Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Эйнштейновская теория гениальности.




Какие же типы умственных упражнений можно предложить человеку в качестве аналога качелям, лесенкам и «беличьим колесам» в крысиных клетках? Сам Эйнштейн имел некоторые соображения на этот счет. Он полагал, что можно стимулировать появление глубоких и оригинальных мыслей, предоставляя полную свободу своему воображению, не ограничивая его традиционными условными запретами.

Эйнштейн относит открытие теории относительности не на счет своего особого дарования, а напротив — на счет собственного так называемого «задержавшегося» развития.

«Нормального взрослого никогда не станут беспокоить проблемы пространства и времени, — рассуждал Эйнштейн. — Есть вещи, о которых задумываешься только в детстве. Но мое интеллектуальное развитие задержалось, в результате чего я начал размышлять о пространстве и времени, будучи далеко не юным».

Как Эйнштейн оседлал луч света.

В своих последних автобиографических записках Эйнштейн вспоминает озарение, которое привело его к созданию специальной теории относительности. Оно явилось неожиданно, когда шестнадцатилетним юношей он просто мечтал о чем-то. «А что, если... — подумал он тогда, — лететь рядом с лучом света с его же скоростью?»

Нормальные взрослые, как резонно заметил Эйнштейн, обычно заглушают в себе подобные вопросы, а если они все-таки возникают, то быстро забывают о них. Видимо, именно это и имел в виду Уинстон Черчилль, когда говорил, что«много людей спотыкаются о великие открытия, но большинство из них просто перешагивают и идут дальше».

Эйнштейн был исключением. Не имея ясного представления о том, куда заведет его этот вопрос, он размышлял над ним целых десять лет. И чем больше он думал, тем больше вопросов возникало перед ним. Отыскивая ответ на каждый новый вопрос, он шаг за шагом приближался к истине.

1.4.2. "Ощущение " относительности.

Предположим, что через несколько лет после того, как возник вопрос о луче света, Эйнштейн задался вторым: «А что, если... оседлать луч света и держать перед собой зеркало? Можно ли тогда увидеть свое отражение?» Классическая физика давала бесспорный ответ: нет, поскольку, чтобы достичь зеркала, свет, отражающийся от вашего лица, должен был бы двигаться быстрее светового луча.

Однако Эйнштейн не согласился с таким ответом, несмотря на то, что он соответствовал всем неопровержимым фактам. По каким-то необъяснимым причинам Эйнштейн почувствовал, что это неверно. Ему показалось абсурдным, что, глядя в зеркало, человек ничего не увидит. Доверившись своей интуиции больше, чем известным и общепринятым законам физики, он мысленно представил себе Вселенную, где, даже мчась со скоростью света, можно видеть себя в зеркале. Прошли годы, прежде чем ему удалось подкрепить свои умозрительные представления математически. Именно внутреннее чутье, а не математический расчет, привело Эйнштейна к правильному ответу.

«Открытие не является продуктом логического размышления, — полагал Эйнштейн, — даже если окончательный результат привязан к строгой логической структуре».

Метод Эйнштейна.

За редким исключением, все великие открытия в науке были сделаны интуитивно, в результате мысленных экспериментов. Эйнштейн не был первооткрывателем этого метода, но являлся самым выдающимся и активным его сторонником. Поэтому мы и назовем такой метод эйнштейновским методом открытий. Широкой известностью пользуется книга на эту тему Сиднея Дж. Парнеса «Игра воображения: искусство развития способности делать открытия», изданная Фондом творческого образования.

Психолог Роберт Б. Дилтс недавно собрал все обрывки информации, характеризующие научное мышление Эйнштейна, проанализировав его переписку с Зигмундом Фрейдом и математиком Жаком Адамадом, а также детально изучив интервью, данное Эйнштейном психологу Максу Вертхеймеру, основателю гештальт-терапии. Биографические исследования дали потрясающие результаты.

«Вместо слов или математических формул, — пишет Дилтс в своем трехтомном труде “Стратегии гениев”, — Эйнштейн мыслил преимущественно с помощью визуальных образов и ощущений... Вербальные и математические плоды этих раздумий появлялись лишь после самого главного — творческого осмысления проблем».

Комбинаторная игра.

На самом деле Эйнштейн относил свои выдающиеся научные способности к навыку, как он сам называл, «туманной игры» со «знаками», «образами» и прочими элементами — как «визуальными», так и «мышечными». «Такая комбинаторная игра, — писал Эйнштейн, — по-видимому, является существенной составляющей продуктивного мышления»

О своей теории относительности Эйнштейн говорил Максу Вертхеймеру: «Эти идеи пришли не облеченными в готовые словесные формулировки. Я вообще очень редко думаю словами».

В эйнштейновской «туманной игре с образами и ощущениями» я усматриваю механизм, работающий подобно тому, что помог Бобу С. спасти жизнь своей невесте. Как Эйнштейн, так и Боб С. были не способны решить задачи, стоящие перед ними, путем осознанного размышления: Боб С. смог добиться прозрения с помощью метода просмотра образов, у Эйнштейна был собственный метод. Но оба они получили толчки из области бессознательного.

Навыки гения.

Многолетние исследования привели меня к окончательному выводу, что гении немногим отличаются от обычных людей, а именно тем, что они способны расширять каналы своего внимания, руководствуясь собственными смутными, подсознательными ощущениями. Как правило, это умение развивается у них в таком раннем возрасте, что со временем они просто забывают его секрет. Все происходит автоматически, и потому гении, так же как и простые смертные, склонны к самым мистическим представлениям о том, как им удалось достигнуть столь выдающихся результатов.

Бейсбольный гений.

Несколько лет тому назад я гостил у своего друга в Чикаго. В то время его сын боролся за место в школьной бейсбольной команде, но боялся, что ему не удастся прорваться из-за низкого индекса среднего числа попаданий по мячу. Я позанимался с мальчиком около часа, использовав методики, с которыми вы познакомитесь в этой книге.

Во время занятий выяснилось, что ему лучше всего удавался удар, когда он наносил его в воображаемую крошечную точку на мяче. Она служила дополнительным фокусом для нанесения удара. Это может показаться тривиальным, но воздействие данного приема на игру было потрясающим. В бейсболе средний индекс попаданий битой 0,250–0,300 считается неплохим. Мальчик же во время первых десяти игр сезона продемонстрировал индекс 0,800! Его не только приняли в команду, но и присвоили ему звание самого результативного игрока года — как в собственной команде, так и во всей бейсбольной лиге.

В течение часа нам удалось найти подход, который позволил мальчику стать бейсбольным гением. Но самое удивительное открытие было еще впереди. Я не встречал его несколько лет. Он продолжал играть в бейсбол и прекрасно помнил нашу встречу, послужившую поворотным пунктом в его спортивной карьере.

Тем не менее он основательно забыл подробности выработанной тогда методики тренировки. Он ничего не помнил о крохотной точке и уже не пытался представлять ее во время удара. Так же как и его товарищи по команде, он совершенно не отдавал себе отчета, как ему удалось стать таким выдающимся спортсменом за столь короткий срок.

Вопрос таланта.

Легко возразить, предположив, что, должно быть, мальчик обладал талантом бейсболиста. Лично я в этом не сомневаюсь. Но до нашей первой встречи этот талант ни в чем не проявлялся. По всем объективным признакам мальчик был обречен на неудачу. Его талант активизировался только после того, как мы выработали прием с крохотной точкой.

На самом деле все мы имеем скрытые таланты и как раз в тех самых областях, где считаем себя наименее способными. Несомненно, учеба, практика и упорная работа могут обеспечить некоторые достижения. Но если мы хотим раскрыть наш гений в полную мощь, мы должны отыскать тот уникальный катализатор, подсказку или навык, которые приведут наше тело, чувства и разум к вершине.

Именно этот катализатор я и называю фактором Эйнштейна.

1.7. Вы талантливее, чем думаете!

Существующие системы образования и профессиональной подготовки весьма успешно подрывают нашу уверенность в себе и душат наши самые яркие мысли. Как правило, мы еще в раннем детстве осваиваем умение подавлять свою естественную гениальность. Подобно юному Томасу Эдисону, мы позволяем другим осаживать нас до тех пор, пока из зеркала на нас не уставится стопроцентный тупица.

В реальности вы гораздо гениальнее, чем представляете себе. Методики, описанные в этой книге, помогут вам повернуть вспять годы, ушедшие на оболванивание. Вы отыщете свою «крохотную точку», которая станет работать на вас. На свете нет двух людей, которые одинаково определили бы свой фактор Эйнштейна. Я не могу предсказать, в какой форме явится ваша «точка», но, несомненно, подсознание, подобно джинну Аладдина, обязательно предстанет перед вами как могучий союзник, сопровождающий вас повсюду, — только не мешайте ему.





©2015- 2017 megalektsii.ru Права всех материалов защищены законодательством РФ.