Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Личностный характер власти




Все вышеизложенное свидетельствует против того, что на большей части бывшего Советского Союза сформировалась рациональная бюрократическая система власти. Социализм можно рассматривать как весьма специфический, антикапиталистический вариант вторичной модернизации (Афанасьев 1989а; Фурсов 1995). Однако эта модернизация осуществлялась в весьма специфических условиях. Она завершилась созданием в СССР, а затем и в других странах социалистического лагеря весьма специфической системы власти, в которой существовали как рациональные (разветвленный партийный и прочий аппарат), личностные (преобладание власти над законом), так и харизматические (создание "культов личностей") компоненты. В ходе распада социалистического общества на этнонациональные периферии традиционные связи вырвались из-под оболочки рационально-бюрократических отношений. Однако и в самой России по причине традиционного пренебрежения к институту права сформировалась устойчивая модель личностной системы власти. Одно из важнейших мест в совокупности подобных отношений занимают патрон-клиентные связи. Как достаточно убедительно продемонстрировал в ряде своих работ М.Н. Афанасьев (Афанасьев 1994; 1995; 1996; 1997; 1997а), они никогда окончательно не исчезают в процессе модернизации и могут существовать не только в посттрадиционных, но и в развитых современных и даже постсовременных обществах (самый яркий пример мафия). Патрон-клиентные отношения основываются на необходимости кооперации между лицами разного статуса в условиях определенной экономической, социальной или политической нестабильности. Лица с низким статусом могут обеспечиваться ресурсами, источниками существования, они также пользуются защитой со стороны своего патрона. За это они выполняют определенные обязанности или компенсируют его покровительство материальными подношениями или иными выплатами. Данные отношения устраивают обе стороны, и, что самое важное, в развитом индивидуализированном обществе они удовлетворяют потребность людей в доверии и взаимной поддержке. Для обществ, в которых традиционные ценности по-прежнему играют существенную роль, подобное обстоятельство имеет очень важное значение. Данные отношения имеют личностный и неформальный характер, основаны на неравенстве статуса, богатства и доступа к ресурсам патрона и его клиентов, представляют собой комбинацию эксплуатации и принуждения с добровольными подношениями и услугами, внешне облачены в форму связей взаимного обязательства, сотрудничества и взаимозаинтересованности (Афанасьев 1997).(176)Яркий пример формирования подобных отношений описан в знаменитом романе Марио Пьюзо "Крестный отец". Роман начинается с описания судебного заседания, на котором двое молодых людей, обвиненных в попытке изнасилования девушки, оправдываются. Отец девушки, похоронщик Америго Бонасера, обращается за помощью к криминальному авторитету дону Карлеоне. Сначала Карлсоне отказывается помочь похоронщику и упрекает его за излишнюю самостоятельность. Он напоминает ему, что пострадавшая девушка является крестницей жены дона, тем не менее похоронщик пренебрегал дружбой и покровительством дона. Это ставит Бонасера в положение просящего. Он готов на все ради отмщения. Через некоторое время Карлеоне смягчается и говорит, что если бы Бонесара не пренебрегал его дружбой, то молодчики вряд ли бы посмели посягнуть на его дочь. Похоронщику не остается ничего другого, как просить покровительства у авторитета. Тогда дон восклицает: "Хорошо. Пусть свершится правосудие. Быть может, настанет день - хотя и не говорю, что такой день непременно настанет, - когда я призову вас сослужить мне за это службу. А пока примите этот акт правосудия как дар от моей жены, крестной матери вашей дочки". Все, механизм включился. Отныне Америго Бонасера становится обязанным дону Карлеоне, пройдет некоторое время, и дон призовет его платить по счетам. Это только один из возможных способов формирования клиентных или, иначе, клиентарных отношений. Но везде сообразно механизмам функционирования престижной экономики любая услуга предполагает ответную услугу в будущем. Характер власти в посттрадиционных государствах не очень сильно отличается от системы традиционного господства. Влияние политического лидера в этих обществах во многом сохраняет патримониальные черты. Оно в большей степени основано на отношениях патронажной зависимости, а не на рациональной легитимности и законе. В специальной литературе неоднократно отмечалось, что личностный характер власти в посттрадиционных обществах составляет базис политических институтов, а отношения между покровителем и его клиентами определяют политическую жизнь на всех уровнях - от президентского дворца до самой захолустной деревни (Eisenstadt 1973; Bratton, Van de Walle 1994 и др.). В немалой степени это обусловлено традиционно важной ролью государства в экономическом секторе и, следовательно, большой ролью власти-собственности. По этой причине административные должности являются не столько средством повышения собственного статуса внутри бюрократической иерархии, сколько источником личных внебюджетных доходов (выдача лицензий, оплата за лоббирование чьих-то интересов, взятки и проч.). В посттрадиционных восточных обществах патрон-клиентные отношения выполняют важную стабилизирующую роль. Еще со времен Монтескье стало принятым характеризовать восточные общества, в (177)отличие от Европы, исключительно как деспотические. Такая точка зрения не лишена определенных оснований. Действительно, немалое количество древних, средневековых и современных обществ Азии, Африки и Америки можно классифицировать как режимы с авторитарно-традиционной системой властвования. Однако деспотизм высшей власти на Востоке сильно преувеличен. Стремление к неконтролируемому господству здесь всегда гасилось, с одной стороны, существованием на низовом уровне общинных, племенных, профессиональных и иных организаций, несколько смягчавших пресс власти на отдельного человека. С другой стороны, для традиционной (в том числе и восточной) культуры характерно патерналистское восприятие государства подданными. По этой причине массы никогда не стремились изменить существующий порядок, а лишь требовали от верхов соблюдения справедливости. Наконец, на Востоке всегда существовали разнообразные категории лиц (вожди, землевладельцы, патроны, богатые крестьяне, "большие люди" и т. д.), группы и ассоциации (бюрократический аппарат, касты, кланы и проч.), которые претендовали на определенный процент власти, гарантии сохранения собственного статуса и имущества и в силу этого могли быть как проводниками тех или иных намерений высшей власти, так и стать тормозом на пути тех или иных изменений. Один из исследователей индийского общества отмечает, что именно невозможность осуществления эволюционных институционных преобразований в Индии подтолкнула Индиру Ганди к отчаянным попыткам решить эту проблему с помощью жестких, непопулярных методов. Наследственные кастовые группы, каждая из которых ритуально занимала выше- или нижестоящее положение по отношению к другим (а все вместе они руководствовались в своих взаимоотношениях нормами несимметричных прав и обязанностей), составляли блоки социальной организации в сотнях тысяч индийских деревень (Хорос 1996: 266). В современной России клиентные отношения хотя и имеют определенное распространение (отчасти в бизнесе и политике, больше в криминальном мире, особенно сильно среди среднеазиатских и кавказских национальностей), однако не играют такой роли, как на посттрадиционном Востоке. Гораздо более развиты личностные отношения. В административно-управленческой системе в Российской Федерации они наиболее ярко проявляются в личностном характере президентской власти. Президент является надпартийной фигурой, не связанной ни с одним политическим объединением. Согласно Конституции он имеет право, ни с кем не советуясь, распускать законодательную власть, менять председателей правительства и ключевых министров. Особенно наглядно это проявилось в последние годы правления Б.Н. Ельцина, когда он, руководствуясь исключительно личностными(178)пристрастиями, поменял за год нескольких премьер-министров. Правительство представляет собой неполитический орган, занимающийся только экономическими и социальными вопросами. Руководители силовых структур (Минобороны, ФСБ, МВД, ФАПСИ, пограничная служба и др.) подчиняются непосредственно президенту. Все наиболее ключевые решения вырабатываются в Администрации Президента - органе, сопоставимом по своим функциям и статусу с прежним ЦК. В каждом субъекте Российской Федерации имеются "глаза и уши" президента - его представители на местах. Помимо них в ближайшее время появятся региональные представители со своим многочисленным аппаратом, которые по замыслу создателей этого нового бюрократического органа дополнительно должны усилить вертикаль исполнительной власти. Однако личностный характер власти российских президентов - это только вершина невидимого айсберга. Подобные отношения глубоко пронизывают всю пирамиду власти в России. Как пишет один из наиболее компетентных в этом вопросе специалистов: Важнейшей составляющей сегодняшнего административного процесса в России являются клиентарные связи (отношения личной преданности и покровительства), которые 1) пронизывают практически весь аппарат, 2) оказывают решающее влияние на карьеру чиновника, 3) определяют пути разрешения конфликтов, 4) воспринимаются большинством управленцев как нормальные, естественные условия аппаратной деятельности (Афанасьев 1997: 233). Социологический опрос более 100 чиновников федеральных и региональных структур власти, проведенный в 1995 г. в Российской академии государственной службы, показал, что сами представители управленческой элиты признают значительное распространение в своей среде личностных отношений.

  семейно-родственные связи земляческие связи связи однокашников личная преданность
не распространены 30% 15% 15% 5%
имеют место 55% 60% 60% 35%
сильно распространены 15% 25% 25% 60%

Данная таблица[30] очень показательна. Она демонстрирует, насколько глубоко порочна современная российская управленческая элита. Лишь треть (!) респондентов отмечает, что семейно-родственные связи не распространены среди чиновничества. Доля же других форм личностных (179)отношений (землячество, возрастные связи, патронаж и проч.) гораздо больше. В то же самое время наиболее преобладающими являются личная преданность и покровительство. Только 5% опрошенных считают, что подобные отношения не распространены в среде управленцев. Наконец, еще один интересный момент. Согласно мнению респондентов, степень распространения семейно-родственных связей в России и землячеств уступает персоналистским личностным отношениям. Это указывает на важные структурные отличия сформировавшейся системы власти в России от систем власти других (в первую очередь среднеазиатских) стран СНГ. Согласно данным того же опроса, главным фактором чиновничьей карьеры в России являются личные преданность и покровительство (такое мнение разделяют в той или иной степени 96% респондентов). Опыт наблюдения за биографиями некоторых политиков показывает, что если современный российский чиновник не соблюдает личностную модель поведения и пытается сообразовать свою деятельность в рамках рационального типа управления, то это, скорее всего, означает, что его пребывание в кабинетах власти будет недолгим. Такие факторы, как влияние семейно-родственных, земляческих связей, также присутствуют, но роль их на порядок ниже, хотя примерно сопоставима с таким немаловажным критерием чиновника любого уровня, как исполнительность. Определенную роль в служебном росте играют поддержка какой-либо экономической структуры, этнонациональная принадлежность и идеологические убеждения. Показательно, что, по мнению опрошенных, образование и служебная квалификация не влияют на карьеру российского управленца конца XX в. (Афанасьев 1997: 168- 169, 176, 227-229). В постсоветское время резко возросла численность чиновников всех уровней и мастей. Одних только генералов в современной Российской Армии в несколько раз больше, чем их было в Советской Армии в годы Великой Отечественной войны. Согласно подсчетам М. Восленского (Вселенский 1991: 150-153), в СССР к началу перестройки в номенклатуру входили примерно три миллиона человек (с учетом членов семей). Численность чиновников и их ближайших родственников составляла около одного миллиона человек (0,5% от общей численности населения). На рубеже XX и XXI столетий, по расчетам специалистов, количество российских чиновников увеличилось в несколько раз. Максимально их численность с их домочадцами оценивается в 7,2 (1,8 × 4) миллиона человек. Это составляет почти 5% от населения Российской Федерации. Новые замыслы по усилению вертикали власти в стране должны привести к еще одному качественному скачку в числе чиновников. И все это происходит на фоне затянувшегося экономического и политического кризиса, сокращения почти на четверть площади страны и уменьшения численности населения едва ли не вдвое. Каждый российский среднестатистический чиновник высшего управленческого (180) звена обходится казне приблизительно в 30 тысяч долларов в год (для сравнения годовая зарплата профессора не достигает и тысячи долларов). По оценкам различных аналитиков, примерно до трети бюджета страны уходит на содержание бюрократии. Как тут не вспомнить пессимистическое предостережение П. Сорокина, согласно которому перепроизводство элиты губительно для общества. Оно приводит к значительному увеличению эксплуатации масс и росту конкуренции и конфликтов внутри правящих групп, что неизбежно ведет к политической нестабильности, беспорядкам и революциям (Сорокин 1992: 416-419). Показательно, что в новой, "демократической" России большинство реальных рычагов власти по-прежнему контролируются выходцами из советской элиты. Существенно обновились только депутатский корпус и бизнес-элита, где немногим менее половины лиц не связаны в прошлом с коммунистической номенклатурой. В правительстве и иных высших органах власти около 75% лиц связано с партноменклатурным прошлым. В региональных элитах доля новичков и того меньше - 17%. Анализ возрастного состава советской и российской элиты последних нескольких десятилетий позволяет охарактеризовать изменения в составе управленческой элиты как "революцию заместителей", когда ключевые должности оказались в руках более молодого поколения выходцев из советской номенклатуры (Афанасьев 1997: 245-247).

Атрибутика власти

В третьей главе уже подчеркивалось, что власть стремится отгородить себя от простых масс специальными символами, которые подчеркивали бы ее статус и дистанцию от остального мира. В советское время была разработана целая система благ и символов, обладание которыми указывало на ранг того или иного чиновника в номенклатурной иерархии. Знаками причастности к власти стали спецраспределители, спецбольницы и санатории, персональные автомобили, номенклатурные столовые и буфеты, "комнаты депутатов" на вокзалах, спецаэропорт в Москве "Внуково-2", правительственная связь, знаменитые госдачи. На всю страну известны места проживания советской и нынешней российской административно-политической элиты, начиная от Ленинских Горок и заканчивая резиденцией первого президента России Барвихой - Ильинское, Николина Гора, Рублевка, Успенское и проч. Подробно обо всем этом рассказывается в пятой главе книги М. Вселенского "Номенклатура" (1991). Так, дача одного из генералов, занимавшего должность главного инспектора Министерства обороны СССР, составляла 341 кв. м, участок, включая пруд, - 2 га. У маршалов особняки были покрупнее - свыше 1 тыс. кв. м, а участки с садом (181) и хозяйственными постройками занимали до 5 га. Приусадебный участок министра обороны СССР маршала Язова, одного из гекачепистов, составлял более 16 га. С. Алилуева описывает в своих воспоминаниях образ жизни тогдашних вождей: Ворошилов любил шик. Его дача под Москвой была едва ли не одной из самых роскошных и обширных... Дома и дачи Ворошилова, Микояна, Молотова были полны ковров, золотого и серебряного кавказского оружия, дорогого фарфора... Вазы из яшмы, резьба по слоновой кости, индийские шелка, персидские ковры, кустарные изделия из Югославии, Чехословакии, Болгарии - что только не украшало собой жилища "ветеранов революции"... Ожил средневековый обычай вассальной дани сеньору. Ворошилову как старому кавалеристу дарили лошадей: он не прекращал верховых прогулок у себя на даче, как и Микоян. Их дачи превратились в богатые поместья с садом, теплицами, конюшнями; конечно, содержали и обрабатывали все это за государственный счет (Вселенский 1991: 306, 344-345). Однако в сравнении с современными особняками и виллами из камня и бетона деревянные домики советской партноменклатуры кажутся верхом скромности. Но есть одно существенное отличие. Если право пользования дачей партаппаратчика было следствием его причастности к власти, то ньшешние "слуги народа" стремятся всеми правдами-неправдами превратить свою "власть" в приватизированную "собственность". По оценкам еженедельного выпуска "Московского комсомольца" (16 декабря 1999 г.), государственные дачи стоимостью до ста тысяч долларов и более продавались в среднем всего за 3-5 тысяч условных единиц. На такие деньги в Москве или Санкт-Петербурге трудно приобрести даже гостинку. Несомненно, квартиры для современных российских чиновников гораздо дороже. Согласно данным той же публикации, они приобретаются за сумму, эквивалентную 300-500 тысячам долларов и, как правило, остаются за их обитателями. Без преувеличения можно сказать, что отличительным цветом власти в советский период нашей истории являлся черный. Не случайно в брежневское время был распространен циничный анекдот, согласно которому черные люди одевались в черные костюмы, ездили на черных автомобилях, ели черную икру. Чиновники среднего ранга ездили на персональных черных "Волгах". Аппаратчикам высшего ранга полагались правительственные "Чайки". Самые высшие чины партийной иерархии пользовались "ЗИЛами". Современная элита предпочитает ездить на дорогих престижных иномарках. Своеобразной визитной карточкой является номер владельца автомобиля. В советское время наиболее существенным критерием было количество нулей (буквы на номере меньше бросались в глаза). Сейчас число машин резко возросло, и это привело к некоторым изменениям (182)в шкале оценок. Статус хозяина авто можно почти безошибочно определить по серии и числу нулей. В Москве, например, таких серий больше десяти. Самыми вожделенными из них являются номера серии А001-АА999 (лица, охраняемые Федеральной службой охраны) и серии В001-В999АА (Администрация Президента). Близость к "номеру один" (001) отражает внутриранговый статус владельца автомашины. В провинции нередко местная властвующая элита отделяет себя от всех остальных серией "Ольга" (О001-О999ОО). Те, кто не допущен к власти, но имеет деньги и/или связи, также стремятся выделить себя. Это можно сделать, купив номер с запоминающейся комбинацией цифр или номер какой-нибудь резервной серии. В Москве, например, таковыми сериями являются уже упомянутая "Ольга" или серия К001-К001РР. Среди криминальных авторитетов нередко популярны номера с точными цифрами (100, 200 и т. д.) либо номера с набором одинаковых цифр (111, 222, особенно 777). Предметом особой гордости номенклатурщика являлся телефон спецсвязи - так называемая "вертушка". Она была придумана еще Лениным, который во избежание подслушивания приказал создать отдельную телефонную станцию для руководящих работников. Поскольку данная АТС была оборудована новыми для того времени телефонными аппаратами с дисками, она и получила неофициальное название "вертушка". Впоследствии стремление иметь особый, отличный от обычного, канал связи распространилось на всю страну. В каждом краевом и областном центре имеются свои спецАТС. В последние несколько десятилетий к обычной "вертушке" добавились сначала специальные радиотелефоны в правительственных автомобилях, позднее сотовая телефонная связь. Все номера московских "вертушек" четырехзначные. Каждый обладатель "вертушки" ежегодно получал небольшой справочник красного цвета с указателем абонентов. В нем в алфавитном порядке перечислялись фамилии, имена и отчества обладателей телефонов. Однако должности, ведомства и адреса там не указывались. Согласно неписаным нормам поведения абоненты правительственной связи между собой переговариваются только по "вертушке". Звонить по чужой "вертушке", особенно если у звонящего не было своего спецномера, считалось плохим тоном. Согласно этому же правилу на телефонный звонок должен был отвечать только сам абонент, называя свою фамилию. В очень редких случаях отвечать мог референт, при этом он должен был говорить: "Аппарат товарища такого-то" (Вселенский 1991: 309-314). Согласно неписаным нормам поведения абоненты "вертушки" должны были переговариваться между собой только по правительственной связи. Это неосознанное стремление дистанцироваться от масс, для которых подобный способ связи недоступен. Дистанция в этом случае подчеркивает различие. Как подчеркивает разницу между лидером и подданными масса сопровождающих его лиц - эскорт из мотоциклистов (183) и черных машин с мигалками, многочисленные телохранители, помощники, секретари. Во все времена подобное зрелище выглядело весьма впечатляюще для рядового обывателя и было предназначено для того, чтобы продемонстрировать отличие между носителем власти, его окружением и всеми остальными. В постсоветскую эпоху еще одним ключевым символом причастности к власти стала мигалка. Обладание ею стало предметом вожделения многих чиновников самых различных ведомств и иных важных персон. Если в брежневскую эпоху чуть более ста машин было оснащено спецсигналами, то к концу первого посткоммунистического десятилетия в столице России насчитывалось более трех тысяч машин, оснащенных подобными приспособлениями.

Выводы

Все вышеизложенное свидетельствует о том, что развитая демократическая политическая система как в современной России, так и на большей части бывшей территории СССР не сложилась, такие ее ключевые компоненты, как эмансипация индивидуализированного политического индивида, складывание устойчивой многопартийной системы, развитие независимых средств массовой информации и проч., не развиты. Власть, как правило, очень подозрительно относится к независимым СМИ, предпочитает действовать в атмосфере закрытости. Она оказывает различными методами давление на прессу, стремится добиться государственной монополии на теле- и радиовещание, пытается контролировать даже Интернет. Имеется большое количество мелких партий и объединений, создаваемых под решение какой-либо ситуационной задачи. Подавляющее большинство уже существующих партий (едва ли не все, кроме Коммунистической) созданы как инструмент персоналистского влияния того или иного лидера, в многонациональных регионах партии и движения создаются по этническому признаку. Нередко именно этим все отличия между партиями заканчиваются (даже названия и программы могут быть очень похожими). В политике и структурах власти преобладают патрон-клиентные отношения. Большинство политических сил не хотят соблюдать принятые на Западе демократические "правила игры". Избранные президенты (впрочем, не только они, но и руководители всех рангов), как и подчиненные им чиновники, стремятся избавиться от каких-либо ограничений личной власти, жестко расправляются с легальной оппозицией. Впрочем, последняя, приходя к власти, действует точно так же. Слишком уж многое в политической культуре стран СНГ принадлежит прошлому, относится к традиционной системе власти и господства. Способны ли мы преодолеть этот разрыв с настоящим и проложить курс в будущее? На этот вопрос политическая антропология не может дать однозначного ответа. Впрочем, готового ответа на подобный вопрос (184) нет ни у одной из социальных наук. Однако политическая антропология может несколько облегчить наше понимание происходящего, что само по себе уже немало. Знание причин социальных недугов далеко не всегда служит лекарством для исцеления общественного организма, но, по крайней мере, может дать надежду на преодоление недуга в будущем.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

Абашин 1999 - Абашин С.Н. Вопреки "здравому смыслу"? (К вопросу о "рациональности/иррациональности" ритуальных расходов в Средней Азии) // Вестник Евразии. 1999. № 1-2. С. 92-112.

Абеле 1998 - Абеле М. Политическая антропология: новые задачи, новые цели // Международный журнал социальных наук. 1998. Т. VI. № 20. С. 27-44.

Абрамян 1993- Абрамян Л.А. Тайная полиция как тайное общество: страх и вера в СССР // Советская этнография. 1993. № 5. С. 35-42.

Аверкиева 1974 - Аверкиева Ю.П. Индейцы Северной Америки. М.: Наука, 1974.

Агларов 1988 - Агларов М.А. Сельская община в Нагорном Дагестане в XVII - начале XIX в. М.: Наука, 1988.

Азаров 1985 - Азаров А.И. Традиционные мужские союзы Меланезии: Конец XIX - начало XX в. Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Л., 1985.

Алаев 1982 - Алаев Л.Б. Опыт типологии средневековых обществ Азии: Типы общественных отношений на Востоке в средние века / Отв. ред. Л.Б. Алаев. М., 1982. С. 6-59.

Алаев, Коротаев 1996 - Алаев Л.Б., Коротаев А.В. Историко-социологическая анкета. М.,1996.

Алексеев, Першиц 1990 - Алексеев В.П., Першиц А.И. История первобытного общества. М.: Высшая школа, 1990.

Амброзино 1995 - Амброзино Дж.Н. Внешние контакты между обществами и возникновение государства: Альтернативные пути к ранней государственности / Отв. ред. Н.Н. Крадин, В.А. Лынша. Владивосток, 1995. С. 69-76.

Аренов, Калмыков 1998- Аренов М.М., Калмыков С. К. Этносоциальная действительность Казахстана // Социологические исследования. 1998. № 3. С. 45-58.

Артемова 1987 -Артемова О.Ю. Личность и социальные нормы в раннепервобытной общине. М.: Наука, 1987.

Артемова 1991 - Артемова О.Ю.Первобытные эгалитарные и неэгалитарные общества. Архаическое общество: Узловые проблемы социологии развития/Отв. ред. А.В. Коротаев и В.В. Чубаров. М., 1991. Вып.1. С. 44-91.

Артемова 1993 - Артемова О.Ю. Первобытный эгалитаризм и ранние формы социальной дифференциации: Ранние формы социальной стратификации / Отв. ред. В.А. Попов. М., 1993. С. 40-70.

Афанасьев 1989 - Афанасьев М.Н. Бюрократия как социально-политический феномен//Вестник АН СССР. 1989. № 7. С. 62-70.

Афанасьев 1989а - Афанасьев М.Н. Генезис и социальная сущность бюрократии в СССР: Автореф. дис. ... канд. филос. наук. М., 1989.

Афанасьев 1994 - Афанасьев М.Н. Клиентелла в России вчера и сегодня // Политические исследования. 1994. № 1. С. 121-126.

Афанасьев 1995 - Афанасьев М.Н. Государев двор или гражданская служба? (Российское чиновничество на распутье) // Политические исследования. 1995. № 6. С. 67-95.

Афанасьев 1996/1997 - Афанасьев М.Н. Клиентизм: историкосоциологический очерк//Полис. 1996/1997. № 6. С. 97-108; № 7. С. 157-166.

Афанасьев 1997 - Афанасьев М.Н. Клиентелизм и российская государственность. М.: Московский общественный научный фонд, 1997.

Афанасьев 1997а - Афанасьев М.Н. Клиентарные отношения в динамике российской государственности: Автореф. дис. ... д-ра соц. наук. М., 1997.

Балезин 1986 - Балезин А.С. Африканские правители и вожди в Уганде (эволюция традиционных властей в условиях колониализма. 1862-1962). М.: Наука, 1986.

Балезин 1987 - Балезин А. С. Традиционные власти и колониальные вожди в Восточной Африке // Советская этнография. 1987. № 3. С. 35-43.

Бабич 1999 - Бабич И. А. Эволюция правовой культуры адыгов. М., 1999.

Белков 1991 - Белков П.Л. Племя и вождество: к определению понятий: Племя и государство в Африке. М., 1991. С. 36-50.

Белков 1993 - Белков П.Л. Проблема генезиса государства: перерастает ли вождество в государство? Цивилизации Тропической Африки: общества, культуры, языки /Отв. ред. И.В. Следзевский. М., 1993. С. 29-40.

Белков 1995 - Белков П.Л. Раннее государство, предгосударство, протогосударство: игра в термины? Ранние формы политической организации: от первобытности к государственности / Отв. ред. В.А. Попов. М., 1995. С. 165-187.

Березкин 1991 - Березкин Ю.Е. Инки. Исторический опыт империи. Л.: Наука, 1991.

Березкин 1994 - Березкин Ю.Е. Апатани и древнейший Восток: альтернативная модель сложного общества // Кунсткамера. Этнографические тетради. 1994. № 4. С. 5-19.

Березкин 1995 - Березкин Ю.Е. Вождества и акефальные сложные общества: данные археологии и этнографические параллели. Ранние формы политической организации: от первобытности к государственности / Отв. ред. В.А. Попов. М., 1995. С. 165-187.

Березкин 1995а - Березкин Ю.Е. Модели среднемасштабного общества: Америка и древнейший Ближний Восток. Альтернативные пути к ранней государственности / Отв. ред. Н.Н. Крадин, В.А. Льшша. Владивосток, 1995. С. 94-104.

Березкин 1997 - Березкин Ю.Е. Америка и Ближний Восток: формы социополитической организации в догосударственную эпоху // Вестник древней истории. 1997. № 2. С. 3-24.

Блок 1998 - Блок М. Короли-чудотворцы: Очерк представлений о сверхъестественном характере королевской власти, распространенных преимущественно во Франции и в Англии. М.: Языки русской культуры, 1998.

Болл 1993 - Болл Т. Власть // Политические исследования. 1993. № 5. С. 36-42. Большаков, Кычанов 1986 - Рабство в странах Востока в средние века / Отв. ред. О.Г. Большаков, Е.И. Кычанов М.: Наука, 1986.

Бондаренко 1991 - Бондаренко Д.М. Возникновение классов и государства и некоторые особенности их функционирования в докапиталистических обществах: Концепция общественного прогресса. Точка зрения африканистов / Отв. ред. И.В. Следзевский. М., 1991. С. 141-165.

Бондаренко 1993 - Бондаренко Д.М. Становление государственного общества: Первый вызов вечной проблеме в постсоветской этнологии // Восток. 1993. № 5. С. 185-197.

Бондаренко 1995 - Бондаренко Д.М. Бенин накануне первых контактов с европейцами: Человек. Общество. Власть. М., 1995.

Бондаренко 1998 - Бондаренко Д.М. Многолинейность социальной эволюции и альтернативы государству: Рассуждения в связи с монографиями А.В. Коротаева//Восток. 1998. № 1. С. 195-202.

Бондаренко, Коротаев 1999 - Бондаренко Д.М., Коротаев А.В. Политогенез, "гомологические ряды" и нелинейные модели социальной эволюции: (К кросскультурному тестированию некоторых политантропологических гипотез) // Общественные науки и современность. 1999. № 5. С. 128-138.

Бочаров 1992 - Бочаров В.В. Власть. Традиции. Управление (попытка этноисторического анализа политических культур современных государств Тропической Африки). М.: Наука, 1992.

Бочаров 1995 - Этнические аспекты власти / Отв. ред. В.В. Бочаров. СПб., 1995.

Бочаров 1998 - Бочаров В.В. Политическая антропология и общественная практика // Журнал социологии и социальной антропологии. 1998. № 2. С. 134-148.

Бочаров 2000 - Бочаров В.В. Антропология возраста. СПб.: Издательство СПб ГУ, 2000.

Бромлей 1982 - Этнос в доклассовом и раннеклассовом обществе / Отв. ред. Ю.В. Бромлей. М.: Наука, 1982.

Бутинов 1995 - Бутинов Н.А. Папуа-Новая Гвинея: властные структуры. Этнические аспекты власти/Отв. ред. В.В. Бочаров. СПб., 1995. С. 51-78.

Бутовская 1994 - Бутовская М.Л. Универсальные принципы организации социальных систем у приматов, включая человека: Автореф. дис. ... д-ра ист. наук. М., 1994.

Бутовская 1998 - Бутовская М.Л. Эволюция человека и его социальной структуры//Природа. 1998. № 9. С. 87-99.

Бутовская 1999 - Бутовская М.Л. Современная этология и мифы о нарушенном балансе агрессии - торможения у человека // Общественные науки и современность. 1999. № 4. С. 128-134.

Бутовская 1999а - Этология человека на пороге XXI века: новые данные и старые проблемы / Отв. ред. М.Л. Бутовская. М., 1999.

Бутовская, Файнберг 1993 - Бутовская М.Л., Файнберг Л.А. У истоков человеческого общества. (Поведенческие аспекты эволюции человека.) М.: Наука, 1993.

Бэрон, Ричардсон 1998 - Бэрон Р., Ричардсон Д. Агрессия: Пер. с англ. СПб.: Питер, 1998.

Васильев 1980 - Васильев Л.С. Становление политической администрации (от локальной группы охотников-собирателей к протогосударству-чифдом) // Народы Азии и Африки. 1980. № 1. С. 177-86.

Васильев 1981 - Васильев Л.С. Протогосударсгво-чифдом как политическая структура//Народы Азии и Африки. 1981. № 6. С. 157-175.

Васильев 1982 - Васильев Л. С. Феномен власти-собственности: Типы общественных отношений на Востоке в средние века/ Отв. ред. Л.Б. Алаев. М., 1982. С. 60- 99.

Васильев 1983 - Васильев Л.С. Проблемы генезиса китайского государства. М.: Наука, 1983.

Васильев 1989 - Васильев Л.С. Изучение Востока и проблемы перестройки // Народы Азии и Африки. 1989. № 3. С. 49-66.

Васильев 1993 - Васильев Л.С. История Востока: В 2-х т. М.: Высшая школа, 1993.

Васильев 1998а - Частная собственность на Востоке/Отв. ред. Л.С. Васильев. М., 1998.

Васильев 1998б - Постсоветская Центральная Азия: Потери и обретения / Отв. ред. А.М. Васильев. М.: Восточная литература, 1998

Вебер 1994 - Beбep М. Избранное: Образ общества. М.: Юрист, 1994.

Венгеров, Куббель, Першиц 1984 - Венгеров А.Б., Куббель Л.Е., Першиц А.И. Этнография и науки о государстве и праве // Вестник АН СССР. 1984. № 10. С. 88- 101.

Вольтман 2000 - Волътман Л. Политическая антропология. 2-е изд. М.: Белые альвы, 2000.

Вселенский 1991 - Вселенский М.С. Номенклатура. М.: Советская Россия, 1991.

Галиев и др. 1994 - Галиев А.Б. и др. Межнациональные отношения в Казахстане: этнический аспект кадровой политики. Алматы, 1994.

Галлямов 1999 - Галлямов P.P. Политические элиты российских республик: особенности трансформации в постсоветский период. Трансформация российских региональных элит в сравнительной перспективе / Отв. ред. А. Мельвиль. М., 1999. С. 163-174.

Геллнер 1991 - Геллнер Э. Нации и национализм. М.: Прогресс, 1991.

Гейли 1990 - Гейли К. Диалектика пола в процессе формирования государства // Советская этнография. 1990. № 5. С. 84-97.

Генинг 1984 - Фридрих Энгельс и проблемы истории древних обществ / Отв. ред. В.Ф. Генинг. Киев: Наукова думка, 1984.

Глинкина - Глинкина С.П. Коррупция в России: причины, масштабы, качественные изменения//Восток. № 1. С. 75-83.

Глухов 1926 - Глухов И. От патриархальщины к социализму. Астрахань, 1926.

Гоголданова, Гузенкова 1993 - Гоголданова З.Э.-Г., Гузенкова Т.С. Субэтнические группы: представления и реальности. Калмыки: перепутье 1980-х. Проблемы этнокультурного развития / Отв. ред. Т.С. Гузенкова. М., 1993. С. 160-184.

Годинер 1991 - Годинер Э.С. Политическая антропология о происхождении государства. Этнологическая наука за рубежом: проблемы, поиски, решения / Отв. ред. С.Я. Козлов, П.И. Пучков. М., 1991. С. 51-78.

Гуляев 1979 - Гуляев В.И. Города-государства майя: (Структура и функции города в раннеклассовом обществе). М.: Наука, 1979.

Гумилев 1989 - Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера земли. Л.: Изд-во ЛГУ, 1989.

Гуревич 1970 - Гуревич А.Я. Проблемы генезиса феодализма в Западной Европе. М.: Высшая школа, 1970.

Гуревич 1972 - Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. М.: Искусство, 1972 (2-е изд. М.: Искусство, 1983).

Гуревич 1993 - Гуревич А.Я. Исторический синтез и Школа "Анналов". М.: Индрик, 1993.

Данилова 1968 - Проблемы истории докапиталистических обществ / Отв. ред. Л.В. Данилова. М.: Наука, 1968.

Джонсон 1986 - Джонсон Г. Соотношение между размерами общества и системой принятия решений в нем: (Приложение к этнологии и археологии) // Древние цивилизации Востока. Ташкент, 1986. С. 92-103.

Диас 1998- Диас В. Страдание, богооправдание, дисциплинарная практика, присвоение // Международный журнал социальных наук. 1998. Т. VI. № 21. С. 137- 148.

Дольник 1994 - Дольник В. Homo Militaris//Знание - сила. 1994. № 1. С. 127-138, № 3. С. 98-109.

Дольник 1994а - Дольник В. Естественная история власти // Знание - сила. 1994. № 10. С. 12-21, № И. С. 36-45.





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.