Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Виды переводческих лексических соответствий (эквивалентов) 5 глава






тельная, эмоционально-оценочная, эмоциональная, экспрессивная, эстетическая и контактная1. И, Р. Гальперин вслед за А. Молем на­зывал две разновидности информации: смысловую и эстетическую, которые, в свою очередь, подразделяются на зависимую и незави­симую2. А. Л. Пумпянский на уровне речи подразделяет переда­ваемую информацию на два вида: основную и вспомогательную3. И так далее.

а.

экстралингвистическая

и лингвистическая информация

Действительно смысловая (семантическая) и экспрессивно-эмоциональная информация существенно отличаются друг от друга; но вместе с тем у них есть одна общая черта: оба смысловых компо­нента слова выражают экстралингвистическое содержание, относя­щееся к фактам действительности. Но хорошо известно, что любая лексическая единица, любой языковой элемент обязательно содер­жат в своей форме какую-то информацию чисто языкового характе­ра. Слово солнышко не только вызывает ассоциативную связь, с ре­альным светилом и указывает на отношение к нему со стороны трансмиссора, но и сообщает прозаические сведения о грамматиче­ской маркированности, о том, что это — существительное среднего рода единственного числа, что оно состоит из восьми фонем, что может, например, рифмоваться со словом зернышко и т. п. Поэтому, учитывая обязательную соотнесенность любого слова как с фактами

1 См.: Киселева Л. А. Теоретические проблемы исследования языка как средства
воздействия (на материале русского языка). АДД. М., 1973. С. 8—9.

2 См.: Гальперин И. Р. Информативность единиц языка. М., 1974. С. 31, 35 и 137:
Заметим, что термину «информация» И. Р, Гальперин дает различное толкование:
«информация — это мера реализации содержания языковой единицы» (С. 13); «ин­
формация есть вербализованная передача уже добытых, осмысленных и организован­
ных фактов объективной действительности» (С. 17); «информация — это сообщение
о чем-то еще неизвестном, непознанном, неорганизованном, что-то противопостав­
ленное энтропии» (С. 29—30). В ходе изложения он неоднократно подчеркивает, что
информация — категория речи, а содержание — категория языка. Информация язы­
ковой единицы порождается в речи на основе ее содержания. «Не только слово, но и
другие единицы языка становятся единицами речи» (С. 9).



3 См : Пумпянский А. Л. О логико-грамматическом членении предложения. // Йопр.
языкознания. 1972, № 2. С. 66—67.


объективной действительности, материальной и духовной, так и с языковой системой, целесообразно выделить в информативной структуре слова прежде всего два основных типа (объема) информа­ции: экстралингвистическую (знаменательную) и лингвистиче­скую (служебную). В информации первого типа отражаются поня­тия и представления о явлениях, фактах, о любых объектах действи­тельности, о характеристиках, действиях, состояниях, особенностях, качествах и т. п., которые присущи различным материальным и ду­ховным формам природы и общества. Информация второго типа имеет внутриязыковое содержание, в ней отражены объекты языко­вой системы, отношения между ними и закономерности создания речевой цепи. Иными словами, под служебной информацией пони­мается прежде всего то лингвистическое содержание, которое обна­руживается в так называемых пустых грамматических категориях (род неодушевленных существительных и глаголов, род, число и падеж прилагательных, некоторые категории местоимений и т. п.). Если согласиться с делением грамматических значений на свобод­ные и связанные, предложенным Л. С. Бархударовым1, то указанный тип информации присущ грамматическим формам в их связанном употреблении, которое определяется «исключительно внутриязыко­выми, т. е. структурно-лингвистическими факторами»2. Это проис­ходит, когда у какой-либо лексемы редуцировано число словоформ той или иной категории (например, за русскими существительными чернила, сани, тушь, водка закреплена лишь одна числовая слово­форма); когда выбор грамматической формы определен синтаксиче­ской конструкцией (например, в русском языке выбор падежной формы для прямого объекта при переходном глаголе или выбор формы числа существительных после числительных два, три, че­тыре); когда выбор грамматической формы слова зависит от лекси­ческого окружения (наречия часто, обычно, всегда и т. п. требуют глаголы только несовершенного вида) и др. Выбор грамматических форм предопределяется формальными правилами и, как справедли­во утверждает Л. С, Бархударов, не несут никакой реальной семан­тической информации.

' См.: Бархударов Л. С. К вопросу о грамматических значениях и их передаче при переводе // Иностранные языки в школе, 1972, № 3. С. 16—23. 2 Там же. С. 17.


Подобная служебная информация не передается и не подлежит передаче при переводе, ибо представляет собой сведения о системе конкретного языка, содержащиеся в единицах этого языка. Незави­симо от воли переводчика она заменяется лингвистической инфор­мацией языка перевода, несоотносимой с подобной информацией языка оригинала. Читая, например, профессионально выполненный перевод, мы не получаем информации об исходном языке и не должны ее получать. Лишь в отдельных случаях «просачиваются» какие-то незначительные, случайные, бессистемные сведения о язы­ке оригинала, например, при транслитерации имен собственных. В процессе перевода происходит непроизвольная смена служебной информации, определяемая инвариантной знаменательной инфор­мацией и системой языка перевода. Служебная информация только тогда оказывается связанной с переводческой проблематикой, когда в ней обнаруживается отражение экстралингвистических фактов, т. е. когда она приобретает функции знаменательной информации (метафорическое использование рода неодушевленных существи­тельных; звукоподражание и т. д.) .

б.

виды экстралингвистической

информации

Оба названных типа семантического содержания слова подразде­ляются на виды. Среди экстралингвистической (знаменательной) информации их по меньшей мере шесть:

1. Смысловая (обозначающая, денотативная, семантическая) информация. В ней отражаются понятия и представления о всем сущем, реальном, абстрактном. Иначе говоря, эта часть семантиче­ской структуры слова связана с объектами обозначения (денотата­ми) самого разнообразного характера. Во-первых, это телесные объ­екты (стол, человек, цветок, камень, пароход и т. п.). Затем — фе­номенальные объекты. К ним относятся свойства, действия, качества

1 Например, о семантическом значении грамматического рода в таких тропах, как персонификация, писали многие филологи (см. Федоров А. В. Основы общей теории перевода. М., 1963. С. 327—328 и сноски в тексте). Применительно к языку худо­жественной прозы интересные мысли по этому поводу находим в известном труде акад. В. В. Виноградова. Русский язык. (М., 1947. С. 63—65); в статье Р. А. Будагова «Стилистическое осмысление грамматической категории рода» // Теория языка и инженерная лингвистика. Л., 1973. С. 18—23.

55


и отношения телесных объектов. «Они не являются вещами или предметами в классическом смысле, но они представляют собой факты действительности, которые могут не только эмпирически изучаться, но и подвергаться точному измерению в пространстве и времени. Например, полет может характеризоваться скоростью км/час, вероятность — обозначаться прилагательным вероятный и характеризоваться степенью л; пространственное отношение — пред­логами над, под и т. п.»1. Группу конструктных объектов составляют несуществующие в природе фантастические конструкты, т. е. сказоч­ные, мифологические и т. п., понятия, например дракон, кентавр, чертъ Баба-яга и т. п. Наконец, языковые денотаты: союз, буква, сло­во, местоимение и т. п.2. Смысловая информация — это то, что обыч­но отражено в ядре лексическою значения слова. В информативной структуре слова она занимает основное главенствующее положение, без нее нет слова. Все последующие виды знаменательной информа­ции являются сопутствующими, дополнительными, хотя и очень важ­ными и необходимыми элементами словесного содержания.

2. Эмоционально-экспрессивная (стилистическая, коннотатив­ная) информация, выражающая человеческие чувства и эмоции. Само содержание семантической информации может оказывать эмоциональное воздействие на реципиента, но это еще не значит, что в нем, в этом содержании, есть эмоционально-экспрессивная информация. Если Оля, любящая Колю, вдруг получит телеграмму с лаконичным сообщением «Коля умер», то, хотя в этих двух словах, нет никакой эмоциональной информации, а только смысловая, все равно они могут вызвать эмоциональный шок у Оли. Другое дело, если в телеграмме будет написано «Коля подох», или окочурился, или скапустился, или загнулся. В таком известии будет передана та же смысловая, но иная эмоционально-экспрессивная информация, которая по сути своей всегда характеристичная. Она как бы оцени­вает предмет мысли, отраженный в денотативном содержании слова, и обычно сопутствует этому содержанию, сосуществует с ним. В каждом синонимическом ряду лишь одно-два слова эмоционально нейтральны, «эмоционально бессодержательны», остальные пере­дают и смысловую информацию и эмоционально-экспрессивную. Функция последней заключается как в выражении модальности,

1 Кошев Н. Г. Компоненты содержательной структуры слова. С. 86.

2 Подробнее о классификации денотатов см.: Кошев Н. Г. Компоненты содержа­
тельной структуры слова. С. 84—87.


эмоций того, кто говорит или пишет, так и в эмоциональном воздей­ствии на реципиента.

3. Социолокальная (социальная, стилевая, социогеографиче-
ская) информация, указывающая на социосферу функционирования
слова. Известно, что в развитых языках за период их исторической
эволюции возникли подсистемы, именуемые функциональными
стилями. Они характерны для различных сфер социально*
производственных, общественных и бытовых отношений человека.
Своеобразие этих сфер влияет на характер функционирования языка
и в особенности на отбор лексических средств. Тем самым слово не
только выражает смысловое и эмоциональное содержание, но также
информирует о своей социальной принадлежности и локальной рас­
пространенности. Носитель языка отличает нейтральную лексику от
просторечий, профессионализм — от поэтизма, жаргонизм — от
термина, диалектное слово — от канцеляризма. Для переводчика
знание таких характеристик слов оригинала чрезвычайно важно для
правильного осмысления и восприятия текста и верного выбора лек­
сических соответствий при переводе. Социолокальная информатив­
ность лексики используется для характеристики социальной среды»
персонажей, места действия, а также для создания различных стили­
стических эффектов, комизма, иронии, сатиры и др. В соответствии
с авторскими намерениями в тот или иной стилистический ряд
включаются слово или слова из другого стилевого пласта, которые
благодаря контрасту соположения приобретают окказиональную
экспрессивность. Социолокальная информация слова становится
иногда непреодолимым языковым барьером, вынуждающим перево­
дчика отказаться от ее воссоздания подобными средствами перево­
дящего языка. Это бывает в тех случаях, когда слово в системе об­
щенародного языка маркировано показателем географической зоны
своего бытования, т. е. проще говоря, когда это диалектное слово.
Перевести его смысловую информацию нетрудно, но одновременно
передать словом другого языка его географическую маркировку не­
возможно: характерное для района Рио-де-ла-Платы прилагательное
macanudo (красивый, превосходный) не переведешь кировсКо-
вологодским баский. Некоторые пласты иностранной жаргонной
лексики также не переводятся словами из российских жаргонов.

4. Хронологическая (временная, диахроническая) информация.
Лексика любого языка неразрывно связана с развитием общества и
его историей. В языке всегда есть слова или значения слов, которые
входят или только что вошли в лексическую систему, и слова (зна­
чения), воспринимаемые как устарелые. Речь идет об архаизмах и


неологизмах. Свойственная им временная характеристика оказывается в художественной речи содержательной и многофункциональной.

5. Фоновая информация.1Верное понимание художественного
текста зависит от знания культуры и истории народа, на языке кото­
рого создавалось литературное произведение. Социокультурный
уклад определенной национальной общности имеет свои особенно­
сти, отличающие его от других национальных укладов. Эти особен­
ности отражаются в лексике и составляют в ней фоновую информа­
цию, передающую сведения о национальных формах, видах и про­
явлениях духовной и материальной культуры. Такая информация
свойственна прежде всего словам, называющим реалии. Например, в
слове болеадорас (особый вид лассо) содержатся сведения о том, что
это предмет материальной культуры гаучо — аргентинских и уруг­
вайских пастухов. Различные символы также придают некоторым
словам «фоновую нюансировку», смысловую и эмоциональную.
Чаще всего подобная фоновая информация содержится в именах
сказочных и мифологических героев, названиях вегетативных, ани­
малистических, цветовых и прочих символов. Например, омбу
дерево эфиро-масличной породы (в Аргентине и Уругвае), поэтиче­
ский символ привольной степи, охранительница смелых и благород­
ных гаучо, привычный атрибут народной поэзии; у гватемальцев
птица кетсаль — символ свободы, а у панамцев и чилийцев зеленый
цвет — это олицетворение надежды. Восприятие и перевод фоновой
информации сопряжен с особыми трудностями. Сохранение в пере­
воде национального колорита подлинника зависит в определенной
степени от правильного восприятия фоновой информации. При этом
особые трудности создают самые обычные слова и обороты, в кото­
рых содержатся сведения о так называемых ассоциативных реалиях,
и то обстоятельство, что социокультурные особенности любой язы­
ковой общности не есть нечто застывшее и равноценное. Различные
приемы передачи в тексте перевода словесной фоновой информации
способствуют сохранению национального своеобразия, но не играют
основной роли в воссоздании отраженных в оригинале националь­
ных форм жизни, психологии и культуры народа. Следует еще раз
подчеркнуть, что только воспроизведением всего идейно-художест­
венного содержания подлинника можно сохранить в переводе его на­
циональную сущность.

6. Дифференциальная информация.В зависимости от смысла
сообщения она указывает на лицо субъекта или объекта действия,
число предметов мысли, время действия, модальные оттенки и т. п.

1 Подробнее о сущности фоновой информации см § б


Это весьма своеобразное словесное содержание тесно связано с грамматическими категориями языка и чисто лингвистической ин­формацией (о ней см. ниже). Дифференциальная информация по­тенциально содержится в словах и определяется их принадлежно­стью к той или иной части речи и спецификой языковой системы. У слова луна выражена почти вся сумма дифференциальной информа­ции, кроме значения косвенных падежей. В инфинитиве прилунить­ся нераскрытой информации этого рода гораздо больше: лицо, вре­мя, наклонение, залог и т. п. Необходимый объем дифференциаль­ной информации реализуется в речи в момент коммуникации.

В.

виды лингвистической

информации

Служебная информация также неоднородна. Ее целесообразно подразделить на собственно грамматическую, отражающую, как уже говорилось, содержание так называемых пустых грамматиче­ских категорий, и формальную, в которой сообщаются сведения о плане выражения слова. Формальная служебная информация опре­деляется односторонними единицами языка (фонемами), в которых нет «внешнего плана», плана содержания, нет значений, но из этого вовсе не следует, что они неинформативны. В них есть имманентная несемантическая информация о закономерностях соположения, со­четаемости, взаимодействия, вариантности звуков. Фонологи и фо­нетисты работают над раскрытием сущности этой информации. Форма не простое вместилище содержания. У нее сложные, порой взаимообусловленные связи с содержанием, и кроме того, сама форма содержательна, информативна в том смысле, что в ней скры­ты сведения о ней самой, о внутренней структуре формы, расшифро­вать которые ученым бывает не так-то легко. Однако в теории пере­вода такой расшифровкой не занимаются и интересуются формаль­ными единицами, когда они по воле автора наделяются художествен­ными функциями и внелингвистическими значимыми ассоциациями. В звукоподражания, аллитерациях, некоторых видах каламбуров фо­немы и их сочетания оказываются «внешне содержательными», т. е. связанными с передачей экстралингвистического смысла1.

1 Например, о функциях фонем в поэтическом тексте и об информативности прие­мов звуковой инструментовки см.: Седых Г. И. Звук и смысл // Филологические нау­ки, 1973, №1, С. 41—50.


г.

константная и окказиональная

информация

Все сказанное относится к статике языка, к его лексической сис­теме, в которой за каждым словом закреплены известные языковому коллективу значения и смыслы. Такую информацию иногда назы­вают несвязанной, языковой. Слово до его использования в речи плотно «набито» подобной информацией: основными и производ­ными номинативными, переносными, конструктивно обусловлен­ными и другими видами лексических значений, а также содержани­ем грамматических категорий. В речи словесная информация стано­вится как бы связанной, слово проявляет одно из своих значений и конкретные грамматические формы, оказываясь в зависимости от контекста. Но слова в речи, особенно художественной, не только реализуют узуальные значения, но и приобретают новые смысловые и экспрессивные оттенки. В связи с этим необходимо провести еще одно деление лексической информации на основе ее соотнесенности с фактами языка и речи. Коль скоро язык — это средство общения конкретного человеческого коллектива, понимаемое как система, а речь — это функционирование данной системы, процесс и результат передачи того или иного содержания, то и информация, передавае­мая словом, может быть константной,т. е. устойчивой, языковой, соотносимой со словом в языке, за которым фиксировано в общест­венном сознании определенное и разнообразное содержание, и ок­казиональной,т. с. контекстуальной, речевой, соотносимой со сло­вом в речи. Такая информация возникает лишь в момент говорения или письма, зависит от конкретного контекста, речевой ситуации и определяется замыслом говорящего или пишущего. До сих пор рас­сматривались лишь типы и виды константной словесной информа­ции, предсказуемые заранее, до функционирования слова в речи. Без такой устойчивой общественно закрепленной информации челове­ческое общение было бы невозможным, но оно не могло бы сущест­вовать и без порождения в речи новых видов информации, отра­жающих прежде всего особенности индивидуального мышления, своеобразие субъективного восприятия действительности, яаыко-творческие потенции конкретного носителя языка и другие характе­ристики авторской — в самом широком смысле этого слова — речи. Изучение сущности, характера, типов и разновидностей речевой информации чрезвычайно важно в теории перевода. Оно .проводится


лишь на материале конкретных текстов. Поэтому всякий раз когда говорится об окказиональной информации в слове, это значит, что слово рассматривается как единица речи в конкретном контексте, или вычлененное из него для целей исследования.

А-

виды окказиональной

информации

Сфера окказиональной (речевой, контекстуальной) информации пополняет экстралингвистическую информацию по меньшей мере еще пятью видами:

1. Ассоциативно-образная информация.Она в наибольшей
степени характерна для художественной речи. На лексическом
уровне ассоциативно-образная информация — это содержание лю­
бого переносного употребления слова, любого авторского тропа. В
художественной речи тропы приобретают особое значение, высту­
пая как эффективное средство усиления оценочной окраски и эмо­
циональной выразительности языка автора и персонажей, как сред­
ство индивидуализации их речи и конкретизации описываемых яв­
лений, фактов, лиц, наконец как средство более глубокого познания
реальной действительности.

2. Словотворческая экспрессивно-эмоциональная информа­
ция.
Этот вид словесного содержания присущ самым различным
индивидуально-авторским неологизмам, которые часто принято на­
зывать окказиональными словами или значениями (окказионализ­
мами). Если в языке научной литературы словотворчество необхо­
димо для номинаций новых научных понятий, в языке художествен­
ной литературы оно всегда выполняет стилистические функции. 'В
окказиональном слове или значении смысловая информация на­
столько органически слита с эмоциями и экспрессией, что диффе­
ренциация информативного содержания окказионализмов не пред­
ставляется столь уж необходимой операцией.

Таким образом, под словотворческой информацией .понимается то новое содержание, смысловое и экспрессивное, которое выраже­но с помощью существующего в языке или вновь созданного рече-творцем слова. Подобная информация порождается и так называе­мой стилевой аритмией, когда в единый по стилевой тональности речевой поток вклиниваются слова другой стилевой прикрепленно-


сти, приобретающие благодаря этому неожиданную эмоциональную силу. Эмоциональная выразительность окказионализма любого рода «заключена в его незаданности (или малой степени заданности) язы­ковой системой, в его новизне, свежести, первозданности, способно­сти к созданию эффекта первоприсутствия при рождении слова, зна­чения и т. д., в его свойстве, деформируя норму, нарушать автома­тизм узнавания. В сознании получателя возникает оппозиция: из­вестное (языковое) — неизвестное (речевое, окказиональное). Это противоположение имеет эстетический смысл и, несомненно, экс­прессивно»1.

3. Аллюзивная информация.2Она близка к фоновой информа­ции, но в отличие от нее не закреплена традицией за словом или вы­ражением. Аллюзивное содержание возникает, когда говорящий или пишущий организует контекст с таким расчетом, чтобы какое-то слово, фразеологический оборот или словосочетание намекали на тот или иной языковой, литературный, социальный факт, на какой-либо обычай, реалию, черту быта и нравов. Возникающая в созна­нии читателя или слушателя ассоциация составляет содержание ал-люзивной информации. Приведем простейший пример. На 16-й странице «Литературной газеты» часто публиковались краткие юмористические изречения. Вот одно из них: «Алло, поклонники! Вас ищут таланты!» Во фразе содержится намек на уже упоминав­шуюся популярную телепередачу «Алло, мы ищем таланты!». Или еще примеры: «В мастерской вместо спиц ставили палки» — «пере­кличка» с фразеологизмом «ставить палки в колеса»; «В эту среду много лет назад Каин убил Авеля. Следствие ведут знатоки.» — ал­люзия, связанная с названием известного телесериала.

Без восприятия намека на расхожее ныне выражение «видел я его в гробу в белых тапочках» окажется совсем не смешной фраза из юморески в той же газете по поводу того, что гроссмейстер Анато­лий Карпов ни разу не встречался с Р. Фишером: «И вообще он его видел только на фотографии в белых теннисных тапочках». Равно как без знания доперестроечного обычая сдавать макулатуру в об­мен на талон для покупки дефицитной книги не понять юмора тако­го объявления, как «Новости торговли. В городе Крытове введен новый порядок. Здесь в пунктах приема утильсырья за «Королеву Марго» дают 20 кг макулатуры».

1 См.: Ханпцра Эр. Окказиональные элементы в современной речи. // Стилистиче­ские исследования. М., 1972. С. 304.

Подробнее о понятии аллюзии см. § 6.


Следует заметить, что необходимо различать три взаимосвязан­ных понятия: фоновую информацию в широком понимании как раз­новидность имплицитной информации от узкой трактовки этого термина как лексической, словесной фоновой информации, которая константно закреплена за словом или словосочетанием и, наконец от аллюзивной информации, которая порождается индивидуумом в речи в определенных целях. Индикатором намеков и аллюзий могут быть обычные слова или словосочетания, содержащие долговремен­ную или кратковременную фоновую информацию.

4. Функциональная информация. Каждое слово языка имеет предопределение к преимущественной передаче какого-либо вида знаменательной информации. Например, слова дом, глаза, автомо­биль, врач, бежать, синий, астрономия и т. п. обычно передают в речи смысловую (семантическую} информацию, а слова развалюха, очи, зенки, драндулет, эскулап, драпать, дерзание и т. п. хотя и со­держат семантическую информацию, но все-таки главное их предна­значение — эмоционально-экспрессивное. Оно оправдывает их су­ществование в языке. Однако, например, в литературном произведе­нии теоретически любое самое нейтральное по стилю слово, вклю­ченное в творчески созданный автором контекст, способно напол­няться экспрессией. В знаменитом гаевском обращении к шкафу в обычное слово шкаф «вложено» персонажем свое личностное экс­прессивно-оценочное содержание. Главное даже не в этом, а в том, что в литературном произведении все элементы речевой формы яв­ляются средством образного воплощения действительности, отра­женной в сознании художника. Специфика языка литературного произведения «определяется эстетической функцией, присущей языку художественной литературы, наряду с общей и основной функцией языка — быть средством общения, т. е. функцией комму­никативной»1. Слово в художественной речи становится эстетиче­ской категорией, так как язык — это и материал, и форма всех видов словесного искусства.

Эстетическая (художественная) функция языка литературного произведения свойственна не отдельным частям произведения, а всему произведению в целом, присуща любому слову, предложе­нию, абзацу и т. д. художественного текста и подчинена авторскому идейно-художественному замыслу. В подлинно литературном про­изведении нет нехудожественных элементов языка. «Наличие эсте-

1 Вопросы культуры речи. Вып. 1. М., 1955. С. 77.


тической функцииязыка, — пишет Р. А. Будагов, — всегда отли­чает стань художественного произведения от любого речевого сти­ля, где подобная функция либо необязательна, либо имеет совсем другое назначение»1.

Эстетическую (художественную) функцию языка литературы не следует противопоставлять его коммуникативной функции. Еще М. Горький заметил: «Оформляя, по выражению все наши впечатле­ния, чувства, мысли, язык художественного произведения выступает в своей коммуникативной функции, его семантические и стилисти­ческие средства подчинены задаче наиболее полного, адекватного раскрытия -утих впечатлений, чувств и мыслей; будучи подчинен вместе с другими компонентами художественного произведения задачам образного воспроизведения действительности, он выступает в своей эстетической функции, все его средства служат более отчет­ливому и яркому выражению личности автора, изображению харак­теров, событий, эпохи, места и т. д. Коммуникативная и эстетиче­ская функции языка произведения слиты воедино — это две сторо­ны одного и того же высказывания»2.

Взаимодействие функциональной и смысловой информации в языке перевода можно показать на примере значимых имен собст­венных. Содержание обычных имен собственных сводится к указа­нию на конкретный объект номинации. В переводах эти имена транскрибируются. У значимых имен двойственное содержание: они указывают на объект, вычленяя его из ряда подобных, и одновре­менно характеризуют, оценивают его. Причем очень часто главная их роль заключается не столько в номинации, сколько в характери­стике объекта. Чтобы сохранить за ними художественную функ­цию3, современная переводческая школа ратует (в тех случаях когда это возможно) за перевод, а не транслитерацию значимых имен. Так появляются сеньор Живоглот, доктор Влево, дон ТреАбреньо, ака­демик Чертвбес, король Пук и пр. Воссоздавая значимые имена, переводчики часто не сохраяяют у них сходства с внутренней фор­мой имен оригинала, а изобретают для имени новую внутреннюю форму, справедливо полагая, что в таких случаях бывает важнее

' ' Будагов Р. А. Человек и его язык. М., 1974. С. 112.

2 Вопросы культуры речи. С. 79—80.

3 Следует заметить, что художественная (эстетическая) функция имеет разновидно­
сти, подфункции: оценочную, характерологическую, образно-характернчеекую, ин­
дивидуализирующую, типизирующую и др.


сохранить за словом функциональную информацию, отступив по тем или иным причинам от точной передачи информации смысловой.

5. Паралингвистическая информация,в которой отражаются личностные черты автора речевого произведения. Это своего рода «позывные («говорит такой-то»), которые накладываются на все наши сообщения и по которым наши знакомые, т. е. подготовленные реципиенты, узнают наш голос, почерк, манеру излагать свои мысли как отличающие нас от всех других членов языкового коллектива. Таким же образом по отрывку из художественного произведения мы иногда можем распознать автора. Информация такого рода переда­ется вместе с семантической информацией (смыслом) сообщений и в значительной степени независимо от последней»1. Она определяется по индивидуальным смысловым оттенкам в понимании и употреб­лении слов, по характеру их отбора; предпочтительному словоупот­реблению, особенностям словосочетаний и т. п. В художественном творчестве ее используют в пародиях, имитациях, подражаниях. Этот вид информации изучен пока еще весьма слабо2.





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.