Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Глава 33. Полный расцвет любви. 8 глава




Каждый день Керри надрывала задницу на конюшне, и каждый вечер я спрашивал ее:
- Еще не готова позвонить домой?
Она всегда вежливо отвечала: «Еще нет».
Она действительно удивила меня. Она делала все, что я ей говорил. Когда на второй день я рассказал ей о розыгрыше с лоханями для кормления, она погналась за мной с вилами! Другим парням это очень понравилось, и я был уверен, что уже не узнаю конца этой истории.
Но, помимо этой маленькой оплошности, она работала очень хорошо.
Однажды вечером, через пару недель после того, как она начала работать со мной, она была готова ехать с работы и пришла искать меня, чтобы я отвез ее на грузовике домой. Но меня не оказалось на месте. Она нашла меня у Дэнсер.
Дэнсер предстояли очень тяжелые времена. Ей сделали операцию на ногах, и она снова лежала на боку, в специальном изолированном загоне, где мы держали ее в самом начале. Она находилась под действием успокоительного, но я все равно мог видеть, что ей больно, …и я больше ничего не мог дать ей от боли. Я просто сидел рядом с ней, глядя, как она с полузакрытыми глазами смотрит на меня, словно спрашивая: «ЗАЧЕМ? Зачем ты заставляешь меня так страдать? Я хочу, чтобы ты просто отпустил меня, …дал мне умереть…».
Хороший ветеринар, доктор Картер, сказал мне, что сделал все, что смог, но ее ноги могут никогда больше не заработать в полную силу. Была даже вероятность, что больше она не сможет ни пойти, ни бегать самостоятельно, …и это означало, что мы были бы вынуждены избавить ее от страданий.
Я сидел с ней, думая обо всем этом и о том, как далеко Дэнсер продвинулась за последние месяцы, …когда услышал позади себя голос Керри, которая мягко спросила:
- Ты собираешься домой, Тони?
Она звала меня «Тони», потому что Боб сказал ей, как меня это бесит. Она получала от этого огромное удовольствие.
- Не сегодня, - услышал я свой голос, который показался моим собственным ушам очень слабым и ломким, - До завтра, Керри. Ты сегодня хорошо поработала.
Я не взглянул на нее, потому что знал, что мои глаза полны слез и мой голос, должно быть, выдал меня, потому что она не ушла.
Дэнсер дышала с большим трудом, …казалось, каждый вдох доставляет ей мучение, …и впервые я решил позволить моей Дэнсер уйти… туда, где она больше не будет чувствовать боли. Она так храбро сражалась, …и так много вытерпела, …что я начал думать, что ей следует отправиться в лучший мир, нежели пребывать в этом дерьмовом мире. Она заслуживала лучшего.
Керри медленно вошла внутрь, встав у меня за спиной, пока я пытался смело держаться перед ней, не желая, чтобы она видела, что я веду себя как ебаный трус.
- Ей сделали операцию, да? – спросила Керри, искоса глядя на Дэнсер поверх моего плеча.
Я кивнул, боясь, что мой голос охуенно плох, чтобы пользоваться им прямо сейчас.
- Это твоя лошадь? – спросила Керри просто из вежливости, и я медленно кивнул ей, прошептав:
- Да.
- Она здесь самая красивая, - сообщила Керри, но я уже знал это.
Я продолжал поглаживать ее гриву, затем провел пальцами вдоль контура ее морды, наблюдая за тем, как некоторые ее мышцы немного расслабляются от моего прикосновения. Это сделало меня очень счастливым, но я услышал, как из меня вырываются рыдания. Я знал, что это возможно напугает Керри, но ничего не мог с этим поделать.
- Дастин …, - она прошептала мое настоящее имя и без приглашения села рядом со мной, обняв меня рукой и похлопывая по спине, - Это нормально. Не бойся. С ней все будет в порядке. Она сильная. И она любит ТЕБЯ так сильно, что на это тошно смотреть! Она не оставит тебя.
Я почувствовал, что слегка улыбаюсь тому, как она произнесла фразу «на это тошно смотреть», …это было забавно. Но меня по-прежнему разрывало от боли.
- Ей очень больно, - сказала я, и мой голос совершенно сломался, но мне было похуй, - Она должна была быть просто милой лошадкой, …бегать, играть и есть яблоки, …она не должна была чувствовать ЭТО!
- Я знаю, - согласилась Керри, - Это хреново. Жизнь – дерьмовая штука. Но она все еще ЗДЕСЬ, …она борется. Я знаю, что с ней все будет отлично, …раз уж она прошла через все эти трудности.
Я повернулся к ней и позволил ей увидеть слезы, которые текли по моему лицу. Она не отвернулась и даже не отвела ВЗГЛЯД.
- Не отказывайся от нее, пожалуйста, Дастин , - сказала мне Керри, но мне показалось, что она говорит не только о Дэнсер, …но и о себе. Я слышала это в ее словах, …и видел это во взгляде ее голубых как лед глаз.
- Не откажусь…, - сказал я ей, глядя в ее лицо, - Никогда.
Она улыбнулась мне в ответ и склонила свою маленькую головку к моему плечу, теперь глядя на Дэнсер вместе со мной.
- Мы должны присматривать друг за другом, верно? – спросила Керри, - Как ты сказал, мы все – потерянные ангелы, …мы, блять, повернули не туда – в ад, который где-то вдоль этой линии, … и мы вместе ищем дорогу домой. Это касается и Дэнсер тоже. Она одна из нас.
Я кивнул и обнял Керри в ответ, впуская ее в свой маленький круг друзей.
- Да, мы найдем нашу дорогу назад, - сказал я мягко, - Мы все, вместе. Я клянусь.
С Николь и Питером в качестве наших путеводных звезд, как мы может НЕ НАЙТИ дорогу?
Несколько минут спустя Керри замычала какую-то знакомую мелодию, …я не смог понять, что это такое и спросил у нее, что это за песня.
- Старая песенка…, - она улыбнулась мне, - Мой папа все время пел ее мне, когда я была маленькой.«Дикий огонь». Она про лошадь. Ты знаешь ее?
Я понемногу вспоминал эту песню, когда она начала петь, и ее голос очень легко и нежно успокаивал Дэнсер.

«Она спускается с Желтой горы…»,

пела Керри Дэнсер,

«Она скачет по темной равнине…
Пони по кличке Дикий Огонь.
С вихрем в боку, в холодную ночь в Небраске».

Я мог сказать, что Дэнсер нравилось, как звучит песня и мне тоже, … и я не мешал ей петь, …вспоминая эту песню, …как мне кажется, она была из семидесятых годов.

«О, говорят, она умерла однажды зимой, …
Когда случился жуткий мороз
И пони по кличке Дикий Огонь
Сбежала из своего стойла, …и потерялась в буране».

И тогда, когда Керри пела куплет, я вспомнил песню настолько, чтобы подпевать ей, сделав голос потише:

«Ее звали Дикий Огонь…»,

пели мы,

«Ее звали Дики-и-и-й… Огонь,…
Ее звали Дикий Огонь…»

Мы с ней остались с Дэнсер до утра, …пока Дэнсер спала и больше не подавала никаких признаков того, что она в беде или в агонии. Моя маленькая лошадь сейчас пребывала в мире, …и это, блять, было просто чудо!
Следующим вечером Керри поехала со мной домой после работы, чтобы поужинать и познакомиться с моей семьей.
За совсем короткое время Керри стала частью нашей жизни, почти членом семьи. Довольно часто она засыпала на нашем диване, играя в «Wii» с Кэти и Тао, который все время к нам приходил. И не случилось ничего, что заставило бы нас усомниться в том, что Керри можно доверять. Большую часть времени она вела себя как еще один ребенок, и чем больше я наблюдал за тем, как они вместе играют, тем больше в этом убеждался, …просто ребенок, малышка, …но знавшая такие страшные вещи, которых не должен знать ни один ребенок.
Также как и Дэнсер, Керри не должна была испытывать такую боль, …она тоже была рождена, чтобы смеяться и играть, …и мысли о борьбе других людей так хорошо помогали мне забывать о своем собственном ебаном дерьме, что я действительно начал чувствовать себя хорошо большую часть времени. В последнее время сэр Кевин уже не мерещился мне в каждом темном углу, …и я был очень рад, что он, черт возьми, взял отпуск. Я все больше и больше склонялся к мысли отвезти Керри домой, …но это должна была быть ее идея, …ее решение. Я продолжал думать об отце Керри, …и как он, должно быть, чувствовал себя, не зная, где его маленькая девочка и чем она занимается. Я бы, блять, прямо сейчас находился в кататонии, если бы это была моя дочь.
Поэтому я все сильнее и сильнее давил на нее на конюшне. Я продолжал давать ей самых трудных лошадей, о которых ей предстояло заботиться, в то время как себе брал легких.
Псих, Темпер, Аполлон, Кошмар, …и много других – все они идеально помогали мне с реализацией моего плана. И чем больше она уставала, и чем сильнее болело ее тело, тем более трудную работу я заставлял ее выполнять. Чем больше она уставала, …тем больше я понимал, что буду скучать по ней, когда ее больше здесь не будет.
Мы много говорили, пока работали вместе, …оставаясь наедине большую часть времени, пока ухаживали за лошадьми, …и казалось, что она действительно слушает то, что я должен был ей сказать, о том, как был в рабстве, о своем прошлом, о боли, физической и духовной, …о своих владельцах, госпожах и клиентах. О Николь, …о том, как я нашел любовь, о Кэти, …о поисках прощения. О попытках научиться прощать себя.
Я надеялся, что каждое слово, что я сказал, все дальше и дальше уведет ее от Курта и его больного мирка, …и заставит ее обернуться назад и взглянуть на свою прежнюю жизнь, которую она оставила позади, …жизнь с родителями и младшими братьями, школой и друзьями. Я не хотел, чтобы она уходила, но я отчаянно желал, чтобы она вернулась туда. Я не мог быть ей отцом. Но я мог быть ей другом, …возможно, даже наставником. Дорожным знаком, который предупреждает о том, что ждет нас впереди, если продолжить идти по этому пути, …предупреждением, …историей с предостережением. И я буду для нее всем этим, если это поможет ей заново сделать выбор.
Николь по-прежнему восхищалась мной и постоянно присутствовала в жизни Керри. Доктор Николь вернулась к делам, видясь с Керри три или четыре раза в неделю для частных сеансов, не считая времени, которое мы проводили вместе как одна семья. Керри любила ее и говорила мне об этом. Она сказала, что я был прав насчет нее, … и что мне очень повезло, что она нашла меня. Я всегда отвечал: «Я знаю».
Николь помогала Керри по-своему, …а я – по своему, …и, кажется, мы были чертовски хорошей командой для нашего нового маленького друга. Я был очень счастлив от того, что способен сказать что-либо, что сослужит добрую службу. В конце концов, я мог ей кое-чем помочь, …и мое прошлое и жизненный опыт здесь считались чем-то полезным, а не тем, что ранит людей, либо их от этого тошнит, снова и снова.
Питеру не нравилась эта ситуация, но он уважал наше желание помочь Керри любым способом, каким мы могли. Он всегда был готов сорваться с места и помочь нам, если нам понадобится его помощь, но у доктора Николь была связь с Керри, так же, как и у меня, …и Керри никогда не просила позвать доктора Питера. Она сказала, что достаточно того, что он МОЙ врач. Вот засранка, да?
Я научил Керри ездить верхом на Солнце Полуночи, …и в погожие дни мы ездили с ней верхом и немного больше говорили.
Затем однажды она сказала:
- Я тоже счастливица. Если бы она не спасла тебя, …ты бы никогда не спас МЕНЯ.
Это предложение было для меня бесценным подарком, который всегда будет жить в моем сердце, всегда. Это было чувство, которое не мог украсть у меня ни один Дом, и мне не нужно было прятать его или запирать на хранение.
Наконец, одним холодным мартовским днем, после того, как мы закончили работу, Керри спросила, может ли мы поехать ко мне домой и поговорить со всеми, включая Кэти.
Я знал, что это было то, на что я надеялся, что она хочет поехать домой. Мы все были готовы к этому или, по крайней мере, все мы говорили о том, что в один прекрасный день Керри поедет к своей семье, чтобы исцелиться и вернуться в школу. Умом Кэти была с этим согласна, …но я знал, что когда это произойдет, ей будет очень тяжело сказать «прощай» еще одному другу. У Керри с Кэти был новый секрет – она учила ее, как справиться с теми малолетними сучками из школы, которые хотели ее обидеть.
- Это действительно тяжело для меня…, - начала Керри со слезами на глазах, когда все мы сидели за столом.
- Все нормально, Керри, …продолжай, - сказал я нежно, но твердо, слегка улыбаясь ей. Я ощущал себя наседкой, которая наблюдает за тем, как один из ее птенцов выпрыгивает из гнезда, и надеется, что он расправит крылья и полетит, а не разобьется вдребезги о тротуар.
- Мне нравится с вами, ребята…, - сказала Керри, глядя на Кэти, а затем на Николь, - Вы такие классные и я люблю вас…
Я вынужден был отвернуться на секунду, или – клянусь – я бы расплакался прямо там. Это было тяжелее, чем я думал.
- Но чем дольше я нахожусь с вами, тем сильнее скучаю по своей собственной семье, - объяснила она, вытирая один глаз, - И своему маленькому братику… и Джулиану. Я бы с удовольствием увиделась с ними снова, …поговорила бы с ними и посмотрела бы на то, как все, возможно, наладится.
- Это здорово, Керри, - Николь улыбнулась ей, пытаясь спрятать свою собственную печаль, - Для этого требуется крепкое нутро, …и я знала, что ты сильная.
- Точно, - добавил я, также гордясь ею, - Она каждый день работала с самыми злобными лошадьми, и у нее получилось. Я знаю, что был суров с тобой в работе, и что никогда особо не говорил тебе об этом, …но ты проделала удивительную работу и справилась с ней гораздо лучше, чем я в свое время. И я искренне благодарю тебя,… за каждую вещь, которую ты сделала, …и за ту ночь, что ты провела с Дэнсер и со мной, …ты никогда не поймешь, как много это значило для меня.
Николь согласно кивнула, будучи действительно очень благодарной Керри за то, что та была со мной. В ту ночь она была с Кэти и я был рад, что она не проходила через те страдания, которые пережил я.
Кончик носа Керри снова порозовел, и она опустила взгляд на свои руки.
- Мне больше нечем было заняться той ночью…, - отмахнулась она.
Я улыбнулся ей раньше, чем понял, что я делаю. Я действительно буду скучать по ней.
Затем я услышал, как Кэти негромко всхлипнула, и когда я взглянул на нее, она плакала.
Я почти пошел к ней, чтобы обнять, но Керри опередила меня и села прямо рядом с Кэти.
- Эй, я думала, что мы покончили со всей этой детской фигней, девчушка, - Керри усмехнулась своей маленькой подружке, - Помнишь, что нужно быть храброй?
- Прости, - Кэти снова вытерла слезы, - Я просто буду скучать по тебе… ОЧЕНЬ! И ты никогда не вернешься!
Сейчас слезы снова навернулись на мои глаза, …черт!
- Я вернусь, - пообещала ей Керри, - Как-нибудь, чтобы проведать вас, …если вы не будете против…
Керри взглянула на нас с Николь, и мы оба улыбнулись ей. Она такая глупышка.
- Мы всегда будем тебе рады, Керри, - Николь позволила сказать МНЕ эти слова, - Ты – часть нашей семьи.
Теперь влажные глаза были у Керри и она сморгнула слезы.
- Спасибо, Тони, - ответила она, вынуждая меня шире улыбнуться ей.
- Без проблем, принцесса, - бросил я в ответ.
Керри повернулась к Кэти, и взглянула на нее, сказав:
- Я оставляю тебя за старшую с этими двумя…, - она взглянула на нас с Николь и добавила:
- Они слишком хорошие и слишком милые, чтобы оставлять их одних в этом дерьмовом мире. Ты должна присматривать за тем, чтобы никто этим не воспользовался и не сделал им больно. Поняла, ребенок?
- Я поняла, - сказала Кэти с высоким чувством ответственности.
В тот вечер мы позвонили родителям Керри и они расплакались, когда услышали ее голос из телефонной трубки впервые за долгие, долгие месяцы. Они, без сомнения, все это время жили в ужасном кошмаре, думая, что ее где-то изнасиловали, похитили или убили, или все вместе взятое. Керри тоже мало что могла сказать, кроме как повторять «простите меня» снова и снова. В тот вечер Николь дала мне поговорить с ее отцом, позволяя мне закончить то, что я начал, когда нашел дрожащую, чрезмерно раскрашенную маленькую девочку, которая умяла четыре чизбургера за один присест.
- Я не хочу говорить за Керри, - сказал я, - Она сама может сказать за себя. Но есть вещи, которые я скажу за нее. Я хочу, чтобы вы приехали сюда, чтобы мы могли сесть и поговорить все вместе. Возможно, это не мое дело, но я просто должен знать, что когда Керри уедет с вами домой, она не сбежит от вас снова. Вы все поклянетесь мне, что этого никогда больше не случится. Мне просто нужно это знать, прежде чем все вы уедете.
Родители Керри согласились со всем, что я сказал. Они продолжали называть меня героем, думая, что я спас их дочь и возвращаю ее им обратно. Я сказал им, что я не герой, но они с этим не согласились.
На следующий день родители Керри и ее маленький десятилетний брат приехали. Прежде, чем слова были сказаны, они обняли друг друга в нашей гостиной, плача и извиняясь друг перед другом. Николь держала меня за руку и сильно сжимала ее, и когда я взглянул на нее, в ее глазах было так много радости и гордости. Она всегда говорила, что гордится мной, но это был первый раз, когда я действительно ПОЧУВСТВОВАЛ, что заслуживаю этого.
Несколько часов спустя, когда все мы поговорили, и Керри рассказала своим родителям всю историю, они снова обняли нас с Николь, и со слезами поблагодарили нас за все, что мы сделали для их дочери. Керри забрала все свои вещи из отеля, … и в приватной обстановке попрощалась с Кэти в ее спальне, …затем еще раз недолго поговорила наедине с Николь в старой комнате Бена и Анджелы, прощаясь с ней. Наконец, она спросила, не выйду ли я с ней на задний двор, один. Я не ожидал этого.
Я кивнул и взял свое пальто, …и через несколько секунд мы стояли на улице, в темноте, слушая стрекот сверчков, …ожидая услышать друг от друга слова прощания.
- Твои родители кажутся вполне клевыми, - я начал первым, глядя в сторону от нее со строгим выражением лица, - Не позволяй себе на этот раз облажаться с ними. И не БЕГИ, когда станет трудно. Останься. Держись до конца. Заставь это работать. И, если не сможешь, позвони МНЕ. Не Курту. Обещай мне, Керри.
- Я обещаю, Дастин , - она произнесла мое настоящее имя очень тихо, чтобы я понял, что она говорит мне правду, - После всего, что ты рассказал, …всего, что ты видел, …я не думаю, что мне захочется уезжать из дома, пока мне не стукнет сорок лет!
Я хихикнул над этим, она улыбнулась мне и я ответил:
- Хорошо. Я рад, что мои ужасные истории сделали хоть какое-то доброе дело.
- Так и есть, - сказала она мягко, почти с грустью, когда взглянула на меня, - Я не знаю, как ты все мне это рассказал, …должно быть, это было очень трудно. Но ты спокойно рассказал это все. Ты очень храбрый, Дастин . Я хотела бы в один прекрасный день стать такой, как ты, …и, возможно, помочь кому-то вроде меня. Я хочу быть смелой и милой как ты, а не грубой и резкой.
- Ты можешь быть такой, какой захочешь, Керри, - я опустил взгляд прямо в ее глаза, - У тебя есть на это все возможности, а не у НИХ. Не забывай об этом. Я научился этому немного поздно. Но у тебя вся жизнь впереди, …и тебя ждет множество классных вещей. Работай усердно, …и ты получишь их все. Мечты не падают тебе на колени. Вставай и иди их искать. И когда ты их получишь, не отпускай. Цепляйся изо всех сил. Потому что это наш последний шанс. Мы ДОЛЖНЫ приложить все усилия для этого.
- Я знаю, - она улыбнулась мне с глазами, блестящими от слез, - Дерьмо… ну вот, я снова плачу…
- А почему плакать должен я один? – спросил я, чувствуя, как увлажняются мои собственные глаза.
Ее нижняя губа задрожала, когда она взглянула мне в глаза и, хныча, бросилась в мои объятья. Я обнял ее в ответ, проводя рукой вверх-вниз по ее длинным темным волосам. Я знаю, что это безумие, но у меня было такое ощущение, что я теряю дочь. Я лишь знал, что прямо сейчас что-то внутри меня болит.
- Я люблю тебя, Дастин , - прохныкала она своим негромким и нежным голосом мне в пиджак.
- Я тоже тебя люблю, Керри, - прошептал я, закрывая глаза, и ждал, когда она будет готова отпустить МЕНЯ. Мне не хотелось заставлять ее чувствовать себя нежеланной или отталкивать ее. Я надеялся, что она никогда больше за всю свою жизнь не почувствует такого.
- Большое тебе спасибо, - она плакала, шмыгая носом, - Спасибо тебе…
- Спасибо ТЕБЕ, - ответил я с глубоким чувством, - За то, что позволила тебе помочь…
В конце концов, она выпустила меня, медленно, …и взглянула на меня, вытирая свой правый глаз и пытаясь улыбнуться мне.
- У меня есть ваш адрес, - она многозначительно улыбнулась, - Я напишу вам, ребят, …и приеду навестить, возможно, летом, если вы не против.
- Это тоже твой дом, Керри, - сообщил я ей, - Возвращайся, когда захочешь. Когда закончится школа, …советую не забыть привезти с собой табель успеваемости с хорошими оценками.
Она хихикнула и кивнула:
- Привезу.
- И не приставай к мальчикам, - добавил я.
- Не буду.
- И сосредоточься на своих оценках, забудь про вечеринки и танцы, - добавил я то, что пришло мне на ум.
- Хорошо! – она рассмеялась, и ее смех усилился, - Хорошо! Блин! Не нуди!
- Хорошо, - согласился я со слабой усмешкой, зная, что это конец нашего разговора. Мне была ненавистна эта мысль. Я не мог смотреть, как она уходит.
Она пока не уходила, и мне показалось, что она застыла, глядя на машину, в которой ее семья ждала ее.
- Спасибо за направление, - сказала она, теперь глядя на меня с серьезным выражением лица, - Спасибо, что указал мне путь из ада, Дастин .
- На здоровье, - сказал я, кивая и указывая на ее семью со словами:
- Вот он, этот путь. Держись прямо. Не делай разворотов, …не поворачивай назад.
- Я поняла, - она посмотрела на меня, словно пытаясь запомнить мое лицо.
Я подождал минуту, а затем снова нарушил тишину.
- Заботься о себе, светлая принцесса, - сказал я, решив, что теперь буду звать ее по-новому.
- К черту ПРИНЦЕСС, - она нахмурилась, услышав это, - Я не принцесса, кому они, К ЧЕРТУ, нужны? Я с лошадьми, …женщина с конюшни. Стерва с конюшни.
Она произнесла это с такой гордостью, что заставила меня ощутить вину за все то время, что я называл себя «просто мальчиком с конюшни». Полагаю, теперь мы оба знали, что есть куча вещей и похуже.
- Это правда, - я ухмыльнулся, глядя на нее с одобрением.
- Еще разок обнимемся, - сказала она, раскинув руки для меня, и я с радостью склонился к ней для очередного объятья, слегка сжимая ее в своих руках и по-отечески целуя ее в голову.
- Веди себя хорошо, стерва, - сказал я, слыша, что мой голос сломался.
- Ты тоже, - сказала она, - Хотя трудно представить, что вы, ребят, станете гораздо лучше, чем вы есть сейчас. Вы же фрики, вы знаете это? Вы СЛИШКОМ хорошие!
- Мы – пришельцы, - признался я, и услышал ее смех, когда она снова выпустила меня.
- Я знала это, - пошутила она в ответ, пытаясь, как и я, удержать улыбку на губах.
Мне было противно это говорить, но я был должен, …пришло ее время лететь.
- Лучше тебе убраться отсюда, пока не прилетел корабль с нашей планеты и не утащил тебя, - сказал я, пытаясь говорить легко, в то время, как мое сердце отчаянно кровоточило.
- Да, - сказала она, глядя на своих родителей, которые вдалеке беседовали с Николь, …и затем она позволила единственной слезе скатиться по ее щеке, быстро вытерла ее, словно злясь на нее за то, что та вытекла.
- До встречи, Дастин , - сказала она, уже готовая развернуться, но затем она снова обернулась ко мне и пальцем поманила к себе.
Я наклонился, думая, что она хочет что-то прошептать мне на ухо, … но затем она взяла мое лицо в свои руки с большой любовью, и глаза ее были полны тяжелых слез, пока она долго рассматривала каждый дюйм моего лица, …а потом поцеловала меня в щеку.
Я закрыл глаза и ощутил влагу любви, …а затем открыл их и увидел, что она смотрит прямо на меня и шепчет: «До свидания».
- До свидания, - ответил я, и в моем голосе послышалась мешанина из эмоций, которые хлестали через край.
Мы шли обратно к машине, и она шла не впереди, а рядом со мной.
Мы подошли к ее семье и их машине, где они снова меня поблагодарили, сказав, что я спас жизнь их дочери и если мне что-либо понадобится, мне достаточно позвонить им и это будет у меня.
- Я получил все, что хотел, - сказал я им, - Я узнал Керри. Берегите ее.
Керри села в машину, шмыгая носом, когда услышала то, что я им сказал. Ее маленький брат сидел вместе с ней на заднем сидении, с нетерпением ожидая, когда они уедут от всех нас, незнакомцев, чтобы его сестра была только его.
Родители сели в машину, и отец завел двигатель.
- О, ПОДОЖДИТЕ! – сказал я, - Не уезжайте пока, …останьтесь на секунду! Я сейчас вернусь!
Я побежал в дом и вернулся так быстро, как смог, …вынося два огромных стакана с красным «Слэрпи» для Керри и ее брата.
- Вот, - я вручил Керри большие, покрытые инеем, стаканы, и она громко вскрикнула от радости.
- О, КЛЕВО! – она рассмеялась, говоря своему брату:
- Я ТАК подсела на эту штуку, подожди, вот попробуешь ее, и тоже ПОЛЮБИШЬ!
Позвольте сказать, что мы с Керри выпили немало «Слэрпи» вместе, пока она была здесь.
Ее маленький брат сделал глоток через трубочку, и его лицо растянулось в широкой улыбке, …он впервые пробовал его на вкус, …и я завидовал ему.
- ВКУСНО! – ребенок впервые улыбнулся мне настоящей, искренней улыбкой, …которая была для меня просто, блять, вишенкой на моем мороженом с фруктами.
- Еще раз спасибо, - их отец улыбнулся нам со своего места.
- Энтони любит «подсаживать» людей на эту фигню, - сострила Николь, и я обнял ее, наслаждаясь ощущением шелка ее волос.
Керри высунула руку из открытого окна и взяла меня за руку, слегка сжимая ее.
- Пока, Энтони, - сказала она снова, - И Мэри, …Кэти, …заботьтесь друг о друге, …и заботьтесь о Дэнсер. Я хочу знать, как у нее дела, напишете мне, …ладно? Все вместе?
- Напишем, - ответила Николь, другой рукой обнимая Кэти, которая просто наблюдала за происходящим, …слишком опечаленная, чтобы вообще что-либо сказать, …или, возможно, они все сказали друг другу, когда говорили в комнате у Кэти.
- Веди себя хорошо, - повторил я, когда машина медленно тронулась, …и я потерял контакт с ее рукой. Керри кивнула мне и сделала глубокий вдох, маша нам рукой, и не отворачивалась от нас, пока машина ехала по грязной дороге и пропала из виду меньше, чем за минуту.
Сердце Кэти было разбито, и она побежала в дом. Я хотел побежать за ней, но я не мог сдвинуться с места, на котором стоял, глядя в ту сторону, куда уехала машина. Возможно, было неправильным попытаться отговорить ее грустить. Это печально – говорить «прощай» тем, кого любишь. Мне была ненавистна эта мысль, но, возможно, я должен был позволить ей страдать, …не пытаясь облегчить ее боль, словно она была четырехлетним ребенком, …позволить ей справиться с этим самой, …мы все должны были страдать и вместе справиться с этим. Да, …это казалось правильным решением. Мы должны были сплотиться как семья, …и утешать друг друга. И это должно было объединить нас, а не отдалить друг от друга.
Николь обняла меня и поцеловала мое сердце через рубашку, в которую я был одет.
- Ты сделал это, Дастин , - сказала она, глядя на меня как на кого-то впечатляющего, - Ты спас ее. Она дома. И теперь, если ты не видишь все прекрасное, что я вижу, когда смотрю на тебя, значит, ты слеп. Я хочу услышать, как ты скажешь это. Я хочу услышать, что ты сейчас чувствуешь. Это говорят тебе доктор Николь, …и Николь, которая любит тебя.
- Я чувствую грусть, - признал я для начала, но затем копнул немного глубже, - Но… также я чувствую себя хорошо. Я помог ей. Я забрал ее из всего этого дерьма, которое было ее жизнью. Я все еще не знаю, как я сделал это, …или почему она так быстро послушалась меня и пошла со мной, …но я чувствую большое облегчение от того, что я не облажался, …я ПОМОГ ей!
- Классное чувство, да? – Николь разделяла СО МНОЙ мой триумф, …он был ее в такой же степени, как и мой. В первый раз за долго время она применила свои таланты к кому-то кроме меня, …и она дотянулась до Керри так же искусно, как дотянулась до МЕНЯ. И также сейчас у нее было реальное доказательство тому, что она – не просто какая-то студентка, на ощупь идущая по жизни, …она – доктор Николь, …и она просто гений. Мы оба чувствовали головокружение от того, что мы вместе сделали это, …как команда. Даже Кэти помогла Керри, своим невинным способом.
- Да, - я ЧУВСТВОВАЛ себя так, словно лечу, - Мы сделали это вместе, …ты, я… и Кэти. МЫ спасли ее,… и, что более важно, она помогла нам спасти ее, как сказал Питер. И теперь ТЫ знаешь, что рождена помогать людям, …а не только МНЕ, потому что ты влюбилась в меня.
- Я знаю, - теперь у Николь затуманились от слез глаза, - Недавно я сильно сомневалась в том, что я психолог, …я спрашивала у себя – смогу ли я когда-нибудь позаботиться о других людях, даже пациентах, так, как я заботилась, помогая ТЕБЕ. Я привыкла думать, что я никогда не смогу начать все сначала и быть врачом. Но теперь… я знаю, что я могу сделать это. Я знаю, что СДЕЛАЮ это. И похуй, даже если мне понадобится двести лет, чтобы закончить колледж и получить лицензию. Я БУДУ ПСИХОЛОГОМ!
Я наклонился и на этот раз взял ее лицо в свои руки.
- Малышка, …ты И ЕСТЬ психолог, - сообщила я затем, - Мне все равно, что фактически это не так. Ты еще даже не закончила колледж, а уже спасла две человеческие жизни! Ты создана для этого! Ты уже ВСЕ!
Я не уверен, кто кого поцеловал первым, но язык Николь был у меня во рту, и она схватила меня за волосы и с диким рвением набросилась на мои губы!
Я почувствовал, что Франкенчлен выпрыгнул как чертик из табакерки, готовый исполнить свой долг.
Затем, внезапно, она остановилась, и я почти услышал, как Франк громко захныкал.
- Сначала мы нужны Кэти, - сказала Николь, и в ее голосе совершенно не слышалось ни ревности, ни злости, - Затем, когда она уснет,…настанет время достать ангельские крылья!
- Ангельские крылья! – я почувствовал, как округлились мои глаза, когда она повела меня за руку в дом.
Я быстро последовал за ней. Я бы последовал за ней и в Канаду, если бы она захотела.
Она обернулась и с усмешкой сказала мне:
- Каждый раз, когда Николь звонит, ангел получает свои крылья! (здесь обыгрывается созвучие имени «Николь» и слова «bell» - колокольчик – прим.пер.)
Я громко рассмеялся.
- МНЕ НРАВИТСЯ ЭТО! Мы должны выбить эти слова на дощечке или еще где-нибудь!
Я вошел внутрь дома и закрыл за собой дверь, запирая ее на два оборота, чтобы никакие плохие люди не забрались в дом и не потревожили наших невинных сердец. Я еще раз взглянул в окно, зная, что машину я больше не увижу, но я по-прежнему мысленно молился, а затем прошептал это вслух, надеясь, что это ЗАСТАВИТ Бога услышать меня.
- Позаботься о ней, пожалуйста…, - сказал я с долей твердости в голосе, по-прежнему задаваясь вопросом – существует ли Бог, и добавил:
- И на этот раз не своди с нее глаз.
Я быстро задернул шторы и пошел к своей семье. В то время я не знал этого, но что-то во мне изменилось. Я понял, что Николь не просто поделилась со мной своим светом, …она дала мне мой собственный свет. И вот где он зародился, …и вот когда он впервые засиял, … и вот где все изменилось.





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.