Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Я, возможно, буду сидеть в пруду,

Целуя лягушек.

 

Эта глава содержит разношерстные лакомые кусочки о созависимости и о заботе о себе.

 

Драма пристрастий

Многие созависимые переживают то, что некоторые люди называют драмой или кризисом пристрастий. Довольно странно, но проблемы могут становиться такими притягательными, что к ним как бы возникает пристрастие. Если мы длительное время живем в бесконечных волнениях, в кризисах и в той жизни, когда мы чувствуем себя несчастными, то страх и стимуляция, обусловленные проблемами, могут стать комфортным эмоциональным опытом. В своей замечательной книге «Помогая им стать трезвыми», (том II) Тоби Раис Дрьюз обозначает это чувство как «приятно возбуждающее несчастье». Спустя какое-то время, мы можем настолько привыкнуть эмоционально вовлекаться в проблемы и кризисы, что мы можем цепляться за них и оставаться вовлеченными в проблемы, которые не являются нашей заботой. Мы можем даже начать делать неприятности либо делать их большими, чем они есть, чтобы простимулировать себя. Это в особенности верно тогда, когда мы сильно забросили нашу собственную жизнь, перестали уделять внимание собственным чувствам. Когда мы вовлечены в проблему, мы знаем, что мы живем интенсивной жизнью. Когда проблема разрешена, мы можем чувствовать себя пустыми, испытывать вакуум чувств. Нечего делать. Быть в кризисе становится комфортным, и это спасает нас от нашего скучного существования. Это похоже на то, как можно пристраститься к мыльным операм, за исключением того, что ежедневные кризисы случаются в нашей жизни и в жизни наших друзей, в наших семьях. «Оставит ли Джинни Джона?» «Можем ли мы спасти Германа от потери работы?» «Как Генриетта выживет при такой дилемме?» После того как мы психологически дистанцировались и начали заботиться лишь о своих собственных делах и наша жизнь наконец стала спокойной, умиротворенной, некоторые созависимые все же временами испытывают небольшое влечение, тягу к прежнему возбуждению. Мы можем временами считать нашу новую жизнь скучной. Мы просто привыкли к такой большой суматохе и к возбуждению, что спокойствие представляется поначалу каким-то слабым успокоительным лекарством. Мы еще привыкнем к нему. По мере того, как мы развиваем свою жизнь, ставим цели и находим то, что нас интересует, спокойствие будет становиться комфортным — более комфортным, чем хаос. Нам в дальнейшем уже не нужно будет волнующее страдание, мы не будем желать его.

Нам необходимо научиться распознавать, когда мы ищем «приятно возбуждающее несчастье». И понимать, что нам не обязательно создавать проблемы или вовлекаться в проблемы других. Найдите творческие способы заполнить вашу потребность в драме. Найдите радующую вас работу. Но устраните приятно возбуждающее несчастье из своей жизни.

 

Ожидания

Ожидания могут быть запутывающей темой. Большинство из нас имеют ожидания. Но лучше оставить ожидания, тогда мы можем отстраняться. Лучше воздерживаться от навязывания силой наших ожиданий другим или воздерживаться от попыток управлять исходом событий, поскольку когда мы так поступаем, мы вызываем проблемы и обычно иначе не бывает. Итак, куда же мы идем со своими ожиданиями?

Некоторые люди стремятся оставить все ожидания и живут текущим моментом. Это прекрасно. Но я думаю, что важная мысль здесь заключается в том, чтобы брать ответственность за свои ожидания. Вытащите их на свет. Говорите о них. Если они включают других людей, то поговорите с людьми, вовлеченными в ваши ожидания. Разузнайте, имеют ли те люди сходные ожидания. Посмотрите, являются ли они реальными. Например, ожидать здорового поведения от нездоровых людей — напрасно; ожидать иных результатов от того же самого поведения, по выражению Эрни Ларсена, — это безумие. Затем, пусть все идет свободно, без нашего управления. Посмотрите, как обернутся обстоятельства. Позвольте событиям случиться — без силового нажима. Если мы постоянно разочарованы, то у нас может быть проблема, требующая разрешения — либо связанная с нами самими, с другим человеком либо с ситуацией.

Это нормально иметь ожидания. Временами они являются действительными ключами к разгадке того, чего мы хотим, в чем мы нуждаемся, на что надеемся и чего боимся. Мы имеем право ожидать хороших вещей и подходящего поведения. Мы, возможно, получим больше всего этого (хороших событий и подходящего поведения), если мы постоянно их ожидаем. Если у нас есть ожидания, мы будем также ясно понимать, когда они не могут быть удовлетворены. Но нам необходимо ясно понимать и то, что Они только ожидания; они принадлежат нам, но мы не всегда являемся хозяевами. Мы можем убедиться, что наши ожидания реалистичны и уместны, и тем не менее не позволить им вмешиваться в действительность и не позволить им испортить хорошие события, которые происходят.

 

Страх интимности

Большинство людей хотят любить и нуждаются в любви. Большинство людей хотят быть близкими с людьми и нуждаются в такой близости. Но страх — равная по мощи сила, и она конкурирует с нашей потребностью в любви. Точнее, эта сила есть страх интимности.

Для многих из нас надежнее для наших чувств быть одному или быть во взаимоотношениях, где мы «вовлечены безэмоционально», чем быть эмоционально ранимым, близким, любящим. Я понимаю это. Несмотря на целый ряд потребностей и желаний, остающихся неудовлетворенными, когда мы не любим, для чувств может показаться надежнее, безопаснее не любить. Мы не рискуем получить боль любви, и многим из нас любовь принесла много боли. Мы не рискуем по своей воле попасться в капкан, ввязаться во взаимоотношения, которые не работают. Мы не рискуем быть теми, кто мы есть, что включает в себя быть эмоционально честным и что может включать возможное отвержение нашей эмоциональной честности. Мы не рискуем вступать во взаимоотношения с людьми, оставляющими нас; мы не рискуем. И мы не обязаны проходить через неловкости инициации взаимоотношений. Когда мы не сближаемся с людьми, то по меньшей мере мы знаем, чего ожидать; ничего. Отрицание любви, отказ испытывать чувства любви защищает нас от тревоги, вызываемой любовью. Любовь и близость часто приносят ощущение утраты контроля. Любовь и близость бросают вызов нашим самым глубоким страхам, касающимся того, кто мы есть и хорошо ли быть самим собою, а также того, кем являются другие и хорошо ли то, кем они являются. Любовь и близость — вовлеченность в мир другого человека — это величайшие риски, которые мужчина или женщина могут навлечь на себя. Все это требует честности, спонтанности, ранимости, доверия, ответственности, приятия себя и приятия других. Любовь приносит радость и тепло, но она также требует от нас готовности временами испытывать обиду и отвержение.

Многие из нас научились скорее бежать от близости, чем рисковать быть вовлеченным. Мы бежим от любви или предотвращаем близость многими путями. Мы отталкиваем людей от себя либо причиняем им обиды с тем, чтобы они не были близки нам. Мы делаем смехотворные вещи в нашем сознании, уговаривая себя, что мы не хотим быть близкими к ним. Мы находим недостатки у каждого, с кем мы встречаемся; мы отвергаем людей раньше, чем им предоставится шанс отвергнуть нас. Мы носим маски и притворяемся кем-то не тем, кем мы являемся. Мы разбрасываем свою энергию и эмоции среди столь многих взаимоотношений, что мы не достигаем близости или ранимости к кому-либо — техника, известная под названием «разбавлять молоко водой», как выразился один человек. Мы можем погрязнуть в искусственных взаимоотношениях, где от нас не будут ждать близости и не будут просить об этом. Мы играем роли вместо того, чтобы быть реальным человеком. Мы эмоционально замыкаемся в наших существующих взаимоотношениях. Иногда мы предотвращаем близость просто тем, что отказываемся быть честными и открытыми. Некоторые из нас сидят, парализованные страхом, не способные начать взаимоотношения или наслаждаться близостью в существующих взаимоотношениях. Некоторые из нас убегают; мы физически удаляем себя от любой ситуации, где любовь, эмоциональная ранимость и риск существуют или могут присутствовать. Как сказал один друг. «У нас у всех есть запасная пара кроссовок в нашем клозете».

Мы убегаем от интимности по многим причинам. Некоторые из нас, в особенности те, кто рос в алкогольных семьях, могли никогда и не выучиться тому, как начинать взаимоотношения и как быть близким, если однажды взаимоотношения начались. Близость была небезопасной, была трудной или не

разрешалась в наших семьях. Для многих людей забота о себе и употребление химических веществ стали заменами интимности.

Некоторые из нас разрешали себе быть близкими однажды или дважды, затем получили удар, обиду. Мы могли решить (на каком-то уровне), что лучше и безопаснее не сближаться, не рисковать быть обиженными еще раз.

Некоторые из нас научились уходить от взаимоотношений, которые не являются хорошими для нас. Но для некоторых из нас убегание от близости или избегание ее, избегание интимности могло стать привычкой.

 

Финансовая ответственность

Некоторые созависимые становятся зависимыми в финансовом отношении от других людей. Иногда это случается по согласию; например, жена остается дома и воспитывает детей, в то время как муж работает и зарабатывает деньги. Иногда это случается не по согласию. Некоторые созависимые настолько входят в роль жертвы, что не верят, что могут позаботиться о себе в финансовом отношении. Многие созависимые были в какое-то время ответственными в финансовом отношении, но по мере прогрессирования алкоголизма или другой проблемы у любимого, просто стали слишком подавленными, чтобы работать. Некоторые из нас просто сдались: «Если ты не заботишься о деньгах, то и я тоже не буду заботиться».

Иногда созависимые становятся финансово ответственными за других взрослых. Я часто наблюдала, как созависимая жена работает на двух и даже на трех работах, когда ее муж не приносит домой ни копейки — тем не менее он продолжает есть, смотреть телевизор и никак не оплачивает ренту. Ни один из этих путей не является предпочтительным. Каждый человек является финансово ответственным за себя, точно так же, как он ответственен в других отношениях за себя. Это не означает, что домохозяйка обязана работать на оплачиваемой работе, чтобы быть финансово ответственной. Ведение домашнего хозяйства — это большой труд, героический и удивительный труд. Если это то, что мужчина или женщина избрали своим делом, то я верю, что тот человек зарабатывает свою долю. Быть финансово ответственной не означает также, что все должно делиться пополам. Брать на себя финансовую ответственность — это отношение. Это означает, четко понимать, в чем состоят наши ответственности, затем намереваться взять на себя заботу о тех ответственностях. Это также означает, что мы разрешаем — даже настаиваем, — чтобы другие люди были финансово ответственными за себя. Сюда входит стать осведомленным во всех областях финансов другого и решить, какую задачу кто выполняет. Какие счета необходимо оплатить? Когда? Когда наступает время оплаты налогов? Сколько денег следует оставить на какой срок? Какова наша часть во всем этом? Вкладываем ли мы больше или меньше, чем должны по справедливости? И если в нашу ответственность не входит держаться за оплачиваемую работу, то понимаем ли мы хотя бы, что может наступить день, когда нам необходимо будет работать? Чувствуем ли мы финансово ответственными за себя? Или это пугает нас? Принимают ли соответствующую финансовую ответственность на себя люди, живущие рядом с нами, или мы это делаем за них?

Заботиться о деньгах — это часть жизни. Зарабатывать деньги, оплачивать счета и чувствовать себя финансово ответственным — это часть взятой о себе заботы. Многие созависимые, оставившие работу, чтобы контролировать супруга, или те, кто каким-либо другим образом сделали другого человека центром своей жизни и забросили свои собственные карьеры, обнаружили, что даже низкооплачиваемая, не на полный рабочий день работа делает чудеса для их самооценки. Мы забыли, что мы стоим денег и кто-то будет в действительности платить за наши способности. Многие из нас, созависимых, кто был зависим от супруга в финансовом отношении, также любят свободу иметь свои собственные деньги. Это вызывает приятное чувство. Это нечто такое, о чем следует подумать, когда мы начинаем жить своей собственной жизнью.

Быть финансово зависимым от человека может спровоцировать эмоциональную зависимость. Эмоциональная зависимость от человека может спровоцировать финансовую зависимость. Стать финансово ответственным за себя — хотя мы завершаем это — может помочь спровоцировать излишнюю независимость.

 

Прощение

Компульсивные нарушения, такие, как алкоголизм, перекручивают и искажают многие хорошие веши, включая великий принцип прощения. Мы многократно прощаем одних и тех же людей. Мы слышим обещания, мы верим в ложь, и мы пытаемся простить. Некоторые из нас могли достичь той точки, где мы не можем прощать. Некоторые из нас могут не хотеть это делать, потому что простить, значило бы оставить нас в состоянии уязвимости к дальнейшим обидам, и мы верим, что мы не можем вынести больше душевной боли. Прощение оборачивается к нам другой стороной и становится болезненным опытом. Некоторые из нас могут искренне пытаться простить; некоторые из нас могут думать, что простили, но боль и гнев просто не ушли.

Некоторые из нас не поспевают за тем, что нужно простить; проблемы случаются с такой быстротой, что мы едва понимаем, что происходит. Прежде чем мы отметим обиду и скажем: «Я прощаю», другое отвратительное событие подкашивает нас.

Затем мы испытываем чувство вины, поскольку кто-нибудь спрашивает «Почему ты не можешь просто простить и забыть?» Люди, не знающие алкоголизма и других компульсивных заболеваний, часто задают такой вопрос. Для многих из нас проблема является такой, которую нельзя простить. Простить и забыть лишь подпитывает нашу систему отрицания как психологической защиты. Нам необходимо думать об этом, помнить, понимать и принимать хорошие решения о том, что мы прощаем, что может быть забыто и что все еще остается проблемой. И прощать кого-либо не означает, что мы вынуждены позволять тому человеку продолжать обижать нас. Алкоголик не нуждается в прощении; он (или она) нуждается в лечении. Нам не г необходимости прощать алкоголика, по меньшей мере вначале. Нам необходимо сделать шаг назад с тем, чтобы он (или она) не мог больше наступать на наши пальцы.

Я не считаю, что мы должны принять непрощающее отношение. Мы все нуждаемся в прощении. Злоба и гнев доставляют нам боль; другому человеку они тоже мало помогают. Прощать — это прекрасно. Это смывает чувство вины. Это приносит умиротворение и гармонию. Это знак признания и утверждения человечности, свойственной нам всем, и это говорит. «Ладно, я все равно тебя люблю». Но я верю, что мы, созависимые, нуждаемся в том, чтобы быть нежными, любящими и прощающими с самими собой, прежде чем мы сможем ожидать от себя умения прощать других. Но я верю, что созависимые нуждаются в том, чтобы подумать, как, почему и когда мы скупо раздаем прощение.

Вместе с тем прощение тесно связано с принятием как частью процесса отреагировать на утрату, на горе. Мы не можем простить кого-нибудь за какое-либо действие, если мы не приняли полностью в сознание то, что это человек сделал. Что хорошего в том, чтобы простить алкоголика за его очередной запой, если мы еще не приняли того, что его или ее алкоголизм есть болезнь? Ирония судьбы состоит в том, что то прощение, которые мы часто даем, чтобы смягчить муки алкоголика «после того», его угрызения совести могут помогать ему продолжать пить.

Прощение приходит своевременно — в свое собственное время, — если мы стремимся заботиться о себе. Не позволяйте другим людям использовать этот принцип против нас. Не позволяйте другим людям помогать нам чувствовать себя виноватыми, потому что они думают, что мы должны кого-то простить, а мы или не готовы или верим, что прощение — это неуместное решение. Берите ответственность за прощение. Мы можем раздавать прощение в скудных размерах уместным образом на основе хороших решений, высокого самоуважения и знания проблемы, над которой мы работаем. Не следует использовать прощение для того, чтобы оправдать те случаи, когда нам доставляют боль и обиду; не следует использовать прощение, чтобы помогать другим людям продолжать наносить себе боль, обиды, удары. Мы можем работать по нашей программе, жить своей собственной жизнью и принимать Четвертый и Пятый Шаги. Если мы заботимся о себе, мы будем понимать, что прощать и когда наступает время сделать это.

В то время, когда мы подошли к этому, не забудьте простить себя.

 

Синдром Лягушки

В группах созависимых циркулирует один анекдот. Он звучит примерно так: «Вы слыхали о женщине, которая целовала лягушку? Она надеялась, что лягушка превратится в Принца. Она не превратилась. Сама женщина превратилась тоже в лягушку».

Многим созависимым нравится целовать лягушек. Мы видим в них так много хорошего. Некоторые из нас испытывают к ним хроническое притяжение после того, как мы уже достаточно долго целовали лягушек. Алкоголики и люди с другими компульсивными нарушениями — притягательные люди. Они излучают мощь, энергию и шарм. Они обещают златые горы. И неважно, что доставляют они боль, страдания и мучения. Слова, которые они говорят, звучат так хорошо.

Если мы не работаем над нашими характеристиками созависимости, то очень велика вероятность, что мы будем продолжать испытывать притяжение к лягушкам и целовать их. Даже если мы работаем над своими характеристиками, мы можем все еще склоняться в сторону лягушек, но мы можем научиться не прыгать в пруд вместе с ними.

 

Забавы, развлечения

Забавы, развлечения не идут рука об руку с созависимостью. Трудно развлекаться, когда мы ненавидим себя. Трудно наслаждаться жизнью, когда нет денег на мелкие покупки, поскольку алкоголик их пропил. Почти невозможно забавляться, когда мы переполнены вытесненными эмоциями, когда мы до тошноты тревожимся о ком-нибудь, когда мы пропитаны чувством вины и отчаяния, когда мы ригидно контролируем себя и кого-нибудь еще или беспокоимся о том, что другие люди думают о нас. Однако большинство людей не думают о нас; они беспокоятся о самих себе и о том, что мы думаем о них.

Как созависимым нам необходимо научиться играть и наслаждаться собою. Организовать развлечения и позволить себе предаться забаве — это важная часть заботы о себе. Это помогает нам оставаться здоровыми. Это помогает нам лучше работать. Это вносит баланс в жизнь. Мы заслуживаем того, чтобы позабавиться. Забава — это нормальная часть нашего состояния, когда мы ощущаем себя живыми. Забава — это такое времяпрепровождение, когда мы празднуем то, что мы живы.

Мы можем внести развлечения в расписание жизни. Мы можем научиться распознавать, когда нам необходимо поиграть и какие занятия нам доставляют удовольствие. Если мы этого не делаем, мы можем поставить себе в качестве непосредственной цели «научиться развлекаться'*. Начать что-то делать просто для себя, просто потому, что мы этого хотим. Вначале мы можем чувствовать себя некомфортно при этом, но через какое-то время будет лучше. Это превратится в забаву.

Мы можем позволить себе наслаждаться жизнью. Если мы хотим что-либо купить и можем себе это позволить, купите это. Если мы хотим сделать что-нибудь, что является законным и безвредным, сделайте это. Если мы вовлечены в какую-либо деятельность, что дает нам отдых и восстановление сил, не ищите путей, чтобы чувствовать себя плохо при этом. Отпустите бразды правления и наслаждайтесь жизнью. Мы можем найти нечто такое, что нам нравится делать, тогда позвольте себе наслаждаться этим занятием. Мы можем научиться расслабляться и наслаждаться тем, что мы делаем ежедневно, а не только во время отдыха. Мученичество может влиять на нашу способность чувствовать себя хорошо еще длительное время и после того, как алкоголик перестанет помогать нам чувствовать себя несчастными. Страдание может стать привычным, но такой же привычкой может стать и наслаждение жизнью и хорошее отношение к себе. Попробуйте это.

 

Границы, пределы

Созависимые, как уже говорилось, имеют проблемы с границами. Я согласна. Большинство из нас не имеют границ.

«Границы — это те пределы, которые гласят «Вот до этих пор я могу дойти. Вот это то, что я буду или не буду делать для тебя. А вот это то, что я не потерплю от тебя».

Большинство из нас начинали взаимоотношения, имея границы. У нас были определенные ожидания, мы лелеяли определенные идеи о том, что мы будем « чего не будем выносить от тех людей. Алкоголизм и другие компульсивные нарушения смеются в лицо тем пределам. Болезни не только оказывают давление на наши границы, они смело переступают их. Каждый раз, когда болезнь толкает или переступает через наши границы, мы уступаем. Мы отодвигаем наши границы назад, давая болезни больше простора, в котором она может действовать. По мере того как болезнь толкает границы все дальше и дальше, мы уступаем все больше и больше, пока мы не начинаем выносить такие вещи, которые, как мы говорили, мы никогда не будем выносить, и пока мы не начинаем делать те вещи, которые, как мы говорили, мы никогда не будем делать. Позднее этот процесс «роста толерантности» неподходящего поведения может приобрести обратный характер. Мы можем стать совершенно интолерантными даже в самых обычных формах человеческого поведения. Вначале мы находим объяснения и извинения для неуместных форм поведения человека; в конце — нет никаких извинений.

Многие из нас не только начинают терпеть и выдерживать ненормальные, нездоровые и неуместные формы поведения, но мы делаем шаг дальше этого: мы убеждаем себя, что эти формы поведения нормальны и что мы всего это заслуживаем. Мы можем так привыкнуть к словесным оскорблениям и неуважительному к себе отношению, что мы даже не распознаем, когда эти вещи случаются. Но в глубине души, важная часть нас самих знает. Наше я знает и скажет нам, если мы будем слушать. Иногда жить вместе с тонкими проблемами, например с непьющим алкоголиком, не находящимся в программе выздоровления, может оказаться труднее для нашего я, чем жизнь с более очевидными проблемами. Мы догадываемся, что что-то не так. Мы начинаем чувствовать, что сходим с ума, но мы не можем понять почему, потому что мы не можем идентифицировать проблему.

Созависимые нуждаются в границах. Нам необходимо поставить пределы тому, что мы будем делать кому-то и для кого-то. Нам необходимо установить пределы тому, что мы будем разрешать людям делать с нами и для нас. Люди, с которыми мы имеем отношения, нуждаются в том, чтобы знать, что у нас есть границы. Это поможет им и нам. Я не предполагаю, чтобы мы стали тиранами. Я также против абсолютной негибкости, но мы можем понимать наши границы тоже. Ниже я привожу некоторые примеры границ, характерных для созависимых, которые уже начали выздоравливать.

 Я никому не позволю оскорблять меня физически или словесно.

 Я не буду сознательно верить в ложь или поддерживать ложь.

 Я не разрешу злоупотреблять химическими веществами у себя дома.

 Я не буду позволять кому-либо криминальное поведение у себя дома.

 Я не буду спасать людей от последствий их злоупотребления алкоголем или другого безответственного поведения.

 Я не буду финансировать алкоголизм человека или другое безответственное поведение.

 Я не буду врать, чтобы защитить тебя или себя от твоего алкоголизма.

 Я не буду использовать свой дом как центр дезинтоксикации для выздоравливающих алкоголиков.

 Если ты хочешь вести себя как сумасшедший, — это твое дело. Но ты не можешь так себя вести в моем присутствии. Или ты уходишь, или ухожу я.

 Ты можешь испортить свое развлечение, свой день, свою жизнь — это твое дело — но я не позволю тебе испортить мое развлечение, мой день, мою жизнь.

Иногда необходимо установить определенную границу, которая применима к определенным взаимоотношениям, как, например: «Я больше не буду сидеть с детьми Мэри Лу, потому что я не хочу это делать, а она использует меня в этой области».

Устанавливайте границы, но убедитесь, что это ваши границы. Ситуации, которыми мы сыты по горло, которые мы больше не можем выносить, в отношении которых мы произносим угрозы, могут быть ключами к разгадке некоторых тех границ, которые нам нужно установить. Они могут также быть ключами к пониманию тех изменений, которые нам необходимо сделать внутри себя. Будем иметь в виду то, что мы говорим, и будем говорить то, что мы имеем в виду. Люди могут рассердиться на нас за установку границ; но они не смогут использовать нас против наших интересов больше никогда. Они могут попытаться помочь нам почувствовать себя виноватыми, с тем чтобы мы убрали нашу границу и вернулись к старой системе, когда мы позволяли использовать нас или оскорблять нас. Не испытывайте чувства вины и не возвращайтесь назад. Мы можем удерживать свои границы, мы можем укреплять их. Будьте постоянны. Нас, возможно, будут не раз испытывать на прочность при установке каждой границы. Люди это делают затем, чтобы посмотреть, насколько мы серьезны, в особенности если в прошлом мы не имели в виду того, что говорили. Будучи созависимыми, мы часто делали пустые угрозы. Мы потеряли наше правдоподобие, а потом удивляемся, почему это люди не принимают нас всерьез. Скажите людям, в чем состоят ваши границы — скажите однажды, тихо, спокойно. Наблюдайте за своим уровнем толерантности (переносимости), с тем чтобы маятник не качнулся слишком далеко в любую крайность.

Некоторые созависимые, в особенности те из нас, которые находятся в далеко зашедших стадиях взаимоотношений с алкоголиком, могут находить, что это очень трудно устанавливать и укреплять границы с детьми, равно как и со взрослыми, имеющими проблемы. Установление границ требует времени и обдумывания; укрепление границ требует энергии и постоянства.

Но границы стоят любого затраченного времени, энергии и обдумывания, требующихся для их установления и укрепления. В конце концов они потом обеспечат нас большим временем и большей энергией.

Каковы наши пределы? Какие границы нам необходимо установить?

 

Забота о теле

Иногда в далеко зашедших стадиях созависимости мы, созависимые, перестаем обращать внимание на свое здоровье и внешний вид. Это хорошо, выглядеть наилучшим образом при всех наших возможностях! Мы можем, например, сделать стрижку и модную прическу. Это нормальная часть жизни. Мы можем одеваться в такой манере, которая помогает нам чувствовать себя хорошо. Посмотрите в зеркало; если нам не нравится то, что мы видим, так приведите себя в порядок. А если мы не можем улучшить свою внешность, то мы можем прекратить ненавидеть себя и принять себя.

Не отвергайте важности упражнений. Если вы заболели, пойдите к врачу. Если вы страдаете избыточным весом, то вычислите, в чем вы нуждаетесь, чтобы позаботиться о себе. Чем меньше мы заботимся о своем теле, тем хуже наши чувства по отношению к себе. Иногда, сделав что-то маленькое, мы можем помочь себе почувствовать себя намного лучше. Войдите в соприкосновение с физическими частями своего «я». Прислушайтесь к ним. Дайте им то, в чем они нуждаются. Заботиться о себе означает заботиться о своем теле и внешности. Сделайте оба этих занятия своей ежедневной практикой.

Забота о своем эмоциональном «я» также связана с заботой о теле. Чем больше мы заботимся об эмоциональном «я» — чем больше мы удовлетворяем свои потребности — тем меньше мы находим в себе чего-то нездорового. Если мы довольно долго отказываемся заботиться о себе, наше тело взбунтуется и станет больным, принуждая нас и близких нам людей силой все же дать нам ту заботу, в которой мы нуждаемся. Легче позаботиться о себе прежде, чем мы заболеем.

 

Профессиональная помощь

Нам необходимо искать профессиональную помощь в случаях, если:

 мы глубоко подавлены (находимся в состоянии депрессии) и думаем о нежелании жить (о самоубийстве);

 мы хотим предпринять интервенцию и пойти на конфронтацию с алкоголиком или другими людьми, имеющими проблемы;

 мы какое-то время были и остаемся сейчас жертвой физического или сексуального оскорбления;

 мы сами наносили другим физическое или сексуальное оскорбление;

 у нас есть проблемы с алкоголем либо с другими наркотиками;

 похоже, что мы не можем самостоятельно раз решить наши проблемы или выпутаться из них;

 по любой другой причине мы верим, что профессиональная помощь может благотворно по действовать на нас.

Мы можем помнить о необходимости доверять себе, когда мы идем к профессионалам и обращаем внимание на наши чувства. Если мы испытываем дискомфорт в отношении учреждения или человека, с которыми мы работаем, если мы не согласны с направлением, предлагаемым консультантом, или если почему-то еще мы не доверяем той помощи, которую мы получаем или не получаем, то мы можем найти другого профессионала. Мы можем испытывать нормальное сопротивление изменениям, но может быть и так, что человек, с которым мы работаем, не подходит нам. Не все профессионалы в состоянии хорошо работать с созависимостью, компульсивными нарушениями и химической зависимостью.

Одна женщина искала помощи у частного психотерапевта, поскольку ее дочь страдала химической зависимостью и поведенческие проблемы раздирали семью. Психотерапевт привлек всю семью в консультацию, затем начал большую часть времени терапевтического семинара посвящать тому, чтобы убедить родителей в следующем: причина нарушений в поведении дочери заключается в том, что родители курят сигареты. У психотерапевта было предубеждение против курения. Цель терапии переключилась с поведения дочери на прекращение курения мамой и папой. Родители были немного сбиты с толку и чувствовали себя не вполне комфортно с такой постановкой дела, но они отчаянно хотели получить помощь. И они предположили, что психотерапевт знает больше, чем они. После того как они потратили три месяца и платили по 50 долларов в неделю за эту чепуху, родители наконец осознали, что они движутся в никуда, и путешествие стоило им много денег. Я не говорю, что это плохо бросить курить — но это была не та проблема, из-за которой семья искала помощи.

Если мы ищем помощи или она представляется не очень подходящей нам, то поищем другую помощь. Если мы честно испробовали нечто и это не работает, попробуйте что-нибудь еще. Мы не обязаны уступать свою способность думать, чувствовать и принимать хорошие решения кому-нибудь еще — включая тех, у кого стоит ученая степень после его или ее имени.

Мы можем получить себе самую лучшую помощь из возможного.

 

Поглаживания

Поглаживания — это термин, который используется в Трансактном Анализе и в психотерапии уже много лет. Большинству из нас нужны люди. Большинство из нас состоит по меньшей мере в нескольких взаимоотношениях. Когда мы находимся в присутствии этих людей, мы можем либо генерировать тепло, чувство любви; либо никаких чувств, либо холод, враждебные чувства. Мы можем говорить о вещах честных, нежных, высоко ценимых, и они могут в ответ говорить то же самое. Мы можем врать, и люди могут врать нам в свою очередь. Мы можем говорить о мелочных, поверхностных вопросах, и другие могут делать то же самое. Либо мы можем сказать отвратительную вещь, и они будут отвечать нам точно тем же. Большинство из нас делают понемножку изо всего того, что я перечислила, время от времени.

Смысл заключается в том, чтобы стремиться к хорошим взаимоотношениям. Если у вас нет людей, с которыми вы можете быть честными, нежными, любящими, которых вы высоко цените, найдите несколько таких человек. Если люди говорят вам что-то жестокое, вынуждая вас отплачивать тем же самым, прекратите мстить и попытайтесь сделать так, чтобы тот человек перестал разговаривать с вами таким образом. Если мы не можем убедить человека измениться, то мы найдем кого-нибудь другого и будем говорить с ним. Мы нуждаемся в том, чтобы с нами обходились деликатно. Это помогает расти и хорошо себя чувствовать.

Стремитесь к тому, чтобы с вами и физически хорошо обращались. Мы никогда не должны позволять людям бить нас. И сами не должны бить других. Вместо этого обнимите их. Либо, если объятия неуместны, нежно прикоснитесь к ним, этак с любовью, которая передает в коммуникациях позитивную энергию. Для тех, кто думает, что обниматься — это только напрасно тратить время или что это ненужное занятие, которым наслаждаются сверхсентиментальные люди, я привожу нижеследующий отрывок из книги «Ожирение — это семейное дело» и прошу снова обдумать это:

«…В начале 1970-х годов врачи начали изучать механизм, происходящий в нервной системе, производящий морфиноподобный эффект, помогающий смягчать боль, ослабить травму и шок.

Эти морфиноподобные вещества называют эндорфины, и они выделяются организмом для уменьшения боли, для ослабления болевого синдрома и способствуют общему благополучию. Некоторые исследования показывают, что переедающие и алкоголики выделяют меньше этих эндорфинов, чем нормальные люди. Если вы выделяете меньше эндорфинов, то вы часто чувствуете саднящую боль. Потребление сахара с пищей повышает выделение эндорфинов, следовательно, когда вы едите, саднящая боль улетучивается.

Когда вы отказываетесь от еды, вы достигаете того же эффекта смягчения боли от «эйфории» голодания. То чувство бьющего через край веселья и энергии идет от способности длительно поддерживать подъем настроения, толкая себя за пределы обычного состояния, это во многом напоминает «подъем бегуна». Существует альтернативный метод повышенного выделения эндорфинов. Он включает в себя объятия. Да, да, объятия. Когда вы поворачиваетесь к дружественному человеческому существу и кладете свои руки на плечи друг друга, в этот момент начинается выделение эндорфинов и ваши больные места, ваши душевные ссадины залечиваются теплом любящего друга. Ваш пес не манекен и не дурак, когда он подпрыгивает и хочет, чтобы его почесали по груди или похлопали по голове. Он в это время достигает подъема уровня эндорфинов и тем самым поддерживает себя в добродушном состоянии».

У созависимых также часто бывают трудности в принятии комплиментов — позитивных поглаживаний. Мы можем перестать отрицать тот факт, что мы хорошие люди с хорошими качествами. Если кто-то говорит нам что-то хорошее о нас, мы можем принять это, если только инстинкт не подсказывает нам, что тот человек имеет скрытые мотивы. Если даже он (или она) пытается манипулировать нами, примите комплимент и откажитесь быть манипулируемым. Пусть все это дойдет до сердца и пусть выйдет из сердца теплым отблеском. Мы заслуживаем комплиментов. Мы нуждаемся в них. Мы все нуждаемся в них. Они помогают нам поверить в то, над чем мы работаем так упорно — поверить в то, что мы хорошие люди. Прелесть комплиментов заключается в том, что чем больше хороших качеств в себе мы видим, тем лучше мы воспринимаем комплименты.

Мы можем также насладиться комплиментами и распространить вокруг себя некоторую позитивную энергию. Мы можем поделиться тем, что нам нравится в людях и что мы ценим в них. Делайте это честно, но делайте это хорошо.

Мы можем научиться распознавать, когда нам необходимо сделать поглаживания другим. Научитесь распознавать, когда вам необходимо быть в кругу людей и получать какое-то количество поглаживаний. Выбирайте друзей, которые могут давать нам нечто хорошее. Иногда созависимые дружат с такими людьми, которые видят в них жертв, воспринимают их как беспомощных людей, которые не могут о себе позаботиться. Такие друзья дают симпатию, которая, может быть, и лучше, чем ничего, но это не одно и то же, что представляют собой поглаживания. Настоящая любовь говорит «У тебя есть проблемы. Меня это беспокоит, и я буду «слушать тебя, но я не буду и я не могу сделать что-то за тебя». Настоящая дружба говорит. «Я такого высокого мнения о <





©2015- 2017 megalektsii.ru Права всех материалов защищены законодательством РФ.