Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Возвращение пап-итальянцев




 

Не прошло и трех недель с момента кончины Отгона III, как уже 15 февраля 1002 г. итальянским королем был избран Ардуин Иврейский. Сын графа Дадо, он с 990 г. правил своим маркграфством Иврея. Остается неизвестным, опирался ли он при этом на какие-то наследственные права или пробивался при помощи силы. Тем не менее он сумел склонить на свою сторону канцлера Италии, архиепископа Петра из Комо. Однако скоро против Ардуина обозначилось скрытое противостояние, которое он разжег своим якобы грубым и бесцремонным поведением. Впрочем, критика Ардуина происходит от современных ему хроникеров — сторонников Германии.

Там после ранней смерти молодого императора разыгралась борьба за верховную власть. Вся система общественной жизни замыкалась так или иначе на правителе, поэтому самым главным на текущий момент был вопрос, кто займет престол.

На корону могли претендовать герцог Оттон Каринтийский, внук Отгона I, пфальцграф Эццо, шурин усопшего императора, муж его сестры Матильды, а также сильный маркграф Экгард Мейссенский, никак не связанный с правящей династией. Но наиболее велики были шансы Генриха, герцога Баварского, правнука Отгона I.

Генрих действовал решительно: перехватив караван, сопровождавший тело Отгона III в Германию, он овладел священными инсигниями. Затем организовал захоронение внутренностей покойного императора в Аугсбурге, а его тело предал погребению там, где царственный мечтатель и желал упокоиться: в Аахене, рядом с его кумиром Карлом Великим. Генрих Баварский заручился поддержкой подданных своего герцогства и двух авторитетных родственниц: сестер Отгона Софии и аббатиссы Адельгейды Кведлингбургской.

Что происходило дальше, не знает даже самый осведомленный человек эпохи Титмар Мерзебургский: Экгард Мейссенский был убит, а Генрих Баварский получил престол как немецкий король Генрих II.

Новый король ни в коем случае не был согласен с идеей Герберта Орильяка о воссоздании Великой Римской империи. Пока он только размышлял о возможности сохранения немецкого господства в Италии. В Тоскане и Верхней Италии представители епископата все еще оставались приверженцами германской короны, считая немецких монархов единственной силой, способной обеспечить законность и порядок в очагах нестабильности на итальянских землях.

С первых дней своего правления Генрих II преследовал в итальянской политике иные цели, нежели его предшественник. Он сосредоточился на проблемах Северной Италии и поддерживал пап в стремлении защитить церковное государство и подавить растущее влияние распущенной городской элиты Рима. Род Кресченциев не только захватил власть в городе, но прибрал к рукам княжества Сполето, Камерино и Сабина и назначал папами своих ставленников.

 

О личности и обстоятельствах избрания папы Иоанна XVII (6–12. 1003),  сменившего Сильвестра II, мало что известно. Он носил мирское имя Секко, или Сикконе, и умер, пробыв на престоле св. Петра всего пять недель.

 

Его преемник Джованни Фазано, взявший имя Иоанн XVIII (1. 1004–7. 1009),  сын римского священника Лео, родился в пригороде Рима. До избрания он носил сан кардинала. Принято считать, что Фазано был избран папой под давлением партии Кресченциев.

Пятилетнее правление Иоанна было довольно спокойно и ничем особенным не примечательно. Генрих Баварский занимался укреплением своего положения, не выпуская из вида папское государство. Король Ардуин царствовал в полную силу и притеснял сторонников немецкого короля всеми возможными способами. Папа вынужден был балансировать между семьёй Кресченциев и королями немецким и итальянским.

Иоанн не поддерживал кандидатуру Генриха Баварского на немецкий престол, но когда тот, уже коронованный как Генрих II, в 1007 г. стал искать связи с папой, чтобы договориться об основании епископства в своем любимом городе Бамберге, понтифик прислал королю очень дружественный ответ. Одновременно он принял бамбергскую епархию под свое покровительство.

В 1005 г. умер, не оставив наследников, герцог Нижней Лотарингии Эд (из французских Каролингов), вместе с которым окончательно сошла с исторической сцены каролингская династия. Генрих II назначил новым герцогом графа Готфрида, главу верного ему рода Арденнов. С той поры лотарингские герцоги стали играть огромную роль не только в жизни империи, но и в итальянской политике, и часто определяли выбор и судьбу римских епископов.

В последний год понтификата Иоанн XVIII получила завершение давнишняя любовная история французского короля. В Рим прибыли Роберт и Берта Бургундская. Роберт намерен был принести извинения понтифику, чьему авторитету был нанесен серьезный ущерб на синоде в Орлеане. Дело в том, что король приговорил к сожжению как еретиков тринадцать или четырнадцать клириков, среди которых были и уважаемые каноники, и преподаватели, и даже духовник королевы. Заступничество папы осталось без внимания. Теперь Роберт проявлял готовность любым способом загладить свою вину. На самом деле, демонстрируя раскаяние, король надеялся получить разрешение отослать Констанцию и вернуть Берту. Но папа не намерен был потакать беззаконию и разврату и разрешения не дал.

Летописец, описывающий этот эпизод, заключил его такими словами: «С тех пор король полюбил Констанцию».

Понтификат Иоанна был омрачен эпидемией бубонной чумы. Эта страшная болезнь периодически вспыхивала в Вечном городе. Чуму переносили крысы и другие грызуны. Как писал один немецкий священник, в Риме «жара невыносимая, вода гнилая, пища грубая и сырая; воздух там можно ощупать руками, и он кишит москитами; всюду множество скорпионов; народ грязен и отвратителен, полон злобы и бешенства. Под всем Римом выкопаны пещеры, и из катакомб, наполненных змеями, подымается ядовитый и смертоносный туман».

По повелению папы были приняты обычные для того времени меры: карантин, сжигание зараженных лачуг, захоронение умерших в общих могилах и засыпание могильников известью и т. п.

В это время сарацины не составляли, как прежде, единого мощного государства. Но отдельные разрозненные банды регулярно совершали набеги на Рим. Забота защищать своих овец от злобных волков тоже ложилась на плечи пастыря.

Несмотря на множество местных проблем и обязанностей, Иоанн XVIII стремился к расширению влияния католической Церкви и поощрял миссионерство среди славян.

Его смерть, по-видимому, наступила от естественных причин.

 

Следущий за ним папа Сергий IV (31. 7. 1009 12. 5. 1012),  в миру Пьетро Мартино, родился в Риме, сделал карьеру благодаря поддержке клана Кресченциев и принял имя в честь Сергия III. Он тоже не оставил глубокого следа в истории и известен главным образом из-за необычного прозвища «bucca porca» — «свиное рыло».

Его трехлетний понтификат был продолжением правления предшественника. Запомнился Сергий IV благодаря своей глубокой озабоченности захватом Святой земли мусульманами.

Историки прославляли его простоту и набожность. Но, несмотря на восхваления его пастырских достоинств, может быть, традиционные, не исключена вероятность, что он был убит противниками дома Кресченциев.

После смерти Сергия IV в Риме разгорелась борьба между двумя могущественными кланами — Тускулумским домом и семьей Кресченциев. Григорий Тускуланский приходился внуком знаменитому Альберику, род которого был вновь возвышен Отгоном; в руки этого Григория и перешло правление городом. Как глава рода, он добился избрания папой собственного сына.

 

Бенедикт VIII (18. 5. 1012–7. 4. 1024),  или Теофилакт, как звали до избрания папу, был вторым сыном Григория, графа Тускулумского, и его супруги Марии. Эта партия победила ставленника Кресченциев, мало кому известного Григория VI (1012).  И хотя тот тоже был избран, но бежал в Сабину, пригород Рима, и вошел в историю как антипапа.

Григорий VI отправился в Германию, надеясь получить поддержку императора, которая должна была оказаться в этом споре решающей, но Генрих II высказался за графов Тускулумских, и дальнейшая судьба этого антипапы в истории не прослеживается.

Примерно в то же время брат папы Альберик принял титул консула и герцога Рима.

Бенедикту VIII, как ранее Иоанну VIII и Иоанну X, было присуще политическое понимание, благодаря которому папство, замкнутое предшественниками Бенедикта в пределах узкой деятельности, было снова поднято на степень политической силы Италии.

Человек прямой и порядочный, новый папа не был религиозным деятелем в прямом смысле слова. Выходец из знатной тускулумской семьи, он, возможно, и вовсе не принадлежал к духовенству до момента своего избрания на папский престол. В течение двенадцати лет своего пребывания папой он проявил себя, прежде всего, политиком и человеком дела, чьи усилия были направлены на укрепление связей папства с Западной империей и освобождением Италии от всех других притязаний. Бенедикт восстановил папскую власть в Кампании и Тоскане, заключил союз с Пизой и Генуей; он стремился сделать Рим политическим центром Италии. Цели были определены, и средства для их достижения использовались самые разные. В целом способ его правления не отличался гуманностью. Более того, враги обвиняли его в звериной жестокости.

В Риме после отъезда императора в 1014 г. коалиция патрициев вновь захватила власть. Сначала Бенедикт настоятельно просил Кресченциев исполнять волю императора в части передачи его пожалований верным клирикам. Когда они не вняли увещеваниям, он назначил трибунал, желая решить дело полюбовно или осудить их формально. Однако Кресченций презрительно удалились в свои владения.

В ответ Бенедикт начал осаду крепости Букиниа, куда укрылся Кресченций, и захватил ослушника. Взяв обещание явиться на заседание трибунала, он освободил его. Но, несмотря на трехкратное приглашение, Кресченций не соизволил предстать перед судом.

Тогда папа продемонстрировал твердость. Он вновь осадил крепость, где укрывался Кресченций с братом Джованни, и взял обоих в плен. На состоявшемся процессе братьев лишили собственности и отправили в ссылку.

В начале 1016 г. папа Бенедикт VIII и прогермански настроенная партия тускулумцев утвердили свою власть в Риме.

Но радость победы оказалась недолгой. На Центральную Италию неожиданно обрушились грозные враги — арабы из Испании и с острова Сицилия. Они напали на Сардинию, и лишь благодаря стойкости воинов из Пизы и Генуи, поддержанных римскими отрядами, были разбиты. При этом понтифик лично принимал участие в сражении. В знак одержанной победы Бенедикт послал Генриху II драгоценное ожерелье жены вождя сарацин.

Предводитель мусульман отправил папе суму, полную каштанов, давая понять, что на следующий год приведёт с собой против Рима такое же количество солдат. Ответ папы не заставил себя ждать. Сарацинский князь получил в подарок мешок проса — столько воинов-христиан собрался выставить папа в случае очередной агрессии на христианские земли. И первый, и второй урок пошли на пользу миру: сарацины воздержались от нового нападения.

Между тем Кресченции подготовили переворот. Как они сумели, находясь в изгнании, собрать мощное войско, с которым вступили в Рим, остается загадкой. Им удалось навязать папе свои правила игры, и в Вечном городе снова воцарилась власть патриотической партии.

Еще одна угроза нависала над римским понтификатом — занимавшая области Южной Италии Византия не желала уступать свой статус единоличного главного представителя Христианской Церкви.

Некий знатный уроженец города Бари по имени Мелос в 1018 г. поднял в Апулии восстание против византийского господства, распространившееся по всему югу полуострова, но затем подавленное греками. Мелос бежал в Рим, где папа Бенедикт, который благодаря своей энергичной политике являлся ключевой фигурой в событиях на Апеннинском полуострове, протянул ему руку помощи. Он не только поддержал антивизантийское восстание в Апулии, но и распространил свое влияние на лангобардские княжества Салерно, Капую и Беневент, служившие своего рода буфером между Западом и Востоком. Однако поражение собранного им войска во главе с Мелосом привело к еще большему усилению позиций Византии на полуострове. Лангобардские князья были вынуждены признать верховенство греков. Возникла реальная угроза того, что Рим попадет под власть византийского императора.

Бенедикт VIII оказался в весьма затруднительном положении. В 1016 г. он лично повел армию против сарацин и всеми силами поддерживал южноитальянских правителей Мелоса и Даттуса в их борьбе против византийцев, дважды договариваясь с настоятелем монастыря Монте-Кассино о предоставлении убежища Даттусу в башне Гарильяно.

Тем более неожиданной оказалась весть о том, что Монте-Кассино, эта неприступная твердыня Католической церкви, бескровно перешел в руки греков. Папа с горечью обнаружил тщету всех своих усилий и неожиданное укрепление позиций Византии. Дезертирство Монте-Кассино было особенно серьезным ударом — хотя, возможно, наиболее объяснимым, если знать, что аббат монастыря Атенульф был братом Пандульфа Капуанского, который незадолго до этого приобрел при загадочных обстоятельствах большое имение около Трани в византийской Апулии.

Опасность греческого нападения была как никогда реальна. Балканские войны, которые так долго отвлекали грозную силу императора Василия II и принесли ему титул Болгаробойцы, теперь закончились. Папская область представляла собой лакомую добычу. Предвидя крупные неприятности для папы, непримиримые враги графов Тускулумских, Кресченции, изготовились.

Тогда-то Бенедикт VIII, подобно своим предшественникам, и обратился за помощью к правителю Германии. Уже 150 лет папы не посещали земли к северу от Альп. Но после того как известие об измене Монте-Кассино дошло до него, Бенедикт больше не колебался. В начале 1020 г. он отправился в Бамберг, чтобы обсудить новость со старым другом и союзником Генрихом II.

Считается, что между императором и папой установились гармоничные отношения сотрудничества, что пошло на пользу миру в Европе. Причем многое могло бы сложиться иначе, если бы Бенедикт был императором, а Генрих — папой.

Генрих Святой полностью оправдал свое прозвище, хотя едва ли заслуживал канонизации: поводом для нее стало главным образом унылое целомудрие, которое он соблюдал в отношениях со своей женой. Впрочем, не исключено, что эта добродетель являлась вынужденной, — будущий святой имел слабое здоровье и жестоко страдал от почечных колик. Его набожность была щедро приправлена суевериями, но он глубоко веровал и имел две главные страсти в жизни — строительство церквей и религиозные реформы.

Невзирая на постоянное вмешательство Генриха в церковные дела, он и Бенедикт были друзьями с 1012 г., когда Генрих, тогда еще только король Германии, поддержал Бенедикта на папских выборах против его соперника из семьи Кресченциев. Их дружба укрепилась после того, как Бенедикт, в свою очередь, поддержал Генриха и в 1014 г. короновал его императорской короной вместе с его королевой Кунигундой Люксембургской.

Перед коронацией, на паперти собора Св. Петра император Генрих II дал обет верности папству, ответив на вопрос, специально составленный Бенедиктом VIII для этой торжественной церемонии: «Готов ли ты хранить мне и всем папам, будущим моим преемникам, верность во всём? »  Когда император ответил утвердительно, папа вручил ему сделанное из золота яблоко, украшенное двумя пересекающимися кругами драгоценных камней и увенчанное золотым крестом. Это яблоко, ставшее императорской державой, символизировало мир, который папа передавал императору; господствующий над миром крест — Католическую церковь, а драгоценные камни — украшающие этот мир христианские добродетели. Генрих II был польщен, однако не оставил у себя драгоценный подарок, а передал его аббату Одилону Клюнийскому на хранение в его монастырь.

Император остался верен клятве, данной им в Риме: он всегда поддерживал папу. Позже в основу этой дружбы легли политические взгляды папы и религиозные императора. Тогда еще почти ничего не предвещало ту долгую и изнурительную борьбу, которая вскоре началась между империей и папством.

Однако некоторые признаки уже появились.

Всего через восемь дней после коронации произошли ожесточенные стычки немцев с местными жителями. Начавшись на одном из мостов через Тибр, сражение продолжалось до самой ночи, унеся множество жизней. Император не решился дольше оставаться в этом опасном для себя городе. Его биограф утверждает, что Генрих «с папским благословением покинул Рим, получив все, чего добивался».  Но эти слова могут быть справедливы лишь при условии, что единственной целью немецкого короля, отправившегося в итальянский поход, была императорская корона, а об утверждении своего господства в Италии он даже не помышлял.

Между тем его помощь была остро необходима папе.

Бенедикт настаивал, чтобы Генрих сам повел крупные военные силы в Италию. Там его войска должны были соединиться с папскими; сообща они могли противостоять византийцам. Генрих в принципе был согласен со своим другом, но целый год колебался. В это время греки вступили на территорию Италии и, несмотря на яростное сопротивление Даттуса и верных ему лангобардов, принудили их сдаться. Даттуса отвезли в Бари, провезли по улицам на осле, затем зашили в мешок вместе с петухом, обезьяной и змеей и бросили в море.

Эти вести быстро достигли Рима и Бамберга. Бенедикт считал Даттуса своим личным другом, и тон писем, которыми он забрасывал Генриха после своего возвращения в Рим, стал более резким. Генрих более не колебался. На сейме в Ниймагене в июле 1021 г. было решено, что император поведет свою армию в Италию. Настоятель Монте-Кассино, зная, как велик гнев папы, сел на корабль, чтобы бежать в Константинополь, но возмездие его не миновало — судно, на котором он спасался, пошло ко дну.

Генрих шел быстро. Вместе с армией архиепископа Аквилейского Поппо фон Бриксена он направился к Беневенто, возле которого их ждал папа, и 3 марта 1022 г. союзники торжественно вступили в город. Суровая решимость папы и набожная стойкость императора вели их еще дальше — они осадили Трою, практически неприступную крепость на границе византийских владений. Троя не сдавалась. Немецкую армию одолевала малярия, и Генрих решил снять осаду. Сильно страдая от почечных камней, император свернул лагерь и медленно двинулся в горы во главе своего огромного, но павшего духом войска. Это был не первый и не последний случай, когда итальянское лето победило могущественную европейскую армию.

Король и папа направились на север. Бенедикт ввел в должность нового аббата Монте-Кассино, а Генрих просил св. Бенедикта об исцелении. Затем союзники отправились через Рим в Павию, чтобы присутствовать на Соборе, который понтифик созвал по поводу церковной реформы.

Обсуждался вопрос, в равной мере актуальный как для империи, так и для папства: какие меры необходимо принять для недопущения утраты Церковью ее владений? Усмотрев главную причину обеднения Церкви в несоблюдении духовенством безбрачия, вновь приняли запрещение священникам жениться и содержать любовниц. Участники синода утвердили ужесточение наказаний за нарушение целибата, что и было оформлено в виде императорского эдикта. Нарушителям грозил церковный и светский суд. Очередной раз была сурово осуждена симония, которая продолжала процветать не только на тучной итальянской почве, но и на имперских землях.

Папа не переставал стремиться к исправлению нравов клира в духе Клюнийской реформы.

В римскую литургию была включена молитва «Credo» («Верую») в соответствии с текстом, употреблявшимся во Франкской и Германской церквах, т. е. с добавлением слова «филиокве», подчеркивавшего веру в то, что Святой Дух исходит как от Бога-Отца, так и от Бога-Сына. В Восточной церкви это добавление было признано еретическим и не согласующимся с первоначальной традицией христианской веры.

Для Генриха посещение такого собрания представляло неодолимый соблазн, и только в августе он уехал в Германию.

Поддержка императора значила для папы очень многое. Но не менее значимую помощь оказывало своему выдвиженцу сильное и уважаемое в Риме семейство графов Тускулумских. Его главой в то время была замечательная женщина, Эмилия Гаэта, римская сенатрисса, жена графа Джованни III, регент сначала при сыне Джованни IV, а затем при внуке Джованни V. Она всегда готова была оказать содействие папе и лангобардам против Византии. Опираясь на авторитет Тускулумского дома, Бенедикт продолжил внутриполитические преобразования.

Во время его неспокойного понтификата в Риме произошло землетрясение. Суеверные римляне увидели в природном катаклизме Божью кару. Но папа находчиво направил народное возмущение на евреев. Действительно, после их избиения землетрясение прекратилось.

В конце понтификата Бенедикта VIII разгорелся конфликт между папой и архиепископом Арибо Майнцким, отказавшимся подчиниться папскому решению. Генрих II твердо стоял на стороне Рима. Он не побоялся оппозиции немецкого епископата, который в лишении архиепископа Майнцкого его сана усмотрел вмешательство Рима в свои внутренние дела. Надменному архиепископу за его высокомерие и неповиновение не вернули паллий, даже когда он прибыл в 1031 г. в Рим с покаянием, но уже перед преемником Бенедикта VIII — Иоанном XIX.

Императора Генриха II Церковь впоследствии причислила к лику святых.

Тем временем здоровье папы стремительно ухудшалось. Реформаторы не желали ждать естественного развития событий. Среди духовенства образовалась сильная партия, выдвинувшая антипапой Иоанна Грациана Пьерлеони.

Имелись претенденты на римскую кафедру и в семье графов Тускулумских. Бенедикт назначил кардиналами брата и племянника Теофилакта. Последний был возведён в достоинство кардиналадиакона.

Бенедикт умер в Риме несколькими неделями раньше своего друга-императора и был похоронен в крипте собора Св. Петра.

 

Ему наследовал с неподобающей поспешностью его брат Романо, который обосновался в Латеранском дворце под именем Иоанна XIX (4. 1024–6. 11. 1032).  Еще один представитель Тускулумского дома, он сначала был человеком светским. Но перед восшествием на престол быстро получил все требуемые церковным правом степени. По словам Глабера, он «купил место Бенедикта ценою золота и заставил посвятить себя в священники, затем в епископы и в папы».  Летописец горько сетует: «Золотой кинжал просверливает железную стену. Жадность, царица мира, поставила свое ложе в Риме».

Дело дошло до того, что папу стали подозревать в намерении продать Константинополю свой титул примаса Вселенской церкви. Однако многим историкам это кажется сомнительным. Установленным же фактом является то, что Иоанн XIX не отказывался от даров и пожертвований взамен на привилегии и милости, что попахивало симонией.

Понтификат Иоанна пришелся на сложный период. Римская знать, как всегда, стремилась к самовластию, а в Германии после кончины бездетного Генриха II происходила смена династии.

Кратковременное пребывание империи под номинальным управлением вдовы покойного императора, Кунигунды Люксембургской, закончилось избранием на немецкий престол сорокалетнего Конрада II (1024–1039), представителя Салического, или Франконского дома, отдаленного потомка Отгона I по женской линии. Отец его был по королевским понятиям лицом незначительным и рано умер. Дядя, папа Григорий V, хотел позаботиться о юном родственнике, но ранняя смерть понтифика ввергла семью в окончательное ничтожество. Конрад вырос в бедности, не получил никакого образования и не знал грамоты. Лишения детских лет закалили его и сформировали в принце осторожность, осмотрительность и умение приспосабливаться к обстоятельствам. От природы он был одарен светлым умом и сильной волей; не обладая научными познаниями, которые в то время начали распространяться среди светской знати, Конрад был достаточно опытен в практической жизни. Он был хорошо знаком с законами и на все смотрел в высшей степени здраво, без идеализма. Изумительно быстро он освоился со своей задачей. Он не лез в карман за словом и умел отвечать очень метко. Например, когда к нему в 1025 г. явились послы от граждан Павии с извинениями по поводу разорения королевского дворца после смерти Генриха II, Конрад сказал им: «Вы не поняли, что король умер, да королевская-то власть осталась  — как бы там ни было, вы кругом виноваты».  Всюду, куда он являлся лично, ему тотчас же приносили присягу в верности. Качества характера и зрелые года склонили избирателей в его пользу. Отчасти своим успехом Конрад был обязан богатству и влиянию умной и энергичной супруги Гизелы, вдовы герцога Эрнста I Швабского и племянницы короля Рудольфа Бургундского. Она происходила из дома Каролингов, что все еще ценилось очень высоко, выступала ярким участником всех деяний Конрада II, властно вмешивалась в дела Церкви, в назначение епископов и работу Соборов.

Разумеется, этот выбор понравился не всем. Много сторонников было у Вильгельма V Аквитанского; нижнелотарингские князья, а с ними и архиепископ Пильгрим Кёльнский демонстративно уехали еще до окончания выборов. Впрочем, Пильгрим поспешил примириться с Конрадом и короновал его супругу Гизелу, которую отказался короновать Арибо Майнцский, не признававший этот брак из-за близкого родства супругов.

Уладив разногласия внутри Германии, Конрад II обратил свои взгляды за Альпы. Он понял, что новый папа, заинтересованный в помощи немцев во время военных операций на юге Италии, готов проводить угодную ему политику.

Поход совершился быстро и удачно. В конце марта 1026 г. Конрад был коронован архиепископом Арибертом в Милане как король Италии. Равенна и Павия попытались оказать ему сопротивление, но были сломлены.

Папа Иоанн, не в силах справиться с неуправляемой аристократией, призывал германского короля в Рим. В марте 1027 г. тот уже стоял под стенами Вечного города. В присутствии блестящего собрания светских и духовных вельмож, среди которых выделялся могущественный аббат клюнийской обители Одилон, папа короновал Конрада вместе с его супругой. Но Конраду пришлось пережить тревожные дни: не обошлось без восстания римской черни вследствие ссоры римлян с немцами.

На Пасху Иоанн XIX провозгласил отлучение миланского архиепископа Ариберта, ставшего по политическим мотивам врагом Конрада. Развращенный и исключительно своекорыстный, папа не имел ни сил, ни желания возражать германскому императору.

 

И все же восьмилетнее правление прежнего папы вспоминалось с ностальгической грустью после вступления на апостольский престол сына консула и графа Альберика III, племянника Бенедикта VIII и Иоанна XIX — графа Тускулумского Теофилакта III. Он унаследовал кафедру после своих дядей в результате массового подкупа и принял имя Бенедикт IX (1032–1044), (10. 3. 1045–1. 5. 1045), (8. 11. 1047–17. 7. 1048).

Как личность Бенедикт не вызывает симпатий у самих католиков, но как папу они считают его законным и не могут подвергнуть сомнению его акты с канонической стороны, иначе рушился бы догмат о примате папы.

Первый раз его понтификат длился восемь лет. Некоторые источники утверждают, что к моменту избрания ему не было и двенадцати лет, другие это опровергают. Но все единодушны в одном: это был молодой человек, богато одаренный порочными наклонностями, которые с годами усилились. Не говоря уже о том, что при папском дворе все было продажно, не было ни одного порока, ни одного преступления, не исключая убийства, которыми бы не замарал себя папа.

Св. Бруно писал о той эпохе: «Целый свет тонет во зле, исчезла святость, погибла справедливость, похоронена правда, всюду правит ложь, и всем владеет жадность. Симон-волхв захватил Церковь, епископы и священники отдались наслаждениям и прелюбодеяниям. Священники не стыдятся жениться публично, связываются нелегальными браками, провозглашая своих жён законными, хотя по закону они не имеют права даже жить с ними в одном доме. Вся соль испортилась и нечем посолить мы стали подобны Содому и Гоморре».

Нравственное падение папства неминуемо должно было вызвать реакцию.

В 1038 г. императору Конраду II наследовал его сын — Генрих III Черный (1039–1056), в мировоззрении которого присутствовали возвышенные идеалы, чего абсолютно не было у практичного Конрада.

Переход власти совершился спокойно: 22-летний принц давно уже был посвящен в дела правления и пользовался общим доверием. Он был хорошо воспитан и получил наилучшее по тому времени образование. Его отец чтил ученость, поскольку сам был далек от нее. Сын, как друг клюнийцев, воспитанный духовенством, искренне хотел реформировать престол св. Петра. Говорили даже, что только ради исполнения этой цели он отказался от намерения удалиться в монастырь и сделался государем. Но на троне его мысли приняли несколько иное направление, он очень внимательно следил за равновесием сил в империи и не позволял особенно возвышаться стремящимся к власти феодальным родам. Чтобы сокрушить могущество Лотарингского дома, в то время единственного, который мог соперничать с правящей династией, Генрих разделил Лотарингию на Верхнюю и Нижнюю, отдав в 1065 г. первую Готфриду Бородатому.

Другим направлением действий Генриха III стало проведение церковной реформы в интересах светской власти. По его убеждению, папу должен был назначать император как представитель всех христианских избирателей. Это значило поставить римского епископа в полную зависимость от немецких правителей. С таким решением церковного вопроса не желали и не могли согласиться вожди чисто религиозного направления церковной реформы, во главе которых встал монах Гильдебранд.

Биограф Генриха III приписывает ему все добродетели христианского государя, однако в начале своего правления он также прибегал к услугам порочного Бенедикта IX. Это касалось главным образом вопроса, связанного с его женитьбой на Агнессе, дочери герцога Аквитании и Пуату Вильгельма V. Этот союз должен был послужить сохранению мира на западе и обеспечению власти Генриха над Бургундией и Италией. Король французский дал согласие на брак, но крайне неохотно. Протесты аббата Зигфрида Горцского по поводу близкого родства жениха и невесты — оба являлись потомками Генриха I — не были приняты во внимание. Бенедикт IX, подчинившийся королю Генриху III точно так же, как его предшественник подчинялся его отцу, через двух своих легатов санкционировал этот не соответствующий церковным канонам брак. Так же покорно папа благословил военную кампанию Генриха против Венгрии в 1044 г.

Поддерживая императора в незначительных вопросах, Бенедикт IX, тем не менее, проводил довольно самостоятельную церковную политику. Так, например, на синоде, собранном в апреле 1044 г., он отменил решение своего дяди папы Иоанна XIX относительно Аквилейского патриархата, принятое под давлением императора Конрада II. Несмотря на свои сомнительные моральные устои, Бенедикт IX стремился укрепить дисциплину и благочестие Церкви. Он брал под защиту некоторые монастыри, которые порой испытывали притеснения от местного епископата. Иногда он прислушивался к советам Петра Дамиани: например, отлучил от церкви нескольких епископов, обвинённых в симонии.

Племянник Бенедикта VIII, папа по его примеру принимал участие в жизни Церкви не только в Италии. По его инициативе в 1037 г. состоялась встреча епископов Вьенна, Безансона и Лозанны, на которой обсуждались достижения Божественного перемирия[32]. В октябре 1040 г. Бенедикт IX лично отправился в Марсель для ведения переговоров о распространении Божественного мира. Он занимался церковными вопросами и в Германии. Ему пришлось также решать спор между поляками и чехами, похитившими из Гнезно мощи св. Войцеха (Адальберта).

За время первого понтификата Бенедикт IX совершил две канонизации. К лику святых им были причислены аббат Адалард, умерший в 826 г., и современник, монах Симеон, живший отшельником в «Porta Nigra» в Трире. Известны имена тридцати восьми кардиналов, назначенных Бенедиктом IX. Среди них — Джованни, кардинал-епископ Сабины, ставший впоследствии антипапой Сильвестром III.

При этом понтифик отличался утонченным распутством, его жизнь являлась сплошным позором для папского престола. Про его успехи у женщин рассказывали такие чудеса, что в конце концов стали подозревать в колдовстве. По словам современника, Бенедикт[33]«был благословенным только по имени, а на деле занимался грабежами, не останавливался и перед убийствами».

В начале сентября 1044 г. в Риме вспыхнул мятеж, вызванный недовольством римлян правлением Тускулумского рода. Это возмущение, направленное, в первую очередь, против папы Бенедикта IX, было спровоцировано родом Стефани, боковой ветвью знаменитого семейства Кресченциев. Горожане, которые уже однажды пытались убить папу в алтаре, в 1044 г. с собаками выгнали его из города и заставили отречься.

 

Но 10 января 1045 г. Бенедикт вернулся с большим войском и нанёс поражение восставшим. Римляне, вдохновляемые родом Стефани, не захотели подчиниться порочному папе и 21 января 1045 г. избрали новым понтификом кардинала-епископа Сабины Джованни, который тут же был интронизирован под именем Сильвестра III (20. 1. 1045 10. 3. 1046).  Бенедикт же укрылся у немцев, а затем меньше чем через два месяца с помощью императорских войск сумел изгнать Сильвестра и снова утвердиться на Св. Престоле. Он немедленно отлучил ставленника конкурирующего рода, и тот вынужден был в марте 1045 г. бежать из Рима и обосноваться в Сабине, где продолжал считать себя законным папой.

Вечный город остался за Бенедиктом, но ненадолго; его дебоши были чересчур шокирующими даже для Рима IX столетия. Кроме того, он влюбился в свою двоюродную сестру и подумывал о женитьбе. Формальные препятствия к браку устранились без труда: папа дал самому себе в силу своей власти нужное разрешение, так называемую диспенсацию, которые в то время за приличное вознаграждение выдавались очень легко. Но отец невесты поставил условием отречение папы от сана. В результате Бенедикт опять отрекся, на этот раз в пользу своего крестного отца Джованни Грациана. Считается, что он согласился с уговорами аббата очень влиятельного монастыря Гроттаферраты и решил продать свой папский титул, что и сделал 1 мая 1045 г. Грациан выплатил огромную сумму, которая, однако, не досталась бьшшему папе, но пошла в качестве компенсации за потерю Св. Престола семье графов Тускулумских. Правда, к тому времени Бенедикт не обладал уже практически никакой властью, будучи лишь орудием в руках этого отчаянно борющегося за власть некогда могущественного рода.

 

Джованни Грациан ранее служил архипресвитером храма Св. Иоанна у Латинских врат. Получив титул, он принял имя Григорий VI  (5. 5. 1045–20. 12. 1046), но остался в истории как антипапа. Грациан прославился не своей прекрасной репутацией и безупречной честностью, а благодаря такому экстравагантному поступку, как покупка папского звания с формальной квитанцией. И смешно сказать! — совершил он это для борьбы с симонией. Приобретя за огромную сумму сан у своего крестника Бенедикта IX, он искренне полагал, что избавит Церковь от многих бед, если использует эту мирную возможность. Несмотря на сомнительность сделки, Грациан обладал высоким нравственным авторитетом и был известен как духовный наставник Гильдебранда, будущего великого папы Григория VII.

Петр Дамиани горячо приветствовал вступление на папский престол Григория VI и написал ему: «Пусть Вашим попечением расцветёт порядок в Церкви! Подавите сребролюбцев, жаждущих епископских кафедр! Переверните столы менял и продающих голубей! »

Человек глубокой веры, аскет, убежденный в священном праве вмешательства богоданной светской власти в церковные дела при возникновении такой необходимости, Григорий со всем рвением взялся за восстановление авторитета папства и Церкви. Он тратил свои личные средства на поддержание величественности собора Св. Петра, вернул церкви зах

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...