах статуй застыло бесстрастное выражение, однако при внимательном рассмотрении выясняется, что они немного отличаются друг от друга и обладают индивидуальными чертами.

Туловище Атлантов состоит из двух блоков. Верхняя часть представляет собой массивный нагрудник, по форме напоминающий бабочку. Самая интересная деталь нижнего блока туловища находится сзади. Это диск, в центре которого изображено человеческое лицо, а по краям загадочные знаки и, как считают некоторые ученые, «венок» из двух переплетенных змей. Нижняя деталь статуи — это ноги в сандалиях. Сложный наряд статуи, в состав которого входят браслеты выше локтя, ножные браслеты и набедренная повязка, держится при помощи лент (см. рис. 21).

Кого изображали эти гигантские статуи? Обнаружившие их археологи назвали эти фигуры «идолами», пребывая в уверенности, что это изображения богов. Авторы научно-популярных статей переименовали их в Атлантов, намекая на то, что они могли быть потомками богини Атлатоны («Та, что сияет в водах»), а также что они могли прийти из легендарной Атлантиды. Не наделенные таким богатым воображением ученые видели в них просто воинов толтеков, держащих пучок стрел в левой руке и атль-атль в правой. Однако такая интерпретация вряд ли верна, поскольку «стрелы» в левой руке статуй изогнуты, а атль-атль держали не в правой, а в левой руке. В то же время оружие в правой руке статуй (рис. 22 а) не было изогнутым, как атль-атль. Что же это такое?

Это оружие напоминает пистолет в кобуре, удерживаемый двумя пальцами. Джерардо Левет («Mission Fatal») выдвинул интересную теорию о том, что это не оружие, а инструмент — «плазменный пистолет». Он обнаружил, что на одной из квадратных колонн с изображением вождей толтеков в верхнем левом углу (рис. 22b) вырезана фигурка человека с заплечным ранцем и каким-то инструментом в руке; этот инструмент используется как огнемет для резки камня (Рис. 22с). Вне всякого сомнения, это тот же предмет, что и в правой руке гигантов. Левет предположил, что это мощный плазменный «пистолет» для резки и обработки камня, и указал, что именно такие устройства под названием «термоджет» использовались для вырезания гигантского монумента в Скалистых горах в штате Джорджия.

Значение открытия Левета может выйти далеко за рамки его теории. Поскольку каменные стелы и резьба по камню встречаются на всей территории Месоамерики и являются произведением местных мастеров, нет никакой необходимости обращаться к высокотехнологичному инструменту, чтобы объяснить работы из камня. С другой стороны, этот инструмент может пролить свет на другую загадку Толлана.

Исследовав внутренность пирамиды после удаления слоя земли из траншеи, археологи обнаружили, что внешняя пирамида была построена вокруг более старой ступенчатой пирамиды (полностью скрывая ее), стены которой располагались на расстоянии восьми футов от внешних. Кроме того, обнаружились остатки вертикальных стен, что предполагало наличие помещений и проходов внутри старой пирамиды. Была также сделана еще одна удивительная находка — каменная труба, выполненная из точно подогнанных цилиндрических секций (рис. 23) с внутренним диаметром около восемнадцати дюймов. Длинная труба была параллельна наклонной грани пирамиды и пронизывала ее насквозь, на всю высоту.

Акоста и его сотрудники предположили, что труба служила для отвода дождевой воды, однако этой цели можно было достичь, во-первых, без применения такой сложной внутренней конструкции, а во-вторых, при помощи простых глиняных труб, а не тщательно вырезанных из камня и подогнанных цилиндрических секций. Расположение и наклон необычного — можно даже сказать, уникального — трубопровода явно свидетельствуют, что он был частью первоначального проекта пирамиды и имел отношение к функции всего сооружения. Тот факт, что руины соседних зданий, имевших множество комнат и несколько этажей, предполагают какое-то производство, а также то, что к ним по каналам подводилась вода из реки Тула, дает основание предположить, что в глубокой древности в этом месте, так же как и в Теотиуакане, проходил некий процесс очистки и рафинирования минералов.

Поэтому при взгляде на загадочный инструмент в руках статуй возникает следующее предположение: может быть, он использовался вовсе не для резьбы по камню, а для резки скальных пород при добыче руды? Другими словами, не является ли он высокотехнологичным инструментом для горных работ? И не искали ли в этих местах золото?

Если более тысячи лет назад «Атланты» из центральных районов Мексики обладали высокотехнологичным инструментом, то возникает естественный вопрос: кто они такие? Судя по чертам лица, они явно не индейцы Месоамерики. Возможно, это даже не простые смертные, а «боги». На это указывает гигантский размер фигур — на стоящих рядом квадратных колоннах правители толтеков были изображены в натуральную величину. Сам факт, что в доисторические времена колоссальные изваяния были аккуратно разобраны и опущены внутрь пирамиды, предполагает, что их считали святыней. Все это подтверждает процитированные выше свидетельства Сахагуна, который говорил, что толтеки, оставляя город, закопали «множество вещей» и что даже его современники извлекали из-под земли предметы, вызывавшие восхищение своей красотой и искусным исполнением.

 

 

Рис. 24

 

Археологи убеждены, что четыре Атланта стояли на вершине Пирамиды Кетцалькоатля и держали крышу Небесного Балдахина. В египетской мифологии эту обязанность исполняли четверо сыновей Гора, которые поддерживали небо с четырех сторон — на севере, юге, востоке и западе. Согласно египетской «Книги мертвых» именно эти боги связывали Небо и Землю, и они же сопровождали умершего фараона при подъеме по божественной лестнице, ведущей в небеса и вечную загробную жизнь. Эта «лестница в небеса» изображалась иероглифом в виде одинарных или двойных ступенек, причем последний имел вид ступенчатой пирамиды (рис. 24а). Можно ли считать простым совпадением, что изображение ступенек украшало стены вокруг пирамиды Толлана и стало одним из главных иконографических знаков ацтеков (Рис. 24b)?

Центральное место в символике и верованиях племен науа занимал герой-бог и хранитель всех знаний Кетцалькоатль — «Пернатый Змей».

В таком случае представление о «Пернатом Змее» совпадает с представлениями египтян о Крылатом Змее (рис. 25), который помогал умершему фараону достигнуть царства бессмертных богов.

Помимо Кетцалькоатля, в пантеоне индейцев науа было множество богов, ассоциировавшихся со змеями. Это и «женщина-змея» Сиуакоатль, и Коатликуэ, «та, чья юбка из змей». Чикомекоатль был «седьмой змеей», Эхекакоамикстли «облаком змей ветра», и так далее. Великий бог Тлалок часто изображался с маской в виде двух змей.

Таким образом, археология, мифология и символика приводят к неизбежному — хотя прагматичным ученым он кажется неприемлемым — выводу, что центральная часть Мексики, а возможно и вся Месоамерика, была царством змеиных богов — богов Древнего Египта.

 

 

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

 

ЗВЕЗДОЧЕТЫ В ДЖУНГЛЯХ

 

Майя. Это слово вызывает ассоциации с тайнами, загадками и приключениями. Древняя исчезнувшая цивилизация, народ которой сохранился до наших дней Удивительные города, оставленные во всем своем великолепии и поглощенные зеленью джунглей. Пирамиды, устремленные в небеса и приближающиеся к богам. Искусно вырезанные и украшенные памятники с загадочными иероглифами, смысл которых теряется в глубине веков.

Загадка майя будоражила воображение и вызывала любопытство европейцев с того самого момента, когда первые испанцы ступили на землю полуострова Юкатан и увидели остатки затерянных в джунглях городов. В открывшуюся перед их глазами картину было просто невозможно поверить: ступенчатые пирамиды, храмы на приподнятых площадках, богато украшенные дворцы, каменные колонны с резьбой. Разглядывая эти вызывающие изумление развалины, испанцы слушали местные легенды, повествующие о монархах, о городах-государствах, о славе и великолепии былых времен. Один из самых известных испанских миссионеров, которые писали о майя и Юкатане во время завоевания этих земель испанцами, брат (впоследствии епископ) Диего де Ланда («Relation de las cosas de Yucatan») сообщал, что «на Юкатане имеется множество удивительных по красоте сооружений, и это самое значительное из всего, что было обнаружено в этих землях». «Все они построены из камня и богато украшены, хотя здесь не найдено никаких следов металла, при помощи которого могла быть выполнена эта резьба».

Испанцы лишь два столетия спустя обратили внимание на эти руины — они были заняты более важными вещами, такими, как поиски сокровищ и обращение местного населения в христианство. Только в 1785 году королевская комиссия провела осмотр найденных к тому времени руин Паленке. К счастью, иллюстрированный отчет этой комиссии попал в Лондон и привлек к загадке майя внимание богатого дворянина, лорда Кингсборо. Искренне веря, что жители Центральной Америки являются потомками десяти потерянных колен Израиля, он потратил остаток жизни и все свое состояние на изучение древних памятников Мексики и расшифровку письменности майя. Его работа «Antiquities of Mexico» вместе с «Relation» Ланды служила бесценным источником сведений о прошлом этого племени.

Однако в глазах общественности честь археологического открытия цивилизации майя принадлежит уроженцу Нью-Джерси Джону Л. Стивенсу. Назначенный послом Соединенных Штатов в Центральноамериканской Федерации, он отправился в страну майя вместе со своим другом Фредериком Катервудом, который был превосходным художником. Две книги, написанные Стивенсом и проиллюстрированные Катервудом — «Incidents of Travel in Central America, Chiapas, and Yucatan» и «Incidents of Travel in Yucatan», — до сих пор, через два столетия после первого выхода в свет (в 1841 и 1843 году), входят в список рекомендуемой литературы для тех, кто занимается изучением цивилизации майя. Собственная работа Катервуда «Views of Ancient Monuments of Central America, Chiapas, and Yucatan» еще больше подогрела интерес к этому предмету. Сравнивая рисунки Катервуда с фотографиями этих же памятников, поражаешься точности и аккуратности его работ (и с грустью видишь следы эрозии, которая имела место за это время).

Особенно подробными были отчеты, касающиеся таких крупных городов, как Паленке, Ушмаль, Чичен-Ица и Копан; последний связывают с именем Стивенса еще потому, что он, чтобы без помех вести раскопки, выкупил этот участок у местного землевладельца за пятьдесят американских долларов. Всего было исследовано около пятидесяти городов майя; такое их количество не только поражает воображение, но и не оставляет сомнений в том, что изумрудный покров джунглей скрывает не просто несколько заброшенных форпостов, а целую цивилизацию. Очень важным стало открытие, что некоторые символы и знаки, вырезанные на каменных памятниках, представляют собой даты, и поэтому цивилизация майя может быть помещена в определенные временные рамки. Несмотря на то, что до полной расшифровки иероглифического письма майя и сегодня еще очень далеко, ученым удалось понять датировку и соотнести ее с датами христианского календаря.

Гораздо больше сведений о майя можно почерпнуть в их собственной богатой литературе — их книги были написаны на бумаге, изготовленной из луба растений и покрытой белой известью, которая создавала основу для нанесенных чернилами символических знаков. Правда, эти книги сотнями уничтожались испанскими священниками — в том числе и тем самым епископом Ландой, который в конечном итоге сохранил большую часть «языческой» информации в своих трудах.

До наших дней дошли лишь три (возможно, четыре) кодекса («книг в картинках»). Наиболее интересными для ученых оказались разделы, связанные с астрономией. Два других крупных литературных произведения тоже сохранились потому, что были переписаны с оригинальных кодексов или записаны из устных рассказов на языке местных племен, но латинским шрифтом.

Одна из этих книг называется «Чилам Балам», то есть предсказания жреца из Балама. Во многих деревнях Юкатана хранились копии этой книги; одной из наиболее полных переведенных копий считается «Книга Чилам Балам Чамауэля». По всей видимости, Балам — это нечто вроде трудов майяского Эдгара Кейса: в книгах содержится информация о мифическом прошлом и предсказания будущего, описания обрядов и ритуалов, сведения по астрологии и медицинские советы.

Слово балам на языке местных племен означает «ягуар», и этот факт вызвал недоумение ученых, поскольку не имел никакого отношения к пророчествам. Однако, на наш взгляд, стоит обратить внимание на то, что в Древнем Египте существовала каста жрецов, носившая название Шем и одевавшаяся в леопардовые шкуры (рис. 26а). Эти жрецы объявляли свои предсказания во время определенных придворных церемоний, а также произносили сакральные заклинания, предназначенные для того, чтобы «открыть рот» умер шему фараону и тем самым помочь ему после смерти присоединиться к богам. Археологами были найдены рисунки майя, на которых изображены жрецы в похожих одеждах (рис. 2бb). Поскольку в Америке шкуру леопарда заменила шкура ягуара, это может пролить свет на смысл имени Балам. Кроме того, это еще одно свидетельство влияния египетских традиций.

 

 

Рис. 26

 

Еще более интересным нам кажется сходство имени жреца-прорицателя майя с именем библейского пророка Валаама, которого царь Моава во времена Исхода евреев из Египта призвал к себе, чтобы наложить проклятие на израильтян, и который вместо этого предсказал им счастливую судьбу. Считать ли это просто совпадением?

Другое значительное произведение литературы — это «Пополь Вух». или «Книга Совета» горных племен майя. В ней рассказывается о происхождении богов и людей, приводится генеалогия вождей. Космогония и мифы творения, изложенные в этой книге, повторяют легенды других племен науа, что свидетельствует об их общем источнике. Что касается происхождения самого народа майя, то в «Пополь Вухе» утверждается, что его предки «прибыли с другого берега моря». Ланда писал, что «индейцы слышали от своих предков, что эту землю населяли пришедшие с востока люди, которым Бог открыл двенадцать путей через море».

Эти утверждения согласуются с легендой майя, известной под названием «легенда о Вотане». Она была пересказана несколькими испанскими хроникерами, в том числе братом Рамоном Ордоньесом-и-Агуйа-ром и епископом Нуньесом де ла Вега. Впоследствии эта легенда была собрана из различных источников аббатом Е. С. Brasseur de Bourbourg («Histoir de nations civilisees du Mexique»). В ней рассказывается о прибытии на континент — по оценкам авторов хроник примерно в 1000 году до нашей эры — «первого человека, которого бог послал заселить эту местность и наделил землей, которая теперь называется Америкой». Этого человека звали Вотан (значение этого имени неизвестно), а его эмблемой была змея. «Он являлся потомком Стражей из расы Кан. Земля, из которой он пришел, называлась Чивгш». Всего он совершил четыре путешествия. Сначала он высадился на материке и основал поселение вблизи побережья. Через некоторое время Вотан двинулся в глубь континента и «у притока великой реки построил город, который был колыбелью его цивилизации». Он назвал свой город Начан, что означает «змеиное место». Во время своего второго посещения Вотан исследовал новые земли, изучив подземный мир и существовавшие под землей проходы; говорят, что один из таких туннелей пронизывал гору неподалеку от Начана. Вернувшись в Америку в четвертый раз, он застал разлад и соперничество среди людей. Поэтому он разделил свое царство на четыре области и основал в каждой из них по городу, сделав их столицами. Одной из этих столиц был город Паленке, а другая, по всей видимости, располагалась неподалеку от тихоокеанского побережья. Местоположение остальных неизвестно Нуньес де ла Вега был убежден, что родиной Вотана был Вавилон. Ордоньес пришел к выводу, что Чивим — это земли народа, который в Библии назван сынами Ханаана (Бытие, 10) и является родственным египтянам. Уже в наше время Зелия Наттэл («Papers of the Peabody Museum») обратила внимание на то, что в языке майя слово Кан, обозначающее змею, созвучно древнееврейскому Ханаан. В таком случае легенда майя, утверждающая, что Вотан происходил из расы Кан и что его символом была змея, возможно, использует игру слов, чтобы сообщить, что родина Вотана — Ханаан. Отчасти это поможет ответить на вопрос, почему слово Начан, или «змеиное место», практически идентично древнееврейскому Нахаш, что означает «змея».

Подобные легенды усиливают позицию тех ученых, которые считают побережье Мексиканского залива колыбелью цивилизации острова Юкатан — причем не только майя, но их предшественников ольмеков. С учетом этой точки зрения следует уделить больше внимания месту, которое почти неизвестно туристам и которое, по мнению археологов из университета Тулана и Национального географического общества, относится к периоду зарождения культуры майя — «от 2000 до 1000 лет до нашей эры, если не раньше». Это место называется Цибильчальтун и расположено вблизи портового города Прогресо на северо-западном побережье Юкатана. Руины, разбросанные на площади в двадцать квадратных миль, свидетельствуют о том, что город был населен с глубокой древности вплоть до появления испанцев; дома в нем строились, ремонтировались и перестраивались, а обработанные и украшенные резьбой камни растаскивались для использования в испанских и даже современных постройках по всей округе. Помимо огромных храмов и пирамид, город известен своей Большой Белой Дорогой, вымощенной плитами из белого известняка и протянувшейся на полторы мили вдоль оси восток-запад города.

Цепочка главных городов майя, протянувшаяся через северную оконечность Юкатана, известна не только археологам, но и миллионам туристов: Ушмаль, Ицмаль, Майяпан, Чичен-Ица, Тулум. И это лишь самые крупные из них. Каждый сыграл заметную роль в истории майя. Майяпан был центром союза городов-государств, Чичен-Ица возвысился благодаря мигрантам толтекам. Любой из них мог быть столицей, из которой — по свидетельству испанского хроникера Диего Гарсиа де Паласио — выступил в поход великий вождь Юкатана, чтобы завоевать южные нагорья и построить самый южный город майя — Копан. Все это, сообщал Гарсия, было записано в книге, которую ему показывали индейцы из Копана, когда он посещал это место.

Несмотря на все эти легенды и археологические данные, другая группа археологов придерживалась мнения, что культура майя — или, по крайней мере, сами майя — зародилась на южных нагорьях (на территории современной Гватемалы), а затем распространялась на север. Анализ языка майя показал, что он берет свое начало «в протомайяском обществе, которое примерно в 2600 году до нашей эры существовало на территории департамента Уэуэтенанго на северо-западе Гватемалы» (Д. /С. Моралес «The Maya Word»).

Но независимо от того, где и как развивалась цивилизация майя, ученые считают второй век до нашей эры ее «доклассической» фазой, а начало «классической» фазы наивысшего расцвета приходится примерно на 200 год нашей эры. К 900 году нашей эры владения майя простирались от тихоокеанского побережья до Мексиканского залива и Карибского моря. За эти столетия майя построили множество городов с пирамидами, храмами, дворцами, площадями, колоннами, статуями, надписями и украшениями, которые вызывают изумление ученых и туристов своим количеством, разнообразием и красотой, не говоря уже о монументальных размерах и великолепной архитектуре. За исключением нескольких городов, обнесенных стенами, города майя представляли собой открытые культовые центры, вокруг которых селились чиновники, ремесленники и торговцы и которые снабжались многочисленным сельским населением. В этих центрах каждый следующий правитель строил новые сооружения или расширял уже имеющиеся, возводя большее по размерам здание поверх старого — подобно новому слою кожуры у луковицы. А затем, за пять столетий до прибытия испанцев, майя по неизвестной причине покинули свои священные города, которые постепенно поглощались джунглями.

Один из древнейших городов майя, Паленке, расположен вблизи границы Мексики и Гватемалы, и до него несложно добраться из современного города Вилья-Эрмоса. В седьмом веке нашей эры он находился на западных границах владений майя. Европейцы узнали о его существовании в 1773 году, а раскопки его храмов и дворцов, а также изучение богатых фресок и иероглифических надписей начались в 20-х годах двадцатого века.

 

 

Рис. 27

 

Однако слава к нему пришла только после того, как в 1949 году (Альберто Руисом Луильером) было обнаружено, что у ступенчатой пирамиды, названной Храмом Надписей, имеется ведущая вниз потайная лестница. Через несколько лет раскопок после удаления земли и мусора, заполнявших внутреннее пространство, было сделано главное открытие — склеп (рис. 27). В самом низу винтовой лестницы треугольный каменный блок маскировал проход в гладкой стене, который все еще охранял останки воинов майя. За ним находился сводчатый склеп, стены которого были покрыты фресками. Внутри стоял каменный саркофаг, прикрытый прямоугольной каменной плитой длиной 12,5 фута и весом около пяти тонн. Сняв крышку, археологи увидели останки скелета высокого мужчины, на котором сохранились украшения из жемчуга и нефрита. Его лицо было накрыто мозаичной нефритовой маской, а среди бусинок нефритового ожерелья лежал маленький нефритовый кулон с изображением какого-то божества.

Это открытие стало настоящей сенсацией, поскольку ни одна из ранее найденных пирамид и ни один из храмов Мексики не использовались в качестве гробниц. К загадке склепа и его обитателя добавлялась загадка изображения, вырезанного на каменной крышке саркофага: внутри богато украшенной комнаты на троне в окружении перьев или пламени сидит индеец майя и, по всей видимости, управляет каким-то сложным механическим устройством (рис. 28). «Общество древней астронавтики» и его спонсор Эрих фон Дэникен полагают, что это изображение астронавта внутри космического корабля с работающими реактивными двигателями.

 

 

Рис. 28

 

Археологи и другие ученые высмеивают эту идею. Надписи на стенах гробницы и примыкающих зданий убедили их, что в саркофаге похоронен правитель Пакаль («Щит»), правивший в Паленке в период с 616 по 683 год нашей эры. Некоторые считают, что на крышке саркофага изображен Дракон Подземного мира, уносящий умершего Пакаля в царство мертвых; тот факт, что в день зимнего солнцестояния солнце садится точно позади Храма Надписей, усиливает символику ухода вождя вместе с заходящим солнцем. Другие, вдохновленные новой интерпретацией обрамления — кольцо символических знаков, обозначающих небесные тела и знаки зодиака, — убеждены, что рисунок изображает вождя майя, которого Небесный Змей уносит в царство богов. Похожий на крест объект, к которому обращен усопший, считается стилизованным Древом Жизни, указывающим на то, что умерший вождь обретает бессмертие в загробной жизни.

Похожая гробница, известная как «захоронение 116», была найдена на большой площади Тикаля у подножья одной из главных пирамид. На глубине около двадцати футов археологи обнаружили скелет необычно высокого человека. Его тело покоилось на постаменте из каменной кладки и было окружено (как в Паленке) жемчугом, изделиями из нефрита и керамики. Кроме того, изображения людей в пастях огненных змей (которых ученые называют Небесными Богами) были найдены в различных городах майя, например, в Чичен-Ице (рис. 29)

Ученые признают, что «невозможно удержаться от невольного сравнения с гробницами египетских фараонов». Сходство между склепом Пакаля и тех, кто царствовал гораздо раньше в долине Нила, просто поразительно (X. Ла Фей «The Maya, Children of Time», журнал «National Geographic Magazine»). И действительно, сцена, запечатленная на крышке саркофага Пакаля, аналогична рисункам, изображающим фараона, переносимого Крылатым Змеем в вечную жизнь среди небесных богов. Фараон не был астронавтом, но становился им после смерти, и, по нашему предположению, именно в этом смысл изображения в гробнице Пакаля.

 

 

Рис. 29

 

В джунглях Месоамерики, Центральной и Южной Америки были найдены не только гробницы. Раз за разом поросший тропической растительностью холм оказывался пирамидой, а группы пирамид указывали на покинутый город. До начала раскопок в Эль-Мирадор — район джунглей по обе стороны границы Мексики и Гватемалы — в 1978 году, в результате которых был обнаружен город, датируемый 400 годом до нашей эры и занимавший площадь около шести квадратных миль, сторонники гипотезы южного происхождения майя (например, Дж. Морли «The Ancient Maya») считали Тикаль не только самым крупным, но и самым древним майяским городом. Пирамиды Тикаля, расположенного на северо-востоке Гватемалы в провинции Петен, и сегодня возвышаются над зеленым морем джунглей. Город оказался необыкновенно большим, и по мере обнаружения все новых руин его границы постоянно расширяются. Один лишь главный культовый центр занимает площадь более одной квадратной мили; место для него было отвоевано не только у тропических джунглей, но и у горного кряжа, на котором была искусно устроена ровная площадка. Ложбины по обе стороны хребта были превращены в резервуары с водой, связанные между собой серией дамб.

Пирамиды Тикаля, разбитые на несколько групп, являются подлинным чудом архитектуры. Это настоящие небоскребы, высокие и узкие, круто поднимающиеся на высоту более 200 футов. Крутые ступенчатые пирамиды служили высоким основанием сооруженных на их вершинах храмов. Прямоугольные храмы, состоявшие всего лишь из двух узких комнат, были, в свою очередь, увенчаны массивными декоративными надстройками, еще больше увеличивавшими высоту пирамид (рис. 30). В результате создавалось впечатление, что святилище подвешено между Небом и Землей, а крутые ступеньки становились символической лестницей в небеса. Внутри каждого храма внутрь вела череда дверей, каждая из которых располагалась на ступеньку выше предыдущей. Притолоки были изготовлены из редких пород дерева и украшены искусной резьбой. Как правило, в храме насчитывалось пять внешних и семь внутренних дверей — то есть всего двенадцать, хотя символика этого числа до сих пор не привлекала к себе особого внимания.

 

 

Рис. 30

 

Сооружение взлетно-посадочной полосы в районе Тикаля ускорило его исследование, и после 1950 года в этом районе были проведены обширные раскопки; наибольший вклад в археологические работы внесла экспедиция из университета Пенсильвании. Ученые открыли, что большие площади Тикаля служили некрополями, где хоронили умерших вождей и знать; кроме того, многие из небольших строений оказались кладбищенскими храмами, но построенными не над гробницей, а рядом, и служившими в качестве надгробных памятников. Были также найдены более полутора сотен стел — украшенных резьбой каменных колонн, обычно смотревших на восток или на запад. Точно установлено, что на них изображены портреты реальных правителей и увековечены события, действительно имевшие место в период их жизни и правления. Вырезанные на них иероглифы (рис. 31) указывают точные даты этих событий, называют имена правителей (в данном случае «Череп в виде лапы ягуара») и описывают само событие; в настоящее время ученые уверены, что текстовые иероглифы являются не просто пиктографическим или идеографическим письмом, но «также записаны фонетически, по звукам, как шумерские, вавилонские или египетские» (А. Дж Миллер «Mata Rulers of Time»).

Именно с помощью таких стел археологи смогли Восстановить список из четырнадцати правителей Тикаля, занимавших трон с 317 по 869 год нашей Эры. Однако можно с уверенностью утверждать, что Тикаль был центром государства майя гораздо раньше: радиоуглеродный анализ останков в некоторых гробницах вождей позволил отнести их к 600 году до нашей эры.

 

 

Рис. 31

 

Рис. 32

 

В ста пятидесяти милях к юго-востоку от Тикаля находится Копан, город, который искал Стивене. Он находился на юго-восточной окраине владений майя, на территории современного Гондураса. Несмотря на отсутствие ступенчатых «небоскребов», как в Тикале, по своим размерам и планировке это более типичный майяский город. Его огромный культовый центр занимал семьдесят пять акров и состоял из храмов-пирамид, расположенных группами на нескольких больших площадях (рис. 32). Пирамиды имели широкое основание, достигали семидесяти футов в высоту и отличались широкими монументальными лестницами, которые были украшены искусными скульптурами и иероглифическими надписями. На площадях располагались многочисленные святилища, алтари с — самое важное для историков — каменными резными стелами, на которых были изображены правители и указаны даты их правления. Надписи сообщают, что главная пирамида была закончена в 756 году нашей эры и что Копан достиг своего расцвета в девятом веке нашей эры — непосредственно перед внезапным крахом цивилизации майя.

Однако последующие находки городов майя в Гватемале, Гондурасе и Белизе показали, что памятники и стелы с датами существовали еще в 600 году до нашей эры, что предполагает наличие развитой письменности, которая — с этим согласны все ученые должна была пройти определенные этапы развития или иметь источник Копан, как мы вскоре убедимся, играл особую роль в жизни и культуре майя.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...