Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Жена предателя, мать шлюхи. 13 глава





Дэниель усмехнулся.

— Он такой мягкосердечный болван. Если бы это был я, я бы просто позволил тебе утонуть.

Мои пальцы вжались в спинку стула.

— К счастью для меня, ты не первенец.

Ухмылка сошла с лица Дэниеля. Его лицо стало чернее тучи.

— Впрочем, это далеко не к счастью для тебя, маленькая Уивер.

Что он имел под этим в виду?

Затем дверь широко распахнулась, и появился Джетро.

Мужчина, который усыпил меня, похитил и украл мое сердце, быстро зашагал в мою сторону и взял меня за локоть.

Каждый атом хотел раствориться в его поддержке. Каждая клетка требовала, чтобы я повернулась и поцеловала его.

Но я не могла.

Я не могла допустить, чтобы Кат увидел, что произошло.

Одно дело, быть откровенной в своей ненависти к Джетро в начале, но теперь оказалось, что притворяться трудно. Я должна открыто презирать его, все время сдерживая свое сердце, чтобы не показать правду.

Это потребовало от меня собрать всю мою силу воли, но я уклонилась от захвата Джетро.

— Ты не думаешь, что уже достаточно сделал вчера? Не прикасайся ко мне.

Джетро сделал резкий вдох.

Даниэль усмехнулся, и причмокнул губами.

— Кажется, тебя ненавидят так же сейчас, как и нас, брат. Прими поздравления.

Брови Джетро срослись в одну линию, его взгляд вспыхнул болью.

Я хотела понять его.

Напряженность вокруг его рта внезапно исчезла, его складки на лбу распрямились в идеальную маску.

Он знает.

Его взгляд встретился с моим. Едва заметным кивком, он согласился на наш обман. Через секунду холодный щит упал на его лицо с такой же легкостью, как сделать вдох. Он сверкал льдом, таким чистым, таким острым.

Если бы на мне не было следов его зубов и пальцев, следов от его любви ко мне прошлой ночью, я бы могла усомниться в том, что он был настоящим.

Я тяжело сглотнула.

«Это всего лишь трюк.

Это должно случиться».

Теперь мы против них. Это был самый большой секрет из всех.

Мое внимание привлекло то, что он держал в левой руке.

Коробка Меток.

В комнате было довольно тихо с тех пор, как я вошла, но теперь приглушенное ожидание заполнило пространство.



— Рад видеть, что ты вспомнил, — сказал Кат, сделав глоток своего кофе.

Джетро кивнул своему отцу и отодвинул кресло для меня.

— Присаживайтесь, мисс Уивер. Нам нужно кое-что сделать.

Не в состоянии скрыть дрожь от боли в сгибаемых суставах, я присела в предложенное кресло.

Как только я села, Джетро занял место рядом со мной.

Вытягивая свои длинные ноги под столом, он придвинулся ближе. Запах его лосьона после бритья, естественный аромат дерева и кожи просочился в мои легкие, заставляя мое сердце сжиматься.

Мой рот раскрылся, когда что-то прижалось к моим коленям.

Джетро избегал моего взгляда, но я знала, что это был он, касаясь меня... он утешал меня, даруя мне силы.

Я задержала дыхание, когда он прижался ко мне сильнее. Давление послало горючую жажду шипящим потоком в мою кровь.

Тяжелая ноша прошлой ночи засела в моей груди. Слова, которые я хотела произнести собрались плотно, затапливая меня. Я хотела поговорить с ним. Хотела задать вопросы и услышать его ответы.

«Я хотела узнать его.

Каждый сантиметр».

Джетро продолжал прижимать свою ногу к моей. Он делал это так спокойно, все время притворяясь, что ничего не произошло.

— Покончим с этим, Джет, — приказал Кат, его внимание было приковано к нам.

Джетро коротко кивнул.

— Разумеется. Не торопи меня. Я думаю, что доказал, что я более чем способен делать то, что должно быть выполнено.

Кат поджал губы.

Глаза Джетро сузились, когда он открыл Коробку Меток.

Мое сердцебиение ускорилось, когда он вытащил аппарат, который был ему нужен. Сосредоточив свое внимание на игле и чернилах, я потерлась ногой напротив его лодыжки.

Он напрягся, но продолжал, как нив чем не бывало.

Прошлой ночью он дал мне власть над ним в виде его жизни.

Я знала вещи, которые никто еще не знал.

И после сегодняшнего я хотела узнать все.

Джетро был моим, и я хотела помочь ему исцелиться, именно так, как он сказал. Мы могли спасти наши судьбы от чумы его семьи.

— Протяни свою руку, — пробормотал Джетро, не обращая внимания на толпу зевак.

Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди, когда он достал машинку для тату.

Прижимая костяшки к деревянному столу, я прикусила губу, когда он включил машинку.

Его волосы отросли и спадали на лоб. Мои пальцы чесались от желания отбросить их, прижать руку к низу его подбородка и притянуть его рот к моему.

Воздух искрился между нами, становясь все гуще от нашего желания.

Моя киска заныла от воспоминаний о том, как грубо он взял меня прошлой ночью, но я хотела большего. Я хотела этого сильнее, глубже, быстрее. Я сомневалась, что мне когда-нибудь хватит.

Джетро ощетинился, снова сражаясь с теплым гудением в месте, где мы соприкоснулись. Когда дело дошло до прикосновений в общественных местах, у нас не было брони против истины.

Мой взгляд сместился на Ката. Мои чувства были слишком очевидны — он видел... он знал. Однако, его внимание было приковано к его сыну, он сцепил руки перед собой.

Я ахнула, когда острые иглы впились в мою кожу. Я стерпела, когда эти крошечные зубки, впиваясь в меня, окрашивали мою кожу чернилами. Этот ожог был смутно знакомым, наполняя воспоминания — и становясь частью моего образа, так же как и его инициалы.

Это заняло всего лишь мгновение.

Джетро откинулся в кресле, разглядывая свою каллиграфию. Там, на подушечке моего среднего пальца появилась еще одна метка:

Долг за долг.

Метка за метку.

Остаточная боль не могла сравниться с ноющей болью моих суставов и синяков. Это было довольно освежающе, получить новую рану, боль от которой была острой, а не глубокой и пульсирующей, как в костях и суставах.

Джетро выключил машинку и передал мне.

Молча, он растопырил свои красивые длинные пальцы, и не переставал смотреть на меня, когда я подписывала свое право собственности на зеркальное отражение своих пальцев.

На этот раз мои линии были ровнее и более уверенные. Я использовала эти знаки, потому что теперь они только крепче связывали нас вместе, а не фиксировали новый долг.

Когда я закончу, у него будет уже два отмеченных пальца.

Подобное за подобное.

Равное за равное.

Джетро снова толкнул меня ногой, сохраняя свое лицо пустым и почти жестоким. Я откинулась назад, не глядя, когда выключила машинку и положила ее обратно в коробку.

Понимание растеклось по моим плечам. Я не смогла сдержать нежный вздох, когда Джетро намеренно потерся своим мизинцем о мой, ставя на место отброшенный пузырек и запирая крышку.

Кат пробормотал:

— Приятно видеть, что вы учитесь на своих прошлых ошибках и делаете соответствующие выводы. — Махнув в сторону серванта, наполненного едой, он добавил: — Ешьте, оба. У вас плотное расписание.

Мое горло сжалось при мысли, что это может означать.

Кат прищурил глаза.

— Джетро, ты отвечаешь за отгрузки Карлайла. Камни прибудут через несколько часов. Ты знаешь, что делать. — Поворачивая свое холодные глаза на меня, он улыбнулся. — И, Нила, тебя пригласила моя мать, Бонни, на чай в ее будуаре.

Мое сердце подскочило.

Джетро бросил на меня взгляд.

Что насчет наших планов?

Он уставился на своего отца.

— Мисс Уивер достаточно натерпелась вчера. — Его голос звучал угрюмо, когда он говорил сквозь стиснутые зубы. — Дай ей пару дней, черт побери.

Ножи и вилки звонко рухнули на посуду, когда мужчины «Блэк Даймонд» обернулись, чтобы увидеть реакцию Ката.

Кат сжал руками стол.

— Не смей...

— Ум-м-м, сэр?

Все головы повернулись к молодому члену братства «Блэк Даймонд», двадцатилетнему парню по имени Фасет. Его небрежно спадающие светлые волосы и добрые глаза были прямым противоречием лидеру, к которому он только что обратился.

Кат нахмурил лоб. Черный гнев накрыл его лицо.

— Что? Что такого важного случилось, что ты перебиваешь меня на полуслове?

Фасет неловко переступил с ноги на ногу.

— Извините, сэр. Больше не повторится. Но... у нас компания. — Его взгляд облетел по залу, в поисках кого-нибудь, кто бы помог нести гнев от их лидера.

Никто не шевелился.

Парень задержал дыхание, неохотно донося свои новости.

— Я пытался остановить их у входа на территорию. Мы сделали то, что вы сказали. Но они проигнорировали нас. — Пот поблескивал на его верхней губе. — Даже привратник у ворот не смог остановить их.

— О чем, мать твою, ты толкуешь, мальчик? — взорвался Кат.

Фасет подскочил.

— У них есть ордер, сэр. Они... они прорвались, независимо от наших предупреждений. Мы напомнили им, что их отделение в наших руках, что наше братство находится за пределами их досягаемости. — Он опустил голову. — Но от этого никакого прока.

Все за столом задержали дыхание.

Ордер?

Могло ли это быть?

Джетро намертво замер около меня. Каждая связующая нить, которую мы разделяли, превратилась в лед, больше не было двухсторонней улицы близости и привязанности. Дорожный блок рухнул на эту улицу, скрывая от меня каждую его мысль.

Я поглядывала на него краем глаза. Мое сердце сжалось, когда он яростно смотрел на противоположную стену, отказываясь смотреть на меня.

— Джетро, — выдохнула я.

Он стиснул челюсти, снежинки кружились вокруг него, когда он забирал все больше и больше от меня. Мурашки покрыли мою плоть.

Кат заревел:

— Скажи этим гребаным свиньям убираться с моей земли. Они могут подтереться своим ордером.

— Сэр, я сказал им, но они не слушают. Они сказали... они сказали, что здесь ради...

Джетро рассмеялся холодным, циничным смехом.

— Этот кусок дерьма. Он сделал это. Они здесь за ней. — Он посмотрел в потолок, его лицо исказилось. — Конечно, бл*дь, это так.

Ордер мог значить многое. Это могло быть никак не связано со мной. Тем не менее, визг эхом разрывался в моих ушах. Это моя душа. Ужасный разрывающий звук того, как моя душа раскалывалась пополам. Если они пришли за мной... это означало...

«Я спасена».

Я желала, чтобы это произошло.

Я молилась за это. Умоляла об этом.

«Освобождение».

Так почему — если это правда, я хотела убежать в свои покои и спрятаться?

«Я не хочу покидать его.

Я не могу покинуть его».

Не после прошлой ночи.

Джетро стиснул руки в кулаки, его взгляд был пронзительным и смертоносным. Он зарычал на Фасета:

— Скажи им, что они не могут ее забрать.

Мое сердце сжалось. Боль прошла сквозь меня с большей агонией, чем я вообще думала возможно. Он не отказывался от меня.

Сейчас мы одно целое. Это было предначертано судьбой и написано на нашей коже.

Побег.

Мысль скользнула в мою голову, принося мысли о доме и Лондоне. Я покачала головой, пытаясь избавиться от неуклонно нарастающего очарования.

«Ты можешь поехать домой».

«Нет, мой дом сейчас здесь».

«Но ты снова будешь в безопасности...»

Мои стойкие обещания остаться и украсть Джетро от его наследия стихали... я была в замешательстве...

Я сглотнула, смочив горло.

— Джетро, пожалуйста...

Мне было нужно, чтобы он боролся за меня. Чтобы доказал, что это мое место, моя судьба.

Джетро стиснул челюсти, толкнув свое кресло, он встал.

— Тихо! — Указывая пальцем на Фасета он прорычал: — У них есть или нет гребаный ордер на то, что является моим?

Фасет сглотнул.

— Есть.

— Откуда? — выпалила я, в результате чего все посмотрели в мою строну. — Как они получили ордер?

Фасет открыл рот, взглянув на Ката, чтобы увидеть, мог ли он говорить.

Кат зарычал на меня, как будто это я вызвала апокалипсис в его доме.

Никто не говорил.

«Что сделал мой отец?

Как Ви нашел способ меня освободить?»

Мое сердце парило, думая о моем близнеце. Он обещал, что никогда не сдастся. Я должна была доверять ему.

Я должна быть более благодарна.

Я хотела убить его.

Он разрушил все. Он забрал все, над чем я упорно работала, и оторвал от меня.

«Я жива и направляюсь домой.

Я жива и направляюсь домой».

Слова повторялись в моей голове.

«Я бы не выжила, если бы не Джетро.

Я люблю его».

Он заразил меня собой и расстояние между нами не имеет значения, это никогда не изменится. Я была его. А он моим.

Взгляд Джетро встретился с моим — золотые глубины горели отчаянием и уничтожающей мукой.

— Я предупреждал его. Я пытался остановить...

Он показал слишком много.

Чувствовал слишком много.

Мой бриллиантовый воротник становился холоднее, тяжелее.

«Ты сказала, что будешь последней.

Пообещала покончить с этим».

Мой желудок сделал сальто.

«Если они здесь ради тебя, уходи.

У тебя нет выбора».

Мне было больно.

— Предупреждал кого? Что случилось? Джетро... Я не уйду, даже если они пришли за мной.

Джетро не двигался. Казалось, что свет в его душе погас. Покой и открытость прошлой ночи ушли. Исчезли.

— Я убью его за это, — пробормотал он.

Перевернув ладонь, я посмотрела на свой татуированный палец. Я хотела дать знать ему, что произошедшее прошлой ночью не фокус. Он должен знать, что я намеревалась остаться — даже если это станет худшим решением моей жизни.

Мой желудок сжался от мысли уйти.

Фасет выпалил:

— Сэр, они здесь для того, чтобы забрать Нилу Уивер домой.

Слова были как бомба, взрывая мою последнюю надежду.

И это правда.

Кат встал, он говорил медленно и с самым мрачным нравом, что я когда-либо видела.

— Ты ошибаешься, мальчик. Убирайся с моих глаз. Скажи, кому бы там ни было, убираться на хрен с моей земли.

— Они... они во флигеле, сэр. Сказали, что если мы не доставим им девушку через пять минут, они разрушат это место в ее поисках.

Джетро сжал руки в кулаки.

— Скажи им, что она моя, и что она никуда не поедет.

Дэниель встал.

— Теперь она наша Уивер.

Каким-то изощренным способом мужчины, лишившие меня свободы, были на моей стороне. Я больше не была просто предателем по отношению к моим предкам, а предателем также по отношению к моему отцу и брату тоже.

«Ты бы предпочла остаться здесь, нежели отправиться домой».

Я бы предпочла любить и умереть молодой, чем быть холодной всегда.

— Что за визги в моем доме?

Все повернулись на хриплый голос Бонни Хоук, когда она появилась в дверном проеме.

Фасет сдвинулся в сторону, перемещая свое внимание на матриарха этой безумной семьи.

— Я вижу, обстановка накалилась, — Бонни показала пальцем в мою сторону, на нем сверкал большой рубин на свету.— Как ты провернула это?

— Я? — Я посмотрела с Бонни на Джетро. — Я этого не делала.

— Это не она, — злорадно выплюнул Джетро. — Избавьтесь от полиции. Она никуда не уедет.

Мои руки зудели от желания обнять его. Поблагодарить за поддержку.

Бонни подошла ближе, ее длинная юбка тащилась по ковру. Ее седые волосы были завиты и выглядели безукоризненно.

— Она относится с пренебрежением и презрением к нашему имени. — Ее глаза вперились в мои. — Я вижу, что ты делаешь, девчушка. Знаю, чего хочешь. И ты не получишь этого. — Указывая на дверь, она приказала: — Убирайся.

Кат ударил по креслу.

— Ни за...

— Она покидает этот дом, — перебила его Бонни. — Сейчас же.

Джетро подошел и встал передо мной, блокируя мое тело своим.

— Она остается.

Бонни холодно улыбнулась.

— Нет иного способа. Они здесь за ней. Она уходит с ними. — Его глаза сощурились. — Не заставляй меня повторять, мальчик. Ты как и я знаешь свои обязательства.

Я схватила Джетро за руку, не в состоянии скрыть свои эмоции. Если я ненавидела Хоук настолько, насколько в это верил Кат, я должна выбежать за дверь, подпрыгивая от счастья. Вместо этого Кат мог увидеть, что происходило что-то глубже — то, что будет строгано наказано.

Но мне было плевать.

Потому что если я не буду бороться, то все будет кончено. Здесь и сейчас.

— Позвольте мне поговорить с ними...

Джетро повернулся лицом ко мне, его нрав ярко полыхал.

— Ты хочешь с ними поговорить? И что сказать им? Правду?

— Достаточно! — закричал Кат. Посмотрев на Бонни, он нахмурился. — Ты хочешь, чтобы она ушла?

Бонни кивнула, ее красная помада размазалась на тонких губах.

— Немедленно.

Кат вздохнул, его кожаная куртка скрипнула, когда гнев улетучился.

— Хорошо, — сказал он резко. — Нила Уивер, убирайся на хер из моего дома.

Мое сердце разбилось.

Джетро скрестил руки, по-прежнему защищая меня. Его холодность скользнула на место, делая его непроницаемым.

— Я перворожденный, и я говорю, что она, бл*дь, не уходит.

Кат обошел стол, сжав руки в кулаки.

— Ты смеешь делать это здесь, сын? Ты знаешь, что потеряешь...

— Подождите!

Женский голос прорвался сквозьнапряжение в комнате.

— Жас? Какого черт ты здесь делаешь? — спросил Джетро, его маска соскользнула, когда она смотрел на свою скованную инвалидным креслом сестру.

Она заехала в столовую с помощью горничной со светлыми, кудрявыми волосами. Бронзовые глаза Жасмин встретились с глазами Ката.

— Она не уйдет, отец. Ничего не окончено.

Кат вдохнул через нос, его нрав прорывался через слабое самообладание.

— Не говори о том, чего не понимаешь. Джетро не контролировал ситуацию. Это его проблема. Он облажался. — Кат пронзительно смотрел на Джетро, из-за чего по моей спине поползли мурашки ужаса. — Все кончено. С ним покончено.

То как он говорил... прозвучало как смертный приговор.

Джетро ахнул, истинный страх исказил его лицо.

— Ничего не кончено...

— Заткнись, — Кат махнул рукой в воздухе, заставив его замолчать. Смотря на меня, он выплюнул: — Уходите, мисс Уивер. Ваше время вышло. Я не буду просить снова.

Жасмин бросила взгляд в Джетро.

— Не отпускай ее, Кайт.

«Кайт».

Моя душа раскололась.

Бонни шагнула вперед.

— Я вижу, что ты делаешь, девочка. Твоя семья ловко сработала со своими трюками и вероломством, но я не позволю тебе провернуть еще больше грязи. — Ее морщинистая кожа еще больше исказилась от ярости. — Убирайся. Сейчас. Же.

— Твой план всегда был таков, отец? — Джетро посмотрел на Ката, паника и ярость исказили его лицо. — Ты подставил меня, чтобы я облажался? — Глубина замешательства и мучения в его голосе разбивала мое сердце.

Мои глаза широко раскрылись. Я не понимала.

— Джетро... он не имеет значения. Никто из них. — Я сжала его руку. — Верь в нас. Верь в меня.

— Молчать, глупая девчонка, — вспыхнула Бонни.— Ты такая же как и все остальные. Убирайся. — Указывая на дверь, она зашипела: — Уходи!

Другие байкеры ничего не делали, просто сидели и наблюдали.

Джетро не отрывал взгляда от своего отца — он был напряженным и омраченным.

— Не делай этого, — прошептала я. — Не позволяй им разрушать то, что есть между нами.

Мы были прокляты нашими судьбами, объединены вместе нелепой вендеттой. Да... иногда что-то правильное получается из чего-то такого неправильного. Каким-то образом мы находим человека, которого нам предназначено найти.

Я не могу уйти.

— Ты не понимаешь, Нила. Это не так просто. — Джетро посмотрел на меня, проведя своим свежетатуированным пальцем по внутренней части моего запястья. — Иди, прежде чем стало слишком поздно.

Воспоминания о том, как он вдалбливался в меня прошлой ночью, заполнили мой разум. Я имела в виду то, что сказала — я чувствовала его — не просто внутри себя, а то, что он прятал в себе.

Это было больше, чем правда.

Это было Евангелие в своей легитимности.

— Джетро, уже слишком поздно. Я хочу остаться здесь. С тобой.

— Она права, Кайт. Прикажи полиции уйти, найди способ, — сказала Жасмин.

Я посмотрела на сестру Джетро в ее темно-синем шерстяном платье и с белым палантином на коленях. На ее лице отражалось беспокойство. Что она знала? Почему боролась на моей стороне?

Кат ударил кулаком по столу с громким стуком.

— Убери руки от моего сына и убирайся на хрен отсюда!

Лицо Джетро помрачнело. В его взгляде пылало болезненное сообщение.

«Уходи... по крайней мере, один из нас будет свободен».

Мое тело болело все сильнее и сильнее.

Слезы сжали горло.

— Я не могу. Не хочу.

«Я не буду свободной без тебя».

Кат внезапно рявкнул:

— Дэниель, раз мисс Уивер отказывается уходить, помоги ей покинуть помещение.

Дэниель захихикал, его глаза заблестели, когда он обошел стол.

— С удовольствием, Поп.

— Хватит! Все вы! — закричала Жасмин, но это не привело ни к чему хорошему.

Быстрым движением Дэниель схватил меня за локоть, уводя от Джетро, от нашей связи, от единственного существования, которое я желала.

— Нет!

Голос Дэниеля доносился в мое ухо:

— Борись со мной, и я сделаю что-нибудь чертовски непростительное. Ты хочешь этого?

Я пыталась наступить ему на ногу.

— Ты ублюдок!

— Спасибо за комплимент.

Джетро сделал выпад, схватив меня, и ударил Дэниеля в челюсть.

— Убери свои гребные руки от нее. — Толкая меня за себя, он взревел на Ката. — Я избавлюсь от нее.

Кат тяжело дышал.

— Хорошо. Затем я смогу разобраться с тобой.

Джетро дрожал, каждый его сантиметр был натянут и сломлен.

Без слов, он потащил меня к выходу. Он дрожал, как будто мог развалиться в любой момент, прогибаясь под весом.

Я вырывалась, используя свое ноющее от боли тело.

— Отпусти меня! Я никуда не пойду!

— Ты уезжаешь. Если это последнее, что я смогу сделать, то, по крайней мере, я обеспечу тебе безопасность.

Я боролась сильнее.

— Безопасность? Я не хочу быть в безопасности. Я хочу быть с тобой.

— Тише, — выдохнул он, его лицо побледнело. — Так будет лучше.

— Ты выбрал их вместо меня! — Я пыталась ударить его. — Стоишь за них. Оставь их, Джетро. Не оставайся здесь.

Он стиснул челюсти и не ответил.

Он не был достаточно силен, чтобы бороться за то, что у нас было.

Он выбрал свою семью.

Я покрутила рукой, вырываясь из его хватки. Вырвавшись из его рук, я повернулась к Кату.

— Я не знаю, что за власть у тебя над ним, но этого недостаточно. Он мой, не ваш.

— Нила... нет! — Джетро схватил меня, оттаскивая прочь. — Ты не понимаешь, что делаешь. Ради всего святого, не делай ситуацию хуже, чем она есть.

Кат широко улыбнулся.

— Поздравляю, Нила. Ты с успехом изменила будущее. — Его холодный и дьявольский взгляд упал на Джетро. — Я думал, есть надежда. Но ты просто чертов слабак.

Мужчины заерзали на своих местах. Кат не двигался.

— Избавься от девчонки, Джетро. И нам нужно будет кое-что обсудить.

Казалось, жизнь покидала конечности Джетро, они становились холоднее с каждой секундой.

— Нет! — завизжала Жасмин, покатившись вперед. — Ты не можешь. Ты обещал! — Слезы катились из ее глаз, глядя на брата. — Останови это, Кайт. Мне жаль. Мне так жаль, что я заставила тебя измениться, что привела к... — она затихла, не в состоянии говорить через рыдания.

Самый худший ужас, что я когда-либо чувствовала, просачивался ко мне в кровь.

«Я пуста. Мне больно. Какого хрена происходит?»

Происходило что-то ужасное. Это больше не относилось ко мне. Это относилось к Джетро. Его отцу.

Что они сделают с ним, когда я уйду?

Я не оставлю его.

Переплетая пальцы с его, я потянула его.

— Джетро, пойдем со мной.

Но он просто стоял на месте. В его глазах было безумие, губы приоткрыты.

Я стояла... в ожидании. В ожидании крошечного знака, что он все еще был жив под страхом, из-за которого оцепенел.

Бонни подошла ко мне, от нее исходил тошнотворный запах розовой воды и печенья.

— До свидания, мисс Уивер. Сегодня ты заработала свою свободу ценой чужой. — Наклонившись ближе, она прошептала: — Ты свободна, но это далеко не конец, девочка. Запомни мои слова, ты заплатишь за деяния своей семьи.

Я выпрямилась, готовая бороться, даже если Джетро — нет.

— Останови это, я остаюсь...

Джетро внезапно закричал.

— Уходи! Просто, черт побери, уходи!

Комната замерла. Все уставились на меня.

Он указал на дверь, разбивая мое сердце вдребезги.

— Уходи.

Его глаза кричали правду.

«Если ты любишь меня, ты уйдешь».

Мне нужно уйти.

— Ты не можешь просить меня сделать это, — сказала я, вытирая падающую слезу.

— Я могу и прошу, — шагнув вперед, он обхватил мое лицо и поцеловал перед всеми. Его руки дрожали, как и губы.

Он разрушил меня до основания.

— Пожалуйста, Нила. Сделай это ради меня. Позволь мне сделать все правильно.

Нежно оттолкнув меня к двери, он приказал:

— Уходи и не оглядывайся.

Мой мир рухнул.

Мои ноги не хотели двигаться.

Мое сердце не хотело биться.

Его глаза умоляли меня подчиниться.

«Пожалуйста... Уходи».

Спотыкаясь, я сделала невозможное.

Я не смотрела на Жасмин.

Не смотрела на Джетро.

Я продолжала двигаться.

Я проявлю уважение к нему.

Повинуюсь ему.

Даже если каждый сантиметр меня кровоточил.

Даже если каждая часть меня умерла.

Я поеду домой.

Я найду способ все исправить.

Ничего не кончено.

Две секунды спустя....

....

Я ушла.

 

КОНЕЦ





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2020 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.