Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Нижний участок Священной дороги.





Казимеж Михаловский

Дельфы

 

Название Дельфьт, Δελφοί, появляется впервые у Гераклита и в гомеровском гимне Артемиде. Раньше это место называлось Пифон. Оба наименования связаны с легендами о возникновении этого знаменитейшего в Греции святилища Аполлона. Несмотря на то, что изображение дельфина встречается на дельфийских монетах, название Делъфы по всей вероятности не имеет ничего общего с Аполлоном Дельфинием и происходит от слова Δελφ — «выдолбленный», что отвечало бы характеру местного горного пейзажа.

 

ТОПОГРАФИЯ

Отвесные скалы Парнаса, нисходящие в этом месте к Коринфскому заливу, имеют облик террас. Их образуют горные склоны, спускающиеся к югу с высоты от 700 до 500 м над уровнем моря. С севера их окружают две неприступные, поднимающиеся к облакам скалы высотой 200-300 м, отражающие лучи солнца. Древние греки называли их поэтому Федриады (Блестящие). Западная вершина теперь носит название Родини, т.е. Розовая, восточная — Флембукос, т.е. Пламенная (древняя Гиампойя). С этой последней сбрасывали приговоренных к смерти святотатцев.

В ущелье, прорезающем эти вершины, пробивается священный Кастальский ключ; этим же путем несколькими потоками стекает с гор дождевая вода, попадая через котловину Паппадию в покрытую оливковыми рощами пойму часто высыхающей реки Плейста. С западной стороны дельфийскую долину замыкает гора св. Ильи, а с юга ее защищает от моря возвышающийся с другой стороны Плейсты горный массив Кирфида высотой 1563 м. Что касается геологических особенностей здешнего рельефа, следует заметить, что массив Парнаса (мелового происхождения) в этом месте сложен из известняковых скал на сланцевом грунте. На территории Дельф в древности неоднократно происходили землетрясения. Частые сейсмические изменения способствовали образованию живописного рельефа поверхности с гротами и отвесными скалами, из которых били ручейки вроде источника Кассотиды, расположенного на территории священного округа, и другого, находящегося выше, неподалеку от стадиона, на краю долины Плейсты, теперь называющегося «по-славянски» Залеской.



Не только красота природы благоприятствовала превращению дельфийского святилища в центр, игравший столь необычайно важную роль в развитии греческой культуры. Немалое значение имело его географическое положение. Следует помнить, что Дельфы расположены в самом сердце Фокиды — центральной области Греции, вблизи естественного пути, ведущего с севера на юг из гористой Дориды и равнинной Фессалии через плодородную долину Амфиссы, доходящего до порта Крисы на берегу Коринфского залива. Здесь же скрещивались оживленные тракты, ведущие с запада на восток, из Локриды в Беотию.

Павсаний, описывая во второй половине II века н.э. свое путешествие в Грецию, упоминает о существовании здесь уже в глубокой древности оракула, принадлежавшего Гее, а так же Посейдону. Позже Гея передала святилище богине правосудия Фемиде, подарившей его Аполлону. Посейдон же добровольно уступил ему место и поселился на острове Калаврии.

Раскопки французских археологов полностью подтвердили существование в Дельфах более раннего оракула Геи. У подножия террасы храма Аполлона, совсем рядом с расщелиной, откуда выходили раньше пары, было открыто место культа богини земли. Кроме более поздних надписей, здесь были обнаружены остатки терракотовой посуды и посвятительных даров микенской эпохи, свидетельствующие о древности культа. Не все греческие легенды говорят о мирном завладении Аполлоном дельфийским троном. Уже в гомеровском гимне Аполлону говорится о произведенном на свет богиней земли чудовищном Пифоне, охранявшем святилище богини-матери. Дракон причинял много несчастий жившим там людям и именно его убил Аполлон-освободитель. Сцена борьбы {6} бога с драконом воспроизводилась позже неоднократно в живописи, а прежде всего в пантомимах, исполнявшихся каждые два года на площади во время Пифийских праздников. Хотя культ Аполлона не связан с Критом, знаменитый дельфийский календарь имеет критское происхождение. В его основу был положен, как известно, лунный год, насчитывающий 355 дней, в связи с чем каждые три, пять и восемь лет следовало добавлять дополнительный месяц. Такой месяц, приходившийся на каждые восемь лет, считался самым священным и именно тогда вероятно устраивались Пифийские игры. Так было до 582 года до н э., когда в связи с Олимпийскими играми и Панафинейскими праздниками дельфийские жрецы отказались от восьмилетних циклов (а в греческой системе счета девятилетних) и перешли к циклам пятилетним, по нынешнему счету четырехлетним. С тех пор знаменитые Пифийские торжества совпадали с каждым третьим годом Олимпиады. Девятилетний цикл появляется, таким образом, в Дельфах ранее всего по сравнению с иными местностями материковой Греции, говоря же о критском царе Миносе, Гомер называет его уже властителем по девятилетним периодам.

Аполлону было нелегко завладеть Дельфами. Ему пришлось бороться с Гераклом, потом же он враждовал с Дионисом, с которым заключил союз, уступая ему три зимних месяца и проводя это время в северной стране гипербореев. После ноябрьского праздника Даидафорий (от названия месяца даидафория), когда участники при свете факелов провожали Аполлона в путешествие во мраке ночи, вместо аполлоновского пэана начинали звучать дионисийские дифирамбы.

 

ОРАКУЛ

В древности Дельфы славились прежде всего благодаря оракулу. Прорицательницей была жрица Пифия, сидящая на треножнике. Первоначально оракул Аполлона действовал один раз в год и служил только жителям близлежащих селений, которые, как и прежде к Гее, приходили к Аполлону, чтобы услышать ответ на волнующие их самые обыденные вопросы. Благодаря на редкость благоприятному географическому положению дельфийское святилище с оракулом начало притягивать все более многочисленных паломников. С VI века до н.э., после первой священной войны, дельфийский оракул переживает время своего наивысшего расцвета Ежедневно сюда прибывают новые толпы паломников, жаждущих получить совет бога. Пифия не успевает давать ответы, поэтому появляется сначала вторая, а потом третья жрица.

Следовало усовершенствовать, таким образом, ритуал этого массового паломничества. Каждый из феопропов (тех, которые приходили к оракулу), должен был сначала, после символического омовения в Кастальском источнике, принести жертву перед храмом Аполлона в зависимости от степени зажиточности (овцу, козу, кабана или быка). По тому, как бог принимал жертву, судили, может ли обращавшийся к оракулу услышать ответ на свои вопросы. Те, которые оказывались угодными богу, проходили из узкого помещения, находившегося за целлой храма в адитон, где происходило торжество оракула. Вопросы задавались устно или письменно, порядок получения предсказаний определялся жребием; исключением были те, которые пользовались в Дельфах привилегией промантии, дававшей право внеочередного получения ответа. Женщинам не разрешалось самим обращаться к оракулу — они должны были обязательно пользоваться посредничеством мужчин.

Бывали дни, когда бог не желал давать ответы. Даже Александр Македонский должен был уйти с ничем. Оракул молчал обычно в зимние месяцы, когда Аполлон пребывал у гипербореев, а в Дельфах господствовал Дионис. На закате славы Дельф, во II веке н.э., Аполлон только один раз в месяц давал ответы на вопросы, причем опять посредством лишь одной жрицы.

{7} В древнейшие времена пифиями были юные девушки. Позже, однако, более практичным оказалось избирать прорицательницами пожилых, пятидесятилетних женщин из народа, которые по традиции перед восхождением на треножник облачались в девические одеяния. Этому моменту предшествовали, впрочем, и иные обряды. Пифия должна была соблюдать пост, совершать ритуальное омовение в Кастальском ручье и одурманиваться дымом жженых листьев лавра и мирры. Как известно, во время раскопок не удалось найти расщелину в скале, из которой якобы — судя по позднейшим литературным источникам — исходили дурманящие пары. Когда пифия приходила в бессознательное состояние и начинала бормотать бессвязные слова, жрец-пророк — профот Никандр — записывал ее слова в размере гекзаметра. Форма стихотворного эпоса существовала вплоть до эллинистического периода.

Жрецам наверняка не было трудно давать пророчества, касающиеся мелких, будничных дел — бракосочетаний, рождения детей, болезней и т.д. Таких вопросов было, разумеется, большинство, однако славой и величием Дельфы были обязаны прорицаниям иного рода. Ибо главной специальностью дельфийского оракула были предсказания, касавшиеся сферы большой политики; именно это приносило святилищу наиболее крупные доходы в виде богатых приношений и посвятительных даров для Аполлона. Ответы на такие вопросы были нелегкой задачей. Иной, чем в прорицании, поворот событий, мог серьезно подорвать авторитет бога. Как мы знаем, оракул умел успешно выходить из таких затруднений.

Жрецы Аполлона вели в своих архивах подробную хронику важнейших событий, происходивших в греческом мире. По словам Геродота, они всегда были хорошо осведомлены в общей обстановке, сложившейся на той или иной территории и в отношении угрожавших разразиться политических конфликтов. Дельфы можно сравнить, таким образом, с большой информационной организацией какой-либо из современных великих держав. Поэтому нахождение нужного ответа не представляло особенно больших трудностей. Приведем хотя бы следующий пример — киренцам, желавшим основать колонию в Северной Африке, оракул повелел выбрать место в глубине материка, ибо жрецы прекрасно знали, что на территориях, расположенных выше уровня моря и подальше от побережья дожди лучше орошают землю, что делает ее более пригодной для возделывания и поселения, чем сухой пояс прибережных песков. Опыт, накопленный ранее греческими переселенцами, оказался полезен для будущих поколений. В тех же случаях, когда не было уверенности относительно свершения предсказания, дельфийские жрецы прибегали к невинной хитрости, составляя ответы, более или менее двойственные по своему значению. Лучшим примером этого надежного метода является ответ, который дал оракул лидийскому царю Крезу.

Таким образом, благодаря соответствующей организации «информационной сети» и умелой интерпретации вещих слов Пифии дельфийский оракул не только чуть ли не с каждым годом все больше укреплял свой авторитет и роль, но и усиливал влияние также на внутреннюю и внешнюю политику греческого общества. В результате Дельфы превратились со временем в нечто вроде постоянного третейского трибунала между отдельными греческими государствами. Последнее не означает, что Дельфы, исполняя роль арбитра, всегда придерживались принципа беспристрастности. На протяжении всей Пелопоннесской войны оракул проявлял явное недоброжелательство к афинянам, ибо они не защищали его интересов в споре с фокейцами.

Тем не менее, нельзя забывать о главной моральной тенденции пророчеств дельфийского оракула. Именно там, а не в каком-либо ином месте, устами Пифии было обещено миру, что кровопролитие (даже в отношении рабов) является преступлением и требует религиозного очищения. Оракул Аполлона постоянно, хотя и безрезультатно, боролся с некоторыми отрицательными явлениями в греческой жизни, а по мере развития интеллектуальной культуры этическая сторона его воздействия выдвигалась все более на первый план.

 

ИСТОРИЯ ДЕЛЬФ

{8} Рост значения и влияния Дельф в масштабе всей Греции вызывал одновременно и обратную реакцию, заключавшуюся в стремлении греческих государств овладеть Дельфами, накопившимися здесь богатствами и оракулом Аполлона. Ибо какого же могущества могло бы достигнуть небольшое государство, имея на своей территории Дельфы и подчинив оракула своей политике? В географическом отношении Дельфы находились на территории Фокиды, однако уже в источниках начала VI века до н.э. говорится о специальной политической организации — Дельфийской амфиктионии. Это была своего рода «Лига племен», созданная общим усилием соседей, направленная главным образом против преимущества одного из них в Дельфах. Речь идет прежде всего о фокейцах, имевших полное историческое право считать своей собственностью территорию Дельф. Служители культа Аполлона со своей стороны по понятным причинам стремились сохранить полную независимость священного округа, легко маневрируя опираясь на протекторат коллективного союза, членами которого были государства с весьма различными интересами. Отдельные города, такие как Коринф, Сикион и Клазомены, начинают возводить рядом с храмом свои сокровищницы, служащие для хранения посвятительных даров. Постепенно таких памятников становится все больше. Богатые дары жертвуют храму цари Лидии Гигес и Крез. В 548 году до н.э. пожар уничтожил храм Аполлона. Жрецы сразу же приступают к его восстановлению, однако весьма дорогостоящие работы продвигались довольно медленно. Только в 513 году до н.э. изгнанный из Афин род Алкмеонидов берет на себя сбор средств, нужных для окончания строительных и декоративных работ. Чтобы затмить блеск тирании правящих в Афинах ненавистных писистратидов, они быстро приступают к делу и ловко развивают широкую пропаганду для сбора денег и в соседних странах — в Египте и Малой Азии. Эти «международные сборы» быстро принесли результаты в виде огромной по тем временам суммы 300 талантов. Каждый, — бедный и богатый, раб и властелин, — все старались тогда внести свою лепту в столь благородное дело. В 505 году до н.э. новый храм был окончен.

Начало V века — это период переломных моментов и важных событий для всей Греции, вызванных персидским нашествием. Надо сказать, что оракул не оказался на высоте. Опасаясь уничтожения святилища персами, жрецы начинают вести его устами политику, весьма сомнительную с точки зрения греческих интересов Пифия едва не переходит на сторону завоевателей. Однако упоенные радостью победы греки великодушно забывают о минутах слабости Дельф. После Марафонского боя афиняне приносят в жертву Аполлону взятые у врага трофеи и устанавливают у Священной дороги большую скульптурную группу. За победами при Саламине и Платеях последовало сооружение в Дельфах новых великолепных памятников. В это время жрецы распускают слух о мнимом нападении на Дельфы варваров, которым бог воспрепятствовал навлекая на них землетрясение. Еще Геродот видел каменные нагромождения в округе святилища Афины Пронайи, расположенного ниже теменоса Аполлона.

IV век был для Дельф весьма бурной эпохой. Это было время двух священных войн, вызванных спорами фокейцев с Дельфийской амфиктионией. Амфиктиония обратилась за помощью к Филиппу Македонскому, который вторгнулся в Грецию и одержал победу. Македонцы перестали властвовать в Дельфах после упадка державы Александра Македонского. Их сменили этолийцы, которых в 189 году до н.э. вытеснили отсюда римляне. Римский сенат объявил Дельфы независимыми, однако в действительности они находились под строгим контролем Рима. Наступает период быстрого упадка и запустения некогда так процветавшего святилища. Смысл и цель существования Дельф — оракул, все больше теряет свое значение под влиянием новых философских течений и растущего равнодушия общества к религии Происходили такие события, как постройка великолепного памятника в Дельфах знаменитым полководцем Эмилием Павлом, победителем в сражении при Пидне (168 год до н.э.), но в общем славе и процветанию пифийской скалы не суждено уже было {9} возродиться. В 109 году до н.э. Минуций Руф защищает Дельфы от нового набега галлов и фракийцев. В следующие годы святилище переживает новые бедствия. Большой пожар, вызванный в 91 году до н.э. фракийцами, наносит сильный вред храму Аполлона. В 86 году н.э. Сулла грабит Дельфы и увозит оттуда богатейшие трофеи.

Первые римские императоры напрасно старались возродить святилище Аполлона в Дельфах. Августу удалось даже организовать на новых началах нечто вроде амфиктионии. Однако оракул, целиком зависящий от милости римлян, не мог уже оправиться от упадка. Нерон увековечил себя в Дельфах победой в Пифийских играх и обещанием восстановить храм, что не помешало ему увезти из Дельф около пятисот статуй, находившихся на территории священного участка. Этот ущерб не мог возместить Домициан, начавший реставрацию храма. Несмотря на все эти бедствия и грабежи Плиний насчитал еще в Дельфах около трех тысяч изваяний, а Павсаний, посещая святилище Аполлона около 170 года н.э., был поражен обилием находившихся там произведений искусства.

Дельфы переживают период кратковременного оживления при Адриане. Этот влюбленный в Грецию император, также как и богатый меценат Герод Аттик, жертвует Дельфам дары и возводит новые памятники. Благосклонностью дарили Дельфы также императоры из династии Антонинов. Именно в это время, когда римляне прилагали усилия возродить дельфийский культ, Плутарх исполнял в Дельфах обязанности жреца (105-126 гг. н.э.). Все более сильное распространение в империи скептицизма постепенно обрекало Дельфы на неминуемую гибель. Последнее слово в этом деле принадлежало христианству. Константин и Феодосии II вывезли оставшиеся там памятники, украшая ими свою столицу. Знаменитая колонна, увенчанная треножником, со стволом в виде трех переплетающихся змей, посвященная Аполлону тридцатью одним полисом, победившим под Платеями, была установлена на константинопольском ипподроме.

 

ПАМЯТНИКИ

Археологический комплекс Дельф можно разделить на три основные части. На севере, на отлогом склоне, у подножия горы Родини, находится святилище Аполлона, образующее однородный по своему характеру ансамбль руин. С юго-востока от теменоса Аполлона, у подножия горы Флембукос, располагается святилище Афины Пронайи, так называемая Мармария. Руины города расположены в двух пунктах: выше Мармарии находится гимнасий с палестрой и Кастальский источник; с запада с теменосом Аполлона граничит стадион, развалины других построек и некрополь.

 

Теменос Аполлона.

Священный участок Аполлона — теменос, имеет в плане очертания неправильной трапеции размерами около 200 х 130 м, расширяющейся с юга на север. Его окружают стены с неоднородной кладкой. С южной стороны видна часть стены (так называемое элленико), относящейся к V веку до н.э., сложенной из блоков правильной или псевдоправильной формы, с запада и востока преобладает более ранняя полигональная кладка, датируемая VI веком до н.э. Склон горы расчленен здесь несколькими (5-6) продольными террасами, на которых воздвигались постройки и памятники. Каждой из террас соответствовали ворота западной и восточной стен. Все террасы объединяла поднимающаяся вверх извилистая Священная дорога, шедшая из юго-восточной части участка.

Перед главным входом находится небольшая четырехугольная площадка, окруженная развалинами портиков и лавок римского времени. На этой малой агоре по всей вероятности шла оживленная торговля вотивными предметами, которые приобретали паломники перед {12} входом на территорию святилища. Как это было принято в римских городах, недалеко от рыночной площади видны руины терм, построенных с южной стороны.

 

Нижний участок Священной дороги.

Минуя пять ступеней, мы входим в главные ворота теменоса, за которыми начинается Священная дорога, доступная только для пеших. Это место находится на 539,33 м выше уровня моря. Во времена независимости Греции Священная дорога, имеющая ширину 4-5 м, поднималась ступенями. В период римского владычества она была вымощена каменными плитами, прорезанными поперечными желобками, так, чтобы по ней не скользили люди и вьючные животные. Эти плиты являются преимущественно фрагментами более ранних построек и памятников; снизу они покрыты надписями или рельефами.

По обеим строкам Священной дороги тянутся руины важнейших посвятительных даров, памятников и сокровищниц, сооруженных соперничавшими друг с другом греческими полисами. От тысяч бронзовых и мраморных статуй сохранились только обломки баз и каменных субструкций, от архитектурных сооружений — лишь фундаменты, большую часть которых удалось идентифицировать благодаря подробному описанию, оставленному Павсанием.

Вот, например, сокровищница спартанцев, сооруженная при Лисандре в 403 году до н.э. на добычу, захваченную после битвы при Эгоспотамах. Это было большое четырехугольное сооружение (19,9x6,20 м) с крышей над фронтоном, поддерживаемым восемью колоннами. Его выложенный плитами интерьер украшало тридцати семь бронзовых фигур, установленных двумя рядами на небольшом возвышении, прилегавшем к задней стене. Первый ряд занимало девять главных фигур, изображавших Диоскуров, Зевса, Артемиду, Посейдона, возлагающего венец на голову Лисандра, Агия, капитана корабля Лисандра — Гермона, а задний — двадцать восемь статуй спартанских полководцев, соратников и сподвижников Лисандра

Спартанцам явно не посчастливилось с их дельфийским памятником. Чтобы досадить им, его закрыли своими приношениями аркадийцы. С другой стороны, желая затмить блеск спартанского дара, в память о заложении города Мессаны в 369 году до н.э. здесь была установлена группа скульптур — посвятительный дар с изображением «аргосских царей». В обширной полукруглой экседре диаметром в 13,72 м было установлено много статуй древних правителей и правительниц Аргоса, в том числе Линкея, Гиперместра, Даная, Персея, Геракла и всего его рода. С правой стороны тянулись посвятительные надписи вместе с надписью Антифана из Аргоса

Приближаясь к месту, где Священная дорога поворачивает на север, можно увидеть руины нескольких сокровищниц. Одной из старейших была сокровищница сикионцев, выстроенная в 582 году до н э., перестроенная и обновленная между 510 и 410 годами до н э. Эту сокровищницу украшали знаменитые метопы с изображением Диоскуров ведущих быков, находящиеся теперь в местном музее. Две сокровищницы, находящиеся выше сикионской, были построены сифносцами (около 525 года до н.э.) и несколько ранее книдянами (555-545 гг. до н. э.). От этой последней тоже дошли до нас, кроме фундаментов, фрагменты декора, а прежде всего чудесная мраморная голова кариатиды. Более многочисленны оригинальные фрагменты, сохранившиеся до наших дней от сокровищницы сифносцев, что позволило сделать попытку ее реконструкции (Музей в Дельфах). Она имела облик прямоугольного храма «в актах» (templum in antis) размерами в плане 8,90 X 6,28 м. Вместо колонн между актами с орнаментированными капителями, там находились две женские статуи, стоящие на профилированных постаментах. Волосы кариатид украшали калафы — высокие головные уборы с рельефными изображениями, над которыми помещался скульптурный эхин, несущий абак. Все это вместе отвечает на первый взгляд членениям дорийского ордера, антаблемент, однако, был уже явно ионийского типа, а целое здание {13} благодаря кариатидам и орнаментике носило ярко выраженный ионийский характер. Над гладким архитравом проходила полоса фриза, украшенного рельефами, изображавшими битву богов с гигантами, похищение дочерей Левкиппа и Олимпийских богов. На западном фронтоне был изображен знаменитый спор Аполлона с Гераклом, похитившим треножник из Дельф. Постройку венчали фигурные скульптуры антефиксов и акротериев в виде сфинксов на верху и летящих Ник по углам.

Сокровищница сифносцев, стоявшая на фундаменте из известняка, была сложена из паросского мрамора. Ее отдельные части украшала излюбленная у греков богатая, насыщенная по цвету полихромная роспись. Судя по сохранившимся фрагментам сокровищница сифносцев была одной из наиболее красивых и наиболее старательно выполненных греческих построек. Нигде потом мы не встречаем такой тщательности и тонкости в передаче деталей. Мельчайший растительный орнамент выполнен с поразительным мастерством и как бы дышит собственной жизнью. В киматии ощущается своего рода внутреннее дыхание. Чувствуется какая-то животрепещущая сила, пульсирующая в этом светлом, блестящем мраморе.

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2019 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.