Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

ЛЕКЦИЯ 3.. Личность в геронтопсихиатрических и геронтопсихологических исследованиях и типологии личностного восприятия старения




ЛЕКЦИЯ 3.

Личность в геронтопсихиатрических и геронтопсихологических исследованиях и типологии личностного восприятия старения

Содержание: понятие личности в психологии и психиатрии. Психологическая типологизация восприятия собственного старения. Патопсихология в изучении личностных особенностей психически больных. Долгожители как объект изучения личностных свойств в достижении долголетия.

 

Проблема личности относится к числу самых сложных и актуальных, о чем свидетельствует обилие разноречивых концепций и определений личности. Некоторые исследователи вообще довольно скептически относятся к возможности дать всеобъемлющее определение личности и указывают, что даже при самом кратком анализе можно выявить более 50 определений личности, но общим для всех них является социальная обусловленность развития и синтетический характер понятия, охватывающего все стороны психической деятельности. Тем не менее, если не претендовать на всеобъемлющее определение личности, то под этим понятием подразумевается тесная связь всех сторон личности, которые, будучи едиными и взаимодействуя с окружающим миром, обуславливают характерные для человека отношения к действительности и взаимоотношения с другими людьми и отличают данного индивида от окружающих его лиц.

В геронтопсихологии углубленное изучение личностных особенностей населения старших возрастов относится ко второй половине 20 века. На основании многочисленных экспериментальных исследований стала усиленно развиваться психологическая типология старости. Зоткин В. Н. (1996) отмечал, что психологическая типология - это приемы научного анализа. В реальной жизни, по мнению автора, в " чистом" виде психологические типы встречаются редко, но типология классифицирует проявления старости, чтобы иметь ориентировку в психологических различиях людей.

Обычно для создания личностной типологии каждый психолог кладет в ее основу какой-то определенный признак, и поэтому в настоящее время практически провести анализ всех имеющихся в литературе личностных типов старения просто физически невозможно. Наиболее частыми признаками, определяющими тот или иной личностный тип старения, являются активность, выход на пенсию и удовлетворенность жизнью.

Так, И. С. Кон (1978) разделяет всех пожилых и старых людей на 6 групп, которые, по его мнению, демонстрируют психологически благополучное или неблагополучное старение:

- активная, творческая старость и высокая удовлетворенность жизнью;

- вся энергия направлена на устройство собственной жизни: материальное благополучие, отдых, развлечение, самообразование;

- смысл жизни в старческом возрасте сосредоточен на заботах об укреплении собственного здоровья;

- главное приложение деятельности в семье, но удовлетворенность жизни ниже, в основном этот тип характерен для женщин;

- недоброжелательное поведение, ворчуны, " терроризирующие" окружающих;

- разочарованные неудачники, одинокие.

В. А. Иванов (1999) выделяет в свою очередь 6 типов отношения человека к своему собственному старению:

- нормальное, т. е. соответствующее состоянию или тому, что человеку сообщают о старости. Автор делает небольшое примечание, что при этом типе пожилые люди часто реагируют тревогой, страхом и депрессией на возникающие изменения и трудности жизни - выход на пенсию, потерю близких ослабление контактов со взрослыми детьми, болезни, но, по его мнению, предпочитают " хранить все переживания в себе", в том числе и переживания вызванные постепенным ослаблением различных физических и психических функций;

- пренебрежительное, когда человек не допонимает особенности старения, " необоснованный оптимизм", который есть ни что иное как недооценка личностью особенностей процесса психического старения, в результате чего сохраняются устойчивые жизненные установки. Автор усматривает в этом браваду пренебрежением к старости, хотя, по его мнению, внутри личности обнаруживается " активированная общей слабостью потребность в безопасности и скрытый страх за свое здоровье и жизнь". При таком типе старения автор расценивает поведение личности как присущее и в прошлом, внешне уверенное при внутренней неуверенности, " легкое" отношение к здоровью, стремление к активному преодолению стрессовых ситуаций, стремление упрочивать устоявшийся образ жизни и труда;

- отрицающее, при котором человек не обращает внимания на старение, отгоняет от себя мысли о нем; наблюдается " гиперкомпенсированное" подчеркивание своих возможностей и чрезмерной активности, направленное на сохранение прежнего статуса в жизни;

- геронтофобное, когда обнаруживается несоразмерная боязнь старости, несмотря на то, что личность понимает, что опасения преувеличены, но не в состоянии бороться с ними. Автор обращает внимание на то, что при этом типе старения важные прежде жизненные цели, социальные интересы отодвигаются на второй план, а неудовлетворенные потребности, например, в признании, эмоциональном контакте и опеке частично удовлетворяются благодаря объявлению себя беспомощным больным человеком;

- трагическое, при котором человек убежден, что старость - это уже не жизнь и рассматривает старение как крушение всего, а себя как “руину”, сам факт старения становится глубокой психической травмой;

- геронтофильное, связанное с определенным успокоением и приятными чувствами о старости, например, обретение долгожданной свободы, возможность " пожить для себя".

Особого внимания заслуживает вывод автора о том, что наиболее сильное психотравмирующее действие при старении оказывают изменения тех составляющих, которыми человек привык пользоваться для достижения социальных целей в предыдущие периоды жизни.

Абрамова Г. С. (1997) считает, что " людей, приближающихся к пожилому возрасту" можно разделить на следующие группы (типы) по их отношению к выходу на пенсию:

- очень боятся выхода на пенсию;

- равнодушно относятся к выходу на пенсию, продолжают свое существование, давно и привычно окрашенное всеми оттенками нелюбви к жизни.

Все свое внимание автор сосредотачивает на последнем типе увядания в старости, она определяет это состояние " унылое и бесцветное увядание" как эгоистическую стагнацию. По мнению автора, эгоистическая стагнация в старости поражает тех мужчин и женщин, которые давно живут вне концепции жизни, отказались от собственной экзистенции, от собственных проявлений духа и погрузились не в глубины своего " я", а замкнулись на плоскости прошлого. Автор считает, что это " я", реагирующее только на изменения самого себя, причем главным проявлением жизни становится собственная физическая боль, на которую " я" реагирует появлением букета разнообразных заболеваний, от которых невозможно избавиться, так как без них теряется драгоценная часть " я".

Эгоистическая стагнация, высказывает свое убеждение автор, обостряет в человеке его личностные качества, это время и момент жизни для проявления в полной мере сущностных качеств человека - его любви к людям и жизни или отсутствия таковой.

Такую же точку зрения высказывает Чудновский В. В. (1999), обращаясь к пониманию смысла жизни, который если в прошлом был механизмом самотрансценденции, т. е. выхода за пределы собственной личности, то в старости все более приземляется, локализуется в конкретной ситуации, укорачивается до элементарного стремления пережить сегодняшний день, что обычно наблюдается в экстремальных ситуациях.

В старости, по мнению автора, сакраментальный вопрос - для чего? - является, пожалуй, самым главным и трудным; " мое" у человека в старости должно иметь смыслообразующий фактор, " смягчающий" трудности заключительного периода жизни.

" Уметь найти себя, - пишет автор, - в этот экстремальный период, опираясь на свой прошлый опыт и свои уникальные особенности, отыскать свое неповторимое для чего? - пожалуй, не менее, а даже более важно, чем решение проблемы материального обеспечения пожилого человека". В противном случае, заключает автор, происходит распад смысла жизни.

В этом же контексте и размышление О. В. Лишина (1999), который считает, что " именно близость конца жизни, очевидная в старости, с беспощадной ясностью ставит вопрос о смысле жизни, т. е. об отношении личности к собственной жизни в целом". По убеждению автора, размышления на эту тему возникают и у подростка, тем более у юноши, но с полной неотступностью они способны встать, главным образом, в возрасте, когда подводятся итоги, появляется необходимость оглянуться на пройденный путь и оценить его как путь среди людей, и оценить свою нужность.

Очень широкое признание в геронтопсихологии получили 5 типов приспособления к старости, предложенные английским психологом Б. Д. Бромлеем:

- конструктивное отношение - естественное и спокойное восприятие собственной старости и факта окончания профессиональной деятельности;

- зависимое отношение характерно для неинициативных личностей, всегда бывших в зависимости от других. Для таких людей лишь семейная среда обеспечивает ощущение безопасности, а также делает возможным поддержание внутренней гармонии, поэтому такие личности охотно уходят с профессиональной работы;

- оборонительное отношение выявляется у пожилых людей, приспособление которых к старости выражается в незначительных невротических нарушениях, которые они стараются компенсировать сверхактивностью, работой " через силу", лишь с большим нежеланием и под явным давлением окружающих они прекращают свою профессиональную работу. Эти пожилые люди крайне неохотно принимают помощь от других людей, не высказывают при этом никаких жалоб и претензий ни к обществу, ни к семье;

- враждебное отношение обнаруживают личности агрессивные, подозрительные, стремящиеся переложить свои проблемы на плечи других людей. Недоверие к окружающим заставляет таких пожилых людей замыкаться в себе, избегать контактов с другими людьми. Они даже не хотят мыслить о переходе на пенсию, упорно отгоняют от себя мысли о приближающейся старости, не хотят даже представить себе окончание профессиональной деятельности. Выход на пенсию, все свои неудачи, профессиональную несостоятельность они связывают с прогрессирующей утратой сил. Бунт против собственной старости сочетается у этих людей с сильным страхом смерти;

- враждебное отношение к собственной личности, т. е. выраженное отрицательное отношение ко всей своей жизни в самые разные ее периоды, воспоминания о прошлом всегда связано у этих личностей только с неудачами, трудностями, потерями. Они неактивны, не бунтуют против своей старости, а безропотно принимают то, что им посылает жизнь, считая себя " вечными неудачниками". У них обостренное чувство одиночества и бесполезности, ненужности собственного существования, но они очень объективно и реалистично оценивают собственное старение, смерть представляется им как избавление от страдания.

Приведенные психологические личностные типологии восприятия старости вне всякого сомнения прежде всего свидетельствуют о характерологических особенностях различных категорий пожилых и старых людей, присущих им в течение всей жизни. Однако сразу же возникает вопрос, каково психическое здоровье этих старых людей, да и соматическое тоже, обнаружены ли определенные корреляции между восприятием старости и объективным состоянием здоровья. Вообще участвовали ли психиатры в подобного рода типологизации восприятия старости?

Конечно, несмотря на казалось бы большое разнообразие психологических типов, в определенной степени их можно уложить в характерологические границы, описанные еще Гиппократом: сангвинический, флегматический, меланхолический и холерический. Совершенно права одна из известных отечественных патопсихологов С. Я. Рубинштейн, когда обращала внимание на то, что " при объяснении любых психических явлений личность выступает как воедино связанная совокупность внутренних условий, через которые преломляются все внешние воздействия".

Поэтому для сравнения следует привести типы восприятия собственной старости, выделенные А. У. Тибиловой (1991), известным представителем ленинградской геронтопсихиатрической школы:

- адекватное самовосприятие с пониманием характерных ущербных изменений в организме, в результате чего появляется повышенная тревожность, неудовлетворенность своими возможностями, понимание неотвратимости усиления недугов и стремление себя обезопасить, консерватизм взглядов, ригидность суждений и интересов;

- развитие ипохондричности, тревожности замыкание на собственных возрастных изменениях;

- субъективная недооценка возрастных изменений, преувеличенное представление о своих возрастных способностях.

 В 70-х и 80-х годах очень усиленно изучались личностные особенности долгожителей и их отношение к старению с целью выявить те свойства характера, которые оказывали бы непосредственное влияние на продолжительность жизни и успешное психическое старение.

Так, Г. В. Старовойтова (1982) установила два типа эмоциональных структур у долгожителей:

1 тип - " сенильный" - характеризуется общим снижением эмоциональной активности, естественным угасанием потребностей;

2 тип - " ювенильный" - характеризуется интенсивной и гармоничной жизнью. По мнению автора, по своим характерологическим характеристикам долгожители 2-го типа не отличались от молодых людей 20-40-летнего возраста. Автор подчеркивала, что долгожителям в большей степени свойственен внутренний (интернальный) тип контроля, т. е. способность принимать события, происходящие в личной жизни, на себя, объясняя их своим поведением, своими способностями.

Н. Б. Маньковский с соавт. (1985) также выделили два типа долгожителей, отличающихся по своим эмоциональным характеристикам:

- основная часть долгожителей характеризуется малой эмоциональностью; в течение всей жизни эти долгожители отличались ровным, спокойным характером без излишней эмоциональности, вспыльчивости, гневливости;

- значительно меньшему числу долгожителей были свойственны тревожная мнительность, капризность, замкнутость и слабодушие.

Согласно грузинским психологам В. Г. Норакидзе и Н. А. Бахтадзе (1982), большую часть среди долгожителей составляют экстравертированные личности, с выраженной склонностью к удовольствиям и высокой приспосабливаемостью к микросоциальной среде. Эти личности отличались сензитивностью (чувствительностью), легкой возбудимостью и даже эксплозивностью (агрессивностью). Меньшую часть среди долгожителей составляли интравертированные личности с различного рода внутренними и внешними конфликтами.

Мои собственные исследования личностных особенностей психически здоровыхдолгожителей от 90 до 98 лет позволили разделить их на две группы:

1-я группа, состояла из долгожителей, вся жизнь которых прошла в тесном семейном кругу, личные и семейные интересы на протяжении всей их жизни определили их интеллектуальный кругозор, целенаправленность их трудовой деятельности. К событиям внешней жизни, общественной и политической, эти долгожители были всегда равнодушны, если последние каким-либо образом не затрагивали их лично или членов их семейств. Житейски они были хорошо приспособлены, отличались большим трудолюбием и целеустремленностью в достижении материальных благ, в повышении материального благополучия семьи и особенно большую заботу проявляли о своих потомках.

Обычно после завершения профессиональной и трудовой деятельности у них не было проблем в адаптации к новому жизненному положению. На этом отрезке жизненного пути, т. е. уже в глубокой старости, они продолжали заниматься домашними делами, воспитанием внуков и даже правнуков, освобождая своих близких от утомительных домашних обязанностей. Как правило, для них не существовала проблема сохранения лидерства в своем семействе, они добровольно уступали лидерские позиции своим взрослым детям, которые теперь обеспечивали экономическое благополучие семейства, причем совершенно не обнаруживалось у старых людей чувство ущемленности, обиды, ущербности. Будучи уже не в состоянии по своему физическому здоровью выполнять прежний объем домашних работ, они спокойно проводили большую часть времени в бездеятельности, занимаясь каким-либо рукоделием, читая книги и т. д. Все они с удовлетворением воспринимали свое новое положение в семье как “заслуженный отдых”.

Обращало на себя внимание то общее, что характеризовало личности этих долгожителей: у них практически отсутствовало честолюбие, тщеславие, стремление к лидерству, они на протяжении всей своей жизни были удовлетворены ею, своим местом в обществе и довольны были своими достижениями, т. е. “прожили жизнь достойно”, воспринимая свою старость как естественное завершение долгой жизни, “вечно нельзя быть молодым”.

2-я группа долгожителей по своим личностным особенностям была полной противоположностью первой. Это были личности (в основном мужчины) очень честолюбивые, всю жизнь ставившие перед собой высокие цели и практически все реализовавшие свои жизненные планы и стремления. Большая часть из них в своей прошлой деятельности были специалистами высокого класса, пользовались авторитетом и имели общественное признание: одни занимали высокие административные посты в прошлом, принимали непосредственное активное участие в различных политических событиях, были активными партийными функционерами. Другие достигли больших творческих успехов. Общим для всех было, с одной стороны, честолюбие, жажда впечатлений, увлеченность своим делом, а с другой – полное безразличие к лидерству в своих собственных семействах, они спокойно воспринимали главенство своих жен, дочерей или снох, не вмешивались во внутренние семейные дела, относились к ним несколько отрешенно, кстати, благополучие семьи и обеспечение детей также не являлось для них основополагающим в их профессиональной деятельности. Эти долгожители очень долго сохраняли свою общественную значимость даже после того, как полностью прекращали свою профессиональную карьеру. Но особенно интересным было то, что они достаточно спокойно воспринимали свою физическую ограниченность и подвижность, находя и в этом состоянии возможности для реализации своего интеллектуального опыта. Собственную старость они воспринимали “философски”, находя и в ней “свои прелести”.

Таким образом, при полном психическом здоровье старость воспринимается личностью как совершенно естественный отрезок, период жизни, приходящий на смену детства, молодости и зрелости, многообразие же личностных типологий восприятия старости скорее представляется результатом тех разнообразных соматических, психических и социальных патологий и воздействий, которые накапливаются в течение всей жизни, а личностные особенности - это та почва, на которой преломляются все отрицательные внутренние и внешние моменты, избирая ответственным за все старость.

Особый интерес представляет точка зрения Ю. И. Полищука (1994) на проблему старения личности как угасание и исчезновение прежних потребностей и интересов личности в связи с биологическим увяданием и появлением новых, но довольно ограниченных духовных интересов. По мнению автора, для таких стариков больше ничего не остается в смысле позитивной установки личности, кроме созерцательного отношения к жизни. Автор подчеркивает, что личность творчески активного человека стареет не так, как личность бездеятельного пенсионера, и выделяет три вида старости:

- " счастливая" старость характеризуется умиротворенностью, мудрой просветленностью мировосприятия и мировоздания, созерцательностью и самообладанием, которое наступает не только в результате накопления жизненного опыта, но и ослабления влияния аффектов, эмоций на психическую жизнь и развитие витальной (жизненной) астении. Это состояние наблюдается в 8% случаев в возрасте от 73 до 92 лет. Все эти личности в прошлом были гармоничными личностями и после выхода на пенсию еще длительное время занимались творческим трудом;

- " несчастливая" старость обуславливается повышением уровня личностной тревоги, тревожной мнительности по поводу своего физического здоровья при наличии ряда соматических нарушений, хотя и не очень серьезных, а также по поводу здоровья и благополучия близких. Для таких личностей характерна наклонность к частым сомнениям по незначительному поводу, неуверенность в себе, будущем, потеря прежнего и отсутствия нового смысла жизни, размышления о приближающейся смерти. Это состояние наблюдается у 71% старых людей. В прошлом им были свойственны черты тревожной мнительности, сензитивности (чувствительности), которые усиливались по мере старения;

- " психопатологическая" старость проявляется возрастно-органическими нарушениями психики, личности и поведения с неврастеноподобными, психопатоподобными, психоорганическими расстройствами вплоть до явлений деменции. Таких старых людей - 21%. Интересно, подчеркивает автор, что у этих старых людей нельзя было выделить достоверного преобладания каких-либо определенных черт.

Общеизвестно, что в психиатрии возникновение психических расстройств в первую очередь связывается с личностными особенностями. С. С. Корсаков, известный русский психиатр 19 века, отмечал, что многие психиатры все психические заболевания относят к заболеваниям личности. Это в определенной степени подтверждается тем, что индивидуальные особенности проявлений в развитии любого патологического процесса в значительной степени зависят от свойств личности, в частности, ее стенического или астенического склада, т. е. строя жизнедеятельности, или, как более привычно современному пониманию, сильный и слабый тип высшей нервной деятельности.

Первое описание стенического и астенического строя жизнедеятельности принадлежит английскому врачу 18-го века Дж. Брауну, разделившему в соответствии с этим все болезни на астенические и стенические. С этого времени утвердились понятия " астения" и " стения".

Астеническому строю личности свойственна повышенная возбудимость, сочетающаяся с истощаемостью и замедленным восстановлением сил. Повышенная чувствительность, впечатлительность, раздражительность, слабость, недостаточность самообладания, повышенная утомляемость, лабильность аффекта - характерный перечень свойств астенической личности. Таким людям свойственен неоправданный пессимизм и неоправданный оптимизм. Они в какой-то мере малодушны, не умеют постоять за себя, застенчивы, робки, нерешительны, пассивны, у них нередко чувство внутренней напряженности, скрытые тревоги.

Стенический строй личности характеризуется активностью, неутомимостью, напряженной деятельностью, самостоятельностью, предприимчивостью. Люди стенического склада отзывчивы, достаточно общительны, их интересы многосторонни. Самомнение обычно повышено, в характере преобладает оптимизм.

Известный немецкий психиатр и психолог Е. Кречмер (1930), не противопоставлял абсолютно стенический и астенический склады личности, выделял сочетание того и другого - астенический склад со " стеническим жалом", и стенический склад с " астеническим жалом". А русский психиатр П. Б. Ганнушкин на основании исследования динамики психопатического склада личности утверждал, что возможна смена астенического склада стеническим и наоборот.

До сих пор большой популярностью и не только в психиатрии пользуется описанные Е. Кречмером личностные типы, которые были выделены по направлению от психоза к норме, что наложило свой отпечаток на особенности классификации и терминологии:

- шизофреник - шизоид - шизотимик (вариант нормального склада личности);

- циклофреник - циклоид - циклотимик (вариант нормы);

- эпилептик - эпилептоид - эпилептотимик (вариант нормы);

- истерик - истероид - истеротимик (вариант нормы).

Перечисленные разновидности склада личности представляют собой обобщенные, достаточно схематичные радикалы личности, своего рода многообразия личностей человека. Тем не менее их выделение облегчает первичную ориентировку в индивидуальных, генетически обусловленных особенностях личности в различные возрастные периоды.

Шизоидный склад личности - разновидность людей с преобладанием аутизма (необщительность), абстрактного мышления, порой со склонностью к мечтательности, с эмоциональной хрупкостью, гиперстезией, сочетающейся со сдержанностью в проявлениях чувств, известной холодностью, сосуществующей с одержимостью в осуществлении тех или иных господствующих стремлений. Ему соответствует астеническое телосложение.

Циклоидный склад личности - характеризуется общительностью, откровенностью, открытостью, свободным выражением чувств, стремлений, конкретностью, реализмом, деятельностью. Типична склонность к периодическим колебаниям активности от повышения к понижению и наоборот. Этому складу соответствует пикническое телосложение.

Эпилептоидный склад личности - отличается эгоцентризмом, выраженным стремлением к самоутверждению, повышенной самооценкой, чувством превосходства, брутальностью, интенсивной и порой неутомимой энергией, сочетающейся с некоторой вязкостью аффекта и речи. В этих случаях преобладает атлетическое телосложение.

Истероидный склад личности - вариант с непостоянством в стремлениях, влечениях, привязанностях и постоянной изменчивостью настроения, его лабильностью в диапазоне от восторга до отчаяния. Он отличается богатым воображением со склонностью принимать желаемое за действительное. Преобладает грацильное телосложение.

Б. В. Зейгарник специально привлекала внимание к тому, что найти четкие определения для психологической характеристики нарушений личности трудно и при патопсихологическом исследовании личности важно ясно представлять, что следует исследовать в каждом конкретном случае. По мнению автора, о патологическом изменении личности речь идет тогда, когда под влиянием болезни у человека в любом возрасте скудеют интересы, мельчают потребности, когда у него появляется равнодушное отношение к тому, что раньше его волновало, когда действия его лишаются целенаправленности, поступки становятся бездумными, когда человек перестает регулировать свое поведение, не в состоянии адекватно оценивать свое поведение, не в состоянии оценивать свои возможности, когда меняется его отношение к себе и окружающим. Такое измененное отношение является индикатором измененной личности.

Таким образом, для создания личностных типологий восприятия старости необходимы геронтопсихологические, геронтопсихиатрические и геронтосоциологические исследования, а также непременное участие в них и специалистов по социальной работе с пожилыми и старыми людьми. Только в такой совокупности научных и практических исследований возможно с большой достоверностью ответить на вопрос, что же лежит в основе восприятия собственного старения: личность, соматическое или психическое заболевание или же социальные факторы. Это прежде всего необходимо для решения вопроса оказания своевременной и соответствующей нуждам и потребностям людей старших возрастов социальной помощи и обслуживания, лечения или эмоционального участия и сочувствия.

Вопросы для самостоятельной подготовки:

1. Дать определение понятия " личность" и перечислить личностные типологии восприятия старости.

2. Раскрыть содержание астенического и стенического склада личности и перечислить личностные типы по Е. Кречмеру.

3. Дать логическое обоснование или опровержение тезиса " личность человека не меняется с возрастом при сохранении психического здоровья".

Обязательная литература:

1. Иванов В. А. Старение как эмоциональный шок. // Психология зрелости и старения, осень-зима, 1999.

2. Зоткин В. Н. Психология пожилого возраста в аспекте психологической и социальной работы. Самара: Самарский университет, 1996.

3. Старость. Популярный справочник. М: Большая российская энциклопедия, 1996.

Дополнительная литература:

1. Абрамова Г. С. Возрастная психология. М: Academia, 1997.

2. Полищук Ю. И. Старение личности. // Социальная и клиническая психиатрия, № 3, 1994.

3. Шахматов Н. Ф. Психическое старение: счастливое и болезненное. М: Медицина, 1996.


Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...