Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

ДНЕЙ, КОТОРЫЕ ПОТРЯСЛИ РЕСПУБЛИКУ





 

Президент Алес­сан­д­ри был свер­г­нут 5 сен­тяб­ря 1924 го­да во­ен­ной хун­той. Но са­ма хун­та про­су­щес­т­во­ва­ла все­го лишь че­ты­ре ме­ся­ца. Чле­ны ее ни­как не мог­ли до­го­во­рить­ся меж­ду со­бой, вы­ра­бо­тать еди­ную прог­рам­му дей­с­т­вий. В стра­не соз­да­лась ха­оти­чес­кая си­ту­ация.

Часть офи­це­ров стре­ми­лась ус­та­но­вить ре­ак­ци­он­ную дик­та­ту­ру, дру­гая по­мыш­ля­ла о ре­фор­мах бур­жу­аз­но­го ти­па. Во­зоб­ла­да­ли пер­вые. Их во­жак пол­ков­ник Кар­лос Ибань­ес дель Кам­по 25 ян­ва­ря 1925 го­да зах­ва­тил власть. Что­бы усы­пить бди­тель­ность сво­их про­тив­ни­ков, он вско­ре пе­ре­дал браз­ды прав­ле­ния вновь Алес­сан­д­ри, в пра­ви­тель­с­т­ве ко­то­ро­го за­нял клю­че­вой пост во­ен­но­го ми­нис­т­ра.

Алессандри про­вел кон­с­ти­ту­ци­он­ную ре­фор­му, на­де­ляв­шую пре­зи­ден­та боль­ши­ми пол­но­мо­чи­ями. Но­вая кон­с­ти­ту­ция от­де­ли­ла цер­ковь от го­су­дар­с­т­ва, осу­щес­т­вив дав­ниш­ние ча­яния прог­рес­сив­ных кру­гов Чи­ли. Од­на­ко это от­де­ле­ние но­си­ло чис­то фор­маль­ный ха­рак­тер. Оно нас­толь­ко не ущем­ля­ло тра­ди­ци­он­ных по­зи­ций цер­к­ви в чи­лий­с­ком об­щес­т­ве, что да­же Ва­ти­кан не воз­ра­жал про­тив не­го.

В кон­це 1925 го­да сос­то­ялись вы­бо­ры но­во­го пре­зи­ден­та. Из­б­ран­ный на этот пост Эми­ли­ано Фи­ге­роа был ма­ри­онет­кой в ру­ках Ибань­еса, но вско­ре чес­то­лю­би­вый пол­ков­ник от­де­лал­ся и от не­го и сос­ре­до­то­чил всю пол­но­ту влас­ти в сво­их ру­ках.

Ибаньес, пос­ле­до­ва­тель фа­шиз­ма, лю­бил, что­бы его на­зы­ва­ли «Мус­со­ли­ни Но­во­го Све­та». Од­ним из пер­вых его ак­тов бы­ла ре­ор­га­ни­за­ция по­ли­ции по италь­ян­с­ко­му об­раз­цу. Мус­со­ли­ни прис­лал в Чи­ли сво­их «экспер­тов», соз­дав­ших кор­пус ка­ра­би­не­ров, за­да­чей ко­то­ро­го бы­ло прес­ле­до­ва­ние ком­му­нис­тов, проф­со­юз­ных ак­ти­вис­тов, по­дав­ле­ние за­бас­то­вок, раз­гон де­мон­с­т­ра­ций.



Ярый ан­ти­ком­му­нист, еще в 1922 го­ду при­зы­вав­ший «ре­ши­тель­но пор­вать свя­зи с крас­ной Мос­к­вой», Ибань­ес раз­вя­зал в стра­не тер­рор про­тив прог­рес­сив­ных де­яте­лей. Ком­пар­тия бы­ла зап­ре­ще­на, ее ру­ко­во­ди­те­ли сос­ла­ны на без­люд­ные ос­т­ро­ва ар­хи­пе­ла­га Ху­ан-Фер­нан­дес и на ос­т­ров Пас­хи. Вмес­те с ком­му­нис­та­ми под­вер­г­лись прес­ле­до­ва­ни­ям и про­тив­ни­ки дик­та­то­ра из бур­жу­аз­но­го ла­ге­ря. Ибань­ес про­из­вел чис­т­ку в ар­мии, из­г­нав из ее ря­дов де­мок­ра­ти­чес­ки мыс­ля­щих офи­це­ров, в том чис­ле пол­ков­ни­ка Мар­ма­ду­ке Гро­ве, вы­нуж­ден­но­го эмиг­ри­ро­вать в Бу­энос-Ай­рес.

Диктатор при­ме­нял не толь­ко реп­рес­сии. Сле­дуя при­ме­ру Мус­со­ли­ни, он уп­раж­нял­ся в со­ци­аль­ной де­ма­го­гии. Он про­вел че­рез кон­г­ресс ко­декс тру­да, вклю­чив в не­го за­кон о со­ци­аль­ном стра­хо­ва­нии, о пен­си­ях по ста­рос­ти и ин­ва­лид­нос­ти и дру­гие ме­ры, за осу­щес­т­в­ле­ние ко­то­рых бо­ро­лись ра­бо­чие. Дик­та­тор соз­дал «на­род­ные до­ма» для ра­бо­чих на­по­до­бие италь­ян­с­ких фа­шис­т­с­ких ор­га­ни­за­ций «До­по­ла­во­ро», ко­то­рые яко­бы за­бо­ти­лись о до­су­ге тру­дя­щих­ся, а в дей­с­т­ви­тель­нос­ти пы­та­лись при­вить им ви­рус ан­ти­ком­му­низ­ма. Дик­та­то­ру уда­лось за­ру­чить­ся под­дер­ж­кой пра­вых эле­мен­тов в ра­бо­чем дви­же­нии, ко­то­рые выс­ту­па­ли за лик­ви­да­цию ком­пар­тии. Лик­ви­да­то­ры, воз­г­лав­ля­емые се­на­то­ром Ма­ну­элем Идаль­го, став­шим за­тем ли­де­ром троц­кис­т­с­ких рас­коль­ни­ков, от­к­ры­то сот­руд­ни­ча­ли с Ибань­есом.

В 1927 го­ду Ибань­ес ус­т­ро­ил но­вые пре­зи­ден­т­с­кие вы­бо­ры. Что­бы при­дать им ви­ди­мость за­кон­нос­ти, дик­та­тор час­тич­но ос­во­бо­дил из ссыл­ки и тю­рем по­ли­ти­чес­ких: зак­лю­чен­ных. Из всех пар­тий толь­ко ком­му­нис­ты ос­ме­ли­лись про­ти­во­пос­та­вить Ибань­есу сво­его кан­ди­да­та - ве­те­ра­на ра­бо­че­го дви­же­ния Эли­аса Ла­фер­те. Это разъ­яри­ло дик­та­то­ра. На ком­му­нис­тов об­ру­ши­лись реп­рес­сии, а их кан­ди­дат был вновь сос­лан на ос­т­ров Пас­хи. Став «за­кон­ным» пре­зи­ден­том, Ибань­ес про­дол­жал по­ли­ти­ку тер­ро­ра, на­ме­ре­ва­ясь выр­вать с кор­нем «ком­му­нис­ти­чес­кую за­ра­зу». Но ком­пар­тия про­дол­жа­ла су­щес­т­во­вать и бо­роть­ся, хо­тя и вы­нуж­де­на бы­ла уй­ти в глу­бо­кое под­полье.

Режим Ибань­еса зна­ме­но­вал со­бой пе­ре­ори­ен­та­цию пра­вя­щих кру­гов Чи­ли с Ан­г­лии на Со­еди­нен­ные Шта­ты. Ибань­ес со­дей­с­т­во­вал про­ник­но­ве­нию аме­ри­кан­с­ко­го ка­пи­та­ла в се­лит­ря­ную про­мыш­лен­ность. При нем аме­ри­кан­с­кая ком­па­ния «Ана­кон­да коп­пер ма­йи­инг» зах­ва­ти­ла кон­т­роль над про­из­вод­с­т­вом ме­ди, мо­но­по­лис­ти­чес­кий трест «Интер­нейшнл те­ле­фон энд те­лег­раф» (ИТТ) по­лу­чил кон­цес­сию на эк­с­п­лу­ата­цию те­ле­фон­но-те­лег­раф­ных ли­ний, а аме­ри­кан­с­кая, хоть и с мес­т­ным наз­ва­ни­ем, «Чи­лий­с­кая элек­т­ри­чес­кая ком­па­ния» при­об­ре­ла на 99 лет кон­цес­сию на рас­п­ре­де­ле­ние элек­т­ро­энер­гии. Ак­тив­ное внед­ре­ние ка­пи­та­ла США в го­ды прав­ле­ния Ибань­еса зат­ро­ну­ло ин­те­ре­сы ан­г­ли­чан, за­ни­мав­ших до это­го гос­под­с­т­ву­ющие по­зи­ции в эко­но­ми­ке стра­ны, обос­т­ри­ло ме­жим­пе­ри­алис­ти­чес­кие про­ти­во­ре­чия в этом ра­йо­не. В 1930 го­ду ка­пи­та­лов­ло­же­ния США в Чи­ли дос­тиг­ли 729 мил­ли­онов дол­ла­ров. Это был ги­ган­т­с­кий ска­чок по срав­не­нию с 1913 хо­дом, ког­да они сос­тав­ля­ли все­го 15 мил­ли­онов дол­ла­ров. По объ­ему аме­ри­кан­с­ких ка­пи­та­лов Чи­ли за­ня­ла вто­рое мес­то пос­ле Ку­бы.

Проамериканская де­ятель­ность Ибань­еса вы­зы­ва­ла не­до­воль­с­т­во тех кру­гов чи­лий­с­кой бур­жу­азии, ко­то­рые тра­ди­ци­он­но ори­ен­ти­ро­ва­лись на Ан­г­лию. Алес­сан­д­ри и дру­гие бур­жу­аз­ные де­яте­ли, ко­то­рых Ибань­ес ли­шил - влас­ти, на­ме­ре­ва­лись свер­г­нуть его пу­тем за­го­во­ра. Они прив­лек­ли на свою сто­ро­ну пол­ков­ни­ка Мар­ма­ду­ке Гро­ве, ко­то­рый в ав­гус­те 4928 го­да пе­ре­ле­тел из Ар­ген­ти­ны на са­мо­ле­те в Валь­па­ра­исо в на­деж­де под­нять на вос­ста­ние мес­т­ный гар­ни­зон. Од­на­ко сра­зу же пос­ле при­зем­ле­ния он был схва­чен ка­ра­би­не­ра­ми, осуж­ден на 10 лет тю­рем­но­го зак­лю­че­ния и от­п­рав­лен от­бы­вать его на ос­т­ров Пас­хи, где ос­та­вал­ся вплоть до па­де­ния дик­та­то­ра в 1931 го­ду. С Гро­ве в зак­лю­че­нии на­хо­дил­ся его брат, же­на­тый на сес­т­ре Аль­ен­де.

Газеты мно­го шу­ме­ли по по­во­ду де­ла о «крас­ном са­мо­ле­те», как ок­рес­ти­ли аван­тю­ру до­на Мар­мы, са­мо­лет ко­то­ро­го был ок­ра­шен в крас­ный цвет. Пе­чать дик­та­то­ра об­ви­ня­ла до­на Мар­му в том, что он яко­бы пы­тал­ся воз­г­ла­вить «ком­му­нис­ти­чес­кий за­го­вор». Эти со­бы­тия, ра­зу­ме­ет­ся, не мог­ли прой­ти не­за­ме­чен­ны­ми для Чи­чо и дру­гих чле­нов семьи Аль­ен­де, для ко­то­рых пол­ков­ник Гро­ве был сво­его ро­да эта­ло­ном му­жес­т­ва и пат­ри­отиз­ма. Ссыл­ка его на ос­т­ров Пас­хи, в то вре­мя поч­ти со­вер­шен­но от­ре­зан­ный от ма­те­ри­ка (на ос­т­ров толь­ко дваж­ды в год при­хо­ди­ло из Валь­па­ра­исо не­боль­шое суд­но) и из­вес­т­ный тог­да не столь­ко сво­ими ка­мен­ны­ми ис­ту­ка­на­ми, сколь­ко ко­ло­ни­ей про­ка­жен­ных, выз­ва­ла к до­ну Мар­ме вол­ну со­чув­с­т­вия в са­мых ши­ро­ких кру­гах чи­лий­с­ко­го об­щес­т­ва.

Сочувствовал до­ну Мар­ме и Чи­чо. Его с юных лет прив­ле­ка­ли де­ятель­ные и му­жес­т­вен­ные лю­ди. Он сам ста­нет со вре­ме­нем та­ким, хо­тя и без внеш­них ат­ри­бу­тов, яко­бы всег­да со­пут­с­т­ву­ющих энер­гич­ным че­ло­ве­чес­ким на­ту­рам. Му­жес­т­во и не­у­ем­ная энер­гия бу­дут скры­ты в нем под об­личь­ем доб­ро­душ­но­го бли­зо­ру­ко­го вра­ча, ко­то­рый ска­жет по­том, что он не сде­лан из тес­та му­че­ни­ка, ге­роя или жер­т­вы, но по­гиб­нет как ге­рой.

Между тем и без то­го нап­ря­жен­ное по­ло­же­ние в Чи­ли еще бо­лее обос­т­ри­лось в ре­зуль­та­те кри­зи­са, ох­ва­тив­ше­го в 1929 го­ду весь ка­пи­та­лис­ти­чес­кий мир. Ми­ро­вой кри­зис выз­вал в Чи­ли сво­его ро­да по­ли­ти­чес­кое и эко­но­ми­чес­кое зем­лет­ря­се­ние. Стра­ну ли­хо­ра­ди­ло и тряс­ло три го­да, при­чем за этот пе­ри­од сме­нил­ся доб­рый де­ся­ток пра­ви­те­лей и про­изош­ла дю­жи­на, ес­ли не боль­ше, раз­но­го ро­да пе­ре­во­ро­тов.

Но рас­ска­жем обо всем по по­ряд­ку. Ми­ро­вой кри­зис выз­вал рез­кое сок­ра­ще­ние эк­с­пор­та важ­ней­ших чи­лий­с­ких то­ва­ров - се­лит­ры и ме­ди, зак­ры­лись мно­гие фаб­ри­ки, обес­це­ни­лись день­ги, чис­ло без­ра­бот­ных ста­ло быс­т­ро рас­ти, дой­дя до не­бы­ва­лой для Чи­ли циф­ры 200 ты­сяч че­ло­век. Что­бы не дать лю­дям уме­реть с го­ло­ду, бла­гот­во­ри­тель­ные ор­га­ни­за­ции кор­ми­ли их пох­леб­кой, ко­то­рую раз­во­зи­ли в ог­ром­ных кот­лах по го­ро­дам стра­ны.

Диктатор Ибань­ес ли­хо­ра­доч­но пы­тал­ся удер­жать власть, с од­ной сто­ро­ны, уси­ли­вая прес­ле­до­ва­ния ком­му­нис­тов, с дру­гой - за­иг­ры­вая с ли­де­ра­ми бур­жу­аз­ных пар­тий - ли­бе­ра­ла­ми и ра­ди­ка­ла­ми. Од­на­ко он уже был не в си­лах сов­ла­дать с рас­ту­щей оп­по­зи­ци­ей. Про­тив дик­та­то­ра выс­ту­па­ли тру­дя­щи­еся, тре­бо­вав­шие хле­ба и ра­бо­ты. Их под­дер­жи­ва­ли сту­ден­ты. В Сан­ть­яго они зах­ва­ти­ли зда­ние уни­вер­си­те­та, прев­ра­тив его в центр борь­бы с дик­та­ту­рой.

В этих со­бы­ти­ях вид­ную роль иг­ра­ла груп­па «Аван­се», ли­де­ром ко­то­рой был Саль­ва­дор Аль­ен­де. Он воз­г­лав­ля­ет ан­тип­ра­ви­тель­с­т­вен­ную сту­ден­чес­кую де­мон­с­т­ра­цию и выс­ту­па­ет на ми­тин­ге пе­ред зда­ни­ем ме­ди­цин­с­ко­го фа­куль­те­та. Ка­ра­би­не­ры стре­ля­ют в сту­ден­тов и уби­ва­ют од­но­го из них, Хай­ме Пин­то Ри­осе­ко.

Гибель сту­ден­та еще боль­ше на­ка­ля­ет страс­ти. Ка­ра­би­не­ры арес­то­вы­ва­ют сту­ден­чес­ких во­жа­ков, в том чис­ле и Саль­ва­до­ра Аль­ен­де.

Ибаньес хит­рит, ла­ви­ру­ет. Он все еще на­де­ет­ся удер­жать власть. Он объ­яв­ля­ет ам­нис­тию по­лит­зак­лю­чен­ным. Аль­ен­де об­ре­та­ет сво­бо­ду. В уни­вер­си­те­те сту­ден­ты ока­зы­ва­ют ему вос­тор­жен­ный при­ем. В сто­ли­це и дру­гих го­ро­дах про­хо­дят ан­тип­ра­ви­тель­с­т­вен­ные де­мон­с­т­ра­ции. Дик­та­тор вновь об­ра­ща­ет­ся к си­ле. 24 июля 1931 го­да он при­ка­зы­ва­ет вой­с­кам очис­тить уни­вер­си­тет от вос­став­ших сту­ден­тов. Вой­с­ка пы­та­ют­ся взять зда­ние уни­вер­си­те­та штур­мом. В ре­зуль­та­те нес­коль­ко сту­ден­тов уби­ты, мно­гие ра­не­ны. Но сол­да­там не уда­ет­ся зах­ва­тить уни­вер­си­тет. Ком­му­нис­ты, тру­дя­щи­еся из Ра­бо­чей фе­де­ра­ции Чи­ли, сту­ден­ты объ­яв­ля­ют на 27 июля все­об­щую за­бас­тов­ку. Ибань­ес вы­зы­ва­ет в «Лa-Мо­не­ду» ли­де­ров бур­жу­аз­ных пар­тий в на­деж­де до­го­во­рить­ся с ни­ми на ан­ти­ком­му­нис­ти­чес­кой плат­фор­ме. Но на его при­зыв ник­то не от­к­лик­нул­ся. Ока­зав­шись в пол­ной изо­ля­ции, дик­та­тор на­ка­ну­не все­об­щей за­бас­тов­ки бе­жит из «Ла-Мо­не­ды», ос­та­вив вмес­то се­бя сво­его род­с­т­вен­ни­ка пред­се­да­те­ля се­на­та Пед­ро Опа­со.

Падение дик­та­то­ра выз­ва­ло ли­ко­ва­ние в стра­не. Тру­дя­щи­еся выш­ли на ули­цы с крас­ны­ми зна­ме­на­ми, тре­буя су­да над Ибань­есом. Пе­ре­пу­ган­ный Опа­со, в свою оче­редь, не про­быв в «Ла-Мо­не­де» и 24 ча­сов, от­ка­зы­ва­ет­ся от влас­ти. «Ла-Мо­не­ду» зах­ва­ты­ва­ет пра­вый ра­ди­кал Ху­ан Эс­те­бан Мон­те­ро, за­ни­мав­ший пост ми­нис­т­ра внут­рен­них дел в од­ном из ка­би­не­тов Ибань­еса. Он обе­ща­ет в ок­тяб­ре про­вес­ти пре­зи­ден­т­с­кие вы­бо­ры. 22 ав­гус­та в свя­зи с выд­ви­же­ни­ем его кан­ди­да­ту­ры на пре­зи­ден­т­с­кий пост Мон­те­ро по­ки­да­ет пре­зи­ден­т­с­кий дво­рец, пе­ре­дав браз­ды прав­ле­ния сво­ему до­ве­рен­но­му че­ло­ве­ку пра­во­му ра­ди­ка­лу Ма­ну­элю Трук­ко.

Экономическое по­ло­же­ние стра­ны про­дол­жа­ет ухуд­шать­ся. Ибань­ес за го­ды сво­его прав­ле­ния бук­валь­но за­ло­жил стра­ну инос­т­ран­ным, в ос­нов­ном аме­ри­кан­с­ким бан­ки­рам. Внеш­ний долг Чи­ли дос­тиг ас­т­ро­но­ми­чес­кой циф­ры 4 мил­ли­ар­да 500 мил­ли­онов пе­со. Без­ра­бо­ти­ца про­дол­жа­ла рас­ти. Го­су­дар­с­т­вен­ная каз­на опус­те­ла. Что­бы нас­к­рес­ти не­об­хо­ди­мые ре­сур­сы, пра­ви­тель­с­т­во Ма­ну­эля Трук­ко не наш­ло ни­че­го луч­ше­го, как сни­зить на 30 про­цен­тов жа­ло­ванье мат­ро­сам и офи­це­рам во­ен­но-мор­с­ко­го фло­та.

Чили в от­ли­чие от дру­гих ла­ти­но­аме­ри­кан­с­ких рес­пуб­лик об­ла­да­ла срав­ни­тель­но боль­шим во­ен­но-мор­с­ким фло­том, ко­то­рый тог­да сос­то­ял из 35 ко­раб­лей раз­лич­но­го наз­на­че­ния и тон­на­жа с об­щим эки­па­жем око­ло 14 ты­сяч че­ло­век. Ре­ше­ние пра­ви­тель­с­т­ва сни­зить жа­ло­ванье мо­ря­кам выз­ва­ло сти­хий­ное вос­ста­ние на фло­те. В Ко­ким­бо, Таль­ка­у­ано, Валь­па­ра­исо мат­ро­сы арес­то­ва­ли офи­це­ров и об­ра­зо­ва­ли ре­во­лю­ци­он­ный ко­ми­тет под наз­ва­ни­ем Штаб эки­па­жей. Он пот­ре­бо­вал не толь­ко от­ме­нить сни­же­ние жа­ло­ванья мо­ря­кам, но и осу­щес­т­вить аг­рар­ную ре­фор­му, из­г­нать из- стра­ны инос­т­ран­ные мо­но­по­лии, де­мок­ра­ти­зи­ро­вать ар­мию.

Власти и ре­ак­ци­он­ная пе­чать под­ня­ли крик о боль­ше­вис­т­с­ком мя­те­же на фло­те. Пра­ви­тель­с­т­во объ­яви­ло осад­ное по­ло­же­ние и нап­ра­ви­ло про­тив взбун­то­вав­ших­ся мо­ря­ков вер­ные ему час­ти. Од­нов­ре­мен­но оно от­ме­ни­ло дек­рет о сни­же­нии жа­ло­ванья мо­ря­кам. Уль­т­рап­ра­вые ор­га­ни­за­ции соз­да­ли «граж­дан­с­кую гвар­дию» в 15 ты­сяч че­ло­век, чле­ны ко­то­рой ста­ли гро­мить проф­со­юзы и охо­тить­ся за ком­му­нис­та­ми.

5 сен­тяб­ря пра­ви­тель­с­т­вен­ные вой­с­ка пред­п­ри­ня­ли ге­не­раль­ное нас­туп­ле­ние на вос­став­ших. Мя­теж­ные ко­раб­ли, сто­яв­шие на рей­де, под­вер­г­лись ар­тил­ле­рий­с­ко­му об­с­т­ре­лу бе­ре­го­вых ба­та­рей и бом­беж­ке с воз­ду­ха. Вос­став­шие пы­та­лись соп­ро­тив­лять­ся, но сре­ди них не бы­ло един­с­т­ва. Во вре­мя бо­ев по­гиб­ло око­ло 2500 мо­ря­ков в сол­дат. Ру­ко­вод­с­т­во в Шта­бе эки­па­жей зах­ва­ти­ли про­тив­ни­ки вос­ста­ния. 7 сен­тяб­ря они ка­пи­ту­ли­ро­ва­ли. Де­вять ру­ко­во­ди­те­лей бы­ли при­го­во­ре­ны к смер­т­ной каз­ни, сот­ни осуж­де­ны на ка­тор­гу и ссыл­ку на пус­тын­ные ос­т­ро­ва в Ти­хом оке­ане.

Восстание на фло­те, хо­тя и бы­ло по­дав­ле­но, го­во­ри­ло о на­ли­чии ре­во­лю­ци­он­но­го кри­зи­са в стра­не. К со­жа­ле­нию, ра­бо­чее дви­же­ние бы­ло слиш­ком сла­бым. Оно не смог­ло ока­зать мо­ря­кам су­щес­т­вен­ную под­дер­ж­ку и по­вес­ти за со­бой не­до­воль­ные мас­сы на­се­ле­ния. В ком­пар­тии пре­об­ла­да­ли сек­тан­т­с­кие взгля­ды. Ком­му­нис­ты аги­ти­ро­ва­ли за со­вет­с­кую власть, этот ло­зунг не был по­ня­тен боль­шин­с­т­ву тру­дя­щих­ся. Объ­яв­лен­ная Ра­бо­чей фе­де­ра­ци­ей Чи­ли все­об­щая за­бас­тов­ка в под­дер­ж­ку вос­став­ших мо­ря­ков не име­ла ус­пе­ха. В сту­ден­чес­ком дви­же­нии так­же не бы­ло един­с­т­ва по воп­ро­су о так­ти­ке борь­бы с ре­ак­ци­ей. В груп­пе «Аван­се» во­зоб­ла­да­ли уль­т­ра­ле­вые эле­мен­ты. Аль­ен­де не раз­де­лял их взгля­дов и был ис­к­лю­чен из груп­пы за «ре­фор­мизм», в ко­то­ром не был по­ви­нен.

4 ок­тяб­ря в ус­ло­ви­ях осад­но­го по­ло­же­ния сос­то­ялись пре­зи­ден­т­с­кие вы­бо­ры. Бал­ло­ти­ро­ва­лись три кан­ди­да­та: Ху­ан Мон­те­ро от ра­ди­каль­ной пар­тии, Ар­ту­ро Алес­сан­д­ри от ли­бе­ра­лов и Эли­ас Ла­фер­те от ком­му­нис­тов. По­бе­дил, как и сле­до­ва­ло ожи­дать, Мон­те­ро, поль­зо­вав­ший­ся офи­ци­аль­ной под­дер­ж­кой. 4 де­каб­ря он всту­пил в дол­ж­ность пре­зи­ден­та. Ан­ти­ком­му­нис­ти­чес­кие прес­ле­до­ва­ния уси­ли­лись. Ком­пар­тия вновь бы­ла объ­яв­ле­на вне за­ко­на. На рож­дес­т­во 25 де­каб­ря 1931 го­да влас­ти ус­т­ро­или нас­то­ящую охо­ту за чле­на­ми пар­тии, убив 29 че­ло­век. 11 ян­ва­ря 1932 го­да Ра­бо­чая фе­де­ра­ция Чи­ли и дру­гие мас­со­вые прог­рес­сив­ные ор­га­ни­за­ции объ­яви­ли все­об­щую за­бас­тов­ку про­тив реп­рес­сив­ной по­ли­ти­ки пра­ви­тель­с­т­ва. Она про­дол­жа­лась два дня, ох­ва­тив ши­ро­кие слои тру­дя­щих­ся. При по­мо­щи ка­ра­би­не­ров и войск влас­ти по­да­ви­ли за­бас­тов­ку.

Террор, по­ощ­ре­ние де­ятель­нос­ти инос­т­ран­ных мо­но­по­лий, за­щи­та ин­те­ре­сов по­ме­щи­ков и ка­пи­та­лис­тов - та­ко­ва бы­ла по­ли­ти­ка пре­зи­ден­та Мон­те­ро. Она вы­зы­ва­ла все боль­шее соп­ро­тив­ле­ние в са­мых раз­лич­ных сло­ях чи­лий­с­ко­го об­щес­т­ва. Про­тив Мон­те­ро ста­ли выс­ка­зы­вать­ся не толь­ко ком­му­нис­ты, ра­бо­чие, сту­ден­ты, но и мно­гие де­яте­ли ра­ди­каль­ной пар­тии, а так­же пос­ле­до­ва­те­ли Ибань­ес а и Алес­сан­д­ри.

Что же де­лал все эти ме­ся­цы Саль­ва­дор Аль­ен­де? Его мож­но бы­ло ви­деть на сту­ден­чес­ких сход­ках и де­мон­с­т­ра­ци­ях, тре­бо­вав­ших от­с­тав­ки Мон­те­ро, кро­ме то­го, он учил­ся и ра­бо­тал. В 1932 го­ду Чи­чо за­кан­чи­вал ме­ди­цин­с­кий фа­куль­тет, на­до бы­ло го­то­вить­ся к вы­пус­к­ным эк­за­ме­нам, пи­сать дип­лом­ную ра­бо­ту. По­ло­же­ние его бы­ло не из лег­ких. Отец, тя­же­ло боль­ной ди­абе­том, на­хо­дил­ся в боль­ни­це. Мать с тру­дом сво­ди­ла кон­цы с кон­ца­ми. Ведь у семьи, кро­ме за­ра­бот­ков до­на Саль­ва­до­ра, дру­гих ис­точ­ни­ков до­хо­да не бы­ло. Чи­чо спе­шил пос­ко­рей за­кон­чить уче­бу, что­бы по­лу­чить дип­лом вра­ча и иметь воз­мож­ность ока­зы­вать по­мощь семье. В пер­вой по­ло­ви­не 1932 го­да он сда­ет пос­лед­ние эк­за­ме­ны, как всег­да на «отлич­но», и едет в Валь­па­ра­исо, что­бы быть поб­ли­же к род­ным. Здесь ему пред­с­то­ит прой­ти ор­ди­на­тор­с­кую прак­ти­ку и на­пи­сать дип­лом­ную ра­бо­ту.

Пожалуй, ни­ког­да до это­го в Чи­ли не бы­ло столь по­пу­ляр­но сло­во «со­ци­ализм», как в на­ча­ле 30-х го­дов. Пра­ви­тель­с­т­во яв­но бы­ло не в сос­то­янии спра­вить­ся с бед­с­т­вен­ным эко­но­ми­чес­ким по­ло­же­ни­ем стра­ны, по­кон­чить с без­ра­бо­ти­цей, обес­пе­чить пи­щей и кро­вом тру­дя­щих­ся.

В то же вре­мя, как да­ле­ко ни на­хо­ди­лась Чи­ли от Со­вет­с­ко­го Со­юза и как ни чер­ни­ла и ни из­в­ра­ща­ла со­вет­с­кую дей­с­т­ви­тель­ность лжи­вая бур­жу­аз­ная пе­чать, прав­да о ве­ли­ких пе­ре­ме­нах в Стра­не Со­ве­тов про­ни­ка­ла сквозь гус­тую пе­ле­ну кле­ве­ты и в эту стра­ну.

В Со­вет­с­ком Со­юзе лик­ви­ди­ро­ва­на без­ра­бо­ти­ца! Там на­род по­кон­чил с ни­ще­той. Стра­на вся пок­ры­та строй­ка­ми, ра­бо­чие тру­дят­ся с не­ви­дан­ным до­се­ле эн­ту­зи­аз­мом. Как же рус­ские до­би­лись это­го? Они свер­г­ли бур­жу­аз­ный строй, от­да­ли зем­лю крес­ть­янам, фаб­ри­ки и за­во­ды прев­ра­ти­ли в на­род­ное дос­то­яние, вве­ли пла­но­вую эко­но­ми­ку. Их пя­ти­лет­ки - чу­до XX ве­ка!

Но ес­ли та­кие чу­де­са воз­мож­ны в Рос­сии, то они воз­мож­ны и в Чи­ли. Со­ци­ализм, пла­но­вая эко­но­ми­ка - вот вы­ход из по­ло­же­ния. Так рас­суж­да­ли мно­гие чи­лий­с­кие сту­ден­ты и да­же по­ли­ти­чес­кие де­яте­ли ли­бе­раль­но­го тол­ка, пос­лед­ние не столь­ко из сим­па­тии к со­ци­ализ­му и Со­вет­с­кой влас­ти, сколь­ко из же­ла­ния на­жить по­ли­ти­чес­кий ка­пи­тал, ис­по­ве­дуя «мод­ные» те­ории. Все эти мни­мые и дей­с­т­ви­тель­ные сто­рон­ни­ки со­ци­ализ­ма за­по­ем чи­та­ли не толь­ко Мар­к­са, Эн­гель­са, Ле­ни­на. Они чи­та­ли и Троц­ко­го, и Бу­ха­ри­на, и им по­доб­ных, про­из­ве­де­ния ко­то­рых пе­ча­та­лись тог­да в Ис­па­нии и ши­ро­ко рас­п­рос­т­ра­ня­лись в Ла­тин­с­кой Аме­ри­ке. Мож­но пред­с­та­вить, ка­кой сум­бур воз­ни­кал в го­ло­вах не­ко­то­рых из об­ра­щен­ных в со­ци­ализм пос­ле нек­ри­ти­чес­ко­го пог­ло­ще­ния столь раз­но­об­раз­ной ли­те­ра­ту­ры, да еще в да­ле­ко не со­вер­шен­ных пе­ре­во­дах, да еще с же­ла­ни­ем «улуч­шить» со­дер­жа­ние, ин­тер­п­ре­ти­ро­вать на свой вкус, «при­ме­ни­тель­но к чи­лий­с­ким ус­ло­ви­ям».

Повальное ув­ле­че­ние со­ци­ализ­мом наш­ло свое вы­ра­же­ние в по­яв­ле­нии раз­лич­ных по­ли­ти­чес­ких груп­пи­ро­вок, про­воз­г­ла­шав­ших се­бя со­ци­алис­ти­чес­ки­ми: «Но­вое об­щес­т­вен­ное дей­с­т­вие», «Ре­во­лю­ци­он­ное со­ци­алис­ти­чес­кое дей­с­т­вие», «Со­ци­алис­ти­чес­кая мар­к­сис­т­с­кая пар­тия», «Со­ци­алис­ти­чес­кий по­ря­док», «Объеди­нен­ная со­ци­алис­ти­чес­кая пар­тия» и им по­доб­ные. На вне­зап­ное оби­лие этих со­ци­алис­ти­чес­ких груп­пи­ро­вок об­ра­тил вни­ма­ние XII пле­нум Ис­пол­ни­тель­но­го Ко­ми­те­та Ком­му­нис­ти­чес­ко­го Ин­тер­на­ци­она­ла: «Нес­коль­ко вре­ме­ни то­му на­зад в Чи­ли не су­щес­т­во­ва­ло ни од­ной со­ци­алис­ти­чес­кой пар­тии, а те­перь их там име­ет­ся, по край­ней ме­ре, око­ло де­сят­ка».

К од­ной из вы­ше­наз­ван­ных пар­тий, «Но­вое об­щес­т­вен­ное дей­с­т­вие», прим­к­нул пол­ков­ник Мар­ма­ду­ке Гро­ве. Пос­ле па­де­ния дик­та­ту­ры Ибань­еса Гро­ве воз­в­ра­тил­ся из ссыл­ки с ос­т­ро­ва Пас­хи, был при­нят об­рат­но в ар­мию и наз­на­чен на­чаль­ни­ком во­ен­но-воз­душ­ной ба­зой «Эль-Бос­ке», рас­по­ло­жен­ной вбли­зи Сан­ть­яго. Уже де­сять лет, как он пос­ле­до­ва­тель­но выс­ту­пал с по­зи­ций за­щи­ты ин­те­ре­сов «ма­лень­ко­го че­ло­ве­ка», с по­зи­ций дру­га на­ро­да. Те­перь Гро­ве от­к­ры­то про­воз­г­ла­сил се­бя со­ци­алис­том.

Энергичный пол­ков­ник стал цен­т­ром при­тя­же­ния раз­лич­ных груп­пи­ро­вок, выс­ту­пав­ших про­тив пра­ви­тель­с­т­ва Мон­те­ро. Пре­зи­дент ре­шил, что бу­дет спо­кой­нее, ес­ли он от­де­ла­ет­ся от до­на Мар­мы. По его ука­за­нию во­ен­ный ми­нистр 3 июня 1932 го­да от­дал при­каз о сме­ще­нии Гро­ве с пос­та на­чаль­ни­ка во­ен­ной ба­зы. Гро­ве от­ка­зал­ся под­чи­нить­ся и об­ра­зо­вал ре­во­лю­ци­он­ную хун­ту, в ко­то­рую вош­ли, кро­ме не­го са­мо­го, от­с­тав­ной ге­не­рал А. Пу­га, Кар­лос Да­ви­ла, быв­ший при Ибань­есе пос­лом в Ва­шин­г­то­не, и ли­дер «Но­во­го об­щес­т­вен­но­го дей­с­т­вия» Эухе­нио Мат­те Ур­та­до. Хун­та обос­но­ва­лась в «Эль-Бос­ке», пот­ре­бо­ва­ла от Мон­те­ро ус­ту­пить ей власть и из­да­ла прок­ла­ма­цию - с при­зы­вом соз­дать «со­ци­алис­ти­чес­кое пра­ви­тель­с­т­во». Ее под­дер­жа­ли ави­ация и ар­мей­с­кие час­ти, рас­к­вар­ти­ро­ван­ные в Сан­ть­яго.

Монтеро по­пы­тал­ся че­рез Ар­ту­ро Алес­сан­д­ри уго­во­рить Гро­ве сло­жить ору­жие. Но Алес­сан­д­ри под­дер­жи­вал с до­ном Мар­мой дру­жес­кие от­но­ше­ния и на­де­ял­ся прев­ра­тить его в ору­дие сво­его вли­яния. По­это­му, вмес­то то­го что­бы убеж­дать Гро­ве сдать­ся, Алес­сан­д­ри по­со­ве­то­вал ему про­явить ре­ши­тель­ность и выс­та­вить по­те­ряв­ше­го вся­кий ав­то­ри­тет и по­ли­ти­чес­кое вли­яние Мон­те­ро из пре­зи­ден­т­с­ко­го двор­ца. Рас­по­ла­гая под­дер­ж­кой Алес­сан­д­ри и его сто­рон­ни­ков, Гро­ве 4 июня ок­ру­жил «Ла-Мо­не­ду» пе­ре­шед­ши­ми на его сто­ро­ну во­ен­ны­ми час­тя­ми, за­тем явил­ся во дво­рец и пот­ре­бо­вал, что­бы Мон­те­ро не­мед­лен­но уби­рал­ся вон. Пре­зи­дент без­ро­пот­но под­чи­нил­ся.

Хунта пре­об­ра­зо­ва­лась в пра­ви­тель­с­т­во, в ко­то­ром Гро­ве за­нял но­ет во­ен­но­го ми­нис­т­ра. 6 июня но­вое пра­ви­тель­с­т­во про­воз­г­ла­си­ло Чи­ли «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­кой», опуб­ли­ко­вав прог­рам­му не­от­лож­ных эко­но­ми­чес­ких ме­роп­ри­ятий. Пра­ви­тель­с­т­во обе­ща­ло ус­та­но­вить кон­т­роль над рас­п­ре­де­ле­ни­ем пред­ме­тов па­ха­ния, кон­фис­ко­вать не­об­ра­ба­ты­ва­емые зем­ли и пе­ре­дать их ма­ло­зе­мель­ным крес­ть­янам, соз­дать го­су­дар­с­т­вен­ные неф­тя­ную, та­бач­ную, са­хар­ную и дру­гие ком­па­нии, со­ци­али­зи­ро­вать бан­ки, ам­нис­ти­ро­вать осуж­ден­ных мо­ря-кое и дру­гих по­лит­зак­лю­чен­ных, ус­та­но­вить дип­ло­ма­ти­чес­кие от­но­ше­ния с Со­вет­с­ком Со­юзом, ввес­ти на­ря­ду с час­т­ной кол­лек­тив­ную соб­с­т­вен­ность на сред­с­т­ва про­из­вод­с­т­ва.

Хотя в прог­рам­ме твор­цов «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­ки» и не упо­ми­на­лось сло­во «импе­ри­ализм», он тем не ме­нее нед­вус­мыс­лен­но осуж­дал­ся. Прог­рам­ма от­ме­ча­ла, что эко­но­ми­ка стра­ны кон­т­ро­ли­ру­ет­ся инос­т­ран­ны­ми ком­па­ни­ями, из­в­ле­ка­ющи­ми из эк­с­п­лу­ата­ции при­род­ных бо­гатств Чи­ли ог­ром­ные при­бы­ли. Прог­рам­ма тре­бо­ва­ла ос­во­бож­де­ния рес­пуб­ли­ки из-под гне­та инос­т­ран­но­го ка­пи­та­ла.

На ос­но­ве прог­рам­мы хун­та ста­ла дек­ре­ти­ро­вать раз­лич­но­го ро­да за­ко­ны. В час­т­нос­ти, один из-них (№ 520) да­вал пра­ви­тель­с­т­ву пра­во рек­ви­зи­ро­вать пред­п­ри­ятия, про­из­во­дя­щие пред­ме­ты пер­вой не­об­хо­ди­мос­ти или име­ющие стра­те­ги­чес­кое зна­че­ние, в слу­чае при­ос­та­нов­ле­ния про­из­вод­с­т­ва их вла­дель­ца­ми. Эти и дру­гие дек­ре­ты «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­ки» не бы­ли про­ве­де­ны в жизнь, но они и не бы­ли от­ме­не­ны пос­ле ее па­де­ния. О них прос­то за­бы­ли. 40 лет спус­тя о них вспом­нит и их ис­поль­зу­ет а ин­те­ре­сах на­ро­да пре­зи­дент Саль­ва­дор Аль­ен­де…

Провозглашение Чи­ли «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­кой» и ее прог­рам­ма взбу­до­ра­жи­ли умы не толь­ко в этой стра­не, но и за ру­бе­жом. Вспо­ло­ши­лись мо­но­по­лис­ты в Нью-Йор­ке, Лон­до­не, Бер­ли­не. Мес­т­ная ре­ак­ция со­би­ра­ла си­лы. Вновь ста­ли ско­ла­чи­вать­ся пог­ром­ные от­ря­ды, на этот рае под наз­ва­ни­ем «рес­пуб­ли­кан­с­кой ми­ли­ции)». Ан­г­лия и США от­ка­за­лись приз­нать но­вое пра­ви­тель­с­т­во, уг­ро­жая ему вся­ко­го ро­да сан­к­ци­ями. Ком­му­нис­ты, ук­ре­пив­шись в уни­вер­си­те­те, со сво­ей сто­ро­ны, прис­ту­пи­ли к соз­да­нию ре­во­лю­ци­он­ных со­ве­тов ра­бо­чих и крес­ть­ян. Их де­ле­га­ция по­се­ти­ла «Ла-Мо­не­ду», где в Крас­ном за­ле бы­ла при­ня­та Гро­ве и Мат­те Ур­та­до.

Коммунисты пот­ре­бо­ва­ли от соз­да­те­лей «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­ки» во­ору­жить ра­бо­чих и соз­дать мощ­ный со­юз сол­дат, ра­бо­чих и крес­ть­ян. Гро­ве, од­на­ко, не ре­шал­ся ид­ти столь да­ле­ко. В пра­ви­тель­с­т­ве вско­ре об­на­ру­жи­лись неп­ре­одо­ли­мые раз­ног­ла­сия. Член хун­ты Кар­лос Да­ви­ла, за­щи­щав­ший, как по­том об­на­ру­жи­лось, аме­ри­кан­с­кие ин­те­ре­сы, вся­чес­ки тол­кал ее впра­во. 12 июня Да­ви­ла был уда­лен из хун­ты, а 16 июня он воз­г­ла­вил про­тив нее во­ен­ный мя­теж. Ему уда­лось за­ру­чить­ся под­дер­ж­кой час­тей сто­лич­но­го гар­ни­зо­на, ко­то­рые за­ня­ли ави­аба­зу «Эль-Бос­ке» и зда­ние во­ен­но­го ми­нис­тер­с­т­ва. От­ту­да мя­теж­ни­ки ата­ко­ва­ли «Ла-Мо­не­ду», где зах­ва­ти­ли Гро­ве и Мат­те Ур­та­до. Пер­вая в Ла­тин­с­кой Аме­ри­ке «со­ци­алис­ти­чес­кая рес­пуб­ли­ка» пе­рес­та­ла су­щес­т­во­вать.

Хотя «со­ци­алис­ти­чес­кая рес­пуб­ли­ка» про­дер­жа­лась все­го 12 дней и, кро­ме ам­нис­тии по­ли­ти­чес­ким зак­лю­чен­ным, не ус­пе­ла осу­щес­т­вить ни од­но­го сво­его дек­ре­та, сам факт ее про­воз­г­ла­ше­ния, ее весь­ма ра­ди­каль­ная прог­рам­ма до­ка­зы­ва­ли, что со­ци­ализм не та­кая уж уто­пия для Чи­ли. При всей сво­ей сим­во­лич­нос­ти «со­ци­алис­ти­чес­кая рес­пуб­ли­ка» пред­с­тав­ля­ет со­бой оп­ре­де­лен­ный этап в но­вей­шей ис­то­рии Чи­ли, ис­то­рии ее ра­бо­че­го и на­ци­ональ­но-ос­во­бо­ди­тель­но­го дви­же­ния. Иног­да под­лин­ные ре­во­лю­ции на­чи­на­ют­ся с та­ко­го ро­да «ро­ман­ти­чес­ких аван­тюр», как наз­вал «со­ци­алис­ти­чес­кую рес­пуб­ли­ку» один из ее ис­то­ри­ков. Во вся­ком слу­чае, «со­ци­алис­ти­чес­кая рес­пуб­ли­ка» име­ла од­но важ­ное пос­лед­с­т­вие для бу­ду­щих со­ци­аль­ных битв Чи­ли - она по­ро­ди­ла со­ци­алис­ти­чес­кую пар­тию, ли­де­ром ко­то­рой стал Гро­ве н ко­то­рая от­ме­ча­ла день 4 июня 1932 го­да как свой пар­тий­ный праз­д­ник. Имен­но в этой пар­тии сфор­ми­ро­вал­ся как по­ли­ти­чес­кий де­ятель и как бо­рец за со­ци­ализм Саль­ва­дор Аль­ен­де.

В нап­ря­жен­ные дни су­щес­т­во­ва­ния «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­ки» Аль­ен­де на­хо­дил­ся в Валь­па­ра­исо. Он при­нял ак­тив­ней­шее учас­тие в мо­би­ли­за­ции сту­ден­чес­ких масс в под­дер­ж­ку Гро­ве. Ког­да же Гро­ве свер­г­ли, Чи­чо при­зы­вал к борь­бе с Да­ви­лой и его со­об­щ­ни­ка­ми. Пос­ле из­б­ра­ния пре­зи­ден­том Аль­ен­де вспо­ми­нал:

«Во вре­мя ми­тин­га в юри­ди­чес­кой шко­ле я, выс­ту­пая от име­ни сту­ден­тов, про­из­нес речь, пос­ле ко­то­рой был арес­то­ван не толь­ко я, но и не­ко­то­рые мои бли­жай­шие род­с­т­вен­ни­ки, в том чис­ле мой зять - брат Мар­ма­ду­ке Гро­ве - и мой брат, ко­то­рый во­об­ще не учас­т­во­вал в по­ли­ти­чес­кой борь­бе. Как яв­с­т­ву­ет из это­го, мы бы­ли свя­за­ны тес­ней­ши­ми се­мей­ны­ми уза­ми с Гро­ве. Нас су­дил во­ен­ный суд, но мы бы­ли оп­рав­да­ны. Тем не ме­нее нас зак­лю­чи­ли в тюрь­му и де­ло пе­ре­да­ли дру­го­му во­ен­но­му три­бу­на­лу. На­ча­лось но­вое след­с­т­вие. Отец мой был бо­лен, ему ам­пу­ти­ро­ва­ли но­гу, на вто­рой но­ге у не­го по­яви­лась ган­г­ре­на. По­ло­же­ние его ста­ло кри­ти­чес­ким. Мне и бра­ту поз­во­ли­ли на­вес­тить его. Уви­дев его, я, как врач, по­нял, что он уми­ра­ет. Я мог об­ме­нять­ся с ним толь­ко нес­коль­ки­ми сло­ва­ми. Он ска­зал мне и бра­ту, что ос­тав­ля­ет нам в нас­лед­с­т­во не­за­пят­нан­ное имя чес­т­но­го че­ло­ве­ка, а это боль­ше, чем ма­те­ри­аль­ные цен­нос­ти. На сле­ду­ющий день он умер. На его мо­ги­ле я пок­лял­ся, что пос­вя­щу се­бя борь­бе за сво­бо­ду на­ро­да, за со­ци­аль­ное ос­во­бож­де­ние страж­ду­щих. Ду­маю, что я ос­тал­ся ве­рен этой клят­ве».

После па­де­ния «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­ки» пра­ви­тель­с­т­во воз­г­ла­вил Кар­лос Да­ви­ла. Он про­был в «Ла-Мо­не­де» все­го 100 дней.

По при­ка­зу Да­ви­лы Гро­ве и Мат­те Ур­та­до бы­ли вновь выс­ла­ны на ос­т­ров Пас­хи, ком­пар­тия объ­яв­ле­на вне за­ко­на, по всей стра­не на­ча­лась охо­та за ком­му­нис­та­ми, со­ци­алис­та­ми, ра­бо­чи­ми, сту­ден­та­ми. Да­ви­ла ус­та­но­вил в стра­не ре­жим кро­ва­вой дик­та­ту­ры. Он про­из­вел чис­т­ку ар­мии от сто­рон­ни­ков Гро­ве, ввел осад­ное по­ло­же­ние. Ор­га­ни­зо­ван­ная им бан­да гро­мил, прис­во­ив­шая се­бе наз­ва­ние со­ци­алис­ти­чес­ко­го ле­ги­она, раз­го­ня­ла ра­бо­чие сход­ки, ус­т­ра­ива­ла тер­ро­рис­ти­чес­кие ак­ты про­тив де­яте­лей ра­бо­че­го дви­же­ния, чле­нов ком­му­нис­ти­чес­кой пар­тии.

Хотя Да­ви­лу энер­гич­но под­дер­жи­вал Ва­шин­г­тон, а так­же Ан­г­лия, Ита­лия и Гер­ма­ния, ему не­дол­го уда­лось удер­жать­ся у влас­ти. Ре­жим это­го аген­та аме­ри­кан­с­ко­го им­пе­ри­ализ­ма ока­зал­ся пол­нос­тью нес­по­соб­ным вы­вес­ти стра­ну из тря­си­ны кри­зи­са, ре­шить хоть од­ну из эко­но­ми­чес­ких или по­ли­ти­чес­ких проб­лем Чи­ли. Опа­са­ясь, что Да­ви­ла мо­жет быть свер­г­нут вос­став­шим на­ро­дом, ко­ман­ду­ющий во­ору­жен­ны­ми си­ла­ми ге­не­рал Бар­то­ло­ме Блан­че 13 сен­тяб­ря 1932 го­да ус­т­ра­нил его, как со­об­ща­ли га­зе­ты, «без еди­но­го выс­т­ре­ла» и сам про­воз­г­ла­сил се­бя «гла­вой го­су­дар­с­т­ва».

Однако но­вый хо­зя­ин «Лa-Мо­не­ды» про­был в ней толь­ко 19 дней. В кон­це сен­тяб­ря на край­нем се­ве­ре Чи­ли в го­ро­де Ан­то­фа­гас­те про­тив не­го выс­ту­пил ко­ман­ду­ющий мес­т­ным гар­ни­зо­ном ге­не­рал Виг­но­ла. Он пот­ре­бо­вал вос­ста­нов­ле­ния кон­с­ти­ту­ци­он­но­го по­ряд­ка, уг­ро­жая в про­тив­ном слу­чае от­де­лить про­вин­цию Ан­то­фа­гас­та от Чи­ли. Виг­но­лу под­дер­жа­ли вой­с­ка в Кон­сеп­сь­оне. Опа­са­ясь худ­ше­го, в ночь на 2 ок­тяб­ря 1932 го­да ге­не­рал Блан­че по­ки­нул «Ла-Мо­не­ду», пе­ре­дав власть пред­се­да­те­лю Вер­хов­но­го су­да Ойян­де­лю. Сфор­ми­ро­ван­ное пос­лед­ним пра­ви­тель­с­т­во из сто­рон­ни­ков Алес­сан­д­ри про­воз­г­ла­си­ло ам­нис­тию по­ли­ти­чес­ким зак­лю­чен­ным и наз­на­чи­ло на 30 ок­тяб­ря вы­бо­ры пре­зи­ден­та рес­пуб­ли­ки и чле­нов кон­г­рес­са.

Из тю­рем выш­ли ком­му­нис­ты, сто­рон­ни­ки «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­ки», проф­со­юз­ные ак­ти­вис­ты. Об­рел сво­бо­ду и Саль­ва­дор Аль­ен­де. С ос­т­ро­ва Пас­хи па­ро­ход при­вез в Валь­па­ра­исо пол­ков­ни­ка Мар­ма­ду­ке Гро­ве и его со­рат­ни­ка Мат­те Ур­та­до. Тру­дя­щи­еся пор­та вос­тор­жен­но при­вет­с­т­во­ва­ли их. Сре­ди встре­чав­ших до­на Мар­му был и Саль­ва­дор Аль­ен­де. Тюрь­ма по­ме­ша­ла ему за­кон­чить дип­лом­ную ра­бо­ту, а те­перь вновь приш­лось от­ло­жить ра­бо­ту над ней.

Предстояли пре­зи­ден­т­с­кие вы­бо­ры, на ко­то­рых со­би­рал­ся бал­ло­ти­ро­вать­ся пол­ков­ник Гро­ве. Нуж­но бы­ло ока­зать по­мощь до­ну Мар­ме, и Саль­ва­дор с го­ло­вой ушел в пред­вы­бор­ную кам­па­нию.

В ок­тяб­рь­с­ких вы­бо­рах учас­т­во­ва­ло с де­ся­ток кан­ди­да­тов в пре­зи­ден­ты, в их чис­ле от ли­бе­ра­лов и кон­сер­ва­то­ров Ар­ту­ро Алес­сан­д­ри, из­ряд­но од­рях­лев­ший и поп­ра­вев­ший «Лев из Та­ра­па­ки»; от сто­рон­ни­ков «со­ци­алис­ти­чес­кой рес­пуб­ли­ки» - Мар­ма­ду­ке Гро­ве; от ком­му­нис­ти­чес­кой пар­тии - Эли­ас Ла­фер­те. От шум­ной груп­пки троц­кис­тов Ма­ну­эль Идаль­го, оп­пор­ту­нист и рас­коль­ник, ис­к­лю­чен­ный из ком­пар­тии.

Власти яв­но бла­го­во­ли­ли к Алес­сан­д­ри. Его под­дер­жи­вал круп­ный ка­пи­тал, инос­т­ран­ные мо­но­по­лии. Бур­жу­азия на­де­ялась, что этот опыт­ный по­ли­тик, выс­ту­пав­ший под мар­кой де­мок­ра­та и сто­рон­ни­ка ре­форм, по­мо­жет ста­би­ли­зи­ро­вать по­ли­ти­чес­кое по­ло­же­ние в стра­не, обуз­дать тру­дя­щих­ся с по­мощью не толь­ко прес­ле­до­ва­ний, но и мел­ких ус­ту­пок. Алес­сан­д­ри по­лу­чил чуть боль­ше по­ло­ви­ны по­дан­ных го­ло­сов - 183 ты­ся­чи. Вто­рым шел Гро­ве: за не­го про­го­ло­со­ва­ло 60 ты­сяч из­би­ра­те­лей. Это мож­но бы­ло счи­тать боль­шой по­бе­дой до­на Мар­мы, ко­то­рый не имел ни средств, ни лю­дей для сво­ей пред­вы­бор­ной кам­па­нии. Эли­ас Ла­фер­те по­лу­чил 4 ты­ся­чи го­ло­сов, Идаль­го - нес­коль­ко де­сят­ков. Ком­му­нис­ты и сто­рон­ни­ки Гро­ве за­во­ева­ли 8 мест в се­на­те и 16 мест в па­ла­те де­пу­та­тов. Это то­же был ус­пех, и не­ма­лый, ле­вых сил.

26 де­каб­ря 1932 го­да Ар­ту­ро Алес­сан­д­ри все­лил­ся в «Ла-Мо­не­ду» в ка­чес­т­ве кон­с­ти­ту­ци­он­но­го пре­зи­ден­та Чи­ли. Ха­оти­чес­кая по­ли­ти­чес­кая жизнь в стра­не ста­ла пос­те­пен­но вхо­дить в нор­маль­ное рус­ло.

Второе пре­зи­ден­т­с­т­во Алес­сан­д­ри зна­ме­ну­ет на­ча­ло «мир­но­го» пе­ри­ода раз­ви­тия Чи­ли. На про­тя­же­нии 40 лет бу­дут ре­гу­ляр­но про­хо­дить вы­бо­ры, один пре­зи­дент бу­дет сме­нять дру­го­го, бу­дет дей­с­т­во­вать пар­ла­мент. Поч­ти пол­ве­ка Чи­ли ка­за­лась счас­т­ли­вым ис­к­лю­че­ни­ем в Ла­тин­с­кой Аме­ри­ке, где, как пра­ви­ло, каж­дый ге­не­рал стре­мил­ся за­вер­шить свое «слу­же­ние» ро­ди­не, ов­ла­дев пре­зи­ден­т­с­ким двор­цом.

Что же про­изош­ло в эти го­ды с чи­лий­с­ки­ми ге­не­ра­ла­ми, ко­то­рые в прош­лом столь упор­но пы­та­лись обос­но­вать­ся в «Ла-Мо­не­де»? Не пе­ре­ро­ди­лись ли они, не прев­ра­ти­лись ли дей­с­т­ви­тель­но в стра­жей кон­с­ти­ту­ции? Или у них бы­ли дру­гие при­чи­ны, дик­то­вав­шие им столь «не­ес­тес­т­вен­ное» по­ве­де­ние? На эти воп­ро­сы чи­та­тель най­дет от­вет нес­коль­ко поз­д­нее.

Пока же от­ме­тим, что эти де­ся­ти­ле­тия кон­с­ти­ту­ци­он­но­го прав­ле­ния соз­да­ва­ли ил­лю­зию, что не толь­ко чи­лий­с­кая ар­мия яв­ля­ет­ся «осо­бым» по срав­не­нию с ее ла­ти­но­аме­ри­кан­с­ки­ми «сес­т­ра­ми» за­ко­но­пос­луш­ным ор­га­низ­мом, ко и са­ма Чи­ли прев­ра­ти­лась в рес­пуб­ли­ку с «осо­бым», де­мок­ра­ти­чес­ком, мир­ным пу­тем раз­ви­тия.





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.