Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Проблема карачаево-балкарцев




Вопрос этногенеза того или иного народа относится к числу наиболее сложных проблем гуманитарной науки. И его невозможно решить в полном объеме и объективно без использования достижений нескольких направлений научных знаний. В частности, для подобного рода исследования необходимо опираться на данные археологии, антропологии, истории, этнографии, религии, лингвистики, этнологии, этногеномики и других наук. В этом плане проблема этногенеза такого народа, как карачаево-балкарский, численность которого составляет в настоящее время около трехсот тысяч человек, не является исключением.

Данный вопрос до настоящего времени обсуждается специалистами разных научных направлений, и они не пришли к единому мнению. На сегодняшний день по этногенезу карачаево-балкарцев существует несколько версий. Это говорит о том, что этот вопрос требует дальнейшего своего исследования.

Необходимо отметить, что многие проблемы истории, в первую очередь этногенеза того или иного народа, решаются сравнительно легче, когда этнос вел на протяжении многих столетий оседлый образ жизни и имел свою литературную письменность. У такого народа больше остатков материальной культуры в виде каменных сооружений, предметов из керамики, металла или других долговечных материалов, письменные источники, которые значительно облегчают решение многих вопросов его истории и культуры. В этом плане труднее изучение истории кочевых племен. В их материальной культуре преобладали меха, войлок, кожа, дерево, которые долго не сохраняются, и они не имели национальной литературной письменности.

Изучение этногенеза карачаево–балкарцев, предки которых все же были кочевниками, осложняется и этими обстоятельствами. Карачаево-балкарцы не оставили никаких письменных источников по древнему периоду своей истории и, в первую очередь, по их этногенезу.

Тем не менее, при комплексном подходе к данному вопросу и полном использовании последних достижений большого круга научных знаний (в том числе и этногеномики и всех источников, которые хранятся в фондах архивов за пределами КБР) можно более объективно разрешить этот сложный и довольно запутанный вопрос истории карачаево–балкарцев. Что касается документов, которые еще не выявлены и не использованы в изучении данного вопроса, то мы имеем в виду источники, хранящиеся в архивах Армении, Генуи и других городов и стран, которые вывезены после покорения Крыма турками в XV веке.

Справедливости ради, надо отметить, что в различные годы многие крупные кавказоведы уделяли значительное внимание истории карачаево–балкарского народа. В 1959 году в Нальчике была проведена специальная научная сессия, которая заслушала и обсудила более 12 научных докладов и сообщений ведущих специалистов нашей страны. Разброс их мнений был огромный. Сессия не совсем внимательно подошла к убедительным доводам отдельных ученых – участников научного форума. Мы прежде всего имеем ввиду доклад Х.А. Поркшеяна, который построил свое выступление о происхождении балкарцев и карачаевцев в свете работ крымского летописца XVII века Хачатура Кафаеци (1592-1658 гг.). Эта сессия также не могла избавиться от идеологической направленности обсуждения данного вопроса, т.е. в ее работе в определенной степени преобладали политические соображения, а не научная истина.

На сессии и в последующих работах, посвященных этому вопросу не учитывались некоторые направления научных знаний, которые могли бы значительно способствовать более объективному исследованию данного вопроса. Мы имеем в виду прежде всего религиозные верования карачаево-балкарского народа и данные сравнительно молодой науки этногеномики и другие. Все это отрицательно сказывается до настоящего времени на решение этой важной научной проблемы.

В учебниках и учебных пособиях для старшеклассников общеобразовательных школ, изданных в последние годы под грифом министерства образования и науки Кабардино-Балкарии, авторы разделов, посвященных истории карачаево-балкарцев, сознательно или по недопониманию игнорируют даже достижения науки последних лет по данному вопросу.

В бесконечном обсуждении истории карачаево-балкарского этноса повинны и отдельные чиновники Кабардино-Балкарии, которые курировали этот важный участок работы и закрывали глаза на прямую фальсификацию отдельными исследованиями некоторых эпизодов нашей истории. Они из-за боязни обострения межнациональных отношений, давали добро на публикацию подобных наукообразных работ. На самом деле, такой их либерализм дал обратный эффект, который может привести в дальнейшем к более серьезным осложнениям во взаимоотношениях между народами КБР.

Теперь, не претендуя на истину в последней инстанции, мы позволим себе изложить свой подход к этногенезу карачаево-балкарцев. При этом мы постараемся внимательно отнестись ко всему, что накоплено за последние годы по данному вопросу специалистами разных направлений научных знаний.

Первые упоминания о карачаево-балкарском народе в русских письменных источниках встречаются с XVII века. У специалистов нет единого мнения и о времени появления предков карачаевцев и балкарцев на Северном Кавказе.

Если допустить, что предки карачаевцев и балкарцев проживали на нынешней территории с древнейших времен, то как этот немногочисленный народ избежал ассимиляции со стороны многочисленных и автохтонных соседних народов? Как он смог сохранить за столько веков свой язык, самобытную культуру?

Эти и другие моменты наталкивают нас на мысль, что предки данного народа сравнительно недавно заняли населяемую им в настоящее время территорию. Стало быть, истоки его истории необходимо искать в другом месте. При этом необходимо иметь в виду, что, по мнению многих ученных, памятники материальной культуры древности и средневековья, которые обнаружены на территории, занимаемой карачаевцами и балкарцами, никакого отношения к ним не имеют. В частности об этом писали Максим Ковалевский и Всеволод Миллер.

Эти обстоятельства тоже подтверждают, что этот народ появился на Северном Кавказе в недавнем прошлом.

Относительно первых упоминаний в русских источниках о балкарцах в «Отписке терского воеводы И.А. Дашкова с товарищами в Посольский приказ о разведках залежей серебряной руды», датированной 11 января 1629 г., сказано следующее: «И ноября, государь, в 24 день приехал ис Кабарды терской Коншов-мурза Битемрюков, а в распросе нам, холопем твоим сказал. – По твоему государеву приказу посылан он, Коншов-мурза, в Кабарду Ибаковых детей в кабаки для серебряные и медные руды. И привез с собою на Терек на опыт тое руды с фунт, а сказал, что он ту руду взял в землице Абасте из горы, где живут Ибак-мурзы дети Илдар з братьею, про которую руду извещал твоим государевым диаком в Посольском приказе на Москве. Да сверх того привез с собою ж такие ж руды в том же фунте из гор из Годыр ис трех мест, а живут де в тех горах ясачные (от слова джасакчи-зависимые, данники -К.У.) люди кабардинских мурз Илдара з братьею Ибаковых детей, да из Баркаркар, и тем де местом Балкары владеют его, Коншов-мурзы, племянник Абшита Взреков». Как видно, в этом документе отмечается название места Абаста, где живут кабардинцы. Также упоминаются еще три места возле горы Годыр, где живут ясачные, т.е. зависимые от кабардинских князей в частности Илдара и с детьми его брата люди. И самое главное - в документе говорится о местности под названиям Балкары, которым владеет кабардинский князь Коншов-мурза и его племянник Абшита Взреков.

В «Отписке терских воевод И.А. Дашкова с товарищами в Посольский приказ о разведке месторождения серебряной руды», датированной не ранее 21 февраля 1629 года, сказано: «И как деи, государь, с Терки в Кабарду приехала Барукина сестра Хабаз и про ту серебряную руду, что Коншев-мурза привез, в Кабарде росказала, и они деи ее веры поняли, и рнясь деи тому, кумыцкой Айдемир Салтан-Мамутов да Ибаковы дети Илдар да Суркаи, собрався с ратными людьми, пошли в горы в Балкары в то место, где серебряную руду имали, на его, князь Пшемахиных, ясачных людей да на Коншов мурзы племянников на Абшины з братьею Тарзимовых детей на ясачных людей кабаки воиною».

И в документе, датированном не ранее 18 марта того же 1629 года, говорится: «То место где они с Каншов-мурзою ездили, владеют Черкаских мурз Апши да Абдауллы мурзы Болкарских князей, а которого мурзы дети, того они не ведают, а князь Пшимаху они Канбулатовичю Черкаскому по сестре племянники, мать их князю Пшимаху сестра...А государю де те мурзы не послушны, живут о себе, и закладов их в Терском городе нет, а слушают они черкаского Алегука – мурзы Шеганукова».

Из этих документов видно, что в 1629 году в горах Кабарды имелось место под названием Балкары и там проживали люди, которые находились в зависимости от кабардинцев, т.е. были ясачными людьми от последних. Абдулла мурза, который проживал там, был женат на сестре кабардинского князя Каншова-мурзы. Более того, они не подчинялись царю, а признавали только власть кабардинских князей.

А что касается карачаевцев, то в письменных источниках первые упоминания о них встречаются в 1639 г., когда посол московского царя Федот Елчин ехал в Сванетию через Баксанское ущелье. Он в частности отмечал, что там застал карачаевцев и останавливался у их предводителей Крым-Шамхаловых.

Исходя из всех вышеупомянутых документов, можно сделать вывод, что уже к XVII веку высоко в Кавказских горах проживал немногочисленный народ, который находился в зависимости от кабардинцев и подчинялись только им. А их непосредственными соседями к этому времени, кроме кабардинцев, были абазины, аланы и за Кавказским хребтом - сваны. В этой связи возникает вопрос: каково происхождение тех, кого тогда называли балкарцами? Это название носили аланы, которые жили там до прихода сюда предков карачаево-балкарцев, или последние?

Теперь вопрос заключается в том, чтобы выяснить откуда же все-таки пришли карачаево-балкарцы, какие племена наибольшее влияние оказали на этногенез этого народа.

Многочисленные данные различных направлений научных знаний говорят в пользу того, что основную роль в этногенезе карачаево-балкарцев сыграли кипчаки, которые обосновались в Крыму с середины XI века. Кипчаки известны как половцы или куманы.

Еще в конце XIX века В. Миллер и М. Ковалевский, которые тщательно изучали историю и культуру балкарцев, отметили в них два типа: монгольский и арийский, сходный прежде всего с осетинским. Исходя из этого, они пришли к выводу, что кипчаки к их приходу сюда в горах застали предков осетин-алан, которые были ими ассимилированы. Вероятно, именно в этом заключается участие алан в этногенезе карачаево-балкарцев. Этим и объясняется наличие множества параллелей в языке и культуре балкарцев и осетин.

Аланы, проживавшие в степях юго-восточной Европы, под натиском гуннов с IV в. продвинулись к предгорьям Кавказа. Они к XII в. занимали обширную территорию от р. Лабы на западе, до реки Аргуна на востоке. В результате гуннского нашествия часть алан оказалась в горах. Это явилось первой волной заселения ими высокогорной части Северного Кавказа.

Следующим этапом их проникновения в горы можно считать нашествие татаро-моноголов на Северный Кавказ в начале XIII в.

История тюркских народов уникальна. Они, обитая в бескрайних степях и суровых горах Азии, создали собственную и неповторимую культуру. Тюркские племена также сыграли роль посредника между Востоком и Западом. Они волнами и в различные исторические эпохи кочевали с востока на запад и установили диалог культур между ними. В этом их великая заслуга.

В период господства Золотой Орды в Центральном Предкавказье (XIII-XIV вв.) ее государственным языком был кипчакский. И почти вся топонимика и гидронимика этого региона постепенно сменилась тюркскими названиями.

Особенно значительное перемещение азиатских кочевников с востока на запад наблюдается со второй половины IX-X вв. В древности кипчаки жили на Алтае, в долине, называемой китайцами Чжеян, что является, несомненно, транскрипцией слова Джилан-змея (отсюда Змеиная гора и город Змеиногорск).

Между Куалуками на Черном Иртыше и печенегами - кангарами на Сыр-Дарье лежала широкая степь, которую в это время уже населяли кыпчаки. Отсюда название степной полосы современного Казахстана: дештикын-Чак-Кипчакская степь. Здесь кыпчаки смешались с кангарами (канглы) и образовали народ, известный на востоке под названием кыпчаки, в Европе – команы, а в России – половцы.

К XI веку кыпчаки захватили степи Прииртышья, Центрального Казахстана к северу от Балхаша, Приаралья и Западного Казахстана до Урала и Поволжья. И, как было отмечено выше, кипчаки заняли Крым в середине XI века. Сперва, центром Половецкой (кипчакской) земли становится междуречье Днепра и Донца, включая Приазовье. Отсюда они последовательно заняли средний Днепр и его низовья, Верхний Донец, Предкавказье, Крым и в XIII веке – междуречье Дона и Волги.

Кипчаки сыграли большую роль в этногенезе татар и других тюркских народов. С большой долей вероятности необходимо полагать, что именно кипчаки, которые проживали в Крыму и в Предкавказье, сыграли значительную роль в формировании карачаево-балкарского народа. О доминирующей роли кипчаков в этом процессе говорят лингвистические исследования специалистов и сохранившийся латино-персидско-куманский, т.е. кипчакский или половецкий словарь, составленный еще в 1303 году. Эти документы неопровержимо свидетельствуют о близком родстве языка карачаево-балкарцев с языком кипчаков. Ученые отмечают, что 70-80 % слов «Codex Cumanicus» (Кодекс Куманикус) совпадает с современным балкарским языком. О значительной роли кипчаков (половцев) в этногенезе карачаево-балкарцев отмечал и А. Лещенко. Это мнение подтверждается текстами судебных записей, сделанными на половецком языке при помощи армянского алфавита.

Определяя место языков карачаево-балкарцев и кумыков, говорящих на тюркском языке, специалисты отмечают, что среди кипчакских языков есть языки, обладающие значительными булгарскими чертами, например, татарский и башкирский, которые составляют кипчако-булгарскую группу. Но есть такие кипчакские языки, которые в слабой мере содержат булгарские элементы. К ним относятся кумыкский и карачаево-балкарский. Дело в том, что специалисты–лингвисты, в том числе Н.А. Баскаков, подразделили кипчакский язык на три подгруппы: кипчакско–булгарская, кипчакско–огузская «половецкая» и кипчакско-ногайская. И они относят кумыкский и карачаево-балкарский языки к кипчакско-огузской (половецкой) подгруппе кипчакских языков.

Из этого следует, что кумыки и карачаево-балкарцы являются ближайшими потомками кипчаков, которые проживали в Крыму и Центральном Предкавказье. Наличие же в их языках весьма слабых признаков языка булгаров, по всей вероятности, объясняется тем, что «черные» болгары, жившие на Кавказе до появления кипчаков в этом регионе, были ассимилированы огузами и слились с местными племенами.

Именно представители кипчако-огузской «половецкой» подгруппы кипчаков сыграли решающую роль в формировании карачаево-балкарского народа. По этому поводу, на наш взгляд, выглядят суждения В.М. Батчаева убедительными. Он в частности пишет, что «языковую тюркизацию Балкарии принято связывать с двумя этническими группами: болгарами и половцами. Которой из этих групп принадлежит решающая роль в указанном процессе (а следовательно, и в формировании тюркского слоя традиционной культуры)?В светевсей совокупности доступных источников по данной проблеме, а также особенностей конкретного материала, - пишет он, - я склонен отдать предпочтение половцам. Правда, наряду с тем я отнюдь не исключаю вероятности проникновения в горы Балкарии отдельных групп древних болгар. Но доказательств их сколь-нибудь ощутимого воздействия на этнические процессы раннего средневековья в высокогорной полосе края, на мой взгляд, все-таки пока не имеется. Единственным исключением в этом плане являются верховья Кубани, где тюрки - вероятнее всего, болгары – стали расселяться не позднее VII-VIII вв. Однако в ареал балкаро-карачаевского этногенеза этот район не входил. Массовое переселение карачаевцев из Баксанского ущелья в верховья Кубани имело место, по всей видимости, в XVII веке, и если бы к тому времени здесь сохранилось сколь-нибудь многочисленное и компактное тюркское население, то язык и культура современных карачаевцев отличались бы от языка и культуры балкарцев существенным образом».

Таким образом, все вышеуказанные суждения говорят о том, что черные болгары не сыграли существенной роли в этногенезе карачаево-балкарцев.Кипчаки занимали часть территории Предкавказских степей, создав в XII веке раннефеодальное объединение Дешт-И-Кипчак. Но надо полагать, что именно те кипчаки, которые осели в Крыму и проживали в Центральном Предкавказье явились прямыми предками карачаево-балкарцев.

По мнению Хачатура Кафаеци, кипчаки те же чагатайцы, которые проживали в Крыму. Как было отмечено выше, филологи пришли к выводу, что их язык относится к кипчакско-огузской подгруппе тюркских языков. Чагатайский язык возник на базе уже существовавшего в Средней Азии огузо-кипчакского литературного языка.

А. Самойлович отмечал, что язык карачаево-балкарцев имеет общую связь, общие черты с наречием кипчаков. Более того, он заметил, что название дней недели у карачаевцев и балкарцев совпадает с названием дней недели у караимов и крымчаков. Это говорит о том, что основной массив предков карачаево-балкарцев проживал в Крыму вместе с караимами и крымчаками и позаимствовали у них эти названия недели.

Хачатур Кафаеци прямо указывал, что в 1639 году чагатайцы, т.е. кипчаки, «вышли из Крыма и зашли в Черкесию». И уже осенью того же года они оказались в Баксанском ущелье. Это, по его мнению, произошло не раньше мая 1639 года.

Сообщения Х. Кафаеци о проживании предков карачаево-балкарцев в Крыму подтверждают многие источники и материалы устного народного творчества самого же народа. В этом плане интересные данные приводит А.Н. Дьячков-Тарасов – бывший преподаватель русского языка и истории мужской гимназии Екатеринодара (Краснодара), который внимательно изучил историю и культуру Кавказа. В частности, он приводит данные устного народного творчества карачаевцев, где сказано о том, что в семье одного из крымских ханов произошли раздоры между детьми двух его жен и дети второй жены должны были покинуть Крым. Он отмечает, что к ним присоединилось более 60 семей, в том числе один богатырь Карча и выходец из Турции, сын военачальника Карачай и другие. Первоначально они поселились в местности под названием Инал-Куба (по словам одних, в Майкопском отделе), а по сообщению других – вблизи Сухума. Далее он отмечает, что на этом месте они долго не задержались и впоследствии поселились на р. Архаз (Архыз) (верхнем течении Большого Зеленчука). Затем дальше на северо-восток в район Байтал Чапкан, потом - в Боргустан, а оттуда - в Баксанское ущелье, где образовали населенный пункт Эль Джурт. Здесь они прожили около 40 лет. После этого часть из них переселилась обратно в верховье Кубани и основали населенные пункты Карт-Джурт, Учкулан, Хурзук и др. Остальная часть расселилась по ущельям Кабарды Черек, Чегем. Позже, во второй половине XVIII века, балкарцы опять поселились в Баксанском ущелье. О том, что предки карачаево-балкарцев определенное время находились в Абхазии, в пути верховья реки Кубань говорит тот факт, что в Абхазии есть населенный пункт Чегем. Это тоже не случайно.

Таким образом, по мнению Н.А. Дьячкова-Тарасова, первичная группа предков карачаевцев, говорящая на одном из кипчакских наречий, организовалась из вынужденных переселенцев с Крыма.

По поводу пути следования кипчаков или чагатайцев из Крыма на нынешнюю их территорию через Абхазию дает интересные сведения устное народное творчество карачаево-балкарской диаспоры Турции. В этом плане особого внимания заслуживает историческая поэма И. Сылпагарова «Уллу Кюч» (Великая сила), записанная Х.Х. Малкондуевым во время научной экспедиции в эту страну. В этой поэме говорится о скитаниях предков карачаево-балкарцев, когда они вышли из Крыма. В частности в ней мы читаем следующие строки:

Скитаясь и кочуя, они в страну Абхаз пришли,

На поляне Инал-Куба радостью вздохнули.

При этом следует отметить, что и в фольклоре балкарцев проживающих в Кабардино-Балкарии сохранились воспоминания об Инал-Кубе. В частности встречается, правда редко, понятие «Къынгыр Иналны Обасы, т.е. Могила или Мавзолей Кривого Инала».

Необходимо иметь в виду, что Инал жил раньше описываемого периода, и он похоронен в Северо-Западной Абхазии, в верховьях р. Бзыбь. Когда чагатайцы оказались в том месте, оно давно уже называлось именем Инала и Инал-Куба (Иналов мавзолей) почиталось местными жителями. Для этого должно было пройти определенное время. И этот факт является лишним подтверждением того, что кипчаки или чагатайцы вышли из Крыма гораздо позже периода правления Инала. К этому следует также добавить еще тот факт, что они шли до нынешней территории, останавливаясь в различных местах и проживая там определенный промежуток времени. Следует также полагать, что карачаевцы пришли из Крыма не по равнине, а через горный перевал из Абхазии в верховья Кубани.

В пользу того, что предки карачаево-балкарцев пришли на нынешнюю их территорию через горный перевал и тайком от кабардинцев заняли ее, дает любопытные сведения устное народное творчество карачаево-балкарцев и кабардинцев. В частности, в той же вышеупомянутой поэме И. Салпагарова есть фрагмент о том, что предки карачаево-балкарцев «тихо-тихо, незаметно через территорию современного Карачая перебираются через Баксанское ущелье, где живут в ауле Эль-Журт и выше по ущелью. Вождь племени Карча дает строгое указание: не рубить деревья вблизи рек, чтобы не привлекать к себе внимание…хорошо вооруженных кабардинских князей».

А что касается дальнейшего их расселения по ущельям Баксана, Чегема и Черека, в той же поэме говорится, что кабардинцы вытесняют их из Баксанского ущелья и в результате этого основная часть их населения перекочевывает обратно в верховье Кубани. А те, что остались в старых поселениях, расселились по ущельям Чегема и Черека. Например, в поэме сказано:

Чегем, Холам, Бызынгы, тутулады сайланып,

Бахсан, Малкъар барысы, бир-бирине байланып.

Къарачайлыд бырысы, Малкъар журтда тургъанла,

Бирге келип Кавказгъа, туугъан журтну

кургъанла.

Чегем, Холам, Безенги живут благополучно,

Баксан и Балкария в дружбе друг с другом.

Все, которые живут в Балкарии, это-

карачаевцы,

Вместе придя на Кавказ, они основали здесь

свою родину.

Устное народное творчество кабардинского народа тоже упоминает, что в Баксанском ущелье, в горах оказался ранее неизвестный им народ, которого позже они превратили в своих данников.

Лавинцева А.И. писала, что «Карачаевцы вышли на Кавказ из Крыма. По типу, это были чистокровные татары … Карачаевцев было к 1828 г. не более восьми тысяч человек. Через владения карачаевцев проходили все наиболее удобные и короткие пути, выводившие с Западного Кавказа на Восточный. Благодаря последнему обстоятельству, а главное – благодаря своей недоступности, карачаевские аулы стали убежищем для всех хищников гор. Здесь укрывались абреки, разбойники и все те, кто не мог – бы показаться даже между своими без опасения быть убитым».

Таким образом, из этих сообщений необходимо сделать вывод, что предки карачаево-балкарцев вышли из Крыма и переселились на нынешнюю их территорию через горный перевал. Сперва они заняли верховье Кубани, а затем расселились по ущельям Баксана, Черека и Чегема.

Теперь относительно того вопроса, каким образом чагатайцы Крыма стали называться карачаевцами. Хачатур Кафаеци дает ему следующее объяснение: «В Южном Крыму есть река под названием Черная речка, которое местное население называет «Карасу», а иногда и «Кара-Чай». «Карасу» - новое татарское название, а «Кара-чай» - старая, по-видимому, кипчакского происхождения. Жители всего бассейна р. Кара-Чай назывались карачаевцами. Неслучайно в числе нескольких десятков родоплеменных кипчаков есть группа «карачай». Вот эти по происхождению чагатайцы, а по месту жительства карачаевцы переселились в Черкесию. Обыкновенно, все переселенцы на новых местах жительства, основывая города, села и прочие населенные пункты, дают им названия покинутых населенных пунктов. Так поступили и карачаевцы: оказавшись на современной территории, в память о своей старой крымской прародине – бассейне Кара-Чая, свою новую родину они назвали также, Кара-Чай». Однако необходимо отметить, что и карачаевцы до начала XX века себя называли, как и балкарцы, «таулу». Но к этому слову мы вернемся ниже.

В проблеме этногенеза карачаево-балкарского народа важное место занимает вопрос, связанный с названием «балкарцы». Из вышеприведенных документов кабардино-русских отношений в XVI-XVII вв. мы знаем, что в 20-е гг. XVII века в горах Кабарды в Черекском ущелье имелось место под названием «Балкары». С определенной долей вероятности можно предположить, что это название существовало и до прихода туда тюркоязычных предков балкарцев. Вполне вероятно, что до их прихода на эту территорию жителей этих мест называли балкарцами. В пользу этого говорит и тот факт, что до недавнего времени только жителей Балкарского общества называли балкарцами, а остальных называли безенгиевцами, хуламцами и чегемцами. Тоже не случайно. В этой связи трудно не согласиться с мнением Х.А. Поркшеяна, который утверждал, что если Кара-Чай получил свое название от переселенцев – карачаевцев, то «балкары» сами дали свое имя пришедшим из Крыма чагатайцам, или карачаевцам. Скоро они забыли свое старое название и стали называться по названию местности, которую они заняли. Такого же мнения придерживались и академики Ковалевский и Миллер, когда они, не зная и не имея данных о том, что страна эта называлась «Балкары», писали, что балкарцы имя свое унаследовали вместе со страной, т.е. топонимическое название стало этническим. Скорее всего, название «Балкары» существовало до прихода сюда предков балкарцев и надо полагать, что название этой местности дали аланы, которые Малку называли Балка.

Все эти ущелья являются бассейном реки Малка. В связи со словом «балкарцы» нельзя не обратить внимание на кабардинское название р. Малка. Она по-кабардински называется Балъкъ. Дело в том, что всех балкарцев кабардинцы, проживающих в Чегемском, Баксанском, Зольском и Черекском районах называют «къущхьэ», а кабардинцы – жители Урванского, Лескенского и Терского районов осетин тоже называют этим же словом «къущхьэ». Оно происходит от слова «къурш»-горная цепь, гора, а вторая часть слова «къущхьэ» - «щхьэ» означает вершина, т.е. жители высокогорья, горцы.

Однако, слово «балкар» можно перевести на кабардинский язык как «балъкъгъэр», который состоит, в свою очередь, из двух частей – «балъкъ» (Малка) и «гъэр» (пленник), т.е. заложники, которых насильственно держат в верховьях Малки (Балки). В русских источниках XVII в. упоминаются о том, что в тех местах живут ясачные (зависимые) «люди кабардинских мурз Илдара з братьею Ибаковых детей, да из Баркаркар…». Можно с большой долей вероятности предположить, что слово «Баркаркар» есть русская транскрипция кабардинского слова балъкъгъэр.

Если учесть, что жители высокогорья Кабарды были зависимыми людьми от кабардинских владельцев, то слово «балъкъгъэр» соответствует такому статусу этих горцев, т.е. алан и предков карачаево-балкарцев по отношению к последним. Многочисленные письменные и другие документы свидетельствуют о том, что предки карачаево-балкарцев, которые поселились в районах высокогорья Баксана, Чегема, Черека были зависимыми (ясачными) людьми от кабардинских князей. Стало быть, и аланы, которых застали тюркские племена в горах, тоже были зависимыми от тех же кабардинцев. Поэтому вполне возможно, что этноним «балкарцы» и топоним «балкары» могли появиться до прихода сюда предков карачаево-балкарцев. И слово «балъкъгъэр» (пленники на Малке) первоначально могло быть отнесено к аланам, которых застали в горах предки карачаево-балкарцев. Такое же объяснение можно дать и слову «къущхьэ». Как было отмечено выше, кабардинцы называют осетин этим же словом. Значит, раз аланы-предки осетин появились в горах гораздо раньше карачаево-балкарцев, этноним «къушхьэ» первоначально принадлежал аланам, которые оказались в районах высокогорья Северного Кавказа по соседству с кабардинцами.

С учетом имеющихся данных, можно предположить, что предки карачаево-балкарцев – чагатайцы (кипчаки) вышли из Крыма через горный перевал и первоначально заняли верховья рек Кубани и Баксана. В Баксанском ущелье они долго не задержались. Часть была вытеснена кабардинцами обратно в верховья реки Кубань, а другая постепенно расселилась по ущельям Черека и Чегема. При этом надо полагать, что первоначально предки балкарцев заселили Черекское ущелье, как наиболее удаленное и безопасное место. О такой последовательности заселения ими этих ущелий писал и М.Абаев. На самом деле, карачаевцы и балкарцы один и тот же народ и имеют общие предки в лице чагатайцев или кипчаков, которые пришли из Крыма через Абхазию и горный перевал в верховья Кубани, а потом - часть Черекского ущелья.

Каким образом кипчаки, поселившие в ущелья Баксана, Чегема и Черека - стали называться балкарцами? Это можно объяснить тем, что балкарцы Черекского ущелья, особенно Балкарского общества, были наиболее многочисленными и занимали более значительную роль в общественно-политической и культурной жизни данного этноса и этноним «балкарец» перешел на всех жителей этих ущелий. О доминирующей роли балкарцев Черекского ущелья говорит и тот факт, что самый важный общественно-политический институт прошлого карачаево-балкарского народа «Тёре» был общим и единым как для карачаевцев, так и для балкарцев. И карачаевцы ездили на заседания Тёре в Балкарию и согласовывали свои важнейшие действия с этим универсальным органом. В Карачае Тёре настолько почитали, что дорогу, по которой ездили депутаты этого органа в Балкарию, называли «Тёре жол»-дорога на Тёре. Кстати, он как единый, выборный парламентско-правовой орган карачаевцев и балкарцев просуществовал до конца XVIII в.

При глубоком и объективном исследовании этногенеза карачаево-балкарцев нельзя обойти вниманием и вопрос самоназвания (этнонима) этого народа. Хотя карачаевцы и балкарцы являются одним народом с едиными корнями, до сих пор они не имеют единого и общепринятого этнонима (самоназвания). Причину такого положения, на наш взгляд, более убедительно объяснила Н.Г. Волкова. Она, в частности, отметила, что отсутствие общего самоназвания у этих народов «вполне вероятно связано с тем, что в этногенезе карачаево-балкарцев участвовали различные тюркоязычные родоплеменные группы не имевшие общего самоназвания, последующая географическая изоляция и территориальная разобщенность, которые не способствовали в дальнейшем формированию единого карачаево-балкарского самоназвания». На самом деле, в этногенезе этого народа участвовали различные родоплеменные группы кипчаков (половцев). К ним, например, относятся: чычхансау, чоча, карачай, каракиргиз, адай, бечел, сюйюндюк, сояк, сюек, жилян, боташ, карабуга, актай, генжетай, асан, кочхар, теке, и др. Названия ряда указанных племен ныне встречаются в фамильных образованиях балкаро-карачаевцев.

Однако следует отметить, что у балкарцев закрепился этноним «таулу», который дословно означает горец. Он происходит от тюркского слова «тау»-«гора». Примечателен тот факт, что другие горцы себя не называют этим словом. Например, такие же горцы Кавказа, как осетины, сваны, рачинцы и др. И это не случайно. Зато «тау» с различными транскрипциями встречается широко на востоке среди тюркских народов. Например, у тубаларовГорного Алтая, у огузов, узбеков, туркменов, киргизов, тувинцев, каракалпаков, башкир, татар и др. Слово «Тау» рассматривается как разветвление кипчаков. Это лишний раз подтверждает мнение ученых, что предки карачаево-балкарцев пришли с востока и имеют прямую связь, прежде всего, с кипчаками. Любопытно и то, что жители деревень Муслюмово Чистопольского района и Черемшан Апастовского района Татарстана и проживающих в окрестных деревнях, и вообще всех татар называют Чегемами.При этом, по нашему мнению, в этногенезе карачаево-балкарцев сыграли определенную роль не только аланы, которых застали в горах кипчаки, пришедшие из Крыма. Хотя последние сыграли главную роль в этом процессе. Нельзя исключить то, что в нем могли участвовать и представители кипчаков, которые проживали в степной зоне Предкавказья, в том числе, и г.Маджары, но были загнаны в горы войсками Тамерлана. Можно предположить, что и кабардинцы, которые занимали доминирующее положение в крае, особенно после падения Большой Орды в 1502 г., могли оттеснить в горы остатки татаро-монголов и превратить их в своих зависимых. И, как было отмечено выше, часть кипчаков, которые жили в равнинной части Северного Кавказа, могли влиться в среду алан, проживавших в горах. Можно полагать, что последние оказались в меньшинстве и растворились в среде пришельцев – кипчаков.

Член Академии Санкт-Петербурга Юлиус Клапрот в своей фундаментальной работе «Описание поездок по Кавказу и Грузии в 1807 и 1808 гг.» писал, что среди самых удивительных жителей Кавказа – татарские племена в сланцевых и известняковых горах близ истоков рек Кубань, Баксан, Чегем, Нальчик, Черек, и Аргудан. Черкесами именуемые татар куш'ха, а грузинами бассианами. Имя бассианов, которое не включает в себя карачаевцев, произошло от главного среди них рода, у которого, следуя «Грузинской географии», осетинское происхождение. Их старики рассказывают, что в давние времена они обитали в степи Кума близ Дона, но когда точно, сказать они не могут. Их столица, которая, как говорят была очень величественна, называлась Кирк Маджаром, что на их языке означает «Сорок каменных строений» или «Сорок четырехколесных телег», следуя двойному толкованию. Что может быть применено к Маджару…Здесь властвовали несколько их князей, которые в начале второго столетия хиджры т.е. (начало IX века- К.У.) жили в постоянной вражде со своими соседями и были в конце концов изгнаны ими; после чего ушли в Большую Кабарду, откуда впоследствии были изгнаны черкесами и, будучи разделенными на отдельные группы, вынуждены были устраивать свои жилища на самых высоких горах у истоков Кубани, Баксана и Чегема. Одна их часть, однако, все еще остается на Малке и ушла лишь в более позднее время к истокам Черека, откуда все еще сохраняется название Малкар или Балкар. Из этого следует, что все-таки и часть кипчаков, которые проживали в степной зоне Центрального Предкавказья принимали участие в этногенезе карачаево-балкарцев.

При исследовании этногенеза карачаево-балкарцев нельзя исключать возможности участия в этом процессе некоторых представителей древнеадыгских племен, которые проживали в Центральном Предкавказье. Они, по признанию многих ученых, в том числе и проф. Бетрозова Р.Ж., жили здесь «задолго до появления монголов в регионе даже до прихода ираноязычных племен… После миграции на Северном Кавказе сармато-аланы застали здесь старое, автохтонное население, исторически связанное с древнеадыгским этническим субстратом».

Вполне возможно, что это влияние древнеадыгских племен на этногенез карачаево-балкарцев произошло через алан, т.е. адыги участвовали в этом процессе опосредствованно. Другими словами, они выступили в качестве субстрата в этногенезе осетин, а через них – в формировании карачаево-балкарцев. О том, что древнеадыгские племена выступили в качестве субстрата опосредствовано в этом процессе говорят и данные археологии.

Дело в том, что древнейшие жители Северного Кавказа, в том числе протоадыги переходят от бронзового века к железному в конце II – начале I тыс. до н.э. В этот период в горной и предгорной части Центрального Кавказа от территории вайнахов до верховьев Кубани развивается так называемая Кобанская культура.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...