Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Альтруизм, самопожертвование, самоотверженность




Я утверждаю, что альтруизм также плох, как и эгоизм. Слово «альтруизм» происходит от латинского слова «alter» — другой. В мягком варианте альтруизм означает большую заботу о других, чем о себе. В жестком варианте он может означать заботу о других в ущерб себе, вплоть до самоуничтожения. В этом жестком варианте он именуется по-русски самоотверженностью, самопожертвованием, самоотречением.

И в мягком, и в жестком варианте альтруизм как норма поведения несостоятелен и губителен — как для самого альтруиста, так и для других.

Умные люди давно уже подметили губительность альтруизма для тех, на кого он направлен. Оскар Уайльд в «Идеальном муже» устами героя пьесы говорит: «Самопожертвование следовало бы запретить законом, так как оно развращает тех, кому приносится жертва». О том же писал наш А. С. Макаренко в «Книге для родителей». Он рассказал о конкретном случае материнского самопожертвования и отрицательных последствиях этого самопожертвования. А.С. Макаренко наглядно показал, что альтруизм одних почти неизбежно приводит к эгоизму других.

Мало того, альтруизм может иметь разрушительные, катастрофические последствия для тех, на кого он направлен. Чрезмерная забота о других обычно приводит к тому, что эти другие почти буквально перестают заботиться о себе, становятся иждивенцами, паразитами, духовными и даже физическими инвалидами.

Если же говорить об идеологии самопожертвования, о жертвенности, то здесь могут быть и другие губительные последствия. Всякая жертвенность ведет обычно к тому, что жертвуют не только собой, но и другими. Если человеку не дороги собственные жизнь и счастье, то как могут быть ему дороги жизнь и счастье других?!

Выше было сказано, что альтруизм губителен как норма поведения. В принципе, эта оговорка насчет «нормы поведения» не нужна. Альтруизм по определению утверждает самопожертвование-самоотверженность как норму поведения. Иначе он не был бы «измом».

 

—————

К сожалению, для некоторой части людей альтруизм, самопожертвование стали сознательно принятыми установками и принципами поведения. Этому, в частности, способствовала христианская религия. Главное действующее лицо религии, отправленный на Голгофу Иисус Христос воспевается в ней как человек, пожертвовавший собой ради других.

В полном соответствии с этой установкой христианства Ф. М. Достоевский писал: "Разве в безличности спасение? Напротив, напротив, говорю я, не только не надо быть безличностью, но именно надо стать личностью, даже в гораздо высочайшей степени, чем та, которая определилась на Западе. Поймите меня: самовольное, совершенно сознательное и никем не принужденное самопожертвование всего себя в пользу всех есть, по-моему, признак высочайшего развития личности, высочайшего ее могущества, высочайшего самообладания, высочайшей свободы собственной воли. Добровольно положить собственный живот за всех, пойти за всех на крест, на костер, можно только сделать при самом сильном развитии личности. Сильно развитая личность, вполне уверенная в своем праве быть личностью, уже не имеющая за себя никакого страха, ничего и не может сделать другого из своей личности, то есть никакого более употребления, как отдать ее всю всем, чтоб и другие были точно такими же самоправными и счастливыми личностями" (цит. по: А. Гулыга. Кант, с. 288-289. А. Гулыга приписывает и Канту такой взгляд: "Взгляды Канта нам известны: свобода есть следование долгу, а формула долга — счастье других." Там же, с. 288).

Ф. М. Достоевский критиковал социалистов, революционеров, нечаевщину, написал роман "Бесы", в котором осудил их поведение. И что же? Во многом он говорил то же. И он и они — коллективисты. Для него и для них личность только тогда личность, когда она жертвует собой ради других.

Такой же упрек можно сделать В. С. Соловьеву. Он писал, например: «Личное самоотвержение, победа над эгоизмом не есть уничтожение самого ego, самой личности, а напротив, есть возведение этого ego на высшую ступень бытия»[98].

Героизм

Отвергая альтруизм как повседневное, обычное, нормальное поведение человека, мы в то же время не отвергаем положительное значение отдельных актов самопожертвования-самоотверженности, когда человек оказывается в исключительных обстоятельствах, т. е. в ситуации «или-или» (или он заботится о себе, жертвуя другими, нанося вред другим, или он заботится о других, жертвуя собой). В этих обстоятельствах, делая выбор в пользу других, человек поступает как герой. Героизм в чрезвычайных ситуациях, на пожаре, на войне и т. п. вполне оправдан и обычен, если позволительно говорить о нем как нормальном явлении. Да, героизм — нормальное поведение в ненормальных (исключительных) обстоятельствах! И он же... — ненормальное поведение в нормальных обстоятельствах, в нормальной жизни.

—————

Порой утверждают, что героизм — чисто человеческое поведение. Смею заметить: это не так. Человеческий героизм имеет предысторию: самопожертвование животных. Ведь в основе героического поведения лежит самопожертвование. А оно, самопожертвование, имеет место как в человеческом обществе, так и в мире животных. Вот пример такого самопожертвования: в одном зарубежном познавательном фильме, показанном по телевидению (11 дек. 2002 г.), описывается реальный случай самопожертвования курицы-наседки. На дворе, где гуляли куры и цыплята, вдруг все закудахтали и стали разбегаться: тревога, ястреб кружился и выбирал жертву. Куры стали прятаться по укромным углам и в курятнике. Цыплята одной курицы как ни в чем не бывало клевали (они были еще глупышами). Их мать-наседка была поодаль. И вот когда все разбежались, остались эти цыплята. Ястреб стал кружить над цыплятами. Тут подбежала наседка, подозвала их к себе и укрыла своим телом, прижавшись к земле. Ястреб, конечно, спикировал на нее и стал терзать. Потом он улетел. Хозяин фермы подошел к курице. Она лежала неподвижно. Цыплята стали выбираться из под нее. Фермер подумал, что она погибла. Он поднял ее и вдруг она зашевелилась. Курица была жива. Ее спасло густое оперенье. Инстинкт самосохранения уступил место инстинкту продолжения рода (в рассказе об этой курице говорилось, что она, пока не завела цыплят, вела себя как наседка, потерявшая своих цыплят, то есть не вполне нормально).

Еще один пример самопожертвования описан в рассказе И. С. Тургенева «ВОРОБЕЙ»:

 

Я возвращался с охоты и шел по аллее сада. Собака бежала впереди меня.

Вдруг она уменьшила свои шаги и начала красться, как бы зачуяв перед собою дичь.

Я глянул вдоль аллеи и увидал молодого воробья с желтизной около клюва и пухом на голове. Он упал из гнезда (ветер сильно качал березы аллеи) и сидел неподвижно, беспомощно растопырив едва прораставшие крылышки.

Моя собака медленно приближалась к нему, как вдруг, сорвавшись с близкого дерева, старый черногрудый воробей камнем упал перед самой ее мордой — и весь взъерошенный, искаженный, с отчаянным и жалким писком прыгнул раза два в направлении зубастой раскрытой пасти.

Он ринулся спасать, он заслонил собою свое детище... но все его маленькое тело трепетало от ужаса, голосок одичал и охрип, он замирал, он жертвовал собою!

Каким громадным чудовищем должна была ему казаться собака! И все-таки он не мог усидеть на своей высокой, безопасной ветке... Сила, сильнее его воли, сбросила его оттуда.

Мой Трезор остановился, попятился... Видно, и он признал эту силу.

Я поспешил отозвать смущенного пса — и удалился, благоговея.

Да; не смейтесь. Я благоговел перед той маленькой, героической птицей, перед любовным ее порывом.

Любовь, думал я, сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь» (Апрель 1878).

 

Человек не отменяет биологию; она присутствует в нем, пользуясь гегелевской терминологией, в снятом виде. В биологическом смысле поведение человека строится как минимум на двух инстинктах: самосохранения и продолжения рода. Культура не отменяет их, а развивает и совершенствует, надстраивает над ними весьма сложное человеческое поведение, тысячи вариантов поведения, которые кажутся порой весьма далекими от непосредственных проявлений биологических инстинктов.

Указанные инстинкты в принципе (в общем и целом) действуют в одном направлении: сохранения, поддержания, совершенствования жизни как таковой. Но между ними может быть и конфликт. Так, в период любовной горячки (действия инстинкта продолжения рода) животные игнорируют или временно «забывают» о другом инстинкте — самосохранения. Глухари, например, так токуют, что ничего не слышат (почему их и прозвали глухарями) и, соответственно, подвергают себя большой опасности. И приведенные случаи самопожертвования животных — из того же разряда.

В героизме человека нет ничего сверхъестественного или противоестественного. По своим корням он всего лишь одно из проявлений инстинкта продолжения рода.

Нормальное поведение

 

В большинстве случаев человек не эгоист, не альтруист и не герой, в меру заботится о себе и других. Потому что большинство случаев — это ситуации, когда забота о себе, любовь к себе и забота о других, любовь к другим неразделимы, суть одно. Возьмем любовь мужчины и женщины. Она тем больше любовь, чем больше в ней взаимности. Любя женщину, мужчина любит себя, свои чувства, свою душу и тело. И женщина любит мужчину в значительной мере благодаря тому, что она любит себя и любит, когда ее любят.

Любое общение — а мы купаемся в общении, — это улица с двусторонним движением. Оно необходимо предполагает взаимный интерес, приязнь, заботу. Там, где общение односторонне, оно быстро затухает или еле тлеет…

Теперь возьмем творчество. Наряду с любовью оно является важнейшим элементом жизни. Творчество — это и воспитание, и обучение, и образование, и познание, и искусство, и философия, и управление, и изобретение, техническое творчество. И что же? Практически любой акт творчества — одновременно акт для себя и для других. Иными словами, как и любовь, творчество не разделяет «для себя»—«для других». Творя, человек испытывает высшую радость жизни и в то же время работает на всех людей, служит прогрессу жизни.

 

Если бы я был поэтом, то сочинил бы оду, поэму, гимн нормальному поведению, нормальной жизни человека. В нормальности есть всё для того, чтобы дерзать, чтобы любить жизнь и радоваться ей!

 


15. Коллективизм и/или индивидуализм

 

Своеволье и закон, лицо и общество и их нескончаемая борьба с бесчисленными усложнениями и вариациями составляют всю эпопею, всю драму истории. Лицо, которое только и может разумно освободиться в обществе, бунтует против него. Общество, не существующее без лиц, усмиряет бунтующую личность.

Лицо ставит себя целью.

Общество — себя.

Этого рода антиномии (нам часто приходилось говорить о них) составляют полюсы всего живого; они неразрешимы потому, что, собственно, их разрешение — безразличие смерти, равновесие покоя, а жизнь — только движение. Полной победой лица или общества история окончилась бы хищными людьми или мирно пасущимся стадом.

А.И. Герцен[99]

Коллективизм: за и против

Длительное время спор между коллективизмом и индивидуализмом в нашей стране однозначно решался в пользу первого. Считалось, что коллективизм совместим с гуманизмом, а индивидуализм нет. Однако, как мне представляется, с точки зрения подлинного, недекларируемого гуманизма коллективизм также неприемлем в качестве всеобщей нормы поведения людей, как и индивидуализм. Возведенный во всеобщую норму коллективизм разрушает в человеке личность, индивидуальность, навязывает ему конформистское поведение (овцы в стаде), превращает его в винтик общественного механизма. Ч. Айтматов, советский писатель перестроечной поры, вынужден был констатировать: “Все время думаю о парадоксе: созидая социализм, отдавая предпочтение всему, что идет от коллектива, от коллективизма, мы много утратили из того, что касается индивидуальности, личности, если можно так выразиться, самости, человека. Надо исходить из того, что если есть сам, то все остальное есть мир. Как сказывается сегодня эта утрата! На многом, во многом. На качестве труда, на отношениях человека к человеку. На оценке его творческой потенции. Ценность самой личности у нас не выверена, не определена... И мы игнорируем эти проблемы... Хватит догматов, заранее представленных формул. Много их уже было, догматов и формул, тормозящих движение вперед, и мы должны уйти от нивелирования, обезличивания, стандарта. Всеобщая стандартизация во имя коллектива убийственна”. (1987 г.)

Как можно видеть из сказанного, я не против коллективизма вообще, а против его возведения во всеобщую норму морали, против однозначной интерпретации человеческой морали как коллективистской.

В связи с этим я предлагаю проводить различие между просто коллективизмом и гиперколлективизмом. Просто коллективизм — это естественное стремление людей к объединению, добровольное объединение сил для их умножения. Гиперколлективизм — это попытка одних людей навязать свою волю другим, используя для этого естественное стремление людей к объединению, к единству, когда добровольность объединения фактически заменяется принудительностью. Гиперколлективизм — это попытка сделать коллективизм всеобщей нормой поведения, попытка людей с коллективистским сознанием и поведением навязать свою волю всем остальным людям.

Примеры нормального коллективизма и гиперколлективизма: патриотизм и национализм (шовинизм).

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2023 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...