Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Истории про Иешуа




 

Иешуа шел по пыльному городу и увидел двоих дерущихся. Один ударил другого, тот ответил - и началась драка. Двое здоровых, крепких мужчин избивали друг друга. Иешуа подошел, и его мягкие, но очень сильные ладони легли на плечи дерущихся.

- Что случилось, из-за чего вы деретесь?

- Ну я… погорячился, - сказал тот, что ударил первым.

- А я ответил, - сказал тот, что ударил вторым.

- Так выходит, что вам не из-за чего было драться? – спросил Иешуа.

- Ну, вроде как… Типа того.

Тогда Иешуа обратился к тому, что ударил вторым:

- Если тебя ударили по правой щеке – подставь левую. Если он остановится, и не ударит тебя – прости его. А если ударит – ответь.

- Я говорил вам, - продолжил Иешуа, уже обращаясь к ученикам, - любите врагов своих. Потому, что враги делают нас сильнее. Потому, что враги указывают нам наши слабости. Потому, что враг скажет тебе то, чего никогда не скажет твой друг. Но прежде, чем ринуться в бой, посмотри, а враг ли перед тобой?

И ученики внимательно слушали его, а апостолы мучительно думали, как бы и эти его слова обратить против него и на благо Яхве.

 

Сиреневатые вспышки и всполохи, почти видимые глазом, сияли в черном ночном небе. А потом на этом месте появилась и не погасла яркая сияющая звезда.

- Вы видите! Нет, вы ЭТО видите! – вскричал Иешуа, - Вот она, настоящая Мать Вселенной! Смотрите! Смотрите! Это рождается новая звезда! Откройте ваши глаза и уши! Откройте ваше сердце! И тогда падет храм старой веры!

И ученики, не отрываясь, смотрели на рождение звезды. И кое-кто из них даже сумел увидеть сиреневатые вспышки, предшествующие ее рождению. И потом он снова и снова показывал им эту звезду через недели, и через месяцы.

- Смотрите! Она не погасла! И не погаснет! Это не то, что называют «новыми звездами», которые загораются, а потом, через несколько дней, гаснут! Это живая звезда! И она родилась! И она живет! Это целый Мир - где-то далеко!

И ученики смотрели на звезду. А она сияла им. А апостолы довольно потирали руки – завтра же весь народ узнает, что Иешуа призывает людей разрушить Иерусалимский храм.

 

 

Иешуа шел по городу и увидел совсем молоденькую девушку. Ее избивала толпа. В разорванном платьице, слишком ярком и слишком коротком, и в маленькой рогатой шапочке без труда узнавался наряд блудницы. Иешуа сразу понял, что произошло – ведь сегодня была суббота.

Сильными плечами, Иешуа раздвинул людей и быстрым и точным, не упускающим ничего взглядом окинул толпу. Иешуа у каждого нашел до чего докопаться.

- Что здесь произошло? – спросил он мягким и спокойным, но перекрывающим рев толпы голосом.

- Эта блудница посмела работать в субботу! – выкрикнул один из толпы.

- В субботу – это нехорошо, - сказал Иешуа, - А почему у тебя косы заплетены, как попало, а не так, как должны быть в субботу?! И почему в них простые черные шнуры, а не яркие ленты, как это должно в субботу?!

Не ожидавший такого поворота разговора, человек опешил, а Иешуа не давал опомниться:

- А почему у тебя ермолка подшита, как попало, а не так, как должна быть подшита ермолка?! – спросил он следующего в толпе.

- А почему твои штаны заправлены в сапоги, а не выпущены поверх, как это должно в субботу?!

- А почему твой пояс завязан непонятно как, и узел болтается неизвестно где?! И разве так должен выглядеть праздничный пояс?!

- А что это такое застряло у тебя в бороде?! Уж не следы ли вчерашней засохшей сметаны?! Вчера был пост! Так, как ты посмел, в пост есть сметану?!

- Ну что! Кто из вас сам без греха?! Пусть первый бросит камень!

Иешуа аккуратно задвинул девушку себе за спину.

- Уведите ее! Быстро! – шепнул он своим ученикам.

Иуда быстро подхватил девушку, затолкал ее в самый центр собравшихся учеников и велел увести ее подальше. А сам остался, чтобы в случае чего прикрыть спину Иешуа.

Апостолы стояли чуть в стороне. Им никак не хотелось попасть под раздачу, если толпа вдруг сорвется. Но они внимательно слушали. И старательно думали, как бы исказить слова Иешуа, чтобы направить их против него и на благо Яхве.

 

- Как тебя зовут, девушка? – спросил потом Иешуа.

- Магдалена, - тихим шепотом ответила она.

 

 Иешуа долго отлечивал израненную душу Магдалены.

- Подумать только, - говорил он Иуде, - девочку в двенадцать лет отдала в публичный дом собственная мать! И это для них нормально. Семья живет бедно – должен же кто-то зарабатывать деньги. А за то, что вышла работать в субботу... И ведь она сама бы не пошла – мать заставила. Но мать не виновата. Мать - почтенная женщина. Виновата – она.

Иуда уже тогда полюбил Магдалену. Но никогда не сознавался в этом даже самому себе. Уж не говоря о том, чтобы сказать Магдалене или Иешуа.

- Готов ли ты платить, Иуда? – спросила мудрая Морана, - у тебя не будет твоей любимой? У тебя не будет твоих детей?

Иуда был готов платить. С Иешуа к победе, или с Иешуа к смерти. Он не собирался бросать друга. Никогда.

У Магдалены была вся душа выжжена и изранена. Она не верила, что бывает любовь. Она не верила, что солнце бывает ярким, а трава – зеленой. Иешуа долго и бережно лечил ее раны. Он заново научил ее любить. И впервые за всю свою жизнь, Магдалена наконец-то была счастлива. Эти двое больше не расставались. Теперь они всегда были вместе. И даже на проповедях она была вместе с ним. Прошло два года, и ее раны зажили настолько, что она родила ему сына. И они ходили по городам. Они учили людей. А за спиной у Иешуа всегда надежной стеной стоял Иуда, готовый в любую секунду броситься на помощь.

* * *

 

Дед Матвей лежал на печи и притворялся спящим. Вот Митька, внучёк, покормил гусей и кур. Помыл руки. Надел чистую косоворотку и душегрейку для леса, взял большое лукошко под грибы и беззвучно выскользнул за дверь.

Дед Матвей вскочил. Он лежал уже одетый под одеялом. Быстро надел башмаки и выскочил за дверь.

Боязливо припадая к земле, дед Матвей крался по лесу, стараясь не упускать из виду мелькающую среди деревьев спину внука. Вдруг, спина мелькнула и исчезла. Дед выскочил и опрометью побежал к тому месту, где последний раз видел внука. Никого не было. Кругом одинаковая густая трава. Правее начинался кустарник. Митька ходил не оставляя в траве протоптанной колеи. Трава словно обтекала его, смыкаясь за его спиной. И кто научил его так ходить?! Дед Матвей оглянулся назад, и понял, что если бы сам ходил также, вряд ли нашел бы дорогу обратно! Лес вокруг был весь какой-то чужой и одинаковый. Ох негоже крещеному человеку в таком лесу ходить – того и гляди – лешие запутают! Дед Матвей ломанулся через кусты, в надежде увидеть-таки впереди знакомую спину внука, но дальше весь подлесок состоял из густого кустарника. Дед Матвей в отчаянье плюхнулся на землю и ударил себя ладонью по колену:

 - Упустил! Матерь Божья, пресвятая Богородица! Упустил! Что же теперь батюшка, отец Николай скажут!?

Дети сидели в кругу и смотрели в Огонь. Маленькая девочка играла на тоненькой свирельке плавную и ненавязчивую мелодию. Звук свирели тонко вплетался в шелест листьев и перепевки птиц, в тихонько звенящее, как маленькие колокольчики, журчанье ручья и тихий урчащий гул пламени костра. Мелодия не перекрывала, не заменяла собой, а аккуратно вплеталась, как еще одна прядка в длинную густую косу.

 - Тетя Тильда, а как это все так получается, Иешуа из Назарета – такой великий герой, и все равно его поймали и казнили. Сколько раз его пытались подловить, а он кривду все равно, всякий раз разворачивал на правду. Сколько ни пытались его слова искажать, а он все равно разворачивал их к истинному значению. Как вышло так, что его слова все-таки сумели исказить и настолько, чтобы его арестовали и убили?

 - Да! Попы говорят, что его предал Иуда, но ты рассказывала, что Иуда был его близким другом, почти братом. Кто-то говорит, что это козни Люцифера, но ты рассказывала, что Люцифер и вовсе выбрал верную смерть, чтобы только не вредить живому. Так как же так вышло, что Иешуа все-таки убили?

 - Это апостолы виноваты, помните, тетя Тильда говорила, что Иешуа не мог прочитать их души?! Это адепты были – типа того епископа, который устроил резню в Новгороде!

 - В Новгороде не было героя, и волхвы туда прийти не успели! А Иешуа был и герой и волхв одновременно – он бы справился с тем епископом, как наш кузнец прошлой зимой с медведем-шатуном! Помните – медведя волочет – а на самом, ни царапины!

 - Одного бы епископа, он легко победил, но их было несколько!

 - А Иешуа был гораздо сильнее духом, и тем более – с ним был Иуда!

 - Все верно, - улыбнулась Тильда, горящими глазами следившая за спором ребятишек, - Апостолы, сколько ни пытались исказить его слова, он легко разбивал их ложь. Вспомните – они слушали его и не слышали! Поэтому, когда они пытались трактовать людям слова Иешуа – ложь была слишком неправдоподобной и люди ее видели. Так что, сами апостолы бы не справились. Нужен был кто-то, кого Иешуа подпустил бы гораздо ближе. Кто-то, кому он захотел бы помочь, в кого вложил бы свою душу.

 - Так это получается – кто-то близкий!? Неужели Иуда?! Не может быть! Он же…

 - Иуде не нужна была помощь. Он сам оберегал Иешуа. Он учился вместе с ним, а не у него. Иуда был тем, на кого, случись что, Иешуа мог опереться.

 - Но как друг - человек, которому Иешуа помог -  вдруг сдает его Чернобогу?!

 - Вспомните путь страха. Стоит подчиниться собственному страху – и предашь себя. А предавший себя – предаст всех.

 - Но предать близкого друга – это уж какой-то совсем гнилой человек получается.

 - Есть люди, которые даже просто чего-то неизвестного боятся больше, чем верной и мучительной гибели. Внутри – сила есть у всех. Но если человек разрешает себе стать внутренне слабым – то рано или поздно, он сломается. Невозможно предать кого-то. Предательства не бывает. Если ты кого-то любишь – станешь ли ты помогать врагу причинить ему зло?! Да никогда – даже если тебя убивать будут! Предательства не бывает – бывает вражина. То есть, человек играет роль близкого друга – а на самом деле мы ему совершенно безразличны. Он никогда не впускал нас в свое сердце, а то, что мы его впустили – с его точки зрения – сами себе дураки. Он вроде друг. Но в угоду своему страху или выгоде легко встанет на сторону нашего врага. Предать (пере – дать, перейти на другую сторону) можно только самого себя. Разрешить себе стать внутренне слабым. Вы стали бы уважать и любить внутренне слабого человека? Вы стали бы ценить его? Разрешить себе стать внутренне слабым, значит намеренно причинить себе вред – перейти на сторону своего врага. Выбрать путь страха – предать себя и перейти на сторону своего врага. А раз ты свой враг – значит ты враг и всех своих родных и близких и друзей. Такой человек предает только самого себя – для всех остальных – он не предатель – он враг, которого они не сумели вовремя разглядеть – вражина. Поэтому и выходит, что разрешивший себе быть слабым – легко встает на сторону врага тех, кто его любит и кому он дорог. И легко помогает этому врагу их уничтожить.

 - Но для этого нужно вообще не иметь сердца!

 - У кого-то в сердце огонь – а у кого-то – огонь слишком слаб – и оно, остывая, превращается в камень.

 

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...