Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Жанры политической рекламмы в прессе




 

При выборе каналов распространения рекламных обращений теоретики и практики политического менеджмента отдают предпочтение аудиовизуальным коммуникациям и печатным формам рекламы1 (данные исследований показывают, что наибольшее влияние на избирателей оказывает телевидение и непосредственные встречи с кандидатами). Это не умаляет значительной роли, которую играет в реализации рекламной стратегии периодическая печать.

Пресса обладает рядом преимуществ перед иными СМИ. Во-первых, информация фиксируется на бумажном листе и воспринимается читателем «без посредников». Во-вторых, рекламная информация в прессе не кажется столь назойливой, как, например, телевизионная: читатель обладает некой «свободой» выбора – чтение текста и восприятие изобразительного печатного материала проходит в соответствии с желанием человека, избирательно, в том порядке, темпе и ритме, которые он сам устанавливает. В-третьих, рекламная публикация может вновь привлечь внимание читателя при его повторном ознакомлении с газетой. Рекламная эффективность газетной публикации (конечно, если она будет вообще замечена) выше, поскольку статичность газетного листа позволяет подробнее ознакомиться с предлагаемыми фактами, прочнее закрепиться этой информации в сознании реципиента (при условии достаточной притягательности сообщения) и возвратиться к ней в случае необходимости. Дискретность же выпуска периодических изданий, некоторое отставание печати в том, что касается оперативности информации, – все это не столь существенно для рекламных материалов. Имидж лидера, преподносимый со страниц периодической печати, легче контролировать, удерживать в заданных рамках, чем, например, телевизионный имидж: печатный материал скрывает за аккуратными рядами строк колебания души, неудачную реакцию на неожиданный вопрос, неровную речь, словом, все то, что так беспощадно могут обнажить телевидение, радио и выступления на митингах. Прежде чем приступить к рассмотрению обращений политической рекламы, встречающихся на страницах газет и журналов, необходимо договориться о типологии печатных изданий в ракурсе возможности их привлечения в качестве каналов коммуникации в рамках политической кампании. На наш взгляд, целесообразно говорить о четырех типах изданий: политически нейтральных; изданиях, так или иначе поддерживающих идеологию того или иного политического лагеря; печатных органах определенных партий, объединений и изданиях, в той или иной форме курируемых лидерами (вхождение в состав редколлегий, в состав учредителей; таково, например, кураторство Г. Явлинского над «Новой газетой»); и, наконец, о специализированных выпусках периодических изданий и специализированных изданиях, выпускаемых лишь в период выборов (пример, – газета «Не дай бог!», выходившая во время кампании по выборам президента 1996 г.).

В политической рекламе, размещаемой в периодической печати, целесообразно, на наш взгляд, различать следующие типы текстов:

– традиционные виды печатной рекламной продукции, предназначенные для почтовой рассылки, раздачи, уличной коммуникации, размещенные на страницах газет и журналов (объявления, политические листовки, плакаты, адаптированные к размерам газетной полосы, рекламные политические портреты);

– программные документы и выступления политиков (речи, обращения, дискуссионные материалы);

– произведения традиционных газетно-журнальных жанров, адаптированные к рекламным целям (рекламные публикации в форме интервью, политических портретов, очерков).

Тенденция к размещению в прессе рекламных материалов, подготовленных полиграфическим способом (плакатов, листовок, портретов), активно проявилась в избирательных кампаниях по выборам в Госдуму 1995 г. и выборам президента 1996 г., а также при многочисленных выборах в местные органы власти. На наш взгляд, это объясняется желанием разработчиков политических кампаний максимально использовать возможности всех каналов коммуникации, в частности, периодических изданий. Однако эффективность подобного подхода представляется нам сомнительной: во-первых, при этом нерационально используется газетное пространство и теряются преимущества воздействия на избирателей с помощью газетного текста (снижается степень доверия к материалу, увеличивается риск вызвать у читателя негативную реакцию); во-вторых, подготовленные «не для печати» материалы, – как правило, цветные, рассчитанные на иные условия трансляции, – существенно проигрывают в газетном исполнении. Даже при условии высококачественной полиграфии эффективность того же плаката, рассчитанного на определенный формат, при размещении его в журнале будет значительно ниже, чем плаката щитового. Однако следует заметить, что подобная практика может оказаться действенной, если такого рода обращения включены в политический рекламный блок на полосе, выполняют функцию очередного напоминания о кандидате, поддерживают своих «близнецов», распространяемых с помощью других каналов коммуникации. Важно, чтобы они не нарушали общей гармонии, не портили впечатления от иных материалов кампании.

Подробный анализ типов печатной рекламы мы проведем в следующем разделе, пока же наша задача – оценить возможности прессы как канала распространения подобного рода материалов.

Политическое объявление.Нами отмечен тот факт, что на газетных страницах нередко размещаются малоформатные рекламные материалы, которые можно отнести к разряду политических объявлений. Как правило, эти рекламные обращения включают в себя портрет политика, слоган или призыв кампании, которые иногда заменяются ключевой фразой из выступлений лидера или небольшим фрагментом одного из положений программы.

Основное назначение объявления – с помощью прессы и прямого распространения напомнить о кандидате с целью идентификации его имени, подготовки к восприятию более детальной информации о нем. Надо учитывать, что в большинстве случаев газетные политические объявления не отвечают требованиям, предъявляемым к рекламным материалам. Достаточно сказать, что качество их исполнения, как правило, низкое. Подразумевается, что их эффективность должна быть весьма высока, поскольку с ними знакомится весьма широкая аудитория, однако маленькое фото, в большинстве случаев черно-белое, благодаря ретуши делающее лицо практически не соответствующим оригиналу, мало что может сказать о кандидате.

Плакатыв периодической печати, на наш взгляд, целесообразно размещать только при условии их многоцветного исполнения. В качестве примера удачного использования такой рекламы можно привести серию атакующих плакатов в специализированной предвыборной газете «Не дай бог!», издававшейся в период президентской кампании 1996 г. сторонниками Б. Ельцина. Напомним – героем этой серии был Г. Зюганов, изображавшийся в различных ипостасях. Зюганов – хирург, вооруженный «хирургическими инструментами» в виде серпа и молота и вопрошающий: «На что жалуетесь?»2. Зюганов – сотрудник Госавтоинспекции с пистолетом в руке на фоне светофора, все три «глаза» которого красные, орущий водителю: «Куда прешь на красный!»3. Зюганов – заводной «щелкунчик» с ключиком в голове, у микрофона, на фоне нотного стана с записью фрагмента из «Интернационала» – «Мы наш, мы новый мир построим». Текст, сопровождающий плакат – тот же, только набран одним длинным словом: «МЫНАШМЫНОВЫЙМИРПОСТРОИМ»4. Зюганов – старьевщик, заглядывающий в щелочку двери, прикрытой цепочкой, протягивающий все тот же проржавевший символ – серп и молот, – и спрашивающий: «Старье берем?»5. И, наконец, самый острый, находящийся практически на грани приличия, плакат: Зюганов, занесший серп над коробкой из-под яиц, в которой два сиротливых яичка, зловеще улыбается: «Всем достанется!»6.

Вопрос о том, насколько эта серия соответствовала этике ведения предвыборной борьбы (если таковая вообще кем-то соблюдается), остается открытым: характер обращений открыто издевательский, нагнетающий ужас перед возвратом старого, подчас шокирующий, как в случае с яйцами, показывающий лидера КПРФ этаким монстром. Однако в профессионализме авторам плакатов не откажешь. Помимо прочего, они активно использовали фольклор (недвусмысленный серп над яйцами), постперестроечный юмор («Борис, я не прав!») и просторечную лексику («Куда прешь...»). Публикация этих плакатов в рамках общего направления газеты оказалась более чем оправданна, они были организованы как постеры, то есть сохранялись традиционные плакатные размеры (разворот стандартной полосы формата A3), газета полноцветная, с достаточно высоким качеством печати.

Другой пример удачного использования плакатных форм на страницах периодических изданий являет собой серия в рамках акции «Голосуй или проиграешь!» (президентские выборы 96). Сама акция, как известно, была рассчитана на молодежную аудиторию. На плакатах в полноцветных молодежных изданиях дублировались основные мотивы телевизионных роликов, решенных в плакатной форме (веселые дельфины, резвящиеся в солнечный день в океане, вдруг превращаются в практически единственный деликатес советских времен – банку с заржавленными шпротами; ослепительное солнце трансформируется в кружок достаточно неприглядной несвежей колбасы с лучиками макаронинами). В плакатах смена изображений была решена делением поля надвое: слева – позитивное «сегодня», справа – негативное «завтра» в случае прихода к власти коммунистов. Таким образом мини-плакатная кампания в молодежных журналах поддерживала телевизионную визуализацию и способствовала достаточно прочному закреплению рекламных сюжетов в сознании молодых избирателей. На наш взгляд, единственный недостаток этой кампании (мы уже упоминали о нем выше) – потери, связанные с форматом. Детали, адекватно воспринимавшиеся с экранов телевизоров, стали практически неразличимыми на журнальной полосе – те же колбасные лучи-макароны «идентифицировать» стало крайне сложно и под силу только тем, кто успел понять, что это такое, при просмотре роликов.

Что же касается плакатов, размещаемых в газетах с черно-белой полиграфией, то, как мы уже сказали, они не всегда способствуют адекватному выполнению стратегических задач. Например, в кампании по выборам в Госдуму 1995 г. этот способ рекламирования активно использовал Конгресс русских общин. Целые полосы в центральных и довольно популярных изданиях7 выкупались под достаточно неприглядный материал – на сером, в силу невысокого качества печати, по существу, грязном фоне лозунг: «Довольно гадать, голосуй за 31 – Конгресс русских общин». Не говоря уже о не очень грамотном языке плаката (читателя призывают голосовать «за тридцать один», а не за тридцать первый), нарекания вызывает также его изобразительное решение. Исходя из требований к плакату, текст следовало выделить цветом, однако в черно-серо-белом варианте сделать это, понятно, не представлялось возможным.

Еще один недостаток размещения плакатов, подготовленных для цветного исполнения, в не цветной газете можно показать на примере другого плаката КРО8. Лидеры движения – Лебедь, Скоков и Глазьев – на фоне избирательного бюллетеня с выделенной строкой под номером 31 – «Конгресс русских общин», в которой карандашом марки «Победа» проставлена жирная галочка. Рекламная идея достаточно интересна, но ясно видно, что это перепечатанный цветной плакат. Здесь необходимо знать одну техническую тонкость: изначально черно-белые изображения при черно-белой же полиграфии получаются четче, контрастнее и выразительнее, чем цветные фото, исполненные в черно-белом варианте. Поэтому, если действительно есть необходимость разместить на газетной полосе плакатные, листовочные и другие материалы печатной рекламы, необходимо запланировать предпечатную подготовку этих материалов, соответствующую газетным нормам. Выбирая размер газетного пространства под сообщение, среди прочего, следует предусмотреть, чтобы размер шрифта, рассчитанный, скажем, на восприятие стандартного плаката, не потерялся при неизбежном уменьшении формата. В наибольшей степени такого соответствия можно достичь при размещении в газете черно-белых листовок.

Вообще листовкана газетной полосе более приемлема, чем плакат, особенно, если она публикуется вместе с другими рекламными материалами. Например, один из блоков рекламных материалов движения «Женщины России» в кампании по выборам в Госдуму 1995 г.9 содержал листовку и реплику по поводу позиции движения в связи с войной в Чечне.

В печатных формах политической рекламы образ создается как с помощью изображения, так и с помощью слов. Особое место в такого рода материалах отводится рекламной фотографии. Рекламная фотографияможет выступать и практически как самостоятельный жанр, будучи дополненной, только слоганом кампании или удачной фразой из речи, интервью, программного положения. Пример – фото генерала Лебедя в одной из тульских газет (тулякам представлять Лебедя не надо: он там служил и довольно популярен). Фотография сопровождена афористическим высказыванием генерала: «Без сильной армии и толковой власти нет сильной России»10. Коммуникативные возможности визуальных и вербальных знаков неодинаковы. Исторически ткань словесной материи формировалась для трансляции рационального знания. Следовательно, возможности для эмоционального воздействия, на которое преимущественно ориентируется реклама, для текста ограничены. Этот недостаток словесного знака восполняется в печатной рекламе изобразительными элементами. Заложенный в них расчет на непосредственность восприятия создает неограниченные возможности эмоционального воздействия посредством минимального набора знаковых символов.

Зрительный образ устанавливает контакт с объектом рекламы на подсознательном уровне. Он быстро передает информацию, более целенаправлен, не требует для своего восприятия умственных усилий. Перефразируя Р. Ривза, скажем: зрительный образ является концентрированным выражением чувства11.

Возможность трансляции рекламной фотографии на многомиллионную аудиторию многократно усиливает эффект ее воздействия. И, хотя фотография в рекламе не бывает беспристрастной – ракурс фотосъемки, постановочные сцены, ретушь и т.д. позволяют автору дать изображению практически любую свою трактовку – реципиент обычно воспринимает фотографию как точный документ.

Выбирая тот или иной план при создании фотопортрета, можно подчеркивать наиболее выигрышные элементы визуального образа, решать определенные стратегические задачи. Например, крупный план фиксирует особенности формы лица, передает его выражение, мимику, улыбку. В литературе по организации избирательных кампаний крупные планы, как правило, рекомендуется чаще использовать ближе к моменту выборов для поддержания имиджа кандидата, закрепления его облика в памяти избирателей. Снимок средним планом выделяет позу и жест, движение фигуры, то есть позволяет запечатлеть в сознании аудитории индивидуальные особенности невербальной речи политика, в частности, имеющие символическое значение – например, характерный жест (руки В. Черномырдина, сложенные «домиком», «обвиняющий» палец В. Жириновского, поднятый крепко сжатый кулак Б. Ельцина и т.д.). Общий план показывает человека в окружающей его обстановке. Планы съемки выбираются также в зависимости от того, какую цель преследует снимок: показать человека статичным или в действии, одного или в окружении людей. Но даже если автор портрета намерен изобразить кандидата в одиночестве, человек не должен висеть в «безвоздушном пространстве»: «О личности в портрете говорят не только лицо, поза и жест, но и сама живописная среда как физическая субстанция, как окружающий человека воздух»12.

Различные визуальные фрагменты в совокупности способны создать вполне законченный образ кандидата. Используя фото, можно представить не только внешний и внутренний облик человека, но и проиллюстрировать его отношения с семьей, сторонниками, наиболее выгодные факты его биографии, результаты деятельности, то, как он выражает интересы избирателей, воплощает их идеалы. Например, один из политических портретов Б. Ельцина в период борьбы за президентское кресло в 1990 г. был дополнен фотографией, запечатлевшей момент его знаменитого изгнания с XIX партконференции. Человеческие качества, которые так остро востребованы сегодняшним электоратом, можно ярко представить с помощью фотографий героя в окружении детей, за решением рабочих проблем, за любимым занятием, с животными. «Фотография буквально шантажирует нас моральными ценностями, такими, как отечество, армия, семья, честь. Кроме того, и собственно фотографическая условность тоже полна знаками. Снимком анфас подчеркивается реализм кандидата, особенно если он зорко глядит из-под очков. Во всем здесь выражается проницательность, серьезность, прямота: будущий депутат смотрит в лицо врагу, препятствию, «проблеме». Более распространенный ракурс в три четверти выражает власть идеала: взор возвышенно устремлен в будущее, он ни на что не наталкивается, но господствует над миром, бросая семена нового посева в некую стыдливо неопределенную даль»13. Многочисленные фотографии Дж. Картера (1976 г.), публиковавшиеся в печати, изображали его то в форме мичмана военно-морского флота США, то сгребающим лопатой арахис или обрабатывающим землю мотыгой, то молящимся или проповедующим. Тем самым они способствовали закреплению в сознании рядовых американцев образа честного, искреннего, верующего, убежденного, работящего человека14. Рейган использовал старые кадры, взятые из фильмов. Использовать фотографии, сделанные в молодые годы, пыталась и М. Тэтчер. Однако сторонники отговорили ее от этого шага, решив, что если телезрители увидят ее на плакатах молодой, а на экранах старше, это произведет на них неблагоприятное впечатление.

«В фотографии выражаются не намерения кандидата, а его побуждения – все те семейные, психические, даже эротические обстоятельства, весь тот стиль жизни, продуктом и привлекательным примером которого он является. Большинство наших кандидатов явно стараются продемонстрировать своими портретами устойчивость своего социального положения, свою видимую комфортную укорененность в семейных, юридических и религиозных нормах...»15. Поскольку образ лидера как бы представляет собой «отзыв» на ожидания аудитории, предвыборная фотография выступает своего рода зеркальным отображением этих ожиданий, в ней избирателю «явлен его собственный образ, просветленный, идеализированный, гордо возвышенный до типичности. Собственно, именно такой подчеркнутостью и определяется фотогения: избиратель здесь одновременно изображен и героизирован, ему как бы предлагают отдать голос за самого себя, сделав депутатский мандат средством настоящего психического переноса; своему избраннику он делегирует свою “породу”»16.

Газетная страница одно из лучших мест для обнародования политических программ,фрагментов публичных выступлений,публикации обращений политиков, высказывания ими своей позиции по тому или иному вопросу, воззваний.Оговоримся, что форма организации материала может быть различной – встречаются как листовочные варианты программ, так и традиционные газетные тексты. Возьмем, например, программу КРО, опубликованную в период избирательной кампании в Госдуму 1995 г.17, – она называлась «31 “за” Конгресса русских общин». Обыгрывая номер движения в избирательном бюллетене, авторы обращения излагают 31 пункт своей программы. При этом предлог «за» несет двоякий смысл: с одной стороны, он содержится в положениях, которые намерено отстаивать движение: «КРО выступает ЗА... контроль народа за властью в государстве... воссоздание армии... организованную рыночную среду и т.п.». С другой стороны, эти положения представляют собой тридцать один аргумент в пользу того, чтобы избиратель голосовал «ЗА» Конгресс русских общин. К сожалению, интересную идею представления программных положений в данном случае несколько портит большое их количество – это делает объем текста неприемлемым для рекламного сообщения. Наверное, такая идея оказалась бы безупречна, достанься движению при жеребьевке номер в первой десятке. Аналогичную ситуацию описывает Р. Ривз: он приводит в качестве примера выступление одного из президентов США, в котором тот осветил 14 различных проблем. Несмотря на то, что его формулировки были достаточно четкими, опрос, проведенный на следующий день, выявил: содержание речи запомнили менее 2% слушателей18.

Традиционно построена программа Ю. Лужкова в кампании по избранию мэра Москвы (1996 г.)19. Сухая, деловая форма этого текста, в котором тем не менее угадывается стилистика, свойственная всем выступлениям мэра, напоминает собой сжатый доклад и подчеркивает такие известные качества главы московской исполнительной власти, как умение организовать работу, предприимчивость, ответственность, глубокое знание проблем и способность с ними справиться. Мэр предстает здесь как человек смелый, решительный, на которого можно положиться, которому можно доверять. За строгими официальными предложениями видится человек дела, не привыкший «воду в ступе толочь». В программе отсутствует какой бы то ни было рекламный акцент, за исключением разве что конкретного раздела, посвященного итогам пройденного пути, и кратких отчетных положений, предваряющих каждый раздел программы. Это свидетельствует о том, что Лужков в неприкрытой рекламе не нуждается – он уверенно, крепко стоит на ногах, он составляет единое целое с жителями вверенного ему города. Текст состоит из простых предложений, написан ясным, лаконичным языком. Отличительное качество программы – предельная конкретность положений, которые в ряде случаев подкрепляются цифрами. Например: «В целях снижения транспортных нагрузок на улицы будет обеспечено существенное продвижение в сооружении третьего внутригородского кольца, в частности, построены развязки на площади Рижского вокзала и у Проломной заставы», «В ближайшие четыре года будет построено не менее 80 школ, 100 детских дошкольных учреждений, 8 больничных корпусов, 25 поликлиник...».

Особенно эффективным воздействием обладает речевая коммуникация – не случайно именно устное слово с древнейших времен служит основным инструментом политики. Письменный вариант обращения кандидата, его выступлениена газетной полосе рассматривается как самостоятельный жанр политической рекламы в периодической печати.

Создание подобных материалов (как для устных речей, так и для их письменных эквивалентов) требует серьезной и тщательной подготовки. В период президентской кампании Б. Ельцина в 1996 г. информационную поддержку поездкам президента в регионы обеспечивало Агентство интеллектуальной информации. Сотрудники агентства заранее выезжали в места, намеченные для посещений Б. Ельциным, собирали необходимую информацию о социально-психологическом климате, ожиданиях местных элит и простых людей, отыскивали популярные в этих местах истории, знание которых впоследствии должен был демонстрировать Б. Ельцин. На основе полученных данных подготавливались рекомендации президенту: как себя вести, какие темы педалировать, каких избегать, к кому в первую очередь обращаться и какие «кодовые слова» при этом произносить (например, во время визита в Волгоградскую область к местным жителям надо было обращаться как к «сталинградцам»). В качестве основного принципа кампании была избрана ставка на эмоции: они вечны и не подлежат резким изменениям от региона к региону. Это и определило главный лозунг кампании – «Вера, Надежда, Любовь»20.

Известно, что спичрайтеры Клинтона вставляют в его речи чуть ли не дословно отрывки из писем, поступающих в Белый дом, с тем, чтобы президент демонстрировал знание проблем своего народа, внимание к каждому рядовому американцу, вообще – свою тесную связь с нацией.

В качестве еще одного примера рассмотрим выступления А. Лебедя. Его образ «бравого вояки» диктует как выбор приоритетных тем для его речей, так и построение текста, а также характер лексики. Представляется естественным, чтобы он рассуждал на темы, связанные с национальной безопасностью, чтобы тексты, произносимые «командирским» голосом, состояли из простых слов и выражений. Например, одно из высказываний Лебедя о Ельцине: «Я – мужик, и он – мужик». Или такой фрагмент выступления: «Я не знаю точного сценария этой пьесы для БТР с оркестром, но общий план игры виден любому незамутненному взгляду». Генеральский имидж Лебедя весьма гармонично сочетается с его определенной оппозиционностью по отношению к существующему режиму: «КТО стал хозяином в демократической России? Номенклатура. В основном та же самая. В чем разница? В том, что за пять лет номенклатура здорово разбогатела, ровно настолько, насколько обеднели остальные граждане России»21.

Особенность риторики А. Лебедя – не только простота высказываний, но и упрощение сложных ситуаций, сведение их к простым и понятным для всех коллизиям: «Беспорядок – это не отсутствие порядка. Это специально организованный порядок. И национальный характер тут совершенно ни при чем. Но это не значит, что мы должны жить, как нищие в Стране дураков. Нет, ребята, так не пойдет... Вот все это вместе, все эти три причины – взятка, обман, страх – сплетаются и образуют систему. Систему кажущегося бардака, а на самом деле – систему жесткого порядка. Бандитско-бюрократического порядка»22. Соответственно, очень четко выглядят цели Лебедя: «России – быть великой страной!»23. В другом обращении А. Лебедя «рассыпаны» «кодовые слова», отсылающие к определенным стереотипным ситуациям: «Я, Александр Лебедь, русский политик и генерал, обращаюсь к вам с верой и надеждой... Соотечественники! У меня есть сила и воля для решения этих задач. Но мне нужны ваши доверие и поддержка»24. Имидж А. Лебедя позволяет ему формулировать цели, подходящие именно ему: «Страна есть. Россия называется, в которой люди живут в атмосфере лжи, обмана, грязи, страха, взяток. И надо всю вот эту мерзость и пакость с ее лица стереть. Я пришел этим заниматься»25.

Результаты политики реформ излагаются А. Лебедем так: «СССР распался. Государственная собственность приватизирована. Средний класс размыт, его просто нет. Гордо выступают наши новые национальные герои – владельцы состояний в сотни миллионов долларов. Вот основные итоги проведенных победителями реформ»26. Программа Лебедя построена с учетом особенностей восприятия российского электората: сначала – острая критика, затем – предложения решительных мер по искоренению всяческой скверны. Эта программа получила название «Идеология здравого смысла». В нее консультанты вписали явно не «лебедевские» слова об идее России как одной из Мировых Цивилизаций. В качестве одного из основных источников ее доходов здесь предлагается использовать «транзитное» расположение страны: необходимо «развивать транспортную инфраструктуру и единое информационное пространство, за использование которых («транзит») можно получать немалые средства»27. При этом остается неясно, каким образом предполагается получать деньги за использование единого информационного пространства. А. Лебедь также поднимает еще одну извечную проблему России – засилье чиновников: «Надо усилить эффективность государства и ослабить власть чиновника. Надо силами государства – других нет – ограничить чиновничий беспредел»28.

А. Лебедь обладает многими характеристиками, которые мы ожидаем от подобного образа. Он – не коррумпированный генерал, входит в круг лиц, принимающих решения, имеет за спиной опыт умиротворения конфликта в Приднестровье. Отсюда его решимость урегулировать конфликт в Чечне, а затем разобраться с проблемами России в целом. В соответствии с теми характеристиками, которыми он обладает, Лебедь пытается предложить электорату свой опыт для применения в новых обстоятельствах. Это тип русского, а не западного политика (то же самое касается и Б. Ельцина, но не относится, например, к Г. Явлинскому). И в обществе есть серьезная потребность именно в таком образе. Сегодня у Лебедя нет отрицательных характеристик. Ему простили простоту и грубоватость речи. Не стали припоминать Баку, Сумгаит, Тбилиси, Карабах.

А. Михальская29 называет ряд инстинктов толпы, на которые, как нам представляется, ориентируется в своей риторике и А. Лебедь:

– потребность в социальном сплочении;

– удовлетворение инстинкта пола посредством отождествления оратора с «мужским», а толпы – с «женским» началом;

– потребность в доминировании и власти.

Включение в публичное выступление просторечных элементов, фольклорной лексики значительно обогащает речь, сообщает образу политика доверительность, теплоту, человечность. Вот, например, как характеризуют умение Г. Зюганова обращаться с избирателями его сторонники: «Зюганову не нужны «спичрайтеры», к месту вставляющие в его выступления пословицы и прибаутки, он сам ими наполнен, сам – мастер живого и острого слова, природного юмора, мастер анекдота, любит припечатывать оппонентов...»30. Подтверждением этому может служить удачная шутка лидера КПРФ по поводу предвыборных плакатов Б. Ельцина «Москвичи свой выбор сделали» (на них Ельцин пожимал руку Лужкову) – на одной из пресс-конференций Зюганов сказал: «Вот Ельцин уже завесил всю Москву щитами, на которых с ним прощается Лужков»31. Президентской команде пришлось за ночь наклеить на все щиты прозрачную пленку со слоганом «Только вместе!».

Афористичность, умелое и тонкое использование юмора, меткого слова способны придать неповторимую индивидуальность любой речи и значительно обогатить ее, сделать весьма действенной. Ничто не в силах так поднять популярность лидера, как высказывания, способные встать в один ряд с лучшими образцами народного юмора. С точки зрения эффективности коммуникации, юмор и сатира открывают самую короткую дорогу к умам и сердцам избирателей. Чего стоит одна только фраза В. Черномырдина: «Хотели как лучше, а получилось – как всегда», мгновенно ставшая любимым афоризмом россиян. Она довольно точно отражает характер «загадочной русской души».

Нельзя не упомянуть о таком жанре, как публицистический диалог,который представляет собой газетный эквивалент политических дебатов. Публицистический диалог позволяет познакомиться с глобальными мировоззренческими установками политиков, которые, по сути, определяют их личности.

Помимо того, что интерес вызывает столкновение позиций, имеющих разные точки опоры, в диалоге как бы происходит огранка образов собеседников, они взаимно преломляются друг через друга.

Особую группу материалов политической рекламы в прессе составляют различного рода рекламные публикациив форме обычных газетно-журнальных жанров. Такая публикация имеет ряд преимуществ. Неспециалисту, как правило, трудно вычленить ее из общего контекста полосы. В результате доверие читателя к определенному изданию переносится и на рекламные публикации. Авторитет газеты уже сам по себе служит рекламе: раз редакция решается предоставить свои страницы данному лидеру, значит его политические взгляды совпадают со взглядами, исповедуемыми этой газетой.

Использование некоторых жанров публицистики в интересах рекламы позволяет создателям обращений эксплуатировать достоинства каждого из них. Наиболее активно в период избирательной кампании используется интервью.Этот жанр привлекает возможностью не только осветить какое-то актуальное событие через высказывания политика, причастного к данному событию, не только выяснить мнение этого политика по различным социально значимым вопросам, но и проникнуть во внутренний мир человека, выявить те или иные черты его личности. То, что беседа ведется между политиком и «независимым» журналистом, придает большую степень достоверности образу кандидата. Краткое представление лидера, которое, как правило, предваряет интервью, может стать хорошим подспорьем, настраивающим читателя на более адекватное восприятие последующих высказываний интервьюируемого. Скажем, одно из интервью В. Черномырдина газете «Подмосковье»32 (кампания по выборам в Госдуму 1995 г.) предваряется таким врезом: «Думаю, нет необходимости перечислять все регалии моего собеседника. Кто не знает Черномырдина? Родился Виктор Степанович в казачьей станице, работал слесарем на заводе, служил в армии, учился в Куйбышевском политехническом институте. А сегодня от него во многом зависит судьба страны, каждого ее гражданина». Уже эта коротенькая биографическая справка позиционирует кандидата как человека, прошедшего путь от простого рабочего, солдата, студента к вершинам власти. Вопросы, задаваемые журналистом, позволяют его собеседнику, обсуждая проблемы, так или иначе выйти на программные положения НДР, представить в выгодном свете само движение, обозначить его преимущества перед другими, «пройтись» по конкурентам. Приведем некоторые фрагменты этого интервью:

«...В результате выборов удастся покончить с хронической болезнью нашего общества традиционной конфронтацией между законодательной и исполнительной ветвями власти?

...Депутатов Госдумы не упрекнешь в бездеятельности, но, согласитесь, часто принимаемые ими законы далеки от реалий нашей жизни, не учитывают точку зрения практиков... И тут самое время сказать о том, что движение «Наш дом Россия» уже четко определило перечень законов, их более 30, принятие которых станет фундаментом для решения первоочередных задач в развитии общества... Довольно жить по принципу известной басни Крылова о лебеде, раке и щуке. Пора впрягаться в одну упряжку...

Так уж случилось, что ваше движение Упорно именуют «партией правительственных чиновников», «партией власти».

Тут уж, как говорится, на каждый роток не накинешь платок. Пусть говорят. Я же предлагаю, хотя бы ради любопытства, посмотреть список наших кандидатов, где чиновников меньше, чем от любой другой партии или движения. Зато, как нигде, много практиков, подлинных профессионалов-производственников, ученых, людей творческой и духовной сферы... В основе нашей концепции возрождения лежит, прежде всего, эффективная, а значит рыночная экономика, надежная социальная защита, сильная государственная власть, законность и правопорядок, свобода и благосостояние граждан».

Средствами интервью можно не только развить и дополнить грани работающего имиджа, наиболее актуальные, с точки зрения данного издания, аспекты программ, но и раскрыть новые. Например, в одном из интервью с А. Лебедем журналист старается привлечь внимание генерала не столько к проблемам государственного уровня, сколько к заботам обычного гражданина:

«Когда же сможет человек спокойно ходить по улицам вечером?

Нот это самая главная цель, самый главный приоритет системы безопасности, чтобы людям, нормальным людям, каких у нас подавляющее большинство, жилось на своей земле спокойно. Безопасно. А бандитам должно быть страшно.

Вы это бандитам обещаете?

Да!.. Сегодня страна выбирает не человека, не фамилию. Идею выбирает, курс выбирает, идеологию выбирает. У нас есть старая идея, отжившая, исчерпавшая себя, оплаченная колоссальной кровью, горем, страданиями. Есть новая идея. Она очень скверно сегодня реализуется это факт. Но она новая, за ней будущее».

Одна из бесед с Г. Явлинским демонстрирует желание авторов представить его аудитории как обычного «живого» человека33:

«У вас самого есть долги?

Сейчас нет. А вообще всегда были. Очень много.

Вы романтик?

Нет...

Вы сами не боитесь искушения властью?





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.