Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Воскресенье, 18 ноября 2012 года





 

В день вечеринки Амелии, передо мной стоял трудный выбор насчет того, как сделать для нее чашку из глины. Для этого я зашла на «Pinterest».

Вы знаете, что свело меня с ума?

«Pinterest». (Прим.: социальная сеть)

Я хочу ударить ублюдка, придумавшего этот сайт, а потом поцеловать его одаренную задницу.

Я ненавидела его, большей частью потому, что это пробудило во мне желание сделать что-то своими руками. А потом я очень захотела потратить много денег.

Последний раз, когда я проверяла, это была не я.

Определившись с ведрами для лошади, которые подходили бы по тематике «Храброй сердцем», я отослала их на изготовление и отправилась на вечеринку.

Мне не нравится брать детей на вечеринки, даже не смотря на то, что я люблю их, мне просто не нравятся другие дети. И почему я должна тратить на них столько денег?

Неужели ребенок сможет вспомнить об этих вечеринках на день рождения, когда станет старше?

Уж точно нет.

Ладно, я так говорю, потому что у меня никогда не было вечеринок на день рождение. Мамина идея дня рождения заключалась в том, что я могла поиграть 5 минут на детской площадки «МакДональдса».

Как вы видите, детские вечеринки на день рождения точно не были изюминкой моего дня. Но когда мы говорим о семейной вечеринке у Дженингсов, то становится весело как в аду.

То, что я ненавижу устраивать и посещать празднования дня рождения, еще не говорит о том, что я ненавижу детей. Я просто не люблю, когда надо собрать детей 20 вместе и дать им сладкое.

Кому такое понравиться?

Независимо от этого, нам надо все-таки пойти на праздник.

У Логана и Брук была квартира на «Hiawatha Place» в десяти минутах ходьбы от нашей. Они были единственными из наших друзей, у которых была своя квартира. Джейс и я до сих пор снимаем квартиру, потому что нет денег для своей собственной.

Если мы перестанем рожать детей, мы, возможно, сможем себе позволить подобное.

Как большинство пожарных в Сиэтле, Джейс получал достаточно, но жить в Сиэтле невероятно дорого. У Логана была похожая ситуация, но у него была поддержка со стороны родителей Брук, они купили им квартиру, когда у них появилась Амелия пять лет назад. Для них это пустяк. У них великолепный вкус на дорогие вещи, но у них все равно очень комфортно и уютно. Их квартира похожа на апартаменты Шанны на «Alki Beach», где ты боишься чего-либо дотронуться. И у нее была квартиры намного лучше, чем у Лорен.



И почему Джейс задержался?

Работал. Он ушел в восемь утра сегодня после его суточной смены в субботу, пришел домой и лег спать на час, а потом мы пошли с детьми в парк, где почти не говорили.

Я все еще была очень зла, что он так отреагировал насчет мамы и Ридли, когда я ничего не скрыла, и он, ну, кто знал, какая у него чертова проблема. Я даже не хотела спрашивать, потому что если он скажет, что проблема во мне? Готова ли я к этому?

Неа.

Не будем об этом говорить.

К счастью, я ничего больше не слышала о моей маме или Ридли.

Думаю, я должна сказать, что Джейс и я не совсем не говорили. Я должна это прояснить. Мы поговорили. Только не об этом.

Джейс был вспыльчивым, выглядел раздраженным, и не хотел разговаривать со мной. Но как только я начинаю с ним говорить, беседа проходила легко, но не о том, чего я ждала.

Мне было любопытно, как пойдет вечеринка, но, зная Джейса, он не допустит ничего ужасного, чтобы потом никому ничего не объяснять. В обществе, мы вели себя как пара. Дома была другая история.

Брук и я были на кухне, расставляли свечи на торт Амелии, когда зашел Логан. Он закинул свою руку мне на плечи, подтянув меня в плотную к себе.

– Эй, красавица, – его бедро ударилось о моё, а потом он посмотрел на Брук и подмигнул. – Нет ничего лучше, чем день рождение маленькой девочки, – сказал Логан саркастически.

Я присмотрелась к Логану, его руки уже обхватывали талию Брук. Я поняла, что там, где обычно находились коричневые кудряшки, сейчас ниспадали ярко оранжевые волнистые локоны, покрывающие его плечи, выставляя напоказ золотую сказочную тиару. Прислоняясь к своей жене, он поцеловал ей голову, убирая волосы с ее лица.

– Нужна помощь, детка?

Брук помотала головой, подмигнула ему и коснулась кончика его носа.

– Неа. Хотя, спасибо, что начал делать бургеры.

– Что угодно для тебя, моя любовь.

Парень посмотрел на меня.

– Это отвратительно. Я знаю.

Вот почему он дружит с Джейсом. Они даже говорят одинаково.

Логан являлся особенным для большинства людей. Он был моим любимчиком среди друзей Джейса, всегда улыбается и был готов хорошо оторваться. Но больше всего в нем я любила его страсть и то, как он баловал Брук с уважением и любовью. Логан хороший парень, но он думал что уважение зарабатывается, а не дается. Думаю поэтому он и Джейс ладили.

Говоря о Джейсе, парень вышел из-за угла в таком же парике, держа в руке пиво и Джейдена, вьющегося у него под ногами.

– Шикарно выглядишь!

Я подвинула его тиару и поправила смещенный в сторону парик.

Не уверена, почему, но казалось, что мы ладили, но только если в нашей компании были еще люди. Дома мы так себя не вели.

Джейс подмигнул и наклонился за поцелуем.

Как только наши губы соприкоснулись, я поняла, что съела жевательных червячков.

– Это же для детей.

– Прости, – парень слегка подвинулся и отвернулся от меня, отвлеченный пробегавшими между нами детьми. Потянувшись за пивом, он едва успел его поймать, когда оно перевернулось. – Я был голоден.

– Можешь поесть фруктов, – зная, что Джейс ненавидит арбуз, Брук подвинула тарелку к нему. – Я знаю, что ты любишь арбузы.

Он рыкнул, а затем оттолкнул тарелку, посмеиваясь.

Пока больше ничего не было сказано, он подтолкнул Логана, идя за ним и смеясь.

– Давай же, – сказал Логан, держа руки Джейса и направляясь к Грейси и Амелии в гостиную. – Нас ждут дамы.

– Это то, что мы делаем.

Джейс провел рукой по ее волосам и закрутил пряди между пальцами.

– Чешется, черт возьми.

– 50 баксов говорят о том, что у Дэнни что-то застряло в ноге, – сказал Логан, он пододвинулся к Дэнни, другие пожарные присоединились к ним, как только они зашли в комнату.

– Неее, я не против тебя.

Джейс засмеялся.

– Но 50 баксов говорят о том, что он ударил Акса ночью.

– Давай, брат.

Логан делает ставки на всем. Неважно, что это было – ему это просто нравилось, и парень всегда был настроен на победу.

– Они выглядели отвратительно.

Лорен села на барный стул с пивом в одной руке и бокалом вина в другой руке, готовясь к вечеру.

– Почему они оделись не как принц или кто покруче?

– Грейси сказала, что они должны вместе с ней быть Меридой. (Прим.ред.: Мерида – главный персонаж мультфильма «Храбрая сердцем»)

Брук взяла тарелку с овощами и поставила её на стол. Маленькие ручки схватили морковку и оставили все зеленое.

– Они основали какой-то культ? – рассмеялась Лорен. – Вокруг бегает чересчур много Мерид.

– Они просто заботливые отцы.

Взяв полотенце, которое пахло отбеливателем, Брук вытерла стойку, где только что нарезала овощи. Она немного помешана на чистоте.

– По крайней мере, девочки милые, – Лорен засмеялась, когда Джейс прошел мимо, и шлепнула его по заднице. – Ты горяч.

Идя задом наперед, он огляделся, чтобы понять, не смотрят ли дети, и затем схватил свой пенис, чтобы подразнить ее, издевательски подмигивая.

Эти двое всегда вели себя так. Меня спрашивали, не ревную ли я, когда они себя так ведут, на грани флирта.

Мой ответ был – «нет». Моя сестра никогда не являлась той девочкой, и Джейс, тоже. Он просто любил вытворять такое дерьмо.

Я засмеялась вслед за Лорен.

– И ты говоришь мне, что Акс грязный мальчик. Джейс в сто раз хуже.

Лорен повернулась и посмотрела на Брук.

– Пожалуйста, скажи мне, что вы дали им пластиковые стрелы?

Мы с Брук посмотрели на ребят.

Я надеялась, черт возьми, что они будут пластиковыми, но, к сожалению, Логан решил, что это будет не круто.

Дэнни потребовалось ровно десять минут и тридцать шесть секунд, чтобы одна из этих стрел застряла в его бедре.

– Я знала, что будет много крови, но думала, что это будет от маленького дебошира Гэвина.

– Хэй, мой малыш может защитить себя сам, – Лорен допила свое пиво и бокал вина и уже работала над вторым бокалом.

– На самом деле, – Брук взяла для Гэвина пластиковую ложку из тарелки Лорен, – давайте дадим этому гангстеру ложку.

– Если кто и мог ударить кого-то ложкой, это был бы Гэвин Джиллиан.

Когда Гэвину было два года, он ударил Джейса в ухо солдатиком. Разорвал ему барабанную перепонку.

Я бы даже не удивилась, если бы он повторил тоже самое сегодня.

Только начали приносить тортики, Брук налила мне бокал вина. Мне нужно очень много вина.

Мой взгляд останавливался на Джейсе большую часть вечера. Его глаза смотрели на меня часто, но никогда не смотрели так, как я хотела. Когда я на него посмотрела, в его глазах была пустота. Словно он с чем-то боролся и не мог видеть ясно.

Столько раз я хотела к нему подойти на вечеринке, обнять за талию, как это было раньше и погрузиться в его теплое тело. Оттолкнул бы он меня?

Вероятно, нет. Но понравилось бы ему?

Мой инстинкт подсказывал мне, что понравилось бы. Все же, мы отлично провели время в грузовике, все, казалось, шло на отлично. Но к чему мы пришли?

Вечеринка выдалась не такой уж и плохой, Амелия отлично провела время, как и наши дети.

По пути домой той ночью, было вскрыто первое из того, что не сказано ранее.

Не уверена, почему, но со временем споры между нами накалялись, и слова просто воспламенялись.

Дети быстро уснули, мы почистили зубы и готовились ко сну. Никаких касаний, оба смотрели в раковину. Та же самая раковина, где однажды моя задница застряла, когда он прижал меня в ванной.

Могу сказать, что Джейс боролся. Это было заметно по его взгляду на стену прошлой ночью и его неуверенностью рядом со мной. Я не знала, в чем он был потерян, потому что он никогда не говорил мне, о чем думает.

– Твоя мама еще тебе не звонила?

Этот вопрос застал меня врасплох. Мое молчание привлекло его внимание, он на меня посмотрел и проследил за моей реакцией в зеркале.

– Нет.

Казалось, что его губы как будто хотели что-то сказать, что позволит мне почувствовать себя лучше, убедить меня, что мы еще не все потеряли, и пустоты между нами не было.

Вместо этого, он поставил зубную щетку в держатель и вышел из комнаты, с мягким щелчком закрыв дверь. Я хотела, чтобы он хлопнул ею. Хотела этого потому, что если бы он это сделал, значит, он все еще сердился.

Я последовала за ним в спальню, его руки были у пуговиц его джинс. Обстановка здесь была такая же, что и несколько дней назад. Те же слова, те же сомнительные мысли.

– Почему тебя беспокоит, позвонит она или нет?

Джейс пожал плечами.

– Зачем ты это делаешь? Ты говоришь всякое и ведешь себя так, будто я должна читать твои мыли. Что тебя беспокоит?

– Ничего.

«Да, конечно».

– Значит, я выдумываю это расстояние между нами? – мы стояли по обе стороны кровати, расстояние о котором он говорит, теперь четко видно благодаря нашим позициям. Он находился на одной стороне, я на другой. – То есть я придумываю то, что тебя здесь никогда не бывает, а когда все же появляешься, то постоянно молчишь?

– Я этого не говорил, Обри, – сказал Джейс, я покачала головой. Он смотрел мне в глаза.

– И не надо было. Я вижу это у тебя на лице. Ты знаешь, но и не делаешь ничего, чтобы спасти нас.

Его губы изогнулись в уголках, но не из-за счастья. Такого никогда не было.

– Нельзя ошибиться, ничего не делая...

Джейс хотел сказать намного больше, чем это. Я это почувствовала.

Он не был таким человеком, кто причинил бы мне боль. Не преднамеренно.

– Ты слишком много читаешь. Ничего не происходит.

Это было так, как он сказал это прямо сейчас. Но он был неправ. Это было ни ничего. Это было все.

Его тело напряглось, и когда я снова посмотрела, выражение его лица было напряженным. Его рот открылся, как будто Джейс хотел что-то сказать. Но промолчал.

«Скажи что-нибудь!»

Когда он промолчал, в этот раз я ушла сама. На диван.

Это очень больно. Я хотела бы проникнуть к нему внутрь и подержать его сердце. Я хотела умолять его спасти это, меня, нас, и спросить его, что пошло не так. Разве мы не почуяли дым, пока не стало слишком поздно?

Пока я лежала на диване, мои глаза бегали по потолку и сквозь жалюзи был виден свет уличных фонарей, я сразу вспомнила, как мы пришли к этому моменту и с чего начались наши проблемы.

Я не могла определить дату. Всё происходило постепенно.

Как только на улице начался дождь, Джейс вышел из спальни, наши глаза сошлись в темноте. Он хотел что-то сказать, но как обычно промолчал. Он почесал волосы и затем вздохнул, возвращаясь обратно в комнату, закрыв за собой дверь.

В последнее время это все, что мы делали.

Выдохшиеся замечания и столько несказанных слов. Мы спорили, но больше всего, мы игнорировали. Но ни разу не сели, не обсудили и не проветрили, чтобы очистить дым и увидеть, откуда пришел огонь. Никто из нас не знает, будут двое вместе или расстанутся. Но так будет, если они позволят.

Я чувствовала, что мы больше не пара, принимающая решения вместе, мы больше похожи на двух людей, живущих раздельной жизнью, у которых из общего – двое детей, которых мы создали.

Когда моя голова упала на подушку и слезы ее пропитали, я боялась повторить это завтра.

Когда это прекратится? Когда мы поговорим? Или всегда будет так?

Мы были единым целым, единым сердцем и душой, сражались вместе. Теперь мы изо всех сил пытаемся найти свой собственный путь, безопасный путь, потерянный в облаках дыма и невидимый.

Мы в ловушке.


 

Глава 7

Слишком увлечённый

Лестница 1 на месте. Прозвучал второй сигнал.

Используйте все доступное.

Диспетчер – команде , поступило сообщение о двух детях и матери, застрявших на четвертом этаже.

10-4

 

Вторник, 20 ноября 2013 года

Джейс

 

Утром, когда я ушел на работу, Обри была в комнате Джейдена, где снова уснула. Я смотрел на них, и мой разум застрял между почему я не отнес ее в нашу комнату и не сказал все, что нужно было сказать, не зная как это сделать.

Мы росли порознь, и это трудно понять, не говоря уже о том, чтобы разобраться. Особенно, когда вас объединяют двое детей.

Вздохнув, я оставил ее с ними, не целуя на прощание. Как только я оказался у себя в грузовике, у меня возникла острая боль в душе, которая спрашивала меня о том, что, если я умру на работе, какое последнее воспоминание у нее останется обо мне?

Воспоминание, в котором я ухожу.

Столько всего осталось недосказанным, но я ненавидел ругаться. Не видел в этом смысла. Слишком много раз были произнесены не те слова, и ты скорее защищалась, чем общалась. Как той ночью, после дня рождения Амелии. Она ощущала нашу отчужденность, я хотел взять ее в свои руки и сказать ей, что тоже это вижу. Умолять ее не отказываться от нас, но не стал. Она сказала, что я не сделал ничего, чтобы спасти нас, и я ответил, что она не права. К сожалению, она была права. А я нет.

Мой путь на работу не был далек... около десяти минут с учетом пробок.

Я работал на Лестнице 1 в пожарном департаменте Сиэтла. Каждый раз, когда я говорю кому-то об этом, они спрашивают, в чем разница между пожарной компанией и лестничной. Есть небольшая.

Пожарные машины возят воду, шланг и насос. Лестничные нет.

Большая разница?

У лестничных машин есть тридцати метровая лестница и несколько наземных лестниц. У пожарных – только несколько наземных.

Ответственность машины (лестничной) – быстрые поисково-спасательные операции. Мы не заходим внутрь со шлангом, но и наша работа очень опасна. Мы быстро всё берем под контроль. Наша основная цель – найти жертву и быстро ее вытащить.

Когда я припарковался рядом со станцией, я заметил ее магазин, зная, что через пару часов увижу ее там, живущую своей жизнью, той, которой она жила, пока я постоянно пропадал. Я утешился знанием того, что она была прямо здесь, в поле моего зрения, в безопасности.

Когда я вошел в дверь, парни начали перетасовку смены.

– Ты сломал ей бедро? – вот, что я услышал, как только вошел.

Собравшиеся в комнате отдыха Логан и Акс разговаривали громко и с блеском в глазах. Эти двое никогда не опаздывали, и, если они могли предсказать пожар, то я уверен, они бы прибыли на место и подготовились еще за пять минут до его начала.

– Иди нахер, – Дэнни Харлин, наш новый пожарный на испытательном сроке (стажер), работающий уже четыре месяца, ворчал, так как они поливали дерьмом его новую девушку. Черт возьми, она могла быть его мамой.

– Позволь мне кое-что спросить, – Логан наклонился вперед, становясь серьезнее. – Она пойдет на бранч с твоей бабулей?

– Ей всего лишь сорок два, – парень подмигнул своими длинными темными ресницами, будто сорок два – это прекрасный возраст. Каждый раз, когда Дэнни слушал чей-то разговор, он морщил нос. Это было похоже на то, будто он учуял дерьмо или что-то типа того.

– А тебе – двадцать, – Логан потряс головой и поднял ноги на стол. – Это странно. Твой мускулистый зад не может найти девчонку твоего возраста?

Дэнни посмотрел на ботинки Логана, расположенные на столе, закатил глаза и попытался игнорировать нас, находя контейнер с арахисом более интересным.

Логан просматривал журнал, который держал.

– Как имя той девицы с Jersey Shore... знаешь, та с большими глазами? – Логан был силен в смене тем, лишь бы побесить людей. Это как спорт для него. Это и пари. (Прим.ред.: Jersey Shore – реалити-шоу «Пляж»)

Все рассмеялись, но никто не ответил. Никто из нас не знал.

– Ты когда-нибудь слышал о правиле «раздели на два и прибавь семь»? – спросил я, до сих пор улыбаясь Логану, пока он пытался загуглить это на своем телефоне. Парень ненавидел моменты, когда не знал ответа.

– Нет, – Дэнни весело на меня посмотрел, сбитый с толку моим вопросом. – Что это?

– Он никогда даже не слышал о Майкле Джексоне. Не путай ребенка, – ответил Кейси, присаживаясь рядом с Логаном. – Забей, – он поднял серьезный взгляд на Дэнни. Вы никогда не захотите получить такой взгляд от Кейси. – Если она выпустилась вместе с твоей мамой, что, я уверен, так и было, держись от нее подальше.

Логан нагнулся, чтобы прошептать мне в ухо.

– Ее имя Николь Полици. Если тебе интересно.

Я снова рассмеялся, качая головой.

– Не притаскивай ее сюда. Капитан может смутиться, думаю, что его сестра здесь, – рассмеялся Акс, присоединяясь к разговору.

– Правило департамента: никаких потрахушек в части, только если это не твоя рука, – сказал ему Логан, бросая журнал «Плейбой». Он попал ему в плечо. – Сваливай, если ты только ради этого.

Дэнни взглянул на Логана, будто его заявление было ерундой. Каждый из нас хотя бы однажды сделал это здесь. Я знал, что был с Обри, а Логан – с Брук всего один раз. А вот у Кейси не было с тех пор, как он стал следующей правилам, упрямой задницей.

Большинство наших дней начинались с поддразниваний, подтруниваний, шуток, чего угодно, лишь бы разозлить кого-нибудь. Дэнни всегда был жертвой, будучи стажером и все прочее, но были и другие, которых мы выбирали. Акс был одним из таких. Мы всегда спрашивали, какая болячка у него была на этой неделе.

Самое смешное в нем то, что он любит посплетничать, но не может справиться, когда сплетничают о нем.

Большинство ребят следовали правилам. Акс, ну, ему на все насрать. Он перешел границы, о которых большинство даже не знало. Но, благодаря ему, тысячи людей живы.

У Акса было достаточно страданий. Больше, чем у остальных.

Родители? Умерли, когда ему было восемь. Жил с дядей до восемнадцати. Дядя, пожарный из 27 пожарной части, погиб в огне, именно из-за этого Акс и стал пожарным. Он женился на школьной любви в девятнадцать. Она умерла от аневризмы мозга через год после свадьбы.

У парня была тяжелая, трагическая жизнь.

Он озлобленный и эгоистичный, но веселый парень, и я понимаю его. Большинство из нас понимает. Он посвятил свою жизнь пожарной части, и кроме случайного секса, у него ничего больше нет.

Люди всегда рассказывают, каково это, потерять кого-то, и ты готовишься к этому в определенной степени. Но никто не подготовит тебя к тому, что будет после. Недели, месяцы, даже годы после их смерти это все еще влияет на тебя.

Всё, что теперь знал Акс – это выпивка и киски. Если это то, чего он хотел от жизни, то он добился своего. Кстати говоря, в этом заключалась жизнь многих пожарных. Когда ты видишь дерьмо, которое мы видим изо дня в день, трудно расслабиться без с этих двух привычек.

– Эй, – Логан ткнул своим локтем мне в ребра. – Пошли, поможешь кое с чем.

Парень схватил меня и Дэнни, и мы вышли на улицу, где были припаркованы наши машины. Он указал на авто Шона Рендела. Я ненавидел этого самовлюбленного ублюдка, и Логан знал это. Мудак вылил взбитые сливки мне в вентиляцию обогревателя в субботу, и мой грузовик до сих пор пах протухшим молоком.

– Маленькая расплата? – Логан встряхнул пузырек с золотистыми и бирюзовыми блестками, оставшимися с дня рождения Амелии. Я кивнул, но затем мои глаза заметили магазин Обри через улицу.

В моей груди что-то заболело, когда я заметил ее в окне. Столько раз я хотел побежать туда и просто обнять ее, дать ей понять, что она не одна, но ничто не способно заставить мои ноги шевелиться.

– Я помню, как вы сделали мне что-то подобное, – сказал Дэнни, так громко хохоча, что едва ли попал блестками в вентиляцию, рассыпая их вокруг.

– Ты и должен помнить. Это было на прошлой неделе, – Логан вытер излишки салфеткой. – Чувак, его машина черная. Поаккуратнее, – парень смахнул несколько блесток. Единственная проблема в том, что он сделал это в мою сторону, и я чихнул.

Это дерьмо везде. Я имею в виду везде. В моих глазах, носу, волосах, даже в ушах. Когда-нибудь пробовали оторвать от себя блестки?

Это не так-то просто. Это дерьмо как клей.

Кейси заметил мои волосы, как только я вошел.

– Почему ты весь сверкаешь?

Шон, который стоял за ним с планшетом в руке, просматривая вопросники, кивнул в мою сторону. Я улыбнулся.

– Неважно.

Как и большинство пожарных, мы подшучивали друг над другом ежедневно. Когда вы с кем-то, так долго, как мы друг с другом, это становится игрой под названием «Кто больше психанет». На нас неоднократно сваливалось тяжкое бремя, и мы трахались со всем, с чем только могли от кроватей до шкафчиков, и даже машин.

Единственное, что было вне границ?

Снаряжение – запретная зона по соображениям безопасности. У нас всех различные способы расположения снаряжения, который подогнан по размеру, чтобы быстро надеть его в экстренной ситуации. Так что его мы не трогаем. Это главное правило для нас.

Кровати?

О, да. Делай, что хочешь. Соль, или сахар, или песок для Дэнни. У него обсессивно-компульсивное расстройство, этот парень проводит та много времени, намывая себя, так что он легкая мишень.

– Давайте, ребята, пора за работу, – сказал наш капитан, Майк, идя по приборному отсеку, где мы стояли рядом с двигателем и машиной, припаркованной на шестой станции.

Так как рабочий день начинается в районе девяти, мы обычно проверяем наши машины. Убеждаемся, чтобы они были готовы отправиться и полны воды, что все рации работают и вся аппаратура была готова к использованию.

Когда мы не на вызове, то наша работа заключается в тренировках, починке оборудования, чистке, или проверке здания. Затем были шутки, политические взгляды, обсуждение проблем, выпивка, измены – вы назовете это, это происходит во всех пожарных частях. Черт, это происходит везде, где бы вы не работали.

Моя работа на сегодня – мойка окон. Логан был за мной в акваланге. Он делал все, чтобы посмеяться, и то, как люди смотрят на него в его аквалангистском костюме, моющим окна, вызвало много смеха.

Обычно парень носил пижаму и маску, когда чистил ванную.

– Думаешь, я смог бы поразить Злые Чудеса этим шлангом? – спросил Логан.

Я рассмеялся.

– Определенно.

Не раньше, чем я закончил мыть окно, я услышал позади смех, в то время как Кейси спросил.

– Нужно немного воды?

И прошелся по моему чистому окну.

Он такая заноза в заднице.

Иногда, я ненавижу то, что мы попали в одну часть, потому что этот парень постоянно пытался меня задеть. Он думал, что я был испорченным и избалованным ребенком, которому нужен период адаптации, а я думал, что он был осуждающей задницей.

Если бы Кейси должен был сказать мне несколько последних слов, то я точно знал, что они были бы с нахальной улыбкой на его холодном лице.

– Не все вертится вокруг тебя, придурок. Имей уважение.

Несмотря на то, что Кейси всего тридцать четыре, он был бесстыден не по годам и видел больше дерьма, чем большинство на такой работе.

К счастью, я не был стажером на этой станции, или бы я определенно не выбрался отсюда живым. Другой парень, с которым я учился в академии, проходи здесь стажировку, а теперь он – вахтер. Рассказывает тебе, как легко Кейси проникает в голову.

«Бип-бип».

Звук тревоги прошелся по части и раздался в аппаратной, где мы стояли.

– Лестница 1, Пожарная 10... Аляска Вэй, 764... структурный огонь. Баттальон 2. Скорая 16.

Мы все побросали свои дела и залезли в машину. Все, кроме Дэнни, поедающего кекс. Чертов кекс.

– Какого хрена! – Кейси привлек внимание Дэнни, бросив шлем ему в ногу. – Вперед!

– Куда? – парень откусил еще кусок кекса.

– Пожар, – Логан дал ему подзатыльник, волнение и ожидание послышались в его голосе. Ему нравилось это. – Мы все приглашены.

Через тридцать секунд наша лестница и пожарка вывернули на улицу Вашингтона.

Пожарные ни в чем не хороши так, как в борьбе с огнем. И я говорю это, потому что это правда. Мы не можем действовать нормально, если не высмеем кого-то. Большинство из нас страдает от бессонницы, имеет проблемы с алкоголем и депрессией. Мы не можем поддерживать отношения и несем нелегкое бремя существования. Мы нетерпеливы, агрессивны, раздражены, но мы хорошие ребята.

Мы выбрали борьбу с огнем, потому что это то, что мы знали.

Я говорю, что мы не можем выполнять задачи, потому что у нас недостаток терпения и понимания того, что происходит вокруг.

Например, Логан, определенно, даже не знает, когда Амелия пошла в школу, как и не мог вспомнить дни рождения и годовщины, но он любил своих жену и дочь так страстно, что не нуждался в запоминании этих деталей.

– Они уже объявили вторую тревогу, – сказал Майк Роджерс, наш капитан, его глаза были взволнованы.

Я был уверен, что большую часть своего детства Майк лечился от пиромании. Она привела его к пожарным на должность лейтенанта. Сумасшедший ублюдок. Не то, чтобы у него не было одержимости, потому что она была.

Я признаю, у меня тоже всегда была одержимость огнем. Это что-то, что формируется в каждом пожарном в начале пути. Для меня это началось, когда я был в дошкольном учреждении. Это могло произойти и раньше, но мне было четыре или пять, когда мой отец вернулся с работы, он работал на семнадцатой станции, с моим дядей Джерри. Она работали на структурном пожаре, где двое детей оказались в западне.

Одна маленькая девочка, с которой я ходил в школу, погибла в пожаре, но ее брата спасли. Хотя мой отец и был разбит из-за невозможности спасти девочку, но он был рад, что спас хотя бы одного из детей. Парнем, которого он спал, был Логан.

– Ты напуган? – спросил Логан у Дэнни, когда мы пошли к выходу, командование передавало распоряжения Майку, а он, в свою очередь, нам. Она дали нам знать, что пожар в жилом комплексе в шесть этажей, и большинство жителей эвакуировано, за исключением женщины на третьем этаже.

Парень был напуган. Я мог сказать это по его лицу и походке.

– Да.

Логан встретил меня снаружи, сжимая руку в кулак.

– Готов, мужик?

– Всегда, брат, – мы пошли туда, где все собрались. Мы все сумасшедшие. Ты должен быть чокнутым, чтобы войти в горящее здание.

Логан улыбнулся и начал подниматься по лестнице. Дэнни обернулся в мою сторону, когда мы достигли второго этажа и надели маски на лица.

– Я забыл заполнить бак после последнего вызова.

– Ты такой идиот, – сказал я. – Как ты, нахер, дожил-то до этого момента, не говоря уже об окончании академии?

Парень выглядел пристыжено.

– Спускайся и возьми запасной.

Он сделал точно так, как я ему велел, быстро спустившись и поднявшись.

Большинство знает, что тушение пожаров по существу опасно, также как и работа с некоторыми из наших инструментов. Для меня и большинства других парней, ожидание является самой стрессовой частью работы... когда вся работа сделана, и мы сидим в ожидании следующего вызова. Временами, это бесит.

А когда мы работали, мы просто делали то, что тренировались делать.

– Я становлюсь старым для этого дерьма, – сказал Акс, находящийся за Логаном и передо мной. Никогда не терпевший неудачу Логан обычно входил первым и выходил последним. Это то, каким парнем он был, полным самоотверженности, доблести и долга, того, чего не было у большинства людей.

Я смотрел на него во многих отношениях и в профессиональном, и в личном.

Вокруг нас клубился черный дым, выходя сквозь разбитые окна, давая понять, что времени у нас немного. Дым настолько плотный, что ощущался как клей, цепляющийся за меня и мои легкие.

Путь огня трудно вычислить, и иметь в руках шланг намного безопаснее, чем поиск и спасение. Здесь ничего тебя не защищает.

Полные черного дыма второй и третий этажи были охвачены огнем.

Командование сказало нам, что женщина на третьем этаже. Как только нашли квартиру, мы смогли расслышать стоны, но ничего не видели, полыхало так сильно, что можно было ослепнуть. Слева от меня Логан достал тепловую камеру и искал, ползая на четвереньках. Я стоял перед огнем, ища ее. Как все пожарные мы оценивали ситуацию и действовали соответственно тренировкам.

– Пожарный департамент Сиэтла... здесь кто-нибудь есть?

Грязное оранжевое свечение охватило кухню.

Мы нашли ее на кухне без сознания и ни на что не реагирующую. Она не дышала.

– Лестница 1 командованию, она у нас, выносим ее.

– 10-4, другой житель сказал, что есть еще жертва, мужчина, на втором.

Я вынес женщину из дома и начал оказывать первую помощь, пока Бен, парамедик из Скорой 16, не подошел и не взял на себя эту работу. В этот момент я вернулся искать мужчину вместе с Логаном.

Мне не нравились подобные вызовы. Они напоминают, что ты можешь делать что угодно, например, готовить ужин, и начинается какое-то дерьмо. Начинается пожар.

Когда мы вошли во второй раз, дым стал гуще.

Временами дым был настолько плотным, а жар интенсивным, что ты не мог слышать, не то чтобы видеть. Но я был уверен в своей подготовке, знал, что смогу его вытащить.

Если бы я не смог, что ж, я бы знал, что сделал все от меня зависящее.

Большинство пожарных знают про риск и вознаграждение в нашей работе. Если мы можем спасти жизнь, мы подвергаем себя риску.

Я никогда не думал о том, на что готов пойти ради спасения чужой жизни. Это больше похоже, если у человека есть шанс выжить, я сделаю все, чтобы спасти его.

Сейчас, если это слишком опасно, скажем, в хорошо объятом огнем здании температура может достигать 1000 градусов по Цельсию, ну, никто не сможет выжить при таких условиях. Нет смысла входить.

Если бы на верхнем этаже дым был такой же плотный и коричневый, и мы прошли бы через него, чтобы спасти их, они не были бы живы.

Большинство людей не понимают, что дым убивает быстрее пламени.

Логан поднял жертву и понес его вниз по лестнице, куда подошло командование.

– Где Дэнни?

– Хер его знает, – сказал я им, злясь, что он не остался с нами. Как только я сказал это, часть лестницы загорелась и разрушилась.

Я обнаружил Дэнни, пока летел со второго этажа на первый. Оказывается, он шел позади меня.

Огонь живет и дышит. Чем раньше вы это поймете, тем скорее сможете контролировать его, управлять им. Вы можете думать, что контролируете его, и, к сожалению, обычно без предупреждения он кусает вас за зад.

– Вы, ребята, в порядке? – спросил Майк.

Моя рука нашла рацию.

– Как никогда хорошо.

Как только я повернул свою голову к цокольному этажу, то смог расслышать сигнал системы безопасности Дэнни и хрипы его дыхательного аппарата.

– Где ты, черт возьми, стажер?

– В подвале, – сказал он, его голос дрогнул.

Должно быть, он первый раз оказался под полом. Но не я.

Я заглянул за края пола, где он обрушился.

– Эй, ты. Нужна помощь?

Парень улыбнулся, будто не мог дождаться, когда выберется оттуда. Как только мы выбрались наружу, я увидел женщину, которую мы спасли, только теперь она дышала.

На лице появилась улыбка, я спас хотя бы одного сегодня.

– Чем пахнет? – Логан смахнул пепел с моих волос и взглянул на Дэнни.

– Ничем, – Дэнни осмотрелся. – Я ничего не чую.

– Дерьмо. Это ты, – Логан закрыл нос и надел маску. – Мой нос полон сажи, и даже это не спасает. Ты воняешь.

– Заберите его, – Дэнни оттолкнул его, и Логан столкнулся со мной. Меня начало тошнить, потому что, что бы ни было в его штанах, после движения оно начало вонять сильнее.

– Стажер обгадил штаны, когда провалился, – сгибаясь, я натянул маску.

Логан подтолкнул меня.

– Ты должен мне двадцать баксов.

– Я никогда не спорил с тобой, придурок.

– Нет, поспорил. На прошлой неделе мы говорили, что на первом пожаре он насрет под себя, – парень протянул руку.

– Я уязвим, – я толкнул Логана к стене. – Я только что пролетел два этажа. Не будь придурком.

Логан начал смеяться, когда Кейси подошел.

– Прекращайте возню, придурки, и проветритесь.

Мы начали проветривание, когда я заметил другую лестничную команду, выносящую тело погибшего от дыма, без сомнений. Я ненавидел наблюдать за этим. Логан взглянул. Его голова наклонилась набок, и затем он слегка склонил голову, как два пожарных выносивших тело.

Знаете, что я ненавижу больше всего?

Людей, которые говорят что-то вроде: «У вас легкая работа. Вы спасаете котов с деревьев целыми днями и помогаете старым леди спуститься по лестнице?»

Это общее мнение о нашей работе, верно?

Те, кто так думают, считают, что с ними никогда ничего подобного не случится. Они думают, что они крепкие, что их мышцы и сила, гордость или что-то там еще спасет их.

У меня новость для таких. Я видел, как самые сильные падали и взывали о помощи.

Те ребята, которые твердят дерьмо вроде этого, могут ли они понять, каково смотреть в глаза родителей, когда они умоляют тебя спасти их маленькую дочь, застрявшую в доме? Могут ли они понять, каково это, вытаскивать пьяную футбольную звезду из его машины, когда он пересекает черту? А после говорить им, что это не он? Могут ли они понять, каково это, ползать на четвереньках в поисках матери, которая сжимает своих уже мертвых детей?

Если они не вели этот образ жизни, не прожили мой день, то они не смогли понять ничего из того, что я чувствую каждый день.

Изо дня в день мы рвем свои яйца, чтобы спасти то, что можем, и в конце дня мы устаем.

Иногда мы не хотим нести эту ответственность. Некоторые думают, что из-за этого Акс ведет такой образ жизни.

Но в какой-то момент ответственность все равно находит нас, хотим мы этого или нет.

Как по мне, я хотел, чтобы она нашла меня. Взывал к этому. Я хотел, чтобы Обри и наши дети были в моей жизни.

А теперь взгляните на меня.

Я не знаю, когда это произошло.

Мы вошли в удобный ритм воспитания и совместного проживания, я думал наверняка, что должен был сделать предложение. Затем она забеременела Джейденом. И тогда я сказал себе, что раз она носит второго ребенка то меньшее, что я могу, это надеть кольцо ей на палец. Но у меня появились страхи.

Страхи, о которых я никому не говорил. Даже Логану.

Обри выросла в доме, где мужчины менялись как простыни. Еженедельно. Наблюдая за этим, и то, как ее рассматривали, изменило ее отношение ко многому.





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2020 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.