Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Кое-что о психотравмах и импринтах





Надеюсь, что к данному моменту вы уже успели разобраться со своими сценариями, родительскими предписаниями и Внутренним Ребенком. Но это еще далеко не все, что нужно для того, чтобы раз и навсегда избавиться от последствий трудного детства. Ибо не менее судьбоносными являются для нас некоторые отдельные происшествия или инциденты всего детского периода нашей жизни. Происшествия, которые сплошь и рядом закрепляют в нас некие не слишком экологичные способы поведения и даже просто автоматические реакции, отнюдь не помогающие жить эффективно и счастливо. Например, когда-то очень давно, вы пережили сильно травмировавшую вас ситуацию общения с некой авторитетной и авторитарной фигурой (каким-нибудь дворовым «авторитетом»). По прошествии лет все это, казалось бы, стерлось из памяти. И вы даже помыслить себе не можете, что ваши нынешние неудачи в деловом общении с авторитарными людьми корнями уходят в это происшествие вашего детства. Дело в том, что, как вы уже знаете, наше бессознательное ничего не забывает. И некоторые неприятные или просто психотравмирующие ситуации/события нашего прошлого не проходят для нас не только бесследно («Ничто на земле не проходит бесследно...»), но, если хотите, еще и беспоследственно и/или беспроблемно, поскольку формируют в нашем бессознательном некие записи-программы («вирусы» вашего биокомпьютера). Записи, которые в сходных (с исходной ситуацией фиксации программы) ситуациях и условиях рестимулируются и начинают мешать нам жить, заставляя действовать глупо и неэкологично. В вышеприведённом примере существующая в вашем бессознательном запись при появлении соответствующего триггера (своеобразная пусковая кнопка программы в данном случае хоть в чем-то подобной той, давнишней, ситуация напряженного общения с кем-то авторитарным, кто в достаточной степени похож на проклятого дворового «авторитета») рестимулиру-ется, и вместо уверенного в себе бизнесмена перед вашим визави предстает испуганный мальчишка — одна из негативных идентичностей вашего Травмированного Внутреннего Ребенка. Скажу больше: во всех подобных ситуациях вы можете просто терять осознанность и действовать так, будто постулируемый в некоторых моделях психики реактивный ум (который в отличие от ума аналитического, действует грубо, прямолинейно и неэкологично) действительно существует! При этом сознательная память о происшествии, в котором была сделана запись, может начисто отсутствовать! Как, например, у одной моей пациентки — молодой женщины, обратившейся ко мне по поводу невозможности начать со своим мужем сексуальную жизнь. Она испытывала дикую панику и ощущение того, что ее сейчас изнасилуют, всякий раз, когда законный супруг пытался перейти к активным действиям в постели. Никаких сексуальных контактов до мужа эта женщина, по ее собственному утверждению, не имела, а разрыв девственной плевы объясняла увлечением велосипедным спортом. Однако, с помощью одной из описанных в этом разделе психотехнологий нейропрограммиро-вания, она внезапно с ужасом вспомнила, что была дважды изнасилована: в 13 лет двоюродным братом и в 15 — тремя одноклассниками. И так же, как и вы теперь, поняла, что ее бессознательное реагировало на мужа по записанной в момент насилия программе — как на насильника и полностью подавляло сознание, задавая этот шаблон поведения — крайне неэкологичный, но вполне уместный с точки зрения травмированной бессознательной части психики способ реагирования на секс как на насилие (логично: там мужик/и — и тут мужик; там секс — и тут секс; значит, там насилие — и тут насилие). Мы полностью — причем всего за один сеанс — проработали и переработали это происшествие, после чего на следующее утро женщина позвонила мне и, немного смущенно поблагодарила. Кстати, родители тоже часто программируют нас именно таким вот «инцидентным» способом. Как, например, ту женщину, которая, к своему огорчению (и ужасу мужа) никому не могла сказать «нет» — а все потому, что-ее мамочка, крайне не любившая, когда ее дочь ей хоть в чем-то перечила, однажды в сердцах крикнула: «Никогда не говори «нет»!» — и шваркнула девочку о плиту так, что ее обварило кипятком из перевернувшейся кастрюли. Или очень крутой бизнесмен, который панически боялся летать на самолетах и до беспамятстванапивался, чтобы заглушить свой страх, отчего на другом конце «воздушного моста» его деловые партнеры обнаруживали вусмерть пьяного субъекта, чем, естественно, были крайне недовольны — и все оттого, что его собственный папочка в ситуации, когда мальчик залез в какие-то строительные конструкци, застрял там и очень испугался, вытащил ребенка, немедленно громогласно, авторитетно и из самых лучших побуждений наказал ему: «Никогда не залезай туда, откуда сам не можешь выбраться!» Как вы поняли, обе эти фразы стали импринтами, мгновенными «впечатками»', бессознательными программами психики. И потому женщина никому не могла сказать «нет», а бизнесмен —летать на самолетах (скорее всего, он точно так же не смог бы плавать на подводной лодке или путешествовать на ракете — из всех остальных транспортных средств можно выбраться самостоятельно...). Кстати оба программирующих происшествия, конечно же, были амнезированы и сознательно никак не вспоминались, однако о них очень хорошо помнило ничего не забывающее бессознательное...



Итак, в этом разделе речь пойдет об избавлении от таких вот «судьбоносных» психотравм, или всех тех неприятностей, которые произошли в вашей жизни до настоящего момента и «застряли» в вашей психике, как непрожеванные, непроглоченные и/или непереваренные куски Пищи застревают в вашем желудке. Такая «пищевая» аналогия (автор — Ф. Перлз) здесь совершенно уместна. Дело в том, что все, что происходит или случается в нашей жизни, мы (наш мозг) должны «разжевать», «проглотить» и «переварить». Но целый ряд жизненных событий и обстоятельств, причем не только детства, но и взрослой жизни — аварии, разводы, потери и т. п. (просто в детстве психотравмирующих ситуаций бывает куда как больше) оказываются столь значимыми и/ или интенсивными, что наш мозг попросту не справляется с их переработкой. И тогда «непережеванное», «непроглочен-ное» и «непереваренное» событие/происшествие (воспоминание о нем) — что и называется «психотравмой» — вытесняется в подсознание, которое, в свою очередь, принимает свои меры безопасности, как бы блокируя эту психотравму, пряча ее от нас. У человека возникает частичная или полная амнезия на происшествие, и внешне все кажется весьма благополучным — за исключением некого избыточно острого, а зачастую просто глупого реагирования на определенные, связанные с психотравмой или похожие события и обстоятельства.

Но происшествие продолжает жить в вашей душе. И если вы не избавитесь от «записи» психотравмы (не «перепишете» ее), это окажется чревато весьма неприятными последствиями. Происшествие/психотравма, как своеобразная «мина» (пусть даже и частично законсервированная), сохранится в вашем подсознании и в любой миг может «взорваться», поро-' див неэкологичное поведение. Чем мощнее эта «мина», тем чреватее последствия ее существования, причем не одним только возможным «взрывом». Ведь для того чтобы «мина» оставалась в законсервированном состоянии, ваше подсознание вынуждено тратить энергию и силы. Ваши собственные энергию и силы. И если одна серьезная подсознательная «мина» отбирает у вас, скажем, пять процентов энергии и сил, а «мин» этих у вас десять, то 5 х 10=50 процентов. А это значит, что живете вы не более чем в половину своих возможностей. Так как же вы тогда собираетесь преуспеть?

«Но это же какой-то психоанализ!»— скажете вы. И будете неправы — не в сути, а в способах работы. Ибо в психоанализе, основываясь на аналогичной парадигме психотравматических, но судьбоносных происшествий, основное внимание уделяется поиску в бессознательном подавленного материала и извлечению его в сознание.-Причем считается, что если вы осознали причины ваших бед (например, вспомнили, как, Желая обладать мамой, тайком подглядывали за занимающимися любовью родителями — пресловутый Эдипов комплекс), все сразу же становится на свои места. То, что это не совсем, а точнее, совсем не так, вы можете догадаться, вспомнив вышеописанный случай с молодой женщиной, которая не могла иметь секс со своим мужем), она не смогла, вспомнив, что ее дважды изнасиловали, просто спокойно повторно пережить этот инцидент (а кто бы смог?). Здесь всегда необходима специальная работа по переработке, переосмыслению, перепрограммированию или просто стиранию подавленного происшествия, с которой вы сейчас и познакомитесь. И, кстати, в отличие от психоаналитиков, которые тратят десятки, а то и сотни сеансов на то, чтобы найти психотравмирующий инцидент, в восточной версии нейро-программирования отработка единичного базового происшествия крайне редко занимает больше одного сеанса. Так что приступим к переписыванию вашего прошлого, дабы оно не помешало .вам иметь прекрасное будущее. К изменению «там и тогда» ради «здесь и теперь».

 

Сначала — немного теории. Следуя идеям В. Козлова («Истоки осознания»), любое травматическое происшествие можно представить как состоящее из семи компонентов.

1. Актуальное психофизическое состояние как интенсивность нейро-гуморальных процессов и изменений в функционировании внутренних органов. Так, использованная мною в качестве примера давнишняя «разборка» с дворовым «авторитетом» до сих пор может проявляться у вас сердцебиением, слабостью, потливостью и прочей весьма неприятной психофизиологией.

2. Рисунок мышечного напряжения как некий мускульный компонент вашего давнишнего состояния. Так, доселе при встрече с авторитарными и авторитетными людьми вы можете испытывать ту же скованность в мышцах и с трудом сдерживаемую дрожь, что присутствовала «там и тогда».

3. Паттерн дыхания как вполне определенный его сбой в моменты, аналогичные прошлой «разборке»: внезапная задержка движения грудной клетки, легкое удушье и т.п.

Эти три компонента носят, так сказать, телесный характер, то есть являются записью инцидента в вашем теле. Остальные же четыре аспекта прошлого происшествия целиком и полностью относятся к сознанию (в широком смысле этого слова, т. е. включая бессознательное).

4. Структура мотивационно-потребностных процессов как пресловутая фрустрация: блокада, прерывание и подавление того, чего вы действительно хотели в той ситуации (например, дать «авторитету» по морде). Блокада эта может стать постоянной, и соответствующая потребность либо будет все так же подавляться, либо будет удовлетворяться каким-то иным, зачастую уродливым, способом (например, вместо того, чтобы вступать в прямую конфронтацию со своими врагами, вы будете писать на них анонимки, жаловаться на них компетентным органам — т.очно так же, как вы в детстве жаловались на обидчика своим родителям, стараясь при этом остаться в стороне и ни при чем).

5. Содержание эмоционального состояния — то самое неприятное чувство или ощущение, которое раз за разом, как будто ни с того ни с сего возникает у вас в аналогичных «там и тогда» «здесь и теперь»: гнев, страх, вина, ощущение бессилия и прочее, прочее, прочее. Напоминаю, что в ситуации рестимуляции подавленного инцидента повод для возникновения застарелого эмоционального состояния может быть совершенно незначительным (для окружающих, но не для вас, хотя и для вас тоже, но после рестимуляции, когда вы, искренне недоумевая, пытаетесь понять, чего это вы так разволновались...).

6. Образное пространство как определенные условия и обстоятельства (место, время и т. п.), в которых происходило подавленное происшествие. И если вас, например, били, зажав в углу между стеной дома и сараем, любая ситуация, в которой вы почувствуете себя зажатым в угол (и физически, и психически), может рестимулировать весь букет связанных с инцидентом неприятностей. Классический пример: девушку изнасиловали, насилие это сопровождалось шумом работающего мотора грузовика и звуками льющейся из крана воды. Все забылось, но однажды в тот самый момент, когда ее обнимал любимый человек, она начала кричать: «Помогите! Насилуют!», а через пять минут сама не могла понять, что с ней произошло. А все про-сто: момент объятий совпал с шумом двигателя грузовика и звуками льющейся воды. И подавленный ужас насилия всплыл из бессознательного и начисто подавил сознание этой несчастной, что в результате породило совершенно уродливую и глупую реакцию.

7. Ментальный компонент как возникновение и упрочивание в бессознательном некой очень неэкологичной мыс- лительной конструкции типа: «Я слабак, который все равно ничего не сможет сделать» (случай с дворовым «авторитетом»), «Я не имею права говорить «нет» (ситуация с дочкой и ее матерью) или «Я не могу находиться там, откуда не могу выбраться» (инцидент с бизнесменом и его отцом). По сути это очередное предписание, которое, раз возникнув, начинает управлять поведением человека — бессознательно, но очень мощно. А если, как в вышеописанных случаях, оно содержит местоимение «я», можно уже говорить и об основывающихся на инциденте нарушениях самоидентичности по общей формуле «Я какой-то не такой...»

Я описал семикомпонентную модель В. Козлова по двум причинам. Во-первых, чтобы вы пользовались ею при проработке собственных подавленных происшествий, обращая особое внимание на те компоненты, которые вызывают наибольшую боль — если вы проработаете именно их, все остальные могут сами собой исчезнуть (принцип центрального атома в молекуле). А во-вторых, чтобы вы поняли, что одними только таблетками вы никогда полностью и толком не успокоите свою мятущуюся душу, так как они действуют только на один компонент инцидента — актуальное психофизическое состояние.

Продолжая свой краткий очерк теории подавленных происшествий, на всякий случай напомню, что речь идет именно об инцидентах, которые ваш мозг оказался не в состоянии «пережевать», «проглотить» и «переварить» — т. е. о всех тех происшествиях, которые были настолько перегружены информацией (телесной, эмоциональной или умственной), что вы не справились с её (информации) обработкой. И тогда произошло нечто интересное, хотя и печальное: по-видимому, как бы для того, чтобы обработать эти инциденты позже, ваш мозг сделал полную копию того происшествия. И Она — эта самая копия в бессознательном — начинает жить своей самостоятельной жизнью, продолжая настаивать на проработке происшествия. Для чего мозг и выдает вам его, но маленькими частями, с которыми вы уже сможете справиться. При этом, дабы вы все-таки совершили необходимую переработку, ваш мозг воспроизводит детали (компоненты) инцидента так, как если бы он происходил «здесь и сейчас». И вы считаете их своими нынешними реакциями и даже пытаетесь как-то рационально объяснить («Не люблю Иванова не потому, что он — точная копия избившего меня дяди, а оттого, что он плохой работник и дрянной человек»). То есть непроработанное происшествие становится автоматической программой, которая выполняется в отрыве от контекста (истинных и реальных событий, условий и обстоятельств) и оттого доставляет вам неприятности и коверкает судьбу.

Еще одно, но очень важное: обнаружилось, что сходные непроработанные происшествия образуют в нашей психике некие последовательности — группируются или, точнее, как бы нанизываются друг на друга, образуя то, что К. Юнг назвал комплексом, а С. Гроф — системой конденсированного опыта (СКО). Схематично это можно представить так (рис. 3):

 

РИС. 3.: центральный (исходный) инцидент

сопутствующие или связанные с ним

 

Согласно этим (и многим неупомянутым) концепциям, определенные типы происшествий как бы связываются друг с другом, а сопутствующие им проблемы и переживания

возникают снова и снова — по-видимому, как бессознательные усилия человека проработать изначальный травматический инцидент (или как стремление судьбы и жизни Дать ему возможность все же решить тот класс задач, с которыми он не справился, — но об этом я уже писал).

Предположим, что ко мне явился пациент, от которого недавно ушла Четвертая жена. Ясно, что это не случайно, и, постепенно раскручивая его СКО, я ищу базовое происшествие, которое обусловило такое своеобразное реагирование моего клиента" — на рисунке оно зачернено (вы, надеюсь, понимаете, что если четыре различных женщины бросили одного и того же мужчину, виноваты в этом не они, а он'— точнее, что-то в его эмоциональном и поведенческом реагировании, что психоаналитик назвал бы «комплексом бросаемого мужа»). Оказывается, что в основе всего лежит то, что мать пациента оставила его бабушке сразу после рождения, а сама упорхнула делать карьеру, отчего клиент (а тогда — маленький испуганный ребенок) бессознательно сформировал четкую программную установку: «Я тот, кого бросают жен-. щины». Самое интересное заключается в том, что цепочка СКО стала буквально разваливаться сразу после того, как мы проработали центральное, базовое происшествие—уход матери. Так что во всех случаях работы с непроработанными инцидентами именно на этот изначальный случай и следует обращать основное внимание. Но иллюстрации ради приведу вам пример СКО данного, клиента, отчетливо проявившийся во Всей его «хромой» судьбе:

уход четвертой жены (48лет),

уход третьей жены (41 год),

уход второй жены (34 года),

уход первой жены (29лет),

уход любимой девушки (23 года),

 

уход любимой девочки (13 лет),

второй «уход» мамы (Згода),

первый и основной «уход» мамы (3 месяца).

 

Обычно я рисую СКО своих клиентов именно таким образом: будущее вверху, а прошлое внизу. С. Гроф делает это наоборот. Но нижеприведенный его пример я даю вовсе не для того, чтобы проиллюстрировать его способ работы, а дабы вы узнали, что намеренно выброшенный мною из рассмотрения в этой книге период до рождения также очень сильно определяет судьбу человека.

Рождение: Пуповина обвилась вокруг шеи.

Младенчество: Удушье, недостаток кислорода при коклюше.

Детство: Случай утопания, удушья в воде.

Зрелость: Случай нападения с попыткой удушения.

Трансперсональный

Уровень Переживание опыта наказания через повешёние в измененном

состоянии сознания.

 

Существует имеющая все права на существование точка зрения, что недоработанные происшествия можно подразделить на три типа или уровня, вытекающие или выводящиеся из центрального класса. По Ф. Фанчу («Преобразующие диалоги»), это выглядит так.

В типичной цепи самое раннее происшествие, которое мы назвали «центральным», содержит боль и бессознательность. Можно еще назвать его «происшествием силового отпечатка», так как именно в нем определенный набор реакций силой впечатался (запечатлелся, запрограммировался) в уме.

Следующее по силе — «происшествие эмоциональной травмы». Оно обычно связано с потерей или угрозой потери и черпает свою силу из более раннего «происшествия силового отпечатка». В нем содержится сильная неприятная эмоция, например, печаль, страх, горе, ужас.

Следующее — «происшествие включения реакции». Это ситуация, в которой нажалась умственная кнопка и воспроизвелась запись части травматического содержания из «происшествия силового отпечатка» или «происшествия эмоциональной травмы». Неприятное ощущение в таком происшествии вызвано неразумной автоматической реакцией, а не реальными внешними обстоятельствами.

Я не во всем согласен с этим, так как практика не всегда демонстрирует наличие столь жесткой качественной последовательности. Впрочем, и сам Ф. Фанч, констатируя, что обычно цепь происшествий распутывается в обратном порядке, отмечает некоторую относительность подобных воззрений. Но если они окажутся удобны для вас, просто пользуйтесь данной схемой, не вдаваясь в теоретические вопросы о правомерности или неправомерности подобного подхода.

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2020 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.