Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

как член кого-то парня, кого ты не знаешь,




Глава 29.

«Ничто так не говорит о сожалении,

как член кого-то парня, кого ты не знаешь,

но с кем ты переспала, упирающийся

тебе в задницу на следующее утро».

Джеймсон

 

Что — то звонит.

Один мой глаз приоткрывается, голова откидывается в сторону, и я затуманено смотрю на свою тумбочку. Мой телефон жужжит и звонит, делая счастливую маленькую самбу по плоской деревянной поверхности. Это громко, противно и раздражает — именно так, как и должно быть.

Я хватаю мой телефон и стону, когда он оказывается у меня на ладони.

Я моргаю, глядя на неопознанный номер, но, тем не менее, смахиваю, чтобы принять вызов.

— Привет, — хрипло говорю я.

5: 37— это не очень хорошо для меня.

— Джеймс? — Голос смутно знакомый. Мужской. Глубокий, сексуальный и знакомый.

— Что?

— Это я.

Боже я так устала. Я вообще спала? Какой сегодня день?

— Я — кто?

Глубокий смешок: — Себастьян.

Мои глаза в панике распахиваются, потому что, с какой стати он звонит так рано, если нет срочной необходимости? Я пытаюсь сесть.

— Оз? Себастьян! Все в порядке?

— Да нет, все замечательно.

Я буквально убью этого парня, когда он вернется.

— Ты звонишь мне в пять утра потому, что все отлично?

— И да, и нет. Мне потребовалось много времени, чтобы найти телефон.

— Но на улице еще темно.

Оторвав телефон от уха, я смотрю на номер, ошеломленная и растерянная. Не его номер. Не его телефон.

— Подожди. Чей это телефон?

— Я одолжил у менеджера команды. Мой умер прошлой ночью, и у меня нет зарядного устройства.

Он одолжил телефон, чтобы позвонить мне?

— Ты запомнил номер моего мобильного?

— Память как стальной капкан, Кларк, помнишь? Три. Точка. Семь. — Он тяжело дышит и это звучит так, будто он бежит.

— Ты на пробежке?

— Да. Извини, что так рано, но я чувствовал себя как огромный мудак, оставив тебя в подвешенном состоянии прошлой ночью. Никто из моих товарищей по команде не позволил бы мне одолжить мне их чертовы телефоны, и я не мог оплатить телефонный звонок из номера отеля.

Задницы.

— О, — тупо отвечаю я, все еще не в состоянии сформулировать предложение.

— Да, мне очень жаль, я знаю, что ты все еще в постели, но у меня не будет телефона до пятницы, когда мы вернемся. Я оставил зарядку дома, и никто не разрешил мне взять их.

— Задницы.

На другом конце раздается смех, низкий и приятный. О, Боже, я так устала, что хочу сжать его очаровательное лицо. Звук его восхитительного смеха посылает гул удовольствия вниз по моему позвоночнику... проносится через мой таз... и отдается в моих бедных яичниках.

Я уютно устраиваюсь на своих простынях и представляю, как его гладкое, шелковистое дыхание скользит по моему животу.

— Я ведь не снилась тебе прошлой ночью? —  шучу я, ранний утренний свет только сейчас начинает пробиваться сквозь задернутые занавески.

— Может быть, — я слышу, как он улыбается.

— Ммм, это странно, — растягиваю я слова. — Прежде, чем меня грубо прервали, мне снилось, что я погружаю пальцы ног в теплый Карибский песок где-то на пляже. Пляжный парень собирался принести мне коктейль. — Я зеваю, потягиваюсь, как дикая кошка, и мурлычу: — Ммммм.

— Подожди. —  Похоже, он остановился как вкопанный. — На тебе та белая майка?

Дезориентированная, я мямлю: — А?

— Белая прозрачная майка, которая была на тебе в Юте. Это то, во что ты была одета в моем сне прошлой ночью, этим утром.

— Не рановато ли для таких расспросов? — Осторожно, чтобы сохранить атмосферу флирта, а не прелюдию к сексу по телефону, я дразню: — Я даже не могу сформировать связное предложение.

— Да или нет?

— Нет.

Я плюхаюсь на спину и смотрю в потолок, а он разочарованно хмыкает.

— Облом. Это была единственная визуализация, помогающая мне пройти этот забег. Я замораживаю здесь свои яйца, представляя тебя в этой рубашке, но это того стоит.

— Хм…

Он снова вздыхает.

— Черт, детка, я думал, что у меня будет больше времени поговорить, но тренер только что вышел на улицу. Мне пора. Давай что-нибудь сделаем, когда я вернусь. Я напишу тебе завтра, хорошо?

Детка? Он только что назвал меня деткой? Что, черт возьми, происходит прямо сейчас?

Не верь тому, что ты слышишь.

— Хм, ладно.

Я слышу его решительное согласие.

— Завтра.

 

 


 

Глава 30.

«Я хочу, чтобы ты села мне на лицо.

Сегодня воскресенье,

так что мы можем отправиться в ад,

но, по крайней мере,

у тебя будет удобное

кресло в дороге».

 

Себастьян

 

Оз: Ты здесь?

Джеймсон: Конечно; )

Оз: Я зарядил свой телефон.

Джеймсон: Я вижу! Кто одолжил тебе зарядку?

Оз: Никто. Я не выдержал и купил в Уоллгринс(Walgreen Company — крупнейшая аптечная сеть в США)напротив отеля. Уворачивалсяот машин, чтобы пересечь перекресток. До вчерашнего вечера я не понимал, как быстро могу бежать.

Оз: Был один момент, когда я думал, что меня собьет машина. Просто говорю.

Джеймсон: ЧТО?! Зачем ты сделал ЭТО?!

Оз: Потому что мне надоело ждать.

Джеймсон: Надоело ждать...?

Oз: Это девятичасовая поездка домой на автобусе, ты действительно думаешь, что я хотел подождать ещё, чтобы написать тебе?

Оз: Джеймс? Ты здесь?

Джеймсон: Я здесь.

Оз: Тебе неприятно это слышать?

Джеймсон: Слышать, что ты…

Оз: Скучаю по твоему саркастическому рту? Угу. Так и есть. Это какое-то странное дерьмо или как?

Джеймсон: Откуда все это?

Оз: Это долгая история, но я думаю, нам надопоговорить, когда я вернусь домой.

Джеймсон: «Нам надо поговорить». Потому что это не всегда хорошо кончается.

Оз: *А вот и появилась настоящая Джеймсон*, не будь такой драматичной.

Джеймсон: Я? ДРАМАТИЧНАЯ?!

Оз: Я — Оз, а ты — драматичная.

Джеймсон: Мило. Очень мило. Где ты сейчас?

Oз: Место 12D, проезжаем мимо очень живописных кукурузных полей где-то между Огайо и Айовой. Ты?

Джеймсон: Ну, знаешь, в библиотеке, за моим обычным столиком.

Оз: Черт, это заставляет меня ревновать.

Джеймсон: Почему

Оз: Я как бы считаю библиотеку “нашей”, и ты там без меня.

Джеймсон: Правда? Потому что ты ведешь себя очень странно в последнее время.

Оз: Я? lol

Джеймсон: Я только что закатила глаза, счастлив? Да, ты. Ты готов рассказать мне, почему?

Оз: Да, но я бы предпочел сделать это лично.

Джеймсон: Можешь хотя бы намекнуть?

Оз: Хорошо.

Оз: Это как-то связано с тобой.

Джеймсон: Не такой намек! Будь более конкретным.

Джеймсон: Эй, Себастьян? Ты можешь позвонить мне, чтобы поговорить, или это будет странно?

Оз: Да, я могу позвонить тебе. Поскольку я не видел тебя несколько дней, как насчет скайпа, вместо этого?

Джеймсон: *краснеет* Да, это тоже должно сработать. Дай мне пятнадцать минут, чтобы собраться и помчаться домой. И взъерошить волосы. Ха-ха.

Оз: Пятнадцать минут. Понял.

Оз: И для протокола, мне нравится, когда ты говоришь дерьмо вроде " помчаться". Это так чесать мило.

Джеймсон: LOL, чесать.

Оз: Автозамена не позволила мне написать чесать.

Оз: Не чесать. Чесать.

Оз: ЧЕРТОВСКИ

Джеймсон: Я сейчас так сильно смеюсь.

Оз: LOL. Начинаю отсчет. Приготовились. Внимание. Помчались.

 

 

— Ты в постели? — спрашиваю я, сгорбившись в кресле и закутываясь поглубже в свою толстовку, радуясь, что весь ряд в моем распоряжении.

— Просто лежу на ней.

Как по сигналу, я слышу, как шелестят ее простыни, и представляю, что они хрустящие, чистые и пахнут свежим воздухом и солнцем.

Небом.

Джеймсон смотрит на меня через камеру телефона, длинные волосы обрамляют ее лицо, сама невинность и сексуальность.

— Когда ты вернешься? — она робко прикусывает нижнюю губу, как будто нервничает, как будто ей неловко спрашивать.

Эти три маленьких слова и то, как она спрашивает... черт, они делают какое-то неожиданное и странное дерьмо с моим животом, заставляет внутренности сжижиматься.

Я прочищаю горло.

— По плану в одиннадцать.

— В одиннадцать не так уж плохо, достаточно рано, чтобы выйти и... или... Что?

— Нуу. — Я растягиваю слово. — Затем я надеялся увидеть тебя.

Ее глаза расширяются.

— Сегодня вечером? Но сегодня пятница.

— Точно.

— Ты никуда не собираешься? На вечеринку?

— Я имею в виду, мы можем. Если ты этого хочешь.

— Мы?

— Да. Ты и я.

— Вместе?

— Если только ты не хочешь. Я просто подумал... Черт. — Я провожу рукой по волосам, потом опускаю их на лицо. — Неважно, что я думал. Я идиот.

— Нет! Нет. Прости, я просто... Боже, Оз, я просто думала, что ты будешь со своими друзьями.

— Ты мой друг, — указываю я, криво усмехаясь.

Это доставляет ей удовольствие, и ее лицо озаряется улыбкой, от которой мне хочется поцеловать ее через чертов телефон.

— Я, правда?

— Так и есть, — с энтузиазмом говорю я в телефон. — Я твой?

— Да.

— Мне нравится, когда ты так говоришь " да" и закатываешь глаза. Это так сексуально.

Джеймсон смеется, откидывая голову назад, пока не падает на белую подушку, прислоненную к изголовью кровати. — Я знаю, что нравится.

— Знаешь, что еще мне нравиться?

— Что?

— Мне нравятся твои волосы, — выпаливаю я.

Ее брови удивленно взлетают вверх, и она смущенно касается длинных блестящих локонов, держа телефон другой рукой. — Неужели?

— Каждый раз, когда я вижу тебя, мне хочется дотронуться до них, провести по ним пальцами.

— Неужели?

 Она смотрит на меня с опаской.

— Ты многого обо мне не знаешь.

— Это я вижу. — Джеймсон ерзает на кровати. — Что еще ты от меня скрываешь?

Я хотел подождать, рассказать ей все это лично, но так как она спрашивает, и так чертовски восхитительно, я неохотно говорю: — Те сны, о которых я рассказывал тебе на днях?

— Кошмары? Да, я помню.

— Я не шутил, когда говорил, что они о тебе.

— О? — ее рот складывается буквой «О».

Прочистив горло, я оглядываюсь по сторонам, проверяя, не проснулся ли кто-нибудь в автобусе, убеждаясь, что мои товарищи по команде заняты, прежде чем я продолжу изливать свое проклятое черное сердце на маленький экран телефона.

— Что же в них было такого ужасного? — поддразнивает она, пытаясь обратить в шутку этот напряженный разговор.

— Мне снилось, что ты... — выдыхаю я. — Это действительно было очень хреново.

— Ничего страшного, если ты не хочешь говорить мне, Себастьян. Я чувствую, что тебе неловко, но это, очевидно, изменило то, как ты видишь меня. — Ее голос звучит с большей хрипотцой, чем обычно? — Мы были порознь последние несколько дней, и... если есть что-то, что мы можем сделать, чтобы исправить это, я бы хотела, чтобы ты сказал мне.

— Нет, у нас все в порядке, в том-то и дело. Может, я больше не хочу, чтобы у нас все было в порядке.

Джеймсон выпячивает нижнюю губу.

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Ты бросаешь меня?

— Видишь? Это проблема. Вот почему мне нужно увидеть тебя лично.

Она хмурит брови.

— Оз, ты меня немного пугаешь.

— Просто мы не должны говорить об этом по телефону.

— Ладно. Это мне не поможет, потому что в течение следующих нескольких часов я буду волноваться, — говорит она.

— Не надо. Ничего страшного.

Джеймсон высовывает язык.

— Говорит единственный из нас, кто понимает, что происходит.

— Ты можешь зайти попозже?

— К тебе домой? — Она заправляет непослушные волосы за ухо.

— Да, ко мне домой.

— Хм, да. Конечно.

Уверен, что глупая улыбка растягивается на моем лице.

— Отлично. Я напишу тебе свой адрес.

— Окей.

— Это в двух кварталах от кампуса, блевотно-розового цвета— точно не пропустишь

— Окей, — хихикает она.

— Я вернусь около половины двенадцатого. Когда вернемся в кампус, надо разгрузиться и все такое, а потом я смогу уехать. Дай мне немного времени, чтобы вернуться домой и переодеться. Как насчет одиннадцати сорока пяти?

— Э-э, конечно.

— Джеймс?

— Да?

— Если только ты не хочешь, чтобы я приехал к тебе.

Это будет слишком? В последний раз, когда я появился у нее дома, все прошло не так хорошо.

— Нет, у тебя лучше. Мои соседи по комнате любопытны, и... я не уверена, что они делают сегодня вечером. К тому же, Сидни планировала остаться дома, так что... Я имею в виду... если ты не хочешь с ней встретиться.

Сидни.

Точно.

Лучше избегать этого дерьма.

— Я не хочу ее видеть. Я хочу увидеть тебя.

 

 


 

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...