Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Перевод выполнен для группы – https://vk.com/beautiful_translation 4 глава




Прервав поцелуй, она тяжело дышит, а губы раскраснелись и припухли. А я с удивлением обнаруживаю, что моя хватка на ее заднице слишком грубая, и мгновенно опускаю руку. Видимо, я все же немного нервничаю.

Кори рядом со мной увлеченно-насмешливо наблюдает за нами.

– Почему бы вам двоим не снять номер?

– Привет, Кори, – шепотом говорит она и внезапно смущается.

Он смотрит на нее, как оценивающий взглядом свою добычу тигр, а я в недоумении от собственной реакции на эту сцену. И нахожу ее невероятно сексуальной.

– Собираешься нас впустить? – спрашивает он, и его выражение лица и интонация настолько опасные, что я едва узнаю парня, с которым провел последние сорок восемь часов.

– Ой, прости, – с придыханием хихикает она и делает шаг в сторону, чтобы впустить нас.

В комнате на каждой поверхность мерцают свечи и ароматные палочки с экзотическим ароматом, что делает атмосферу похожей на Марокко.

Я делаю глубокий успокаивающий вдох.

– Вкусно пахнет, Крис. А свечи – удачный штрих.

– Рада, что тебе нравится. А то знаешь, я волновалась, что это будет чересчур.

Кори грубо отталкивает нас и усаживается, развалившись, на диване, занимая бóльшую его часть.

– Я бы выпил сладкого чаю, Кристина.

– Ох, до чего же я ужасная хозяйка, – скованно качнув бедрами, проговорила она. – К сожалению, я не приготовила чай. Если ты действительно хочешь, я сделаю, просто это займет немного времени.

– Мы никуда не торопимся, – говорит он, даже не взглянув в нашу сторону. После чего берет пульт и находит повторный показ сериала «Мыслить как преступник», откидываясь на спинку, будто находится в своей мужской берлоге, а не дома у женщины, с которой мы собираемся переспать.

Кристина хмурится, и я ей, извиняясь, улыбаюсь. Но это не мешает мне одобрить его выбор.

– Э-э… чай звучит неплохо.

Я присоединяюсь к Кори на диване, в то время как Кристина спешит сделать чай. Понимаю, что он только утвердил над ней свое доминирующее положение, и это хорошо. Я тоже вполне могу в это играть. Это куда лучше, нежели дать ей возможность всем управлять. Кроме того, он прекрасно показал себя как мастера пикапа, поэтому кто я такой, чтобы оспаривать его методы?

– Обожаю этот сериал, – говорит он. – Эти умники круто разбираются со всей этой хренью.

– Ну или просто тут крутые сценаристы. Интересно, как они работают с сюжетом, задом наперед? Мне кажется, легче сначала написать концовку, а уже потом расписать подсказки к ней.

Кори смотрит на меня мгновение, а потом улыбается.

– Ну спасибо, Бен. Ты только что испортил для меня весь эффект от сериала.

Мы молчим, наблюдая, как следственная бригада творит чудеса. Думаю, нас обоих можно отнести к команде людей, кто решает вопросы жизни и смерти.

Во время рекламной паузы Кори удивляет меня, сняв с себя рубашку.

– Она не будет возражать, если я буду чувствовать себя комфортно, как думаешь?

Вопрос, конечно, риторический, когда он уже по пояс голый.

– М-м, нет… Предполагаю, мы здесь как раз для этого. И она еще в дверях чувствовала себя вполне комфортно.

– Ага, она отлично выглядит, старик. И эта рубашечка… А какие у нее сиськи… Уверен, ты им уделил немало внимания. Впрочем, я не удивлен. Ты мог бы поиметь, кого угодно.

Я чувствую, как краснею.

– Спасибо, но…

– Раздевайся, Бен.

Это тот же властный тон, каким он говорил с Кристиной.

Сняв обувь и носки, он встает и развязывает свои штаны, дает им упасть на пол, после чего снова садится. Хорошо, что трусы оставил. Я застываю на месте, и приходится делать усилие не смотреть в его сторону. Трудно сосредоточиться на происходящем на экране, когда он сидит рядом в одном белье.

Когда так прошло около минуты, он пихает меня локтем.

– Давай, мужик. Ты уже видел меня во всей красе. Так что твой черед.

Сняв сначала ботинки и носки, я через голову стягиваю рубашку. Кори присвистывает, чем смущает меня, но по его игривой улыбке я понимаю, что он просто хочет, чтобы я расслабился.

– Классное тело, док. Давай посмотрим на все остальное. И не стесняйся.

Я и представить себе не мог, что буду чувствовать себя в штанах настолько голым, но в двух шагах от Кори с его мужественной красотой, щедро сдобренной тестостероном, я ощущаю себя обнаженным во всех смыслах. Что я вообще делаю? Раздеваюсь по указанию мужика? И в этот момент я понимаю, что у меня почти встал – а в поле зрения нет ни одной женщины – и он это сейчас увидит.

Вот дерьмо.

– Помочь? – угрожающе предлагает он, и я вскакиваю с дивана.

– Ни хрена, – я быстро стягиваю штаны, будто это меня никак не беспокоит. – Но тебе стоит перестать тренироваться, чтобы дать шанс среднестатистическому парню хоть на какую-нибудь конкуренцию.

Я стою перед ним в одних лишь трусах и с очевидным стояком. Это вообще нормально? Его взгляд скользит по моему телу, неприкрыто оценивая. Внутри становится покалывающе горячо, и мне хочется съежиться и спрятаться куда-нибудь, где темно и безопасно, подальше от его проницательных голубых глаз.

– Не вижу ничего среднестатистического, доктор Харди. Ты охуенно горяч.

Если бы я до этого не ощущал себя неловко, то сейчас самое время. Но тут еще и примесь гордости. Получить комплимент от такого парня, как Кори… О чем я вообще только думаю? Меня запоздало накрывает понимание, что двум гетеросексуальным мужикам не стоит быть голым и одним в комнате, когда на мази секс. Чем-нибудь непременно да сцепятся, пардон за каламбур.

Только я всерьез начинаю рассматривать вариант свернуть дело, с подносом в руках появляется Кристина, и я еще никогда так не радовался ее приходу Ее светлая кожа и белокурые вьющиеся волосы до плеч – просто олицетворение женственности. Мне нужно, чтобы мой член оказался в ней как можно глубже. И прямо сейчас.

– Забудь про чай, Крис, – я снял с себя боксеры и сел на диван. – Встань на колени.

Схватив член одной рукой, я глажу внутреннюю поверхность своего бедра другой. Они с Кори потрясены резкой переменой в моих действиях, но, не задавая вопросов, она опускается передо мной. Проводит красными ноготочками мне по бедрам, разглядывая мою растущую эрекцию и неосознанно облизываясь.

Когда она наклоняется, чтобы взять член в рот, ее волосы щекочут мне кожу. Застонав в ответ на ее движение, я слегка приподнимаюсь, чтобы глубже толкнуться в ее теплый рот. Она обхватывает рукой основание члена и мягко двигает ею и ртом вверх и вниз. Кори издает сдавленный звук, и, когда я поворачиваюсь к нему, он ловит мой взгляд. Он хитро улыбается и обхватывает ладонью выпуклость на боксерах.

– Наш гость чувствует себя немного обделенным, дорогая, – замечаю я. – Протяни руку и окажи радушный прием.

Прежде чем она успевает до него дотянуться, он снимает белье и усаживается на диван, откинувшись на спинку. Его длинный внушительный член упирается ему прямо в живот. Огромный и самую малость изогнутый, он напоминает мне лежащую в засаде анаконду. От этого вида мой член так резко дергается в руке Кристины, что она выпускает его изо рта и смотрит на меня с чистейшим ужасом в глазах. А я молюсь, чтобы Кори этого не заметил.

– Продолжай, – говорю я ей, и мне пришлось прокашляться, чтобы не вышел писк.

Я издаю стон, когда она обхватывает мой член губами и сосет, потом протягивает руку и начинает скользить ею по чудовищному члену Кори. Спустя мгновение он накрывает ее ладонь своей, беззастенчиво направляя, и наблюдает за ее действиями со мной, ублажая себя этим контролем.

Он знает, что нравится его зверю.

Мне стоит подавить желание истерически расхохотаться от собственных неуместных мыслей. Это была бы не очень хорошая идея. Я шагнул в ситуацию, которая мне не по зубам. Чтоб тебя, Кристина. Хотя не могу ее винить. Я сам согласился на это безумие, вот и получаю. О чем тут еще говорить? Остается только превратить это в лучшее приключение.

До меня доходит, что мы оба смотрим на ее действия с нами обоими, и я не знаю, нормально ли это. Мы вообще можем смотреть на болты друг друга или лучше только на свой, или это вообще не важно?

Блядь, блядь, блядь, блядь. Соображай, Бен. Что они там делали в фильме?

Я не могу его вспомнить. У меня в голове только происходящее сейчас.

– Достаточно, – говорю я Кристине. – Встань и разденься.

Она поднимается, медленно спускает с плеч бретели ночной рубашки и, сняв, бросает ее на пол вместе с трусиками. Оттолкнув одежду ногой, наклоняется снять туфли.

– Туфли оставь и садись на диван между нами.

Она садится, и мы одновременно склоняемся над ней. Я набрасываюсь на ее рот и стискиваю ее грудь так сильно, что она вскрикивает. Кори скользит рукой ей между ног и нежно потирает, заставляя ее извиваться. Мы даже не даем ей вздохнуть. Если она хочет, чтобы ее взяли двое мужчин, то получит сполна.

– Она чертовски мокрая, – замечает Кори, поглаживая ладонью ее клитор. Я вижу, как он проталкивает в нее средний палец. – Просто истекает. Она явно хочет нас.

Погрузившись языком в ее рот, я нахожу ее и с жадностью сосу его. Не знаю, бывали ли наши поцелуи хоть когда-нибудь настолько необузданными; она так ахает и стонет, что я понимаю: довести ее до оргазма не займет много времени. С каждой секундой она заводится все сильнее, бесстыдно покачиваясь на пальце Кори и грубо меня целуя, пока я трахаю языком ее рот.

– Ты готов, Кори? – оторвавшись от нее, спрашиваю я.

Он кивает.

– Устроим сучке двойной удар.

Кристина напрягается. Она не привыкла к таким разговорам, но мне нравится. И очень. От его слов в паху заныло. Да так, что захотелось срочно к себе прикоснуться. Думаю, мы с Кори сейчас самые крутые засранцы в мире. Мы команда, а Кристина – объект для использования по нашему усмотрению.

Я хочу связать ее, но кожаные наручники лежат в шляпной коробке под ее кроватью. Идти за ними нет времени. Поднявшись, я поворачиваю ее, и теперь она лежит на животе, немного свешиваясь с дивана. Схватив с пола ее трусики, связываю ими ей руки за спиной. Она вскрикивает, и я просовываю палец под ткань убедиться, что это не причиняет ей вреда и не замедляет циркуляцию крови. Потом поднимаю ее и ставлю перед Кори, как рабыню на аукционе. Его восхищенный и не скрывающий одобрения взгляд обдает жаром.

– Ее стоп-слово «бархат», Кори. Если она его произнесет, мы немедленно остановимся.

– Понял, – отвечает он.

Я толкаю Кристину опуститься перед ним на колени, и он расплывается в довольной улыбке.

Она выглядит тревожной, почти боится, но я думаю, она просто немного нервничает от желания неизведанного. Во всяком случае, у нее есть стоп-слово, которым она знает, как пользоваться, пусть еще ни разу не доводилось.

– Трахни ее в рот, – говорю я ему. – Хочу посмотреть, как много она сможет принять.

Он тут же сжимает в руке член и направляет его ей в рот. Кристине пришлось открыть его пошире обычного, но и тогда он поместился только наполовину. Она поскуливает и быстро дышит через нос. Он для нее явно слишком большой, а я признаю, что кайфую от этого.

– Давай еще, – убеждаю я его, и он толкается сильнее и упирается в заднюю стенку ее глотки, провоцируя рвотный рефлекс.

Она на несколько секунд задерживает дыхание. Кори немного подается назад, давя ей возможность вдохнуть, что она и делает, быстро и шумно.

Теперь, когда прочувствовал ее предел, он начинает медленно двигаться внутрь и наружу, а Кристина пытается сосать. Обычно она делает зачетный минет, но сейчас я вижу, что ей трудно.

Я встаю позади нее и лицом к нему. Он улыбается, пока имеет мою девушку в рот, и я улыбаюсь ему в ответ.

– Хорошо? – спрашиваю я.

– О да. Но знаю еще кое-что, от чего будет еще лучше.

Я не осмеливаюсь спросить, что еще он придумал.

– Вставай, дорогая, – говорит он Кристине, откидываясь на спинку дивана и поднимая ее с колен.

Она еле стоит на ногах, со связанными за спиной руками и потекшей тушью по щекам. Знала бы она, как сейчас выглядит, – умерла бы со стыда, но меня это заводит.

Кори берет со столика презерватив и бросает мне. Я надеваю его, затем и он, взяв еще один. Он усаживает Кристину на себя верхом и слегка приподнимает ее, держа у ее входа свой впечатляющий член.

– Ты не против, Бен? Не хочу быть невежливым, – он наклоняется вбок и смотрит на меня в ожидании ответа.

– Милости прошу, – по правде говоря, я умираю, как хочу это увидеть.

Какое-то время он выжидает и, не найдя в выражении ее лица никаких признаков протеста, опускает ее на свой член. Она откидывает голову назад и сильно прикусывает нижнюю губу, пока он неторопливо входит в нее на всю длину. Когда она оказалась полностью насаженной, он начинает двигать бедрами. Выражение его лица выдает темные мысли. Она начинает стонать, я могу только представить, как ощущается этот огромный член, растягивая изнутри.

– И никакого «бархата», да? – он понимающе улыбается, и она мотает головой. – Стойкая девочка.

Мне заметно, что это ей дается с трудом. Ее дыхание поверхностное, а над ее верхней губой поблескивают крохотные капельки пота.

Он снова наклоняется над ней и жестом подзывает меня подойти ближе.

– Поставь ногу вот сюда, – он показывает рядом с собой, и я следую его словам. – А теперь поставь колено сюда, – я ставлю его с другой стороны от нее.

Кори притягивает Кристину к себе поближе, и я могу, наклонившись над ней и заключив в свои объятия, опереться руками на диван по обе стороны от него. Невозможно быть мужчиной и не понимать, к чему это ведет, и поверьте, я знаю, что тут делать.

– Смазку, – прошу я, и он берет ее со столика.

Я протягиваю руку, но вместо того чтобы передать мне флакон, он тянется через Кристину, слегка покачивающуюся на нем. Перевернув флакон вверх дном, Кори медленно и демонстративно выдавливает смазку на головку моего члена. Я становлюсь еще тверже, просто наблюдая, как прозрачная густая жидкость, поблескивая, стекает по бокам. Никогда не думал, что нанесение смазки может быть настолько эротичным.

– Блядь, – протяжно выдаю я, прежде чем соображаю, что я сказал это вслух, и тут же хочу забрать слово назад.

Выражение лица Кори светится дьявольским удовольствием, а Кристина вертится, пытаясь увидеть, что происходит. Могу только вообразить, что она подумала, он делает со мной у нее за спиной, услышав мою реакцию. Я делаю себе мысленную заметку впредь лучше себя контролировать, а то уже начинаю терять эту способность. По крайней мере, повеселил Кори, который явно счел, что меня легко возбудить.

– Отвернись, – рявкаю я Кристине, когда в желание вторглось раздражение.

Я заставлю ее заплатить на подозрение, что увидел в ее глазах, когда она смотрела на меня. Она – та, кто начала все это дерьмо, в конце концов.

– Будет сильно больно? – спрашивает она парней, которые понятия не имеют, и я задаюсь вопросом, почему она дождалась, чтобы только сейчас поинтересоваться насчет боли.

– Давай я выну, – предлагает Кори. – Легче будет… э-э… если сначала войти в заднюю дверь.

Он выходит и держит член ближе к себе, за что я ему благодарен.

– Думал, ты никогда этим не занимался, – я стараюсь сохранить обвиняющий тон, хотя он есть в любом случае.

Наклонив голову в сторону, он ухмыляется.

– Прочитал в интернете на работе. Решил, что хоть кто-то из нас должен подготовиться.

– О-о… Ну ладно, давай разберемся. Это же не должно быть сильно трудно, так ведь? Не интенсивная ведь терапия и не операция на мозге.

Кристина стонет.

– Мальчики, может, отставим светскую беседу? Звучит ни капли не сексуально.

От сильного шлепка по заднице Кристина вскрикивает. Я знаю, как вернуть ее внимание.

У нас с ней немалый опыт анального секса, так что здесь я знаю, что делать. Я наношу на пальцы немного смазки и медленно ввожу их внутрь, чтобы не причинить боль, но и не дать мышцам резко сжаться. Потом я делаю то же самое головкой члена. Она кричит и резко задерживает дыхание, когда неторопливо, но настойчиво я вхожу сквозь плотное кольцо мышц. Это непросто, потому что она нервничает больше обычного.

– Расслабься, – говорю я ей. – Выдыхай. Ты ведь знаешь, как это сделать.

Кристина делает долгий выдох, и я тут же оказываюсь внутри. Чувствую дрожь, пробежавшую по ее телу, и ненадолго замираю, чтобы дать ей приспособиться и растянуться. Зная о своих размерах, я всегда стараюсь заботиться о комфорте женщины.

– Могу я уже оказаться внутри? – спрашивает Кори. – Мне тут ужасно холодно и одиноко.

– Пожалуйста, – шепотом отвечает Кристина. – Не могу дождаться почувствовать вас обоих.

Когда он толкается внутрь, хватка вокруг моего члене невероятно усиливается. Это ощущается настолько хорошо, что мне приходится сдержать стон. После чего я отчетливо чувствую венчик его головки через заднюю стенку влагалища, и мои глаза округляются. Не смотря на то, что я врач, должен признать, не ожидал этого. Я смотрю через плечо Кристины на просто ангельское лицо Кори.

– Сюрприз, – шепчет он и приподнимает брови, давая мне понять, что он знает, о чем я подумал.

Потираясь об меня, он движется внутри нее, и я тут же почти потерял самообладание. Его движения еле заметные, мои куда более выраженные. Ничего не могу с собой поделать. Это ощущение стянутости просто ошеломляющее, и я понятия не имею, каково Кристине от всего этого. Она роняет голову Кори на грудь. Мне не видно ее лицо, но она дрожит и бездумно двигается, как человек под сенсорной перегрузкой.

Я пытаюсь сосредоточиться на ее удовольствии, напоминая себе, зачем мы здесь, но это становится все сложней. От того, как ее мягкая стенка прогибается под напором Кори и сильней прижимается ко мне, мы неловко смотрим друг на друга. Я безуспешно пытаюсь приподнять ее вялое и бесконтрольно дрожащее тело. Не думаю, что кто-то из нас мог бы предусмотреть происходящее. Оно совсем не как в том порно. На самом деле, будь это порно, нас бы уволили за недостаточно яркую игру. Кристина не двигается, я стараюсь не встречаться взглядом с Кори, а напряженный взгляд его голубых глаз – единственный признак, что он что-то чувствует. Слава богу, никому не пришло в голову заснять на видео это фиаско.

Судя по всему, от Кори тоже не утаилось нарастающее охлаждение, поэтому я благодарен ему, когда он берет все под свой контроль.

– Я собираюсь начать ее трахать, Бен, но не сильно. Нам стоит сделать наши движения встречными. Я выхожу, ты входишь, окей? Иначе это для нее будет слишком.

Я киваю, вновь ощущая твердую почву под ногами, но когда он подается назад, всей твердой длиной потираясь об меня, я чуть не рехнулся. Поэтому концентрируюсь на движениях, которые он предложил, и скоро у нас все налаживается. Внутрь, наружу, внутрь, наружу… Ритм сначала устойчивый и понемногу ускоряющийся, и вот оно – волшебство. Кристина начинает покачиваться вместе с нами, слегка приподнимая задницу и давая мне идеальный доступ. Она постанывает и тяжело дышит, одной рукой опираясь на Кор, а другой потянувшись себе между ног погладить клитор. Зарывшись лицом ей в волосы, я вдыхаю сладкий аромат жимолости. Ее мышцы подрагивают вокруг меня, а член Кори становится еще больше, заполняя ее собой, и в этой жесткой пульсирующей хватке я готов взорваться.

Стоны Кристины становятся более отчаянными и животными, и знаю, она на краю кульминации. Я был с ней достаточно раз, чтобы чувствовать ее приближение, и хочу, чтобы и Кори тоже почувствовал. Если у нас получится тройной одновременный оргазм, это будет самая необычайная вещь на свете.

На полпути к своему оргазму, Кристина вздрагивает и протяжно стонет, а я убираю руку с дивана и хватаю Кори за затылок, сжимая и давая ему понять о нашей надвигающейся кульминации. Прикоснувшись к нему, я пальцами скольжу по теплой коже и зарываюсь в волосы. Мы встречаемся взглядами, и он усиливает свои движения, не нарушая при этом ритм. Я ощущая трение его члена на своем, безумную пульсацию плоти Кристины вокруг нас обоих, что, сжимая нас, толкает к оргазму. Никогда в жизни я не был настолько заведен. И никогда так жадно не хотел кончить, как сейчас.

Кончая, Кристина издает прерывистый стон, а я чувствую финальный рывок члена Кори, что рушит мое самообладание, и я кончаю вместе с ними. Проходит какое-то время, а мы втроем по-прежнему напряженно замерли. Я не могу найти силы выйти из нее. Наши тела – как одно, связанные воедино и движимые неоспоримым инстинктом спаривания.

Звучат возгласы, слова, вздохи, какие-то даже исходят от меня. Но в этом ликующем состоянии я мог бы находиться хоть в шумном московском аэропорту, – настолько на все наплевать.

Когда удовольствие начинает стихать, я чувствую, как прихожу в себя. И эти двое тоже. Нам нужно разъединиться, и это почти больно, словно я чего-то лишаюсь. Или словно что-то внутри меня раскрылось, и на меня навалилось опустошение и глубокая тоска. Не знаю, что это означает, но у меня сложилось впечатление, будто это только ухудшится, и я ни черта не могу поделать, кроме как постараться удержаться на плаву.

 

 


Глава 6

 

Работа сейчас – последнее место, где мне хочется быть. Оставив Кристину в без сил и в одном халатике мирно валяться в кровати, я подбрасываю Кори до его комнатушки ожидания и проверяю пациентов вместе с медсестрами ER. Увидев меня, Джули смешливо улыбается.

– Все в порядке, доктор Харди?

– Нормально, я нормально, – я отмахиваюсь от нее, попутно удивляясь, насколько иначе я должен выглядеть после полуденных дел, чтобы посыпались такие вопросы. Хотя, конечно, чувствую я себя по-другому.

– Могу помочь с приемом звонков и прочим сегодня вечером, если хотите. И вообще могу помочь чуть больше обычного.

– Джули, ты просишь себе больше обязанностей? Я впечатлен, – конечно же, я ее поддразниваю.

Она улыбается.

– Просто хочу быть тут с вами, и все. Разве не для этого вы меня обучали?

– Да. И я ценю твою самоотдачу, – когда я прикасаюсь к ее руке, ее улыбка становится ярче, и она опускает ресницы. Начинаю думать, что я ей нравлюсь. Или же за мной тянется шлейф феромонов после нашего тройничка, которым ей трудно сопротивляться. – Я буду на первом этаже, если понадоблюсь, – и ухожу, прежде чем она задержит меня для продолжения разговора.

Я проверяю состояние своих пациентов на этаже и составляю диаграммы их показателей, надеясь, что эта деятельность на полную катушку займет мой ум и отгонит резвящихся там демонов, но увы. Концентрация сейчас не моя сильная сторона.

Я совершил ошибку.

Во мне что-то изменилось, и мне это не нравится. Я не могу игнорировать эти раздражающие мысли и чувства. Произошедшее сегодня с Кристиной и Кори стало частью меня, моей истории, и тревожит меня на том уровне, который мне сейчас даже не хочется понимать.

Покончив с делами, я пытаюсь найти предлог заглянуть к Кори в скорую. Какую-нибудь объективную причину. Но безуспешно поломав голову, я все равно иду.

К черту все.

Когда напарница Кори впускает меня в темную комнатку, я вижу его в тени на нижней койке, лежа смотрящего телевизор.

– Тяжелая ночка выдалась, правда?

– Бен, – он прыжком садится и ударяется головой о металлическую раму верхней койки, – Э-э, то есть доктор Харди. Что случилось?

– Ничего, – я пожимаю плечами. – Просто адски скучно. Ничего особенного не происходит. Но в следующий раз, пожалуй, стоит сначала позвонить. Если я так и продолжу тебя удивлять, жди в конце концов сотрясение мозга.

Он потирает голову и улыбается.

– Жить буду. Дениз, ты официально знакома с доктором Харди?

Дениз качает головой.

– Мы много месяцев работали в одни ночные смены, но, кажется, еще ни разу не доводилось перекинутся и парой слов.

Возможно, Дениз права, потому что я понятия не имел, что она такая грубоватая. И она мне тут же нравится. Местные деревенские, особенно старожилы, довольно колоритны в выражении себя, и обычно сразу понятно, что они имеют в виду. Милое качество, если ты с ними в хороших отношениях, а в противном случае – уже не такое милое.

– Приятно наконец познакомиться, Дениз, – я протягиваю руку, а она бросает мне подозрительный взгляд, прежде чем ее принять.

– Ну ни хрена себе. Врач, и тут, у нас, – смеется она, и по характерному звуку я понимаю, что она курит, и что у нее, вероятно, вторая стадия ХОБЛ. Еще по опыту я знаю, что, скорее всего, какое-то время она не захочет это признавать, после чего станет слишком поздно. – Что привело вас в наше скромное захолустье, доктор Харди? Заблудились?

Вот тут как раз мне и нужно вставить свой важный и логичный повод появиться здесь, но поскольку я так ничего и не придумал, то смотрю на Дениз, как полный идиот, и молчу.

Кори встает и подходит к нам.

– Я снимаю домик у бассейна у доктора Харди, Дениз. И нам нужно обсудить условия. Ну, знаешь, плату и прочее.

– О-о-о, – расслабившись, произносит она. Это хорошо, Кори. Рада, чтобы наконец съехал из того мотеля. Там жутко. Наркодилеры, наркоманы, проститутки, и так далее. Милый, ты же знаешь, будь у меня свободная комната, ты жил бы там безо всяких вопросов, – затем она многозначительно смотрит на меня: – У меня к Кори особенное отношение. И он уже достаточно настрадался. Так что ему не нужно, чтобы кто-то ухудшил бы его жизнь, понимаешь?

Мне не понятно, какого черта она имеет в виду, когда я вообще-то пытаюсь помочь парню.

– Простите мне мое любопытство, но разве вы не познакомились пару дней назад?

Она снова надсадно смеется.

– Я могла бы спросить тебя о том же: можно подумать, вы оба такие приятели. Но ведь нет. И чтобы ты был в курсе – мы не только что познакомились. Я тетя Кори. И это я помогла ему здесь с работой.

В ее голосе звучит гордость и немного здоровой самозащиты.

Кори встает с ней рядом.

– Дениз – это вся моя семья после смерти бабушки. Но тогда мы не знали друг друга, поэтому я оказался на улице.

Она защищающим жестом берет его за руку, а в глазах стоят невыплаканные слезы.

– Кори, если бы я только знала, что тебе некуда идти. Если бы я только могла тебе помочь. Ты ведь знаешь, детка.

– Все в порядке, тетя Дениз. Не вини себя. Я сам не хотел, чтобы кто-то об этом знал.

– Он сказал мне, что собирается жить с матерью, – напряженным голосом говорит мне она, резко жестикулируя. – Мы с ней не общались много лет, потому что совсем не ладили. Ты должен понять: я и мысли не допускала, что Кори соврал.

Кори смеется и кладет руку ей на плечо.

– Ты появилась в самый нужный момент. Благодаря тебе у меня появилась работа, прежде чем я закончил учебу, – он поворачивается ко мне: – Я жил на улицах Атланты. Знаешь, там целый подземный мир для бездомных. Создается ощущение, будто это твой настоящий дом, особенно когда ты не наркоте, – он умолкает, словно совершенно забыв, где находится. В своей голове он сейчас явно где-то на улицах. – Я не всегда был бездомным, но мои жилищные условия были… скажем так, не самыми подходящими. Чтобы выкарабкаться из всего этого, полгода назад я взял в долг у тети Дениз пять тысяч и прошел онлайн-курс EMT. Потом полетел в Айдахо на пять дней в тренировочный центр EMT. Еще не успев сдать тесты, я уже был здесь, в больнице.

Дениз убирает прядь волос со лба Кори.

– Решив, что хочет стать фельдшером скорой помощи, он спланировал все до мелочей и строго придерживался намеченного. Я так горжусь им не хочу, чтобы он снова оказался в беде. Хотелось бы мне, чтобы он жил в лучшем месте, чем тот мотель. Но больше я не могу ему помочь. Я отдала ему все свои сбережения и старый Харлей его дяди, что пылился в сарае. И Кори пообещал мне найти себе новое жилье с первой зарплаты. И похоже, благодаря тебе, он нашел его раньше запланированного.

– Да, док, у меня не будет денег еще две недели. Так что если сможешь подождать, то арендную плату…

– Кори, я не говорил про плату.

– Я знаю, – отвечает он. – А я не спросил, сколько. Надеюсь, ты не станешь обыскивать низкооплачиваемый персонал скорой, – его улыбка настолько преувеличенная, что я не могу сдержаться, чтобы не подшутить над ним.

– Х-м-м, – я делаю вид, что задумался. – Как насчет шести тысяч в месяц?

Его улыбка исчезает, и на секунду он выглядит по-настоящему испуганным.

Я кладу руки на бедра.

– Если бы я был согласен на деньги, то мы бы с тобой договорились на предоплату. Именно так и осуществляются сделки. Но мне не нужен арендатор. Я хочу помочь тебе сохранить свои деньги, чтобы потом ты смог позволить себе свое жилье. Черт, если ты сэкономишь тысячу в неделю, то через год сможешь купить небольшой домик, а через два и просто замечательный. Поправив свою кредитную историю, ты сможешь внести для дома своей мечты изрядный аванс. Тут тебе не Атланта. Недвижимость здесь отдают за бесценок.

– Тысячу в неделю? – смеется Кори. – Бен, тебя, кажется, испортили доходы врача. У меня на руках не останется тысячи после уплаты налогов. Но я невероятно ценю возможность, что ты мне предоставил. И все еще гадаю, а не проснусь ли я утром в своей комнатенке в мотеле и пойму, что это был сон.

Хриплый смех Дениз превращается в сухой кашель.

– А вы, ребята, достойны друг друга. Доктор с золотым сердцем и фельдшер скорой, в прошлом беспризорник. Про вас могла бы получиться отличная книга.

– Думаешь? – спрашивает Кори и небрежно забрасывает руку мне на плечо.

– А что, я бы прочитала, – отвечает она. – Я же читаю любовные романы, книгу за книгой, особенно когда торчу тут, а дел нет, – она показывает в сторону двухъярусной кровати, рядом с которой стоит такая огромная стопка романов в мягкой обложке, что вот-вот повалится на пол.





©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.