Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Письмо вождям Советского Союза

Александр Солженицын

Написанное еще до взятия "Архипелага" в КГБ письмо со всеми

этими предложениями я отправил по адресу полгода назад. С тех пор на

него не было никакого отклика, ответа или движения к ним. В закрытом

аппаратном разбирательстве погибло у нас много идей и несомненнее

этих. Мне ничего не остается теперь, как сделать письмо открытым.

Газетная кампания против "Архипелага", нежелание признать

неопровержимое прошлое могли бы считаться окончательным отказом. Но я,

и сегодня не могу счесть его бесповоротным. Для раскаяния никогда не

бывает слишком поздно, этот путь открыт всему живущему на Земле, всему

способному жить.

Это письмо родилось, развилось из единственной мысли: как

избежать грозящей нам национальной катастрофы? Могут удивить некоторые

практические предложения его. Я готов тотчас и снять их, если кем

нибудь будет выдвинута не критика остроумная, но путь конструктивный,

выход лучший и, главное, вполне реальный, с ясными путями. Наша

интеллигенция единодушна в представлении о желанном будущем нашей

страны (самые широкие свободы), но так же единодушна она и в полном

бездействии для этого будущего. Все завороженно ждут, не случится ли

что само. Нет, не случится.

Мои предложения были выдвинуты, разумеется, с весьма-весьма малою

надеждой, однако же не нолевой. Основание для надежды подает хотя бы

"хрущевское чудо" 1955-56 годов -- непредсказанное невероятное чудо

роспуска миллионов невинных заключенных, соединенное с оборванными

начатками человечного законодательства (впрочем в других областях,

другою рукой, тут же громоздилось и противоположное). Этот порыв

деятельности Хрущева перехлестнул необходимые ему политические шаги,

был несомненным сердечным движением, по сути своей -- враждебен

коммунистической идеологии, несовместим с нею (отчего так поспешно от

него отшатнулись и методически отошли). Запретить себе допущение, что

нечто подобное может и повториться, значит полностью захлопнуть

надежду на мирную эволюцию нашей страны.

 

А. С.

 

----------------------------------------------------------------------

 

Не обнадежен я, что вы захотите благожелательно вникнуть в

соображения, не запрошенные вами по службе, хотя и довольно редкого

соотечественника, который не стоит на подчиненной вам лестнице, не

может быть вами ни уволен с поста, ни понижен, ни повышен, ни

награжден и, таким образом, весьма вероятно услышать от него мнение

искреннее, безо всяких служебных расчетов, -- как не бывает даже у

лучших экспертов в вашем аппарате. Не обнадежен, но пытаюсь сказать

тут кратко главное: что я считаю спасением и добром для нашего народа,

к которому по рождению принадлежите все вы -- и я.

Это не оговорка. Я желаю добра всем народам и чем ближе к нам

живут, чем в большей зависимости от нас -- тем более горячо. Но

преимущественно озабочен я судьбой именно русского и украинского

народов, по пословице -- где уродился, там и пригодился, а глубже тоже

-- из-за несравненных страданий, перенесенных нами.

И это письмо я пишу в ПРЕДПОЛОЖЕНИИ, что такой же преимущественной

заботе подчинены и вы, что вы не чужды своему происхождению, отцам,

дедам, прадедам и родным просторам, что вы -- не безнациональны. Если

я ошибаюсь, то дальнейшее чтение этого письма бесполезно.

Я не стану здесь окунаться в тягчайшие подробности последних

60 лет. Как тянется наша история и что была она, я пытаюсь выяснить в

книгах, о которых не думаю, чтобы вы читали их, может быть никогда и

не прочтете. Но это письмо я обращаю именно к вам: высказать вам мое

понимание будущего, которое мне кажется верным и, может быть, все

таки, вас убедить. Предложить вам еще пока своевременный выход из

главных опасностей, ждущих нашу страну в ближайшие 10-30 лет.

Эти опасности: война с Китаем и общая с Западной цивилизацией

гибель в тесноте и смраде изгаженной Земли.

 

1. ЗАПАД НА КОЛЕНЯХ

 

Никакой самый оголтелый патриотический предсказатель не осмелился

бы ни после Крымской войны, ни, ближе того, после японской, ни в

1916-м, ни в 21-м, ни в 31-м, ни в 41-м годах даже заикнуться

выстроить такую заносчивую перспективу: что вот уже близится и совсем

недалеко время, когда все вместе великие европейские державы

перестанут существовать как серьезная физическая сила; что их

руководители будут идти на любые уступки за одну лишь благосклонность

руководителей будущей России и даже соревноваться за эту

благосклонность, лишь бы только русская пресса перестала их бранить: и

что они ослабнут так, не проиграв ни единой войны, что страны

объявившие себя "нейтральными", будут искать всякую возможность

угодить и подыграть нам; что вечная греза о _проливах_ не осуществясь,

станет однако и не нужна -- так далеко шагнет Россия в Средиземное море

и в океаны; что боязнь экономических убытков и лишних административных

хлопот будут аргументами против российского распространения на Запад;

и даже величайшая заокеанская держава, вышедшая из двух мировых войн

могучим победителем, лидером человечества и кормильцем его, вдруг

проиграет войну с отдаленной маленькой азиатской страной, проявит

внутреннее несогласие и духовную слабость.

Действительно, внешняя политика царской России никогда не

имела успехов сколько-нибудь сравнимых. Даже выиграв большую

европейскую войну против Наполеона, она никак не расширила своей

власти на Восточную Европу. Она бралась подавлять венгерскую революцию

-- в пользу Габсбургов, обеспечивала прусский тыл в 1866 и 1870, ничего

за то не взяв, то есть бескорыстно возвышала германские державы.

Напротив, сама впутывалась ими же в балканских и турецких войнах,

проигрывала, и при огромных ресурсах и замахах так никогда и не

исполнила мечты своих руководящих кругов о проливах, хотя и в

последнюю гибельную для себя войну вступила с этой главной целью.

Россия часто оказывалась исполнителем чужих задач, вовсе не своих.

Множество промахов ее внешней политики происходило от недостатка

практического расчета на верхах, от бюрократической неповоротливой

дипломатии, -- но отчасти, очевидно, и от некоторой доли идеализма в

представлениях руководителей, что мешало им последовательно проводить

в жизнь национальный эгоизм.

От всех этих слабостей с начала и до конца освобождена

советская дипломатия. Она умеет требовать, добиваться и брать, как

никогда не умел царизм. По своим реальным достижениям, она могла бы

считаться даже блистательной: за 50 лет, при всего одной большой

войне, выигранной не с лучшими позициями, чем у других, -- возвыситься

от разоренной гражданской смутою страны до сверхдержавы, перед которой

трепещет мир. Некоторые моменты особенно поражают сгромождением

успехов. Например, конец второй мировой войны, когда Сталин, без

затруднений всегда переигрывавший Рузвельта, переиграл и Черчилля,

взял не только все, что хотел в Европе и Азии, но даже, вероятно сверх

своих ожиданий, легко получил у них еще и сотни тысяч советских

граждан в Австрии и Италии, отбивавшихся от возвращения на родину, но

преданных западными союзниками обманом и силой. Нисколько не меньше

сталинских успехов надо признать успехи советской дипломатии последних

лет: Западный мир как единая весомая сила перестал противостоять

Советскому Союзу, да даже почти перестает и существовать. Найдя в себе

единство, стойкость и мужество для Второй мировой войны и еще силы

найдя выйти из послевоенной разрухи, Европа, видимо, на том и

исчерпалась надолго. Державы-победительницы без всяких внешних причин

ослабли и одряхли.

На такой вершине ошеломляющих успехов неохотнее всего

воспринимаются чьи-то мнения или сомнения. Сейчас, конечно, самый

неудачный момент приступать к вам с советом или увещанием. В момент

внешних успехов труднее всего бывает отказаться от дальнейшей накатки

их, самоограничиться, перестроиться.

Но тем и отличаются мудрые от немудрых, что они принимают советы и

опасливые соображения много ранее крайней необходимости.

Да и в этих успехах далеко не все есть повод для

самовосхищения. Катастрофическое ослабление западного мира и всей

западной цивилизации далеко-далеко не только успех неуклонимой

настойчивой советской дипломатии, это главным образом результат

исторического, психологического и нравственного кризиса всей той

культуры и системы мировоззрения, которая зачалась в эпоху Возрождения

и получила высшие формулировки у просветителей XVIII века. Анализ того

кризиса -- за пределами этого письма.

А еще в наших успехах можно увидеть -- нельзя не увидеть! -- два

удивительных провала: среди всех успехов мы сами вырастили себе двух

лютых врагов, прошлой войны и будущей войны, -- германский вермахт и

теперь маоцзедуновский Китай. Германскому вермахту в обход

версальского договора мы помогли получить на советских полигонах

первые офицерские кадры, первые навыки и теорию современной войны,

танковых прорывов и воздушных десантов, что очень пригодилось потом в

гитлеровской армии при ее сжатых сроках подготовки. А как мы вырастили

Мао-Цзе-Дуна вместо миролюбивого соседа Чан-Кай-Ши и помогли ему в

атомной гонке -- эта история ближе, известнее. (Еще не так ли и с

арабами провалимся?)

И вот что заметим здесь главное, для дальнейшего: провалы эти

истекали не из ошибок наших дипломатов, не из просчетов наших

генералов, а из ТОЧНОГО СЛЕДОВАНИЯ УКАЗАНИЯМ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА:

в первом случае -- повредить мировому империализму, во втором --

поддержать зарубежное коммунистическое движение. Соображения

_национальные_ в обоих случаях отсутствовали.

Я знаю прекрасно, что говорю с крайними реалистами и не стану

пусто взывать: о, призаймем хоть немного неудачливого идеализма от

старой русской дипломатии! Или: облагодетельствуем мир тем, что

перестанем вмешиваться в его жизнь. Или: проверим нравственные

основания нашей победной дипломатии -- она приносит Советскому Союзу

внешнюю мощь, но приносит ли истинное добро его народам?

Я говорю с крайними реалистами и проще всего назвать ту

опасность, которую вы знаете детальнее меня, и давно уже смотрите туда

тревожно, и правильно, что тревожно: КИТАЙ.

Как бы вы ни торжествовали сейчас, как бы ни возносились, -- но

приходится помнить и учиться, что во всей мировой истории еще не

бывало (и не будет никогда) такой силы, на которую не нашлось бы

противосилы.

По нашей пословице: вырос лес, так выросло и топорище.

В данном случае -- 900 миллионов топорищ.

 

2. ВОЙНА С КИТАЕМ

 

Я надеюсь, вы не повторяете ошибки многих мировых правителей до

вас: вы не строите расчетов на победоносный блитцкриг. Против нас --

почти МИЛЛИАРДНАЯ страна, какая не выступала ни в одной войне мировой

истории. Ее население, очевидно, еще не успело с 1949 года утерять

своего исконного высочайшего трудолюбия -- выше нашего сегодняшнего,

своего упорства, покорности, и находится в верном захвате тоталитарной

системы, нисколько не упустительнее нашей. Ее армия и ее население не

будут с западным благоразумием сдаваться массами ни окруженными, ни

покоренными. Каждый солдат и каждый гражданский будет сражаться до

последней пули и до последнего вздоха. Союзника -- в той войне не будет

у нас, во всяком случае -- размера Индии. Оружия ядерного вы, конечно,

не примените первые -- это было бы совершенно непоправимо со стороны

репутации, которой вы не можете пренебречь, да и с практической

стороны все равно не принесло бы быстрой победы. Тем более не применит

его противная сторона, более слабая в нем. (Да вообще, к счастью для

человечества, оно из простого самосохранения умеет удерживаться на

самой последней грани гибели. Так после 1-й мировой войны никто не

посмел применить химического оружия, так после 2-й, я верю, никто не

применит ядерного. Таким образом все нынешнее разорительное его

сверхнакопление бессмысленно, лишь тешит изобретателей и генералов,

оно есть тяжкий жребий тех, кто взялся быть в переднем ряду ядерных

держав. Накопление это никогда не пригодится, а к началу конфликта еще

и устареет.)

Война же _обыкновенная_ будет самой длительной и самой кровавой из

всех войн человечества. Уж по крайней мере подобно вьетнамской (с

которой будет схожа во многом) она никак не будет короче 10-15 лет и

разыграется, кстати, почти по тем нотам, которые написал Амальрик,

посланный за это на уничтожение, вместо того чтобы пригласить его в

близкие эксперты. Если в 1-й мировой войне Россия потеряла до полутора

миллионов человек, а во 2-й (по данным Хрущева) -- 20 миллионов, то

война с Китаем никак не обойдется нам дешевле 60 миллионов голов, -- и,

как всегда в войнах, лучших голов, все лучшие, нравственно высшие,

обязательно погибают там. Если говорить о русском народе -- будет

истреблен последний наш корень, произведется последнее из истреблений

его, начатых в XVII веке уничтожением старообрядцев, потом -- Петром,

потом -- неоднократно, о чем тоже не буду в этом письме, а теперь -- уже

окончательное. После _этой_ войны русский народ практически перестанет

существовать на планете. И уже только это одно будет означать _полный_

проигрыш той войны, независимо ото всех остальных ее исходов (во

многом безрадостных, в том числе и для вашей власти, как вы

понимаете). Разрывается сердце: представить, как наша молодежь и весь

лучший средний возраст пошагает и поколесит погибать в войне, да

какой? -- ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ, за что? -- главным образом за мертвую

идеологию. Я думаю, даже и вы не способны взять на себя такую ужасную

ответственность!

Щемящее сочувствие вызывают и рядовые китайцы -- потому что они

будут самыми беспомощными жертвами той войны, они находятся в столь

зажатом положении, что не только не могут изменить своей судьбы, не

только обсудить ее, но даже ушками пошевелить.

Вот это гибельное будущее, по темпам приближения совсем уже

недалекое, ложится бременем на нас сегодняшних -- и на тех, кто имеет

власть, и кто силу имеет повлиять, или кто только голос имеет, чтобы

произнести: этой войны не должно быть вообще, ЭТА ВОЙНА ВООБЩЕ НЕ

ДОЛЖНА СОСТОЯТЬСЯ! Не ставить задачу _выиграть_ ту войну, ибо выиграть

ее никому не возможно, но -- ИЗБЕЖАТЬ ЕЁ!

Мне кажется, я такой путь вижу. И потому взялся за это письмо

сегодня.

Какие причины клонят к этой войне? Вторая -- это динамическое

давление миллиардного Китая на до сих пор не освоенные наши сибирские

земли -- не на ту полоску, о кой идет спор по старым договорам, но на

_всю_ Сибирь, до которой у нас впопыхах великих социальных и даже

космических преобразований не дошли руки, -- и это давление будет

возрастать с ростом общей перенаселенности Земли. Однако, _первая_

причина нависающей войны, причина гораздо более острая, главная и

безвыходная -- ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ. Не удивимся: во всей истории не было

войн и междуусобиц лютее, чем вызванные идеологическими (в том числе,

увы, и религиозными) разногласиями. Вот уже 15 лет между вами и

вождями Китая идет спор о том, кто вернее понимает, толкует и

продолжает Отцов Передового Мировоззрения. И помимо, и острей

государственного столкновения между нами вырастает это глобальное

соперничество, претензия единосмысленно толковать коммунистическое

учение и в нем вести именно за собою все народы мира.

А как же вы представляете? -- возникнет война, и обе воюющих

стороны так и понесут на знаменах чистоту своей идеологии? И 60

миллионов наших соотечественников дадут себя убить за то, что именно

на 533 странице ленинского тома написана заветная истина, а не на

335-й, как утверждает наш противник? Разве только самые-самые первые

лягут так...

Когда началась война с Гитлером, Сталин, так многое пропустивший и

погубивший в военной подготовке, этой стороны, идеологической, не

упустил. И хотя идеологические основания для той войны казались

несомненнее, чем ожидающие вас, -- война велась против идеологии, по

внешности диаметрально противоположной, -- Сталин от первых же дней

войны не понадеялся на гниловатую порченую подпорку идеологии, а

разумно отбросил ее, почти перестал ее поднимать, развернул же

старое русское знамя, отчасти даже православную хоругвь -- и мы

победили! (Лишь к концу войны и после победы снова вытащили Передовое

Учение из нафталина.)

Так неужели вы думаете, что при столкновении идеологий близких,

смежных, расходящихся лишь в оттенках, _вам_ не придется совершать

ту же переориентировку? Но будет -- поздно, в военном напряжении

-- уже очень тяжело.

Насколько же разумнее этот самый предохранительный поворот

сделать уже сегодня! Если все равно _для_войны_ его делать неизбежно,

то не разумнее ли сделать его много заблаговременней -- ЧТОБЫ НЕ

ВОЕВАТЬ вообще?!

Отдайте им эту идеологию! Пусть китайские вожди погордятся этим

короткое время. И за то взвалят на себя весь мешок неисполнимых

международных обязательств, и кряхтят, и тащат, и воспитывают

человечество и оплачивают все несуразные экономики, по миллиону в день

одной Кубе, и содержать террористов и партизан южных континентов.

Отпадет главная лютая рознь между нами и ими, отпадет множество

пунктов нынешнего состязания и столкновения во всем мире, -- и военный

конфликт отодвинется намного, а может быть -- _и_не__состоится_вовсе

никогда_.

Посмотрим непредубежденно: темный вихрь ПЕРЕДОВОЙ ИДЕОЛОГИИ

налетел на нас с Запада в конце прошлого века, достаточно потерзал и

разорил нашу душу, -- и если теперь сам утягивается дальше на Восток --

так пусть утягивается, не мешайте! (Не значит, что я хочу духовной

гибели Китаю. Я верю, что и наш народ скоро излечится от этой болезни

и китайский со временем тоже, -- надеюсь, не слишком поздно, чтоб

успеть спасти свою страну и оберечь человечество. Но с нас после всего

перенесенного хватит пока заботы -- как спасти наш народ.)

Отпадет идеологическая рознь -- и советско-китайской войны скорее

всего не будет вовсе. А если в отдаленном будущем и будет, то уж

действительно оборонительная, действительно отечественная. В конце

XX века отдавать сибирскую территорию мы не можем, это несомненно. Но

отдать идеологию -- только к нашему облегчению и выздоровлению!

 

3. ТУПИК ЦИВИЛИЗАЦИИ

 

Вторая опасность -- многосторонний тупик западной цивилизации,

к которой и Россия давно избрала честь принадлежать, -- не так близка,

еще в запасе есть два-три десятилетия, и тупик этот мы разделяем со

всеми передовыми странами, даже у них заклинено грозней и хуже, чем у

нас; и сохраняются надежды на новые научные лазейки и изобретения,

оттягивающие расплату. И я не касался бы той опасности в этом письме,

если бы решение обеих задач _не_совпадало_ бы во многом, если бы один

и тот же поворот, _единое_ решение не избавляло бы нас от _обеих_

опасностей! Так благоприятно редко сходится в истории. Эти дары ее

надо ценить, эти возможности не упускать.

И как это "внезапно" вывалилось перед человечеством и перед

Россией!!.. Наши передовые публицисты и до революции и после -- как

излюбили высмеивать тех _ретроградов_ (именно в России их было много

всегда). Кто звал беречь и жалеть нашу старину, даже самые глухие

деревушки в три избы, даже проселочные дороги рядом с железной колеей,

сохранять лошадей при уже автомобилях, не забрасывать малых

производств для огромных заводов и комбинатов, не пренебрегать

навозными удобрениями для химических, не скопляться миллионами в

городах, не карабкаться друг другу на голову в многоэтажных зданиях. И

как смеялись, как затравили реакционными "славянофилами" (из посмешища

это стало термином, простаки и не придумали себе названия другого).

Затравили тех, кто говорил, что такой колосс, как Россия, да со

многими душевными особенностями и бытовыми традициями, вполне может

поискать и свой особый путь в человечестве; и не может быть, чтобы

путь развития у всего человечества был только и непременно один.

Нет, мы должны были протащиться всем западным буржуазно

промышленным и марксистским путем, чтобы к концу XX века узнать,

опять-таки от передовых западных ученых, то, что искони понимал любой

деревенский дед на Украине или в России и мог бы давно-давно

растолковать передовым публицистам, если б те в своем запале нашли бы

время поконсультироваться с ним: что не может дюжина червей

_бесконечно_ изгрызать одно и то же яблоко; что если земной шар

_ограничен_, то ограничены и его пространства и его ресурсы, и

не может на нем осуществляться _бесконечный,_безграничный_ прогресс,

вдолбленный нам в голову мечтателями Просвещения. Нет, мы должны были

брести и брести за чьими-то спинами, не зная переда дороги, пока не

услышали теперь, как головные перекликаются: забрели в тупик, надо

заворачивать. Весь "бесконечный прогресс" оказался безумным

напряженным нераcсчитанным рывком человечества в тупик. Жадная

цивилизация "вечного прогресса" захлебнулась и находится при конце.

И не "конвергенция" ждет нас с западным миром, но -- полное

обновление и перестройка и Запада, и Востока, потому что оба в тупике.

Все это сейчас широко распубликовано и разъяснено на Западе

трудами "Общества Тейара де-Шардена" и "Римского Клуба". Вот их выводы

в самом сжатом виде.

"Прогресс" должен перестать считаться желанной характеристикой

общества. "Бесконечность прогресса" есть бредовая мифология. Должна

осуществляться не "экономика постоянного развития", но _экономика

постоянного_уровня_, стабильная. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ НЕ ТОЛЬКО НЕ

НУЖЕН, НО ГУБИТЕЛЕН. Надо ставить задачу не увеличения народных

богатств, а лишь _сохранения_ их. Надо срочно отказаться от

современной технологии гигантизма -- и в промышленности, и в

сельском хозяйстве, и в расселении (нынешние города -- раковые

опухоли). Главная цель техники становится сейчас: устранить плачевные

результаты предшествующей техники. "Третий мир", еще не ставший на

гибельный путь западной цивилизации, может быть спасен лишь

"раздробленной технологией", требующей не сокращения ручного труда,

но увеличения его, техники самой простой и основанной только на

местных материалах.

Вся безудержность промышленного развития осуществилась не за

тысячелетия, не за столетия ("От Адама до 1945 года"), а только за

последние 28 лет (после 45 года). Эта бурность темпа последних лет и

является самой опасной для человечества. Указанные группы ученых

провели компьютерные расчеты по разным вариантам экономического

развития -- и ВСЕ варианты оказались БЕЗНАДЁЖНЫ, предвещая

катастрофическую гибель человечества между 2020 и 2070 годами, ЕСЛИ

ОНО НЕ ОТКАЖЕТСЯ ОТ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПРОГРЕССА. В этих расчетах

рассматривались 5 главных факторов: население, природные ресурсы, с/х

производство, промышленность и загрязнение среды. Если верить

существующим сведениям о ресурсах Земли, некоторые из них идут к

быстрому концу: через 20 лет окончится вся нефть, через 19 вся медь,

через 12 -- ртуть, и многие другие близки к концу, очень ограничены

энергетические ресурсы и пресная вода. Но даже если последующими

разведками запасы окажутся и вдвое, и втрое больше известных ныне, и

если _вдвое_ увеличится производительность сельского хозяйства, и

подчинена будет человеку неограниченная ядерная энергия -- ВО ВСЕХ

СЛУЧАЯХ В ПЕРВЫХ ДЕСЯТИЛЕТИЯХ XXI ВЕКА ДОЛЖНА НАСТУПИТЬ МАССОВАЯ

ГИБЕЛЬ НАСЕЛЕНИЯ: если не от остановки производства (конец ресурсов),

то от избытка производства (гибель среды) -- во всех случаях...

_Совместно_все_пять_ вышеназванных факторов решить оптимально при

нынешней ставке на "прогресс" НЕВОЗМОЖНО. Если человечество не

откажется от экономического прогресса -- биосфера станет непригодной

для жизни практически уже ПРИ НЫНЕ ЖИВУЩИХ. А чтобы человечество

_спасти_ -- технология должна быть перестроена к стабильной в

ближайшие 20-30 лет, для этого перестройка должна начаться НЕМЕДЛЕННО,

СЕЙЧАС.

Впрочем, наиболее вероятно, все же, что западная цивилизация

не погибнет. Она столь динамична, столь изобретательна, что изживет и

этот нависающий кризис, переломает вековые ложные представления и в

несколько лет приступит к необходимой перестройке. А "Третий мир"

заблаговременно внимет предупреждениям и вообще_не_пойдет_по_западному

пути_, это еще очень доступно для большинства африканских, для многих

азиатских стран (и никто их не будет за это дразнить "негрофилами").

Но -- мы?? С нашей неповоротливостью, косностью, с нашей

неспособностью и робостью менять хоть единую букву, хоть штрих один в

том, что сказал Маркс о промышленном развитии к 1848 году.

Экономически, физически -- мы вполне можем спастись. Но на пути нашего

спасения стоит, перегораживает -- Единственно Передовое Мировоззрение:

если отказаться от промышленного развития, то как же тогда рабочий

класс, социализм, коммунизм, безграничный рост производительности

труда и т. д.?.. Исправлять Маркса нельзя, это ревизионизм...

Но "ревизионистами" вас все равно уже кличут, что бы вы впредь

ни делали. Так не верней ли -- трезво, ответственно и решительно

выполнить свой долг -- отказаться от мертвой буквы ради живого народа,

целиком зависящего от вашей власти, от ваших решений? И -- не

промедлять. Зачем нам тянуть, если все равно потом придется очнуться?

Зачем доделывать, повторять за другими мучительную петлю до конца,

пока мы еще недостаточно в нее впоролись? Если в череде идущих кричит

передний "я заблудился!" -- надо ли нам непременно дотопывать до того

места, где он осознался, и лишь потом заворачивать? А почему бы нам не

свернуть на верную дорогу -- сразу, от того места, где мы есть?

Мы и так слишком долго и слишком верно шли за западной

технологией. Казалось бы, "первая в мире социалистическая страна",

которая показывает образец другим народам Запада и Востока, и такая

"оригинальная" в следовании некоторым уродливым доктринам -- о

крестьянстве, о мелком ремесле, -- почему же были так уныло

неоригинальны в технологии, так безмысло и слепо шли за западной

цивилизацией? (А -- от военной спешки, а спешка -- от необъятных

"интернациональных задач", и все опять -- от марксизма...) При

центральном плане, которым мы гордимся, уж у нас-то была, кажется

возможность _не_ испортить русской природы, _не_ создавать

противочеловеческих многомиллионных скоплений. Мы же сделали все

наоборот: измерзопакостили широкие русские пространства и обезобразили

сердце России, дорогую нашу Москву, -- какая ошалелая не сыновняя рука

разорвала бульвары, так что нельзя уже ими пройти, не ныряя в

унизительные каменные тоннели? какой злой чужой топор вырубил Садовое

кольцо, заменил его бензинно-асфальтной отравленной зоной? Изничтожен

неповторимый облик города, вся старая планировка, наляпаны подражания

Западу вроде Нового Арбата, стиснут, раскинут и возвышен город, в

котором жить стало невыносимо, -- и что теперь делать? Воссоздать

прежнюю Москву на новом месте? -- вероятно невозможно. Значит,

примириться с полной утратой ее?

Мы бестолково-неоглядно тратили наши ресурсы, истощали нашу

почву, безобразили наши просторы то глупейшими "сухопутными морями",

то зараженными околопромышленными пустырями, -- но пока еще гораздо

больше сохранилось неиспорченного нами, где мы не успели. Так очнемся

вовремя, так повернем с места!

 

4. РУССКИЙ СЕВЕРО-ВОСТОК

 

И тут есть дополнительная надежда для нас -- одна особенность,

одна оговорка в рассуждениях вышеназванных ученых. Оговорка эта:

ВЫСШЕЕ БОГАТСТВО народов сейчас составляет ЗЕМЛЯ. Земля как простор

для расселения. Земля как объем биосферы. Земля как покров глубинных

ресурсов. Земля как почва для плодородия. И хотя о плодородии тоже

прогнозы мрачные: земельные пространства в среднем по планете и рост

плодородия будут исчерпаны к 2000 году, а если удастся с/х

производство _удвоить_ (не колхозам, конечно, не нам) -- то к 2030 году

все равно плодородие исчерпается, -- это_в_среднем_по_планете_. Однако,

есть четыре счастливых страны, обильно богатые неосвоенною землей еще

и сегодня. Это -- Россия (я не оговариваюсь, именно -- РСФСР),

Австралия, Канада и Бразилия.

И в том -- русская надежда на выигрыш времени и выигрыш

спасения: на наших широченных северовосточных земельных просторах, по

нашей же неповоротливости четырех веков еще не обезображенных нашими

ошибками, мы можем _заново_ строить не безумную пожирающую цивилизацию

"прогресса", нет -- безболезненно ставить сразу _стабильную_ экономику

и соответственно _ее_ требованиям и принципам селить там впервые

людей. Эти пространства дают нам надежду не погубить Россию в кризисе

западной цивилизации. (А по колхозному забросу много потерянных земель

и ближе есть.)

Без догматической предвзятости вспомним Столыпина и отдадим

ему должное. В 1908 г. в Государственной Думе он пророчески сказал:

"ЗЕМЛЯ -- ЭТО ЗАЛОГ НАШЕЙ СИЛЫ В БУДУЩЕМ, ЗЕМЛЯ -- ЭТО РОССИЯ". И по

поводу Амурской железной дороги: "Если мы будем продолжать спать

летаргическим сном, то край этот будет пропитан чужими соками, а когда

мы проснемся, может быть он окажется русским только по названию".

Сегодня, в противостоянии Китаю, эта опасность распространяется

едва ли не на всю нашу Сибирь. Две опасности смыкаются, -- но

от обеих счастливым образом рисуется единый выход: _отбросить_мертвую

идеологию_, которая грозит нам гибелью и на путях войны и на путях

экономики, отбросить все ее чуждые мировые фантастические задачи,

а сосредоточиться на освоении (в принципах стабильной,

непрогрессирующей экономики) русского Северо-Востока -- северо-

востока Европейской нашей части, севера Азиатской, и главного

массива Сибири.

Не будем греть надежд и не будем подгонять того сотрясения,

которое, может быть и зреет, может быть и произойдет в западных

странах. Эти надежды могут так же обмануть, как и надежды на Китай в

40-х годах: если на Западе создадутся новые общественные системы, они

могут оказаться к нам и жестче и недружелюбнее нынешних. И оставим

арабов их судьбе, у них есть ислам, они разберутся сами. И оставим

самой себе Южную Америку, ей никто не грозит внешним завоеванием. И

оставим Африку самой узнать, каково начинать самостоятельный путь

государственности и цивилизации, лишь пожелаем ей не повторить ошибок

"непрерывного прогресса". Полвека мы занимались: мировой революцией;

расширением нашего влияния на Восточную Европу; на другие материки;

преобразованием сельского хозяйства по идеологическим принципам;

уничтожением пометных классов; искоренением христианской религии и

нравственности; эффектной бесполезной космической гонкой; само собой --

вооружением, себя и других, кто просит оружия; -- чем угодно, кроме

развития и благовозделания главного богатства нашей страны -- Северо

Востока. Но не предстоит нашему народу жить ни в Космосе, ни в Юго

Восточной Азии, ни в Латинской Америке, а Сибирь и Север -- наша

надежда и отстойник наш.

Скажут, что мы и там много _делали_, строили -- но не столько

строили, сколько людей губили, как на "мертвой дороге" Салехард

Игарка, да уж не будем тут все лагерные истории перебирать. Так

строить, чтоб затоплять Кругбайкальскую железную дорогу, а обходную

бессмысленно гнать горами, сжигая тормоза; так строить, как

целлюлозные комбинаты на Байкале и Селенге, поскорей к выручке и к

отраве, -- так лучше бы и повременить. По темпам века мы сделали на

Северо-Востоке очень мало. Но сегодня можно сказать -- и к счастью, что

так мало: зато теперь можем делать все разумно с самого начала, по

принципам стабильной экономики. Еще сегодня -- к счастью, а в близком

завтра уже будет к беде.

И какая ирония: с 1920 года, полвека, мы гордо (и справедливо)

отказывались доверить иностранцам разработку наших природных богатств

-- и это могло выглядеть обещающими национальными чаяниями. Но мы

тянули, тянули, но мы теряли, теряли время, и вдруг именно теперь,

когда обнажилось истощение мировых энергетических ресурсов, мы,

великая промышленная сверхдержава, подобно последней отсталой стране,

приглашаем иностранцев разрабатывать наши недра и предлагаем им в

расплату забирать бесценное наше сокровище -- сибирский природный газ,

за что через пол-поколения наши дети будут нас проклинать как

безответственных мотов. (У нас было бы много других хороших товаров

для расплаты, если бы наша промышленность тоже не была бы построена

главным образом на... ИДЕОЛОГИИ. И тут поперек дороги нашему народу --

идеология!)

Я не счел бы нравственным советовать политику обособленного

спасения среди всеобщих затруднений, если бы наш народ в XX веке не

пострадал бы, я думаю, больше всех народов мира: _помимо_ двух мировых

войн мы потеряли от одних гражданских раздоров и неурядиц, от одного

внутреннего "классового", политического и экономического, уничтожения

-- 66 (шестьдесят шесть) миллионов человек!!! Такой подсчет произвел

бывший ленинградский профессор статистики И. А. Курганов, вам принесут

в любую минуту. Я не ученый статистик, не берусь проверять, да и вся

же статистика скрыта у нас, тут расчет косвенный, но действительно:

нет ста миллионов (именно ста, как и предсказывал Достоевский!), на

войнах и без войн мы потеряли _треть_ того населения, какое могли бы

иметь сейчас, почти _половину_ того, которое имеем! _Кто_ еще из

народов расплачивался такою ценой? После _таких_ потерь мы можем

допустить себе и небольшую льготу, как дают больному отдых после

тяжкой болезни. Нам надо излечить свои раны, спасти свое национальное

тело и свой национальный дух. Достало бы нам наших сил, ума и сердца

на устройство нашего собственного дома, где уж нам заниматься всею

планетой!

И опять-таки, по счастливому совпадению, весь мир от этого --

только выиграет.

Другое нравственное возражение могут выставить -- что наш

Северо-Восток не вовсе-то русский, что при овладении им был совершен и

исторический грех: было уничтожено немало местных жителей (ну, да

несравненно с нашим недавним самоуничтожением) и потеснены другие. Да,

это было, было в XVI веке, но _этого_ исправить уже никаким образом

нельзя.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...