Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Круто. Поздравляю. Увидимся на Рождество. 1 глава




Переведено для группы: https://vk.com/stagedive

18+
(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)

Любое копирование без ссылки

на переводчиков и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!


 

Ее семья, друзья и сознание говорят, что это неправильно — влюбиться в парня-проститутку, которого она спасла с улиц. Тогда, как это может ощущаться так правильно?

Когда Меган впервые встречает «Рот», бездомного подростка-шлюху, на улицах ЛА, она понимает, что он идеальный объект для ее расследования-разоблачения уличной жизни, которое она надеется, поможет ей пробиться в журналистике. Она не ожидает, что окажется втянутой в его жизнь и станет его другом или заберет его к себе после того, как его побьют и ограбят хулиганы.

Пока они учатся жить вместе, мощное притяжение расцветает между Меган и молодым парнем. Несмотря на то, что он по-уличному умный, жесткий и зрелый, он также юноша в переходном возрасте. Когда они наконец сдаются сексуальному возбуждению между ними, Меган боится, что она пользуется своим положением наставницы.

Их отношения меняют каждый аспект ее жизни. Меган предстоит сделать сложный выбор между противоречивыми требованиями ее друзей, семьи, ее карьерой и любовью.


 

Содержание:

1 глава. 4

2 глава. 13

3 глава. 26

4 глава. 33

5 глава. 42

6 глава. 52

7 глава. 58

8 глава. 65

9 глава. 73

10 глава. 80

11 глава. 89

12 глава. 97

13 глава. 106

14 глава. 113

15 глава. 121

16 глава. 126

17 глава. 134

18 глава. 143

19 глава. 154

 

 


Глава

 

На улице поднимался пар, и высокие каблуки Меган оставляли вмятины на липком асфальте, когда она пересекала пешеходный переход. Осматривая свой наряд, она решила, что ее маскировка сработает. Она надела обтягивающую черную юбку, ярко-розовый топ с безумными зелеными кружевами, восьмисантиметровые каблуки и нанесла больше макияжа и надела больше украшений, чем обычно. Она выглядела так, как будто ее можно снять, когда она выйдет из ночного клуба, но только похуже. Она легко могла сойти за ту, кто стоял на панели. Отчасти.

Хитрость была в том, чтобы незаметно наблюдать, что происходит, поэтому она прислонилась к стене в тени, пока грубый кирпич царапал ее голую спину, и скрестила ноги. Она взяла свою временную сигарету и старалась не сильно вдыхать. Она вложила слишком много денег в пластырь, чтобы снова заработать эту привычку. Вдыхая влажный, прогорклый воздух, скопившийся между высокими зданиями, Меган позволила сигарете болтаться между пальцами и наблюдала за шоу.

Несколько трансвеститов в огромных ботфортах, в одежде с блестками и мерцающими от этих блесток телами стояли у тротуара, крича друг на друга и драматически жестикулируя. Их ссора переросла в оскорбления и обзывательства, прежде чем гомосексуалисты, притворяющиеся женщинами, пошли дальше по тротуару, все еще споря.

Внимание Меган было приковано к красному винтажному «Корвет», который подъехал к обочине. Молодой мужчина с дредами и в узких кожаных штанах подошел вразвалочку к пассажирскому сиденью и наклонился. Он выпятил задницу, а его предплечье опиралось на дверцу. Он поговорил с водителем только несколько секунд, открыл дверь и забрался внутрь. Меган размышляла, какими сигналами обменялись клиент и проститут. Как зрительный контакт был возможен в темном автомобиле? Это случилось так быстро, что она пропустила безмолвное общение.

Ее сигарета догорела, и Меган притворилась, что сделала еще одну затяжку. Она была одна из немногих женщин на улице. Шлюхи обычно работали на бульваре Сансет. Санта-Моника был для парней. В летнем воздухе витала густая и душная сексуальная энергия. Парни и мужчины стояли по парам или группами, или прогуливались по тротуарам. Наблюдая за их разговорами и попытками пикапа, Меган чувствовала себя не к месту и неловко.

Она всегда хотела быть журналисткой, но в настоящее время являлась выпускающим редактором в еженедельной газете ЛА. Корректировать статьи людей было не тем, что она хотела, когда вступила в журналистскую программу в колледже. Меган решила, что лучший способ быстро преуспеть, это написать внештатное журналисткой разоблачение, что заставит ее босса обратить внимание на ее талант. Бездомные дети, которые продавали свою задницу за деньги, были центром внимания в ее истории, но сейчас она задумалась, как она могла считать, что это будет просто — подойти к одному из них и завязать разговор, не говоря о том, чтобы взять интервью.

Она огляделась вокруг в поисках кого-то, кто появится и уделит ей время.

Дальше по тротуару под неоновым освещением стрип-клуба, парень прислонился к стене и курил сигарету. У него был песочный цвет волос, на нем была надета белая, обтягивающая мышцы футболка, джинсы с низкой посадкой и берцы. Он осматривал улицу, как будто у него было время всего мира, чтобы продавать себя, как будто он сделает одолжение клиенту, если наградит своим присутствием. Расслабленно и легко парень опирался на стену и осматривал улицу.

Меган затушила сигарету своей туфлей и пошла за ним. Она могла попросить у него сигарету или подкурить, чтобы начать разговор.

Она подобралась ближе и когда увидела его лицо, то заметила, что в то время как его поза была расслабленной, его глаза не были. Свет отражался от белков глаз, когда они беспокойно двигались туда-сюда, сканируя людей и проезжающие машины. Он был бдителен и готовый реагировать на потенциальных клиентов.

Пульс Меган участился, а горло пересохло. Она была не в своей тарелке. Не было никакого способа, что она на самом деле могла подойти к нему. Вместо этого она стояла и изучала плакаты, покрывающие окно рядом с ней. Они гласили, что ГОРЯЧИЕ И ПОЛНОСТЬЮ РАЗДЕТЫЕ парни были прямо за дверью. За отдельную плату вы сможете увидеть Живое! Сексуальное! Выступление! Танцоры Регги Ли и Дастин вместе рядом со стайкой симпатичных мальчиков.

Меган отвернулась от окна и увидела скучающего парня, который пялился на нее. Она оглядела улицу, как будто ждала кого-то, и чертовски желала, чтобы она не покидала своего безопасного, комфортного места в тени.

Несколько минут спустя бежевый седан подъехал к тротуару, открылась пассажирская дверь, и тощий черный ребенок выпрыгнул оттуда. Он повернулся к водителю, но дверь закрылась, и машина отъехала от обочины. Парню пришлось отпрыгнуть, чтобы его не сбили. Он погнался за автомобилем, ударяя рукой по багажнику, прежде чем тот ускорился и стал вне зоны досягаемости.

— Ублюдок! Правильно, тебе лучше убежать! Если я когда-нибудь увижу тебя снова, я...

Ребенок кричал на водителя еще несколько секунд, затем повернулся к другому подростку на тротуаре — долговязому парню с сальными до плеч волосами и футболкой с надписью: Укуси меня!

— Ублюдок кинул меня. Если этот гавнюк без шеи с жирной задицей и маленьким членом снова появится здесь, я сделаю все, чтобы на улице узнали о нем! Он больше никогда не получит здесь ни один кусок задницы!

Худощавый, бледный мальчик подбежал к черному парнишке из седана. Он был без рубашки, и его тощая грудь отражала белый свет как луна, его обрезанные джинсы сползали с его бедер, пока он бежал. Он сказал что-то своему взбешенному другу, указал дальше по улице, и они ушли вдвоем. Меган задумалась, что он сказал и куда они ушли.

Она провела руками по своим коротким волосам, приподнимая их с потной шеи, чтобы воздух немного охладил ее кожу. Она решила пойти в магазин в соседнем квартале, чтобы купить содовую. Затем подумала просто поехать домой. Вся эта авантюра была глупой затеей.

Несколько мужчин остановились в паре метров от Меган. Они обменялись небольшими пакетами и деньгами. Дилер, лысый парень со сложной татуировкой, похожей на картину, покрывающую его скальп, нахмурился на пачку наличных денег, которые дал ему покупатель, и что-то сказал.

Истощенный наркоман, который выглядел так, как будто мог развалиться на части, начал быстро говорить и яростно жестикулировать.

Дилер сгреб в охапку перед его футболки, вырывая у него сумку.

Наркоман высвободился и побежал прямо на Меган.

Она отпрыгнула в сторону, когда дилер схватил наркомана, толкая его на тротуар, затем злобно ударяя его по ребрам.

Кровь пошла из носа парня, и он согнулся пополам, пытаясь защититься.

Меган отшатнулась от насилия и врезалась в тело. Затем развернулась и столкнулась с тем самым парнем.

— Извини, — сказала она, отступая от него.

Он кивнул.

Между тем, атакующий врезал еще раз и зашагал прочь от жертвы. Второй парень застонал и скорчился от боли на земле.

Меган задумалась, должна ли она позвонить в 911 или оказать парню помощь. Когда она сделала шаг в его направлении, парень позади нее сказал:

— Нет.

В следующую секунду избитый парень встал с земли, матерясь и прижимая руки к своему носу. Он захромал дальше по тротуару.

Меган посмотрела на юношу рядом с ней.

Он смотрел голубыми глазами с отяжелевшими веками. Его волосы были растрепаны и слишком длинные, на его щеках и подбородке была щетина. Меган была так близко, что ощущала его запах: смесь сигаретного дыма и пота, который должен был отпугнуть, но был удивительно возбуждающим.

— Ты не должна здесь находиться. Это небезопасно, — проговорил он, из уголка его рта торчала сигарета.

Меган рассмеялась над очевидной иронией.

— Ты думаешь? — Адреналин, бушующий в ней, немного утих. Она вытянула руку. — Меня зовут Меган.

Он уставился на нее, не называя своего имени и не отвечая на рукопожатие.

Меган поняла его намек и прислонилась к стене рядом с ним, скрестив руки. Она продолжала наблюдать за улицей. Уголком глаза она видела, что парень вытащил сигарету изо рта, потушил ее об землю и растер ногами.

— Как часто это случается? — спросила она через мгновение. — Не борьба. Я имею в виду, этот ребенок, которому не заплатили.

Он молчал так долго, и она подумала, что ответа не последует.

— Рики, — наконец сказал он. — Он все прекрасно понимал. Надо всегда брать деньги в первую очередь.

Он не ответил на вопрос, но, по крайней мере, он разговаривал. Меган посмотрела на улицу, думая о том, что еще хочет спросить. Еще дальше в квартале другой парень садился в машину. Меган повернулась к своему компаньону.

— Эй, как ты узнаешь, когда...?

Его больше не было возле нее. Его предплечье расположилось на двери БМВ, когда он говорил с водителем. В мгновение он открыл дверь и забрался внутрь. Время перерыва закончилось.

Она смотрела на профиль парня через окно автомобиля, когда оно закрывалось. Его лицо было белым на фоне черного интерьера, выражение лица пустым, когда он смотрел через лобовое стекло. Машина отъехала, и его больше не было видно.

Меган наблюдала, как красные фары заворачивают за угол. Она оттолкнулась от стены и пошла за много кварталов отсюда, где была припаркована ее машина. В ее рту был вкус горечи, вероятно, от сигарет, но также слабая тошнота после сцен, которым она была свидетелем. Все, что она хотела — получить немного безопасности и комфорта своего мира.

Вернувшись в свою квартиру, Меган скинула туфли на высокой шпильке и пошла к холодильнику за пивом. Откупорила крышку, уселась на диван, открыла ноутбук и начала печатать. Лица уличных мальчишек преследовали ее. Она уставилась на светящийся компьютерный экран. Было легко написать то, что она видела, но как ей описать то, что она чувствовала там на бульваре?

 

ZY

 

Следующий день на работе был таким обычным, что все события накануне вечером казались сюрреалистическим сном. С утреннего кофе, который она прикончила в шесть тридцать утра, Меган погрузилась в обычную рабочую рутину. Она болтала с коллегами и редактировала статьи. Сильному желанию переписать скучную статью Эбби Карролтон о поваре чили было трудно сопротивляться. Меган знала, что писала лучше, чем Эбби. Ее раздражало, что надо просто исправить, а не полностью пересмотреть ее статью.

Во второй половине дня главный редактор, Джеральд Росси, позвал ее в свой кабинет.

Меган вошла и села, боясь, что ее снова будут отчитывать из-за вечных опозданий.

Росси толкнул помеченную красным маркером статью к ней.

— Эбби Карролтон жалуется о беспринципной работе, что ты сделала с ее статьей о многоэтажных гаражах.

Она смотрела на газету на столе. Статья была об инциденте, обусловленном строительными повреждениями, что привело дрянную конструкцию к обрушению. Желание изменить фразы и сделать более оживленным описание Эбби было непреодолимым.

— Корректура — не изменение, — напомнил он ей.

— Да, сэр.

Он скрестил руки, откинулся на спинку кресла и смотрел на нее.

— Я понимаю твое нетерпение написать какую-нибудь сенсацию. Каждый журналист мечтает быть Вудвордом или Бернштейном, но ты, скорее всего, проведешь следующие двадцать лет, описывая городские заседания совета и дог-шоу. Прежде чем твоя карьера станет интереснее, ты должна потратить время на нижней ступеньке.

Меган кивнула, ее щеки покраснели. То, что ее устремления были столь очевидны — смущало. Она старалась не переживать, что Росси заставлял ее чувствовать себя молодой, наивной и глупой.

Росси добавил в голос видимо то, что считал добротой и отцовской заботой:

— Не переживай. У тебя есть потенциал и много энергии. Уверен, что ты оставишь свой след.

— Да, сэр.

Остаток дня она мечтала доказать неправоту Росси изумительной статьей, которую, напишет. Несколько интервью, фото и уникальная точка зрения на историю сделает ее карьеру. Не было никаких причин тратить время и оставаться редактором-корректором. Она была слишком талантлива для этого.

Больше никаких нервов. Сегодня вечером она возьмет интервью и начнет свою статью.

 

ZY

 

Вернувшись на улицу тем вечером, Меган выискивала того самого парня под навесом, но его не было. Она прислонилась к своему участку стены и морально подготовила себя к приближению к одному из проститутов, но прежде чем набралась храбрости, ребенок, которого выкинули из седана прошлой ночью, подошел к ней. Он хорохорился, переполненный высокомерия.

— Я видел тебя здесь прошлым вечером. — Он подошел ближе, вторгаясь в ее личное пространство.

Меган твердо стояла на земле, несмотря на желание отступить.

— Чего ты ищешь, девочка? Может, у меня это есть. — Он ухмыльнулся, показывая отсутствующие передние зубы, из-за чего был похож на второклассника — немного опасного и сексуально активного второклассника.

— Я пишу статью. Расскажешь мне что-нибудь? — она гордилась собой, что сохраняла свой тон легким и расслабленным, несмотря на быстро бьющееся сердце.

— О чем ты пишешь? — Его темные глаза сощурились.

— О вас. — Меган сложила руки над грудью и снова встретилась с его взглядом. — Работающих подростках, как ты. Какая ваша жизнь, как вы попали в проституцию и тому подобное.

— Дерьмо. — Он отступил, покачивая головой. — Почему, черт побери, я захочу поговорить с тобой об этом? Почему ты хочешь писать об этом?

— Людям это интересно. Они хотят знать, как люди попадают в подобные ситуации, и они хотят знать, как помочь.

— Помочь? Они могут помочь, придя сюда и дав мне сотню баксов за трах. Вот как они могут помочь. Мне нужна наличка, слышишь, что я говорю? А не сучки, которые делают хорошие дела и пытаются вытащить меня с улицы. — Он сердито посмотрел и отступил на несколько шагов, — ты какой-то социальный работник или что?

Меган последовала за ним.

— Нет, я говорила тебе, что я репортер. Поговори со мной десять минут. Ответь на несколько вопросов. Я обещаю, что не включу в статью ничего, чего ты не захочешь.

— Нет, я так не думаю. Я должен защитить свою репутацию, понимаешь. Она не будет хорошей, если я буду разговаривать с каким-то репортером. — Он ухмыльнулся. — Но я знаю кое-кого, кто правда любит поболтать. Он расскажет тебе все, что ты хочешь знать. — Парень указал рукой.

Меган повернулась.

Тот самый парень внезапно вернулся на свое место, прислонившись к стене.

— Это «Рот». Мы зовем его так, потому что он никогда не перестает использовать его. Иди спроси его. Если он поговорит с тобой, тогда ты можешь вернуться и увидеть меня. Может, я изменю свое мнение, — ребенок рассмеялся и ушел прочь.

— Эй, — Меган позвала его, — как тебя зовут?

Он повернулся и подарил еще одну свою щербатую улыбку.

— Все зовут меня Маленький Рики. Только я не маленький там, где это имеет значение, понимаешь, о чем я? — Он схватился за промежность и подмигнул Меган, затем повернулся и побрел прочь.

Меган посмотрела на парня под навесом, который купался в лучах розового неона. Он немного поерзал напротив стены, найдя более комфортную позицию, и сделал долгую затяжку сигареты, выпустив дым тонкой, устойчивой струйкой через нос.

Прошло два года и один месяц с последней сигареты Меган, и никотиновая тяга иногда все еще нарывала, как больной зуб. Наблюдать за его чувственным наслаждением сигаретой пробуждало еще больше желания в ней. Она протяжно выдохнула и подошла к нему.

— Привет. Помнишь меня, эм, с прошлого вечера?

Он косо посмотрел на нее.

— Этот парень Рики сказал мне, что ты можешь помочь мне кое с чем. Это писательский проект, над которым я работаю.

Он отвернулся от нее без ответа. Он, видимо, обдумывал поговорить с ней или ждать, пока она сдастся и уйдет.

— Я репортер. Просто хочу взять интервью. Это все. Правда.

— О чем ты пишешь? — Он уставился на улицу, опустив руку с сигаретой к боку.

— Я пишу об уличных детях, как они попадают в подобные ситуации и что делают, чтобы выжить. — Когда парень повернулся и посмотрел сквозь нее холодными голубыми глазами, идея Меган о своей статье стала казаться абсолютно глупой. Как она могла понять его жизнь, задав несколько вопросов? Но она была здесь, и у нее было его внимание. Собравшись, она выпалила:

— У меня есть несколько вопросов о твоем прошлом, немного о теперешней жизни и чего ты ждешь от своего будущего.

Он фыркнул в насмешку.

— Если ты предпочитаешь, чтобы интервью было конфиденциальным, мы можем пойти в закусочную. — Она жестом указала дальше по улице. — Я куплю тебе ужин. Ты ответишь на мои вопросы. Быстро и безболезненно. — Она улыбнулась.

— Сколько?

— Извини меня?

— Пятьдесят баксов за двадцать минут. Мое время ценно.

— Эм. — Меган подсчитала наличные, что имелись у нее и какие счета ей нужно оплатить. — Я могу дать тебе, эм... двадцатку. — Он, казалось, раздумывал, поэтому она добавила: — Плюс еда. Это все, что я могу себе позволить. — Она сомневалась было ли этично платить за интервью, но она решила, что это всего лишь одноразовая сделка.

Его взгляд медленно бродил от ее головы к ногам.

Меган хотела обнять руками свое тело, чтобы прикрыться.

Наконец, он кивнул.

— Хорошо.

— Здорово. — Это прозвучало слишком восторженно. Он повторила менее пылким тоном. — Здорово.

Этот молодой парень был настолько хладнокровным, что это заставило ее почувствовать себя ребенком. Он шел к ресторану длинными, легкими шагами. Меган пришлось идти быстро, чтобы поспевать.

Она села напротив него в кабинке. Порванная искусственная кожа оцарапала заднюю часть ноги. Внутри закусочной она могла разглядеть парня более четко, чем в свете неона и тени. Его глаза казались более яркого оттенка синего в освещении ламп. Он просмотрел меню и сделал заказ. Когда-то белая футболка в полоску очерчивала его выраженные мускулы, когда он передал меню назад официанту. Материал его футболки обтягивал грудь, очерчивая выпуклость каждого соска, прижатого к ткани.

Меган быстро подняла свой взгляд снова к его лицу.

Он уставился на нее, взгляд безэмоциональный и спокойный, как озеро в жаркий летний день. Она ничего не могла прочитать в нем и задавалась вопросом, что он мог думать о ней.

— У тебя есть вопросы? — подталкивал ее он.

— Ох, эм, верно. — Меган вытащила свой блокнот и небольшой диктофон из сумочки. — Не возражаешь, если я запишу это? Это проще, чем все писать от руки.

Он раздумывал мгновение, затем кивнул.

Она нажала на кнопку и заговорила:

— Интервью с... «Ртом». Белый мужчина. Возраст...?

— Семнадцать.

— Ты можешь рассказать мне немного о своей семье и родителях?

— У меня была только мама. — Он не сказал больше ничего. Меган начала понимать, почему Рики начал смеяться, когда предложил кандидатуру «Рта» для интервью. Он был не из болтливых.

— Как случилось, что ты остался сам по себе?

— Моя мама была зависимой. После того как нас выселили, не было смысла торчать рядом с ней. Я мог позаботиться о себе сам лучше, чем она обо мне.

— У тебя не было других родственников, с которыми можно было остаться?

— Нет. Я оставался у друзей некоторое время, но не мог жить так вечно. Затем я закорешился с несколькими другими подростками, которые жили в этом заброшенном здании.

— Что насчет приемных родителей? Ты рассматривал это?

Он уставился на нее на секунду, как будто она была тупой.

— Нет. Я предпочел быть сам по себе.

— Как ты пришел к решению, — она искала вежливые фразы, чтобы сформулировать вопрос, — рассматривать проституцию как источник дохода?

— Некоторые дети, которых я знал, были шлюхами, но я не был поначалу. Я был уверен, что смогу найти работу. Но дни пролетали, а денег не осталось. Паренек, Донни, убедил меня, что сосать член довольно легкий способ заработать пятьдесят баксов. Поэтому, в одну из ночей я сделал это.

Меган сглотнула.

— Что ты чувствовал?

— Я ничего не чувствовал. Он был прав. Это не было таким уж серьезным делом, и у меня было достаточно денег на пропитание на несколько дней. — Его голос был идеально ровный и безэмоциональный.

Меган ощущала, как холодная реальность его ответа ударила ее в грудь. Иисус, какая жизнь была у парня? Она уставилась на свой блокнот, нацарапала несколько слов, испугавшись, что он может увидеть жалость в ее взгляде. — Так сколько лет тебе было, когда ты сделал это? Когда ты в первый раз оказал сексуальные услуги?

— Шестнадцать.

Он не так давно был в деле. Меган вспомнила себя в шестнадцать, когда центром ее жизни была школа, она была безответно влюблена в капитана футбольной команды, ее знания в сексе были в основном теоретическими, за исключения небольшого тисканья с Рэем Марседеном на домашней вечеринке тем летом. И даже тогда ничего особенного не произошло.

— Могу я спросить о раннем сексуальном опыте? — она вернулась к перечню вопросов. — Сколько лет тебе было, когда случился твой первый секс?

— Четырнадцать.

Опять его ответ был лаконичен, и Меган попросила его уточнить.

— Кристина Тейлор. Ученица восьмого класса. В задней части спортзала. Это продлилось меньше пяти минут.

— Что ты чувствовал по этому поводу?

— Смущение. Но она была в порядке, и в следующий раз было лучше и даже еще лучше после того, как у нас было побольше практики. — Был намек на юмор в его тоне, несмотря на его пустое выражение лица.

— Когда ты осознал, что ты гей?

— Я не гей.

Меган сделала паузу, застигнутая врасплох.

— Но твои клиенты — мужчины.

— То, что я делаю — это работа. Это не значит, что мне нравится это. Ты знаешь кого-нибудь, кто работает в «Макдональдсе» и любит свою работу? — Он в первый раз слегка улыбнулся.

— В этом есть смысл. — Она вернула улыбку.

Официант вернулся с заказом «Рта» и содовой для Меган, которая выключила диктофон.

Парень вгрызся в бургер, его челюсть была выпячена, когда он жевал своим слишком большим ртом. Он не смотрел на нее, пока ел, запивая большими глотками содовой.

Меган задалась вопросом, когда он последний раз ел.

Если это и беспокоило его, что она наблюдала, то он не подал виду, но опять же, тот, кто занимается интимными действиями с незнакомцами на ежедневной основе, должно быть, давно потерял всякую застенчивость.

— Почему они зовут тебя «Рот»? — спросила она, когда он закончил есть свой бургер, и она вновь поставила диктофон на запись. — Рики сказал, что это потому, что ты любишь поболтать, но это ведь не поэтому, да?

Он мельком взглянул на нее, приподняв брови и ухмыльнувшись.

— Послушай, даже если я и понимаю почему, мне нужно, чтобы ты хоть что-нибудь сказал, — Меган почувствовала, как ее щеки покрылись румянцем, а тон стал резким.

Он пожал плечами:

— Я хорошо делаю минет.

Она поборола в себе желание бросить в ответ: «Насколько хорошо?», и вместо этого спросила:

— Поэтому твоим прозвищем стало — «Рот»?

— Ага, ну это ведь лучше, чем «Зад», не думаешь?

Меган было сложно воспринимать его поддразнивания.

— Значит, ты также занимаешься сексом с проникновением? — она звучала как учительница-ханжа, но не могла найти лучший способ сформулировать вопрос.

— Нет. Я делаю только минеты и драчу. Большинство парней хотят минеты. Потому что я хорошо их делаю.

— И это все, что ты делаешь? — Она чувствовала себя извращенкой, которая роется в грязном белье других людей, что было точно тем, что она и делала. Росси лучше опубликовать эту гребаную статью, когда она закончит.

— Время от времени некоторые парни платят мне, чтобы я подрочил на них. Или они хотят у меня отсосать.

— Они хотят? А ты...? — Ее щеки становились краснее, когда ее вопросы приводили к более четким ответам. Она ничего не могла поделать с чувством, что ее интервью проходило бы проще, если бы он не был так привлекателен.

— Да. Они хотят. Я могу закрыть глаза и использовать свое воображение, чтобы отвлечься. Так гораздо лучше.

Он критично рассматривал сожженную фри на своей тарелке.

Меган снова посмотрела на свои записанные вопросы. Она надеялась, что разговор будет проходить проще, но, казалось, он становился более неестественным, когда кричащие детали его жизни обнажились перед ней.

— Все твои клиенты мужчины, или есть женщины?

Он не ответил сразу. Когда она подняла взгляд, он отвлеченно наблюдал за ней.

— Парни. Но один раз у меня был клиент, который хотел, чтобы я сделал куни его жене. Поэтому полагаю, что есть и женщины. — Его голос стал хриплым.

Дрожь прошла по ее телу, а ее промежность сжалась на его соблазняющий тон. Стыд мгновенно следовал по пятам за ее возбуждением.

Она сделала большой глоток содовой. Это было смехотворно. Этот подросток был проститутом, она оплатила его время и, может, он думал, что она хочет больше, чем интервью. Или, может, он просто дразнил ее, потому что мог. В любом случае, она должна быть профессионалом и оставаться хладнокровной.

Меган посмотрела наружу на медленно проезжающие мимо машины и задалась вопросом, как много водителей приезжают сюда в поисках таких парней как «Рот». Она размышляла, кем они были, те мужчины, которые платили ему за минет. Не говоря уже о клиентах, которые, по-видимому, были счастливы включить его в свои брачные отношения. Меган задумалась, использовал ли кто-нибудь из мужчин, которых она знала, сотрудников или даже друзей, проституток. Статистически она решила, что это вероятно.

«Рот» вытащил смятую пачку сигарет из своего заднего кармана, потряс, чтобы вытащить одну и расположил между своих губ, затем предложил ей пачку.

Она покачала головой. Хотя она очень бы хотела сейчас закурить.

— У меня есть еще несколько вопросов, которые я бы хотела задать, и затем мы закончим на сегодня, если ты хочешь.

— Ты платишь. Ты командуешь. — Он глубоко затянулся и выдохнул в ее направлении.

Меган поборола искушение вдохнуть дым.

— Ты всегда практикуешь безопасный секс?

— Да, я не сглатываю, когда они кончают. — Он снова это делал — пытался заставить ее чувствовать себя некомфортно, наблюдая за ее шокированной реакцией.

Она сфокусировалась на своих вопросах.

— Даже когда клиенты предлагают больше денег за небезопасный секс?

— Да.

— Они делают это часто? — казалось абсурдно опасно рисковать.

— Да. Но я не хочу. Я не глупый и не хочу ничего подхватить.

— Ты регулярно проверяешься?

Он кивнул.

— Ты принимаешь какие-нибудь наркотики? — Меган подумала, что он казался более собранным, чем другие подростки. Он не был пугливыми, не дрожал от очевидной тяги к метамфетамину и у него не было этого безжизненного, отчаянного взгляда.

«Рот» сделал еще одну затяжку сигареты, прежде чем стряхнул пепел в соусник перед собой.

— Иногда. Но я не наркоман, если ты об этом. Я не использую иглы и не употребляю гребаный крэк.

— Ты сказал, что живешь в заброшенном здании. Если ты не используешь деньги на аренду или наркотики, как ты тратишь их?

— Я хочу снять квартиру, и мне нужно достаточно денег, чтобы продержаться там всю зиму. Я не планирую провести всю жизнь на улице и сосать члены. — Он отвел взгляд. Жесткая линия его рта говорила ей, что он смущен, признавать свои планы.

— Ты поддерживаешь отношения со своей матерью? — спросила она, пытаясь утолить свое собственное любопытство.

Он затих, убирая сигарету с губ, и затушил ее в соуснике.

Поделиться:





©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...