Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Сикхи проповедуют любовь и братские отношения ко всем людям на Земле независимо от происхождения.




Заказать ✍️ написание работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Что следует делать правоверным сикхам? В первую очередь — быть хорошими людьми. Искать и проявлять в себе данное Богом — Веру и Любовь, быть свободным в своей воле и уважать свободу других. Никто не принуждает ни к совершению добрых дел ради каких-то выгод в этой или следующей жизни (никто не учитывает специально «добрые дела»), ни к пожертвованиям, ни к сложным ритуалам, ни к накоплению знаний, ни к целомудрию, ни к покаянию. Искренние и добрые деяния возникают сами по себе как естественное существование, даруемое Богом, которого можно открыть внутри себя[866]. Человек свободен в своей воле[867]. Бог создал Природу с ее законами — можно сознательно следовать или не следовать им. Как рыба, которая может плыть по течению, а может плыть и против течения. Иногда даже рыбе требуется преодолевать огромные расстояния против течения, чтобы отложить икру в верховьях рек. Но рыба не может выйти из реки. Также и мы не можем выйти за пределы воли Божьей, обладая своей собственной волей. Течение показывает природные законы, созданные Богом, а взаимодействие с ними — это уже дело собственной воли человека[868]. Злодеяния, скупость, ненависть, жадность — это противоестественно и невыгодно, действуя так, человек встречает сопротивление Природы. Любовь следует проявлять в любом повседневном деянии, включая самые простые и обыденные вещи — и в этом выражается природа Бога. Сикхи всегда живут в оптимизме, радости и надежде.

Хотя многое в сикхской религии похоже на еврейскую[869], сикхи отказываются признать свое «родство» с иудаизмом. Бог сикхов не связан с «избранным народом» и не провозглашает национального или кастового неравенства, никого не ведёт и никого не наказывает. Бог не проявляет себя в виде «голосов с неба», знамений и требований. Бог никого не призывает к священной войне и не накладывает на людей такое множество ежедневных обязанностей, как в еврейской традиции. Бог не призывает народ изолировать себя от других — наоборот, сикхи относятся к другим народам как к своим братьям.

Сикхи считают, что необходимо уважать свою свободу, и также свободу и волю других людей. Страшный грех — манипулирование другими людьми, их принуждение и насилие — это отвратительное проявление эгоизма. Не давай никому манипулировать своим страхом перед смертью. Учителя других религий все время стараются зацепить тебя за крючок страха перед смертью, предлагая «спасение», рай или хорошее перерождение, и пугая адом в следующей жизни. Это большой грех[870] — никто не знает куда ты попадешь и не имеет право об этом рассуждать, чтобы принудить тебя.

Развивая внутри себя веру и любовь, человек даёт выход своим естественным стремлениям. Никакие священные писания и формальные знания не помогут в трудную минуту, когда решение надо принимать мгновенно, по внутреннему импульсу[871].

В своих молитвах сикхи просят себе участи, подобной собаке — но не бездомной собаке, а собаке, у которой есть хозяин, который заботится о ней, и которому следует служить[872].

Все люди одинаковы — у всех по две руки, две ноги, два глаза… Натура людей одна и та же, независимо от их происхождения, религии, касты или духовного уровня развития. Поэтому сикхи почитают всех людей как своих братьев. Сикхи не признают кастовой системы, «уровней сознания» и «уровней спасения». В каждом человеке есть Бог и есть возможности духовного роста и развития.

Человек не начинает свою жизнь с пустого места — он уже существовал до своего рождения. Его прошлое существование, семья в которой он родился и его народ определяют его индивидуальность[873]. Но помимо всего ему дается еще собственная воля, и он сам несет ответственность за свои деяния. Он может своей волей полностью изменить свой характер и нейтрализовать все свое прошлое[874]. Бог дает нам всем силы и энергию, но не освобождает нас от ответственности.

Внутри нас — беспредельная глубина, и мы сами способны увидеть собственные грехи и собственное невежество в том свете, который мы находим внутри себя[875].

Сознавание своего «Я» — это самый низкий уровень сознания, присущий также животным. Расширяя свое сознание, мы воспринимаем других как часть самого себя. Мы поднимаемся от своего «Я» до уровня своей семьи, потом до уровня общества, потом — до уровня Природы, и дальше — до уровня Бога. Сикхи — не подвижники и не материалисты, они выбирают серединный путь.

Как не следует манипулировать людьми, так не следует манипулировать и природой и природными силами[876]. Чрезвычайно увлекаясь этим, ученые создают иллюзии. Что является лекарством от болезней? Только то, что повышает иммунитет, повышает внутреннюю сопротивляемость и волю больного[877].

Кто такой Гуру для сикхов? Истинный Гуру, который знает Бога со всех сторон и знает, что когда и как надо делать — это недостижимая абстракция, только Бог знает себя самого. Но в каждом сикхе живет свой Гуру[878], и от этого каждый сикх чувствует необыкновенный прилив энергии.

Сиккхское учение и священное писание сформулировал Гуру Нанак (род. 1469) и последующие девять сикских Учителей. Священное Писание было написано первыми пятью Учителями. Писание пользуется наивысшим духовным авторитетом и определяет пути и законы всего Учения. Сикхский катехизис Khalsa Panth дополняет Священное Писание[879].

Каждый сикх проходит крещение (процедуру Амрит). Сикхизм могут принять любые люди независимо от национальности, пола и происхождения. Сикхи обязаны сохранять при себе пять предметов (пять К) — Kesha (нетронутые волосы, спрятанные под чалму), Kangsha- гребень, поддерживающий волосы, Kara — стальной браслет, Kachla -нижнее белье, Kirpan — меч, спрятанный под одеждой. Это правило обязательно. Меч не должен употребляться для утверждения своей власти, угроз или насилия над другими. Каждый сикх, зная, что другие тоже имеют при себе меч, уважает других.

Погребальная церемония сикхов — кремация. После кремации пепел умершего бросается в канал или в реку. Покойным не положено возводить монументы. После смерти душа возвращается к Богу и соединяется с ним.

Хотя сикхи не придают особого значения обрядам и церемониям, они их считают важным для объединения людей между собой и сполчении их друг с другом, для изучения традиции и писания, для помощи себе и другим в развитии в себе любви. Формы и ритуалы помогают придать идеалу реальную форму, почувствовать его и сделать более осязаемым для себя и других, хотя в них нет абсолютной необходимости. Главное — чтобы формальности и ритуалы не привязывали к ограниченным местным традициям и не убивали духовности. Каждая душа неповторимо индивидуальна, и ритуалы должны ее питать и поддерживать».

Заключение

Разумное объяснение устойчивости индуизма можно получить, взглянув на индуизм как на систему духовного и социального рабства — с каких позиций мы и подходим к любой религиозной системе, рассматривая последние. Лишь с этих позиций, исходя из нравственных критериев социальной справедливости, можно достаточно точно оценить «философскую» мысль любой религиозной системы. В первую очередь, начиная оценки, нужно всегда помнить, что духовность религиозной системы в общем и целом соответствует её социальной организации. Это знали ещё «великие посвящённые», утверждавшие принцип «что наверху[880] — то и внизу[881]». Если поддерживать традиции соответствия эгрегориальной и социальной иерархий, то можно умело сохранять устойчивость того и другого и их взаимную замкнутость, что мы и наблюдаем на примере индуизма.

Начнём с “философских” религиозных догматов, на которых базируется сам принцип «освобождения». Истоки этих философских догматов нужно искать там же, где мы их искали и при изучении зороастризма — в древних индоиранских иллюзиях дуалистического восприятия мира, «космогонии» и “образе” богов.

Разделившись когда-то с иранским конгломератом племён, индийские ведисты-«арии» (также как иранские ведисты, осевшие на территории древнего Ирана) смешались с местным аборигенным населением Индостана, в результате чего арийский ведизм в Индии стал развиваться по своему пути, а в Иране — по своему. Но общая религиозно-смысловая основа восточных иллюзий осталась как в Иране, так и в Индии, обретя в каждом случае свои “национальные” символику и традиции.

Надо отдать должное индийскому пути: это путь религиозных практик. В то время как зороастрийский путь — путь «религиозных догматов». Путь религиозных практик начинается с Индии и распространяется далее на Восток и Юг. В то время как распространение пути «религиозных догматов» на Восток в общем и целом заканчивается на территории Ирана.

Если принять в расчёт период ислама, то можно говорить об особой (даже «генетической») устойчивости религиозных систем, в которых упор сделан на религиозные практики (сфера бессознательных религиозных ощущений), а не на религиозные догматы (сфера осознанных религиозных убеждений). Исторический ислам, религиозную систему которого правильно отнести к сфере осознанных религиозных убеждений — оказался слабее на территориях тех цивилизаций, которые издревле делали упор на религиозные практики (сферу бессознательных религиозных ощущений). Традиции бессознательных религиозных ощущений несомненно прочнее и устойчивее, нежели традиции религиозных догматов и осознанных убеждений. Зороастризм рухнул под напором традиционного ислама. Но индуизм устоял, уступив лишь некоторые территории. Особую роль при слиянии ислама и индуизма мы выделили сикхизму — наиболее близкому к пониманию Корана в его нацеленном в Человечность контексте.

Иными словами, обращение к разуму генетических представителей восточных цивилизаций, религиозные системы которых основаны на принципе бессознательных религиозных ощущений — дело весьма трудное, если пока и не безнадёжное. В то время, как переубедить сторонников одной веры, основанной на осознаваемых религиозных убеждениях в другую, более прогрессивную веру (также основанную на осознаваемых религиозных убеждениях) — можно, сравнительно легко, если основой этих религиозных убеждений является всё то же учение о посмертной “справедливости”, которое имеет восточные корни[882]. Но побудить и тех и других к отказу от всей иллюзорной основы восточных заблуждений можно лишь при переходе к Человечному типу психики — чему препятствуют все без исключения религиозные системы, замыкая своих сторонников в труднопреодолимый круг «догматы — вера — эгрегоры — практики — социальный порядок — догматы», в котором нет места Языку Жизни.

В этом отношении все существующие религиозные системы, как Запада, так и Востока — “сансаричны” (поддерживают порочный прижизненный круговорот культурных практик: от догматов до эгрегориальных практик и обратно). А «освобождение» душ от тягот земного неправедного существования они лишь имитируют своей деятельностью, как социальной, так и духовной. Таковы все «авраамические» религиозные системы Запада и исламского Востока. Таковы все ведические системы религиозных практик классического ведического Востока. Но ведический Восток хорош тем, что на примере рассмотрения его практической религиозности лучше (чем на примере западных религий) видна имитация прижизненного «освобождения» — только если её рассматривать с позиции эгрегориального обеспечения работы с психикой апологетов[883].

Продолжим излагать нашу позицию отношения к Востоку и Западу с напоминания уже известного определения понятия «свобода», которое мы приводили в Первой книге курса:

Свобода — С+овестью ВО+дительство, БО+гом ДА+нное.

Совесть — чувство Мhры (Божиего Предопределения бытия) как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью. Праведность (однокоренное с «справедливость») — нравственность, которую Бог избрал для Себя Сам, и которую каждый может воспроизвести в себе и которой может следовать в жизни, если желает быть праведным. Соответственно вследствие обусловленности совестью свобода — не вседозволенность, поскольку предполагает определённое нравственно-этическое долженствование, необходимость — своего рода ограничения. В таком понимании для человека свобода воли всегда — ограничена праведностью. А праведность проверяется на Истинность через осознанный внутренний диалог с Богом в каждой конкретной жизненной ситуации, поскольку в этом человек не самодостаточен.

 

Действительно, природа человека такова, что в его психике обязательно есть место для выраженного выше ощущения Свободы. Но для того, чтобы это скрытое в глубинах души и психики ощущение Свободы стало первоочередной жизненной целью — необходим соответствующий Человечный тип строя психики и соответствующая Человечному типу строя психики нравственность. Лишь тогда совесть будет играть первостепенную роль при принятии тех или иных жизненных решений Человека, при осмыслении тех или иных явлений и фактов Жизни. Пока же этого нет, недочеловеки (недолюдки) руководствуются в жизни не совестью, а животными страхами и инстинктами (как и подобает животному) — и под систему своих страхов-инстинктов люди издревле подгоняли культурно-религиозные традиции, стараясь казаться сами себе же “культурнее” зверей, окружающих их. Если же культурно закрепить стереотипы и традиции, замкнув их на высшую религиозность — то может получиться красивая имитация высококультурной организации недолюдков, да ещё стремящихся в жизни к “справедливому” «освобождению»[884]. Чего ещё надо для векового закрепления порочной религиозной организации?

— Как выясняется при изучении ведического Востока, убеждений в существовании раяи ада, как имитаторов посмертной “справедливости” для восточного недочеловека, который руководствуется больше не разумом, а ощущениями мало. Ему издревле требовалисьпрактические подтверждения «освобождения»— и он их себе же придумал.

Но одновременно с этим, как только произошло “сансарическое” замыкание древних религиозных убеждений на культурно-“канонические” традиции и духовную культуру (эгрегориальную алгоритмику), позитивная динамика социальной организации в сторону Свободы — избавления социального неравенства — можно сказать, остановилась. Остановилось и движение к Свободе: люди стали довольствоваться имитацией своего «освобождения» (как правило в следующей жизни; либо прямо в этой жизни, как это практикуется в некоторых религиозных школах ведического Востока), а поддержка подавляющим религиозным большинством социального неравенства обеспечивала и обеспечивает возможности концентрации материальных “богатств” в руках малочисленных верхушек, представляющих собой высшие иерархии региональных (либо межрегиональных) “элит” цивилизаций. Такой религиозный порядок, изначально основанный на древней системе восточных “тонкостей”[885] обеспечивает «бессмертие» “Кащею”, который материально “богатеет” до тех пор, пока в восточные “тонкости” верят подавляющее большинство апологетов разнообразных религиозных систем, основанных на их разновидностях.

Смерть “Кащея” должна произойти одновременно с отказом людей от всех религиозных и идеологических имитаторов справедливости[886]: лишь в этом случае восточным “тонкостям” (вошедшим в западные религиозные системы) придёт конец и люди не станут сами же поддерживать “бессмертное” (от поколения к поколению) материальное “обогащение” высших региональных и глобальных “элит” за счёт своего же труда.

Но такое возможно лишь при доминировании Человечного типа строя психики. Процесс самоочищения глобальной цивилизации от недочеловеков, поддерживающих разнообразные доктрины, имитирующие социальную справедливость, будет проходить (и уже начался) как процесс столкновения бесперспективных (в этом смысле) региональных цивилизаций (и их дезинтегрированных представителей) на их взаимное уничтожение. В стороне от этого процесса может оказаться лишь та региональная цивилизация, которая имеет реальные перспективы выбраться в течение отпущенного Свыше строка из под доктрины имитации социальной справедливости.

Вернёмся к индуизму. Как мы уже говорили, индийская цивилизация первая по пути с Запада на Восток, с территории которой начинается мировоззрение бессознательных религиозных ощущенийпрактик. Согласно восточным практикам, индусы “убеждаются” (как говорится, «на практике») в верности религиозной системы ценностей, в которой они живут. Но при этом они не обращают никакого внимания на самую главную практику — практику Жизни. Находясь надёжно “повязанными” духовно-догматической “сансарой” своей религиозной системы, они не в состоянии взглянуть на себя хотя бы со стороны. Практика их Жизни свидетельствует не об «освобождении», а о многотысячелетнем рабстве и несправедливости, поддерживаемых большинством населения Индии.

Религиозные истоки индуистских иллюзий те же, что и в зороастризме. Мы уже знаем из рассуждений настоящей главы, что индуизм, также как и зороастризм, мировоззренчески дуалистичен, что нашло своё отражение в индуистских “канонах” и образе высших богов индуистской троицы (Брахма-Вишну-Шива). Поэтому нет смысла повторять все уже сделанные выводы сделанные в связи с дуалистичностью зороастризма в предыдущей главе. Скажем лишь, что, несмотря на наличие в “канонах” индуизма доктрины рая и ада, она не стала основополагающей «доктриной справедливости» в индуизме, как это произошло в зороастризме. Индусы пошли дальше зороастрийцев в своих религиозных иллюзиях.

В индуистской основе все те же причины возникновения иллюзий: слабость и несовершенство психики древних людей индоиранского Востока (по отношению к идеалу Человечности) и одновременно с этим их амбициозность, честолюбие, связанные с желанием расширить границы властных возможностей, а также, историческая необходимость создания крупных государственных образований (чисто социальная проблема). От этого древнее желание списать все жизненные неприятности на выдуманные «сверхъестественные» силы у индусов выразилось в отличное от зороастрийцев своеобразие. Зороастрийцы и все последователи иранских особенностей дуалистического “образа” «Бога» (иудаизм, “христианство”, ислам) детально разработали доктрину рая и ада, согласно которой люди делятся на две категории: грешники, которые попадут в ад и праведники которые попадут в рай — таков их дуалистический “Бог”.

Индуисты же, признавая доктрину рая и ада (как некую завершающую стадию «справедливости», как можно понять, наступающую одновременно с сансарическим «освобождением» либо наказанием падших), творчески детализировали и персонифицировали процесс «освобождения», добавив к доктрине рая и ада дополнительный контур, имитирующий уже сугубо личную посмертную “справедливость” (в следующей жизни) — доктрину многократных перевоплощений души в соответствие с её «кармой».Доктрина эта учит: если человек при жизни ведёт себя соответствующим образом, то его карма позволит ему «удачно» перевоплотиться в следующей жизни даже в другое сословие.

Такой индуистский подход к «справедливости» уводит мысли людей гораздо дальше (чем просто доктрина рая и ада) от вопроса о социальной справедливости, которой надо деятельно (“кармически” — по-восточному) добиваться в настоящей жизни. Это так, потому что перед людьми Востока помимо дурилки рая и ада (которые обещаны лишь после однократной смерти), придумана ещё дурилка «улучшения своего социального статуса» в следующей жизни (либо пугало «ухудшения социального статуса»[887]). Этой дополнительной к раю и аду дурилкой высший уровень иерархии решил сразу две проблемы: поддержки религиозной дисциплины (чтобы карма была лучше индус должен следовать “канонам” в жизни)[888] и изощрённого увода мыслей людей от проблемы социального неравенства в этой жизни.

Мало того, индуисты искренне уверены, что своему персональному неустройству в настоящей жизни каждый из них обязан себе лично (кармическим последствиям своей же предыдущей жизни) причём их персональная вина, либо заслуга мало зависят от нравственного взаимодействия с другими людьми (в индуизме нравственность загнана в пределы стратифицированных для каждого сословия “канонов”), поэтому додуматься пересматривать что-либо в социальном устройстве вообще — их мировоззрению не под силу.

Кроме этого «космогонический» миф об обязательном «конце света» в конце каждой индуистской “Вселенной” лишь закрепляет уверенность индусов в том, что заботиться о социальном устройстве мира бессмысленно: он всё равно будет разрушен и воссоздан снова[889]. В общем, куда ни посмотри — кругом одна циклично воспроизводящаяся “сансара”: в круговороте душ и в круговороте “Вселенных”. Е. Торчинов характеризует индусскую “хронологию” (понимание индусами исторического времени) следующим образом:

 

«Индийское понимание исторического времени лучше всего выражено в пословице, которую любил повторять академик Ф.И.Щербатской: «Было раньше, есть сейчас — не всё ли равно». Это связано с двумя взаимообусловленными обстоятельствами. Во-первых, существовала циклическая модель времени и теория кальп — космических циклов возникновений, разрушений и последующих воссозданий космоса…

Во-вторых, индийская культура как бы мыслила астрономическими числами в масштабах космоса, что обесценивало историческое время, превращая промежутки времени между историческими событиями в почти ненаблюдаемые[890]: действительно, если длительность одного космического цикла оценивается в миллиардах лет[891], то отрезки времени, значимые для истории человечества, становятся ничтожными и утрачивают свою значимость[892]».

Иными словами, духовно-нравственная динамика в мировоззрении индусов не общественное явление, а личностно-индивидуальное: души обладают личностными возможностями духовной динамики согласно колесу перевоплощений в пределах жизни индусской Вселенной, а общество в целом — обладает лишь заданной динамикой смены кальп (периодов), в процессе которой души могут менять свою “судьбу”, а общество в целом лишь следует “кальповому” пути до очередной катастрофы, и затем всё повторяется вновь. То есть, цель жизни в индуизме — дело сугубо личное, оторванное от общественной цели жизни, которой не существует вообще, поскольку в мировоззрении индусов будущее существует лишь для персональной души, а общего будущего не видно (оно укладывается в кальповые циклы, одинаковые для каждой индусской Вселенной)[893], как следует из принципа«Было раньше, есть сейчас — не всё ли равно».

Вследствие этого, психика индусов ещё более слаба (по сравнению с теми, кто является сторонником религиозных систем, где лишь один контур дурилок — рая и ада) к проявлениям Языка Жизни, который всё же постоянно “стучится ” в психику индусов, как и всех людей (в том числе и через совесть). Для того чтобы постоянно “заглушать” эти проявления Языка Жизни индусы (точнее высшая духовная иерархия индуизма при помощи эгрегориальной алгоритмики) придумали себе духовно-психологическую “отдушину”, известную как психотехники, имитирующие «освобождение» при жизни. И эти психотехники подобны алкоголю, либо наркотикам[894], которые вынуждены применять в основном западные недолюдки (чтобы не сойти с ума) — поскольку их психика не выдерживает длительного нахождения наедине с собственными мыслями, через которые Бог может обращаться к человеку, пользуясь остатками его совести.

В индуизме, в отличие от зороастризма и его западных “братьев” (по мировоззренческой основе) создана особая атмосфера религиозной “толерантности” (терпимости), которая обеспечивает не только внутреннюю ненапряжённость (вызванную востоным равнодушием к единоверцам, которая существует и в других религиозных системах), но и внешнюю неагрессивность индусов, которую многие сторонние наблюдатели принимают за особую «доброту» и «блаженство» индусов. Они путают доброту с полным безволием: воля индусов (в отличие от западных религиозных апологетов, у которых ещё осталась возможность проявлять своеволие, выходящее за пределы религиозных догм) накрепко замкнута на мощную эгрегориальную систему индуизма.

Это достигается тем, что в религиозных системах Запада и зороастризме принято валить все свои жизненные неприятности на выдуманные «сверхъестественные» силы (а в монотеизме — на Бога), или на других людей, на иноверцев и прочих «врагов»[895]. Индуисты пошли дальше: они, преодолев на ранних этапах развития “канонический” дуализм[896] (который остался на уровне мировоззрения и трансформировался в «законы кармы»), согласно которому во всём виноваты потусторонние силы (либо «враги») — создали систему причинно-следственного самобичевания, согласно которой во всех бедах виноваты они сами. И всё бы было правильно, если бы они рассматривали эти беды через призму общесоциальных проблем (в преемственности поколений), а не индивидуально-кармических проблем (в преемственности перевоплощений).

Скорее всего, нравственность древних брахманов — «демонов» по складу психики — не позволила довести до праведного совершенства их личностные наблюдения за преемственностью поколений (возможно разных сословий), в которой воспроизводились одни и те же (либо похожие) последствия одних и тех же жизненных ошибок предыдущих поколений[897]. Что, в конце концов, выразилось в “каноническом” учении о карме, сансаре и мокше. Если бы эти наблюдения были пропущены через призму социальной несправедливости и выводы были бы направлены на изменение социального строя, то, управляя жизнью поколений, можно было бы изменить «карму» всего народа. Но нравственность брахманов и мифология индуизма (в первую очередь — «космогония») сработали наоборот — на закрепление (с помощью этих наблюдений) социальной иерархии, в результате чего появилось правдоподобное объяснение неустроенности жизни большинства, выразившееся в учении о карме, сансаре и мокше.

 

Мало того, учение о карме сансаре и мокше стало мощнейшей красивой религиозной имитацией правильного понимания судьбы. И для слабовольных, безнравственных людей, потерявших смысл жизни (не ощущающих свою судьбу), оно стало просто “доброй” (как и весь индуизм) отдушиной. Не случайно многие наши соотечественники и западники увлеклись Востоком.

Мы уже говорили, что каждому человеку от рождения в его судьбе Свыше предлагается преодолеть конкретный спектр жизненных трудностей — для того, чтобы с помощью преодоления этих трудностей человек смог изменить себя, свою психику и воздействовал бы на окружающих его людей в процессе преодоления этих трудностей и после их преодоления. Ясно, что такие взаимодействия людей друг с другом являются обоюдными проявлениям Языка Жизни, направленными Свыше каждому человеку — через других людей.

Есть широкий слой людей, которые вместо преодоления трудностей — валят вину за их возникновение в их жизни на других людей, на Бога, на Сатану, на сверхъестественные силы и прочих. Мы назвали таких людей слабым, трусливыми и психически несоответствующими названию «человек». Но есть и другая категория людей, которые, также как и первые, внутренне трусливы и боятся Жизни, но не валят свои трудности на других, а ищут стандартное “каноническое” объяснение[898], почему их жизнь полна неустроенности. Такие люди находят лёгкие ответы в учении о карме, то есть — на Востоке.

Учение о карме является упреждающей религиозной имитацией необходимости преодоления трудностей, предлагаемых Свыше в судьбе[899]: эти «трудности» подменяются “каноническими” догматами веры, удобными для обеспечения религиозной дисциплины единой для всего индуизма, но со своей “свободой” и своими “трудностями” для каждого сословия и индивида. О какой диалектике после этого можно говорить? Вся индусская “диалектика” накрепко связана догматами и эгрегориальной практикой психотехник.

Бог руководит диалектикой Жизни цивилизации, Сам распределяя людям «трудности», которые им ненавязчиво предлагает Свыше преодолеть в Жизни, чтобы их Жизнь и Жизнь других людей стала лучше и соответствовала текущему этапу развития цивилизации — как то предопределил Бог. Поэтому личностные «трудности» каждого Бог знает Сам лучше других (в том числе и учителей-гуру). Если бы все люди, следуя Языку Жизни старались преодолеть «трудности», предлагаемые Свыше, то мы давно бы жили в социальной организации, которая превосходила бы любые райские описания — так, как никогда и нигде не было описано ни в одной из религий.

Но с другой стороны, чем больше людей уклоняются от Языка Жизни — тем дольше цивилизация будет выходить из кризиса религиозных иллюзий. И поэтому проблема уклонения от предлагаемого Свыше — не сугубо личное дело, как считают эгоцентристы (а индуизмэгоцентричная религиозная система). Эта проблема общественная: каждый индивид, уклоняющийся от своей земной миссии вносит негативный вклад в дело приостановки движения цивилизации к обществу социальной справедливости, нанося этим ущерб как себе, так и окружающим.

Индуизм эгоцентричная иерархически организованная религиозная система, выстроенная по принципу имитации духовного “коммунизма”. Имитация духовного “коммунизма” представляет собой огромный спектр эгоцентричных интересов духовного характера, которые удовлетворяются индусами согласно их способностям, за что эгрегоры, удовлетворяющие эти эгоцентричные интересы предоставляют часть своих возможностей как бы «по труду» (по преодолению кармы): но в действительности эгрегоры предоставляют часть своих возможностей по мере послушания иерархии[900]. Последнее является психологическим религиозным прикрытием для “паствы”, под покровом которого обеспечивается надёжная и социально ненапряжённая сборка духовных интересов всех эгоцентристов в единую духовную иерархию толпо-“элитаризма”. Наглядным примером «материализации» такого рода духовного “коммунизма” является социальная организация индусов.

Психологическую составляющую религиозной имитации «свободы» («освобождения») в индуизме обеспечивают многочисленные психотехники[901]. Имитация всегда проще и “приятнее” объективной реальности для неЧеловечной психики. Восток выбрал имитацию, объявив Жизнь — иллюзией и кармой. Почему? — Мы уже отвечали на этот вопрос при рассмотрении религиозной системы древнего Ирана. Ответ прост:

Мировоззрение и нравственностьдревних индусов (также как и зороастрийцев) сформировались под воздействием духа и культуры, источником которой является восточный дуализм. Согласно древним объективно сложившимся психическим порокам, Добрые предложения Свыше, выражающиеся в зачастую психически “неприятных” для людей призывах к преодолению личностного спектра жизненных трудностей — воспринимались и воспринимаются слабыми и безвольными людьми как насилие над их личностью.

На индуистском Востоке, видимо во времена брахманизма, “жрецы” видели эту слабость «животной» “паствы”, и старались, снизойдя к пониманию людей(по сути недолюдков), популярно объяснить цель жизни и себе и людям, что вылилось со временем в учение о карме, объясняющее различия между людьми и ставящее перед ними элементарные религиозные задачи, обеспечивающие как социальный порядок, так и государственную дисциплину. Сформировавшаяся в своей основе в древности духовная защита религиозной системы индуизма была тем духовным “щитом”, который обеспечивал слабым и трусливым перед Жизнью людям психологический комфорт — впоследствии трансформировавшийся в мощнейшую систему религиозных имитаторов и стимуляторов существования в земном мире (что иначе называется «смыслом жизни»).

Поскольку никакая духовная иерархия так и не нашла в себе силы начать анализировать предложения Свыше, даваемые через Язык Жизни и, мало того, наблюдая слабости религиозной толпы, “благосклонно” принимающей имитацию за «чистую истину» — иерархическая верхушка индуизма, видимо, пребывая и сама в глубоких иллюзиях, стала развивать учение о карме, сансаре и мокше при безусловной поддержке толпы. Этим самым с определённого (достаточно древнего) исторического периода индусской цивилизации последняя полностью отгородилась “милыми сердцу и уму” психотехниками и “канонами” от Языка Жизни, создав себе, можно сказать, «параллельный мир» — мир религиозных иллюзий. В этом духовном мире религиозных иллюзий и пребывает ведический Восток, назвав в свою очередь «иллюзией» земной мир: всё относительно.

Так иллюзорно была создана имитацияпреодоления главной объективной трудности: необходимости психологической динамики согласно велению времени. Внутренняя трусость как перед Жизнью, так и перед необходимостью изменения своей психики согласно велению времени и в соответствии с Языком Жизни стала близка верующим: верующие и их пастухи отгородились религиозными догматами и практиками, боясь высунуться из иллюзий психотехник на свет Божий.

С того самого момента, как было принято и поддержано толпой решение о создании имитационной системы духовного «освобождения» — естественным образом стала складываться и соответствующая духовная культура (эгрегориальная иерархия), на основе прежних «космогонических» и “канонических” иллюзий и заблуждений. Чего люди закладывали в алгоритмику эгрегоров — то и записывалось на их энергетической основе, становясь «нормальным» духовным обеспечением существования индуской цивилизации, к которому она же сама и стремилась. Ясно, что в эту духовную систему были заложены все возможности психики вида «Человек Разумный» (кроме Человечных, разумеется) и в первую очередь это возможности “измененного сознания”, чем и славится Восток.

Но сами по себе возможности “изменённого сознания” не появились просто так. Это — практический плод искренних заблуждений, стремления индусов к «освобождению» от сансары. Как мы уже знаем, всё земное в индуизме считается по большому счёту кармой — поскольку самый “крутой” и быстрый путь избавления от сансары это почти полный уход в духовный мир (по сути, устранение от земных дел, трусливое бегство в мир иллюзий)[902], чем и славятся индусские отшельники и некоторые “жрецы”. Желание приблизить поскорее «освобождение» со временем было оформлено в практические мероприятия, согласно которым разрабатывались «жизненные циклы» психотехник на базе многовековых наблюдений за возможностями «изменения сознания» людей.


Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2022 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7