Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Перевод выполнен для группы – https://vk.com/beautiful_translation 8 глава




Ну зашибись… Только этого мне и не хватало.

На мгновение мне в голову приходит мысль удрать, но это было бы глупо. Тем более, что Бен точно не станет сбегать, и я не хочу, чтобы он взял вину еще и за меня.

Вот только на него точно нет записей о нарушениях, в отличие от меня, идиота.

Интересно, что Бен подумает, если узнает, что меня уже задерживала полиция. А сейчас меня стопудово ждут наручники. Если бы было чем внести залог, я мог бы вернуться в Атланту. В общем, как ни крути, моя жизнь кончена.

– Оставайтесь на месте, – говорит мне коп, пока идет мимо меня к машине Бена. Ослушаться я не решаюсь, поскольку мое будущее в его руках. В случае, конечно, если со мной он будет разговаривать без свидетелей. Бену не нужно знать о моем дерьме. Серьезных преступлений на моей совести нет, но все же найдется достаточное количество мелочей, чтобы картина получилась не сильно симпатичная. Так что если он узнает, тем более таким образом, я умру от стыда. И он меня возненавидит.

Когда полицейский подходит к машине, Бен открывает окно. Что именно они говорят, мне отсюда не слышно. По крайней мере, коп не орет на него и не вытаскивает из машины.

Через мгновение он идет уже в моем направлении, и я мысленно готовлюсь к худшему.

– Ты уж помедленней, сынок, – говорит офицер и идет мимо. В зеркало я вижу, как он садится в свою машину и уезжает.

Какого хрена…

Высунув руку из окна, Бен показывает мне большой палец и выезжает с обочины назад на шоссе. Отправляюсь за ним, хотя в голове тупняк, и я жду приезда домой, чтобы спросить о случившемся.

Когда я заезжаю в гараж, он уже вошел в дом, поэтому звоню в дверь. Через пару минут дверь распахивается, и на пороге стоит Бен в одном только девственно-белом полотенце, угрожающе низко сидящем на бедрах. От такого вида чувствую, как жар бросился в лицо, а собственное воображение уговаривает меня прижать это идеальное тело к стене и обесчестить его парочкой весьма интересных способов.

Наверное, мне стоит пойти к себе, иначе придется беспокоиться, как скрыть растущую эрекцию.

– Почему ты звонишь в дверь? – он отходит в сторону, чтобы дать мне войти. – Она не заперта. Просто входи, и все.

– Э-э… По моим последним данным, я тут не живу, Бен. Я живу в домике у бассейна.

Он отмахивается от меня.

– Входи. Я собираюсь принять горячий душ. После мороза самое то.

– Ладно, но сначала расскажи, что случилось с копом. Мы ехали больше 150, когда он нас засек. Почему машина с мотоциклом не конфискованы, а мы еще не в тюрьме?

Бен смеется.

– Опоссум мой друг. Он не узнал меня, пока не подошел к машине, за что и извинился. Вот и все.

– Погоди. Ушам своим не верю. Ты правда сейчас сказал, будто полицейский извинился перед тобой за то, что остановил твою машину после гонки по шоссе?

– Кори, я же тебе говорил: в маленьком городе все друг друга знают. Иногда это плохо, иногда очень хорошо. Особенно если ты доктор, – подмигнув, он идет в сторону ванной. – Чувствуй себя как дома.

Я слышу шум включенного душа и понимаю, что Бен не закрыл дверь ванной. Не в состоянии нормально дышать, таращусь в открытую дверь. Бен снимает полотенце с талии, бросает его на столешницу и голый заходит в огромную стеклянную душевую кабину. Сквозь открытое пространство вверху в ванную просачивается густой горячий пар, скрывая от меня вид его тела. Это даже к лучшему, потому что я чувствую себя неловко от собственного подглядывания.

Почему он оставил дверь открытой?

Меня мучает соблазн войти и присоединиться к нему. И сразу станет ясно, заинтересован ли он или нет. Вот только вряд ли мне хватит смелости. Кишка тонка. Тут с Беном слишком многое поставлено на карту, и я не уверен, что смогу вынести отказ.

– Господи, Бен… – бормочу я себе под нос. – Так ты хочешь меня или нет? Я уже чуть ли не волосы на себе рву. Пожалуйста, просто дай мне знак.

Минуточку. А не поэтому ли он не закрыл дверь?

Внезапно я понимаю, что больше терпеть не могу. Снимаю куртку и футболку, и вот я уже голый выше пояса. Стаскиваю ботинки с носками, а затем и джинсы, сложив одежду на диване.

– Яйца в кулак, Кори, – уже вслух говорю я. – Сейчас или никогда.

Спустив трусы до середины бедер, я едва не выпрыгиваю из собственной кожи от внезапного звонка в дверь.

– Да блядь! – вселенная снова меня поимела.

– Откроешь? – кричит Бен из душа.

Беру джинсы, чтобы одеться, но тот, кто снаружи, нетерпеливо трезвонит снова.

– Кори? – зовет Бен. – Ты все еще тут?

– М-м… да, Бен. Я открою, – я бросаю джинсы на диван. На одевание времени нет. Нужно избавиться от какого-то назойливого мудака, прежде чем Бен выйдет из душа и обнаружит меня в таком виде.

Приоткрыв дверь наполовину, я выглядываю из-за нее, пытаясь скрыть факт, что я почти голый. На крыльце стоит Джули с большой корзиной фруктов.

– Ой, Кори, – она явно удивилась, увидев меня. – А-а… А Бен здесь?

– Ага, – я потираю шею, глядя в пол и попутно соображая, какого черта ей сказать. – Входи.

Забираю у нее корзину и ставлю на кухонный стол.

– Очень мило с твоей стороны, что ты ему их принесла, Джули. Уверен, ему понравится. К сожалению, он только что пошел в душ.

– Ага, – она хмурится, и я вижу, как она пытается сообразить, почему я тут полуголый. – А ты…

– Я живу в его домике у бассейна, – перебиваю я ее, прежде чем она начнет рассуждать. – Пойдем, я покажу его тебе, пока Бен занят.

Беру свою одежду под мышку и надеюсь, что она не размышляет о том, почему это я расхаживаю по гостиной Бена в одних трусах. На улице холодно, и я несусь к домику, слыша, как Джули со смехом бежит вслед за мной.

Внутри включаю неяркий свет и открываю шторы.

– Вот тут я и живу. Что скажешь?

– Ух ты. Кори, да ты тут как в отпуске.

– Ага, мне тоже нравится. Садись. Бен скоро освободится.

– Хорошо, – отвечает она и садится на диван, чопорно сложив руки на коленях.

У меня плохое предчувствие. Она пришла к Бену не просто так, и готов поспорить на деньги – по той же причине задрала рубашку и дала использовать себя вместо манекена Энни на утреннем занятии. С недавних пор Бен один, и она пытается заявить на него свои права – так же, как и я. Вот только я нахожусь в менее выгодном положении, поскольку он натурал, и у меня не был еще возможности рассказать о своих чувствах. Он может запросто снова начать встречаться с девушками, тем более с той, которую он уже уважает и которая ему нравится.

Думай, Кори. Шевели мозгами.

И тут волшебным образом Джули сама решает мою головоломку. Она смотрит на меня. И не просто смотрит, а пялится, разинув рот, мне на грудь, живот и член под тканью нижнего белья. Можно не сомневаться – Джули хочет меня трахнуть, и это мое спасение.

Неприкрыто следую за ее взглядом к члену. Потом смотрю ей прямо в глаза, похотливо ухмыляясь. Покраснев, она отводит взгляд.

Поздно, девочка. Я уже поймал тебя за подглядыванием.

Включаю стерео, подключенное к моему MP3-плееру. Звучит «Король-чародей» Кида Кади. Лучшей песни, чтобы растлить медсестричку Бена, и придумать нельзя. Включаю внешние динамики, и грохот музыки достигает дома, потому что я не просто хочу соблазнить Джули. Мне нужен зритель.


Глава 11

С силой прижав голую Джули спиной к стеклянной стене домика, я замечаю Бена, как статуя стоящего рядом с бассейном в пижамных клетчатых брюках и футболке, и с еще влажными после душа волосами.

Мы едва начали, а Джули уже распалилась не на шутку. Она тяжело дышит мне в ухо, а когда я еще жестче прижимаю ее голую задницу к стеклу, она поднимает ноги и обхватывает ими меня за талию. Можно не сомневаться – шоу будет превосходным.

– Вот так, милая, – шепчу я ей на ухо. – Хочешь, чтобы я тебя трахнул?

– Да-а, – стонет она.

– Я тебе нравлюсь?

Джули кивает.

– Да, Кори, – осыпав поцелуями мою шею, она запускает пальцы мне в волосы. – Очень нравишься.

– Тебе ведь и Бен тоже нравится, правда? – на мгновение она замирает, будто не уверена, отвечать или нет, но я больно шлепаю ее по заднице. – Не думай, Джули. Просто скажи, что чувствуешь.

– Д-да. Мне нравится Бен. Вы оба.

– М-м-м… – нырнув языком ей в рот, целую ее, после чего покусываю ее губы. – А ты хотела бы заняться любовью с нами обоими одновременно?

– Ты это серьезно? – откинув голову назад, она всматривается в меня широко распахнутыми глазами.

– Серьезней некуда.

Она медленно кивает, и я снова ее целую, спустившись рукой к ее сладкому местечку, пальцами окунаясь во влагу и заставляя ее еще больше жаждать грядущее удовольствие. Она не передумает – точку невозврата уже прошла, вижу это по всем признакам.

Глядя Бену прямо в глаза, я откидываю волосы Джули в сторону, обнажая ее горло. Потом, наклонившись, прижимаю ртом к ее шее и поцелуями спускаясь вниз к плечу – достаточно низко, чтобы из-под одежды отметина не была видна. Честно говоря, я никогда не тащился от засосов, но тогда с Кристиной вышло круто, а сейчас это самый ненавязчивый способ намекнуть Бену о своих планах.

И он срабатывает безоговорочно.

Бен тихо заходит в домик, остановившись на мгновение выключить внешние колонки, и подходит к нам. Я наклоняю голову Джули в другую сторону, чтобы дать ему лучший доступ, и, прежде чем она понимает, что тут есть кто-то еще, он вцепляется в ее шею.

Охнув, Джули тем не менее не возражает. Наоборот: как только к нам присоединился Бен, я почувствовал, как влаги между ее ног стало еще больше. В общем-то, мне на это глубоко наплевать. Я хочу Бена, но если единственный способ быть с ним – это разделив женщину, значит, так тому и быть.

Когда мы оба оставили на ней свои укусы, я отвожу ее от окна, целуя со страстью, предназначенной не ей, а Бену. Все это шоу – для него. И я сейчас так оттрахаю эту медсестричку, словно от этого зависит моя жизнь. Хотя отчасти это так и есть. В считанные дни моя жизнь настолько тесно сплелась с его, что когда я уйду, оставлю позади большую часть себя, и это заранее разрывает меня изнутри.

Не думай об уходе. Не сейчас.

Я опускаюсь на колени, держа Джули верхом на себе, и кладу ее на спину на пол. Она крепко держит меня ногами за талию, ерзая и потираясь об мой член. Мне нужно, чтобы Бен видел, как я ее возьму. Чтобы наблюдал за каждым моим сантиметром, вонзающимся в его любимую маленькую медсестру. Если я не могу быть с ним, ей тоже не обломится.

Встретившись с голодным взглядом Бена, пытаюсь без слов заставить его присоединиться к нам. Опустившись на колени рядом с ее головой, он запускает пальцы ей в волосы, а потом проводит рукой по ее щеке. Она вздрагивает, а затем стонет даже от такого легкого прикосновения – очевидно, она давно его ждала. Когда она открывает глаза, Бен наклоняется и мягко ее целует.

– Я знала, что вы не прочь показать на мне искусственное дыхание, – вздыхает она, когда он отодвигается. Он смеется и целует ее снова.

Наблюдая, как он ее целует, меня одолевает ревность и что-то еще. Дикая потребность оказаться внутри этой женщины, чтобы удержать ее подальше от Бена. Поиметь ее, чтобы он не смог. Кажется безумием, но ничего с собой поделать не могу. У меня сейчас подсознание за главного, а ему похрен на разумные доводы.

Резко приподнимаю бедра Джули, чтобы привлечь внимание их обоих, и Бен прерывает поцелуй. Когда он поднимает на меня взгляд, он замутнен похотью. Я сделаю все от себя зависящее, чтобы он слетел с катушек и потерял контроль, которым так гордится.

– Бен, – говорю я надсадным и таким агрессивным от возбуждения голосом, какого я от себя ни разу не слышал. – Хочешь посмотреть, как я трахну твою медсестричку? – взяв презерватив с дивана, а надеваю его. Устроившись у нее между ног, развожу их шире, готовый взять ее.

Джули корчится на полу в резких движениях и тяжело дышит. Мой прижатый к ее мокрым складкам член сводит ее с ума. Прямо сейчас ей плевать, что я скажу или сделаю. Она сейчас в той точке, которую иногда достигают женщины, когда вы при желании могли бы об нее ноги вытирать или даже бить, а она все равно будет продолжать умолять взять ее.

Бен молча нависает над ней с сомнением во взгляде. Он снова начал думать, а это плохо.

– Бен, – со скрежетом в голосе и чуть громче снова зову его я. – Чего ты хочешь? Скажи, что мне сделать, детка.

Черт! Какого хрена я так сказал?

Он ошарашенно смотрит на меня, потом, облизнув губы, на мой член у ее входа, готовый по его слову ворваться вперед, и его взгляд темнеет.

– Трахни ее, – шепотом говорит он. – Я хочу посмотреть, как ты это сделаешь.

Это все, что мне нужно услышать. Я с силой подаюсь вперед, не беспокоясь о том, больно ли ей или нет. Она достаточно мокрая, чтобы я легко и по самые яйца вонзился в нее. Не отрываясь, я смотрю на Бена. Мне нужно видеть его лицо.

Джули протестующе вскрикивает от боли, но когда я почти полностью выхожу из нее, громко ахает.

– О боже, – стонет она и прикусывает нижнюю губу.

– Как думаешь, Бен, ей нравится? – с сардонической усмешкой спрашиваю я.

– Более чем, – наклонившись к ее розовому соску, Бен втягивает его в рот, от чего Джули стонет и мотает головой из стороны в сторону.

– Доктор Харди… Я так хотела это… Хотела вас…

Схватив ее за бедра, насаживаю ее на член, не дав ей договорить и заставив закричать. На этот раз дразнить я не собираюсь. Толкая ее тело взад-вперед по ковру, я вколачиваюсь в нее снова и снова, пока она не превращается в кусок безмозглой женской плоти, блестящей от пота и готовой вот-вот кончить.

Наблюдающий за действом с возрастающим возбуждением Бен внезапно хватает ее за волосы и с силой заставляет ее голову замереть на месте, от чего Джули взвизгивает.

Она выгибает спину, и он наклоняется к ее тяжело вздымающейся груди, медленно рисуя круги языком, после чего спускается к животу с пирсингом в пупке. Повернув голову, он смотрит на мой член, с силой вколачивающийся в ее киску; его лицо в считанных сантиметрах от меня. Его дыхание неровное, глаза широко распахнуты. Я вижу даже сквозь его одежду, как напряжены все его мышцы. Он невероятно возбужден, но при этом не прикасается к себе и всерьез не присоединяется к нам.

Подняв голову, он замечает, как внимательно я его разглядываю, и этот зрительный контакт, кажется, длится вечность.

– Ей нужен твой рот, – говорю я ему. – Вот тут, внизу.

Я знаю, что она готова кончить, а Бен может это ускорить. Но чего я не знаю, так это послушается он меня или нет, ведь это означает почти что коснуться языком меня.

Словно какое-то время раздумывая, Бен медлит, а потом наклоняется и втягивает в рот ее клитор. Джули испускает мягкий стон, который становится громче и громче.

– Боже… мой… – ее тело дергается, но я крепко держу ее за бедра, положив их на свои, а Бен по-прежнему мертвой хваткой вцепился ей в волосы. Ей никуда не деться.

Я замедляю вращение своих бедер, двигаясь внутри нее почти лениво, чтобы и она, и я могли сосредоточиться на действиях Бена. Чувствую его мягкие губы, когда он сладко облизывает и посасывает ее клитор. Наслаждаюсь тем, что его рот почти прикасаются ко мне – от его мимолетных движений я едва не выпрыгиваю из собственной кожи. Почти потирающаяся об меня щека, мягкие волосы, щекочущие мой живот… Он так близок сейчас к тому, чего я от него хочу.

Если эта маленькая сучка сейчас не кончит, кончу я, а я совсем этого не хочу. Не для нее. Сейчас в этой комнате находится только один человек, для которого я хочу взорваться, так что буду сдерживаться из последних сил. Я хочу показать Бену, что мой член готов излиться не из-за этой глупой девчонки. А из-за него.

И наконец – много времени не потребовалось – Джули содрогается в бурном оргазме, мычит и бормочет:

– Доктор Харди… Кори… – она захлебывается воздухом, когда Бен мягко проводит по ней языком одновременно с ее последними спазмами.

Стоик-Бен, который все это время оставался полностью одетым.

Вытащив член, крепко стискиваю его, борясь с накатывающими ощущениями и наблюдая за движениями Бена между подрагивающих бедер Джули.

Нет. Я не кончу. Нет.

Сердце подпрыгивает в груди, когда Бен кладет голову ей на живот и смотрит прямо на меня. В этот момент я чувствую, что он тоже ощущает это единение.

Тыльной стороной ладони он вытирает рот, и я, подскочив, выбрасываю презерватив в мусорную корзину. Быстро надеваю джинсы, пряча стояк и забив на трусы, валяющиеся рядом на полу.

Ощущение, будто по мне ползают насекомые, – настолько я сейчас дерганый. Член ноет и больно прижат молнией джинсов, но эта боль – единственное, что держит меня в здравом уме.

Бен помогает Джули встать на трясущиеся ноги – он всегда такой правильный и джентльмен. Я ничего не имею против этой женщины и не хочу быть равнодушным, но мне нужно остаться с Беном наедине, иначе я за себя не ручаюсь.

Джули, видимо, думает, что я самый настоящий козел, и, скорее всего, она права. Какого черта я вообще думал, когда втянул ее в этот тройничок? Она, конечно, приняла бы практически любое мое предложение, от чего я чувствую себя немного виноватым. Но это все равно не оправдывает мои действия.

– Господи, я мудак! – громко кричу я. – Как и всегда.

Ухожу в ванную, громко хлопнув дверью и ощутив клаустрофобию в маленьком пространстве. Бен рано или поздно будет с Джули. Я пытался придумать любой предлог, чтобы держать ее подальше от него, при этом не ранив ее чувства слишком сильно и не разозлив Бена. И что, если он теперь меня ненавидит? Что, если девчонка разболтает обо всем на работе, и все усложнится? Извращенная логика, которой я следовал ранее, чтобы оправдать ее соблазнение, сейчас кажется ерундой, и я недоумеваю, как мне вообще пришло в голову, что это сработает.

Я бью кулаком по стене. Не настолько сильно, чтобы всерьез ее сломать, но весь домик сотрясается от ударов.

Нет ни единого шанса, что они это не слышали.

Интересно, что они там делают. Сейчас, когда часть крови снова прилила мне в мозг, я понимаю, что мне нужно выйти и попытаться решить проблему, которую сам же и создал. Нужно навести порядок. Это не ответственность Бена – сглаживать после меня углы.

Когда я выхожу, вижу, как закрывается входная дверь, а Бен ведет Джули мимо бассейна в сторону гаража. Он мягко придерживает ее под руку, а она улыбается. Не знаю, чего во мне сейчас больше – ревности или облегчения. Он сейчас решит с ней все недопонимания. А я скрещиваю пальцы, чтобы произошедшее не сказалось на профессиональных отношениях.

Почему я всегда все порчу?

С тех пор как приехал в город, я успел поспособствовать разрыву Бена с его девушкой, поцеловать его у всех на виду, лапать его, когда он был пьян, расстроил его, что он даже звонил в морг, а сейчас трахнул его лучшую медсестру. Я человек-катастрофа.

Угрюмо усаживаюсь на диван, по-прежнему одетый в одни джинсы, и тереблю крестик, подаренный мне бабушкой. Мой член все еще полутвердый. Это все из-за Бена. Я понимаю, что одержим им. Ничто так сильно не завладевало моими мыслями, с тех пор я завязал с наркотой. К сожалению, не думаю, что существует реабилитация, где можно справиться с зависимостью от доктора Харди.

Одно я знаю точно: когда Бен вернется, он будет очень зол, и мне стыдно, что я тому причина.

– Какого хера это было? – требует ответа он, держа подрагивающие руки по бокам.

Я облокачиваюсь на спинку дивана, слегка раздвинув ноги и не беспокоясь, что заметно, как член снова твердеет только от одного его присутствия. Интересно, ему слышно, как громко бьется мое сердце? Мне хочется упасть на колени перед ним, обнять и сказать, как сильно он мне нужен. Но вместо этого я усаживаюсь поудобнее, раскинув руки и положив их на спинку, и пожимаю плечами.

– А что такого? Тебе не понравился мой подарок?

– Она милая девочка, и ты не имел права втягивать ее в такое. Это касается только нас с тобой.

– Что ты имеешь в виду? – я делаю вид, что не понимаю, о чем он.

Он сжимает губы, словно пытается что-то не сболтнуть.

– Ты использовал бедную девочку, чтобы отомстить мне, разве нет?

– Отомстить тебе? За что это?

– Не знаю, – он запускает руки в волосы и подходит к окну. – Черт, не знаю я.

– Успокойся, Бен, – я смягчаю голос, решив перестать вести себя, как чертов мачо. – Ты прав насчет вовлечения Джули во все это. Я был не прав и сожалею. Я бы все изменил, если б смог. Но тут речь не о мести – даже близко не о ней. Действовать назло тебе – это последнее, чего я хочу.

Он ничего не отвечает, но я не удивлен. Я подошел слишком близко к тому, чтобы сказать правду, к которой он пока не готов.

– Что ты сказал Джули? – спрашиваю я.

– Что ты сексоголик. Что увидел вас двоих вместе, она выглядела так сексуально, и я увлекся. Еще сказал, что подобное не повторится. И наши отношения останутся сугубо профессиональными, – он свирепо смотрит на меня. – Это ведь не повторится, так?

– Да. Обещаю, что не буду снова пытаться соблазнить Джули. Хотя не сказать чтобы я уж очень сильно старался, если хочешь знать правду.

– Ой, ну конечно, я и не сомневаюсь, что она валялась у тебя в ногах, – со злой ухмылкой на губах Бен делает в мою сторону шутливый поклон.

Он ненавидит меня. Я все испортил.

Бен поворачивается уйти, но задерживается у двери и прислоняется головой к стеклу на несколько мучительных минут. А я слишком труслив, чтобы нарушить молчание. Наконец, откашлявшись, он говорит, не оборачиваясь на меня:

– Ты не можешь продолжать в таком же духе, – снова некоторое молчание. – Почему ты не кончил, Кори?

– Не хотел, – я с вызовом смотрю ему в спину, но он не оглядывается.

– Почему не хотел?

Со вздохом я снова кручу в пальцах крестик.

– Я хотел кончить – мне это было необходимо. Но не с ней.

– Господи, Кори, – по-прежнему прислонившись к стеклу, он несколько раз бьется об него головой.

– Ты сам тоже не кончил, – напоминаю я и, тихо ступая босыми ногами по ковру, подхожу к нему сзади. Мое сердце – потерявший управление поезд, но мне нужно держать себя в руках, иначе мы оба натворим дел.

– Не хотел, – повторяет он мои же слова.

Мой желудок делает двойное сальто. Я боюсь, что неверно истолковал его сигналы, но есть только один способ узнать наверняка. Подхожу к нему ближе – достаточно близко, чтобы ощутить собственное дыхание на его шее. Бен стоит, не шелохнувшись, и это придает мне смелости сделать то, что уже давно должен был.

Скользнув рукой по его животу, я неспешно веду ее ниже, к его члену.

– Боже мой, Бен… – я ртом ловлю воздух у его уха, когда чувствую, как напряглась его эрекция. – У тебя тоже стоит.

В доказательство своих слов я прижимаюсь бедрами к нему сзади, и чувствую, как каждый мускул в его теле сначала напрягается, а затем расслабляется. Он выдыхает долго сдерживаемый воздух, и это как сброшенный тяжелый груз.

Опустив голову, я прижимаюсь ртом к его горлу, носом отодвигаю ворот футболки и покусываю кожу. С момента нашего знакомства мы ритуально отметили двух женщин как свою собственность. А сейчас я хочу претендовать на того, кого на самом деле желал всю свою жизнь.

Тут нет никаких сомнений, что именно это означает, и он позволит это мне.


Глава 12

 

БЕН

От ощущения теплого рта Кори на чувствительной коже между шеей и плечом я не могу сдержать дрожь. Это настолько эротично, что чувствую это всем телом вплоть до пальцев ног.

Какого черта я творю?

Мое тело внезапно напрягается, и инстинкты почти заставляют меня отодвинуться.

– В чем дело? – спрашивает он меня, не отрываясь от моей шеи, и меня бьет озноб от прикосновения его губ.

– Я не должен так себя чувствовать… Не с другим мужчиной. Я натурал, Кори. Я ведь люблю женщин.

Усмехнувшись, он тянет меня за руку и ведет к дому. На улице холодно, но я это почти не замечаю. Я сейчас безразличен ко всему, кроме его прикосновений.

– Пойдем в дом, док. Думаю, там тебе будет уютней, – он молча ведет меня за руку и приводит на кухню. Моя собственная кухня кажется мне сегодня незнакомой. Как и все вокруг. Все, на что меня хватает, – это наблюдать, как Кори достает из холодильника две бутылки пива, открывает и ставит мою на стол.

Он делает несколько больших глотков пива, и я заворожен его шеей в этот момент и линиями груди и живота. Его потертые джинсы сидят достаточно низко, чтобы продемонстрировать мышцы, как у Адониса, и узкую дорожку волос, идущую от талии и намекающую на то, что ниже. Наверное, он носит эти джинсы не первый год, потому что местами они протерлись до дыр. Он босиком, и слишком длинные штанины подворачиваются под пяткой при ходьбе.

Преступление – выглядеть, как он. И мне – думать о том, о чем я сейчас думаю.

– Я ведь натурал, разве нет? – спрашиваю я его.

Какое-то время он размышляет.

– Тебе нравятся женщины?

Я киваю.

– Или же вернее сказать – до этого времени нравились.

– А я тебе нравлюсь?

Я вынужден откашляться, прежде чем ответить.

– Да. Я… гей?

– Я не знаю, – он ставит бутылку пива на стол. – Давай проверим.

Прежде чем я осознаю происходящее, он хватает меня за плечи и отшвыривает к стене, с силой прижавшись своими губами к моим. Я прижат его большим телом, когда он ныряет языком в мой рот, словно вылизывает остатки мороженого в стаканчике. Мне нравится его вкус, нравится ощущать, как он подчиняет меня себе. Сейчас он главный и знает, как губами и языком заставить меня требовать большего. Я не могу оторваться от его посасывающих губ и издаю громкий стон, схватив его за шею в попытках притянуть еще ближе, хотя ближе уже некуда. А когда он скользит рукой мне за спину сжать мою задницу, все, на что я сейчас способен, – это сдержаться и не обхватить его талию ногами.

Я хочу его так сильно, что боюсь, у меня будет сердечный приступ. Симптомы налицо: боль в груди, нехватка воздуха, подскочившая температура… Вот только боль эта больше похожа на ноющую и жаждущую. Никогда в жизни я не испытывал ничего подобного. Ни с Кристиной, ни с кем-либо еще.

Внезапно он отпускает меня и, взяв со стола бутылку, делает большой глоток.

– Даже и не знаю, что сказать, Бен. Как по мне, то вполне себе гей.

– Очень мило. Я тут на грани инфаркта, а ты шутки шутишь.

– Эй, успокойся. Между мужчинами такое случается сплошь и рядом. Не мы первые, не мы последние.

– Знаю. Просто сейчас это ощущается иначе, чем в тот первый раз.

Кори смеется.

– Это ощущается лучше. А теперь пей свое пиво. Хочешь, посмотрим телевизор?

Взяв бутылку, я нетвердым шагом иду за ним к дивану. Может, телевизор и вправду поможет немного прочистить мозги, даст мне возможность подумать о чем-нибудь другом, кроме как переспать с Кори. Потому что, приходится признать, я сейчас захвачен именно такими мыслями.

Включаю телевизор и останавливаюсь на старом сериале «Счастливые дни». Фонзи медленно танцует с Ричи, наряженным девушкой в честь какого-то посвящения. Я уже видел эту серию, но спустя несколько минут после моего первого официального гей-опыта – это немного слишком. Плюс ко всему, Фонзи с его мотоциклом, кожаной курткой и магическим влиянием на женщин напоминает мне Кори.

– Хей-й-й, – Кори передразнивает Фонзи.

– Думаю, тебе нужно почаще делать искусственное дыхание.

Диван прогибается под ним, когда он садится рядом, и поэтому я соскальзываю к нему. Инстинктивно отстраняюсь, но он кладет руку мне на плечи.

– Пожалуйста, не отодвигайся. Ты позволяешь другим людям прикасаться к тебе, но только не мне.

– Из-за других людей я так себя не чувствую.

Я действительно произнес это вслух?

– Правда? – спрашивает он. – И как ты чувствуешь себя из-за меня?

– Господи, Кори. Сам знаешь.

Он приподнимает брови.

– Нет, не знаю. Ты мне никогда не говорил. И, откровенно говоря, большую часть времени ведешь себя так, будто терпеть меня не можешь.

– Ты что, обкурился? Я тебя терпеть не могу? Господи, да ты посмотри, где сейчас находишься. Я предложил тебе переехать ко мне спустя считанные минуты после знакомства.

– Ты не предложил – распорядился. И жить в домике у бассейна – это не совсем переехать к тебе.

– Ну а сейчас ты где, в домике у бассейна, что ли? А где спал прошлой ночью?

– Я немного времени там провел, – отвечает Кори. – Но ты вроде начал говорить о том, как ты из-за меня себя чувствуешь, не забыл?

– Поверить не могу, что говорю об этом. Ты заставляешь меня нервничать, понятно? Я не знаю, как умудриться нормально вести себя, когда ты рядом. А еще как ты выглядишь… Я продолжаю твердить себе, что смотрю на тебя как на популярного парня в классе, с которым все хотят дружить. Но это не совсем так, понимаешь? – я опускаю голову и обхватываю ладонями свое лицо. – Господи, мне пиздец.

А Кори сидит и улыбается, как придурок. Мне хотелось бы рассказать ему, что обычно я чувствую себя куда более мужественным и респектабельным, нежели сентиментальным идиотом, но, по-видимому, его и это устраивает.

– А когда я прикасаюсь к тебе… – он ведет указательным пальцем по внутренней стороне моего бедра, остановившись в миллиметре от стояка, прикрытого пижамными штанами, и я подпрыгиваю.

– Это неправильно. И это неправильные чувства. Мне нужно держаться от тебя подальше, потому что мне твои прикосновения могут слишком понравиться. Что мне тогда делать? – пока мои слова бесконтрольно вылетают, до меня, наверное, впервые доходит.





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.