Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Теоретический подход к выделению реальных социальных слоев




Реальные группы: концептуализация и эмпирический расчет

На новом этапе развития России мы возвращаемся к вопросу, который активно обсуждался в 1960-е - начале 1970-х годов, когда социологи в противовес официальной доктрине об эгалитарном строении советского общества активно выдвигали концепции социального неравенства и доказывали невозможность сведения его социальной структуры к примитивной формуле "два класса + интеллигенция". Именно в этом контексте Л. Гордон совместно с коллегами выявил тогда социально-демографические группы, применив кластерный анализ. Он писал, что "природа объектов социальной классификации сводит проблему выделения элементов, составных частей социальной структуры (по крайней мере, при нынешнем уровне развития теории) к поиску естественного, реального набора относительно однородных социальных групп, состоящих из людей с более или менее близкими, сходными характеристиками, на которые распадаются люди (носители этих характеристик) в реальной действительности" [1, с. 115]. Примерно в те же годы значимые результаты по обнаружению реальных компонентов социальной структуры получили Т. Заславская и Н. Загоруйко с соавторами и один из авторов данной статьи совместно с И. Тагано-вым [2, З].

Теперь, когда стало совершенно ясно, что трансформационные процессы идут совсем не по ожидавшемуся пути складывания буржуазного общества западного типа, а каким-то особым образом, снова возник вопрос о реальности тех социальных групп (слоев, классов), которыми оперируют социологи и политологи, опираясь как на свои теоретические конструкты, так и на реалии развитых демократических стран с устоявшейся системой стратификационной иерархии. В связи с этим и возникла идея вернуться к исследованиям социальной дифференциации современного российского общества для выявления в нем реальных социальных совокупностей.

Теоретический подход к выделению реальных социальных слоев

Как известно, Р. Мертон определяет "группу" как совокупность людей, которые определенным образом взаимодействуют друг с другом, осознают свою принадлежность к группе и считаются ее членами с точки зрения других. Такие характеристики свойственны множеству групп, однако далеко не всем. Скорее, это черты так называемых первичных и лишь в определенной мере вторичных групп.

В нашем случае речь идет о других социальных группах, которые вернее было бы назвать социальными общностями. Социальные классы и слои являются единицами макросоциальной структуры всего общества, а также мезосоциальной структуры территориальных общностей (города, агломерации и т.д.). По отношению ко всем ним "социальная группа" — родовое, собирательное понятие. В контексте социологии неравенства именно эти группы-общности имеют определяющее значение.

Одни и те же индивиды в разном расположении, в разных связях образуют и различные социальные группы. Разделение индивидов на основные группы по одному из общественных сечений выступает в то же время в качестве внутреннего деления для иных основных общественных сечений. Возьмем для примера общественное деление на жителей города и деревни. По отношению к этим обширным общностям (горожан и селян) самостоятельное разделение на работников квалифицированного и неквалифицированного труда выступает как подчиненное, образующее внутри них слоевое сечение. И наоборот, если общество рассматривается со стороны разделения на работников разного уровня квалификации, то по отношению к нему выделение горожан и селян выступает как слоевое. Основанием же для соотношения делений внутри социальных общностей (больших социальных групп) может быть взаимосвязь социальных явлений в обществе в целом, которое выступает как субординированная система социальных отношений между людьми.

Здесь как бы смыкаются личностный и надличностный уровни анализа. Большие социальные группы (общности) состоят из индивидов со сходным социальным статусом. Это, можно сказать, размытые топологические множества, нечто вроде лесов, не имеющих четких границ, переходящих один в другой через еле заметные перелески (например, квалифицированные и неквалифицированные работники, горожане и селяне). Ведь только в итоговых статистических таблицах эти членения выглядят как четкие группировки с жесткими границами.

Социальные группы (общности) макро- и мезоуровня объединены общностью устойчивых и воспроизводящихся свойств. Они выполняют (в силу присущих им свойств) определенные функции, без которых данные группы не могут существовать (воспроизводиться). Социальные группы как элементы социальной структуры в каждый данный момент развития общества имеются в определенном и обозримом количестве, но бесконечно множество их связей, их взаимодействий, т.е. всего того, что делает социальную структуру сущностной характеристикой конкретно-исторического социального организма. А определяющий в ней - характер взаимосвязи элементов.

При анализе социальной структуры одна из основных задач - выявление, во-первых, тех свойств, по которым можно судить о целостности общности (скажем, территориальной), а во-вторых, свойств, которые определяют неоднородность этой социальной общности. Множественность исторически обусловленных устойчивых социальных свойств, по которым производится классификация индивидов, определенным образом субординирована. Эта субординация - одна из черт всей системы общественных отношений, присущих конкретному социальному организму, структура которого исследуется.

Здесь возникают две проблемы:

- по каким признакам следует выделять социальные группы (общности) как элементы социальной структуры?

- что свидетельствует о реальности этих выделенных социологами групп? Относительно признакового пространства выделения групп (общностей) в литературе доминируют два подхода. Один из них получил преимущественное развитие в американской социологической традиции. Его сторонники дифференцируют членов общества по уровню доходов, престижу, власти, рассматривая их количественные показатели как самодостаточные и отвлекаясь от рассмотрения источников. В данном случае каждый индивид, занимающий ту или иную статусную позицию, выступает как автономная единица: это его личный доход, его личный престиж и т.д. Для второй традиции, второго подхода, доминирующего в европейской социологии (его мы придерживаемся), характерно рассмотрение социальной группы через призму отношений с другими группами в контексте институциональной структуры общества. Так, в рамках данного подхода власть как индикатор статуса означает не межиндивидуальные отношения властвования кого-то над кем-то, а отношение слоя, имеющего власть, и слоя, лишенного власти. Точно таким же образом рассматриваются отношения собственности и престижа, т.е. они анализируются не в абсолютных, а в относительных категориях. Опыт многочисленных и многолетних исследований, проведенных в разных концах мира, показал, что в реальном анализе места социальных общностей в стратификационном пространстве следует учитывать показатели власти (административной и политической), объем и характер собственности (экономическая власть), престиж (духовная власть).

Социальные общности (группы) можно разделить на номинальные (они же статистические) и реальные. Социологи чаще имеют дело с номинальными группами, т.е. с совокупностями людей, выделяемых по некоторым признакам, имеющим смысл для целей конкретного исследования (например группы по полу, возрасту, уровню дохода или комбинации нескольких таких поддающихся измерению характеристик). Не случайно номинальные группы именуются также и статистическими, чем подчеркивается, что они не предполагают обязательных и тем более непосредственных связей между относимыми к ним людьми, а также не раскрывают сущностную сторону отношений, которые связывают, сплачивают людей. Например, при выделении горожан как номинальной (статистической) группы к ним относят проживающих в поселениях, формально зарегистрированных как города.

Реальная же группа (ее признаки мы рассмотрим ниже) обладает, как правило, набором характеристик, за которыми скрывается имманентная данному социальному субъекту сущность - характер реальных отношений, связывающих людей между собой, В этом случае (если использовать тот же пример), горожанами будут считаться люди, живущие в городе и ведущие городской образ жизни, с высокой степенью разнообразия трудовой и досуговой деятельности, занятые преимущественно индустриальным и информационным трудом, характеризующиеся интенсивной профессиональной и социальной мобильностью, высокой плотностью человеческих контактов при анонимности и формализованное™ общения и т.д. Ясно, что при таком подходе статистическая группа "горожане" лишь какой-то своей частью отвечает критерию урбанизированное™, т.е. далеко не все живущие в городе относимы к реальной группе "горожан".

Что касается вопроса о показателях реальности той или иной группы, то прежде всего следует заметить, что реальные группы выступают субъектами и объектами реальных отношений (власти, эксплуатации и т.д.). Они обладают: потребностями и интересами, которые можно измерить; общими социальными нормами; общими ценностями; взаимной идентификацией; сходной мотивацией; символами; стилем жизни. Для них характерны самовоспроизводство, отличная от других групп система сКщальных связей.

Системообразующими характеристиками, преобразующими некую совокупность людей в реальную социальную группу (класс, слой), являются потребности и интересы. Под интересами понимаются социально обусловленные потребности -экономические, политические, духовные. Поскольку реальные социальные общности складываются стихийно, их интересы также возникают стихийно. Они могут быть осознаны или не осознаны индивидами, входящими в данную социальную общность, но они существуют и предопределяют поведение людей, делают их схожими по стилю жизни, межличностным связям, установкам. Даже не сознавая своего "социального сродства", люди выделяют "своих" и "чужих" по групповой принадлежности.

Особое место занимают "социальные нормы" как средство социальной регуляции поведения индивидов, объединяющее их в группы (общности). Эти нормы обеспечивают воспроизводство групп в их социальных позициях, поддержание процессов функционирования общества как системы взаимодействия групп. С их помощью группы с различными (в том числе антагонистическими) интересами интегрируются в стабильное общество. Запросы социальной общности ограничиваются в пределах определенной доли ресурсов, переводятся в эталоны, модели, стандарты должного поведения представителей (членов) общности. Усвоение и использование социальных норм - условие формирования индивида как представителя той или иной социальной общности (группы).

Весьма важен вопрос о возможности использования в качестве критерия реальности социальной группы системы ценностей, которая "образует внутренний стержень культуры, духовную квинтэссенцию потребностей и интересов индивидов и социальных общностей. Она в свою очередь оказывает влияние на социальные интересы и потребности, выступающие одним из важнейших мотиваторов социального действия, поведения индивидов" [4, с. 47]. М. Кону удалось доказать тесную связь между стратификационной позицией и ценностями. Стратификационная позиция, по его мнению, с одной стороны, влияет, а с другой -зависит от профессиональной установки на достижение. Сама же установка формируется под воздействием психологических характеристик, а также формирует их. В связи с этим можно было бы выдвинуть гипотезу, что в реальной социальной группе существует более-менее целостное пространство ценностей и, следовательно, ценностные компоненты могут стать важным критерием выделения реальных социальных групп. Однако, поскольку неочевидно, влияют ли ценности на формирование групп или, напротив, существование реальной группы определяет ее ценности, необходимо специальное исследование направленности связи "социальная группа - система ценностей".

Нашему подходу к категории "реальная группа" близка позиция известного социолога из США П. Бло. По его мнению, группа — это "класс" людей, члены которого коллективно взаимодействуют больше друг с другом, чем с людьми извне. Они не обязательно находятся в прямом контакте как члены первичных групп. Многочисленные исследования подтверждают, что, скажем, ролевые отношения между руководителями и подчиненными отличаются от отношений между последними, и что различия в социально-экономическом статусе препятствуют дружеским отношениям и складыванию брачных связей. Дружеские отношения преобладают между членами одной и той же группы (этнической, класса, слоя) [5].

Реальная группа имеет свою внутреннюю структуру: ядро (а в некоторых случаях — ядра) и периферию с постепенным ослаблением по мере удаления от ядра сущностных свойств, по которым атрибутируется данная группа, т.е. по которым она отделяется от других групп, выделяемых по тому же критерию. Зоны трансгрессии постепенно переходят в зоны притяжения других ядер. ^ Конкретные индивиды могут и не обладать всеми сущностными чертами субъектов данной общности, но ядро любой группы состоит из носителей этих сущностных черт. Дюугими словами, ядро группы - это совокупность типических индивидов, наиболее пояно сочетающих присущие ей характер деятельности, структуру потребностей, цодности, нормы, установки и мотивации. Поэтому ядро - концентрированный выражатель всех социальных свойств группы (общности), определяющих ее качественное отличие от всех иных. Нет такого ядра - нет и самой группы (общности).

Ядро группы представляет собой одновременно и исторически подвижное, и относительно устойчивое во времени социальное образование. Оно может либо исчезнуть (в том случае, когда исчезает данный вид деятельности или данная разновидность ценностных представлений), либо приобрести новое качество под влиянием имманентных изменений в содержании деятельности или/и ценностных представлений. Однако вследствие того, что обычно темп таких изменений аналогичен (или сопоставим) темпам изменений других социальных групп, сохраняется качественное отличие одной группы людей от других, сохраняются "социальная дистанция" и характер межгрупповых отношений. Иными словами, данная группа как специфическое социальное образование не исчезает, а лишь видоизменяется, не теряя, как правило, своей идентичности относительно других групп, так как обычно темп этих изменений сопоставим с темпами изменений других социальных групп. В то же время состав индивидов, входящих в ядро общности, непрерывно меняется вследствие демографического движения и социальных перемещений людей. Как историческая подвижность, так и относительная устойчивость общностей не связаны жестко с этой индивидуальной мобильностью.

Свойства социальной группы не совпадают с суммой свойств индивидов, обладающих сходными функциями и особенностями. В теоретическом плане необходимо различать характеристики социальной группы и индивидов, входящих в ее состав. Как научная абстракция и реальность социальная группа - носитель системных качеств, не сводимых к характеристикам индивидов, входящих в ее состав. Эти качества вытекают из анализа всей общественно-исторической практики развития и функционирования конкретного общества. Они раскрывают место группы в системе отношений в обществе, ее функции в экономике, культуре, политике, идеологии, тенденции ее развития, ее прошлое и будущее.

Характеристики группы - те ее свойства, по которым можно судить о ее целостности как социальной общности. Например, мы выделяем группы, различающиеся по обладанию властью, т.е. принимаем ее за сущностное свойство изучаемых общностей. В этом случае сущностным свойством представителя группы будет не обладание властью как таковой, а наличие развитой обществом способности выполнять властные функции. А с этой способностью системно взаимоувязаны и личные потребности, и характер индивидуальной внепроизводственной деятельности, и стиль жизни.

Системное качество групп проявляется в непересекаемости их ядер. На эмпирическом уровне это обнаруживается в формах и интенсивностях действий людей, в актах реального поведения, типичных для представителей данной и только данной группы. Системные качества группы требуют длительного времени для приобретения свойств, присущих индивидам, входящим в ядро общности. Эта длительность не может быть определена a priori, ее можно установить лишь в результате исследования.

Социальный слой (группа) реален только в том случае, когда ему присуще свойство самовоспроизводства как совокупности деятельностей, так и совокупности потребностей и ценностей. Способность к самовоспроизводству обеспечивает репродуци-руемость ядра слоя (группы) в качестве условия, определяющего устойчивость, наряду с необходимой изменчивостью наблюдаемого разнообразия деятельностей, потребностей и ценностей. Возникновение новых видов занятий (типов деятельностей) приводит к формированию нового слоя лишь в случае, если при этом возникнет иная, чем у других слоев (групп), совокупность потребностей и ценностей.

Таким образом, реальная группа (общность), в противоположность статистической совокупности людей, выделенных по какому-то отдельно взятому признаку, - это социальная целостность, характеризуемая общностью условий существования, причинно взаимоувязанными сходными формами деятельности в разных сферах жизни и единой системой ценностей, а также социальными нормами, чертами образа жизни. Формирование социального субъекта как реальной группы также связано с осознанием членами группы своих интересов, их самоидентификацией и механизмами самоорганизации.

В связи с этим следует заметить, что в советском этакратическом обществе, предшественнике современного российского, свойствами самоидентификации и самоорганизации могла обладать, по-видимому, лишь правящая элита. Поэтому, скорее всего, только номенклатура была целостной реальной группой. Более того, с точки зрения системной организации общества, номенклатура была единственным дееспособным элементом социальной структуры. Поэтому она смогла отрефлектировать свои интересы в,условиях постсоветской трансформации России.

Другие социальные субъекты, формирующиеся в новые реальные социальные слои (классы?) постсоветского общества, предположительно находятся лишь в стадии становления. В связи с этим есть все основания предполагать, что на уровне эмпирических исследований мы обнаружим размытость, нечеткость формирующихся реальных групп.

Нельзя в заключение не отметить, что практически на протяжении истории всей современной социологии с упоминанием или без упоминания термина "реальная(ый) группа, слой, класс" этот вопрос не был обойден ни одним серьезным исследователем, занятым проблемами стратификации, ибо все стремились обнаружить элементы социальной структуры, выделить социальные группы на основе критериев, которые определяющим образом разграничивали бы, обособляли целостные социальные образования. Одни при этом выдвигали в качестве ведущего критерия дифференциации общественный престиж, воплощающийся в определенном коллективном мнении о "высшем-низшем" положении индивидов или групп, другие утверждали, что следует руководствоваться тем, к какой социальной единице причисляет себя сам человек. Третьи, и их, пожалуй, большинство, пользовались и пользуются объективными материальными критериями: род занятий, доход, образование, властные полномочия ит.д.

Неоднократно предпринимались и попытки проинтегрировать разные критерии, предлагавшиеся социологами противоборствующих направлений. Одну из последних таких попыток предприняла Л. Беляева. При выделении среднего класса она использовала в качестве критериев три показателя: самоиндентификации; уровня жизни (по размерам дохода); уровня образования. Теоретических оснований достаточности предложенных критериев в публикации автора мы не нашли [6, с. 11-16]. В этом же сборнике представлен аналитический доклад Российского независимого института социальных и национальных проблем, в котором на основе детального анализа данных проведенного в 1999 году опроса предлагается выделять средний класс как устойчивую социальную совокупность в российском обществе на основе самооценки социального статуса по таким его компонентам, как соотнесение своего материального положения с положением окружающих, степень удовлетворенности своим положением в обществе, представление о собственном материальном положении в ближайшем будущем (уровень уверенности в завтрашнем дне), а также образ жизни, степень престижности своей профессии, уважение окружающих, уровень образования [7,с.83-94].

Порядочную сумятицу в эту проблему внесли получившие широкую известность труды П. Бурдье, который, в противовес подавляющему большинству исследователей, не признает возникающие в социальном пространстве группы в качестве "реальных классов", рассматривая их лишь как "возможные классы". При этом он подчеркивает:

«Класс существует в той и лишь в той мере, в какой уполномоченное лицо, наделенное plena potentia agendi (властными полномочиями - О.Ш., Н.С.), может быть и ощущать себя облеченным властью говорить от своего имени — в соответствии с уравнением: "Партия - есть рабочий класс", а "Рабочий класс - есть партия"...» [8, с. 91]. Другими словами, по Бурдье, группа определяется через того, кто говорит от ее имени.

Эта позиция видного французского социолога доведена до крайности его последователями Ю. Качановым и Н. Шматко [9]. Заключая свою статью, они пишут: "Социальные группы не существуют, реальны лишь социальные отношения" [9. с. 103]. Заметим, что при тщательном прочтении этой же статьи можно найти и высказывания, повторяющие суждения Бурдье, из коих следует, что группа при необходимых и достаточных условиях все же может существовать "в деятельном состоянии группы-для-себя, готовой к борьбе за сохранение и/или развитие своей социальной позиции" [9, с. 95].

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...