Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Гигиена атманического тела




Первым, но совсем не простым гигиеническим актом является идентификация тела, то есть процесс, в ходе которого человек учится отличать атманические вибрации от всех остальных. У одних людей моменты, когда им приоткрывается высший смысл их жизни, считаются единицами, у других - случаются несколько раз на дню, но пока человек не научится отличать высшее от низшего не по формальным признакам, а по непосредственному ощущению, можно считать, что его духовное развитие находится в предварительной фазе.

Здесь следует заметить, что вообще способность различать свои тела и планы тонкого мира у человека развита прекрасно, и не нужно быть "экстрасенсом" для того, чтобы отличить атманическое тело от астрального. Однако переразвитое ментальное тело среднего человека наших дней имеет обыкновение соваться во все его дела, в частности, в медитации более тонких тел, и грубо их искажать. Поэтому попытки ментального моделирования своих тонких переживаний неизбежно ведут к деформации трех высших тел, и, в частности, религиозного опыта и взаимодействия с идеалом. Вера не есть продукт логических размышлений (ментальное тело) или непосредственно внешнего жизненного опыта (каузальное тело). Обретение веры, то есть нахождение своего идеала, или канала в атманический эгрегор, есть главным образом результат собственно атманической медитации, которая осмысляется с большим трудом и лишь очень в небольшой степени. Человек чувствует, что с ним происходит что-то очень для него важное, его куда-то влечет, но что, почему и куда, он сказать не может. Это в чем-то похоже на детскую игру "холодно-горячо", но не всегда так же весело.

Ментальный век приучил нас к тому, что истина это то, что доказывается. Однако такое суждение не выдерживает критики, хотя бы потому, что само понятие "доказательства" относится к ментальному плану, а к остальным неприменимо, не говоря уж о том, что рассуждения, считающиеся весьма убедительными в одну эпоху, звучат в другую, в лучшем случае как пародия на доказательство, а в худшем - как откровенная галиматья. Автор в данном случае стоит на той позиции, что у человека есть достаточно здоровое (здравое) чувство истины, которое позволяет ему во всяком случае устранить грубый самообман, а более точное исследование в любой области и плане возможно при наличии соответствующего призвания и целеустремленности.

Применительно к атманическому телу можно сказать так: идеал есть идеал, а авторитет есть авторитет, и если в том или другом у человека появляются сомнения, то это значит, что они перестали быть объектами его атманического тела, хотя, вполне вероятно, остались в нижележащих, например, ментальном или астральном. Так мужчина может думать о некогда горячо любимой женщине и даже волноваться, увидев ее, но облика идеальной женственности, который он когда-то в ней прозревал, больше уже не ощущать.

Основная проблема заключается не в сомнениях, а в неустойчивости канала в эгрегор, что же касается, идеала, то применительно к нему стоит сначала проблема поиска, а затем очищения и оформления, причем вторая значительно сложнее первой. Дело в том, что фальшивый (для человека) идеал опознать очень легко: он не вызывает никаких ответных вибраций атманического тела, то есть человек не ощущает высшего подъема, энтузиазма, чувства необыкновенной радости, желания посвятить идеалу всю свою жизнь или чего-нибудь в таком роде. Однако идеал, показавшийся настоящим, то есть вызвавший в человеке атманический отклик, подлежит очищению, уточнению и оформлению, что порой оказывается чрезвычайно трудной задачей. И в первую очередь это связано с тем, что идеалы, как, впрочем, и прочие подробности атманического и других тел, по большей части не осознаются человеком, и мало у кого видимая часть идеала выкрашена в черный цвет: официально все признают идеалы любви, добра, справедливости, красоты и непричинения зла; однако остающаяся в подсознании часть идеала часто вносит существенные коррективы, и любовь ограничивается своими эгоцентрическими или семейноцентрическими проявлениями, добро понимается в более чем узких рамках, справедливость рассматривается со вполне определенной позиции, а красота - сугубо утилитарно. Выяснение, каковы же на самом деле идеалы человека, является одним из важнейших в духовном развитии, так как чаще всего их главный акцент, определяющий на самом деле всю жизнь человека, вытеснен в подсознание, и извлечь его на свет Божий может быть не так просто (и не особенно приятно; впрочем, современная цивилизация придает идеалам ничтожное значение, так что сопротивление подсознания часто будет значительно меньшим, чем при попытках осознания буддхиального и особенно каузального тел).

С эгрегориальной точки зрения идеал есть не что иное как символ канала в атманический эгрегор; и настройка на этот символ (например, повторение молитвы или имени Бога) подключает человека к этому каналу. Атманические эгрегоры (как и любые другие) бывают светлые (синоним: высокие) и темные (синоним: жесткие), и различия в их идеалах хорошо известны, читатель, не желающий изучать средневековые источники, может обратиться ко вполне современной "Розе мира" Даниила Андреева и найти соответствующие описания там. В низших слоях атманического плана властвует планетарный демон Гагтунгр со своими идеалами тотального мирового господства и подчинения себе свободной воли каждой частички мира. В высших атманических слоях располагаются светлые эгрегоры Планетарного Логоса, чьи идеалы суть мир, любовь, сотрудничество, эволюция... впрочем, каждой эпохе свойственны свои светлые идеалы, и автор предлагает читателю самому продолжить последний список.

Очень редко встречаются люди - сознательные носители темных миссий. Гораздо чаще кармический эгрегор, ведущий человека по жизни, располагается где-то в средних атманических слоях, предоставляя ему возможность исполнить свое основное предназначение несколько выше или ниже, но все-таки в пределах, отстоящих далеко как от святости, так и от истинных бездн падения. Поэтому для большинства людей главный жизненный выбор заключается не в предпочтении добра злу или наоборот, а в большей или меньшей точности исполнения своей миссии; другими словами, их выбор заключается в том, чтобы выполнить ее по возможности тщательно или, наоборот, схалтурить.

* * *

Вообще феномен халтуры заслуживает философского осмысления, поскольку это явление стало столь широко распространенным, что в душу автора даже закрадывается сомнение: не сменил ли планетарный демон в последнее время тактику, заменив на своих самых откровенных знаменах слово "зло" на "халтуру".

Когда началась эта переориентация Гагтунгра, сказать трудно. Но, во всяком случае, ясно, что когда целостная средневековая парадигма, естественно и неизбежно предполагавшая как единство человека, так и единство мира, стала трещать под натиском все более дифференцировавшегося знания о внешнем мире, и появилось множество наук вместо одной всеобъемлющей философии, то принцип халтуры был заложен в самое основание человеческого знания о мире: изучая любую сферу изолированно от других, мы быстро приходим к необходимости игнорирования всех "побочных" эффектов, причиной которых являются связи данной сферы со всеми остальными. Методический принцип, молчаливо полагавшийся в основу такого подхода, можно сформулировать приблизительно так: изучив все отдельные кусочки Вселенной достаточно подробно, можно в заключение найти связи между ними, чем и завершить построение научного знания о мире. Мир, однако, оказался устроенным как голограмма, а не как мозаика, и изучить любой его кусочек ничуть не проще, чем целое - но для того, чтобы это понять, понадобилось несколько столетий. Да и в наше время "мозаичная" парадигма все еще торжествует, и не только в науке, но и в общественном сознании и подсознании, транслируясь оттуда каждому социальному индивиду.

Когда Вольтер и компания торжественно отменили религию, а затем и Бога, они как-то плохо позаботились о нуждах атманического тела. Идеалы просвещения мало что говорили большинству не особенно ученых их современников; да и вообще, как учит великая индийская мудрость, Джнани-йога - путь познания -трудный удел избранных, наиболее продвинутых человеческих душ. Результатом (точнее - причиной) массовой атеизации населения, при отсутствии сколько-нибудь подходящих идеалов взамен отмененных религиозных, было общее ослабление атманической энергетики общества. Если для средневекового сознания вопрос о выборе пути души - к Богу или дьяволу - был совершенно конкретен, то с резким падением атманической энергетики многие вещи, казавшиеся в средние века очевидными и отчетливыми, удалились и стали как-то расплываться.

Рыба тухнет с головы, человек - с атманического тела. Ликвидировав его начисто, человечество пошло дальше, отменив также и буддхиальное, а каузальное просто не заметив и отдав на откуп темным гадалкам. В результате главным и высшим осталось ментальное, каковое и было официально объявлено объектом поклонения. Человек - венец природы, ибо у него есть Разум. А у животных его нет! нет! нет! И никогда не будет, глупенькие вы наши кошечки, собачки и дельфинчики...

Вот так, оставив человеку из семи тел четыре (на самом деле - три: ментальное, астральное и физическое, поскольку по поводу эфирного - есть оно или же нет - до сих пор идут отчаянные сражения между экстрасенсами с одной стороны и физиками и врачами - с другой), и пришло научное сознание к рубежу тысячелетий и концу эпохи Рыб. Позже, наши потомки будут смотреть на "наивную" философию древних греков с большим уважением, чем на современные научные представления...

* * *

Идеал халтуры в известном смысле противоположен идее исполнения миссии и тесно связан с концепциями равенства и тиражирования. Человеку с сильным атманическим телом и отчетливо ощущаемой уникальной индивидуальной миссией не придет в голову ни идея равенства, ни поползновение схалтурить. Личные впечатления обычно проецируются на мир, и если я ощущаю уникальность своей судьбы, то, вполне естественно, я перенесу это обстоятельство и на других людей, и не только на людей, но и, скажем, на предметы и социальные группы, и идея равенства просто не поместится в моей голове: судьба крестьянина - это одно, судьба горожанина - другое, а судьба короля - третье. Что же касается халтуры, то она исключается сильными атманическими вибрациями, захватывающими человека полностью и непосредственно управляющими всеми его телами. В основе халтуры (и болезней организма) лежит рассогласование между телами: должен я одно (буддхиальное тело), делаю другое (каузальное), думаю при этом о третьем (ментальное), а увлечен четвертым (астральное). При сильной атманической энергетике и отчетливом руководстве атманического тела прочими такая ситуация невозможна - но люди боролись за свободу, не заслужив ее своим эволюционным развитием, и в результате ослабели и разрегулировались связи между телами, "освободив" их друг от друга. Типичный современный маг совершает подвиги, немыслимые для самой матерой ведьмы какого-нибудь XIII века: он одновременно летит в астрале в одном направлении, в ментале - в другом, а в каузале - в третьем, и притом как-то умудряется собирать все тела вместе (правда, по наблюдениям автора, иногда при этом каузальное встает на место эфирного, от чего несколько портится самочувствие и происходят странные события, но это в конце концов мелочи).

* * *

Идеал в истинном смысле этого слова, то есть символ канала в атманический эгрегор, есть вещь достаточно динамичная и причиняющая немало хлопот своему хозяину: идеал не только вдохновляет, но и заставляет себе соответствовать. Другими словами, информационно-энергетический поток атманического эгрегора вдохновляет человека не "вообще", а на определенные программы действий, и при попытках уклониться или проигнорировать волю эгрегора вовсе последний быстро реагирует, доставляя порой человеку большие неприятности. Иными словами, пока ты далек от Бога, ты относительно свободен от него, но уж придя к Нему, хочешь - не хочешь, будешь послушно исполнять Его волю. Поэтому пока человек ищет свой идеал, он может воображать себе что угодно, вплоть до райского фруктового сада, но найдя его, он через некоторое время обнаруживает, что он имеет свою волю и недвусмысленное влияние на хозяина. Чаще всего это влияние человека во многом не устраивает, и он начинает искать пути отступления, и самый распространенный из них это регрессия на путь, хорошо разработанный многовековым опытом язычества, то есть работы в нижесредних и низких атманических слоях.

Имея не "утонченно-абстрактное", а "грубо-предметное" мышление, дикарь-язычник собирал свою атманическую энергию, концентрируя ее на идоле, символизировавшем атманический эгрегор - например, тотеме племени. При этом идол воспринимался достаточно утилитарно, и если начинал капризничать и работал плохо, скажем, не обеспечивал народ племени в достаточной степени продовольствием, то после недвусмысленных предупреждений и угроз мог быть лишен жертвоприношений, злобно разбит и заменен другим.

С появлением монотеизма эта простейшая и психологически адекватная схема отношений с божеством, то есть принцип регулирования атманических медитаций, была как бы заменена другой, важнейшее место в которой отводилось подчинению собственной воли - Божественной. Однако по-настоящему перестройка сознания и атманического тела на схему, предложенную в Пятикнижии Моисея (не говоря о христианской!) далеко еще не произошла, и средний человек XX столетия после рождества Христова в смысле устройства атманического тела мало отличается от жившего в XX веке до нашей эры дикого еврея, по поводу которого Бог регулярно восклицал: "Доколе будет меня раздражать народ сей?" Бог Ягве неустанно и безуспешно боролся с языческими культами, лишая в наказание избранный народ Своего покровительства и постоянно напоминая: "Я Господь" - но, судя по всему, Его успехи были невелики, и даже явление Христа не сильно уменьшило стремление человечества (и каждого человека в отдельности) создавать себе идеалы, управляемые волей эго.

* * *

Борьба монотеизма с язычеством символизирует (на уровне общественного сознания) борьбу высшего и низшего начал в человеке. Единый Бог это символ высшего начала, а идол, исполняющий конкретные желания человека, символизирует его низшее "я", или эго. В результате борьбы между высшим и низшим "я" в атманическом теле возникают идеалы четырех типов: светлые, промежуточные, темные и кукольные, или бутафорские. Светлые идеалы суть символы каналов в высокие атманические эгрегоры, темные - в низкие (тоже атманические); кукольные же идеалы не являются идеалами в точном смысле этого слова, то есть за ними на самом деле не стоит никаких каналов в тот или иной атманический эгрегор, но они на это претендуют и могут быть использованы человеком в прикладных целях.

Какова же природа и происхождение кукольных идеалов? Главное "неудобство" при взаимодействии человека с любым эгрегором (не только атманическим) заключается в том, что он не просто дает определенную энергию и информацию, но также и чего-то от человека хочет. Применительно к идеалам это означает, что они, с одной стороны, дают человеку устойчивость, силы и вдохновение, а с другой - требуют, чтобы он им соответствовал, то есть выполнял определенную эгрегориальную программу, которая может входить в противоречие с интересами эго.

В результате идеал получается, как чемодан без ручки: - нести тяжело, а бросить жалко. Подсознание начинает незаметную подтасовку, то есть идеал меняется на похожий, но не столь требовательный к человеку, более снисходительный и уступчивый. Эгрегор реагирует мгновенно, отключая человека от исходного чистого канала и переводя на более низкий тип служения, то есть предусматривающий меньшую свободу творчества и более жесткое подчинение, которое может в то же время больше соответствовать желаниям низшего "я", или, по крайней мере, меньше им противоречить.

 

Если, однако, и сниженный идеал покажется подсознанию слишком трудным, оно может пойти по пути дальнейшей его профанации, на что эгрегор ответит еще большим снижением типа служения - или отключит человека от себя вовсе. В последнем случае и возникает парадоксальная на первый взгляд ситуация образования кукольного идеала, то есть бутафорского символа подключения к атманическому эгрегору: ключа, который ничего не открывает. С оккультной точки зрения в этом, однако, нет ничего удивительного: явление мимикрии существует и в тонком мире, и в данном случае мы столкнулись с одним из его проявлений.

Настоящий идеал (неважно, светлый, темный или промежуточный) есть символ канала в атманический эгрегор, то есть некоторый объект в атманическом плане, который исполняет роль ключа, открывающего определенный вход в эгрегор. Однако повернуть этот ключ должен человек: например, произнося ключевые слова, определяющие идеал как священную мантру, то есть на атманической энергетике. Тогда ключ поворачивается в замке, и на человека опускается канал из эгрегора; первичная атманическая энергия, затраченная при произнесении мантры, тратится на преодоление трения в замке - заколдованном для других входе в эгрегор.

Таким образом, настоящий идеал - есть ключ ко входу в атманический эгрегор, а кукольный идеал отличается тем, что внешне очень похож на настоящий, но ни к какому эгрегору все же не подходит. Его можно сколько угодно накачивать личной атманической энергией, однако он способен лишь прокручиваться в эгрегориальном замк е, а открыть его не в состоянии.

Во времена сильной атманической энергетики разница между настоящими и кукольными идеалами очевидна, но когда атманический план в целом ослаблен или у человека слабое атманическое тело, проблема их различения может оказаться не такой простой. Это связано с тем, что кукольный идеал, то есть бутафорский ключ, как и любой объект атманического плана, обладает некоторой собственной (естественно, атманической) энергетикой, и будучи подпитан личной энергией человека, начинает как бы слегка светиться, и человек может принять это свечение за энергию эгрегора, к которому он так стремится. На этом эффекте и основывают свою работу серые духовные учителя, предлагающие своим ученикам кукольные идеалы, то есть торгующие духовными каналами, владельцами которых на самом деле не являются. В результате подобного "обучения" ученики теряют личную атманическую энергию и разочаровываются в данном учителем идеале, а заодно и во всех остальных: действительно, с изможденным атманическим телом начинать поиск новых идеалов и тратить немногие оставшиеся силы на их включение не хочется.

Таким образом, духовных учителей можно разделить на три основные категории: белые, черные и серые. Первые подключают своих учеников к высоким атманическим эгрегорам, формируя и активизируя высокие идеалы, вторые, наоборот, ориентируют учеников вниз, к жестким атманическим эгрегорам и на сатанинские идеалы, третьи же отключают учеников от каких бы то ни было атманических эгрегоров, замыкая их каналы на кукольный идеал, и через него поглощая наличествующую у них атманическую энергетику.

В эпохи с сильной атманической энергетикой более распространены черные духовные учителя, в эпохи со слабой - серые, и в некоторых отношениях последние даже опаснее.

Вообще опасности и враги атманического тела разнообразны, но у каждого человека, в зависимости от типа его организма, есть свои специфические искусители и паразиты, борьба с которыми составляет важную часть духовного развития в узком смысле слова.

Существенную информацию о свойствах организма можно извлечь из гороскопа, и этой теме посвящена значительная часть трактата. Однако многие обстоятельства остаются вне астрологической карты, и здесь исследователю приходится полагаться на иные методы, например, прямое наблюдение.

Одним из этих обстоятельств является относительный уровень энергетики атманического тела человека. Ее можно сравнивать, с одной стороны, со средним уровнем атманической энергетики окружающих людей и атманического плана (скажем, Земли) в целом, а с другой - с энергетикой нижележащих (то есть более плотных) тел самого человека: буддхиального, каузального и т. д. Если идти от общего к частному, то вначале следует расклассифицировать эпохи по относительной силе тонких планов, а затем уже переходить к людям, но автор откладывает обсуждение этих тем до момента, когда все тонкие тела получат начальное описание, и ограничивается пока несколькими замечаниями.

В эпохи, когда атманическая энергетика сильна и идеалы горят настолько ярко, что затмевают реальность всех планов кроме атманического, людям со слабым атманическим телом приходится плохо; их ситуация называется: "в чужом пиру похмелье". Наоборот, в эпохи со слабой атманической энергетикой, когда на первое место по значимости выходит буддхиальный план и ценятся не идеалы, а конкретные, достаточно длительные, но все же обозримые программы действий, плохо приходится людям с сильным атманическим, но слабым буддхиальным телом: происходящее вокруг их совершенно не вдохновляет ввиду его чрезмерной (на их взгляд) приземленности. А если ослабевает одновременно и атманическая и буддхиальная энергетика, и на первое место выходит каузальный план, то возникает ситуация, которая иногда называется сумерками богов: небеса как будто удаляются вовсе, оставляя людям лишь неуправляемый хаос ничем не связанных друг с другом конкретных событий, и законы кармы на время становятся почти неощутимыми.

Понятно, что исполнение миссии человека существенно зависит от уровня энергетики его атманического тела: когда она повышается, миссия видна лучше и проявляется более отчетливо. Тем не менее, она вполне может быть исполнена и на низкой атманической энергетике, особенно если в этом воплощении человека слаба энергетика атманического плана в целом. Субъективно, конечно, приятнее, когда атманическое тело сильное, миссия хорошо видна, Бог рядом и в любой момент с Ним можно о чем угодно посоветоваться, спросить Его разрешения на баловство и ощутить себя под Его полной защитой. Однако истинное смирение заключается в том, чтобы принять распределение энергетики всех тонких тел, диктуемое миссией, и не форсировать никакое из них в ущерб остальным, если на это нет специальных указаний от высшего "я". Другими словами, миссия может предполагать, что человек проживет всю жизнь, имея очень слабую религиозность и самый отдаленный свет идеалов, и не будет заниматься ни богоискательством, ни поиском более ярких и действенных идеалов, но сделает то, что ему предложит жизнь, положив максимум усилий на выполнение по всей видимости совершенно прозаических мирских дел, и ориентируясь при этом на очень отдаленный духовный свет, которого, однако, ему будет вполне достаточно - судьба, типичная для сильного каузального тела при слабых буддхиальном и атманическом. Конечно, этот человек может иногда с завистью смотреть на других, обретших яркий идеал и светящихся своим атманическим светом - но для него этот путь невозможен, а попытки форсировать атманическую энергетику вместо того, чтобы высветить миссию, наоборот, ее затемнят. Подобная судьба вовсе не исключает высокой миссии - пример тому Пушкин, чья религиозность была весьма сомнительна, а жизнь доверху полна мирской суетой, что не помешало ему стать одним из величайших людей России (подробнее о его миссии см. в "Розе мира" Д. Андреева).

Так что не атманическим телом озабочен дух человеческий, но также и прочими телами, которые - каждое по-своему - участвуют в исполнении миссии. В связи с этим приобретают очень важное значение тексты молитв, которыми верующие пользуются, часто не думая о том, что, в общем-то, Богу виднее, чем человеку, что последнему нужно. Обращение "Господи, дай мне то-то и то-то" воспринимается многими как попрошайничество, если речь идет о нуждах пяти низших тел, от физического до каузального, но считается вполне допустимым, если речь идет о двух высших, то есть буддхиальном и атманическом, например, просьбы об изменении своего характера или благоприятном течении судьбы (буддхиальное тело), или укреплении веры (атманическое - "избавь от лукавого"). Однако просьба к Богу не является попрошайничеством, о чем бы человек Его не попросил - все же Всевышний чем-то отличается от райсобеса. С другой стороны, рассуждая строго логически, довольно странно давать указания Вездесущему и Всезнающему, что именно Он должен делать, скажем, давать мне хлеб насущный на сегодняшний день или не давать - может быть, мне как раз пришло время немного попоститься, и Он это видит, а я, со своим скудным умишком, не замечаю - и прошу себе то, чего мне лучше не иметь. Что же касается искушений, очевидно, и они мне когда-то необходимы, и Ему лучше знать, когда и в каком виде ко мне следует подпускать лукавого.

Очевидно, молитва имеет какой-то другой, дополнительный смысл, не сводящийся к ее прямому значению. Этот смысл заключается, с одной стороны, в подключении атманического тела к эгрегору, а с другой - в перераспределении энергии внутри атманического тела. Например, моля Бога о том, чтобы Он наставил меня на путь истинный, я усиливаю энергетику атманически-атманического тела, а припадая к Его стопам с просьбой оградить от беды неминучей, акцентирую атманически- буддхиальное. Разумеется, будучи непогрешимым, Он воспринимает и исполняет мои просьбы гораздо точнее, чем я даже могу представить, но тем не менее, моя прямая воля, даже выраженная в молитве, может идти мне явно во вред, нарушая естественный баланс тел организма, свойственный моей природе и миссии. Поэтому, работая с атманическим телом, следует всегда прислушиваться к его реакциям и не настаивать на тех просьбах, которые вызывают отторжение или протест. Говоря на обычном языке, молитва должна быть принята, в противном случае ее следует оставить до лучших времен, усомнившись в ее - для меня - актуальности и правомерности. С другой стороны, в случае резкого дисбаланса тел и энергетических потоков организма точно найденная молитва или просто искреннее обращение к своему высшему "я" может дать эффект мгновенного исцеления или сильного облегчения - но такое обращение часто бывает нелегко найти.

* * *

Возвращаясь к теме духовных учителей - белых, серых и черных, следует заметить, что истинным учителем человека будет тот, кто поможет приблизиться к более точному исполнению миссии. Эта помощь может понадобиться на любом теле - важно лишь, чтобы она пришла вовремя и была адекватной. Однако традиционно духовным учителем называется человек, работающий на атманической и частично буддхиальной энергетике, и автор будет следовать этому определению.

Идеалы можно сравнить с маяками, которые одновременно являются питательными пунктами, на извилистой реке индивидуальной эволюции. Для того, чтобы увидеть идеал, нужно приложить некоторое усилие; зато приближение к нему вознаграждается значительным энергетическим квантом - пока не показался следующий маяк, автоматически отменяющий старый и требующий от человека перемены курса. Конечно, идеалы редко меняются на прямо противоположные, но корректируются в течение жизни иногда очень существенно. Однако кроме своих маяков, можно часто увидеть чужие, или пиратские сигнальные огни, заманивающие корабль на скалы, а также бакены, не святящиеся сами по себе, но лишь отражающие брошенный на них свет и не указывающие никакого пути - таковы кукольные идеалы.

Задача духовного учителя - помочь человеку сориентироваться среди окружающих его сигнальных огней. Белый учитель укажет на очередной маяк - но ученик должен его увидеть (а также сменить курс) сам; черный учитель укажет на тот или иной пиратский маяк - и во главе пиратов сам полакомится выделившейся при кораблекрушении атманической энергией, а при большой удаче захватит пленников и продаст их души в рабство Гагтунгру. Серый учитель постарается направить курс ученика на ничего не значащие бакены, то есть сориентировать его на бутафорские идеалы, с тем, чтобы через них вампирически подключиться к атманическому телу ученика и незаметно поглощать его энергию.

Читатель, конечно, понимает, что и черные и серые учителя посылаются человеку при совершенно определенных обстоятельствах и для вполне конкретных целей. Каковы же эти обстоятельства и цели?

Черные учителя типичны для людей (и времен) с сильной атманической энергетикой, когда возникает множество идеалов, в которых человек начинает путаться: настоящие, то есть открывающие вход в тот или иной атманический эгрегор, они все, но миссия требует точного выбора, на который человек пока не способен. Тогда является черный духовный учитель, твердо ориентирующий человека на идеалы, заведомо не соответствующие его миссии. Через некоторое время это становится очевидно, и, собрав из обломков кораблекрушения небольшую лодочку, человек выходит на ней в новое духовное путешествие на существенно более скромной атманической энергетике, но и будучи гораздо внимательнее к выбору идеала и обратной связи с ним.

Серые учителя характерны для людей (и времен) с пониженной атманической энергетикой. Здесь энергия идеалов невелика, то есть их свет тусклый и распознается с большим трудом - и тем не менее на него нужно ориентироваться, подчиняя слабому атманическому телу куда более сильные нижележащие. Понижение атманической энергетики это, может быть, самое тяжелое испытание для человека, своего рода духовный пост, который может затянуться на целую жизнь и совсем необязательно связан с грехами в прошлом: у Космоса, в частности, у атманического плана, есть свои ритмы, которые пока плохо изучены, но существуют вполне объективно, оказывая влияние на судьбы как отдельных людей, так и целых поколений. Другими словами, автор хочет сказать, что слабое атманическое тело вовсе не означает бездуховности или тем более аморальности человека (или времени в целом); просто оно определяет некоторые другие, особенные режимы энергетического обмена в организме (человека или общества в целом), которые нужно учитывать и не отождествлять с режимами, возникающими при высокой атманической энергетике.

Но обычно судьба отнимает у нас то, чем мы пренебрегаем - в частности, для того, чтобы в дальнейшем лучше его ценили и больше о нем заботились. Конечно, подобная субъективно-теологическая интерпретация отчасти наивна, поскольку существуют объективные энергетические циклы, например, день сменяется ночью, а зима - летом, и осенью приходится думать о шубах, не связывая эти заботы с личными грехами, но все же привычка считать, что Бог учит человека постоянно, значительно более конструктивна, чем широко распространенный обычай вспоминать о Нем лишь в минуты молитвы или посещения храма.

В чем же особенности жизни человека со слабой атманической энергетикой? Первое обстоятельство, которое он должен глубоко прочувствовать, заключается в том, что каково бы ни было атманическое тело, все равно оно - главное, поскольку уйти от своего основного предназначения человеку не дано, а общий контур его судьбы будет выстроен именно вокруг миссии. Но в данном случае идеалы, то есть маяки на жизненном пути, горят тускло, и человеку может казаться, что они не играют в его судьбе существенной роли; он будет жить "как живется", то есть пассивно плыть по волнам бытия, или же выбирать себе цели сам, исходя из каузальных или ментальных потоков, его окружающих. Это, разумеется, неправильно - независимо ни от чего, идеалу следует подчинять всю свою жизнь, а сами идеалы держать в образцовом состоянии, благоговейно стирая с них пыль мягкой тряпочкой.

Что же происходит в слабом атманическом теле, если человек пренебрегает своими идеалами? В данном случае они символизируют узкие каналы в атманический эгрегор, которые легко засоряются. Это связано с тем, что если в широком канале происходит естественное самоочищение стенок (субъективно человек ощущает отчетливое воздействие на себя воли эгрегора и вынуждено координирует с ним свои действия), то узкий канал дает нерегулярную и неотчетливую связь с эгрегором, которая чаще всего бывает односторонней (то есть информационно-энергетический поток идет либо в одну сторону, либо в другую), и к тому же часто рвется и каждый раз требует отдельной настройки. По сути эгрегор как бы дает человеку испытательный срок, проверяя, насколько серьезны его намерения и действительно ли он хочет поступить в служение. И если человек оказывается недостаточно настойчив, то канал постепенно засоряется и связь с эгрегором обрывается, а соответствующий идеал становится кукольным.

В сильном атманическом теле спутать настоящий идеал с кукольным довольно трудно: они отличаются примерно как живой щенок от заводного. Однако при слабой атманической энергетике разница на первый взгляд уже не столь очевидна, поскольку все движения как бы сильно замедлены, но все равно настоящий идеал это нечто живое, а кукольный - нет. Последнее обстоятельство, впрочем, довольно удобно, поскольку кукольный идеал, не будучи связан ни с каким атманическим эгрегором, оказывается полностью под властью человека, который может его с большим удобством для себя деформировать, не встречая никакого сопротивления. Так идеал честности дополняется возможной при некоторых условиях ложью во спасение; идеал служения истине уточняется характером этой истины: классовая, общественно-необходимая, прикладная; идеал ненасилия успешно сочетается с доктриной ограниченной ядерной войны и т. д.

В результате у человека (семьи, государства, народа) возникает множество кукольных идеалов, иногда довольно похожих на настоящие, но в действительности не связанных ни с каким эгрегором. Тем не менее, при должной инвольтации со стороны человека они могут быть использованы в прикладных целях, чаще всего довольно неблаговидных, хотя по видимости (то есть на социальном уровне) упрекнуть человека не в чем. Здесь очень важно понимать, что кукольный идеал качественно отличается от настоящего: за первым не стоит ничего, за вторым же находится эгрегор, то есть практически неограниченный источник энергии. Тем не менее, кукольный идеал тоже обладает определенной энергией - той, что была затрачена на его создание как некоторого объекта в атманическом теле; кроме того, человек, если ему это нужно, может дополнительно питать кукольный идеал своей (иногда и чужой) энергией - с различными целями, описываемыми ниже.

Одна из таких целей это социальная адаптация, ибо неприлично человеку не иметь ни веры, ни идеалов. "Во что вы веруете?" - на этот вопрос нужно уметь ответить. Общество допускает веру в Христа, можно Аллаха, Будду или Иегову; на худой конец - просто в любовь, добро или справедливость. Однако любой из этих идеалов, будучи принят всерьез, оказывается довольно требовательным к человеку, заставляет от много отказаться и переменить не только образ мысли, но и жизнь в целом. Поэтому приходится воспользоваться одним из кукольных идеалов, прекрасно отработанных общественным подсознанием и надеваемых и снимаемых с тем же удобством, что и фраки, выдаваемые на прокат нобелевским лауреатам непосредственно перед вручением им знаменитой премии.

Но это кукольные идеалы, так сказать, общезначимые: каждый знает, чего они стоят и в каких случаях употребляются. Они огромными плотными серыми мешками закрывают входы в высокие эгрегоры соответствующих религий и истинных смыслов настоящих идеалов, обозначаемых теми же словами, и пробиться через эти серые преграды удается немногим - и эти люди обычно теряю коммуникации с остальным человечеством.

Однако существует еще довольно большая серия кукольных идеалов, создаваемых людьми специально для себя, но не в возвышенных, а в сугубо прикладных целях, причем им даже в голову не приходит, что они занимаются чем-то предосудительным, а если говорить на оккультном языке, то попросту черной магией и подготовкой к <

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...