Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Фактор внутригрупповых коммуникативных процессов и отношений





 

В этом разделе будут рассмотрены внутригрупповые коммуникативные процессы и отношения, включающие отношения членов группы друг с другом и с психоте­рапевтом. Условия групповой арт-терапии существенно отличаются от условий индивидуальной арт-терапии, прежде всего потому, что арт-терапевтическая груп­па представляет собой совершенно иную систему, нежели система психотерапев­тических отношений в индивидуальной арт-терапии. Члены группы взаимодей­ствуют не только с психотерапевтом, но и друг с другом. Кроме того, они взаимо­действуют не только с собственной изобразительной продукцией, но и с изобрази­тельной продукцией других членов группы. По этой причине фактор психотера­певтических отношений в групповой арт-терапии имеет относительно меньшую значимость, чем в индивидуальной. В то же время фактор межличностных отно­шений между членами группы, а также отношений каждого из них с группой в це­лом приобретает большое значение.

Разные формы арт-терапевтических групп характеризуются разной степенью и характером взаимодействия их членов друг с другом и с психотерапевтом. Так, при использовании студийного подхода взаимодействие членов группы друг с дру­гом имеет относительно меньшее значение, чем при использовании динамическо­го или тематического подходов. Кроме того, представители разных направлений групповой психотерапии по-разному оценивают значение психотерапевтических отношений и межличностной коммуникации в группе. Как известно, в современ­ной групповой психотерапии существуют три основных подхода к рассмотрению роли межличностных, в том числе психотерапевтических, отношений (РаНоЯ, 1992):

• внутриличностный, связанный с преимущественной фокусировкой внимания психотерапевта на отдельных членах группы и использованием тех про­цедур, которые применяются в индивидуальной психотерапии;

• межличностный (транзактный), связанный с фокусировкой внимания пси­хотерапевта на диадических и триадических отношениях между членами группы, а также между членами группы и самим психотерапевтом;



• интегративный, связанный с фокусировкой внимания психотерапевта на групповых процессах.

Различия в понимании роли межличностных отношений в групповой психоте­рапии обусловливают во многом разные тактики ведения психотерапевтических групп. Так, например, представители внутриличностного подхода считают груп­повую сплоченность препятствием для индивидуального анализа, поскольку чем больше, по их мнению, индивид включается в группу, тем меньше степень его ав­тономности и ответственности за свои поступки и возможность для проявления своих индивидуальных чувств и потребностей. С. Славсон (51аУ5оп, 1992), напри­мер, отмечает, что «необходимо препятствовать "групповому сцеплению", с тем чтобы участники группы смогли выразить свои проблемы и работать с ними. Это требует свободы и сохранения позиций "Я" и Сверх-Я. Этот процесс индивидуализации противоположен синергии и влияет на групповую динамику» (р. 181).

Славсон также подчеркивает необходимость дифференциации межличностных отношений в группе и групповых процессов: «В психотерапевтических группах постоянно происходит вербальное и невербальное взаимодействие и отреагирование, отчасти связанное с переносами, а отчасти — с неизбежным влиянием одного че­ловека на другого... Это, однако, является проявлением не групповой динамики, но межличностного взаимодействия» (там же, р. 181). Славсон считает, что груп­повая динамика больше характерна для тех групп, которые имеют общую для всех членов цель. Хотя психотерапевтическая группа также предполагает наличие та­кой общей для всех членов цели, заключающейся в достижении более высокого уровня психической и социальной адаптации, ее деятельность в то же время свя­зана с достижением личных целей и решением личных проблем.

В то же время имеется немало авторов, считающих, что групповые процессы и психотерапевтическая интеракция в целом усиливают друг друга (Вюп, 1959; Виг-1ип, 1992). Бион (Вюп, 1959), например, вообще не разделяет индивидуальной и групповой динамики, а считает, что психотерапевтическая интеракция в группе отражает групповые феномены. Последователи Биона считают, что основным по­будительным мотивом в групповой деятельности, так же как и в индивидуальной, являются скрытые мотивации. При этом скрытые, неосознанно разделяемые чле­нами группы, мотивации конкурируют с явными мотивациями, обусловливая то, что психотерапевтические группы часто действуют как две совершенно разные группы или культуры. В то время как первая культура или группа (определяемая понятием «рабочая группа») ориентирована на реальность и достижение главных целей совместной деятельности, вторая культура или группа (определяемая поня­тием «группа базисных предположений») ориентирована на немедленное удовле­творение потребностей и характеризуется импульсивной экспрессией и инфан­тильными фантазиями и действует на основе разделяемых ее членами «базисных предположений» (потребностей).

Обратившись к предложенной Фолькисом схеме основных уровней отношений в группе (см. табл. 2), можно видеть, что в поведении и реакциях (а в арт-терапевтической группе — и изобразительной продукции) членов группы в ходе их взаи­модействия могут проявляться самые разные аспекты их психического опыта и что в одних случаях на первый план могут выходить те формы поведения, которые свя­заны с социальным и культурным опытом членов группы, в других — те, которые связаны с их семейным опытом и отношениями с отцом, матерью и сиблингами, в третьих — те, которые связаны с примитивными и еще более ранними формами опыта.

В настоящее время признается, что разные виды арт-тераиевтических групп позволяют удовлетворять различные потребности их членов. Выбор тех или иных форм и методов групповой арт-терапии и ее ориентация на решение тех или иных задач существенно влияют на формы поведения членов группы и характер их отношений друг с другом и с психотерапевтом. Чем выше степень структурирован­ности арт-терапевтических сессий и чем конкретнее формулируются задачи работы (как, например, при использовании тематического подхода), тем более поверхностный уровень психического опыта членов группы при этом затрагивается и тем в большей степени отношения членов группы друг с другом и с психотерапевтом будут протекать в рамках определенных социальных ролей. В этих условиях боль­шое значение также будут иметь межличностные границы членов группы, что бу­дет проявляться и в изобразительной деятельности. Художественная экспрессия членов группы в этом случае будет служить инструментом формирования и укреп­ления личных границ и механизмов психологической защиты, а также исследова­ния тех проблем, потребностей и переживаний, которые связаны с актуальным для членов группы социальным и культурным опытом.

Напротив, чем меньше структурированность сессий и чем больше свобода по­ведения членов группы и менее конкретно формулируются задачи арт-терапевтической работы (как, например, при использовании динамического подхода), тем более глубокие слои их психического опыта могут быть при этом затронуты и тем менее социальные роли будут сковывать отношения членов группы друг с другом и с психотерапевтом и соответственно, члены группы будут меньше зависеть от «направляющей руки» психотерапевта. В этом случае высока вероятность выхода за пределы личных границ, что будет проявляться в более активном и свободном вторжении членов группы в «личное пространство» друг друга и их более тесном взаимодействии в процессе художественной экспрессии. Изобразительная дея­тельность членов группы в этом случае будет служить инструментом расширения личных границ и получения новых видов опыта, а также исследования тех потребностей, чувств и переживаний, которые выходят за рамки актуального для членов группы повседневного опыта социальных отношений.

В том и в другом случае психотерапевт будет использовать во многом различ­ные стратегии и тактики поведения, причем их использование может быть обосно­вано с системных позиций. Системный подход, в частности, позволяет рассматри­вать группу в качестве открытой системы, обладающей как внешними, так и внут­ренними границами (личными границами и границами подгрупп), множеством петель обратной связи, соединяющих членов группы не только друг с другом и с психотерапевтом, но и с изобразительной продукцией — как своей, так и других.

В то же время, являясь открытой системой, арт-терапевтическая группа связа­на с внешней средой, в том числе с институциональным, культурным, социальным окружением и т. д., что оказывает влияние на внутригрупповые процессы. Систем­ное понимание арт-терапевтической группы предполагает также признание иерар­хического характера ее структуры и функций и проявление в ней:

• процессов, связанных с межличностным взаимодействием членов группы друг с другом и с психотерапевтом;

• тех процессов, которые отражают динамику индивидуальных изменений членов группы и проявление их индивидуальных потребностей и пережи­ваний.

Использование системного подхода в групповой арт-терапии обеспечивает це­лостный взгляд на группу и позволяет психотерапевту действовать наиболее гиб­ко, с учетом характера и состава группы, задач и условий работы, переводя фокус своего внимания с одного уровня психического опыта членов группы на другой и используя при этом разные интервенции.

Руководствуясь представлениями системного подхода применительно к клини­кой работе с группами, Агазарьян (А§а2апап, 1997) полагает, что основная зада-психотерапевта в ходе групповой работы заключается в том, чтобы в конечном активизировать коммуникацию, связанную с преодолением различных гра­ни — личных, подгрупп и внешних границ группы. Предлагая обращать внимание > связанную с преодолением границ коммуникацию, она считает наиболее важным о как психотерапевт оценивает процесс внутригрупповой коммуникации, а не ее конкретное содержание (А§агапап, 1989). По ее мнению, психотерапевт должен использовать различные стратегии, позволяющие открывать границы, с тем чтобы активизировать коммуникативные процессы разного уровня и помочь тем самым членам группы преодолеть их внутреннее сопротивление проявлению, исследова­нию и в конечном счете интеграции различных аспектов их психического опыта.

Аналогичные взгляды высказывают также Густафсон и Купер (С-изЫзоп & Со-орег, 1967), Вейс(\Уе1з5,1993), Горвиц(Ношн;2,1992) и др. Для всех них характер­но стремление использовать такие модели описания процессов групповой психо­терапии, которые позволяли бы интегрировать представления об индивидуальном поведении, межличностной коммуникации и групповой динамике.

Используя во многом сходный с вышеназванными авторами подход, автор книги в течение многих лет изучал разнообразные протекающие в арт-терапевтических группах коммуникативные процессы, в том числе те, которые связаны с преодолением внутренних и внешних границ группы. По мнению автора книги, од­ним из достоинств арт-терапии является то, что она позволяет наблюдать эти про­цессы не только в поведении и высказываниях членов группы, но и в создаваемой ими художественной продукции. Особую ценность в этом отношении может пред­ставлять использование различных интерактивных арт-терапевтических техник, в том числе связанных с совместной парной и коллективной работой членов груп­пы. Обращая прежде всего внимание, как рекомендует Агазарьян (А§агапап, 1997). не на содержание, а на форму протекающих в группе коммуникативных процес­сов, автор книги фиксировал динамику взаимодействия членов группы в ходе их совместной изобразительной деятельности, а также структурные особенности ху­дожественной продукции, характеризующие отношение партнеров по коммуника­ции или членов группы к границам индивидуальных образов и их преодолению Определенную ценность для анализа полученных автором данных представляют работы тех специалистов, которые использовали арт-терапевтические методы в работе с семьями (Ландгартен, 2000; Смит, 2000), в том числе для изучения семей­ной структуры и динамики. Привлекательным моментом для автора книги является то, что некоторые из них для обоснования арт-терапевтического подхода и анализа получаемых данных используют семейную системную теорию (Ьапо"§аг п' 1980; 1987). Оценивая как формальные, так и содержательные особенности совместно создаваемой членами семьи художественной продукции, X. Ландгартен пытается оценить те способы реагирования участников психотерапевтического процесса, которые характеризуют семейную систему в целом. На основании анализов рисунков ей удалось идентифицировать различные паттерны внутрисемейного взаимодействия, такие как псевдовзаимность, парентификация, семейное расщеп­ление, семейное искажение, триангуляция, формирование недифференцирован­ной эго-массы, слияние и отчуждение (Ландгартен, 2000). Многие из этих паттер­нов автор книги имел возможность наблюдать и в ходе своей работы с арт-терапевтическими группами, что свидетельствует о том, что они могут характеризовать коммуникативные процессы не только в семейной, но и в иной системе, в частно­сти в арт-терапевтической группе. Комментарии двух участниц арт-терапевтической группы, характеризующие их коммуникацию в ходе совместной изобрази­тельной работы, приведены в следующем разделе этой главы. Подробное же опи­сание процесса создания членами группы коллективных работ содержится в конце книги. И тот и другой пример позволяют оценить возможности арт-терапии в изу­чении внутригрупповых коммуникативных процессов различного уровня и на­правленности.

В данном же разделе автор книги приводит краткое описание динамики взаи­модействия членов группы на разных стадиях создания коллективной компози­ции. Каждой из них дано соответствующее название, подчеркивающее ее наибо­лее характерные системные особенности. Данный цикл хорошо виден в работе ди­намических групп и может протекать в рамках одной сессии.

Первая стадия: «формирование границ». Обособленная работа участников груп­пы над созданием индивидуальных рисунков на общем пространстве листа. Высо­кая степень контроля над изобразительным процессом. Индивидуальные рисун­ки отражают конвенциональные, связанные с темой представления и актуальный для членов группы опыт социальных отношений. Ориентация на внутриличностные процессы и высокие эстетические качества изображения. Проективно-символический (точнее, проективно-знаковый) способ коммуникации. «Дипломатич­ная» и несколько скучная атмосфера в группе.

Вторая стадия: «преодоление границ». Попытки выхода за границы индивиду­альных рисунков, «вторжения» в рисунки друг друга и более тесного взаимодейст­вия. Снижение степени контроля ситуации и изобразительной деятельности. Рабо­та приобретает менее предсказуемый характер. Рост эмоциональной вовлеченно­сти членов группы в процесс художественной экспрессии, проявление любопыт­ства, досады, обиды, раздражения, гнева, симпатии и т. д. Художественные обра­зы отражают более широкую гамму переживаний и ассоциаций с темой, а также семейный опыт, отношения с отцом, матерью, сиблингами. Появление аллопсихических, соматопсихических и аутопсихических проекций. Коммуникация имеет не только внутриличностную, но и межличностную, а в отдельных случаях — и об­щегрупповую направленность. Использование более широкой гаммы материалов, в том числе объемных. Попытки «включения» работы в пространство и выстраи­вания ее архитектоники. Использование не только проективно-символического и вербального, но и сенсомоторного (движение, голосовая экспрессия) и драмати­чески-ролевого способов коммуникации. Более активное применение воды или иных «связывающих» или «растворяющих» агентов (как в прямом, так и в пере­носном смысле).

Третья стадия: «хаос».Наиболее тесное взаимодействие членов группы в процессе художественной экспрессии, в то же время отдельные члены группы всеми силами пытаются защитить личные границы или выходят из процесса. «Размывание» или «растворение» границ индивидуальных образов. Нарастание спонтанной реакций и поведения участников. Утрата контроля над процессом. Во многих счучаях также утрата композиционности и упорядоченности работы и появление ощущения ее «хаотичности», «перенасыщенности» и «полифоничности». Образы отражают не только опыт социальных отношений, но и переносов аллопсихиче-ских, соматопсихических и аутопсихических проекций, а также примордиальный опыт. Преимущественно общегрупповая и межличностная направленность ком­муникации. Максимально широкий диапазон различных способов коммуникации (включая проективно-символический, сенсомоторный, драматически-ролевой и вербальный). Выражение сильных чувств, в том числе тревоги, гнева, агрессии, радости, переживание экстаза. Попытки деструкции, в одних случаях имеющие открытый и наиболее драматический характер, в других случаях — имеющие бо­лее «мягкий», «символический» характер. Ритуальный характер действий, в том числе исполнение ритуала «жертвоприношения»; проявление феноменов иденти­фикации с «жертвой» и с «козлом отпущения». Использование огня (в виде изоб­ражения, зажигания свечи, воскуривания благовоний, поджигания отдельных эле­ментов коллективной работы). Связь работы с окружающим пространством и ее восприятие в качестве микрокосма. Попытки изменения уровня освещенности в помещении. Сакрализация процесса и созданной членами группы коллективной композиции.

Четвертая стадия: «упорядочение хаоса». Снижение драматического и экстати­ческого характера переживаний участников и возникновение состояния созерца­тельности с попытками обнаружения скрытого порядка работы. Более или менее длительный процесс постепенной интеграции связанных с работой разнообразных чувств, мыслей и ассоциаций. Проработки собственных проблем. Встраивание рабо­ты в мифопоэтический контекст путем использования художественных описаний, привлечения разнообразных текстов и образов — мифологических, религиозных, поэтических и т. д. Осознание смысла работы и ее связи с внутриличностными, межличностными и общегрупповыми процессами. Интернализация опыта созда­ния коллективной композиции с последующим дистанцированием от работы.

Для оценки внутригрупповых коммуникативных процессов и отношений боль­шую ценность может иметь использование тех или иных моделей и систем их опи­сания. Определенный интерес может представлять, например, модель Рутана и Стоуна (2001), предназначенная для характеристики различных ролей и фокусов внимания психотерапевта в групповом процессе на основе при­менения системы осей. Они, в частности, пишут о том, что в зависимости от теоретических взглядов, конкретной ситуации и задач работы психотерапевт может гибко менять роли и фокусы внимания. Многообразие ролей психотерапевта, по их мнению, может быть описано с использованием трех основных осей: активности— пассивности; открытости—закрытости; а также поддержки—фрустрации членов группы.

Что касается фокусировки внимания психотерапевта, то, как полагают Рутан и Стоун, в ходе групповой психотерапии она может динамично перемещаться по шести основным осям:

прошлое «-» настоящее «-» будущее;

групповые процессы «-» межличностная коммуникация «-« внутригрупповые процессы;

события в группе «-» события вне группы; аффекты «-» познавательные процессы; процессы «-» содержание;

понимание«-»коррегирующий эмоциональный опыт.

Предлагаемая Рутаном и Стоуном многоосевая модель для описания различных ролей и фокусов внимания психотерапевта в групповой психотерапии имеет не­что общее с используемой Б. Болл (2001) системой кодирования информации в хо­де наблюдений за арт-терапевтическим процессом. Хотя данная система применя­ется Б. Болл для описания процесса индивидуальной психотерапии, ее в опреде­ленной мере можно адаптировать к условиям групповой арт-терапии, объединив с моноосевой моделью Рутана и Стоуна.

По поводу используемой ею системы кодирования информации в ходе арт-терапевтического процесса Б. Болл пишет: «Я попыталась использовать такой спо­соб кодирования информации, который позволил бы отразить взаимодействие клиента и психотерапевта с изобразительным материалом (продукцией) и друг с другом. Используемая мной система кодирования информации позволяет опи­сывать наблюдаемые феномены по пяти основным осям» (Ва11, 2000, р. 20).

Б. Болл применяет следующие оси: I — «фокус взаимодействия»; II — «вид де­ятельности»; III — «структура процессов в ходе сессии»; IV — «темы психическо­го опыта клиента и психотерапевта, проявленные в ходе арт-терапевтической сес­сии»; V — «форма и содержание изобразительной продукции».

Используя многоосевую модель Рутана и Стоуна, систему кодирования инфор­мации в арт-терапевтическом процессе Б. Болл и некоторые другие формы описа­ний (в частности, модель уровней взаимодействия в группе Фолькиса и класси­фикацию видов экспрессивного поведения уеппт§з,1998), автор книги построил рабочую системную модель для оценки внутригрупповых коммуникативных про­цессов и отношений в арт-терапевтическом процессе. Она, в частности, использо­вана в приведенном выше описании различных стадий создания коллективной работы и также может применяться во многих других случаях, в том числе при ис­пользовании техник индивидуальной и парной работы в групповом арт-терапев­тическом процессе. Автор считает, что данная модель может быть неоднократно использована в течение одной сессии, а также на разных этапах арт-терапевтического процесса, прежде всего с целью динамической оценки коммуникативных про­цессов в арт-терапевтической группе. Данная модель включает три основные оси: «Уровни коммуникации»; «Направленность коммуникации»; «Способы коммуни­кации».

Первая ось— «Уровни коммуникации»:

• уровень социальных отношений;

• уровень переносов;

• уровень аллопсихических, соматопсихических и аутопсихических проекций;

• примордиальный уровень.

Вторая ось — «Направленность коммуникации»:

• общегрупповые процессы;

• межличностные процессы;

• внутриличностные процессы.

Третья ось — «Способы коммуникации»:

• сенсомоторный способ (посредством телесной и голосовой экспрессии, ма­нипуляций с инструментами и материалами изобразительной деятельности);

• проективно-символический / проективно-знаковый способ (посредством символообразования и использования «знаковых» образов);

• драматически-ролевой способ (посредством ролевого моделирования раз­личных образов и ситуаций с элементами драматического исполнения);

• вербальный способ (посредством вербальной обратной связи и сообщения информации).

Используя данную модель, психотерапевт может в ходе групповой арт-терапии оценивать многообразие внутригрупповых коммуникативных процессов и в зави­симости от их характера гибко применять те или иные стратегии и тактики рабо­ты с группой. Так, в частности, он может использовать различные интервенции, с тем чтобы:

• расширить диапазон коммуникативных и экспрессивных возможностей
членов группы, предлагая им различные упражнения и техники изобра­зительного, телесноориентированного, драматерапевтического характера (в том числе, связанные с использованием грима, костюмов, масок, танца, голоса и т. д.);

• в той или иной степени задействовать внутриличностные или общегруп­повые ресурсы, а также ресурсы подгрупп, предлагая, в частности, членам группы индивидуальные, парные или коллективные техники и задания;

• способствовать консолидации личного опыта и границ членов группы, укреплению их «Я» и развитию механизмов психологической защиты либо, напротив, преодолению личных границ, изменению образа «Я» и получе­нию новых видов опыта;

• влиять на групповую динамику, фокусируя внимание членов группы на общегрупповых процессах, применяя для этого соответствующие техники и виды работы;

способствовать регрессу членов группы на онтогенетически более ранние уровни опыта либо, напротив, их социализации.

Кроме того, использование данной модели может помочь в изучении тех внут­ригрупповых процессов, с которыми связано достижение тех или иных психо-терапевтических эффектов. Обращая внимание на тесную связь между разными факторами психотерапевтического воздействия в группе и процессом групповой психотерапии, Рутан и Стоун (КиСап & 5сопе, 2001) пишут, что «выполненные на сегодняшний день исследования психотерапевтических факторов явно недоста­точны. Описание различных психотерапевтических факторов и их проявления на разных этапах групповой психотерапии позволит понять, что происходит в груп­пе, а также то, что может быть полезным, а что — контрпродуктивным» (р. 72)

 

Фактор интерпретации





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2020 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.