Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Проблема первостепенной важности 5 глава




Ну а дальше Бокий получил то, о чём даже не смел мечтать. Межанин сделал из него достойного Сокровенника. Позже Глеб Иванович связался с оставшимися в живых своими товарищами, в том числе и его спасителями. Обучил всему, что постиг сам. Так и образовался наш тайный орден. Бокий дожил до 1964 года. Он лично принял от Межанина столь бесценный подарок Шамбалы – «частицу Чинтомания» и послания с манускриптом. После смерти Бокия новые члены группы уже постигали знания благодаря этим рукописям, историческим документам, спасённым от уничтожения в стенах НКВД в 1939 году, и, конечно, самим ученикам Бокия.

Надо отметить, что у Глеба Ивановича оказалась необычной не только жизнь, но даже и смерть. Он был вполне здоров, несмотря на свой преклонный возраст. После той памятной встречи с Межанином, в 1964 году, Бокий собрал всех своих друзей и сказал, что в духовных практиках ему открылся совершенно другой уровень реальностей, абсолютно несравнимый с земными понятиями. Он получил в него доступ и хочет покинуть это тело. Бокий сам назначил точное время, когда остановит своё сердце, ещё шутил по этому поводу насчёт точности истинных чекистов. Попрощавшись с друзьями, ровно в девятнадцать часов три минуты, с появлением на небе первой звезды, сердце его остановилось, как он и говорил…

Человек в штатском задумался о чём-то своём, а затем, словно опомнившись, произнёс:

– Вот, пожалуй, всё моё предисловие. Дальше знакомься с материалами сам, думай, размышляй, делай свои выводы. Оставлю тебя наедине с историей… Если что понадобится, вон прямой телефон с «диспетчером»… Ну, не буду тебе мешать…

Он по-дружески хлопнул Номо по плечу, попрощался и пошёл к выходу. Мощная стальная дверь тяжело за­крылась, точно отделив внутренний мир Номо от внешнего. Но Номо был даже рад такому долгожданному одиночеству, когда можно не спеша во всём разобраться, и особенно в себе. А что может быть лучше и прекраснее в такой тишине в качестве собеседника, чем книги и рукописи необычных, неординарных людей, тайных гениев своего времени…

 

Глава 3

Проблема первостепенной важности

 

Май 1994 года

Прошло четыре месяца с того памятного дня посвящения Номо. Но воспоминания о нём до сих пор будоражили мысли свидетелей этого события. Для одних это стало своеобразным откровением, для других – подзарядкой внутренних убеждений, для третьих – весомым стимулом в нелёгкой, каждодневной работе. Но, безусловно, каждый пережил свои особые потрясающие минуты, оставившие глубокий, незабываемый след в их душах.

В небольшой комнате собрались представители ордена славян из постсоветских государств, чтобы, так сказать, на «домашнем совете» решить назревшие проблемы в текущих делах. За окном шёл проливной дождь. Несмотря на месяц май, на улице было довольно-таки холодно. Однако в самом помещении от пламени в камине исходило приятное тепло, которое создавало атмосферу домашнего уюта и располагало к продолжительной беседе.

За истекший период была проделана достаточно трудоёмкая работа. После Бергедорфского форума на Номо, как они и предполагали, не просто обратили внимание. Его выступление заставило содрогнуться даже «акул» политики, представляющих интересы западных держав. О нём в одночасье заговорили в высших политических кругах Европы и Америки. А особо дальновидные политики всерьёз задумались над этой фигурой в предложенной им новой «шахматной партии». Те проблемы, которые возникли сейчас перед орденом, отчасти были связаны именно с ответным ходом.

Во время обсуждения затронутых вопросов слово взял генерал-полковник из «братской страны ближнего зарубежья».

– У нас возникла серьёзная проблема. И она вполне может перерасти в очень серьёзную. Я в прошлый раз докладывал вам о нашем «драгоценном» объекте (условная кличка – Лорд) и о появившихся у нас сведениях, что его подмяли под себя Деструкторы. Так вот, теперь эти данные полностью подтвердились. В последнее время Лорд стал очень быстро подниматься. По данным контрразведки, его готовят на президентское кресло в нашей стране. Если это случится, то Эго разместит свои базы у нас под самым носом!

– Да, это действительно серьёзная проблема, – произнёс пожилой генерал. – Тем более что эта страна отмечена на наших схемах как одно из возможных мест «перекрестья»… Да и для Номо подобное деструктивное давление под боком более чем опасно, пока мы его не поставили у власти.

– Зашевелились Деструкторы, видно почуяли неладное.

– Вот-вот.

– Какие будут предложения?

– Может, Лорда ликвидировать?

– Мы уже об этом думали, – произнёс докладчик. – На данном этапе это может поднять много ненужного шума. Он стал слишком заметной фигурой в сферах негласного влияния.

– Может, проще перекупить его, если он столь жаден к деньгам, раз поддался на уговоры Деструкторов?

– Да нет. Фактор денег здесь тоже не пройдёт. У него очень много денег: неплохая поддержка со стороны империи Эго, да и своих финансов достаточно. Он опирается на властные криминальные структуры с миллиардными оборотами. Нет, деньги здесь не помогут.

На некоторое время в воздухе повисла напряжённая тишина, а потом один из участников предложил:

– Ну, если он так уверенно опирается на криминал, значит надо выбить эту опору у него из-под ног. Рухнет опора, рухнут и все пристройки к ней. А на руинах Деструкторам просто нечего будет делать.

– Точно. Да и наши финансовые магнаты отвернутся от него.

– Нужно не только разрушить эту опору, но и достать такой серьёзный компромат, чтобы от услуг Лорда отказались не только в этой стране, но и за рубежом.

– Значит, нужен кто-то, кто смог бы разрушить эту махину изнутри.

– Ничего себе заданьице! Тут, представляете себе, какой профи нужен, на вес золота!

– Это верно.

– Да, сейчас Батькины «Островитяне» подошли бы в самый раз. Лучших спецов для этого дела не сыщешь.

– А где они сейчас? – поинтересовался один из новых членов ордена.

– Да кто где, в свободном полёте… С распадом Союза организацию распустили.

– Были бы на тот момент наши люди возле верхов власти, такого безобразия не допустили бы.

– Не говори… Бросило наше родное государство пацанов на произвол судьбы. Тоже мне ещё «единый механизм»!

– Ничего, ничего. Зато сейчас они какими орлами стали! Настоящие мужчины, как говорится прошедшие огонь, воду и медные трубы.

– Да, но этих орлов могло быть и побольше. А теперь их и на гнездо не хватит.

– Интересно, кто же их всё-таки сдавал?

– Деструктивной заразы везде хватает.

Участники обсуждения замолчали, погрузившись в какие-то свои тяжёлые воспоминания. Остальные присутствующие тоже не решались нарушить тишину. Стало слышно, как потрескивали сгоравшие поленья в камине. Завораживающее пламя огня невольно притягивало взгляды людей.

Пожилой генерал поднялся с кресла и подошёл к камину. Подкинул несколько дровишек в огонь и стал наблюдать, как пламя охватывает их со всех сторон. Видимо, это зрелище всколыхнуло в нём какие-то воспоминания. Не отрывая глаз от картины стихийной борьбы пламени с деревом, он тихо продекламировал:

Кровавый снег под ногами тает.

Дерево, оторвавшееся от листа.

Огнестрельная рана, как лотос,

Раскрывшая свои края…

Несколько человек, сидевших недалеко от камина, встрепенулись от этих слов, точно их ударило током. Они переглянулись. А один из них осторожно произнёс:

– Вы считаете это в высшей степени серьёзным, что необходимо задействовать…

Ответом на этот незаконченный вопрос был сам взгляд генерала. Он посмотрел на говорившего и продолжил чтение странного стиха, потаённый смысл которого был понятен лишь части присутствующих. Именно среди этих людей возникло лёгкое волнение, едва заметное по нервным движениям и особенно тревожным взглядам. Оно невольно передалось и остальным. Все посмотрели на пожилого генерала. Он тем временем закончил читать стихотворение и с немым вопросом оглядел своих старых товарищей. Один из них ответил:

– Если ты так считаешь… Твоя интуиция нас ещё никогда не подводила… Я – «за»… Хотя будет весьма печально, если мы утратим в этом деле столь ценный резерв. Хотелось бы приберечь его для Номо, мало ли какие ещё сюрпризы нас ждут впереди.

– На всё воля Божья… Но сегодня от разрешения этой проблемы напрямую зависит и будущее Номо. Правда, Деструкторы, мне кажется, пытаются данную зависимость тщательно замаскировать. Завтра, когда они взрастят эту разрушительную силу, может оказаться слишком поздно, – задумчиво проговорил генерал. – Поэтому необходимо действовать здесь и сейчас. На сегодняшний день, я считаю, – это проблема первостепенной важности. Надо всё тщательно взвесить. И если вы не против данной кандидатуры, операцию нужно начать не позже августа…

 


Часть вторая

 

Глава 1

Задание

 

Август 1994 года

Генерал стоял задумчиво у окна, когда в дверь кабинета постучали.

– Разрешите, товарищ генерал?

– А, Александр Иванович, входи. Располагайся.

Судя по сосредоточенному виду своего шефа, полковник госбезопасности понял, что разговор предстоит очень серьёзный.

Усевшись за рабочий стол, генерал нажал кнопку вызова:

– Анна Петровна, принесите, пожалуйста, две чашки кофе.

– Хорошо, Александр Васильевич, – вежливо ответил мягкий женский голос.

Лицо генерала было уставшим и напряжённым. Видимо, сказалась суматоха последних событий. Но цепкий взгляд сохранял всё ту же неизменную проницательность и силу, присущую только опытным профессионалам в самые ответственные и сложные минуты их жизни.

В кабинет вошла секретарь, миловидная женщина лет сорока. Она поставила поднос на стол.

– Спасибо. На сегодня вы свободны, – сказал ей генерал.

Женщина так же тихо удалилась, как и вошла. Ещё минут десять генерал задавал своему заму какие-то общие вопросы, касающиеся рутинной ежедневной работы. Но полковник, не первый год работающий со своим шефом, понял, что самое важное будет сказано позже. Наконец в приёмной послышался стук закрывающегося сейфа, а через некоторое время и захлопывающейся двери.

Александр Васильевич ещё немного помолчал, а потом произнёс:

– Ну, а теперь о главном.

Он достал из личного сейфа серую папку и взял оттуда несколько исписанных листков бумаги:

– Вот, ознакомься…

По мере того, как полковник читал содержимое бумаг, лоб его покрывался мелкой испариной. Александр Иванович то и дело вопросительно поглядывал на своего шефа, отрываясь от чтения, и тот, понимая его, молча подтверждал написанное кивком головы. Конечно, полковник, с его богатым опытом работы, был готов к любым неожиданностям. Но эта информация потрясла его до глубины души.

В это время генерал вновь погрузился в свои размышления, вспоминая в деталях недавний разговор со своим другом генерал-полковником, которого хорошо знал уже почти двадцать пять лет.

– От этой операции зависит будущее и не только этого региона… Если мы не разорвём паутину беспредела сейчас, то через год паук окутает ею всю страну. И тогда, сам понимаешь, к чему это приведёт. Наших людей превратят в обыкновенных рабов, не говоря уже о простых гражданах, которые в своей массе станут жертвами его сплошного бандитизма и повального беспредела.

– Я всё это прекрасно понимаю… Допустим, нам удастся разорвать паутину, но паук-то слишком высоко сидит, хрен его достанешь. Где гарантия, что он новую сеть не сплетёт?

– А вот об этом позаботятся наши единомышленники из соседнего отдела… И запомни, Саша, паук без паутины, что бабочка без крыльев. Не будет паутины, не будет и силы, а это его жизнь и власть. – И закурив сигарету, генерал добавил: – А насчёт того, что он высоко сидит, так ты вспомни былое. В панике пауки и не с таких высот быстро спускались, лишь бы уцелеть, да в щель поскорее забиться. Но глядишь, лет десять страна сможет жить спокойно. А там видно будет… Мы считаем, что в этом случае целесообразно задействовать «Остров», лучших из лучших. Рисковать нам сейчас никак нельзя… Рекомендовано обратиться к Сэнсэю.

Александр Васильевич, вспоминая весь этот разговор, невольно вздрогнул при слове «Сэнсэй». Нет, ни единый мускул не шевельнулся на его лице. Это произошло где-то глубоко внутри. Сэнсэй был особым кадром в спецподразделении «Острова». Особым не только из-за аналитического склада ума, но и своего природного таланта к неестественным для обычного человека возможностям управления психикой.

Взгляд этого агента словно сверлил человека изнутри, точно вычислял его разум и душу. Сэнсэй, как никто другой, мог добывать уникальные данные об «объекте», включая его здоровье и душевное состояние, чего не могли добиться другие, даже путём долгих часов наблюдений с применением дорогостоящей спецтехники. Он обладал какими-то особенными гипнотическими способностями и мог пройти абсолютно незамеченным мимо «объекта», а также поражал начальство своей логикой и не по годам развитым мышлением стратега.

Кроме того, у Сэнсэя было уникальное сочетание зрительной и слуховой памяти. Он умел легко ориентироваться в темноте по своим, одному ему понятным, ощущениям. Именно по наитию Сэнсэй обнаруживал любые живые и неживые объекты с закрытыми глазами, даже не дотрагиваясь до них. Но самое удивительное было то, что он не только обладал этими способностями, но обучал необычной технике управления своей психикой товарищей, причём довольно-таки успешно, за что и получил кодовое имя – Сэнсэй.

Те качества, которые разведчик приобретает с годами, юный агент получил от самой природы. «Грех не воспользоваться таким даром, – думало начальство. – Ведь не так уж и часто природа балует мир такими людьми». И всё-таки не всё было так гладко. Именно эти необычайные способности настораживали начальство. Они «прокопали» род этого агента вдоль и поперёк, но так и не смогли понять «откуда появилось то, что никогда не имело места быть?» Личность Сэнсэя так и осталась неразгаданной до конца загадкой.

Александр Васильевич по-отцовски привязался к этому парнишке. Он испытывал к нему какую-то смесь чувств: неестественного страха и в то же время неподдельного уважения, исходившего из глубины души. Наставник и сам не знал, что больше притягивало его: то ли то, что этот юный агент оказался самым смышлёным среди остальных, то ли то, что Александру Васильевичу так хотелось иметь сына, а не дочь, которую родила ему жена. Но выказывать привязанность к какому-либо агенту было не положено. Поэтому Александр Васильевич лелеял эту мечту где-то глубоко внутри себя и по возможности пытался оградить парня от различного рода неприятностей. Он прекрасно понимал, что даже это внутреннее чувство – опасно в их работе, поскольку не исключено, что в какой-то день ему самому придётся вручить Сэнсэю билет в один конец.

От таких мыслей у Александра Васильевича внезапно заныло сердце. Генерал нахмурился и слегка помассировал грудь. Он вспомнил, как по прошествии времени планировал сделать Сэнсэя своим зятем. Тогда наверняка смог бы вытащить парня из этой игры и подключить к своим делам, реализовав тем самым давнюю мечту. Но, играя в чужие игры, он не заметил, как проморгал свою собственную партию. Его дочь успела влюбиться в какого-то олуха «без рук и без башки» и выскочить за него замуж. Это перечеркнуло все далеко идущие планы Александра Васильевича на жизнь.

Генерал чертыхнулся про себя, со злостью проклиная свалившегося на его голову зятя. Но тут же вспомнил очаровательную внучку Сашеньку, названную в его честь, и сердце смягчилось: «Ну хоть какой-то толк от него».

В это время полковник, дочитав бумаги, произнёс:

– Да уж… не было печали…

– Это точно, – подтвердил генерал, складывая листки обратно в сейф. – Я надеюсь, ты понял, какая ответственность возложена на нас. Здесь слишком высоки ставки.

– Дело действительно сложное и щепетильное, – задумчиво проговорил полковник. – Но кого назначить исполнителем? Для такой тонкой работы нужен очень опытный человек, профессионал, которому можно доверять. В то же время это должна быть достаточно значительная фигура, которой бы в полной мере доверяли и гражданские лица… И, как я понял, он не должен работать в официальных структурах, включая и наше управление. Ведь у… – полковник осёкся на полуслове и быстро нашёлся: – у Лорда, судя по вашим данным, везде крепко посажены свои информаторы.

– Совершенно верно. Поэтому, к сожалению, исполнитель должен работать на свой страх и риск. Официальную помощь, конечно, мы ему предложить не сможем. Нам приказано не высвечиваться. Но сделаем для него всё возможное, что в наших силах.

– Да, задача… Тогда для этого дела нужна действительно неординарная личность и совершенно нестандартный подход.

– Абсолютно верно, – подметил генерал, и, нахмурившись, как-то грузно произнёс: – Рекомендую обратиться к Сэнсэю.

Полковник поднял на него удивлённые глаза. Если генерал решил обратиться к Сэнсэю, значит дело обстояло ещё хуже, чем описано в бумагах. Насколько он помнил, генерал прибегал к помощи этого человека крайне редко, в самые критические и переломные моменты в жизни государства.

– Всю необходимую документацию вы получите позже. Вопросы ещё есть? – спросил шеф.

– Нет.

– Ну, тогда с Богом. Желаю удачи!

– Разрешите идти?

– Идите.

Александр Васильевич крепко пожал руку своему заму. И когда тот вышел, генерал подумал: «Теперь всё… Ставки сделаны. Осталось самое сложное – мучительное ожидание».

 

 

* * *

 

В придорожном кафе, располагающемся между двумя крупными областными центрами, было мало посетителей. За одним из столиков сидела странная парочка: молодой священник в чёрной рясе и молодой мужчина, который, судя по накачанной спортивной фигуре, имел непосредственное отношение к мирским делам. На первый взгляд эти люди были совершенно разными не только по социальной принадлежности, но и по внешности. Священник был худощав, с бледным лицом, со светлыми волосами и жидкой рыжеватой бородкой. А его собеседник – блондин с волевым лицом и волосами редкого природного белокурого цвета и с такими же усами. Внимательный наблюдатель при долгом созерцании всё же смог бы заметить одну общую черту этих совершенно разных людей – их глаза. Они казались бездонными, в них светилась глубинная сила, которая объединяла этих людей какой-то тайной. И чем больше они общались между собой, тем больше они обнажали свой скрытый облик, проступающий из-под маски бытия.

Сэнсэй был знаком с Вано ещё с «Острова». Они были не только хорошими друзьями, не раз попадавшими в сложные переплёты, но и отлично подготовленными профессионалами, на счету которых – сотни успешно проведённых операций. Несмотря на молодость, глаза товарищей выдавали многолетний опыт и усталость от всей этой грязной каши жизни, в гущу которой их постоянно впихивали. В редкие минуты случайных встреч друзья всегда пытались приглушить неприятные воспоминания прошлого хорошей порцией доброго юмора. Но сегодняшний случай был особенным. Контора пригласила их на встречу. А здесь не надо быть пророком, чтобы усмотреть за этим очередное задание. Контора просто так, шутки ради, встречи не назначает. Родина вновь нуждалась в своих «невидимых» героях, чтобы благодаря их помощи в очередной раз освободить свои затёкшие конечности от тяжких пут безжалостной коррупции.

Началось всё как обычно, со звонка генерала Сэнсэю. Те, кто случайно мог подслушать этот разговор, не услышал бы ничего интересного. Обычная беседа о жизни, о здоровье двух знакомых людей. Но в этом ненавязчивом диалоге ни о чём Сэнсэй услышал кодовые фразы, которые означали, что необходимо встретиться, есть задание. Спустя сутки, ровно в то же время, он ждал уже другого условного звонка от человека, с кем непосредственно должен встретиться. Было предложено «прийти с другом». Ничего хорошего это не сулило. Фраза «прийти с другом» указывала на серьёзность предстоящей операции, где одного Сэнсэя со своей группой было маловато. Требовалась дополнительная помощь, чтобы подстраховать свои тылы. И Сэнсэй решил взять с собой Вано, или отца Иоанна, как теперь его называли прихожане в церкви.

Когда Сэнсэй подъехал на своём «Москвиче» к назначенному месту, по привычке заблаговременно, он увидел достаточно смешную для «посвящённых» картину. На противоположной стороне трассы, возле единственной в этих краях остановки, пытаясь незаметно потеряться среди случайных прохожих и нескольких ожидающих автобуса селян, сновал туда-сюда батюшка. Человек в рясе, видимо инстинктивно соблюдая правила конспирации, старался быть незамеченным. Но ряса «кричаще» выставляла напоказ своё «содержимое». Предназначение у неё такое – выделять человека из толпы, что поделаешь. Сэнсэй усмехнулся, заметив такую возню «единства и борьбы противоположностей» и пошёл на «рассекретку». Подкравшись сзади, он тихо шепнул на ушко другу: «Конспирируемся, батюшка?» Вано с удивлением обернулся и, увидев Сэнсэя, расплылся в улыбке. Тепло поздоровавшись, они двинулись к месту встречи.

Как и положено, друзья незаметно для окружающих обследовали близлежащую территорию и кафе. И, убедившись в безопасности, уселись за столиком, смакуя кофе и подтрунивая друг над другом.

– Вы, батюшка, чай, с ночи здесь околачиваетесь? – иронично произнёс Сэнсэй.

– Ну, с ночи не с ночи, а всё-таки раньше тебя прибыл, – похвастался отец Иоанн, выделяя, как обычно, своё любимое «о» в словах.

И, как в давние времена, добавил:

– У меня, считай, фора. 1: 0 в мою пользу.

– Ага, размечтался, «фора»! Прибыть ты прибыл. Да приближение «объекта» не заметил. Значит 1: 1. Да ещё своей чёрной рясой всех ворон в округе распугал.

– Ряса не в счёт, – улыбаясь, запротестовал Вано. – Это издержки производства.

Они тихо засмеялись.

– Я смотрю, ты в церковных званиях растёшь, – уже серьёзней произнёс Сэнсэй.

– Да, семинарию вот закончил, даже с отличием.

– Молодцом. В церкви решил всё-таки остаться?

– Да… Господь к этому привёл милосердием своим мя, раба грешного и недостойного…

Сэнсэй тяжело вздохнул и задумчиво произнёс:

– Теперь только Бог и остаётся единственной нашей надеждой и утешением.

Друзья некоторое время помолчали, а потом Сэнсэй сказал:

– Ну что, раб грешный, давай закажем ещё по чашке кофе, а то я что-то совсем продрог в этом заведении.

– Согласен, – произнёс отец Иоанн. – Душу прогреть надо, бо мя ента окрестность все косточки холодом пересчитала. Как бы ревматизм не заработать.

– Ничего, «старик», подлечим.

Увидев молодую официантку, которая принесла очередную порцию кофе, отец Иоанн сразу по-молодецки выпрямился, проводив девушку недвусмысленным взглядом, а потом поинтересовался у Сэнсэя, приняв свой прежний облик:

– А ты, чадо, всё так же исцеляешь болезни телесныя рабов Божьих благословением рук своих?

– Аки пчела, – подыграл ему Сэнсэй.

– Это хорошо… А что, из наших «братиев» кого-нибудь видел?

– Конечно…

И далее друзья начали рассказывать друг другу, что им было известно о своих бывших «соплеменниках», кто как устроился в этой нелёгкой жизни.

– А… Певца ещё недавно видел.

– Где он сейчас?

– В спецназе солирует. У меня практически под городом на полигоне стоят.

– Понятно.

В это время Сэнсэй увидел, как к кафе подъехала машина.

– О, вон и полковник прибыл.

Иоанн перекрестился и полушутя-полусерьёзно произнёс, вновь переходя на церковный тон:

– Ну, чадо, трезвись и бодрствуй, ибо чудное и ужасное посещение готовится сейчас нам.

Сэнсэй горько усмехнулся:

– Что поделать, се грядёт.

К столику подошёл Александр Иванович. Вряд ли кто из посетителей мог предположить, что этот добродушный человек – полковник госбезопасности. Поздоровавшись с необычной парочкой и заказав себе чашечку кофе, Александр Иванович проверил карманный прибор на наличие в помещении подслушивающих устройств. Удовлетворившись его данными и окинув опытным взглядом полуопустевшее к тому времени кафе на предмет посетителей, он включил спрятанный под пиджаком акустический глушитель и перешёл к разговору:

– По нашим данным, появилась мощная коррумпированная группа, тесно переплетённая с властью. В последнее время она стала неуправляемой и творит полный беспредел сразу в двух подконтрольных ей областях. Кое-кто из власть имущих использует эту банду для того, чтобы вершить свои грязные делишки. Здесь отмываются крупные деньги. Поэтому группа находится под прикрытием некоторых влиятельных лиц из официальных структур, которым это выгодно. Ваша задача: внедриться в банду любыми путями и разрушить её изнутри. Необходимо остановить беспредел сейчас, иначе через год эта раковая опухоль охватит всю страну и с ней будет гораздо сложнее справиться. Как вы сами понимаете, здесь невозможно действовать через официальные структуры. Вся надежда на вас. Необходимой информацией мы вас обеспечим. Но, к сожалению, в остальном вам придётся действовать на свой страх и риск.

– А известно, к кому все эти ниточки ведут? – спросил Сэнсэй.

– Да. К одному опасному для государства человеку, который сейчас очень быстро набирает обороты за счёт беспредела в стране… – полковник, вытащив из дипломата папки, передал их Сэнсэю, указав, где находится соответствующее фото – К Лорду.

Отец Иоанн аж поперхнулся:

– Ничего себе! Да тут до «Хозяина» рукой подать.

– Вам лично с этим объектом не придётся иметь дело. О нём другие позаботятся, если, конечно, ваша операция пройдёт успешно.

Отец Иоанн с облегчением выдохнул, но не удержался и в шутку произнёс:

– Вот так всегда, как чё поприличней, так другие. А я уж грешным делом подумал, что, может, для внедрения к нему вы нам с пяток заводиков-гигантов «подарите» да снабдите парой лимончиков. Так сказать, чтоб совсем за своих сошли.

Полковник усмехнулся:

– Ты же знаешь, в нашем ведомстве только два типа лимонов: железные с кольцом и деревянные с «торцом» (фальшивые меченые деньги). Тебе которые из них?

– По мне, так лучше зелёные налом, – с улыбкой ответил Вано.

– Чего нет, того нет, – развёл руками Александр Иванович.

– Да, обнищало государство, обнищало… Наверное, скоро придётся к Папе Римскому за ссудой обращаться. Так сказать, для благой борьбы с делами преисподней, – по-поповски запричитал отец Иоанн, вызвав тем самым общий смех.

– Ну ладно. Надеюсь, вы поняли, какая на вас возлагается ответственность. От вас зависит ответ на вопрос: «Быть или не быть?» Так что необходимо всё детально продумать и просчитать. Повторяю, весь дальнейший ход событий будет зависеть от вашей операции. Вопросы есть?

– Есть. Кто является правой рукой Лорда в указанных областях? – спросил Вано.

– Небезызвестный вам авторитет Кронос.

– Я так и подозревал, что нам придётся иметь дело с фирмой «Олимп», – вздохнул Сэнсэй.

Полковник рассказал в общих чертах о негласной деятельности фирмы, её членах, передал друзьям последнюю папку с дополнительной информацией и распрощался, пожелав удачи.

Сэнсэй и Вано ещё некоторое время сидели в кафе, обдумывая и анализируя услышанное.

– Да, Лорд – хищная птица. Это стервятник ещё тот. Надо же, какую схему придумал, – проговорил Сэнсэй, изучая исчерченный стрелками и фамилиями лист. – Не зря же говорят, праздный мозг – мастерская дьявола.

– Вот именно, мастерская. В самое пекло нас суют, – проскрипел недовольно отец Иоанн. – Называется, широка дорога в ад, да выход из него узок. Полная ж… прости меня Господи.

Вано перекрестился.

– Ничего, прорвёмся, не впервой, – подбодрил его Сэнсэй и как-то по-особому произнёс: – Зато благое дело для людей сделаем. Чай карающие ангелы всё-таки будут пострашнее карающих демонов. Не так ли?

– Всё, конечно, так. Но мы не ангелы, а они не демоны. Все мы человеки, все под Богом ходим, – с грустью заключил Вано.

Договорившись о новой встрече, первым ушёл Вано, потом Сэнсэй. Выйдя из кафе, он обратил внимание, какое необычное место для встречи выбрало их бывшее начальство. Это был своеобразный перекрёсток между прошлым и будущим. Дорожная магистраль, соединяющая две крупные области, с одной из которых было связано незабываемое прошлое Сэнсэя, а с другой – напряжённое настоящее. И если провести от этого места воображаемую поперечную линию, то один её конец вёл к месту бывших тренировок их некогда засекреченного учебного центра, а другой – непосредственно к эпицентру всего местного ажиотажа послед­них лет, то бишь к виновнику «кровавого торжества» – фирме «Олимп». Сэнсэй закурил сигарету и с горечью подумал: «Интересно, начальство специально придумало данное место для встречи или же это мой крест по жизни».

В это время лёгкий ветерок утих, и природа замерла в полной тишине. Сэнсэю на миг показалось, что время как будто остановилось на этом перекрёстке, словно вовсе не было ни прошлого, ни будущего. Словно вся эта жизнь – лишь игра иллюзии или чьей-то роковой мысли.

По дороге домой Сэнсэй размышлял о новом задании. Ситуация действительно была очень серьёзная. Видимо, её уже неоднократно пытались разрешить мирным путём, но тщетно. Если решить её путём ликвидации отдельных лиц – слишком много ненужной крови. Да и освободившиеся вакантные места быстро займут другие. А это ещё более накладно, так как неизвестно, как те, другие, поведут себя в сложившейся ситуации. Нет, тут надо действовать очень умело, тактично и наверняка. Нужно точно всё рассчитать, учесть психологию этих личностей, предугадать их действия и использовать эти же действия против них самих. Здесь нужен мягкий стиль, стиль по принципу айкидо или тайцзицюаня. Как там писали в трактате древние мастера: «Движения малые, а изменения большие, податливое преодолевает жёсткое; заняв силу у противника, её используют; нападают внезапно, воздействуют на точки». Абсолютно точно для данной ситуации… «Надо же, сколько тысячелетий прошло, а способы влияния на сущность человеческой природы так и не изменились. Следовательно, не изменился и сам человек», – с сожалением подумал Сэнсэй.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...