Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Миллионов в промышленности... 3 глава




Миллионов в ГУЛАГе,

Миллионов в армии,

Миллионов в колхозах,

миллионов в промышленности...

И все рабы примерно одного уровня. Заключенных можно было безнаказаннорасстреливать, морить голодом, убивать непосильной работой. Прав у нихникаких не было, и даже само их существование, несмотря на количество, былогосударственной тайной, о которой запрещалось даже говорить вслух. А уж тем более запрещалось говорить вслух об армии, кроме того, что она"непобедимая и легендарная". Но прав у военнослужащих было еще меньше, чем узаключенных. Не моргнув глазом, можно было на живых солдатах провестинатурные испытания атомного взрыва, а затем бросить уцелевших без всякоймедицинской помощи, взяв у них, правда, строжайшую расписку "онеразглашении". Даже умирая от лучевой болезни, они боялись рассказатьсбитым с толку врачам, что с ними произошло. Не было ничего хуже, чем вернуться из армии инвалидом. Все еще хорошопомнили многомиллионную армию инвалидов сразу после войны. Звенямногочисленными орденами и медалями, они собирались в крупных городах вокругрынков и вокзалов, прося подаяния или пытаясь в меру своих сил как-топодработать. Все это были, главным образом, молодые парни в возрасте до 30лет. Буквально в один день все они исчезли. По всем городам были проведеныкоординированные облавы. Всех безногих и безруких покидали в машины иувезли. А было их несколько миллионов. Куда они все делись? Не то чтоговорить, но и думать об этом не полагалось. Любой генерал, а то и маршалмог точно так же исчезнуть, и никто не имел права о нем вспоминать. Если ужв годы войны били смертным боем и мочились на голову генерала армииМерецкова, то и после войны с неменьшим энтузиазмом делали то же самое смаршалом Новиковым, генералом Телегиным, маршалом Яковлевым и многимидругими. С крестьянами вообще можно было делать что угодно. Им не полагалось нипенсий, ни пособий, но при потере трудоспособности разрешалось кормиться скрошечного приусадебного участка, который, кстати, могли в любой моментотобрать, дом снести бульдозером, а самого либо посадить, либо выброситьумирать куда-нибудь в чистое поле. Методика уже давно была отработана. С рабочими, от имени которых как "класса-гегемона" и творились всепреступления, также никто не церемонился. Никаких средств борьбы за своиправа рабочие не имели. За само слово "забастовка" произнесенное вслух,вполне можно было поплатиться жизнью. Безопасность труда находилась напервобытном уровне, работа шла на износ, условия работы были подчаскаторжными, оборудование старым и изношенным, условия жизни простонемыслимыми, так что очень малый процент рабочих вообще доживал до своейнищенской пенсии. Страна жила в неописуемой нищете. Мужчины донашиваливоенную форму и ватники, женщины тридцати лет уже выглядели старухами вплатках и валенках. Человек в костюме считался справедливо либо большимначальником, либо шпионом, либо крупным уголовником. Модно одетая женщина,если она не была женой или любовницей какого-нибудь крупного функционера,рисковала попасть в зону за "низкопоклонство перед западной модой". В несколько лучшем положении находилась немногочисленная техническаяинтеллигенция, выпущенная из тюрем и шарашек, увешанная лауреатскимимедалями за проектирование и создание образцов нового оружия в годы войны иныне. Ей и платили получше, и кормили посытнее, создав даже для кандидатовнаук и полковников сеть так называемых лимитных магазинов с гораздо лучшимвыбором товаров, чем для простого народа, дав им таким образом почувствоватьсладостное чувство собственного привилегированного положения и временнозабыть о своем собственном полном рабском бесправии. Таким образом, при самом поверхностном анализе легко выявляласьпримитивная схема рабовладельческого государства, где весь национальныйдоход присваивался и по собственному усмотрению распределялся самим Сталиными его всемогущей номенклатурой. Номенклатура вышла из войны еще более могущественной, чем была. В годывойны она надела на себя высшие знаки воинского отличия, что дало ейвозможность еще более осознать свое значение в государстве, котороесчиталось государством "нового типа", хотя было столь же архаичным, что игосударство Урарту. И если такое государство вообще могло существовать, тотолько потому, что оно по всем швам сцементировано именно номенклатурой,использовавшей в качестве единственного механизма исполнительной властиогромный аппарат тайной полиции, снова переименованный после войны из НКВД вМГБ. Но сути дела это не меняло. Тайная политическая полиция контролировалакаждый вздох гигантского концлагеря от далеких лагпунктов ГУЛАГа докремлевских кабинетов. Сросшись своей верхушкой с сердцем номенклатуры,тайная полиция простерла свои щупальца по всем континентам, постепенностановясь мечом, щитом и плотью номенклатуры. Номенклатура, отягощенная золотом погон и высших боевых наград,прекрасно осознавала прочность своего господствующего положения взахваченной стране, свои возможности и беспредельные перспективы. Онапрекрасно понимала, что партия большевиков, которую эта номенклатурапредставляла, уже срослась с понятием "государство", а само понятие"государство" давно стало синонимом партии. А потому она, номенклатура,стала непобедимой и неистребимой, искренне рассматривая всю государственнуюсобственность, включая население, как свою, принадлежащую ей по правурождения. И такой вождь, как Сталин, был номенклатуре уже совершенно не нужен.Более того, он ей мешал, не давая развернуться во всем блеске импровизации.Он мешал, поскольку постоянно заставлял задумываться о личной безопасности,об ответственности, ограничивая аппетиты и держа почти круглые сутки нарабочих местах в кабинетах. А в этот кабинет в любую минуту могли ворватьсялюди с синими околышами на фуражках, избить до полусмерти, вытащить за ногиво двор, бросить в машину и в тот же вечер расстрелять в каком-нибудьподвале. Все это нервировало, порождая мечты о новом, "своем" вожде. Но, какизвестно, мечты никогда не воплощаются в жизнь сами по себе, требуя длясвоего воплощения в жизнь тяжелой и рискованной работы. Французская газета "Монд" как-то опубликовала карикатуру, желаяпоказать читателям структуру управления Советским Союзом. На карикатуре былизображен Сталин, у которого из каждого кармана, из отворотов мундира, изголенищ сапог выглядывали маленькие Сталины. Это было правдой, но сильноупрощенной правдой. Маленькие Сталины стремительно объединялись, создаваянечто гораздо более мощное, чем "великий вождь всех народов". Номенклатураобъединялась в собственное государство с весьма четкими и строго охраняемымиграницами. Этот процесс был настолько очевиден, что его не смогла игнорироватьдаже многотомная "История КПСС". "В 1946 году была разработана и утвержденаноменклатура должностей ЦК ВКП(б), - сухо сообщает официальная историяпартии. - В работу с руководящими кадрами вносились плановость,систематическое изучение и проверка их политических и деловых качеств,обеспечивалось создание резерва для выдвижения и строгий порядок вназначении и освобождении номенклатурных работников. Расширяласьноменклатура должностей ЦК компартий союзных республик, крайкомов, обкомов,горкомов и райкомов". О чем не сообщает официальная история, так это о томновом витке смертельной борьбы, которая развернулась между номенклатурой иСталиным, сразу же, как смолкли последние залпы второй мировой войны.Разница с предыдущими этапами борьбы заключалась лишь в том, чтономенклатура стала более могущественной, а Сталин сильно сдал, постепенновпадая в состояние полного маразма и становясь легкой добычей для окружавшихего волков и шакалов. Еще во время войны номенклатура получила несколько сигналов, говорящихо том, что вождь слабеет. После взятия немцами станции Мга под Ленинградом,что позволило противнику замкнуть кольцо окружения вокруг города, всесчитали, что песенка Ворошилова спета. Пикантность ситуации заключалась нетолько в его дико бездарном командовании, а в том, что после взятия МгиВорошилов, потеряв голову от страха, не доложил об этом в Москву, и Сталинузнал об очередной военной катастрофе из сообщения Немецкого радио. СамВорошилов был уверен, что его расстреляют или превратят в лагерную пыль, чтопо законам военного времени было бы вполне справедливо. Расстрел всегокомандования Западного фронта во главе с генералом армии Павловым был еще увсех очень свеж в памяти. Но ничего подобного не произошло. Ворошиловотделался легким испугом. Номенклатура отметила это обстоятельство как первый шаг на пути ксобственной полной безответственности, что и составляло ее самую светлуюмечту. Еще более характерной была история со Ждановым. На стол Сталинапостоянно ложились документы, изобличающие его ближайшего сатрапа во всехсмертных грехах. Алкоголик, пьет с утра до вечера, никакими делами незанимается. Изменник. Договаривался с немцами о сдаче города. Настроилпротив Сталина всю ленинградскую парторганизацию, мечтая отделитьЛенинградскую область от СССР, создать на базе области самостоятельноегосударство и стать в нем вождем. Во исполнение этого плана в Ленинграде накаждый портрет товарища Сталина приходится четыре портрета самого Жданова.Вор. Еще в годы присоединения Прибалтики он присвоил и переправил в западные(скандинавские) банки около 400 тысяч фунтов стерлингов. В годы блокадыЛенинграда специально созданная им команда обшаривала пустые дома, собирая вподвалах Смольного все представляющее хоть какую-то ценность, не брезгуядаже обручальными кольцами, сдернутыми с пальцев умерших от голода старух. Внастоящее время указанные ценности примерно на 7 миллионов рублей хранятся втайниках на трех дачах и у ряда доверенных лиц. Вождь молчал, не принимая никаких мер. Правда, после неожиданной смертиЖданова, обросшей легендами именно из-за того, что многим была известна этаинформация, на дачах и в охотничьих домиках покойного копошились какие-токомиссии, что-то вывозилось на крытых армейских грузовиках, а во времязнаменитого "Ленинградского дела", в ходе которого была расстреляна всябывшая ждановская команда, помимо прочих обвинений, всем было предъявленообвинение "в моральном падении в виде стремления к личному обогащению". Насуде демонстрировались пригоршни золотых монет, бриллиантов, ювелирныхизделий и старинных орденов. Таким образом, ответственность была такжетщательно иерархирована, как и вся жизнь в стране. То, что могло бытьпрощено Жданову, не прощалось номенклатуре более низкого уровня. А именноэто ее не устраивало. Сталину было совершенно ясно, что номенклатура, подобно подпольномумиллионеру Корейко, с упоением ждет лучших времен, заранее, вместе сконсолидацией собственной власти, накапливая материальные богатства, чтобыокунуться в роскошь настоящей вельможной жизни правящего класса, имеющегонеограниченные возможности и безграничные претензии. И, уж конечно, былопонятно, что все с надеждой ждут того момента, когда тигриные глаза вождявсех народов закроются навсегда. Понимая, что его могут убить в любоймомент, Сталин порой впадал в нерешительность, которая сменялась приступамибезумия, не давая возможности разработать четкую и эффективную стратегиюконтрборьбы. Сталинская номенклатура, уже задыхающаяся и изнывающая в тех рамках, вкоторые ее загнал свирепый и кровожадный вождь, была, тем не менее, чистосталинской. Раздираемая вечными интригами и взаимными доносами, она самапредоставляла Сталину великолепные возможности для победы на этом новомвитке борьбы. И может быть, будь вождь помоложе, он бы снова, если и непобедил, то и не проиграл бы, как это произошло в 1937 году. Но Сталин былуже слишком стар и утратил свой былой блеск непревзойденного мастерапартийной интриги. А доносы продолжали поступать. Молотов. Еще будучи в 1939 году в Германии, получил крупную взятку отгитлеровского правительства, которую положил на секретный счет в Швейцарскомбанке. В годы войны неоднократно получал крупные взятки от союзников,которые разместил в ряде банков США и Англии. Через свою жену был связан совсесильными еврейскими финансовыми кругами, каковыми и был завербован вовремя поездки на поезде из Нью-Йорка в Вашингтон, дав обязательство"изменить" существующий строй в СССР в Пользу мирового капитала. Берия. Еще в молодости, в эпоху диких конфискаций и красного террора,награбил несметные богатства, которые тогда же переправил за границу. Еготяга к роскоши и драгоценностям не только не угасла со временем, но сталаеще более острой. Во времена террора, став после устранения Ежова во главеНКВД, бесконтрольно присваивал себе конфискованное у миллионов жертвимущество, не брезгуя получать за него деньги через сеть комиссионныхмагазинов. Постоянно имея выходы за рубеж, поддерживая в течение войныпостоянную связь с противником, сумел перевести крупные ценности в западнуювалюту на секретные счета в Швейцарском банке и в королевском банке Швеции.В 1951 году имел секретную встречу в Сухуми с резидентом английскойразведки, в которой прозрачно намекал на скорые изменения в Советском Союзеи полную смену руководства. И далее потоком подобные доносы: Булганин, Маленков, Микоян, Хрущев,Ворошилов, Вышинский... Это высший эшелон. А чуть ниже уже творится нечтосовершенно невообразимое. "Совершенно секретно. Комиссия партконтроля при ЦК ВКП(б). Государственной важности. Особая папка... 26 июня 1948 года в 01;30 на железнодорожную станцию Виттенберг (всоветской зоне оккупации Германии) был подан советский воинский эшелон NoВ-640-07 с заданием погрузки и вывоза на территорию СССР техническогооборудования в рамках соглашения по послевоенным репарациям. К эшелону былприцеплен спецвагон, охраняемый офицерами "Смерш", которыми командовалподполковник Степанов Иван Герасимович, командированный из Москвы. Согласносекретной накладной, находящейся у подполковника Степанова, в спецвагон былипогружены трофейные дела из местного архива нацистской партии и гестапо.Однако нам удалось получить неопровержимые доказательства того, что в вагонбыли погружены 45 (сорок пять) оцинкованных ящиков с изделиями издрагметаллов, золотого лома, монет, золота и платины в слитках без указанияадреса получателя в СССР... Эшелон должен был следовать по обычному маршруту через Варшаву и Брест,далее, на Москву. 29 июля в 2 часа ночи эшелон прибыл на пограничную станциюБрест, где при проверке эшелона военным комендантом станции майоромпогранвойск Сухоруковым выяснилось исчезновение спецвагона вместе с охраной.Проверка, проведенная по линии следования эшелона, показала, что указанноговагона не было уже на пограничной с Польшей станции Франкфурт-на-Одере. Всепопытки выяснить подробности исчезновения спецвагона пока не далирезультатов, т. к. органы не содействуют в проведении расследования..." Внизу корявая подпись Шкирятова, а еще ниже резолюция Сталина: "Чтозначит - не содействуют?!! т. Абакумов! Арестовать пп. Степанова идоложить!" "На ваш исх. No 1884-48Б от 14 сентября 1948 г. Секретно. В ЦКК при ЦК ВКП (б) т. Шкирятову М. Ф. Подполковник Степанов Иван Герасимович в кадрах Министерства нечислится..." "Сов. Секретно. Министерство Государственной Безопасности. Государственной Важности. Члену Политбюро ЦК ВКП(б), маршалу СССР (так в тексте - И. Б.) 15 мая1949 года т. Л. П. Берия Международный отдел ЦК ВКП(б) через Управление Делами ЦК в февралетекущего года, используя нелегальную агентуру, открыл ряд крупных счетов вШвейцарских банках на вымышленные фамилии-псевдонимы. Для открытия депозитовиспользованы золото, драгоценные камни и платина, вывезенные из СССР,Германии и Чехословакии с грузами, спецназначенными в качестве безвозмезднойпомощи коммунистическим партиям стран Восточной Европы... Установленыфамилии-псевдонимы владельцев счетов. Климов Владлен Николаевич - 800 тысяч швейцарских франков. Николаев Иван Федорович - 500 тысяч швейцарских франков. (И далее еще семь фальшивых фамилий)... Как показала проверка, всеперечисленные лица являются работниками ЦКК при ЦК ВКП(б)... Климов Владлен Николаевич является псевдонимом тов. Шкирятова МатвеяФедоровича..." Подпись: В. Деканозов. Пометка Берии: "Доложить наполитбюро". Что было дальше - неизвестно, но совершенно очевидно, что партия игосбезопасность не раз и не два обменивались богатырскими ударами, содинаковым упоением воруя все, что плохо лежит. И при этом "закладывали"друг друга без всяких угрызений совести, апеллируя к Сталину с чувствомсамого искреннего возмущения, как бы подчеркивающего собственнуюбезукоризненную честность. Но дело было даже не в этом. Органы безопасности забыв о том, что ониявляются всего-навсего боевым отрядом ВКП(б), неожиданно встали в прямуюоппозицию к родной партии, нагло демонстрируя полную независимость и желаниедействовать полностью самостоятельно. Создавалось впечатление, что в СССР,где вся политическая система основывалась на однопартийности, неожиданнообразовались две политические партии, обе крайне левого толка идемонстративно враждебные друг другу. У более динамичных и лучшеорганизованных органов безопасности, казалось, были хорошие шансы подмятьпод себя партию, а затем или полностью ее уничтожить, или растворить в себе.Чекистам уже ничего не стоило схватить какого-нибудь секретаря райкома,вытрясти у него из сейфа иностранную валюту, а то и что-нибудь болееинтересное, увезти к себе, выбить любые показания, и, положив эти показанияна стол Сталину, нанести конкурентам новый сокрушительный удар. Два мощныхклана, - партийная и чекистская номенклатуры - открыто боролись занеограниченную власть в стране, лихорадочно переправляя на запад и превращаяв валюту все, что только можно - на случай своего поражения. Говорят, что Сталин в годы войны совершил всего две ошибки: показалсвоей номенклатуре Европу и показал Европе свою номенклатуру. Европа в ужасешарахнулась, но номенклатура, напротив, быстро почуя выгоду и, осознав, вкаком черном теле ее держал все эти годы любимый вождь, стала стремиться назапад, самостоятельно пробивая первые дырки в Железном занавесе, который ужешатался и вибрировал под натиском доллара с другой стороны. Алчная ипродажная партократия, уже разграбившая богатейшую страну и присвоившая себеплоды каторжного труда истребляемого ею народа, рвалась к более высокомууровню роскоши. Ей уже было тесно на одной шестой части суши. Она хотелапроводить время на Лазурном берегу Франции, на пляжах Италии, на курортахМайами, в шикарных виллах и отелях под разноцветный блеск реклам и мягкийшум средиземноморского прибоя. Она хотела западного обслуживания и западногокомфорта, который и на западе доступен далеко не всем, отчего делался ещеболее желанным и притягательным. А потому партократия с алчностью глядела на12 тысяч тонн золота, составляющие государственный золотой запас СССР [В тотпериод золотой запас США составлял 14 тысяч тонн. Немногим больше, чем вСССР, чего нельзя сказать об уровне жизни. Расходами золотого запаса гласнои открыто распоряжался народ, держа под контролем правительственные траты допоследнего цента. Именно в этом контроле заключается основа мощи США.],накопленный Сталиным ценою жизней миллионов заключенных и предназначенныйдля осуществления своих глобальных планов. Да, это золото принадлежит государству. Но разве партия и государство -это не одно и то же? Значит, это золото партии, и только партия может имраспоряжаться. Она с вожделением глядела на богатейшие недра страны,переполненные столь ценимой на западе нефтью и другим драгоценным сырьем,мысленно пересчитывая его на доллары и фунты стерлингов. В уже оформившемся"Зазеркалье" - страны, где весь СССР считался не более, чем источником самойдешевой в мире рабочей силы и дарового пушечного мяса, - номенклатураискренне начала считать все национальное богатство, включая население, своейчастной собственностью. За это и шла борьба. Можно без преувеличениясказать, что как только номенклатура оформилась в государство, в нем, как иво всяком молодом государстве, вспыхнула гражданская война за власть и правораспоряжаться богатством. Многие считают, что Сталин сам разжег гражданскую войну в номенклатуре,готовя ее очередной показательный погром. Скорее всего, это так и есть, новождь на этот раз явно переоценил свои силы, готовя очередную резню постарой схеме 1937 года. В делах подобного рода повторяться смертельноопасно. Номенклатура внесла в план вождя оригинальное новшество, котороеранее не использовалось. Над страной повисла черная дымовая завесаантисемитизма, закрыв на какое-то время поле битвы. А когда завесарассеялась, Сталин был уже мертв, госбезопасность разгромлена, ееруководство во главе с Берией безжалостно расстреляно, а партия, подобносказочному герою, выскочила из кипящего котла еще более сильной ипомолодевшей, демонстративно отбросив старое свое название ВКП(б) и придумавсебе новое - КПСС. [Этот интереснейший период советской истории, с 1949 по 1953, годдостоин многотомного исследования, которое под хорошим пером можетпревратиться в небывало захватывающее повествование. Задуманная в недрах ЦКВКП(б) кампания по борьбе с космополитизмом была, в сущности, ничем иным,как звонкой пощечиной госбезопасности. Пока на Лубянке приходили в себя, имбыло подброшено знаменитое "Дело врачей", в которое чекисты вцепились, какголодный пес в кость, увидев в этом деле великолепную возможность пуститьпод нож полным составом все Политбюро и Центральный Комитет партии. Покачекисты в азарте от открывшихся возможностей выбивали из несчастных медиковпоказания об их преступных связях с правительственной и партийной верхушкой,в самый разгар их работы по приказу Сталина был неожиданно снят с должностии немедленно арестован всемогущий министр госбезопасности Виктор Абакумов, ана его пост назначен профессиональный партаппаратчик Игнатьев. Первое, чтовыяснил новый министр, была связь с международный сионизмом многолетнеголичного секретаря Сталина - Поскребышева, которого уволокли прямо изприемной вождя в наручниках, но повезли не на Лубянку, а в специальнуютюрьму в здании ЦК ВКП(б). На допросе Поскребышев рассказал, что Сталинпринял решение уничтожить весь старый состав Политбюро и руководство МГБ,заменив его новыми людьми, лично составил новый список так называемогорасширенного Политбюро из 25 человек (куда, кстати говоря, был включенБрежнев, произведший на вождя впечатление своим молодцеватым внешним видом).Через несколько дней, 28 февраля 1953 года (а не 5 марта, как былообъявлено) Сталина нашли мертвым на его даче в Кунцево. Затем армияраздавила танками госбезопасность, которая в пылу борьбы забыла об этойтретьей реальной силе "социалистическое общества". А мудрая партиявспомнила...] Переведя дух после столь тяжелой победы в ходе почти двадцатилетнейвойны, партноменклатура стала готовиться к новой жизни, о которой мечталавсе последние годы. На роль нового руководителя партии и государства былвыдвинут наиболее ничтожный, трусливый и покладистый из всех членов бывшегосталинского политбюро - Никита Хрущев, которого номенклатура видела простоймарионеткой, полностью послушной ее воле. Это был тот самый Хрущев, которыйпо приказу Сталина, обливаясь потом и тяжело дыша, плясал гопака прямо насовещаниях Политбюро, а все хохотали и хлопали ладошками в такт. Сам Сталинсмеялся до слез. Однако, надежда на то, что Хрущев так же послушно будет плясать поддудку номенклатуры, не оправдалась. Войдя во вкус неограниченной власти,опираясь на армию, Хрущев не только не осуществил розовых грез номенклатуры,но даже сделал попытку еще более ущемить ее права. Однако он сделал главное,что он него хотела номенклатура. Отныне был заключен "священный" договор,гарантировавший личную безопасность и свободу граждан "Зазеркалья", ихфактическую неподсудность перед лицом закона, открывая дорогу именно к томубеспределу, к которому номенклатура и стремилась. И надо заметить, что этотдоговор никогда и ни при каких обстоятельствах не нарушался вплоть доавгуста 1991 года, когда несколько высших номенклатурщиков угодили в тюрьму,дав возможность раствориться остальным. Даже наиболее одиозные фигуры сталинского времени были без лишнего шума(или с небольшим шумом, как Молотов, Маленков и Каганович) выдворены напенсию, продолжая пользоваться всеми благами и привилегиями своего былогоположения. Даже предание гласности кошмарных сталинских преступленийнисколько не отразилось на статусе семьи покойного диктатора, продолжающейчислиться в номенклатуре ЦК и пользоваться всеми вытекающими отсюда благами.Исключение составлял разве что сын Сталина - Василий. Став в 25 летгенерал-лейтенантом, с детства окруженный подхалимами и лакеями, ондействительно возомнил себя наследным принцем и вел себя как таковой. Попавв горнило государственного переворота, он открыто говорил об убийстве своегоотца, называя новых вождей узурпаторами власти, которая, по его мнению,после смерти отца должна была достаться ему в силу старых династическихтрадиций. Он так надоел всем своими криками, что его пришлось арестовать идать 8 лет, обвинив в ложном доносе на маршала авиации Новикова. Вскоре его,однако, выпустили, оформили генеральскую пенсию и поселили в Казани, гдечерез полгода его обнаружили мертвым в собственной постели. Видимо, онпродолжал говорить много лишнего. Дочь же Сталина - Светлана, памятуя о судьбе брата, предпочла сбежатьза границу, где в окружении телекамер публично сожгла советский паспорт, ипоселилась в Соединенных Штатах. Она разыскала и отсудила счет Сталина вШвейцарском банке, написала несколько книг, ярко показав звериную сущностьсвоего папаши и всей коммунистической системы, прогорела в биржевой игре инеожиданно снова вернулась в СССР. Хотя к этому моменту в лагерях сиделонемало людей за чтение и распространение ее книг, сама Светлана была принятакак принцесса крови: немедленно получила персональную пенсию, квартиру,машину с шофером и прочее. Гражданин "Зазеркалья" получает все свои правапожизненно и никогда не лишается гражданства. Однако даже привилегированнаяжизнь в СССР не могла идти ни в какое сравнение со скромной жизнью в США, ккоторой Светлана уже привыкла. Так же неожиданно она уехала обратно. Никтоне препятствовал. Принцесса крови может делать что угодно. Именно об этом имечтала номенклатура, ликвидируя ее отца... Но и Хрущев явно не оправдал возложенных на него надежд. Вернув домой ичастично реабилитировав миллионы заключенных из сталинских лагерей, публичнона весь свет заявив о сталинских преступлениях против номенклатуры и овозвращении, наконец, к старым, добрым ленинским нормам партийной жизни,Хрущев, со своей стороны, пытался набросить на номенклатуру собственнуюузду, нещадно смещая, перемещая, отстраняя и приближая руководителей всехуровней, и снова создавая в "Зазеркалье" нервозную обстановку. Не имея опытани во внешней, ни во внутренней политике, он чуть не развязал третью мировуювойну, спровоцировав Карибский кризис, расколол всемирную коммунистическуюимперию, вдрызг переругавшись с Мао-Цзе-дуном, выкинул Сталина из мавзолеяи, в довершение всего, пригрозил номенклатуре, что закроет всеспецраспределители и переведет все "Зазеркалье" на общее обслуживание черезобычную торговую сеть. Разъяренная номенклатура сделала попытку сбросить такого лихогоруководителя еще в 1958 году, когда Хрущева спасла только преданностьмаршала Жукова, чей авторитет при еще не оправившейся от разгрома 1954 годагосбезопасности был непререкаемым. Попутно выяснилось, что государственныйкорабль, чьи топки перестали получать в виде топлива новые миллионы жертв,еще идет по инерции, грозя вот-вот остановиться. Лишенные даровой рабочейсилы, грозили остановиться шахты и рудники. Получив, наконец, паспорта,разбегались из деревень колхозники, переполняя города и ставя сельскоехозяйство страны на грань катастрофы. Все ждали каких-то решительных действии, но получили незабываемую посвоему цинизму знаменитую хрущевскую программу партии, которая открываласьсловами: "Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!",который, обещали полностью построить к 1980 году. Последовавшие затемкатастрофические неурожаи вынудили Хрущева начать тратить накопленноеСталиным золото, то самое золото, к которому тянула свои жадные лапыноменклатура, на американское зерно. Хрущев сам съездил в Америку, откуда вернулся потрясенным, сказавМикояну: "Они уже построили коммунизм". Микоян, который считал, что давнопостроил коммунизм в своем огромном поместье, не очень был удивлен, и тольколично съездив в США, убедился, что живет на уровне среднего американскогофермера. Это удручало, заставляя лихорадочно думать о валютном заработке,поскольку им-потентность обрезанного хрущевского рубля была налицо даже настоль высоком уровне послесталинской номенклатуры. Настроение номенклатуры было нисколько не лучше. Годами обманываянарод, она впервые почувствовала, что была обманута тоже. Получиввозможность беспрепятственного выезда за границу, номенклатура мгновеннорастеряла последние фиговые листочки марксизма-ленинизма, которые ещеприкрывали ее алчную сущность и стала откровенно обклеиваться долларами. К великому удивлению жителей крупных городов, в начале 60-х годовпоявилась сеть магазинов "Березка", торгующих дефицитными и иностраннымитоварами за твердую западную валюту. Это было тем более удивительно, что присовершенно четком идеологическом определении Соединенных Штатов и ихсоюзников в качестве основного потенциального противника в грядущей войне ивполне реального противника в войне холодной, магазины "Березка" открытоторговали именно на деньги потенциального противника. Для тех, кто умелвидеть, это означало начало оккупации. Крупные долларовые отряды уже прорвались через "Железный занавес" ирассыпались по стране, подрывая и без того хилую экономику, и что самоеглавное, разрушая труп уже фактически мертвой идеологии. "Секретно. Управление Делами ЦК КПСС 27. 01. 1963 г. В ЦК Республиканских компартий, 27. 01. 1963 г. В ЦК Республиканских компартий, в крайкомы и обкомыКПСС. О расходовании валютных средств, полученных от реализации товаров черезсеть магазинов "Березка". Согласно постановлению ЦК КПСС от 10.11.1962 года, средства в инвалюте,полученные в результате реализации товаров повышенного спроса через торговуюсеть "Березка", распределяются следующим образом: 1. 50% полученных сумм перечисляются в распоряжение УД ЦК КПСС послеобязательной ежемесячной проверки поступления специальной финансовойкомиссией при ЦК КПСС. 2. Оставшиеся 50% поступают в распоряжение крайкомов и обкомов КПСС,где расходуются с обязательным ежемесячным отчетом по установленной форме. Примечание: ЦК КПСС рекомендует использовать инвалютные средства,полученные через торговую сеть "Березка" следующим образом: 1. 30% - на развитие приоритетных отраслей промышленности области(края). 2. 40% - на создание валютного фонда области (края) в общем фондерезерва. 3. 30% - на создание поощрительного фонда, предусматривающего частичнуювыплату заработной платы (см. Приложение 1) руководящему составу партийныхкомитетов (до секретарей райкомов включительно) с дифференциацией подолжностному положению; единоразовые премии для поездки за рубеж; и поусмотрению первого секретаря обкома (крайкома) с обязательной ежемесячнойотчетностью". Пометка Хрущева: "А не много ли 30% на поощрение?" Цифра зачеркнута и переправлена на 10, а потом на 15%. Видимо, имелместо "острый" обмен мнениями, по-партийному принципиальный. Доллары взбудоражили страну. Резкое возрастание количества иностранныхтуристов потребовало столь же резкого увеличения численности работников КГБи смежных организаций, ибо ни одного иностранца не положено было оставлятьна территории СССР без присмотра. Однако еще не набравший былой силы КГБ былне в состоянии контролировать даже крупные города, не говоря уже о всейстране. В результате, в приобретение валюты включился главный врагсуществующего в стране режима - его собственный народ, возомнивший на волненекоторой внутриполитической оттепели себя полностью свободным. Это былаопасная иллюзия, от которой население необходимо было быстро и решительноотучить. Действительно, это была иллюзия. Народ по-прежнему не имел никакихправ и жил в полной власти партийно-полицейского произвола. Колючиепроволоки границ надежно отгораживали его от внешнего мира, паспортнаясистема прикрепляла к месту жительства, реальный жизненный уровень, хотя инесколько повысился со сталинских времен, был еще ужасающе низким, а тог чтономенклатура стала постоянно кататься на запад, еще усугубило положениепростых людей. Увидев реальную жизнь западных стран, номенклатура, преждевсего, пришла в ужас, что об этом станет известно населению страны иприлагала огромные усилия и немалые средства, чтобы информация о жизни зарубежом никоим образом не стала достоянием широких масс ограбленного народа.Великая информационная война, начатая еще при Сталине, когда за слушаниепередач западных радиостанций давали 10 лет лагерей, продолжалась, принимаяновые, порой весьма причудливые формы. Любые проявления народного протеста подавлялись самым беспощаднымобразом. Безжалостно были расстреляны рабочие демонстрации в Новочеркасске,Воркуте, Тбилиси и во многих других городах страны, с неимоверной легкостьювыносить смертные приговоры за любые проступки, где хотя бы отдаленнопросматривалось желание насильственного свержения существующего режима.Танковыми гусеницами были раздавлены народные восстания в Венгрии, Германиии Польше... И вдруг выясняется, что этот самый народ, с которым большевикимучились с 1917 года, отучая от человеческой жизни, оболванивая его,истребляя миллионами, все-таки вкуса к человеческой жизни не потерял ипостоянно к ней тянется. В том числе и к долларам. Во множестве стали появляться люди, главным образом - молодежь, которыхпресса немедленно окрестила "фарцовщиками" и "валютчиками". Бесстрашно идяна несанкционированные контакты с западными туристами, пренебрегая рискомвозможного обвинения в шпионаже, что было проще простого, эти безвестныефлибустьеры непрекращающейся войны коммунистов с собственным народом первыминачали разносить по стране западную идеологию в виде валюты и предметовиностранного ширпотреба. Им была объявлена беспощадная война. ГидыИнтуриста, давно уже превращенного в филиал службы безопасности, на глазах уизумленных западных туристов бесстрашно бросались врукопашную нафарцовщиков, пытаясь их скрутить и отправить в милицию. Завязывалисьбезобразные драки, иногда с трагическим исходом. После одного из подобныхинцидентов был арестован, протащен через показательный процесс и расстреляндвадцатилетний Игорь Кузьмин. Но еще больший общественный резонанс имел первый "валютный" процесс,вошедший в историю как процесс "Рокотова и Файбищенко". Эти двое молодыхлюдей (первому было около сорока, второму - двадцать пять лет) былиарестованы за скупку долларов у туристов. Будучи весьма незаурядными в своемделе людьми, Рокотов и Файбищенко всего года за два заработали около 300тысяч долларов и полтора миллиона советских рублей, постоянно увеличиваясвое состояние продуманным оборотом. В тот момент, когда оба былиарестованы, соответствующая статья УК РСФСР предусматривала за незаконныевалютные операции всего 5 лет тюрьмы. Эта статья пришла из сталинскихвремен, когда никто, кроме высших представителей номенклатуры, и помыслитьне мог заняться подобным промыслом, а номенклатура решила на всякий случайобезопасить себя. Однако сейчас возмущению номенклатуры не было предела.Совершенно простая методика, с помощью которой арестованные парнизарабатывали свои доллары, их потрясла, заставив с ужасом думать, что воттак, запросто, весь советский народ бросит работать на родную партию истанет работать на себя с немыслимой эффективностью. А материальнаянезависимость - это всегда и политическая независимость, о чем предупреждалеще Иль



Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2023 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...