Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Символический интеракционизм, феноменология и этнометодология

Содержание

Введение.. 3

раздел I 6

1. Эмпирическая социология. 6

2. Структурный функционализм.. 9

3. Социология конфликта. 15

раздел II 18

1. Символический интеракционизм, феноменология и этнометодология. 18

2. Интегральная социология. 22

3. Русская социология. 26

раздел III 38

1. На пути к единству. 38

2. Метод социологии. 42

Заключение.. 49

Литература.. 52

 

Введение

Понятие «современная социология» далеко не однозначно. Оно употребляется и в самом широком смысле – как социология всего XX столетия, и в сравнительно более узком, но тоже достаточно широком смысле – как социология, сложившаяся лишь к 20-30-м годам нашего века; и в еще более узком смысле – как социология только второй половины XX в., и в самом ограниченном значении – как социология лишь последних десятилетий. Поскольку предшествующий этап развития социологии, связанный прежде всего с именами Э.Дюркгейма, М.Вебера и М.Ковалевского, завершился двумя первыми десятилетиями нашего столетия, то указанное понятие используется здесь в достаточно широком смысле – как социология 20 – 90-х годов XX в. В рамках этого широкого этапа можно, в свою очередь, выделить особые периоды (20-е – середина 40-х годов; середина 40-х – конец 60-х годов; 70 – 90-е годы), имеющие существенные особенности, о которых речь ниже.

Первое, что бросается в глаза при самом общем взгляде на современную социологию, это необычайное разнообразие даже общих подходов различных социологов к изучению социальной реальности. Конечно, и социология XIX в. не отличалась теоретико-методологическим единообразием основ учений ее представителей. Плюрализм современной социологии, несомненно, зародился еще тогда. Но очевидно и то, что одной из характернейших особенностей социологии XX в. является резкое усиление многообразия ее направлений и школ.

Для принципиального разграничения различных социологических учений в литературе широко используется такое важное понятие, как парадигма, выдвинутое еще в 20-х годах американским науковедом Г.Куном. Социологическая парадигма – это система наиболее общих, исходных и важных оснований достаточно признанной социологической теории, определяющая ее концептуально-методологический подход к постановке и решению социальных задач. (Иногда под парадигмами понимаются крупные теории, группы теорий или метатеории). Каждая парадигма определяет специфический подход исследователя к изучению, интерпретации и оценке социальных объектов и требует выработки своеобразного категориального аппарата. Социология, как свидетельствуют ее история и особенно современность, – это не монопарадигмальная, а полипарадигмальная наука. Ее развитие связано с постоянным возникновением, обоснованием, расширением влияния одних парадигм, опровержением и падением других, их противоборством и сменой. Многообразие социологических парадигм не исключает возможности и их группировки. Так, например, они могут быть объединены в структурные, куда могут быть включены парадигмы функционализма, конфликтологии и др., и интерпретативные (интерпретивные), куда должны быть включены парадигмы интеракционизма, феноменологии, этнометодологии и др., о чем подробнее ниже.

Одна и та же парадигма может лежать в основе не одной, а ряда теорий, и разрабатываться представителями нескольких социологических школ. Социологическая школа – это более или менее крупная и признанная группа социологов, исследующая общество на основе выработанных ею исследовательских традиций и в соответствующих институциональных рамках. Яркими примерами здесь могут служить Чикагская школа эмпирической социологии при Чикагском университете и Дюркгеймовская (Французская) социологическая школа, сложившаяся вокруг основанного Э.Дюркгеймом журнала «Социологический ежегодник». От социологических школ нередко отличают направления в социологии, объединяющие тех социологов, которые разрабатывают определенную идентичную проблематику и/или имеют общие мировоззренческие позиции (например, конфликтологическое, позитивистское, антропологическое, психологическое, гуманистическое направления в социологии).

Важнейшими особенностями современного этапа в развитии этой науки являются не только появление многих новых теорий и направлений, усиление плюрализма теоретической социологии, но и становление и развитие эмпирической социологии, тенденция к объединению теоретической и эмпирической социологии, макро- и микросоциологией, создание интегральных и объединительных парадигм, стремление к созданию единой обобщающей социологической теории и др., о чем конкретнее говорится в данном параграфе.

 

Раздел I

Эмпирическая социология

Первый период в развитии современной социологии – 20-е – середина 40-х годов – был ознаменован, прежде всего, утверждением, бурным развитием и доминированием, особенно в США, эмпирической социологии. Нельзя сказать, что до этого эмпирические социологические исследования вообще не проводились. Они проводились и в марксизме, и особенно Э.Дюркгеймом и М.Вебером, и известным немецким социологом Ф.Теннисом (1855–1936) и др. Но тогда такие исследования были сравнительно редки, носили в целом разрозненный, несистематический характер, не имели разработанной методологии и методики их проведения, а эмпирическая социология еще не выделилась в особый вид исследовательской деятельности. Теперь же они не только получили небывалый размах, но и стали утверждаться их новые стандарты, предусматривающие использование специальных, в том числе и математических методов их проведения. Поскольку впервые это в особенно широком масштабе и с большой глубиной стало осуществляться американскими социологами, то и центр мировой социологии перемещается к тому времени из Европы в США. Бурное развитие в эти годы эмпирической социологии в США было связано, с одной стороны, с назревшей потребностью дальнейшего развития самой социологической науки, прежде всего со стремлением преодолеть господствовавшую до сих пор европейскую традицию рассматривать социологию как философию истории с ее абстрактно-теоретическими рассуждениями, не подкрепленными изучением социальных фактов; а с другой стороны, прежде всего с потребностью быстро развившегося индустриального общества в конкретном исследовании и практическом решении многочисленных новых и обостряющихся сложных социальных проблем.

Своего рода рубежным явлением здесь оказался выход в свет в 1918–1920 годах совместного труда американских социологов У.Томаса (1863–1947) и Ф.Знанецкого (1882 – 1958) «Польский крестьянин в Европе и Америке», целиком построенного на эмпирическом материале. На основе анализа, прежде всего личных документов (писем, дневников, воспоминаний, биографий и др.) они исследовали разнообразные проблемы адаптации иммигрантов в новых для них социальных условиях, уделив особое внимание установкам личности и социальной группы. Они показали, что источником социальных конфликтов и дезинтеграции, порождающих многие болезни современного общества, является несовпадение определения ситуации действующим индивидом с групповыми ценностями.

Особенно большой и серьезный вклад в становление и развитие эмпирической социологии внесла Чикагская школа социологов одноименного университета – Р.Парк (1864-1944), Э.Берджес (1886-1966), Л.Вирт (1897-1952), У.Огборн (1886–1959), Р.Маккензи и др., заслуга которых состояла прежде всего в эмпирическом социологическом исследовании процессов индустриализации и урбанизации в таком крупном промышленном городе, как Чикаго, который они называли социальной лабораторией. В центре их эмпирических исследований были рост городов, жизнь общин сельских и иностранных мигрантов, проблемы их адаптации к городской среде, социализации личности, семьи, общины, девиантного (отклоняющегося) поведения, преступности, бродяжничества и др. Р.Парк и Э.Берджес издали первый учебник по социологии «Введение в науку социологии», в котором были обобщены известные тогда принципы и методы эмпирических социологических исследований, определены в целях унификации, связанные с этим важнейшие понятия социального процесса и социального взаимодействия, социального конфликта и конкуренции, коммуникации и адаптации, коллективного поведения и ассимиляции личности и др.

Большое значение имело и проникновение социологии в производственную сферу, и развитие индустриальной социологии и социологии управления. Особую роль здесь сыграл так называемый Хоторнский (от названия г. Хоторна, близ Чикаго) эксперимент, проведенный американским социологом Э.Майо (1880–1949), который в конце 20-х – начале 30-х годов осуществлял свои исследования на предприятиях Вестерн Электрик Компани. Его значение состоит, прежде всего, в том, что на основе изучения влияния таких факторов, как заработная плата, условия и организация труда, межличностные отношения, стиль руководства и др., на производительность труда, он наглядно показал особо важную роль личностного и группового фактора на промышленном предприятии. В частности, Э.Майо обосновал тезис о положительном значении включенности человека как социального организма в группу и несовместимость человеческой природы с жесткой иерархией подчиненности в бюрократической системе. Поэтому он рекомендовал руководителям предприятий в своей управленческой деятельности делать акцент, прежде всего на достижение социальной удовлетворенности человека своим непосредственным трудом, а не на производстве продукции, что, в конце концов, обеспечит и социальную стабильность общества. С этим связаны и разработка, и рекомендация к внедрению таких новых средств повышения производительности труда, как «гуманизация труда», принятие «групповых решений», осуществление «паритетного управления», «просвещение служащих» и др.

Эмпирическое направление в современной социологии получило в последующие десятилетия еще большее развитие. На его основе создавались многообразные социологические службы прикладного характера, называвшиеся «социальной инженерией», т. е. социальным менеджментом, и клиническая социология (психологический тренинг). В эмпирической социологии выявились два варианта: радикальный и умеренный эмпиризм. Первый получил распространение в 40-х годах и был представлен в первую очередь Дж-Линдбергом (1895–1966), который считал предметом социологии лишь внешне наблюдаемое поведение индивидов и групп, а ее методом – совокупность логических принципов и исследовательских нормативов изучения общественной реальности, наподобие того, что используется естествознанием, особенно физикой. В 50-е годы радикальный эмпиризм во многом уступает место умеренному эмпиризму П. Лазарсфельда (1901–1976) и С.Стауффера (1900–1960), которые в отличие от Ландберга занялись разработкой, прежде всего логических приемов обобщения и систематизации эмпирических данных, а не процедурно-техническими сторонами социологического исследования. Развитие зарубежной эмпирической социологии в середине и во второй половине нынешнего столетия проходило в тесной взаимосвязи со становлением, утверждением и обогащением такого важного направления в социологии, как структурный функционализм.

Эмпирическая социология развивалась и в России как до революции (М.Ковалевский, П.Петражицкий и др.), так и в первое десятилетие после нее (С.Струмилин, А.Гастев, А.Тодорский, А.Чаянов, Н.Анциферов, И.Бобровников, М.Корнев, А.Болтунов, Е.Кабо, Б.Коган, МЛебединский, В.Ольшанский, Л.Паперный и др.). В 20-е годы у нас получили серьезную эмпирическую социологическую разработку проблемы организации труда, подготовки квалифицированных кадров, особенно рабочих, города и деревни, повышения культуры производства и быта, образования и др. В конце 20-х – начале 30-х годов такие исследования были свернуты и возобновились только в 60–70-х годах (А-Здравомыслов, ЮЛевада, И.Кон, В.Рожин, Г.Осипов, А.Харчев, В.Шубкин, В.Ядов и др.).

Структурный функционализм

Бурное развитие эмпирической социологии в США в 20-30-е годы, а затем и в Европе, сыграло, несомненно, очень важную роль в дальнейшем развитии всей социологической науки, резко усилило ее связь с реальной общественной жизнью и повысило престиж социологии. Вместе с тем, чем дальше, тем все больше и яснее обнаруживалась односторонность в развитии социологического знания, поскольку огромный прогресс в эмпирической и прикладной социологии не сопровождался тогда соответствующим прогрессом в теоретической социологии, необходимым для обобщения и серьезного анализа быстро накапливавшегося фактического материала. Это неоднократно отмечал, в частности, и приехавший в США П.А.Сорокин, серьезно критиковавший тогдашнюю американскую социологию за одностороннее увлечение эмпирией в ущерб теории, за нежелание разрабатывать широкие социальные проблемы, за мелкотемье. К 30-м годам остро выявилась потребность в создании такой систематической социологической теории, которая могла бы найти применение в эмпирической социологии. После ряда неудачных попыток создать такую теорию и связать ее с эмпирической социологией эта теория проявилась в лице структурного функционализма и заняла господствующее положение в западной социологии 50–60-х годов.

Структурный функционализм – это такое направление в социологии, которое рассматривает общество, социум, их явления и процессы как социальные системы, имеющие свою структуру и механизм взаимодействия соответствующих структурных элементов, каждый из которых выполняет своеобразную роль, функцию в данной системе. Один из центральных постулатов структурного функционализма гласит: «Функцией отдельного социального феномена является его вклад в совокупную социальную жизнь, которая представляет собой функционирование социальной системы в целом». Другим выражением сути функционализма может служить положение о том, что как одно явление может иметь различные функции, так и одна и та же функция может выполняться различными явлениями.

В 1937 г. вышел в свет первый крупный труд ученика П.А.Сорокина и видного представителя Гарвардской социологической школы Толкотта Парсонса (1902–1979), называвшийся «Структура социального действия» и определивший основы и общую направленность всей его творческой деятельности по созданию общей социологической теории. Такие его последующие труды, как «Социальная система» (1951), «К общей теории действия» (1952, в соавторстве с Э.Шилзом), «Общества: эволюционные и сравнительные перспективы» (1966), «Система современных обществ»», «Социальная система и эволюция теории действия» (1977), «Теория действия и условия человеческого существования» (1978) и др., сделали его одним из крупнейших социологов нашего столетия, во многом определившим облик современной теоретической социологии.

Т.Парсонс вошел в историю социологической мысли, прежде всего, как создатель современной теории социального действия и на этой основе – структурно-функциональной теории социальных систем, призванной служить основой решения частных эмпирических и прикладных проблем. Исходное место в этих теориях занимает понимание социального действия как единства трех подсистем: субъекта действия (индивида как действующего лица), определенной ситуации и ценностно-нормативных предписаний как условий действия. Эмпирические данные, по Парсонсу, обретают действительный смысл, если они исследуются в системе координат «действующее лицо – ситуация». Важнейшее значение придается им категории «система действия», а сама социальная система понимается не как система «культурных стандартов» (Э.Дюркгейм), а как система социального действия, мотивированного поведения, взаимодействующая с культурными-стандартами, как и с физическими и биологическими элементами окружающей среды. Социальное действие для Т.Парсонса – это самоорганизующаяся система, отличающаяся символичностью (язык, ценности и др.), нормативностью и волюнтаристичностью (независимостью от среды). В общей системе социального действия Т.Парсонс выделял четыре подсистемы: социальная система, культура, личность и поведенческий организм, которые друг для друга выступают как специфические среды их деятельности. Благодаря этому ему удалось преодолеть характерное для многих предшествующих социологических концепций, в том числе Конта и Спенсера, Дюркгейма и Вебера, противопоставление общества и личности.

Большое внимание Т.Парсонс уделил проблеме устойчивости, стабильности социальных систем. Для их нормального существования и развития необходимо выполнение системой и ее подсистемами инвариантного набора функций: адаптации к окружающей среде; целедостижения, т.е. обеспечения реализации основных целей системы и мобилизации средств ее достижения; интеграции и координации деятельности структурных элементов системы и поддержания ценностного образца (т.е. удержание господствующей в обществе системы ценностей и снятие напряжения внутри системы). В социальной системе функцию адаптации выполняет экономическая подсистема; функцию целедостижения – политическая подсистема; функцию интеграции – правовые институты и обычаи; а функцию поддержания ценностного образца (воспроизводства структуры) – система верований, мораль и органы социализации (семья, система образования и др.).

Общественное развитие, по Парсонсу, происходит в направлении все большей структурной дифференциации обществ, усложнения их социальной структуры, ведущих к уменьшению их стабильности. Так, в «примитивном» обществе социальная дифференциация отсутствует; в «промежуточном» – обнаруживается, расширяется и углубляется; а в «современном» обществе – получает наибольшее развитие. Смена этих типов обществ связана с последовательным осуществлением соответственно трех типов революций – «промышленной», опирающейся на дифференциацию экономической и политической систем; «демократической» – на разделение социальной и политической систем; и «образовательной» – на отделение системы воспроизводства культуры от социальной системы.

Другим, не менее известным представителем структурного функционализма, является ученик П.А.Сорокина и Т.Парсонса Роберт Мертон (1910 г.р.), особенно много сделавший для органического соединения теоретического и эмпирического в социологии на основе разработанных им теорий функционального анализа и «среднего уровня». Его основные труды «Социальная теория и социальная культура» (1949), «Социальная теория и социальная структура» (1957), «Социальная структура и аномия» (1966), «Явные и латентные функции» (1968), «Социология науки» (1973), «Методы изучения социальной структуры» (1975), «Социологическая амбивалентность» (1976), «Социальные исследования и практические профессии» (1982) и др. вошли в золотой фонд социологии XX в.

В работах Р.Мертона центральное место занимает разработка теории и методологии структурного функционализма. В отличие от Т.Парсонса он отказался от идеи создания общей, всеохватывающей теории социальных систем и высокой единой социологической теории и сосредоточил свои усилия на функциональном анализе социальных систем среднего уровня и разработке социологической теории «среднего радиуса действия». Разъясняя свой подход, Р.Мертон указывал, что такие теории – это «теории, находящиеся в промежуточном пространстве между частными, но тоже необходимыми рабочими гипотезами, во множестве возникающими в ходе повседневных исследований, и всеохватными систематическими попытками развить единую теорию, которая будет объяснять все наблюдаемые типы социального поведения, социальных организаций и социальных изменений». Именно такие теории, отвергающие претензии на всеохватность и универсальность, позволяют, по мнению Р.Мертона, лучше всего обеспечивать единство теории, метода и эмпирических фактов, решать на этой основе принципиальную задачу взаимосвязи и взаимодействия макро- и микросоциологии, эмпирических и теоретических социологических исследований.

Дальнейшее развитие в трудах Р.Мертона получили и проблемы функционализма. Функциональность в известном смысле выражена в его учении даже более рельефно, нежели у Т.Парсонса. Кроме того, если последний, как отмечалось выше, сосредоточил свое внимание на функциях, функциональности социальных систем и их структур, обеспечивающих социальный порядок, то Р.Мертон – на дисфункциях, дисфункциональности, ведущих к усилению социальной напряженности, социальных противоречий и нарушению социального порядка. Функция для Р.Мертона – это «те наблюдаемые следствия, которые служат саморегуляции данной системы или приспособлению ее к среде», а дисфункция – это прямо противоположные следствия. Важным вкладом в теорию функционализма явилось его учение о двух формах проявления функций – явной и скрытой (латентной). Первая имеет место тогда, когда речь идет об объективных и преднамеренных последствиях социальных действий, а вторая – о непреднамеренных и неосознанных последствиях. Такое разграничение служит цели недопущения смешения сознательной мотивации социального поведения с его объективными последствиями, а также точки зрения действующего лица с точкой зрения наблюдателя.

В исследовании сравнительно менее общих социологических проблем особенно велик вклад Р.Мертона в разработку теории аномии и девиантного поведения, а также в социологию социальной структуры, профессий, науки, бюрократии, массовых коммуникаций, медицины и др. Все эти проблемы исследовались им также на основе и в ракурсе структурного функционализма. О ряде из них речь еще будет идти в соответствующих главах следующего раздела. Здесь же важно отметить, что, например, и социальная аномия, и девиации рассматриваются Р.Мертоном как проявление кризиса, непорядка, разлада, дисфункциональности социальной системы, связанное с разложением нравственных ценностей и вакуумом идеалов в общественном и индивидуальном сознании, что весьма характерно для современного состояния российского общества.

В 70-е годы влияние структурного функционализма несколько ослабло, как под влиянием критики со стороны других социологических направлений, особенно за его известную метафизичность и консерватизм (несмотря на то, что Р.Мертону частично удалось преодолеть эти недостатки взглядов Т.Парсонса), так и под воздействием новой, резко обострившейся общественно-политической ситуации в странах Запада, прежде всего в связи с неприспособленностью структурного функционализма к адекватному отражению и анализу острых социальных конфликтов. Но и тогда он оставался одним из основных направлений современной социологии. Более того, 80-е годы привели к новому взлету популярности парадигмы функционализма, что нашло свое выражение в появлении неофункционализма. Тем не менее, критика ограниченности возможностей структурного функционализма не перестает звучать и сегодня. Поэтому при всех его достоинствах и немалой популярности это направление в современной социологии трудно назвать не только общепризнанным, но даже преобладающим.

Социология конфликта

В 50-е годы сложилось особое конфликтологическое направление в современной социологии как своеобразная реакция на отмеченное выше акцентирование структурным функционализмом Т.Парсонса согласия, стабильности, порядка и интеграции социальных систем и невнимание к социальной нестабильности, конфликтам и радикальным преобразованиям. Конечно, в рамках своих социологических концепций проблемой социального конфликта в той или иной мере занимались многие социологи прошлого. Выше уже специально отмечалась роль марксистской социологии в зарождении и развитии конфликтологической парадигмы в социологии. К этому следует добавить вклад и таких видных социологов, как Л.Гумплович, Т. Веблен, М.Вебер, Г.Зиммель, В.Парето, Г.Моска и др. В данном же случае речь идет о специальном и систематическом изучении социальных конфликтов в рамках особой, самостоятельной «теории конфликтов», сложившейся и получившей серьезное распространение лишь во второй половине нынешнего века. В этом особенно велика заслуга американских социологов Ч.Р.Милса и Л.Козера, германского социолога Р.Дарендорфа и английских социологов Т.Боттомора и Д.Рекса. Социальные конфликты изучают не только социология, но и социальная философия, политология, социальная психология и другие науки. Конфликтология в целом – это междисциплинарная отрасль научного знания, исследующая возникновение, становление, развитие и разрешение конфликтов и признающая их решающим или очень важным фактором общественного развития. В социологическом подходе к социальным конфликтам на первый план выдвигается изучение их места и роли в социальной системе.

Льюс Козер (1913 г.р.) – один из основателей функционалистской теории социального конфликта, стремящийся соединить эволюционный функционализм и теорию социального конфликта. Выступив против «равновесной» концепции Т.Парсонса, в которой нет места для социального конфликта, он вместе с тем остался на позициях традиционного функционализма и считает, что социальные конфликты вырастают и развиваются не вне, а внутри общества как социальной системы в результате усиления его дифференциации и роста обособления его структур. Поэтому социальный конфликт выступает у него как атрибут социальных отношений. При этом Л.Козер делает акцент на позитивной роли социальных конфликтов, в то время как представители классического функционализма рассматривали их традиционно в негативном плане, как препятствие стабильности и порядку, как фактор разлада, дезинтеграции социальной системы. В работах «Функции социального конфликта» (1956), «Продолжение исследования социального конфликта» (1967) и др. он обращает внимание на важную роль социальных коллизий в интеграции и стабилизации общественной жизни и подчеркивает, что путь движения к устойчивому общественному порядку в современных западных обществах не только не исключает, но и предполагает борьбу различных интересов личностей и социальных групп и социальные столкновения между ними, даже их усиление и углубление, поскольку одновременно возрастает гибкость социальной системы и ее институтов, их способность преодолевать последствия этих конфликтов. За конфликтом признается немаловажная роль и в назревшем обновлении общества. Он не только порождает новые социальные институты и нормы, но и стимулирует экономический и технологический прогресс.

Крупнейший представитель современной конфликтологии Ральф Дарендорф (1929 г.р.) создал свою «конфликтную модель общества». Как и Л.Козер, он признает, что социальный конфликт присущ любому обществу, всегда существовал и будет существовать, поскольку люди и их группы имели, имеют и будут иметь разные интересы. Такими основными трудами, как «Социальные классы и классовый конфликт в индустриальном обществе» (1957), «Общество и свобода» (1961), «Выход из утопии» (1967), «Очерки по теории общества» (1968), «Хомо социологикус» (1973) и др., Р.Дарендорф внес большой вклад в современную теорию социальной дифференциации (стратификации) и социальных конфликтов, он показал, что классы – это социальные группы людей, различающиеся участием или неучастием в господстве и находящиеся в конфликте, поскольку одни имеют власть и хотят ее сохранить, а другие ее не имеют и хотят изменить существующее положение. Отношения господства и подчинения органично свойственны любому обществу. В каждом обществе, по Дарендорфу, происходят постоянные изменения; имеют место несогласие и конфликт; любой элемент общества содействует его интеграции и изменениям; его основу оставляет насилие одних над другими. Обострение и взрыв социального конфликта, суть которого заключается в противоборстве власти и безвластия, оказывающего сопротивление существующей власти, составляет источник и движущую силу социальных изменений, социального прогресса. Сам же конфликт вырастает из неравенства статусного положения людей и их групп, прежде всего по отношению к власти, управлению обществом.

Признавая немалую заслугу К.Маркса в анализе конфликтов прошлого столетия, Р.Дарендорф вместе с тем считает его подход устаревшим применительно к XX в., особенно когда речь идет уже о лосткапиталистическом, постиндустриальном обществе. В таком обществе, по его мнению, основной социальный конфликт перемещается из сферы отношений собственности в сферу управления. Здесь главный источник социального конфликта лежит не в области экономических отношений, а в области отношений властвования, и содержание конфликта определяется характером власти. Хотя роль классовой борьбы в таком обществе неуклонно падает, тем не менее, считает Р.Дарендорф, отношения господства и подчинения сохраняются, что не может не вызывать сопротивления подчиненных, а следовательно, и социальных конфликтов. Другое дело, что в современном цивилизованном, плюралистическом и высокомобильном обществе достигается соответствующее регулирование социальных конфликтов, не допускающее социальных потрясений. Признавая неизбежность, необходимость и полезность социального неравенства, возможность сочетания социального конфликта и мирного сосуществования конфликтующих, Р.Дарендорф отдает свое явное предпочтение конфликтной модели общества по сравнению с моделью общества всеобщего социального равенства, социального порядка и стабильности.

 

Раздел II

Символический интеракционизм, феноменология и этнометодология

Эти социологические направления современности объединены общей линией в истолковании социальных явлений и процессов – все они базируются на интепретивных парадигмах. Если структурный функционализм и конфликтология, как уже отмечалось, акцентируют свое внимание на социальных структурах и их функциях, то данные направления – на изучении и интерпретации конкретной социальной деятельности, поведения людей, от которых, по их мнению, производны и социальные системы. Социальная реальность для них выступает либо как символы, включенные в конкретную поведенческую ситуацию, либо как процесс межличностного взаимодействия на основе обыденного опыта. Идейные истоки этой общей линии в современной социологии находятся в «понимающей» социологии М.Вебера.

Основателем символического интеракционизма был Джордж Герберт (1863–1931) – американский философ, социолог и социальный психолог, профессор Чикагского университета, написавший очень мало работ, в связи, с чем о его взглядах приходится судить по посмертно опубликованным записям его лекций, прежде всего по опубликованной лишь в 1934 году работе «Разум, Я и Общество». Стоя на позициях социального бихевиоризма, он исходил из того, что в основе всех социальных явлений и процессов лежит социальное взаимодействие индивидов, которое формирует социальный мир как индивида, так и общества. В отличие от ортодоксального бихевиоризма Д.Мид признавал примат социального над индивидуальным, шел от внешнего к внутреннему в изучении процесса формирования сознания в поведении, придавал решающую роль в этом «символическому окружению». Он считал, что общение, взаимодействие (интеракция) между людьми осуществляется путем особых средств – символов (жестов и особенно языка), имеющих определенное значение и вызывающих ответную реакцию со стороны партнера или партнеров. Поэтому его учение и получило после его смерти название «символический интеракционизм».

Таким образом, своеобразие символического интеракционизма состоит, прежде всего в том, что он, во-первых, объясняет поведение людей не их индивидуальными интересами и влечениями, а социальными факторами; и, во-вторых, стремится рассматривать многообразные взаимосвязи и взаимодействия индивида с внешним миром, в том числе и с другими людьми и обществом в целом, как опосредованные символами, прежде всего словами. Иногда символический интеракционизм именуют теорией действия или ролевой теорией.

Концепция «межиндивидуального взаимодействия» Д.Мида основывается на том, что восприятие индивидом окружающей социальной действительности обусловлено его опытом общения с другими, особенно его способностью воспринимать мир и себя таким образом, чтобы это соответствовало видению других и значению символов.

Поведение индивида в группе, считал Д.Мид, «является результатом принятия данным индивидом установок других по отношению к себе и последующей кристаллизации всех этих частных установок в единую установку или точку зрения, которая может быть названа установкой «обобщенного другого». Поведение человека, по Д.Миду, определяется структурой его личности, его социальной ролью и восприятием установок «обобщенного другого». Важной заслугой Д.Мида является разработка им ролевой теории личности, согласно которой сущность личности, ее богатство и своеобразие определяются и проявляются, прежде всего, через выполняемые ею социальные роли, т.е. социально признанные, типичные, устойчивые шаблоны поведения, а сама социальная деятельность личности представляется как совокупность ее социальных ролей, зафиксированных в системе языковых и других символов.

Ученик Д.Г.Мида американский социолог и социальный психолог Герберт Блумер (1900–1986) развил дальше исходные основы символического интеракционизма, показав, что люди действуют, руководствуясь, прежде всего значениями, которые они придают тем или иным объектам. Эти значения – продукт социального взаимодействия. Социальная реальность и ее изменение служат результатом постоянных и бесконечных взаимных согласований значений между действующими социальными субъектами (авторами). Его особая заслуга – в исследовании коллективного поведения людей, особенно в неорганизованных или слабо организованных группах (толпа, массы, общественность, движения и т.п.). В зависимости от наличия или отсутствии общих значений в коллективном поведении и от степени их присутствия Г. Блумер предложил свою классификацию форм такого поведения и соответствующих групп.

Близким к символическому интеракционизму является феноменологическое направление в современной социологии, которое также рассматривает социальную реальность как продукт интерпретирующей деятельности людей, отождествляет общество с представлениями о нем и сосредоточивает свое внимание на выявлении универсальных структур понимания и интерпретации людьми социальных явлений и процессов, обнаруживающихся при социальном взаимодействии.

Основателем этого социологического направления был австро-американский философ и социолог Альфред Шюц (1899–1959), разработавший своеобразную разновидность «понимающей» социологии. Его основной труд – «Феноменология социального мира» (1932). Это направление окончательно сложилось в 50-х и получило широкое распространение уже в 60–70-х годах. Считая, что позитивизм искажал природу социальных явлений, отождествляя их с явлениями природы, А. Шюц разработал концепцию «интерсубъективного мира» повседневной жизни и деятельности, «социологию обыденного знания», суть которой состоит в том, что социальная реальность представляется нам как субъектам действия в виде существовавшего до нас «интерсубъективного мира» – сложившегося способа понимания друг друга и формирования общих восприятий и общих представлений о мире.

Каждый человек, по А.Шюцу, имеет уникальную биографию и поэтому воспринимает мир по-своему. Только благодаря воспитанию и обучению в семье и школе, накоплению собственного опыта взаимодействия с окружающими нас людьми мы в состоянии приобщиться к этому миру, что позволяет нам ставить перед собой реальные цели и достигать их. А. Шюц отмечал, что «люди еще до появления социологии определенным образом расчленили и осмыслили этот мир при помощи набора обыденных конструктов, детерминирующих их поведение, определяющих цели их деятельности и доступные средства – короче, помогающих им определиться в природном и социальном мире с тем, чтобы жить и действовать в согласии с этим миром». Он считал, что феноменологии нет дела до самих объектов; ее интересуют их значения, конструированные деятельностью нашего разума.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...