Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Чернобыль, О ЗАГАДКАХ 1986 ГОДА




И сказал Иисус… «Итак, не бойтесь их: ибо нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, что не было бы узнано»

Матф. 10:26

Кравчук Николай Васильевич — доктор физико-математических наук

Всякий человек, живущий на постсоветском пространстве, увидев это заглавие, прежде всего вспомнит о Чернобыле, и будет прав, поскольку авария на ЧАЭС представляет собой загадку № 1. Но многие также припомнят и катастрофу советского круизного лайнера «Адмирал Нахимов», случившуюся четыре месяца спустя. Были тогда и другие загадки, и даже вне СССР (к примеру, катастрофа челнока «Челленджер» в США), но здесь мы ограничимся двумя вышеупомянутыми, тем более что обе будет обсуждать один автор — Николай Васильевич Кравчук, исследовавший в своё время эти темы. Причём первой из них посвящены не только его статьи, но и книга «Загадка Чернобыльской катастрофы. Опыт независимого исследования», изданная в 2011 г. в Москве, на которой и будет базироваться его изложение здесь. Для удобства читателя мы сохраним здесь нумерацию ссылок из этой книги, тогда как она сама будет иметь номер 24 в списке литературы, а дополнительные же ссылки будут идти под последующими номерами.

Но для начала приведём выдержки из «Вступительного слова» к [24], которое написано рецензентами книги — профессорами И.А. Кравцом и В.А. Вышинским и носит выразительное название:

 

1. Не загадка, а разгадка!

 

Рецензия эта начинается цитированием известного литератора С. Залыгина, редактора журнала «Новый мир», который, представляя документальную повесть Г. Медведева «Чернобыльская тетрадь»[1294]', в 1989 г. писал: «Нельзя устранить катастрофы, не зная их причин и всех причинных обстоятельств». Затем он предостерегает против успокоительных настроений, ибо это, по его мнению, грозит в будущем «ничем иным как повторением катастрофы».

В конце концов С. Залыгин приходит к примечательному выводу: «Путь здесь один: самое тщательное исследование всех деталей и подробностей чернобыльской катастрофы, так как отнюдь не исключено, что любая из упущенных сегодня деталей её когда-нибудь станет главной причиной следующего и следующего бедствия» — яснее тут не скажешь!

«Всё это говорилось двадцать лет назад, но можем ли мы утверждать, что к настоящему времени уже известны “все детали и подробности чернобыльской катастрофы”, а тем более — все причины её? Несмотря на то, что за время, прошедшее с 26 апреля 1986 г., были проведены тысячи исследований её, притом разного рода — и экспериментальных, и теоретических, написаны горы отчётов и многие тысячи статей и книг!

К тому же стоит напомнить, что к решению указанной проблемы были подключены сотни научных институтов и организаций из всего Советского Союза, возглавляемые, как правило, академиками. И, казалось бы, ситуация должна была уже проясниться если не полностью, то в достаточной мере — для того, чтобы можно было с уверенностью определить основные причины катастрофы. Однако следует честно сказать, что после известного отчёта для МАГАТЭ, опубликованного в 1986 г.[1295] (который трудно признать удовлетворительным), попыток всеобъемлющего анализа произошедшего тогда так больше и не появилось.

А вот что появлялось: приведём версию, содержащуюся в официально изданной книжке А. Коваленко и А. Карасика «Чернобыль сегодня и завтра» (изд. «Знание», 1988 г.). И там о причинах (два года спустя после аварии!) говорится так: «Непрерывное повышение радиоактивности вследствие парообразования привело к мгновенному критическому скачку мощности» (с. 5). Прочитав это, задумайтесь — что можно понять из этого набора слов? Но наши авторы бодро продолжают: «По расчётам советских экспертов, первый пик друг мощности достиг 100-кратного превышения номинальной мощности в течение 4 секунд. Разрушение 4-го блока вызвали два последовавших за другом взрыва. Первый произошёл после взаимодействия топлива и теплоносителя (?), второй — после взрыва оболочки реактора и соединения воздуха со смесью горячего водорода и окиси углерода (?!)». Далее же утверждается: «По своей природе взрывы не были ядерными. Они произошли в результате контакта раскалённого топлива с водой и могут быть квалифицированы как паровые взрывы, включающие топливные материалы»(?!).

«Затем выделение энергии (?!) сдвинуло и опрокинуло 1000-тонную защитную крышку реактора, разрушило все трубы высокого давления, выбросило некоторые элементы конструкции активной зоны и часть здания (?!)» (там же), и т. д. и т. п…. Так можно ли было воспринимать всё это как объяснение, да и понимали ли сами авторы, что они пишут? Весьма сомнительно — а ведь это уже 1988-й год!

И далее практически все «юбилейные» (к 10-летию, 20-летию аварии) сборники материалов по Чернобылю касались описания героических действий персонала ЧАЭС, пожарных и остальных ликвидаторов аварии, но вовсе не выяснения причин её! Потому становится понятным, почему вместо всего этого появилось множество (больше сотни) других, неофициальных версий, обычно делающих ударение на одной группе обстоятельств, но противоречащих остальным таковым. И чем дальше в лес, тем больше дров, так что появились фантастические версии — от якобы космических воздействий на реактор до влияния совсем уж «паранормальных» феноменов. Понятно, что и такие версии вряд ли приемлемы для серьёзных людей.

В настоящей работе автор пошёл иным — прямым — путём, поставив с самого начала во главу угла задачу: объяснить все наблюдаемые во время аварии явления и показания очевидцев, как и экспериментально установленные последствия её, причём ранее неоднократно описываемые в литературе! Более того, при сём он сумел чётко определить роль разных (разумных) версий событий в собственном целостном анализе развития аварии, придав основным из них своё место в нём. Нам представляется очень важным и то, что автором дано естественное объяснение тому известному обстоятельству, что после аварии с 4-м блоком больше ничего катастрофического не случилось, хотя это предсказывали очень многие — ибо уже не могло произойти, согласно проведённому им анализу.

Затем рецензенты приводят ещё один отзыв — уже от ветерана ядерных испытаний, д-ра воен. наук С.И. Недоурова: «Для научного обоснования причин аварии на ЧАЭС требуется и подлинно научный метод исследования, основанный на оценке особенностей физики ядерных процессов. Такой вариант анализа впервые предложил Николай Кравчук… К сожалению, его версия аварии на ЧАЭС не нашла должного развития ни в 2006, ни в 2007–2008 годах, заинтересованного обсуждения её на страницах СМИ не получилось… До сознания большинства читателей приведённые автором аргументы до сих пор не дошли».

Отметим, что вышеприведенная рецензия давалась на рукопись книги в 2009 г. А вот в 2013 г. появился материал — отзыв на книгу, свидетельствующий, что всё ж аргументы автора «дошли до сознания читателей». По крайней мере, некоторых, но зато столь серьёзных, как профессор, доктор технических наук М.К. Родионов, народный депутат Верховной Рады Украины 3-го созыва, статья которого была опубликована 26 апреля 2013 г. (в украинской газете «Коммунист»; приведена ниже полностью) под заглавием:


Чернобыль: Невыученные уроки?

Учёный — это не тот, кто много знает, а тот, кто способен отделить главное от второстепенного.

Альберт Эйнштейн

Как известно, ровно через год после объявления М. Горбачёвым «перестройки» в СССР (и «нового мышления для всего мира»?!), в Чернобыле случилась «крупнейшая техногенная авария XX века» ядерного характера, которая и перевела «перестройку» на рельсы «катастройки». И очень скоро — спустя всего лишь пять лет — произошла и «крупнейшая геополитическая катастрофа», как точно выразился Президент РФ В.В. Путин о развале Советского Союза. Впрочем, ныне уже многие осознали, что именно Чернобыль послужил одним из детонаторов процесса развала, причём в результате его мы получили и психологический, и социальный «Чернобыль» на всей территории СССР (а не только Украины)!

Ну, что социальный — понятно, это каждый видит своими глазами, а вот почему психологический? По-моему, начиная с Чернобыля-86, все мы получили глубокий психологический шок (а потом и надлом), во многом исказивший сознание ещё советских людей — ведь именно оттуда пошло то всеобщее недоверие к власти, к её действиям, и к способности её говорить правду… Стоит спросить «пересiчного» украинца о Чернобыле, и подавляющее большинство скажет, что большая брехня началась именно тогда; впрочем, продолжается она и по сегодня. Потому в нашем обществе и укоренилось стойкое недоверие ко всем и всяческим версиям о причинах аварии на ЧАЭС, которые насчитывают уже сотнями, не позволяя составить объективное представление о ней.

Правда, о причинах-то стали говорить всё меньше — достаточно посмотреть «юбилейные» сборники, чтобы убедиться — уже с середины 1990-х годов в них всё реже появляются аналитические материалы. А всё больше пишут о героизме пожарников да ликвидаторов, с одной стороны, да о заражённых территориях — с другой. Но если вспомнить не столь давнее изречение, что героизм в мирное время появляется, как правило, вследствие преступной небрежности или халатности, то этим и можно объяснить упомянутое смещение акцентов!

Но, тем не менее, со временем на свет появлялись всё новые подробности аварии, хотя, как известно, простое накопление фактов и «вновь открывшихся обстоятельств» ещё не решает проблему. А чтобы понять произошедшее на ЧАЭС, установить причины аварии, необходимо было воссоздать картину развития аварии — последовательную и научно обоснованную, т. е. необходим был качественный скачок. И это удалось сделать нашему земляку Кравчуку Николаю Васильевичу в книге «Загадка Чернобыльской катастрофы. Опыт независимого исследования», изданной в Москве.

Для того чтобы представить, как рождалась у него физическая картина аварии, я хочу вернуться на семь лет назад, когда в Киеве (с 23 по 25 апреля 2006 г.) проходила конференция «Чернобыль + 20», посвящённая 20-летию аварии. Причём, кроме официальной части — с президентами, министрами и пр. — параллельно ей проходила рабочая, научная конференция в Доме учителя на ул. Владимирской, где присутствовали многие десятки учёных и политиков из многих стран мира. Одним из первых на пленарном заседании там выступил американский профессор-ядерщик Э. Лайман, и то, что он сказал, было неожиданным для многих: мол, если бы реактор 4-го блока не стали «тушить», т. е. засыпать всякой всячиной, то и масштабы радиоактивного загрязнения были бы намного меньшими! Он сослался на американские данные, полученные тогда же и показывающие, что уровень радиоактивности уже через пару суток стал резко падать…

Ясно, что выступление это вызвало и вопросы, и дискуссию. И тут председательствующий на заседании экс-министр радиационной безопасности ФРГ д-р Кирхнер (физик по профессии), даёт слово для вопроса научному сотруднику Института теоретической физики Н.В. Кравчуку. Но уже после первых его фраз председатель просит выйти Николая Васильевича (уже как «коллегу», по его словам) — на сцену, к микрофону, и изложить свое видение, так что выступал тот минут 15–17, и в результате получилось полноценное выступление! А во время последующего перерыва его окружили коллеги с вопросами и т. п., и мне не удалось тогда с ним познакомиться. А позже прочёл статью Кравчука в газете «2000», хотя и с сокращениями, и с явно «легковесными» комментариями… После того о нём ничего не было слышно — оказалось, что очень скоро его «попросили» на пенсию — подход его к аварии на ЧАЭС «кого-то» не устраивал!

И можно понять мой интерес, когда в прошлом году увидел упомянутую книгу Кравчука, который ещё возрос, когда я открыл её и увидел «Вступительное слово» двух рецензентов — докторов наук, озаглавленное ими так: «Не загадка, а разгадка!»… А затем, ознакомившись с этой достаточно сложной работой, хочу сразу выделить её особенности: с одной стороны, необычным оказался и стиль книги, и метод изложения. Они направлены на то, чтобы подтолкнуть читателя к самостоятельным выводам — после усвоения тщательно подобранных автором материалов, и свидетельств очевидцев аварии, как и мнений различных исследователей проблемы — от академиков до публицистов (соответствующего уровня, естественно).

С другой — автор исходит из сведений, уже известных ранее и описанных большей частью в таких книгах, как «Чернобыль: Документальное повествование. 1991» Ю. Щербака, и «Чернобыльская тетрадь» Г. Медведева, да в юбилейных сборниках 1990-х гг. При этом Николай Васильевич отмечает (с юмором) и те «версии», которые основаны на неких домыслах или фантазии авторов. Но в дальнейшем изложение «уплотняется», приводится много реальных фактов и свидетельств очевидцев, выделяя особо существенные моменты в них. После чего автор приходит читателю на помощь, излагая самые необходимые сведения из атомной физики и конструкции ядерных реакторов, как и более тонкие вещи, данные в компактной форме. Конечно, усвоение всего этого требует от читателя известных интеллектуальных усилий, хотя и тут самые важные моменты выделяются (жирным шрифтом).

Но дальше автор, по-моему, слишком уж скромничает, утверждая, что цельную картину аварии уже всякий может сложить из этих выделенных частей, как из паззлов (это детская игра, в которой из различных перемешанных кусочков требуется сложить картинку). На самом деле автор по профессии является физиком-теоретиком (в области квантовой теории, где у него тоже свои оригинальные представления, изложенные в монографиях), потому все построения и в данной книге базируются на солидном теоретическом фундаменте. Это-то и позволило ему сложить из них цельную картину аварии — не только «играя» упомянутыми «паззлами», но и добавляя другие существенные части, да устанавливая их связи друг с другом. А в результате в книге «действительно дается самое полное с физической точки зрения объяснение причин аварии», говоря словами рецензентов её — на нынешнее время, конечно.

Также Н. Кравчук смог объяснить практически все наблюдаемые при аварии события, да и её последствия. В первую очередь это касается ранее замалчиваемого факта нескольких «взрывов» (хотя отмечаемого всеми очевидцами!) — он связал их с физическими процессами, проходившими на 4-м блоке, и показал, что каждый из них был следствием определённых, сложившихся на тот момент, физических обстоятельств.

В свою очередь, каждый из них порождал новую ситуацию в реакторе, разрешающуюся очень скоро новым «взрывом» — и вот в таком понимании Кравчук был первым. Причем важно и то, что это позволило включить подходы других серьёзных авторов в такую единую картину. А закончилась же вся эта эволюция последним, главным взрывом, имеющим квазиядерную природу, по терминологии автора (американцы же называют это явление неэффективным ядерным взрывом), который и разметал верхнюю часть блока. При этом из активной зоны реактора вылетела и подавляющая часть содержимого, что подтверждают последующие наблюдения «сталкеров» — в первую очередь К. Чечерова, самого известного из них.

Все это детально обосновывается в книге, а в конце приведены и выводы из проведенного анализа, из чего можно заключить: если бы сразу было полное представление о происшедшем, то и действия были бы иными, по сути, подтвердив сообщение американского профессора, упомянутое выше. Поэтому понятно, почему результаты Н. Кравчука замалчиваются в Украине, а он ведь докладывал их, начиная с конца 2008 г. в разных институтах, на разных научных собраниях, и публиковал их по частям в научных изданиях. Хотя нельзя не сказать, что некоторые местные «спецы» уже умудрились использовать некоторые из его результатов в своих публикациях — безо всяких ссылок на авторство, конечно!

А вот крупные специалисты — российские академики В.Н. Страхов и А.А. Рухадзе, как и академики НАНУ В.И. Старостенко и Э.В. Соботович, которые имели свои собственные версии, да и другие профессионалы (в основном из России), после дискуссий признали как убедительность картины аварии на ЧАЭС, предложенной Н. Кравчуком, так и его личный вклад в понимание происходившего 26 апреля 1986 г. И понятно, что дело это непростое, ибо затрагивает оно оправданность таких проектов, как «Укрытие», и подобных ему, у которых «кормится» немало людей из власти и около неё… Но более важно извлечь уроки для будущего безопасного развития атомной энергетики, которая и сегодня отнюдь не исчерпала свой потенциал, по моему убеждению.

В заключение хочется пожелать, чтобы о работе, проделанной Николаем Васильевичем ещё пять лет назад, о его книге узнали побольше, хотя тираж её составил всего 500 экз., что мало и для самой России, не говоря уже об Украине. Более того, в беседе с ним я узнал много больше, чем затронуто в книге, так что есть надежда, что найдутся люди, поспособствующие расширенному и дополненному изданию книги Кравчука.

А то ведь создаётся впечатление об использовании давно известного приёма: если не можешь опровергнуть или хотя бы оспорить выводы автора, то лучше замолчать его. Тут вспомнился и «принцип», изложенный несколько лет назад (и по иному поводу) в известной российской газете «Завтра»: «В наше время самый простой способ убить героя — это лишить его доступа к информационному полю» (А. Витухновская)! Но сила-то коммунистов, со времён В.И. Ленина, была в том, чтобы говорить правду, сколь бы неудобной для некоторых она ни была…

М. Родионов, Киев.

А теперь предоставим слово самому автору — Николаю Васильевичу Кравчуку, который популярно расскажет о своём видении Чернобыльской катастрофы, используя некоторые материалы из упомянутой книги [24], хотя далеко не все.

 

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...