Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Развитие института уголовного преследования в отечественном и зарубежном законодательстве





Институт уголовного преследования был известен в российском уголовном процессе с давних времен. Вопросы преследования виновных лиц можно найти в одном из древнейших памятников отечественного права - в "Русской Правде" (ХIII век). Однако в нашем сегодняшнем понимании уголовное преследование, начиная с ХVIII века, осуществляла полиция, губернские и уездные начальники, чиновники, специально назначенные для этого императором.

В соответствии с ч. II т. XV Свода законов Российской Империи уголовное преследование до 1860 года осуществлялось полицией. Эта функция была возложена на следственных приставов. Само следствие делилось на предварительное и формальное. Первое ставило целью установление факта преступного проявления, второе - выяснение вопросов о виновности подозреваемого и о том, подлежит ли он наказанию.

Устав уголовного судопроизводства 1864 года вводит термин "судебное преследование" и определяет, что "никто не может подлежать судебному преследованию за преступление или проступок, не быв привлечен к ответственности в порядке, определенном правилами сего Устава", при этом "к судебному преследованию не относятся меры, принимаемые полицейскими и другими административными властями для предупреждения и пресечения преступлений и проступков в порядке, установленном законом". Согласно текста статей Устава, "судебное преследование возбуждается как должностным, так и частными лицами… Преследование должно быть возбуждено установленным порядком по законному поводу и достаточному основанию…".

С 1917 года произошел слом существовавшей государственной системы.

УПК РСФСР 1923 года институт уголовного преследования сохранил.

Например, ст. 4 устанавливала случаи, когда преследование не могло быть возбуждено, а возбужденное - не могло быть продолжено и подлежало прекращению во всякой стадии уголовного процесса. Среди таковых назывались смерть обвиняемого; примирение обвиняемого с потерпевшим по делам, возбуждаемым не иначе как по жалобе потерпевшего. Так же данным УПК РСФСР на прокуратуру была возложена обязанность "возбуждать уголовное преследование перед судами и следственными органами по всякому совершившему и подлежащему наказанию преступлению".



Нужно заметить, что при кодификации в 1958-1960 годах термин "уголовное преследование" не нашел своего отражения, и в УПК РСФСР 1960 года он не использовался.

Исключив термин "уголовное преследование" из УПК РСФСР, законодатель использовал данный термин в других законах. Так, этот термин продолжал использоваться в Федеральном законе "О прокуратуре Российской Федерации" от 17 января 1992 года (в редакции Закона от 17 ноября 1995 года и последующими изменениями и дополнениями 1999 года ). Согласно ч. 2 ст. 1 Закона, прокуратура осуществляет "уголовное преследование в соответствии с полномочиями, установленными уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации".

Кроме того, термин "уголовное преследование" иногда употреблялся в решениях высших судебных органов России. Например, в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 ноября 1996 года №19-П, "По делу о проверке конституционности ст. 418 УПК РСФСР, в связи с запросом Каратузского районного суда Красноярского края" и в постановлении от 14 января 2000 года №1-П, принятом в связи с жалобой И.П. Смирновой и запросом Верховного Суда Российской Федерации. Так же данный термин фигурирует в международных договорах, подписанных и ратифицированных Россией, в том числе в договорах о правовой помощи.

На первоначальном этапе реформирования современного российского законодательства новые нормы вводились путем дополнений и изменений в УПК РСФСР. Попытка возродить рассматриваемый институт в уголовно-процессуальном праве была предпринята в 1997 году в проекте, а в дальнейшем нашла свое отражение в УПК РФ от 18 декабря 2001 года.

Возрождение УПК РФ института уголовного преследования следует считать существенным продвижением государства в защите прав и свобод человека и гражданина, еще раз позволяющим переосмыслить историческое наследие в сфере уголовного судопроизводства.  

Рассмотрение норм законодательства зарубежных государств об уголовном преследовании требуется, на мой взгляд, в связи с необходимостью объективной оценки опыта, имеющегося в других странах с целью последующего возможного заимствования отдельных положений для более эффективной реализации уголовного преследования.

Как справедливо отмечал Г. Дашков, "нередко приходится сталкиваться со случаями, когда опыт одной страны или даже единичный факт выдается за общепризнанную практику всех цивилизованных стран". Для избежания такового нами рассматриваются нормы об уголовном преследовании следующих государств:

Соединенные Штаты Америки. В США основой для уголовно-процессуального законодательства являются положения Конституции США, с внесенными в нее поправками. Так, поправка V содержит положение о том, что никто не должен привлекаться к ответственности за караемое смертью или иным образом позорящее преступление иначе, как по представлению или обвинительному заключению Большого жюри, за исключением дел, возбужденных в сухопутных или военно-морских силах. Поправка VI указывает, что при всяком уголовном преследовании обвиняемый имеет право на скорый и публичный суд беспристрастных присяжных того штата и округа, ранее установленного законом, где было совершено преступление; обвиняемый имеет право на очную ставку со свидетелями, показывающими против него; право на принудительный вызов свидетелей со своей стороны и на помощь адвоката для своей защиты. Поправка XIV (1868 год) говорит о том, что ни один штат не должен издавать или применять законы, которые ограничивают привилегии и льготы граждан Соединенных Штатов, равно, как ни один штат не может лишить какое-либо лицо жизни, свободы или собственности без надлежащей правовой процедуры либо отказать какому-либо лицу в пределах своей юрисдикции в равной защите закона.

Основным федеральным законом, регулирующим уголовное преследование, является раздел 18 Свода законов Соединенных Штатов Америки. Этот раздел именуется "Преступления и уголовный процесс". Вместе с тем, помимо федеральной системы уголовной юстиции, действует своеобразная система уголовной юстиции в каждом штате. Нормы уголовного процесса в ряде штатов объединены с уголовным кодексом в одном нормативном акте. Уголовное преследование по делам о федеральных преступлениях осуществляется ФБР и различными другими федеральными службами, а также независимыми друг от друга многочисленными учреждениями полиции: полиции штата, графства, либо муниципальной полиции. Полиция вправе производить различные действия, направленные на собирание доказательств, задерживать подозреваемых. При этом разрешение на производство арестов, обысков, а также других действий, ограничивающих права граждан, дает суд. Прокуратура в США не является единой централизованной системой. Существует федеральная прокуратура (федеральная атторнейская служба) и носящая различные названия прокуратура (атторнейская служба) штатов и городов, которые независимы друг от друга. Прокуроры (атторней) решают вопросы о возбуждении уголовного преследования, могут сами производить расследование каких-либо преступлений, в том числе и производить расследование по делам, начатым полицией.

При решении вопроса о возбуждении уголовного преследования прокурор, как правило, руководствуется двумя моментами: во-первых, наличием или перспективами получения доказательственной базы, достаточной для осуждения обвиняемого; во-вторых, отвечающей интересам представляемого прокурором округа целесообразностью уголовного преследования с учетом степени общественной опасности совершенного преступления и лица, его совершившего. Отказ в возбуждении уголовного преследования может быть обоснован также и ссылкой на его нецелесообразность в связи с несопоставимостью вреда, причиненного общественным интересам, и материальных затрат, требующихся для осуществления уголовного преследования. При этом прокурору предоставляется юридическая возможность прекращения начатого уголовного преследования на любом этапе уголовного процесса. Дискреционные полномочия прокурора регламентированы процессуальными нормами, содержащимися в федеральных статутах и статутах штатов, а также в судебных прецедентах. В случае несогласия с решением прокурора не возбуждать уголовное преследование, потерпевший вправе обжаловать это решение в суд. Ни законодательство, ни решения Верховного Суда США не содержат данного правила, оно установлено в прецедентах, созданных судами штатов, поэтому в каждом штате соответствующие прецеденты имеют свои особенности, однако в большинстве из них прослеживается общая идея о том, что суд вправе оценивать особенности решения прокурора об отказе в возбуждении уголовного преследования лишь в том случае, когда оно мотивировано отсутствием перспектив получения достаточных обвинительных доказательств, либо явилось результатом чрезмерного злоупотребления дискреционным правом. Если же такое чрезмерное злоупотребление отсутствовало, то, согласно норм прецедентного права, в проводимую окружным прокурором уголовно-процессуальную политику суд вмешиваться не должен, чтобы не нарушать принцип разделения властей . Таким образом, принцип законности (если улик достаточно, дело должно быть направлено в суд) ограничивается на практике принципом целесообразности.

Западные ученые признают, что нахождение правильного соотношения принципов законности и целесообразности в конечном итоге является одним из факторов, определяющих результаты борьбы с преступностью.

В уголовном законодательстве США определена также процедура уголовного преследования в случаях, когда преступное поведение содержит признаки более чем одного посягательства. Данная норма исходит из нецелесообразности осуждения более чем за одно из нескольких преступных посягательств, которые выразились в одном и том же поведении или возникли из одного и того же события преступления, если об этих посягательствах было известно надлежащему должностному лицу, осуществляющему уголовное преследование, в момент возбуждения первого судебного разбирательства и если они находятся в пределах юрисдикции одного и того же суда. Рассмотрение дел о таких посягательствах является исключением и может быть осуществлено только по ходатайству атторнея или подсудимого и только в том случае, если этого требуют интересы правосудия.

Уголовное преследование исключается, если по тем же основаниям имеется оправдание, осуждение или прекращение уголовного преследования. При этом необходимо, чтобы уголовное преследование было прекращено надлежащим, то есть законным, образом.

Обвинение в суде поддерживают прокуроры. В то же время в роли обвинителей могут выступать и адвокаты, действующие по контракту, например, на стороне штата. [21]

Федеративная Республика Германия. В ФРГ предварительное расследование проводят прокуроры, но прибегают при этом к помощи полиции. Уголовно-процессуальное законодательство Республики предусматривает две формы окончания дознания: возбуждение публичного обвинения и прекращение дела.

Появление в уголовном процессе ФРГ альтернатив уголовному преследованию stricto sensu связано с Законом от 02 февраля 1974 года, который официально называется "Вводный закон к Уголовному кодексу ФРГ". Речь идет о создании нового процессуального института, дающего прокурору право отказаться при определенных условиях от возбуждения публичного обвинения даже в тех случаях, когда имеются достаточные фактические данные и правовые основания к уголовному преследованию . По таким делам прокурор может отказаться от возбуждения публичного обвинения и одновременно с согласия суда возложить на обвиняемого следующие обязанности: выполнить определенную работу с целью загладить причиненный деянием вред, внести денежную сумму в пользу общественно полезного учреждения или в государственную казну, выполнить общественно полезную работу или выплачивать средства на содержание потерпевшего. Для выполнения этих обязанностей прокуратура устанавливает срок, который может быть продлен, также прокуратура вправе отменить выполнение указанных обязанностей.[22] http://romashkaspb.nm.ru/

УПК предусматривает также возможность отказа от уголовного преследования за деяния, совершенные за границей или иностранцами внутри страны, но на иностранном корабле или в самолете. Прокуратура вправе отказаться от уголовного преследования, если проведение процесса вызвало бы опасность причинения тяжкого вреда ФРГ или если преследование противоречило бы другим важным публичным интересам (153 с и d Кодекса).

Возможен отказ от уголовного преследования при деятельном раскаянии лица, совершившего государственное преступление, если такое лицо после совершения преступления, но прежде, чем ему стало известно о его раскрытии, способствовало предотвращению вредных последствий, касающихся безопасности Республики. Условием освобождения от уголовной ответственности является также сообщение сведений о намерении совершить измену Родине, выдать государственную тайну или создать угрозу внешней безопасности.

В ФРГ прокуратура вправе отказаться от уголовного преследования лица, которое осуждено за совершение другого преступления, если наказание за него достаточное для исправления виновного (ст. 154 Кодекса). Уголовное законодательство предусматривает исключение наказания по истечении сроков давности привлечения к уголовной ответственности (раздел 5 гл. 1 Уголовного кодекса ФРГ).

Великобритания. В Великобритании нет единого кодифицированного нормативного акта, содержащего нормы уголовного процесса (за исключением Шотландии, для которой британский парламент в 1975 году издал Закон об уголовном процессе). В Англии нормы уголовно-процессуального права в основном содержатся в законодательных актах, касающихся судоустройства. Это законы о Верховном суде 1981 года, о магистратских судах 1980 года, о присяжных 1974 года, об уголовном правосудии 1925 года, о преследовании за преступления 1985 года, об отправлении правосудия 1985 года, о полиции и доказательствах по уголовным делам 1984 года. В связи с тем, что единого уголовно-процессуального кодекса не принято, а стиль изложения английских законов таков, что оставляет возможности для судейского усмотрения, весьма существенной остается роль прецедентного права. С помощью судебных прецедентов толкуются положения, изложенные в законодательстве в общей форме, а также устраняются пробелы в законодательстве.

Уголовное преследование в Англии и в Уэльсе осуществляется, главным образом, полицией, которая производит расследование и передает дело в суд. Законом 1985 года о преследовании за преступления была учреждена служба коронных обвинителей Королевской службы уголовного преследования. Ее возглавляет директор публичных преследований, назначаемый Генеральным атторнеем. Обвинители ведомства публичных преследований поддерживают обвинения в судах по делам, направленным полицией, а в некоторых случаях осуществляют возбуждение уголовных дел и расследование преступлений.

Принимая решение о необходимости преследования лица, совершившего уголовное преступление, в судебном порядке Королевская служба уголовного преследования и полиция, для которой Инструкция для королевских обвинителей также является обязательной, должны исходить из концепции публичного интереса. Основная проблема заключается в "индивидуализации" для каждого конкретного случая достаточно абстрактных критериев, содержащихся в Инструкции. Именно поэтому в некоторых британских регионах с начала 90-х годов применяется своеобразный эксперимент, смысл которого состоит в том, что Королевская служба уголовного преследования, получив дело из полиции, передает его в службу пробации, которая собирает информацию о личности обвиняемого, главным образом проводя с ним подробные и продолжительные беседы. Такая информация помогает составить прогноз последующего поведения данного лица и предупредить совершение им новых преступлений. После этого собранный материал передается обратно в Королевскую службу уголовного преследования, которая его учитывает при принятии решения о дальнейшем движении дела. Отказ от уголовного преследования может быть обжалован в суд. [23]

Вместе с тем, несмотря на нововведения, базовая модель английского уголовного преследования осталась и заключается в наличии выбора только между двумя традиционными вариантами реакции государства на преступление, исходя из его опасности для общества: первый вариант - официальное уголовное преследование лица, результатом которого, с точки зрения обвинения, должно стать наказание в качестве юридического последствия совершения преступления; второй вариант - отказ от уголовного преследования.

В Шотландии система органов публичного уголовного преследования является более развитой. Во главе ее стоит лорд-адвокат (юридический представитель Короны в данной части Соединенного Королевства), его заместителем является генеральный солиситор Шотландии. В Шотландии исторически действует система должностного государственного обвинителя по уголовным делам, осуществляемого в публичных интересах службой так называемых "прокураторов - фискалов". Последние обладают исключительной компетенцией принимать решение о возбуждении уголовного преследования, могут принимать к своему производству наиболее сложные уголовные дела, расследование по другим делам осуществляется полицией. Прокурор-фискал может поручить провести дознание с получением отчета по делу, при этом он вправе потребовать от полиции дополнительного дознания. Обвинение в судах поддерживают генеральный солиситор, помощники лорда-адвоката, а в судах низшего звена - прокураторы-фискалы. Следует отметить, что уголовный процесс Шотландии отличается от английского процесса и по своему содержанию стоит ближе к французскому, континентальному типу.[24]

В странах СНГ остается тенденция, заключающаяся в том, что в качестве основных органов, возбуждающих и осуществляющих уголовное преследование на досудебных стадиях, продолжают оставаться органы дознания и предварительного следствия (например, Республика Беларусь, Республика Туркменистан, Республика Узбекистан). При этом прокуратура осуществляет, главным образом, надзор за законностью уголовного преследования, санкционирует проведение отдельных следственных действий и применение мер принуждения. Следует отметить, что институт уголовного преследования возобновлен не только в УПК Российской Федерации и Республики Беларусь, он также нашел свое отражение в законодательстве Казахстана, Азербайджана, вобравший формы расследования и основные положения УПК РСФСР, а также Модельного УПК для государств-участников СНГ, принятом Межпарламентской Ассамблеей государств-участников СНГ 17 февраля 1996 года.[25]

В завершение, на мой взгляд, следует отметить, что, несмотря на наличие в каждом государстве своих особенностей осуществления уголовного преследования, существует международная согласованность о порядке взаимодействия судов, прокуроров, следователей и органов дознания с соответствующими компетентными органами и должностными лицами иностранных государств и международными организациями.

Относительно Российской Федерации, порядок выдачи лица для уголовного преследования или исполнения приговора определен главой 54 УПК РФ, регламентирующей правила направления запроса о выдачи лица, находящегося на территории иностранного государства; пределы уголовной ответственности выданного лица; исполнения соответствующих запросов и порядок обжалования принимаемых решений. По существу данная глава явилась отражением положений Конвенций, Договоров и соглашений об оказании правовой помощи по уголовным делам, заключенных СССР и РФ. В России институт выдачи начал формироваться еще в древнерусском государстве и получил достаточно совершенное развитие.

Каждое государство имеет свою специфику осуществления уголовного преследования лица, совершившего уголовно наказуемое деяние. [26] Это выражается как в порядке возбуждения уголовного преследования (уголовного иска), так и сроках производства, а также в должностных лицах, правомочных на его осуществление, и круге их полномочий.

При заимствовании альтернатив уголовного преследования, необходимо российскому законодателю четко определить границы целесообразности применения таких альтернатив. Ибо только законные поводы прекращения уголовного преследования могут служить построению правового государства, защите прав и свобод человека и гражданина, устранят злоупотребления должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование при выборе условий альтернатив.

§ 3. Социальная обусловленность, понятие и содержание уголовного преследования

Понятие уголовного преследования раскрывается в п. 55 ст. 5 УПК РФ: ”Уголовное преследование – процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления”. Однако формированию его предшествовало исследование этой основополагающей категории уголовно-процессуального права в трудах известных процессуалистов (Строговича М.С., 1951 г., Якубович Н. А., 1980 г., 1996 г., Ларина А.М., 1986 г., Соловьева А.Б., 1996 г., Халиулина А.Г., 1997 г. и др.).

В цивилизованной правовой действительности каждый правовой институт или отдельные нормы права имеют глубокие социальные корни и учреждаются для выполнения определенных общественно значимых функций. Являясь выражением воли государства и народа и имея в основе своей политическую природу, они всегда вызываются к жизни как ответная реакция на назревшие социально-экономические потребности существующего строя[27], преследуют цель наиболее эффективного регулирования конкретных общественных отношений.

Но общественные отношения, практика, как известно, постоянно развиваются, каждый этап развития выдвигает свои задачи, наполняет их новым конкретным содержанием. А закон должен улавливать пульс общественной жизни, отражать объективные ее запросы и служить этим задачам. http://romashkaspb.nm.ru/

Так как социальная обусловленность права (правовых норм) - это их необходимость, соответствие, адекватность регулируемым общественным отношениям, изучение социальной обусловленности уголовного преследования предполагает установление того, насколько они социально значимы, объективно необходимы и гармонируют с задачами сегодняшнего дня. Отправляясь от марксова учения о том, что "процесс есть форма жизни закона"[28], "преступник производит не только преступление, но и уголовное право... всю уголовную юстицию... и т.д."[29], и учитывая, что институт уголовного преследования есть крупное подразделение уголовно-процессуального права, в самом общем виде на этот вопрос можно было ответить так: уголовное преследование нужно для обслуживания уголовно-правовых отношений, будет необходимо до тех пор, пока существует преступность и надо бескомпромиссно, решительно с нею бороться. Но такой ответ проблему не решает, ибо специфику уголовного преследования не отражает, приемлем для аналогичного ответа применительно к любым другим институтам уголовного процесса.

Чтобы ответить на указанный вопрос, надлежит осмыслить и оценить социальную полезность целей уголовного преследования, ибо именно в целях правовой материи, в их содержании находят отражение объективные социальные потребности, именно в них "все социальные цели уже представлены в правовой форме"[30]. Базируясь на этом, можно сказать, что обозначенные в законе цели уголовного преследования есть правовое выражение тех социальных причин, которые определяют необходимость упомянутого института как средства решения задач уголовного процесса.

В свою очередь, данное обстоятельство подчеркивает неразрывную связь понятия "социальная обусловленность уголовного преследования" с его юридической природой, связанной с необходимостью проведения в жизнь норм уголовного права и реализации обязанности виновников преступления отвечать за свои действия. Уголовный закон может всецело проявить себя и применяться к конкретному виновному лицу только через уголовное преследование. В правовом плане именно уголовный закон диктует необходимость этого феномена как института и как деятельности органов уголовной юстиции.

Соответственно уголовное преследование следует истолковывать не только как процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в вышеотмеченных целях , но и как правовой институт, регулирующий эту деятельность. Как институт оно складывается из норм, имеющих отношение к данной деятельности, начиная с возбуждения уголовного дела и кончая последней стадией уголовного процесса, а при определенных условиях даже мерами постпенитенциарного воздействия. Его источником являются нормы различных отраслей права: международного, конституционного, уголовного, уголовно-процессуального, уголовно-исполнительного, гражданского, прокурорско-надзорного, трудового, семейного и т.д. Отсюда названный институт носит межотраслевой, многоплановый, комплексный характер. Его суть как регулятора - адресованное органам обвинения требование принять все дозволенные меры, чтобы достичь целей уголовного преследования.

Несмотря на то, что в уголовно-процессуальном законодательстве выделена специальная глава, посвященная уголовному преследованию, оно не является какой-то обособленной правовой категорией, а, напротив, тесно связано со всеми другими уголовно-процессуальными институтами, взаимодействует с ними. Поэтому его правовыми основами выступает по существу весь массив законодательства, относящегося к уголовному процессу. Поскольку уголовное преследование как деятельность есть способ выполнения задач уголовного судопроизводства, достижению этой цели служит все уголовно-процессуальное право.

В юридической литературе уголовное преследование нередко трактуется как уголовно-процессуальная функция, как одно из основных направлений уголовно-процессуальной деятельности. Однако в это понятие вкладывается разное содержание. Так, по мнению М.С.Строговича, "уголовное преследование - это обвинение как процессуальная функция, т.е. обвинительная деятельность"[31]. По утверждению Л.М.Ларина, "уголовное преследование есть предшествующая разрешению дела уголовно-процессуальная деятельность, которая состоит в формулировании и обосновании вывода о совершении определенным лицом конкретного общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом". Оба автора возбуждением уголовного преследования считают вынесение постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, а также задержание и применение меры пресечения до предъявления обвинения.

Вместе с тем А.М.Ларин усматривает своеобразное уголовное преследование в производстве по применению принудительных мер медицинского характера, предлагая признать специфическим актом возбуждения уголовного преследования постановление о назначении судебно-психиатрической экспертизы[32].

С точки зрения М.А.Чельцова, в уголовное преследование входит также возбуждение уголовного дела[33]. Для этого были правовые основания. В частности ст.94 УПК РСФСР 1923г. устанавливала обязанность прокуратуры "возбуждать уголовное преследование перед судебными и следственными органами по всякому совершившемуся и подлежащему наказанию преступлению", а ст.4 того же УПК содержала правило: "Уголовное преследование не может быть возбуждено, а возбужденное не может быть продолжаемо и подлежит прекращению во всякой стадии процесса".[34] Следовательно, в понятие "возбуждение уголовного преследования" законодатель того времени вкладывал смысл возбуждения уголовного дела.

В том же смысле употреблялся термин "возбуждение уголовного преследования" в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1924г. и в иных правовых актах советского времени. Такой вывод напрашивается также при анализе ст.1, 27, 31, 35 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" в редакции Закона от 17 ноября 1995г. Очевидно, поэтому уголовное преследование применительно к прокуратуре раскрывается как функция, состоящая "в возбуждении уголовного дела по основаниям и в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством, в осуществлении расследования преступлений, в решении вопроса о направлении уголовных дел для рассмотрения в суд независимо от того, каким органом осуществлено расследование, и в поддержании государственного обвинения в суде по любому уголовному делу".[35]

Тем не менее сущность уголовного преследования не может быть ограничена только этими положениями. Как уголовно-процессуальная функция оно имеет более емкое содержание. В этом плане З.З.Зинатуллин прав, когда пишет: "Уголовное преследование начинается с момента возбуждения уголовного дела и имеет место на всем протяжении производства по уголовному делу, во всех стадиях уголовного процесса, т.е. до тех пор, пока есть основания считать определенное лицо виновным в совершении преступления и заслуживающим применения к нему подлежащей отбытию той или иной меры уголовного наказания... По своему содержанию уголовным преследованием охватывается весь возможный комплекс действий и отношений, связанных с задержанием лица по подозрению в совершении преступления, применением мер уголовно-процессуального пресечения, производством комплекса действий, связанных с собиранием, исследованием и оценкой средств доказывания (доказательств, их источников и способов получения и использования доказательств), направленных на его изобличение, обоснование уголовной ответственности и осуждения, а также обеспечение правового режима отбывания назначенного по приговору суда наказания".[36]

Сказанное согласуется с этимологией слова "преследовать": "следовать за кем-нибудь с целью поимки", "подвергать чему-нибудь неприятному", "притеснять", "стремиться к чему-нибудь"[37] , - например, к установлению оснований возбуждения уголовного дела, к раскрытию преступления, к изобличению преступника, к выяснению отягчающих уголовную ответственность обстоятельств или причин и условий совершения преступления. Если исходить из такой интерпретации слова "преследовать", то к элементам уголовного преследования относятся: собирание доказательств, дающих основание для признания лица подозреваемым в совершении преступления, уличающих обвиняемого в причастности к преступлению, применение к подозреваемому и обвиняемому мер процессуального принуждения, их розыск, меры к установлению лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности, формулирование и предъявление обвинения, составление и утверждение обвинительного заключения, отстаивание позиции обвинения при назначении судебного заседания, вручение подсудимому копии обвинительного заключения, поддержание обвинения в суде первой инстанции и действия субъектов обвинения в стадиях исполнения приговора, апелляционного, кассационного, надзорного производства и производства по вновь открывшимся обстоятельствам дела.

В любом случае уголовное преследование нерасторжимо институтом уголовной ответственности, производно и зависимо от него, существует во имя торжества принципа неотвратимости ответственности за содеянное. Оно может проявить себя в виде негативных последствий для лица и после полного отбытия им уголовного наказания, снятия или погашения судимости.

Таким образом, уголовное преследование - многофакторное, многостадийное, имеющее сложную структуру явление. И оно не завершается вынесением и вступлением в законную силу обвинительного приговора, как это утверждает М.С.Строгович, а продолжается и в последующих стадиях уголовного процесса, если, разумеется, есть к тому надлежащие предпосылки.

Значение уголовного преследования громадно, тем более на современном этапе, когда преступность в стране достигла уровня, реально угрожающего жизненно важным устоям общества, гарантированным законом правам и свободам граждан, национальной безопасности, социально-экономическому развитию и стабильности государства. Усиливаются ее организованность, агрессивность и профессионализм, появляются новые, все более опасные виды преступлений. Происходит сращивание экономической и насильственной преступности, получают распространение убийства, терроризм, бандитизм, разбойные нападения, похищения людей, захваты заложников, незаконный оборот оружия, наркобизнес и другие тяжкие и особо тяжкие виды преступлений.

При этих условиях многократно возрастает роль уголовного преследования в борьбе с преступностью, ибо без расследования и раскрытия преступлений, без успешного решения процедурных вопросов в установленном законом порядке невозможно эффективно реализовать нормы уголовного закона. Именно в силу своего призвания воплотить в жизнь положения Уголовного кодекса РФ по конкретным делам, оно является необходимым средством борьбы с преступными проявлениями. В тех случаях, когда преступления связаны с посягательствами на личность, ее права и свободы, уголовное преследование обеспечивает уголовно-правовую защиту этих общечеловеческих ценностей, а также реализацию конституционного принципа доступа потерпевшего к правосудию и возмещения ему причиненного вреда (ст.52 Конституции РФ). В соответствии с Рекомендацией Комитета Министров Совета Европы от 28 июня 1985 г. [38] "О положении потерпевшего в рамках уголовного права и процесса" основной функцией уголовного правосудия должно быть удовлетворение запросов и охрана интересов потерпевшего. Она осуществляется вследствие уголовного преследования. Не будь этого канала, в принципе невозможно было бы и приведение в действие средств защиты прав и законных интересов подозреваемого и обвиняемого. По словам А.М.Ларина, "защита мыслима лишь постольку, поскольку существует обвинение, уголовное преследование, от которого надо защищаться".[39]  

По мнению многих процессуалистов уголовное преследование представляет собою сложную деятельность. В нее входят действия следственных органов и прокуратуры, заключающиеся в собирании доказательств, уличающих обвиняемого или устанавливающих обстоятельства, отягчающие его вину, в применении принудительных мер, обеспечивающих изобличение обвиняемого, а также действия, направленные на то, чтобы обосновать перед судом предъявленное обвинение, убедить суд в виновности обвиняемого и необходимости применить к нему заслуженное наказание. В 1951 году М.А. Строгович определил уголовное преследование как «...деятельность следователя (или органа дознания) и прокурора в отношении определенного лица, привлеченного к уголовной ответственности в качестве обвиняемого, направленная на то, чтобы изобличить это лицо в совершении преступления, доказать его виновность, обеспечить применение к нему заслуженного наказания».

В своей монографии, посвященной исследованию функции уголовного преследования, осуществляемой прокуратурой России, А.Г. Халиулин, анализируя точки зрения процессуалистов по вопросу понятия и содержания уголовно-процессуальных функций, приводит перечень, включающий двенадцать основных уголовно-процессуальных функций, среди которых названа и функция уголовного преследования. По мнению А.Г. Халиулина в понятие, «уголовное преследование» должны входить возбуждение уголовного дела, производство расследования (в части собирания обвинительных доказательств) выдвижение обвинения против конкретного лица, формулирование этого обвинения и поддержания его в суде.





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2019 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.