Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Призрак глобальной экологической катастрофы и поиски стратегии выживания




Озабоченность судьбами мировой цивилизации в связи с про­грессирующей деградацией окружающей среды явилась основа­нием для проведения в 1992 г. в Рио-де-Жанейро конференции

 

1 См.: Кондратьев К.Я., Демирчян К. С. Глобальные изменения климата и кру­говорот углерода. — Известия РГО. — 2000. — Т. 132. — Вып. 4. — С. 1 — 17.

 

ООН по окружающей среде и развитию. Конференция провозгла­сила концепцию «устойчивого развития» и общую ответственность всех государств за состояние окружающей среды. Однако сущность понятия «устойчивое развитие» сформулирована очень расплыв­чато, концепция не имеет под собой каких-либо научных основ, носит декларативный характер. Решения конференции Рио-92 не могли иметь силы закона, и государствам рекомендовалось самим искать приемлемую для них стратегию развития. Индустриальным государствам советовалось отдавать 0,7 % ВНП развивающимся странам, что оказалось заведомо нереальным.

На конференции Рио-92 особое внимание было уделено про­блеме парникового потепления, и индустриальным странам было рекомендовано сократить выбросы СО2 в атмосферу. В 1997 г. этой проблеме была посвящена специальная международная конферен­ция в Киото, собравшая около 10 тыс. участников из 160 стран. Конференция не была достаточно подготовлена в научном отно­шении и оказалась малорезультативной. Долгая дискуссия закон­чилась решением о сокращении выбросов СО2 на 5,2 % к 2008 — 2012 гг. Но крупные страны, в том числе США, не ратифицирова­ли «протокол Киото», а многие из тех, кто принял на себя такое обязательство, уклоняются от его выполнения. Впрочем, даже при полном выполнении рекомендаций Киото сокращение выбросов окажется лишь незначительным.

В 2002 г. в Йоханнесбурге (ЮАР) под эгидой ООН было прове­дено Всемирное совещание на высшем уровне по проблемам ус­тойчивого развития. Главной целью было обсуждение перспектив современной цивилизации и обоснования новой парадигмы эко­номического развития. Но совещание было малоконструктивным и не оправдало надежд развивающихся стран, которые были наи­более заинтересованы в позитивных результатах.

Естественно возникает вопрос о том, почему длительные и настойчивые международные усилия не приносят желаемых ре­зультатов. Объяснение имеет двоякий характер. Во-первых, не су­ществует общепринятой, всесторонне разработанной комплекс­ной научной концепции оптимизаций отношений между обществом и природной средой. Во-вторых, если бы даже такая концепция вдруг появилась, в современном мире нет условий для ее реализа­ции вследствие особенностей устройства общества, раздираемо­го глубокими экономическими, политическими и социальными противоречиями. В докладе ЮНЕП «Глобальная экологическая перспектива 2000» признается, что усугубление крайнего богат­ства и крайней бедности ставит под угрозу стабильность всего че­ловечества, а вместе с ней и глобальную экологическую среду.

 

1 Надо заметить, что русский перевод английского выражения sustainable development неточен, правильнее было бы говорить поддерживаемое развитие.

В упоминавшемся докладе ЦРУ (2000) содержится осознание того, что развивающиеся страны не удовлетворены существующим эко­номическим порядком в мире и могут потребовать его изменения. К аналогичным заключениям приходят многие отечественные и зарубежные специалисты. Так, Р. У. Айрес убежден в том, что рост экономики в индустриальныгх странах вовсе не ведет к улучшению благосостояния людей, а усугубляет социальные контрасты. Этот автор подвергает сомнению целесообразность глобализации ми­ровой экономики и предвидит наступление крупной глобальной экономической депрессии. На неэффективность рыночных рыча­гов, либерализации и глобализации, с точки зрения целей эколо­гизации и устойчивого социально-экономического развития, ука­зывают многие исследователи. Как уже отмечалось, это вынужде­ны признать и составители доклада ЦРУ.

С.Б.Лавров подчеркнул, что глобализация, ведущая к стира­нию экономических границ между государствами, монополиза­ции торговли и информационныйсетей, выгодна только транс­национальным корпорациям (ТНК). Некоторые западные специа­листы ассоциируют глобализацию с американизацией мира, и в этом есть значительная доля истины, поскольку США претенду­ют на руководство «устойчивым развитием» в глобальныгх масш­табах. Глобализация привела к росту иностранныгх инвестиций, но подавляющая часть их приходится на индустриальные государства, что ведет к усугублению экономических и социальныйконтрастов между «богатыми» и «бедными» странами. В мировой торговле со­храняется колониальная структура: развивающимся странам, а также России отводится роль поставщиков сырья. Таким образом, либерализация и глобализация ведут к поляризации между не­большой группой развитых стран и большинством остальныгх — маргинальных'.

Вполне естественно, что между индустриальными и развиваю­щимися странами существуют глубокие расхождения в понима­нии приоритетныгх целей. Для последних экологические проблемы (включая и пресловутое парниковое потепление) теряют свою актуальность перед насущной необходимостью повышения уров­ня жизни населения. Не удивительно, что эффективные природо­охранные мероприятия в последние десятилетия осуществлялись главным образом в наиболее богатых индустриальных странах (ФРГ, Нидерландах, США, Канаде и др.), тогда как во многих развивающихся странах экологическая обстановка ухудшалась.

Выработка научно обоснованной глобальной экологической стратегии предполагает адекватную оценку современной эколо­гической ситуации в мире и причин, ее определивших. Часто го-

 

1 См.: Лавров С. Б. Реалии глобализации и миражи устойчивого развития. — Известия РГО. — 1999. —Т. 131. — Вып. 3. — С. 1 — 8.

 

ворится о глобальном экологическом кризисе. Что касается его причин, то большинство специалистов видит их в непрекращаю­щемся росте численности населения в развивающихся странах и чрезмерно высоких темпах роста потребностей и развития эконо­мики в индустриальных, странах. Отсюда основные направления стратегии реагирования видятся в необходимости сокращения роста населения (и его общей численности) и потребления природных ресурсов. Известны вполне оптимистические суждения и рекомен­дации на этот счет. Ссылаются, например, на успехи демографи­ческой политики в КНР, на достижения западноевропейских стран в области охраны природы. Возлагаются надежды на возможность .внедрения элементов государственного регулирования в эконо­мику, на скорое прекращение использования невозобновимых источников энергии, на мизерное сокращение выбросов парни-ковыгх газов в атмосферу. Доказывается реальность технологичес­ких решений, позволяющих, с одной стороны, сократить вдвое потребление энергетических и иныгх ресурсов, а с другой — вдвое увеличить производительность труда и выход продукции, в ре­зультате чего эффективность использования ресурсов должна по­выситься в 4 раза.

Однако реализация подобныгх рекомендаций не затрагивает глу­бинные причины глобального экологического кризиса и может иметь лишь паллиативный или местный (региональный) харак­тер. Притом их инициаторы часто прямо или косвенно признают ограничения, накладываемые глобализацией и рыночной стихи­ей, и вынуждены оговариваться по поводу возможности возник­новения социальных проблем, например безработицы и непредс­казуемости социально-экономических перемен, — нередко со ссылкой на пример России.

Одну из наиболее жестких оценок ближайшей перспективы, стоящей перед человечеством и средой его обитания, дает В. А. Зу-баков1. По его мнению, мир находится на половине пути от гло­бального экологического кризиса (ГЭК) к тотальной экологичес­кой катастрофе (ТЭК). Перед человечеством стоит вопрос быть или не быть, и для ответа у него остается не более 50 лет. Основ­ные свидетельства наступающей ТЭК, или ее параметры, Зуба-ков усматривает в следующем.

1. Переход возобновляемый ресурсов (почв, чистой воды, рас­тительности, воздуха) в невозобновляемые и нарушение биогео­химических круговоротов, поддерживающих возобновление чис­той воды, постоянство газового состава атмосферы, состояние почв и т. д.

 

См.: Зубаков В. А. Быть или не быть? Анализ стратегии нами творимого буду­щего (к саммиту ООН «Рио+10»). — Известия РГО. — 2002. — Т. 134. — Вып. 6. — С. 57-68.

2. Электронно-информатлионныш шок человечества. Воздействие СВЧ-колебаний, электромагнитных излучений и возрастание с огромной скоростью информационной избыточности обостряют социальные противоречия.

3. Технологическая возможность самоуничтожения человече ства — потеря контроля над технологическими средствами гло бального самоуничтожения, накопление биологического оружия, которое превосходит возможности ядерного.

4. Лавинная мутация геномов высших (ядерныгх) организмов — эукариот. Сущность этого процесса состоит в эндоэкологическом отравлении (ЭЭО) всех живых существ тяжелыми металлами, химическими токсинами и радионуклидами, следствием чего яв ляется мутационный саморазгон геномов ядерныгх организмов. При достижении эпидемии ЭЭО субглобальныгх размеров (так называ емая точка Левина) мутации геномов большинства высших орга низмов перейдут в лавинно-необратимые и это может означать предел существования человечества как биологического вида. Ав тор считает ЭЭО главным параметром тотальной экологической катастрофы. По его мнению, сверхзадачей является поиск страте гии, которая не позволила бы допустить распространение ЭЭО на всю планету, и для этого в распоряжении человечества остается не более 50 лет.

Можно спорить по поводу оценки современной ситуации как приближения к тотальной экологической катастрофе, но трудно отрицать серьезность перечисленных параметров. Существуют раз­личные представления о приоритетных направлениях общей стра­тегии человечества, но можно найти и точки соприкосновения. Очевидно, в первую очередь необходимо договориться о том, что следует предпринять для избежания тотальной экологической ка­тастрофы, затем, и это самое сложное, важно определить, как этого добиться, т. е. найти конкретные пути и способы решения поставленных задач. Нет надобности подробно доказывать, что единая глобальная стратегия, которую, может быть, нужно рас­сматривать как стратегию выживания человечества, должна опи­раться на строгую научную концепцию. Некоторые попытки раз­работки подобной концепции известны, и их нельзя не учитывать в дальнейшем. Надо заметить, что в подходах отечественных и за­падных специалистов к стратегии выгживания имеются определен­ные различия. Если западные ученые принимают за основу пре­имущественно экономику и технологию, то российские ученые придают большое значение естественно-научным аспектам про­блемы.

Примером экономико-технологического подхода могут служить исследования Р.У.Айреса, который отдает приоритет проблеме потребления природных ресурсов. По его мнению, на протяжении жизни двух поколений необходимо сократить потребление ресур-


13 Исаченко


JO;/


 

сов на единицу ВВП на 90 %. К 2040 г. желательно уменьшить ис­пользование запасов нефти на 85 %, природного газа на 70, угля на 20, биомассы животных и первичной продукции на суше на 60 %, выбросы СО2 на 80 %, кислотные осаждения на 85 %, осаж­дения кадмия и цинка на 95 %, меди и свинца на 90 %. Это несом­ненно важный, но далеко не единственный аспект «стратегии выгживания». К тому же автор не объясняет, как достичь желаемо­го результата, и реальность осуществления столь радикальныгх мер в обозначенный им срок весьма сомнительна.

В отечественной научной литературе неоднократно излагалась концепция биотической регуляции окружающей среды В. Г. Горш­кова1. В основе ее далеко не новая идея, восходящая к В.И.Вер­надскому, а в географии развитая В.Б.Сочавой, об особо выдаю­щейся географической и геологической роли биоты. Горшков при­дает биологическому круговороту определяющее значение в под­держании стабильности биосферы. По его мнению, высокая замк­нутость круговорота химических элементов-биогенов гарантирует стабильность окружающей среды. Ученый считает, что биосфера сохраняет устойчивость до тех пор, пока потребление биопродук­ции человеком не превышает 1 %; но этот порог был пройден еще в начале XX в., а сейчас превышен уже на порядок. Выход из данного положения Горшков видит в применении чрезвычайных мер: сокращение населения Земли в 7— 10 раз и восстановление естественного растительного покрова, притом все это надо делать достаточно быстро. Уже в ближайшее время предлагается сокра­тить хозяйственное использование территории на 32 млн км2 (что составляет 64 % сельскохозяйственных земель) и восстановить ес­тественные леса за полвека, после чего биосфера сама по себе справится со всеми видами загрязнения.

Принцип биотической регуляции сам по себе не может вызвать возражений, но возникают сомнения по поводу обоснованности количественных оценок и соответствующих рекомендаций. Если даже согласиться с этими рекомендациями, то снова возникает вопрос как! Какими способами возможно быстро снизить на по­рядок численность населения Земли? Далеко не очевидна необхо­димость замены почти 2/з площади освоенных земель естествен­ными ценозами, тем более что эти земли большей частью проду­цируют биомассу и, следовательно, участвуют в глобальном кру­говороте веществ. Неубедительно утверждение о способности био­сферы справиться со всеми видами загрязнений. В. А. Зубаков спра­ведливо заметил, что в концепции В. Г. Горшкова недооценивает­ся экологическое значение химических загрязнений, способных

 

См.: Горшков В. Г. Энергетика биосферы и устойчивость состояния окружаю­щей среды // Итоги науки и техники. — Сер. Теоретические и общие вопросы географии. — М., 1990. — Т. 7.

370 разрушить биоту независимо от замещения ее какими-либо ины­ми непродуктивными угодьями. Кроме того, необоснованно от­рицается адаптация биоты к изменениям окружающей среды и возможность экологических кризисов в прошлом, что противоре­чит представлениям об эволюции как адаптационном процессе и чередовании скачков и этапов гомеостазиса.

Вряд ли оправдана тенденция абсолютизировать концепцию биотической регуляции. Невозможно исключить из расчетов иные, кроме непосредственного сведения естественного растительного покрова, факторы дестабилизации окружающей среды, так же как и другие возможные пути ее стабилизации.

В. А. Зубаков подходит к «стратегии выгживания» с более широ­ких мировоззренческих и естественно-научных позиций. Перво­причину глобального экологического кризиса он справедливо ви­дит в формировании природопокорительского мировоззрения, а главное препятствие на пути его преодоления в том, что законы стихийного рынка пришли в противоречие с законами самопод­держания биосферы. Рыночная стратегия исчерпала себя. Челове­чество стоит перед альтернативой: продолжение стихийного ры­ночного пути, ведущего к переходу биосферы в техносферу с ис­кусственным интеллектом («киборгами»), или сознательно пла­нируемый революционный скачок в новую, пострыночную, орга­низованность общества, основанную на коллективном разуме и симбиозе объединенного человечества с биосферой.

Традиционному потребительскому отношению к природе В. А. Зу­баков противопоставляет ойкогеософскую концепцию, предпо­лагающую револю11ионный переход к сознательно регулируемому гомеостазису общества с природой. Автор подчеркивает, что эта революция должна быть мирной, однако считает необходимым условием выгживания депопуляцию (примерно до 3 —1,5 млрд чел.). Жители развивающихся стран должны взять на себя в течение 10 — 30 лет добровольный запрет на второго ребенка, а жители развитыгх стран — безусловно отказаться от потребительского сти­ля жизни. Эти цели, возможно, выглядят утопическими, ибо не­ясно, какими способами можно добиться полного согласия меж­ду всеми людьми на ойкогеософской основе, однако у человече­ства, по-видимому, нет иного выхода.

 





©2015- 2017 megalektsii.ru Права всех материалов защищены законодательством РФ.