Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Юридическая ответственность за экологические правонарушения





 

   Рассмотрим теперь оба типа экологических правонарушений (проступки и преступления) и тип и степень ответственности, предусмотренный для каждого определенного законодательством экологического правонарушения

Проступки влекут за собой дисциплинарную, материальную или административную ответ­ственность, а преступления — уголовную. Гражданско-правовая ответственность может быть возложена наряду с дисциплинар­ной, материальной, административной или уголовной. Привле­чение к этим видам ответственности не освобождает субъекта от обязанности возмещения вреда, если таковой имеется. Это объясняется тем, что взыскания, применяемые при реализации указанных видов ответственности, являются мерами наказания, а не возмещением вреда, хотя зачастую (лишение премии, штраф, конфискация) носят материальный характер. Взыски­ваемые в виде наказания суммы не идут потерпевшему в счет возмещения вреда, а перечисляются на специальные счета го­сударственных экологических фондов.

Следует различать субъектов правонару­шения и субъектов ответственности. Административным, гражданским, трудовым законодательством, например, пре­дусмотрена ответственность третьих лиц за действия или события, к которым они объективно не причастны. Так, адми­нистративная ответственность может быть возложена на ро­дителя за действия несовершеннолетних детей, гражданско-правовая — на перевозчика грузов или владельца источника повышенной опасности, дисциплинарная — на начальника за действия подчиненного.

Субъектом уголовной, дисциплинарной, материальной ответственности по действующему законодательству могут быть только физические лица.

Субъектом административной и гражданско-правовой ответственности — как физические, так и юридические лица.

Действующим законодательством предусмотрено, что административная и уголовная ответственность физических лиц за экологические правонарушения наступает с 16-летнего возраста.



В порядке гражданского судопроизводства они несут с 15 до 18 лет ограниченную ответственность, а с 18 лет — полную, т.к. с этого возраста лицо становится полностью дееспособным.

Каких-либо возрастных ограничений относительно воз­можности возложений дисциплинарной и материальной ответ­ственности на лиц, находящихся в трудовых отношениях с ра­ботодателем, не предусмотрено.

Статья 88 Закона «Об охране окружающей природной сре­ды», учитывая положения гражданского законодательства, предусматривает исключение из общего правила о виновной ответственности. Оно относится к тем случаям, когда вред при­чиняется источником повышенной опасности. Обязанность воз­мещения вреда возлагается на владельца данного источника независимо от наличия вины. Ущерб подлежит возмещению в силу самого факта его причинения, если не будет доказано, что он произошел вследствие непреодолимой силы или умысла по­терпевшего.

На практике достаточно трудным является вопрос о раз­граничении преступлений и проступков, так как около 63% со­держащихся в УК РФ норм экологического характера сходны с кормами административного законодательства.

Объективные признаки и преступления, и проступка в них одинаковы и состоят в нарушении одних и тех же правил: ры­боловства, охоты, заготовки древесины, разработки недр, соблю­дения пожарной безопасности в лесах, сохранения чистоты водного и воздушного бассейнов и др. Поэтому при решении дан­ной проблемы органы дознания, следствия и суды зачастую до­пускают ошибки. Так, М. сетью отловил пять, а Г. и У. девять осетров, относящихся к рыбам ценных пород. К тому же каж­дым браконьером был причинен крупный ущерб. Несмотря на наличие в их деяниях признаков квалифицированного состава преступления, в возбуждении уголовного дела было отказано по тем основаниям, что виновные ранее не были судимы, имеют постоянное место жительства и работу, а ущерб возмещен.

В то же время имеются факты, когда за незначительные нарушения правил охраны природы виновные привлекаются к уголовной ответственности. Например, Т. был осужден за неза­конную добычу рыбы при отягчающих обстоятельствах, посколь­ку черпаком выловил рыбу ценной породы на незначительную сумму. Он исключительно положительно характеризовался по месту работы, имелось ходатайство трудового коллектива о передаче его на поруки. При таких обстоятельствах осуждение Т. было нецелесообразным (ст. 14 ч. 2 УК).

В связи с изложенным, большое значение приобретает разработка научно обоснованных критериев разграничения преступных и непреступных видов правонарушений в сфере экологии.

В теории преобладает позиция, согласно которой преступ­ления и проступки разграничиваются по степени общественной опасности («вредности»). Однако критерии определения этой степени, как в качественном, так и в количественном отноше­нии отсутствуют и в литературе, и в законе и сделать это не пред­ставляется возможным, поскольку математически точными, четко определенными численными показателями сущность преступления и проступка выразить нельзя.

Представляется, что общественная опасность — совокуп­ное свойство объективных и субъективных признаков правона­рушения, которые все вместе определяют характеристику дея­ния и оцениваться могут только во взаимосвязи с другими при­знаками. Данная позиция основана на законе. В конструкции состава преступления отражаются и количественные (повторность, неоднократность, систематичность, рецидив и т.д.), и ка­чественные (место, время, способ, форма вины, наличие груп­пы, особенности субъекта и т.д.) категории.

Решение вопроса о разграничении экологических преступ­лений и проступков упрощается, когда факторы, влияющие на степень общественной опасности правонарушений, учитываются законодателем непосредственно в диспозициях правовых норм. Чаще всего в ней указываются последствия деяния, их размер, повторность преступных нарушений правил, способ действия, форма вины.

Например, незаконная охота без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 166 ранее действовавшего УК РСФСР) признавалась пре­ступной лишь в том случае, если ранее за аналогичное правона­рушение лицо подвергалось мерам административного воздей­ствия.

Часть 1 ст. 169 УК РСФСР признавала преступной неза­конную порубку леса независимо от размера причиненного вре­да и группы лесов, в которых она произведена, если порубка была совершена повторно. Единичная порубка леса, повлекшая ущерб меньший, чем указывалось в ст. 169, наказывалась в ад­министративном порядке по ст. 62—66 КАП РСФСР в зависи­мости от вида правонарушения (в УК РФ, введенном в действие с 1 января 1997 г., подобная конструкция норм устра­нена, поскольку «накопление» проступков сколько бы их ни было, не может превратить дея­ние в новое качество — преступление).

Нарушение ветеринарных правил и правил борьбы с болез­нями и вредителями растений (ст. 249 нового УК РФ) влечет уголовную ответственность при наличии тяжких последствий, а при отсутствии таковых —административную (ст. 97,98,101 КАП РСФСР) или дисциплинарную.

Уголовная ответственность за загрязнение водоемов возни­кает, если загрязнение причинило вред здоровью людей, рыб­ным запасам, животному или растительному миру, лесному или сельскому хозяйству (ст. 250 нового УК РФ).

Загрязнение вод, не повлекшее указанных в ст. 250 УК РФ последствий, влечет административную ответственность (ст. 57 КАП РСФСР) либо дисциплинарную.

Анализируя правонарушения, следует иметь в виду, что наличие в деянии признаков преступления является достаточ­ным основанием для привлечения виновного к уголовной ответ­ственности. Так, если незаконной охотой причинен крупный ущерб либо она произведена с применением механических транспортных средств или на птиц и зверей, на которых охо­титься полностью запрещено, либо на территории государствен­ного заповедника, содеянное следует квалифицировать по ст. 258 УК РФ, хотя бы эти действия были совершены в первый раз и виновный ранее не привлекался к административной ответственности.

Сложно, а порой невозможно разграничить преступление и проступок, когда в уголовном и административном законода­тельстве их признаки описаны одинаково либо указывается лишь вид нарушения (при так называемых «простых» диспо­зициях). Хотя в части 2-й ст. 10 КАП РСФСР установлено, что «административная ответственность за правонарушения, пре­дусмотренные настоящим кодексом, наступает, если эти нару­шения по своему характеру не влекут за собой в соответствии с действующим законодательством уголовной ответственности », далеко не всегда видно, чем одно правонарушение отличается от другого, а указанное основание разграничения выглядит чис­то декларативным.

По ст. 76 КАП РСФСР наказуемо «уничтожение или по­вреждение леса в результате поджога или небрежного обраще­ния с огнем, а также нарушение требований противопожарной безопасности в лесах, повлекшее возникновение лесного пожа­ра либо распространение его на значительной площади». Сопо­ставление ее со ст. 261 УК РФ не позволяет с достаточной чет­костью отличить преступление от проступка. На наш взгляд, позволило бы это сделать указание в ст. 261 УК РФ на причине­ние пожаром существенного по размеру вреда.

Явная коллизия закона наблюдается при сопоставлении норм административного и уголовного законодательства, уста­навливающих ответственность за загрязнение атмосферы.

   В ст. 77—79 КАП РСФСР предусмотрена ответственность за превышение нормативов ПДК выбросов загрязняющих ве­ществ в атмосферу, нарушение правил эксплуатации сооруже­ний и оборудования для очистки воздуха, ввод в эксплуатацию предприятий без соблюдения требований по охране атмосфер­ного воздуха. Частью 1 ст. 251 УК РФ за загрязнение воздуха или изменение его природных свойств, предусмотрена уголов­ная ответственность. По смыслу закона она наступает незави­симо от степени превышения ПДК загрязняющих веществ, на­ступления или создания реальной возможности наступления опасных последствий, в частности, за сам факт загрязнения воз­духа без превышения ПДК.

Те же действия, причинившие вред здоровью человека, наказываются по ч. 2 ст. 251 УК, а повлекшие смерть человека — по ч. 3 данной статьи.

Применение части 1 ст. 251 УК РФ в строгом соответствии с ее буквальным содержанием означало бы практически полную остановку всех промышленных предприятий, существенное осложнение политической ситуации в стране, особенно в усло­виях кризиса экономики, привлечение к уголовной ответствен­ности за деяния, по сути являющиеся административным про­ступком, и искажение уголовной политики в области охраны окружающей природной среды. Аналогичную конструкцию имела и ст. 223 в прежнем УК РСФСР.

С учетом таких обстоятельств, Пленум Верховного Суда СССР в п. 6 постановления от 7 июля 1983 г. «О практике при­менения судами законодательства об охране природы» подверг ч. 1 ст. 223 УК РСФСР ограничительному толкованию и разъ­яснил, что (как и при загрязнении водоемов) загрязнение воз­духа может быть признано преступлением только тогда, когда в результате превышения установленных нормативов выбросов причинен вред или создана реальная опасность причинения вре­да здоровью людей, рыбным запасам, животному или раститель­ному миру, сельхозпроизводству. Очевидно, в таком же смысле следует понимать и ч. 1 ст. 251 УК РФ.

Указанные рекомендации Пленума Верховного Суда СССР, хотя и служат делу совершенствования законодательства, но не снимают проблемы законодательного разграничения преступ­лений и проступков.

Верховный суд РФ (как и Верховный суд бывшего СССР) не наделен правотворческой функцией. Хотя в постановлени­ях его, по сути, зачастую дается нормативное предписание, не предусмотренное законом, они применяются лишь при рас­смотрении конкретных уголовных дел и ограничиваются сфе­рой правосудия. К тому же не по всем вопросам разграниче­ния экологических преступлений и проступков такие разъяс­нения даны. Представляется, что несовершенство закона может быть устранено только введением в соответствующие статьи УК РФ более четких критериев криминализации, а не подобными методами судебного расширительного или ограни­чительного толкования, которые фактически подменяют ре­шения законодательного органа.

 

Заключение

 

В заключение необходимо отметить, что с каждым годом число экологических правонарушений увеличивается. Они все больше влияют на состояние общественной безопасности, в ряде регионов выступают фактором политической дестабилизации, причиняют вред не только экономике страны, но и подрывают сами биологические основы существования человека.

Всё это диктует необходимость наращивать усилия всех государственных, в том числе и правоохранительных органов, в охране и восстановлении естественной среды обитания человека. Повседневная практика свидетельствует о том, что только силами природоохранных и контролирующих органов остановить разрушительный экологический беспредел невозможно.

Эти органы снизу доверху замыкаются на исполнительную власть, принимающую окончательные экономические и экологические решения. В силу зависимого положения они часто вынуждены идти на компромиссы, потакать местническим и ведомственным интересам, а принципиальная позиция отдельных контролеров нередко властями просто игнорируется. В самих этих органах в последнее время происходит процесс коммерциализации, сращивания с теневой экономикой, укрытия злоупотреблений должностных лиц.

В сложившихся экстремальных условиях с охраной природы крайне негативно следует расценивать любые шаги, направленные на ослабление прокурорского надзора в сфере экологии. Обобщение опыта работы природоохранных прокуратур позволяет сделать вывод о необходимости дальнейшего совершенствования их деятельности, укреплении высококвалифицированными кадрами, владеющими экологическими, правовыми и экономическими знаниями, о надлежащем техническом оснащении.

Одним из путей комплексного подхода в организации природоохранной деятельности является принятие межведомственных нормативных актов, охватывающих смежные вопросы охраны окружающей среды.

Необходимо поднимать роль природоохранных прокуратур и создавать новые структуры, прообразом которых может стать экологическая милиция, так как от этого зависит не только наше здоровье но и здоровье наших потомков.

 

                                                     Список литературы

 

1. Петров В.В Экологической право в России. М.: БЕК, 1998.

2. Желваков Э.Н. Экологические правонарушения и ответственность. М.: ЭАО Бизнес-

школа "Интел-Синтез", 1997.

3. Боголюбов С.А. Экологическое право. М., 1998.

4. Экологическое право России. Учебник. Под. Ред. Ермакова В.Д. Сухарева А.Я. М.: 

Институт международного права и экономики. М.: "Триада, ЛТД", 1997.

5. Уголовный кодекс РФ. М., 2002.

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2019 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.