Главная | Обратная связь
МегаЛекции

ПРОБЛЕМЫ УСТАНОВЛЕНИЯ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НАЕМНИЧЕСТВО.





 

Проблемы противодействия наемничеству связаны с рядом причин, в том числе социально-политического характера, и, в особенности, с отсутствием солидарности государств о едином международно-правовом определении наемника. Даже будучи основаны на международных актах, закрепляющих наиболее общее понятие наемничества, его определения, даваемые в национальном законодательстве государств, обладают своей спецификой.

Активизация международных усилий в сфере борьбы с наемничеством в последние десятилетия не в состоянии унифицировать оценки его конкретных проявлений в национальных законодательствах. Нередко в международной политике превалируют конъюнктурные соображения, стремление использовать в данной сфере двойные стандарты. Этим во многом объясняется тот факт, что до настоящего времени не удалось выработать единое международно-правовое определение наемничества.

То же касается и Российской Федерации. Несмотря на то, что наемничество является уголовно наказуемым преступлением, и в примечании к ст. 359 УК РФ дается понятие наемника, до настоящего времени Россией не подписана и, соответственно, не ратифицирована Международная конвенция ООН о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г.

Отмеченные трудности свидетельствуют о необходимости формирования четких теоретических представлений о составе наемничества, определяющих правопонимание и правоприменение, и разработки научно обоснованных рекомендаций по совершенствованию законодательной регламентации уголовной ответственности за наемничество.

Представляется, что противодействие наемничеству возможно посредством консолидации усилий мирового сообщества в борьбе с этим явлением и создания во всем мире атмосферы абсолютной нетерпимости к любым его проявлениям. В связи с этим необходима выработка эффективного международного антинаемнического законодательства и унификация национальных норм об ответственности за наемничество, важно добиваться как расширения круга участников уже принятой (вступившей в силу в октябре 2001 г.) Международной конвенции ООН о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г., одного из главных достижений ООН в сфере борьбы с наемничеством, так и поощрения разработок новых соглашений в этой области.



Помимо проблем, касающихся нормативно-правового регулирования ответственности за наемничество в мировом праве, невозможно не принять во внимание имеющиеся в российском праве недостатки, касающиеся установления ответственности за вербовку, обучение, финансирование наемничества и за непосредственно участие в вооруженных конфликтах в качестве наемника по ст.359. В частности, это касается такого обязательного признака субъективной стороны последнего названного состава преступления, как цель - получение материального вознаграждения за участие в качестве наемника в вооруженном конфликте или военных действиях.

Поэтому, в связи с указанной выше частной проблемой, необходимо рассмотреть пробелы, содержащиеся в примечании к ст. 359, дающем определение наемничества. В настоящем примечании наемник обозначен как «лицо, действующее в целях получения материального вознаграждения», но не отражен такой признак, как «материальное вознаграждение, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга и с такими же функциями из числа личного состава вооруженных сил данной стороны», содержащийся в I Дополнительном протоколе к Женевской конвенции 1949 г., в статье 47. Отсутствие этого расширительного толкования вознаграждения, выплачиваемого наемнику, в сочетании с отсутствием в определении о наемнике положения, что не является наемником лицо, входящее в личный состав вооруженных сил государства, создает ситуацию, когда буквальное толкование определения наемника означает, что наемниками могут быть признаны иностранцы-контрактники. По нашему мнению, в содержащееся в примечании к 359 статье определение необходимо внести уточнения, касающиеся хотя бы одного из названных отличительных признаков субъекта ч.3 ст.359, что позволило бы разграничить понятия «наемник» и «иностранный гражданин, проходящий службу в вооруженных силах государства по контракту». Решая вопрос о расширении определения понятия «наемничество», содержащегося в УК РФ, имеет смысл обратиться к судебной практике по ч.3 ст. 359.

ноября 2014 Нальчикским городским судом был вынесен обвинительный приговор по ч.3 ст. 359 УК РФ в отношении гражданина Российской Федерации М.З. Нагоева. Суд признал достоверными показания данного гражданина на следствии, подтвержденные другими данными, о получении им вознаграждения за участие в боевых действиях с ноября 2012 г. по январь 2013 г. на территории Сирии в размере 3000 (трех тысяч) долларов США, что составляет около 90000 (девяноста тысяч) рублей (в соответствии с курсом доллара на январь 2013 г.). Исходя из данных, предоставляемых Приказом Министра обороны РФ от 30.12.2011 N 2700 "Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации", служащий по контракту в звании стрелка (рядового) и выполняющий задачи, связанные с риском для жизни и здоровья в мирное время, за равный период времени (три месяца) получает оплату в размере 22500 (двадцати двух тысяч пятисот) рублей. Таким образом, сумма, полученная М.З. Нагоевым, в четыре раза превышает сумму солдата-контрактника, что позволяет говорить о существенности данного превышения.

Исходя из приведенного примера, следует заключить, что отсутствие в легальном определении уточнения о превышении вознаграждения, получаемого наемником, денежного довольствия служащего по контракту необоснованно. Поэтому мы предлагаем изложить приложение к ст.359 в следующей редакции:

«Наемник - это любое лицо, которое:

а) действует в целях получения материального вознаграждения, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое служащим такого же ранга и с такими же функциями из числа личного состава вооруженных сил страны, гражданином которой он является;

б) не является ни гражданином государства, участвующего в вооруженном конфликте или военных действиях, ни лицом, постоянно проживающим на его территории;

в) не входит в личный состав вооруженных сил государства, участвующего в вооруженном конфликте или военных действиях и

г) не является лицом, направленным для исполнения официальных обязанностей».

На наш взгляд, более подробное изложение понятия наемничества позволит избежать привлечения к уголовной ответственности лиц, невиновных в совершении данного преступления.

Помимо затруднений, касающихся субъекта ч. 3 ст. 359, вызывает вопросы толкование такого деяния, как вербовка наемника. Такой важный аспект этого деяния, как момент окончания преступления, также не установлен законом. На наш взгляд, наиболее соответствующей заложенному законодателем смыслу является выдвинутая К.Л. Осиповым гипотеза, что вербовка наемника представляет собой по своей сути сделку между нанимателем и нанимающимся. Понимание вербовки наемников как сделки позволяет более точно установить момент окончания этого преступления и проникнуть в сущность вербовки как явления. Ориентируясь на терминологию 27 главы Гражданского кодекса РФ, можно рассмотреть вербовку как сделку в форме договора, т.е. как соглашение между лицом нанимающим (вербовщиком) и лицом нанимающимся (наемником), об установлении, изменении или прекращении прав и обязанностей обеих сторон (ст. 420 ГК РФ «Понятие договора»). Содержанием этого соглашения является, с одной стороны, обязательство наемника участвовать в вооруженном конфликте или военных действиях на стороне нанимателя или представляемых им лиц в обмен на получение материального вознаграждения, а с другой - обязательство нанимающего лица (нанимателя) предоставить определенные выгоды материального характера в обмен на участие наемника в вооруженном конфликте либо военных действиях на обусловленной договором стороне (стороне нанимателя или представляемых им лиц), а также обучать, финансировать и иным образом материально обеспечивать нанимающееся лицо (наемника). Вербовка, как и любая сделка, может заключаться как устно, так и в письменной форме. Вербовка состоялась, если достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Таким образом, она должна считаться оконченной с момента получения нанимателем (т.е. лицом, «направившим оферту») согласия, т.е. принятия предложения («акцепта») нанимающегося лица. В случае, если согласия нанимающегося лица не получено, имеет место покушение на наемничество в форме вербовки, так как все свои действия наниматель выполнил, т. е. «направил оферту» по терминологии ГК РФ, однако не довел преступление до конца по не зависящим от него причинам, т. е. не получил «акцепт».

Автор обращает внимание также на то, что российское гражданское законодательство содержит такие понятия, как «приглашение делать оферты» и «публичная оферта» (ст. 437 ГК РФ). Под приглашением делать оферты понимается реклама и иные предложения, адресованные неопределенному кругу лиц, если иное прямо не указано в предложении. Публичная оферта - это содержащее все существенные условия договора предложение, из которого усматривается воля лица, делающего предложение, заключить договор на указанных в предложении условиях с любым, кто отзовется. Отсюда следует, что если проводится вербовочная агитация, открываются вербовочные пункты и т.д. с целью привлечения неопределенного круга лиц, такие действия следует расценивать как покушение на вербовку наемников. Если же благодаря таким «приглашениям делать оферты» и «публичной оферте» определенные лица, признаки которых указаны в примечании к ст. 359 УК РФ, проявили инициативу и пришли наниматься для участия в вооруженных конфликтах или военных действиях, следует считать вербовку оконченным преступлением.

 


 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Подводя итог всему вышеизложенному, следует сказать, что, на наш взгляд, правовая регламентация наемничества в том виде, в каком она существует на сегодняшний день, не в состоянии пресечь стремительное развитие наемнической деятельности, активизировавшейся в последние десятилетия. Так, государствами до сих пор не выработана единая позиция, направленная на эффективное противодействие и полное запрещение наемнической деятельности в любых ее проявлениях, а Международная конвенция о запрещении вербовки, использования, финансирования и обучения наемников, которая была принята Генеральной Ассамблеей еще в 1989 г. и создавалась именно с целью унификации законодательства о наемничестве, подписана и ратифицирована слишком малым числом государств, чтобы реально влиять на сложившуюся в мире ситуацию.

В отношении Российской Федерации проблема наемничества не менее актуальна, чем для мировой общественности. Так по официальным источникам, к началу апреля 2000 года в вооруженном конфликте на Северном Кавказе участвовало до 700 иностранцев, значительная часть которых была наемниками. Правоохранительные органы документально зафиксировали случаи вербовки наемников-иностранцев, в том числе и на территории России, случаи обучения их как в специально оборудованных для этой цели местах, так и непосредственно в незаконных формированиях, сражающихся против федеральных сил на Северном Кавказе.

К сожалению, наша страна не ратифицировала и не подписала Конвенцию о запрещении вербовки, использования, финансирования и обучения наемников 1989 года, и потому на ее территории применяется ст. 47 Дополнительного протокола 1977 года к Женевским конвенциям 1949 года и ст. 359 УК РФ «Наемничество», предусматривающая уголовную ответственность за вербовку, обучение, финансирование или иное материальное обеспечение и использование наемников, а также за участие наемников в вооруженных конфликтах и военных действиях. Для реализации данной, статьи, на наш взгляд, требуется детальная правовая разработка определений, содержащихся в ней и пересмотр санкций, устанавливающих пределы уголовной ответственности за данное преступление, поскольку, несмотря на возросший в последние годы интерес юридической общественности к проблеме уголовного преследования наемничества, ее актуальность, как для мирового сообщества, так и для нашей страны, исследований названной проблемы очень мало.

В отношении России можно заметить, что шансы на успех в борьбе с наемничеством увеличатся при принятии нашим государством обязательств по Международной конвенции о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 года, поскольку нормы международного права подводят значительную теоретическую и правовую основу для развития национального уголовного законодательства, в том числе и по ответственности за наемничество. Нельзя не учитывать того, что именно международное право устанавливает определение наемника и рассматривает наемничество как целостное явление.

Таким образом, борьба с наемничеством как на международном уровне, так и в пределах конкретного государства, должна вестись правовыми, в первую очередь, уголовно-правовыми, средствами, что способствует закреплению на законодательном уровне государств запрета деятельности наемников и созданию более благоприятного международного климата, обеспечению мира и безопасности человечества.

 


 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2020 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.