Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Ускоренная речь (battarismos)




Этот недостаток особенно часто наблюдается у детей. Во вспомогательной школе, по статистике автора, этим дефектом страдает около 7% всех учащихся, в I ступени нормальной начальной школы — 1% (М. А. Захарова).

Физиологическое обоснование дефекта очевидно: чем моложе организм, тем тормозные механизмы, как об этом уже говорилось, слабее. Здоровые же речевые навыки являются продуктом крайне тонкой, точной работы головного мозга. Между тем процессы торможения развиваются лишь постепенно с возрастом, достигая своего совершенства уже в зрелом возрасте человека. Однако обычно ускоренная речь детей переходит в патологическую форму лишь у больных детей-нейропатов. У них такая речь обусловлена болезненным состоянием нервной системы, их конституцией. Различаются две формы такой речи.

I. В первом случае ускоренная речь обнаруживается особенно ярко: звуки и слова произносятся очень быстро, перепутываются и перемешиваются, проглатываются и не договариваются, сплошь и рядом не успевая выявлять своей типизированности. Целый каскад звуков и слов произносится без передышки, с захлебыванием до полного истощения выдоха; быстрота речи доходит до того, что некогда проглотить слюны, и при речи она разбрызгивается наружу. Речь сопровождается быстрыми, часто беспорядочными движениями лица (гримасами), рук и всего тела. Искажается синтаксис (аграмматизмы) и содержание речи. Часто полнейшая социальная непригодность и неэстетичность — характерные свойства такой ускоренной речи.

Болезненная подвижность, суматошливость и торопливость во всем поведении, значительное расстройство внимания и слабость тормозного аппарата — характерные черты такого ребенка. Не успеет он высказать данную мысль, как его внимание уже перескакивает на последующую. Такие дети обычно не умеют слушать речи других (у них плохое слуховое внимание), и поэтому они плохо улавливают, как говорят окружающие их. Неряшливая, нервная речь среды, отсутствие своевременной борьбы в семье с быстрой речью ребенка — ближайшие причины появления в школе таких логопатов.

II. Менее тяжелая форма: несмотря на ненормально быстрый темп речи, в ней нет резких искажений ни фонетики, ни синтаксиса. Вместо 10—12 звуков в секунду произносится 20—30. За такою речью трудно следить, трудно понимать ее. Причины те же, но выражены в более слабой степени.

Очевидно, что баттаризм является своеобразным речевым неврозом, во многом сходным как по своей этиологии, так и по некоторым проявлениям с заиканием (вспомним «торопливость» заик как в стадии заикания, так и в стадии, предшествующей заиканию, когда эта торопливость является предвестником грядущего заикания). Коренное отличие от заикания: нет судорог, нет страха публичной речи и «трудных» звуков, нет ярко выраженной периодичности в протекании дефекта (улучшение или ухудшение). Из самого описания данного дефекта становится очевидной методика его устранения. Все то, что укрепляет и оздоровляет нервную систему и вырабатывает прочные тормозные механизмы, фиксирует внимание баттарика на произносимом им самим и другими, — все это содействует ликвидации ускоренной речи.

Поэтому при нервной ускоренной речи в общем пользуются приемами искоренения заикливой речи: 1) выработкой медленного, спокойного, плавного, строго ритмичного дыхания и голосообразования; 2) выработкой медленного ритмического чтения; 3) выработкой медленной, спокойной, ритмически упорядоченной речи в условиях коллектива; 4) выработкой здоровой социальной установки на коллектив в процессе речевого и общего поведения; 5) развитием общего и слухового внимания к речи. Одновременно, если есть показания к этому, врачом ведется лечение нервной системы лекарственными и физиотерапевтическими средствами. Ударной работой являются упражнения, связанные с четким ритмическим чтением, рецитированием и самостоятельной речью, когда каждый слог произносится под такт, отмечаемый ударом руки или метронома. Полезны пение, физкультура как воспитывающие упорядоченность в движениях.

При первой форме дефекта все указанное проводится более усиленно и с значительно большим замедлением темпа речи. Полезно на заданный вопрос сначала ответить про себя (тихим шопотом или шевеля только губами), а затем медленно и плавно произнести уже вслух.

Воспитание логического мышления у баттариков достигается путем наблюдений, чтобы каждое предложение, немногословное и простое, четко выражало свое содержание, каждая последующая мысль увязывалась с предыдущей. В этом случае особенно полезны частые вопросы «почему» и упражнения в договаривании начатыхфраз, расвивающих одну тему. Практикуется передача разыгрываемых перед баттариком инсценировок, рассказы по картинке, речевые игры.

Для развития слухового внимания надо чаще упражнять в повторении сказанного логопедом. В обоих случаях полезно говорить перед зеркалом, наблюдая за своей артикуляцией.

Вся указанная работа, при наличии хотя бы небольшой группы логопатов, проводится коллективным методом, аналогично работе с заиками. Здесь «коллектив используется как начало сдерживающее, дисциплинирующее и снижающее повышенную психомоторную возбудимость» (Ю. А. Флоренская).

Коллективный метод при занятиях с тахилаликами изложен в ст. Ю. А. Флоренской и 3. С. Ходоровой.

Дефект этот обычно держится упорно, и требуется не менее полугода работы, чтобы добиться положительных результатов. В то же время этот дефект очень подвержен рецидивам, поэтому необходимо внимательное наблюдение над логопатом в течение многих месяцев (до года) уже после занятия. В общем же этот недочет вполне устраним и не требует особенно сложной методики, — все сводится к длительности и систематичности применения избранных руководителем основных методических приемов.

ЗАМЕДЛЕННАЯ РЕЧЬ

Болезненно замедленная речь также встречается среди детей довольно часто, особенно у питомцев вспомогательных школ (13%). Страдающий этим недостатком говорит медленно, вяло, растягивая слога на гласных звуках и смазывая артикуляцию. Такая речь неэстетична, не приспособлена к целям социального общения (логопата не выслушивают до конца, избегают с ним говорить, трунят над ним и т. п.). Это патологическое явление речи обусловлено конституцией больного, для которого типичны вообще вялые и медленные двигательные комплексы. Перевоспитание замедленной речи проводится:

1. Медицинским лечением, соответствующими медикаментами и физиотерапией, возбуждающими деятельность нервной системы.

2. Логопедическими приемами, вырабатывающими быструю и четкую смену речевых навыков. И здесь вся работа основывается на ритме. Главные упражнения — четкое ритмическое чтение по слогам под отбиваемый рукой такт с постепенным ускорением темпа чтения. Также производится рецитация и самостоятельная речь; скороговорка — наиболее благодарный в данном случае материал. Очень полезно с такими детьми систематически проделывать ритмическую гимнастику с быстрыми и четкими движениями: маршировка, бег и другие телодвижения под музыку и т. п., а также всякого рода игры, спорт, состоящие из быстрых (под наблюдением врача) движений. Работа в школьных мастерских (но без переутомления), более тесное вовлечение в активную жизнь коллектива сверстников — необходимые условия воспитания нормального темпа речи.

В результате 6—12 месячной работы речь становится значительно четче и быстрее. В этом случае необходимо сравнительно долгое наблюдение над логопатом и после периода обучения.

Что касается целого ряда других речевых дефектов, как-то: беспорядочной болтовни, когда логопат безудержно говорит, не наполняя своей речи достаточным содержанием, часто повторяет одно и го же; вставки лишних, не имеющих социальной значимости звуков, словечек и словосочетаний и т. п.,— все эти логопатии исчезают в результате общего воздействия школы путем развития мышления и определенного обучения (тренировка в синтаксисе) или же путем постоянных поправок, указаний, советов и тому подобных педагогических воздействий, упражнений в правильной литературной речи через чтение и беседы, а главное— в повседневной речевой практике в коллективной жизни при условии здоровых социальных взаимоотношений логопата с коллективом.

В основе последней группы речевых дефектов лежит или нездоровое речевое окружение и речевое воспитание, или недостаточное развитие нейронных связей, или же дефекты в соотношении основных мозговых процессов — возбуждения и торможения на почве нейропатической конституции и психических наслоений.

РЕЧЕВЫЕ РАССТРОЙСТВА ЦЕНТРАЛЬНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ

АФАЗИЯ

Афазиями (по-гречески «фазис» — речь) называются специфические расстройства речи, обусловленные поражением (чаще всего закупорка мозговых кровеносных сосудов, вызванная артеросклерозом, кровоизлияние, опухоль, расстройство питания и т. п.) определенных, играющих ведущую роль участков коры полушарий головного мозга в период уже сложившейся речи, и выражающиеся в невозможности (полной или частичной) говорить, читать, писать или понимать слышимое и написанное.

Это объясняется тем, что высшие механизмы нашей речи, осуществляющие те или иные компоненты ее, филои онтогенетически зафиксировались в определенных участках коры головного мозга, и поражение того или иного из них влечет за собой специфическое расстройство речи.

Вопрос об афазиях является кардинальным вопросом в области патологии речи, так как при афазии, представляющей собою естественный эксперимент, заменяющий недопустимую на человеке вивисекцию, вскрываются существеннейшие и сложнейшие механизмы речи. Поэтому же афазии представляют высокий интерес и для психологов и языковедов (вопросы возникновения речи, ее структуры в увязке с мышлением). Изложенная выше точка зрения не отражает полностью действительного положения вещей. На данной стадии развития научной мысли более приемлемой является точка зрения Г е д а: «Каждый случай представляет собою единую реакцию организма как целого на ненормальную ситуацию, вызванную заболеванием, нарушающим последовательность течения сложных процессов речевой («символической») формулировки». Известный наш клиницист невропатолог проф. Аствацатуров говорит: «Степень развития... анатомо-физиологических механизмов..., их взаимоотношения в смысле относительного преобладания одного из них над другим, а равно и их устойчивость по отношению к вредным воздействиям подлежат индивидуальным колебаниям... Еще более сложными и разнородными представляются расстройства речевой функции, так как при этом к указанным сейчас физиологическим колебаниям функциональной структуры речевого процесса присоединяются различия в степени и природе органического поражения, различия в его локализации, индивидуальные различия в отношении восстановления и компенсации функций, стоящие в связи с возрастом, общим состоянием жизнедеятельности мозга и т. п.» (СНОСКА: Из книги: М. И. Аствацатуров, Учебник нервных болезней, 1933 г., стр. 116).

По Павлову локализации в мозгу относительны.

Сенсорные и моторные зоны переслоены и разбросаны по всей коре. Выпадение какого - либо вида чувствительности происходит лишь при выключении всей коры. У человека локализация функций более уточнена (Орбели) (СНОСКА: Проф. Л. А. Орбели, Лекции по физиологии нервной системы (7-я лекция), 1934 г.).

Из изложенного видно, что установки и нижеприводимая классификация афазий, данные Брока, Вернике и Лихтхеймом, не могут быть приняты безоговорочно, как несоответствующие современным научным Установкам. Но так как до последнего времени новых общепризнанных схем нет, то всеми признано, что как рабочие схемы для ориентации в наблюдениях они являются наиболее удовлетворительными. Поэтому они излагаются и в данном пособии.

А) АФАЗИЯ СЕНСОРНАЯ.

Кортикальная (корковая) сенсорная афазия. Причины ее — поражение в слуховой области Вернике — разрушение нервных клеток в заднем и среднем отделах левой верхней височной извилины. (По Старлингу, эта область значительно шире). Больной хотя попрежнему слышит все, в том числе и звуки речи, но не узнает их как речь, не понимает смысла ее. Возбуждение от выслушиваемой речи не может оживить уже имевшиеся в мозговых клетках Вернике следы от прежней речи, отчего и не происходит узнавания вновь слышимого, т. е. понимания речи. Такой больной хотя и может говорить, но не понимает собственной речи, и, таким образом, теряет контроль над нею. Это вызывает дополнительно особое расстройство — вербальную (словесную) парафазию; часто произносятся не те, которые нужны, звуки, слоги и слова (врека — вчера, прица — птица; на вопрос: «Как зовут вашего сына» — ответ: «Мне ничего, спасибо, ничего»); а так как буквы связаны с звуками речи, то афатик плохо узнает буквы, т. е. читает с подобными же ошибками («паралексия») и так же извращенно пишет («параграфия»). Письмо под диктовку и понимание написанного нарушены. Все виды самостоятельной речи аграмматичны. При полной сенсорной афазии непораженным остается лишь списывание.

Субкортикальная (подкорковая) сенсорная афазия. Поражена мозговая область, лежащая непосредственно под центром Вернике.

Утеряны или затруднены: понимание речи, повторение слов и письмо под диктовку. Сохранены: произвольная речь, произвольное письмо, списывание и понимание написанного. Эта форма афазии носит название «словесной глухоты».

Так как в процессе развития речи сенсорная функция развилась раньше остальных, то «сенсорный центр речи на всю жизнь остается господствующим над всеми остальными речевыми центрами» (Аствацатуров). Поэтому при поражении центра Вернике расстраивается и двигательная функция речи (нет контроля над нею): вместе' одних произносятся другие слова, более или менее похожие на ню по созвучию, путаются слоги, т. е. речь становится парафазичной.

Б) АФАЗИЯ МОТОРНАЯ.

Кортикальная моторная афазия. Она происходит вследствие поражений в заднем левом отделе третьей лобной извилины по соседству с двигательной областью гортани, языка и губ. В клетках этой области (центр Брока) хранятся следы бывших двигательных речевых раздражений. Невозможность оживить их при попытках речи лишает больного способности координированно воспроизводить нужные речевые движения, «вспомнить» их. Такой больной понимает речь, но не может говорить, хотя у него все органы речи не парализованы. При попытках говорить, при наличии некоторых возможностей к этому получается дизартрическая, парафазическая и аграмматическая речь. На вопрос: «Какой день сегодня» следует ответ: «С... к этой... се... к эртой... к кому... к этой же... к этой... к кому... к этой... с... ч...». Вместо «номе», «хлеб», говорит: «дом», «сапоги». Обнаруживается небольшое число «застрявших» слов и фраз, которые все время повторяются. При этом сохраняются наиболее обыденные слова и фразы: «Я не знаю; я не могу; да; нет» и т. п. Часто одни и те же бессмысленные звуковые комплексы или слова выражают самые разнообразные потребности и состояния. Здесь мы видим как бы возврат к определенной стадии филои онтогенеза речи. Больной обычно сознает свои ошибки, но нередко не замечает их и возмущается «бестолковостью» окружающих, не понимающих его.

Так как письменная речь связана с звуковой, то при моторной афазии в большинстве случаев в той или иной степени расстраивается и чтение, а в особенности письмо (но списывание не поражается).

Следовательно, при полной корковой моторной афазии больной может лишь понимать речь устную и письменную и списывать. Говорить, читать вслух, писать произвольно и под диктовку и повторять слова не может.

Субкортикальная моторная афазия. Причина — поражение областей, лежащих непосредственно под центром Брока.

Произвольная речь, повторение слов и громкое чтение отсутствуют или затруднены. Сохранены: чтение про себя, самостоятельное письмо и понимание речи.

Это расстройство речи известно под названием «словесной немоты».

При афазии Брока, как и при сенсорной, значительно ослабляется вся высшая функция головного мозга: афатик хуже, чем до болезни приспособляется к жизни, особенно в области ее высших проявлений, он даже хуже исполняет привычные, обиходные действия.

В) АФАЗИЯ СЕНСОРНО-МОТОРНАЯ.

«Чистые» и «полные» формы афазии Брока и Вернике сравнительно редки. Чаще всего встречается смешанная форма их с соответствующей комбинацией присущих этим формам признаков и некоторыми остатками речи (см. предыдущие примеры). Полное поражение центров Брока и Вернике дает полную потерю понимания и производства речи — у больного глубокая недостаточность мышления абстрактными понятиями, расстроена внутренняя речь (Сапир).

Меньше всего страдают эмоциальные элементы речи, как наиболее ранние: интонация, ритм, темп.

Г) АФАЗИЯ ТРАНСКОРТИКАЛЬНАЯ.

Это расстройство речи происходит при разрыве связи вполне здоровых совместно работающих областей Брока и Вернике с мнестическими (ассоциационными) участками коры. Различаются три формы, также большею частью наблюдаемые совместно:

Сенсорная (разрушен путь между В и М): больной узнает слова письменной и устной речи, повторяет, читает вслух, пишет под диктовку и списывает их, но ничего не понимает. Произвольная речь и письмо сохранены, но осуществляются парафазично.

Моторная: больной не может или затрудняется подыскать нужное слово для своих высказываний — устных или письменных. Остальные виды речи сохранены.

Амнестическая: больной не может вспомнить нужное слово, иногда целую фразу. Бывают случаи, когда забывается определенный звук (Легоинн), например, согласные в начале слова или звуки ф, л, р (не лохо вместо мне плохо; едя овит ыбу вместо Федя ловит рыбу) и т. п. Чаще всего забываются имена собственные и вообще существительные. В литературе приводится случай, когда посланник при царском дворе в Петербурге, страдавший амнестической афазией, часто просил окружающих: «Ради бога, скажите, как меня зовут». В более тяжелых случаях забываются глаголы, имена прилагательные и, наконец, почти все слова. Бывают случаи, когда, наоборот, сохраняются только одни существительные. Один из таких больных при докторе произнес слово «окошко», которое после некоторых затруднений было расшифровано родными так: «Проводите доктора в дверь, выходящую в сад» (окно выходило в сад). И здесь мы имеем как бы возврат к истокам человеческой речи. Этот недочет афатик компенсирует описанием: вместо слова нож он говорит чем режут, вместо стекло — через что смотрят и т. п. При знании нескольких языков, могут «забываться» одни из них и сохраняться другие. В минуты сильного возбуждения афатики иногда легче вспоминают слова.

Д) АФАЗИЯ ПРОВОДНИКОВАЯ.

Поврежден путь между центрами Вернике и Брока. Произвольная речь и чтение вслух сохранены, но осуществляются с парафазиями; также сохранены произвольное письмо и письмо под диктовку, но с явлениями параграфии. Повторение слов затруднено. Понимание устной и письменной речи сохранено.

Е) АЛЕКСИЯ И АГРАФИЯ С ИХ ПАРАФОРМАМИ.

Поражение в области левого полушария, приводящее к неспособности читать, больной не различает (не узнает) букв, если и различает их, то не может соединить в слоги и слова; видит слова, но не понимает их; отсюда термин «словесная слепота». При паралексии больной, читая, произносит не те слова. С потерей способности читать у больного расстраивается и письмо. Поражения в заднем отделе второй левой лобной извилины вызывает самостояя тельное расстройство письма — аграфию: больной может читать, но «забывает», какими буквами обозначаются данные звуки. Перестановка букв, слогов и строк иногда доходит до того, что письмо совершенно непонятно. Нередко больные даже не замечают своих ошибок. Чистая аграфия очень редко наблюдается и обычно быстро исчезает. Само существование этого центра многими учеными подвергается сомнению.

Ж) АМИМИЯ И ПАРАМИМИЯ.

Естественно, что в связи с расстройством звуковой речи у афатиков в той или иной мере страдает и мимико-жестикуляторная речь (имеются в виду непарализованные члены тела). Обычно это недостаточно выразительные движения. Но в тяжелых случаях этот аппарат речи совсем теряет свою социальную пригодность: вместо отрицательного движения головой делается утвердительное и т. п. Однако чистые формы редки.

Итак, чистые формы афазий очень редки. Наиболее точно локализуются в коре мозга сенсорная, моторная афазия и алексия, остальные виды лишь приблизительно; точная локализация транскортикальной афазии совсем невозможна — она связана со всей корой мозга. В связи с афазией обычно наблюдаются дизартрии (при односторонних поражениях мозга) и анартрии (при двусторонних поражениях). В последнем случае произносятся однообразные нечленораздельные звуки, лишь по ритму напоминающие слова.

Наиболее прочны те элементы речи, которые менее дифференцированы и более ранни исторически, так как они теснее связаны друг с другом и со всей центральной нервной системой. Сначала страдает звуковая речь (а в ее пределах — прежде письмо, чтение, имена собственные, вообще существительные), далее — язык эмоций и, наконец, мимико-жестикуляторная речь. При восстановлении наблюдается обратный порядок, хотя часто этот процесс идет одновременно во всех формах речи.

Метод исследования афазии. Помимо анамнестических показаний и данных клиники или врача, пользовавшего больного, для специальных исследований речи афатиков употребляется ряд приемов, согласно специальной схеме (см. приложение).

Восстановление речи у афатиков. Эту работу начинают лишь тогда, когда бурные явления болезни, вызвавшие афазию, и их медицинское лечение прекращаются, и больной находится в сравнительно спокойном состоянии; при афазиях у молодых людей на почве сифилиса — не раньше 1,5 года после появления афазии. В случае афазии чисто механического происхождения (ранение на войне и т. п.) следует выждать полного излечения самой раны и исчезновения головных болей и судорог.

Вначале логопедические занятия очень краткие (несколько минут), чтобы не вызвать у больного утомления и осложнений в мозгу. В этот период работа ведется под тщательным наблюдением врача, а первые занятия, как советует Гуцман, — даже в присутствии врача.

Логопедическая работа при моторной афазии. Если афатик совершенно немой, то прежде всего нужно добиться, чтобы он повторял за логопедом отдельные гласные и согласные звуки. Метод работы внешне сходен с работой с глухонемыми: афатика надо научить производить те или иные артикуляции и издавать соответствующие звуки. Однако по существу здесь все происходит иначе: глухонемой мог бы легко проделать все артикуляции и издавать речевые звуки, если бы слышал нашу и свою речь и вполне понимал ее; моторный же афатик понимает и слышит речь, но не может выполнять нужные артикуляции. При работе с ним особенно важно для успеха вовлечь в нее все анализаторы: зрение, слух, тактильное и мышечное чувства; особенно первое, к тому же широко используя зеркало. Если у афатика налицо имеются какие-либо звуки, то надо начать точные звуковые установки с них. Когда они уже произносятся вполне правильно, из них комбинируются сочетания, например: из а, о и п — ао, оа, па, по, апо, пао; ап, оп и т. п.

Так как у таких афатиков все артикуляторные движения плохо диференцированы, то предварительно и одновременно следует проделать с ними отраженно уже изложенную для занятий с косноязычными мимико-артикуляторную гимнастику, а также и гимнастику неречевого типа. Начинают со звуков, легче поддающихся зрительному и тактильному анализу и более легких по своей биомеханике. Первыми идут гласные звуки. Сначала надо «проторить» в мозгу первую дорогу чисто механическим путем: например, сомкнуть губы и, выдувая на них, неожиданно энергично раскрыть их, — получится п. После этого звук п произносится обычно: сперва изолированно, далее в сочетаниях с гласными и в словах. Заставлять афатика сразу произносить п, подражая по слуху, нельзя: старые пути потеряны и, кроме утомления и отчаяния, этот прием ничего не дает.

Очень часто успех тормозится персеверацией (повторение одних и тех же слов) и наличием «застрявших» звуков, т. е. нескольких оставшихся звуков, которые всегда произносятся при попытке издать какой-либо новый звук. Например, при застрявшем звуке ль (что очень часто бывает) получается «ля лътилъяю» вместо «я читаю». Тогда нужно искать новых подходов. Особенно важно создать у афатика бодрое настроение для преодоления персеверации, тем более когда он сам замечает ее.

Следует возможно раньше перейти к письму, хотя бы левой рукой, если парализована правая, — это содействует выработке артикуляции. Но если правая рука и не парализована, все же полезно упражнять здоровую левую руку; это содействует образованию обходных новых путей в правом полушарии. Начинают со списывания, затем делается запись под диктовку заученных слов и т. п. Одновременно упражняют больного и в чтении: из имеющихся у него звуков, записанных на отдельных карточках, составляются для него слоги, слова, которые затем читаются им. Для заучивания слов также употребляются карточки: на одной стороне заученные слова, а на другой предмет, обозначенный этим словом. Афатик не только повторяет вслед за логопедом слово, но и называет его по требованию логопеда. Картинки побуждают к спонтанной речи. Но настоящая спонтанная речь будет тогда, когда он высказывает словами свои потребности, уже не глядя на картинки. Основная задача — научить афатика, хотя бы и аграмматично, разговаривать с другими о своих потребностях. В дальнейшем воспитываются навыки в грамматически правильной речи. Очень полезен общеизвестный метод Берлица обучения иностранным языкам. Ответы всегда даются в полной форме. Так же нужно упражнять в устных ответах на продиктованные вопросы по прочитанному уже тексту. Трудные мыслительные процессы афатик должен проделывать вслух: это содействует развитию мышления.

При письме полезно вместо обыкновенных букв пользоваться значками, отражающими биомеханику данного звука, — это облегчает процесс чтения, напоминая, какие именно артикуляции надо сделать для произнесения этого звука. Особенно эффективным здесь является киношрифт Васильева. Чаще всего у моторных афатиков имеются некоторые остатки речи, но речь у них аграмматична и акатафазична (извращение целых фраз); часто главное затруднение — найти нужное слово, которое затем произносится вполне удовлетворительно. Для успеха необходимы прежде всего желание и активный интерес афатика, затем отсутствие при обучении речи утомления и, наконец, разнообразие работы. Но если у него отрицательное отношение к обучению, то следует или прекратить обучение или сделать перерыв.

При выздоровлении от моторной афазии нередко остается «телеграфный стиль»: сокращенные фразы с опусканием многих глаголов и наречий (Аствацатуров).

Логопедическая работа при сенсорной афазии. Так как у сенсорных афатиков зрительный аппарат сохранен, то лучше всего обучать их пониманию через чтение с губ (как глухонемых). Без сочетаний зрительных и двигательных раздражителей понимание речи затруднено. Если частично поражена моторика и имеются парафазические явления, то дело идет хуже. Здесь особенно полезно применение наглядного шрифта (см. выше), однако он полезен, пока афатик не станет пользоваться им автоматически, так как в последнем случае в мозгу перестают устанавливаться новые ассоциативные связи, мозг не упражняется. Сенсорная афазия легче проходит вообще и чаще исчезает сама по себе, чем чисто моторная. В обоих случаях афазии после усвоения звукопроизношения делаются пересказы, пишутся маленькие сочинения.

Л огопедическая работа при амнестической афазии. Основной задачей здесь является: путем самых разнообразных раздражений, ассоциированных в прошлом с данным словом и идущих с разных пунктов мозга к его пораженному участку, обходными путями оживить оставшиеся еще следы от прошлых речевых раздражителей или организовать новые центры и пути в Уцелевшем правом полушарии.

Таким образом, афатик «вспоминает» данное слово. Чтобы вызвать к жизни слово «нож», руководитель показывает его, режет, строгает им, заставляет афатика повторить эти же движения — в конце концов, афатик «вспоминает» и произносит это слово. В известной степени работа ведется по современному методу обучения иностранным языкам. Если это не удается, то слово заучивается вновь путем обычного ассоциирования звукового комплекса (слова) с предметом или действием, составляющим содержание его.

Нужно усиленно проделывать все упражнения, изложенные для моторной и сенсорной афазии.

Когда эффект от логопедической работы незначителен, или она вообще неприменима (отрицательное отношение к ней афатика и т. п.), то целесообразно, по совету Кусемауля, приучить афатика пользоваться небольшим по количеству слов карманным словарем; больной всегда при разговоре сможет найти в нем нужное для него слово. К сожалению, у многих афатиков и для этого нехватает памяти и силы воли. Также для этой цели рекомендуются особые картинки (в них много деталей социально-бытового характера); указывая на отдельные моменты картинки, афатик может выразить этим свои желания и чувства. Развитие у таких людей мимико-жестикуляторной речи тоже облегчает им социальное общение.

В смешанных случаях афазии методы комбинируются. В периоды улучшения речи у афатиков нередко появляются заикание и косноязычие. Это устраняется обычными методами, причем в таких случаях рецидивов никогда не бывает.

Чем старше возраст, чем глубже поражение, тем труднее и медленнее восстанавливается речь. Иногда требуются годы упорной систематической работы, чтобы получить удовлетворительный результат. Вообще для взрослых афатиков большею частью прогноз неблагоприятный. В раннем детстве афазия ликвидируется сравнительно скоро, обычно без специальных мероприятий, и выражается в задержке развития речи (см. алалия). Это объясняется следующим. В мозгу ребенка локализация специфических функций еще не утвердилась достаточно прочно, и при выпадении определенного участка в левом полушарии данная функция сравнительно легко локализуется в правом, хотя бы ребенок и не был левшой. Вместе с тем рост мозга, развитие нейронных связей дают возможность компенсации дефекта и в пораженном полушарии.

При многоязычии лучше сохраняется и восстанавливается язык который раньше и прочнее усвоен.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...