Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Военная экстрасенсорика: Восток 2 страница




Вронский принципиально старался заниматься больше астрологией, а не экстрасенсорикой, потому что уже по тем временам в экстрасенсорику мог вмешаться криминал, и Вронский отдавал себе отчёт, насколько это могло быть опасным. Современных приборов тогда не было, не было ни астрологических программ, ни автоматики – он всё делал вручную. Брал плацидус, эфемериды, градусы, минуты, секунды, сам расписывал каждый гороскоп, который ему заказывали. Дело было не в деньгах, это была внутренняя самореализация. Он утверждался, доказывал, что он на правильном пути, хотя все вокруг называли это мракобесием и лженаукой.

Вронский находился под достаточно мощным давлением государственных структур. Это и понятно, учитывая его биографию и необыкновенные способности. Мы это понимали и старались не очень заглядывать в его личную лабораторию. Он вёл кружок, и в нём было много интересных людей, много молодёжи. Вронский не замыкался кругом старых знакомых, не чурался молодёжи, и это общение придавало ему силы. Он был специалист высокого класса, мог давать интересные оценки, принимать нестандартные решения, строить самостоятельные прогнозы, носящие достаточно искренний и независимый характер.

Такие люди, как Вронский, достигнув определённых рубежей, передавали свои знания, но только тем, кого хорошо знали и кому полностью доверяли. Со временем я тоже начал учиться у него. Как учитель, Вронский всегда всё детально объяснял, не скользил по поверхности знаний, а шёл вглубь проблемы. Он учил нас в основном астрологии. Но как-то мы сидели с ним, и я попросил поучить меня экстрасенсорике. Он дал мне задачу специфического экстрасенсорного характера. Я никак не мог её решить и отключился, созерцательно глядя перед собой. Наш последующий диалог запомнился мне на всю жизнь:

— Что так отвлечённо смотришь? — спросил Вронский.

— Нет у меня таких способностей, как у вас, — ответил я.

 Он положил руку мне на голову, словно погладил, и сказал:

— Теперь есть.

И тут случилось нечто необъяснимое: я действительно увидел ситуацию, стали возникать образы, пошли картины. Так я сам стал экстрасенсом».

**

Как мы видим, сотрудничество КГБ с экстрасенсами в те годы действительно было эпизодическим. Однако на вопрос, была ли в СССР программа, подобная «Звёздным Вратам» в США, нельзя однозначно дать отрицательного ответа. Например, похожая программа проводилась на острове Диксон под руководством Бориса Тимофеевича Литуненко, где операторы-экстрасенсы с помощью дальновидения изучали американские военные спутники, вплоть до деталей их конструкций.

Очень любопытным может быть факт, что при этом они использовали дополнительные технические средства, а именно радиолокаторы, для наведения ментального образа на конкретный спутник! Такой подход был бы совершенно необычен и необъясним для американских дальновидящих из «Звёздных Врат». Однако, результаты экстрасенсорной программы Литуненко были очень интересными, что подтверждалось независимыми данными традиционной разведки. Возможно, здесь также сказывался советский менталитет, требовавший присутствия каких-то «материальных» носителей информации. Хотя и не исключено, что руководитель проекта Литуненко просто использовал локаторы для отвода глаз – чтобы не иметь идеологических претензий к своей программе.

Обо всём этом поведает генерал-майор КГБ Николай Алексеевич Шам, занимавшийся в те годы в промышленной и научной контрразведкой, а позже возглавивший в КГБ всё направление по экстрасенсорике и новым технологиям: [39]

«Работая в КГБ, я практически всё время находился на острие всего нового и передового. Но самая интересная тема, которой мне пришлось заниматься, оказалась связана с особыми свойствами людей, со свойствами, не вписывающимися в общее понимание человеческих возможностей. Мой интерес к этим вопросам сформировался во второй половине 1970-х годов. Как ни странно это может показаться, но столкнулся я с этой сферой вне своей основной работы.

Как-то, на вечеринке у друзей я познакомился с Юрием Владимировичем Носковым, инженером в области вычислительной техники, работавшем в Новосибирске. В процессе беседы он рассказал о своих экстрасенсорных способностях в медицинской диагностике и продемонстрировал это, точно определив медицинские проблемы присутствующих при нашей беседе людей. У него были также мощные целительные способности: он пасами снимал боль и сердечные приступы, лечил многие болезни, занимался также целебными травами и настоями. Я решил его ввести в ракетно-космическую сферу и познакомил с Валентином Петровичем Глушко, руководителем НПО «Энергия», генеральным конструктором космических кораблей.

Глушко принял его на работу, и Носков начал заниматься у него диагностикой, следил за здоровьем сотрудников. Результаты были столь впечатляющими, что Глушко начал думать об использовании подобых экстрасенсорных энергий в оборонных целях и решил создать специальную лабораторию для разработки качественного нового космического оружия. Идея заключалась в выводе в космос специальных генераторов для усиления экстрасенсорных энергий и воздействия ими на определённые ареалы на Земле. Но в результате внутренних интриг НПО «Энергия» этот проект возглавил другой экстрасенс, а Носков оказался не у дел. Он ушёл из программы и занялся проектом «Триада» – связью с использованием космических ретрансляторов, дававшим до 12 миллионов пар разговоров в минуту. Глушко потерял человека, столь тщательно контролировавшем его здоровье, и вскоре умер от неожиданного сердечного приступа.

В середине 80-х годов я перешёл в 6 Управление, где начал заниматься промышленной контрразведкой, борьбой со шпионажем в технической и научной сферах. Здесь работа всё больше начала сталкивать меня с людьми, занимающимися нетрадиционными вещами. Прежде всего, хочется остановиться на фигуре Александра Деева, с которым связан термин деполе (поле Деева). К нам в КГБ поступила информация, что какой-то изобретатель в Москве сконструировал стеклянный шар, в котором сконцентрирована гигантская энергия, настолько гигантская, что если герметичность этого шара нарушится, от Москвы ничего не останется. Отнеслись мы к этому, как к фантастическим слухам. Но проверять всё равно надо. Нашли изобретателя – Деева. Когда побывали в его частной лаборатории, то шара не нашли, но ужаснулись от количества и вида аппаратуры, которая там была. Все конструкции временно конфисковали, и в оперативно-техническом подразделении мужики месяц пытались разобраться, что же это такое. Пришли к выводу, что там просто какая-то чепуха, глупость, энергетическая составляющая приборов как у батареек. Аппаратура тоже ничего не фиксировала, короче – халтура.

Я же решил сам исследовать все материалы, связанные с Деевым. Обнаружили кассету, на которой Деев проводит эксперимент с очищением воды в Днепропетровской области. А под Днепропетровском находится мощнейшая нефтебаза. Рядом с этой нефтебазой идут гигантские каналы с толстенным слоем нефтепродуктов, типа мазута. Деев говорит, что он за 30 минут всё очистит. Основной генератор находится в Москве, у него с собой на месте эксперимента только маленький портативный прибор. Чистку он намеривался делать по фотографиям, панорамным съёмкам. Начинается эксперимент. Деев показывает штамм, который разлагает мазут. Рядом стоит пластмассовая бутылка с загрязнённой водой из каналов. Включаются оба генератора: на месте загрязнения портативный, в Москве мощный. Деев насыпает порошок в бутыль, вода там становится чистой, без примесей мазута. Через полчаса вода в каналах становится такой же чистой в Днепропетровске. Только на одном снимке плавает резиновая шина, на которой остался слой мазута.

Дальше я нашёл материалы, связанные с особым воздействием, связанным с переносом геометрического образа на материальный носитель. На одной фотографии показан большой куст с широкими листьями. На другой фотографии фигурки: звёздочки, окружности, треугольники. И тут же результаты эксперимента – при воздействии генератора на листьях живых кустов образовывались дырки в виде фигурок, находящихся рядом с генератором. Масса материалов была также связана с изменением радиационной активности с помощью этих средств. В графиках было показано, как после непродолжительной работы генераторов падают показатели уровня радиации. Деев еще работал с энергиями, вызывающими явление полтергейста, с барабашками, как тогда у нас говорили. Он старался их использовать и достиг определённых результатов.

Чем больше я изучал материалы Деева, тем больше убеждался, что это не жульничество, как решили в Главном Управлении КГБ. Я начал тщательную проверку средствами своего отдела и убедился, что у Деева всё было реально. Правда, он сам полностью не понимал природы этих явлений. Проблема же специалистов КГБ состояла в том, что Деев работал со слабыми полями, которые ничем не мерялись, и традиционная измерительная аппаратура их просто не могла фиксировать. Позже я познакомился с самим Деевым и представил его руководству КГБ и Министерства Обороны. Было решено провести серию экспериментов.

Начали с масштабного эксперимента по воздействию генератора Деева на бронетанковую технику. Собрался генералитет, был выставлен полностью оснащённый танковый батальон. Суть эксперимента состояла в том, можно ли одновременно вывести из строя все двигатели. Всё сработало на сто процентов, успех был настолько оглушительный, что я ожидал создания целого нового направления в оборонной промышленности. Но к моему глубокому изумлению никакого развития эта тема не получила, реакции генералитета не было. То есть реакция была, но она оказалась негативной. Выяснилось, что у генеральской верхушки был свой интерес: «чем дороже, тем лучше». У военно-промышленного комплекса есть своя политика, им нужно было высасывать деньги из бюджета, а Деев предлагал слишком дешёвые технологии, не позволявшие пользоваться бесконтрольно государственной кормушкой. В результате все контакты с Деевым были прерваны.

Справедливости ради надо сказать, что у Деева далеко не всё получалось. Как-то я пытался помочь двум нашим сотрудникам, у которых начался скоротечный рак после участия в ликвидации аварии на Чернобыльской АС. Врачи были уверены в полной безнадёжности дела, но Деев утверждал, что его генераторы дают положительных эффект при раке. Я его спросил:

– Можешь вылечить ребят?

Он уверенно ответил:

– Конечно, смогу!

И не вылечил, ребята умерли. Нельзя делать такие безапелляционные заявления. Даже если Деев и мог разрушить опухоль своими генераторами, то ещё большой вопрос, как организму справиться с этой интоксикацией, хватит ли сил вывести все эти яды. Я был свидетелем многих случаев, когда экстрасенсы вылечивали рак, но всегда это тяжелейшее дело, требующее колоссального труда и времени. Излишнее самомнение Деева и не всегда обоснованная уверенность в универсальности его методик тоже сыграли свою роль в подрыве доверия к разработкам этого изобретателя.

Все эти эксперименты, многим из которых я сам был свидетелем, убедили меня в существовании физических полей и принципов, ещё не изученных современной наукой, но вполне реальных и пригодных для практического использования. Эти поля и принципы связаны как с физическим миром, так и с психикой, то есть могут взаимодействовать и с тем, и с другим.    

В это время я познакомился с ещё одним экстрасенсом – Валерием Валентиновичем Кустовым. На этот раз встреча была вызвана чисто оперативной необходимостью. Дело было так. В 1985-86 годах произошло два чрезвычайных происшествия, очень необычных для оборонной промышленности тех времён. В течение небольшого промежутка времени были убиты два высокопоставленных чиновника из этой отрасли. Первый – генеральный конструктор КБ среднего машиностроения в Самаре Игорь Бережной, занимавшийся лазерным оружием. Ему под видом коробки с лекарствами передали взрывное устройство. Он погиб в машине по дороге в аэропорт, когда вскрыл эту коробку. Ему разворотило все внутренности, и он умер на месте. Нам было поручено вести оперативное расследование по поиску злоумышленников. Убийство столь высокопоставленного, столь засекреченного и охраняемого лица было совершенной неожиданностью в нашей работе, раньше КГБ с таким не сталкивался.

Мы начали расследование, но не успели ещё выделить главную версию, как неожиданно убивают главного инженера НПО «Астрофизика», сверхсекретного КБ в Подмосковье, тоже связанного с лазерной тематикой. Его вместе с любовницей зарезали в собственном доме. Кошмар! Естественная мысль: какая-то из иностранных разведок начала серию диверсий против создателей советского лазерного оружия. И это – в центре СССР! А генеральным директором НПО «Астрофизика» был сын маршала Устинова, тогдашнего Министра Обороны. Сверху пришли самые жёсткие команды, были брошены колоссальные силы, отрабатывались все версии, привлекались все самые сложные технические средства. Вскрыли разные правонарушения, алмазные дела, цеховые разборки, но никак не могли найти реальных зацепок. Одним словом, мы не пришли ни к каким результатам – тупик.

Неожиданно на одном из совещаний ребята из Ростовского управления КГБ сказали, что у них есть человек, который может видеть прошлое и предсказывать будущее – Валерий Кустов. Соблюдая конспирацию, мы встретились с ним в специально снятом номере гостиницы Россия. И надо сказать, при встрече с ним я был потрясён. До той поры я не видел демонстрации экстрасенсорных возможностей такого уровня. Кустов сел в дальний угол комнаты, мне предложил сесть в противоположный угол. Поднял руку и сказал: «Сейчас я начинаю на вас воздействовать». На расстоянии 5 метров я почувствовал мощный поток энергии, идущий в лицо, было такое впечатление, что в меня бьёт струя воздуха. Он сделал лёгкое движение рукой, и поток немного сдвинулся, переместился в другую точку. Я ощущал излучение, идущее из его руки. Потом он развёл руки, и я при дневном свете явственно увидел, как из его кончиков пальцев идёт излучение, видны яркие энергетические полосы. В другой раз я пролил на ногу кипяток, всё вздулось – ожог 1-й степени. Нога вспухла, страшные пузыри, жуткая боль. За два сеанса по три минуты он снял мне все признаки сильнейшего ожога, не осталось и следа. После его посещения я поехал на работу, а после работы разбинтовал ногу и ахнул: ожога не было! Кстати, несколько позже, уже в 90-е годы на телеэкраны вышел документальный фильм «Феномен инженера Кустова» – как раз про этого удивительного человека, обладающего феноменальными способностями. Сейчас он живёт в Ростове, работает в клинике, занимается лечением.

Так вот, Кустов начал работать по раскрытию этих преступлений. Мы были готовы ко всему: от действий иностранных разведок до внутренних террористических заговоров в духе сталинской паранойи. Однако Кустов сказал, что ничего такого не видит. По его мнению, оба преступления были бытовыми. Мы не поверили, и преступления так и не были раскрыты. Но через несколько лет я встретился с одним из друзей Бережного, припомнил эту историю и рассказал ему о нашем фиаско. Тот поразился: «Вы не узнали, кто убийца? Да у нас в конструкторском бюро это вообще секретом не было! Всё предельно просто: ревность».

Он рассказал, что Бережной завёл интимные отношения со своей секретаршей, воспользовался, так сказать, служебным положением. А у неё был патологически влюблённый в неё кавалер. Он и стал в едином лице и заказчиком, и исполнителем преступления. Такого элементарного объяснения КГБ допустить просто не мог, мы даже не отрабатывали такие простые бытовые версии. Уж слишком сильно жертва была связана с высшими государственными секретами. Мы сами отворачивались от подобных объяснений, искали действия иностранных разведок или террористов. Но оказался прав Кустов. Для второго преступления тоже открылось простое объяснение. В НПО «Астрофизика» была завершена тема по созданию белого лазера. Работа была проведена колоссальная, получены замечательные результаты, а главный инженер, который даже не участвовал в этом, оформил патент на себя. Один из настоящих создателей белого лазера сказал: «Я ему этого не прощу». И не простил, произошло убийство. Вот так, в расследовании этих преступлений экстрасенсорика дала лучшие результаты, чем весь следственный аппарат КГБ.

В результате у нас начала вырисовываться схема оперативной экстрасенсорной работы. Должно быть несколько человек-экстрасенсов, работающих независимо друг от друга над одной поставленной задачей, и единый аналитический центр по обработке идущей от них информации. Операторы входят в информационное поле, добывают информацию, она тут же фиксируется. Потом всё идёт к аналитику, который сравнивает куски информации, ищет совпадения. Затем нужно срочно проводить мероприятия по проверке полученных данных и выявленных совпадений: проверять новые адреса, телефоны, лица, фигурантов по делу. Раунд за раундом, шаг за шагом получается полностью законченный цикл, когда становится понятно, решена ли задача, раскрыто ли преступление.

Мы также пытались исследовать методику ухода в прошлое, но всё это было фрагментарно, серьёзного планомерного исследования организовать не удалось. Были энтузиасты, но много было и скептиков, которые делали невозможным системную работу в этом направлении. Создавалась атмосфера отчуждения, чувствовалось, что в воздухе витали мысли, что у тех, кто предлагает этим заняться, поехала крыша.

Среди направлений, аналогичных экспериментам по дальновидению в американской программе «Звёздные Врата», мы разрабатывали комбинированную психо-физическую методику снятия информации с удалённых объектов с помощью управляющих команд по радиоканалам. В частности, проводились эксперименты по перемещению фантома человека в космос. Занимался этим Борис Тимофеевич Литуненко, он был очень этим увлечён. Эксперименты ставились на острове Диксон. Мы брали оператора, помещали его на радиолокатор, после чего он мысленно перемещался к космическому объекту, чаще всего к одному из американских военных спутников, и давал его описание. Информация снималась разными операторами по разным лабораториям и затем сравнивалась. Результаты были весьма интересными, что подтверждалось данными разведки. Однако, специального подразделения, которое постоянно занималось бы парапсихологическими исследованиями и экстрасенсорной оперативной работой, в КГБ не было.

В направлении психотронного оружия, на базе многочисленных исследований, которые велись в наших НИИ, разрабатывались комплексные программы по скрытому манипулятивному управлению живой силой противника с использованием технологий психического и психофизического воздействия. Создавались новые технологии по манипулятивному управлению лидерами стран для разрешения скрытыми средствами политических задач в отношении стран, являющихся политическим и или экономическими оппонентами или вероятными противниками. Правда, эффективность этих технологий управления не была бесспорной.

В российской и западной прессе не раз писали об установке “Электросон”, вызывавшей состояние забытья у людей на расстоянии в несколько километров. В реальности же работы велись по созданию установок гораздо более мощных и эффективных: в частности, работали над созданием космических платформ, которые на определённых частотах должны были воздействовать управляющим образом на целые города и ареалы: вызывать смех, слёзы, сон, понос и т. д. Однако, здесь мы, пожалуй, прервемся, поскольку уже переходим в сферу радиобиологического оружия, которое фактически является промежуточным звеном между психотронным и чисто физическим». [40]

**

Мы продолжим рассказ генерала Шама в последней главе, так как дальше он относится к периоду глобальных геополитических изменений: распаду СССР, концу стратегического противостояния, концу КГБ и формированию новых структур.

8 декабря 1991 президенты России, Украины и Белоруссии подписали Беловежское Соглашение о выходе своих республик из состава СССР, что означало конец Советского Союза как единой страны. В результате распада СССР образовалось 15 независимых государств. Горбачёву ничего не оставалось делать, как самому подписать 25 декабря 1991 года Указ о своей отставке с поста Президента СССР в связи с прекращением существования этой страны.

Слово «КГБ» за советские годы стало слишком одиозным. Политические преследования инакомыслящих в СССР накопили массу негативных чувств против этой организации, что вылилось в массовые демонстрации протестов, сносу памятника Дзержинскому на площади перед штаб-квартирой КГБ и возвращению этой площади её исторического названия – Лубянка. Но главное – исчезновение СССР в корне изменило расстановку политических сил в мире. Частично изменились и задачи спецслужб, что неизбежно должно было отразиться на их структурах.

В результате КГБ был полностью реорганизован. 28 ноября 1991 года Горбачев подписал Указ о создании на основе КГБ Межреспубликанской Службы Безопасности. Её руководителем автоматически стал последний председатель КГБ Вадим Бакатин. Параллельно Ельцин, как руководитель республики, начал создавать своё российское Агентство Федеральной Безопасности. Но это двоевластие продолжалось всего несколько недель.

24 января 1992 года на базе вышеупомянутых спецслужб было создано Министерство Безопасности РФ, правопреемником которого с 3 апреля 1995 года стала Федеральная Служба Безопасности Российской Федерации (ФСБ). Кстати, директором ФСБ с июля 1998 по август 1999 был Владимир Путин, ставший затем Президентом России.

9 Управление КГБ, которое обеспечивало безопасность главных политических фигур в стране, стало Главным Управлением Охраны. Позже оно было разделено на Службу Безопасности Президента, возглавляемую Коржаковым, и Федеральную Службу Охраны, возглавляемую Барсуковым.

Генерал-майор Борис Константинович Ратников, один из авторов этой книги, в прошлом офицер КГБ, стал заместителем начальника Федеральной Службы Охраны. Под его командованием оказались аналитическая, оперативная и техническая службы, кадры и другие подразделения. Именно здесь он впервые организовал целый отдел по использованию экстрасенсорных методов для целей безопасности и разведки.  

В следующей главе он сам расскажет свою историю и как она оказалась связана с парапсихологией. Но начнёт он эту главу с описания событий августа 1991 года – путча, приведшего к развалу СССР, поскольку он был одним из непосредственных участников этих исторических событий.


 

Глава 8
Парапсихологический щит российского президента

Рассказ генерал-майора Бориса Ратникова

 

Прежде чем начать разговор о применении парапсихологии в работе спецслужб, я, как участник, хотел бы добавить несколько штрихов к описанию исторических событий, приведших к развалу СССР.

В ночь перед путчем, 21 августа 1991 года, я находился дома. Меня поднял по тревоге дежурный с приказом срочно прибыть в Белый дом для охраны Ельцина. К Белому дому стягивались танки и БТР. Люди, собравшиеся около Парламента, воспринимали это с возмущением как акцию устрашения. Чувства страха не было, потому что люди не ощущали себя виноватыми, поэтому и ложились под танки: были уверены, что армия не посмеет воевать против своего народа. Полки в магазинах были пусты, всё продавалось по карточкам, назревал социальный взрыв.

Из посёлка Архангельское, где он жил на даче, Ельцин с минимальной охраной прибыл в Белый дом. Начал проводить с активом совещание, писать указы – всё шло в рабочем порядке. После его приезда стала стихийно концентрироваться и подтягиваться толпа. Охрану Белого Дома тогда осуществляло подразделение милиции. Оцепления не было, все проходили по пропускам, никакой паники тоже не было. Командующий воздушно-десантными войсками Павел Грачёв привёл своего заместителя Александра Лебедя, тот выделил несколько танков якобы для охраны Белого Дома. На самом деле танки были пустые, там не было боезапаса. Подойдя к Белому Дому, рядовые танкисты бросили боевые машины и бежали.

Подвалы Белого дома – это запасной пункт боевого управления страной. Они уходят на 11 этажей вниз. Но этот объект был на консервации, и, чтобы его расконсервировать, нужно было решение Политбюро. Там было всё подготовлено для экстренных случаев: водонепроницаемые встроенные в стену телефоны, оцинкованные бачки с прикованными кружками, стеллажи для отдыха и для раненых. За укреплённой полутораметровой толщины дверью были две комнаты в 50 и 30 метров, два туалета, но всё это не работало.

 Когда мы ждали штурма, по словам Коржакова, к нему пришли жёны сотрудников спецназа «Альфы» и сказали, что бойцы «Альфы» не хотят братоубийственной бойни и на штурм Белого Дома не пойдут. Было ещё одно тревожащее обстоятельство: нас могли взять снизу – к бункеру подходила ветка секретного метро.

 К 2 часам ночи мы приняли решение спуститься вниз, чтобы Ельцин находился в бункере. Пока мы спускались, снаружи было выключено электричество, осталось только аварийное освещение. Во избежание снайперского выстрела мы уговорили Ельцина надеть бронежилет, который ему привёз в подарок шахматист Гарри Каспаров. Ельцин был очень недоволен, что нет воды, не работает телефон, туалет забит дощечками, нет вытяжки, воздух тяжёлый. Пришёл Хасбулатов, бывший тогда Председателем Верховного Совета, надымил своей трубкой – дышать стало ещё труднее. Внизу был широкий проход без ступенек, спускающийся к посадочной площадке секретной ветки метро. Поскольку мы были «открытыми» для штурма со стороны метро, из подземелья, то поставили там две растяжки с гранатами, чтобы в темноте нас не застали врасплох.

В это время я по договорённости с Коржаковым поднялся наверх посмотреть, что творится там. Поднимаюсь, подхожу к двери приёмной Президента России – ни одного человека из милицейской охраны. Телефоны звонят, разрываются: ситуация критическая, никто ничего понять не может, всем нужна ясность. Я сел в президентское кресло и стал отвечать на звонки со всех краёв России: с Дальнего Востока, с Урала, из Сибири, Санкт-Петербурга. Как мог, успокаивал: всё под контролем, управление страной идёт, паники нет. Вдруг звонок по чёрному телефону, связывающему приёмную с бункером. Беру трубку – в ней резкий басовитый голос:

– Вы кто?

– А вы кто?

– Я – Ельцин!

– А я – Ратников.

– Что вы там делаете?

– Дежурю, Борис Николаевич, страной руковожу.

– Что-что??!

Чувствую, на другом конце провода – живописная сцена. Потом позвонили из посольства Соединённых Штатов. Предлагали открыть для нас ворота, если мы прорвёмся с заднего хода, чтобы скрыться в американском посольстве. Ельцин наотрез отказался от этой идеи. Заходит Коржаков. Докладываю, что, по моему мнению, штурма не будет. При таком скоплении народа начинать штурм – безумие. В начале четвёртого утра все поднялись наверх – эпопея закончилась. Тут подъехал музыкант Мстислав Ростропович и походил по Белому Дому с автоматом. Естественно, никто бы ему не позволил рисковать собой, а народ в тот момент был доволен: с нами интеллигенция!

Наша аналитическая служба сделала выводы, что всё это было сделано по указанию Горбачёва. [41] Никто без ведома руководителя не пошёл бы на такие меры, каждый боялся за свою задницу. Горбачёв специально отстранился, не зная, чем закончится эта комедия, чтобы выиграть в любой ситуации. Но все участники ГКЧП были без харизмы. Вся страна видела их по телевидению: трясущиеся руки, затравленный взгляд – они не хотели в этом участвовать, они просто выполняли команду. Поэтому всё так и закончилось: кто повесился, кто застрелился – слабые личности, не посмевшие ослушаться приказа начальства и не посмевшие взять на себя инициативу. Вскоре вернулся Горбачёв в Москву, сидел в Кремле, как побитый пёс, ничего у него не вышло. Всем было ясно, что это его рук дело. Сидел, видите ли, Президент СССР в блокаде, бедный. Какая там блокада! Рядом с ним, в его личном распоряжении была вооружённая охрана, военные корабли стояли на рейде, только его команды ждали, все телефоны работали, не говоря уж про спецсвязь. В общем, дешёвый спектакль. [42]

Скорее всего, идея ГКЧП принадлежала жене Горбачёва, Раисе Максимовне. Она могла анализировать, что-то просчитывать, советовать. Она, а не он, делала расстановку кадров и интриг. Но время было уже другое. Поскольку любое насилие неизбежно порождает противоположную силу, росло общее недовольство системой. А теперь уже ветер свободы кружил голову, на страхе ничего нельзя было удержать. Тогдашнему генеральному секретарю Горбачёву, который был весьма слабовольным человеком, уже невозможно было навязывать, приказывать, давить, как это было при Сталине.

После напряжённых дней августовского путча Ельцин решил немного отдохнуть в Паланге, подлечиться, снять стресс. Коржаков поехал с ним, я остался за Коржакова. Тут и попал на встречу с генсеком по его инициативе. Вызвал он меня на совещание о реорганизации КГБ. Как сейчас помню: Горбачёв в рубашке, в подтяжках, пиджак на стуле, выходит к столу совещаний, за которым уже сидим мы, человек 12 – руководство спецслужб. Поздоровался и сразу к делу. А дело заключалось в том, что он предлагал создать новую структуру безопасности, отделив её от КГБ, поскольку этим органам он больше не доверял.

Так возникло Главное Управление Охраны, которое потом разделилось на Службу Безопасности Президента во главе с Александром Коржаковым и Федеральную Службу Охраны во главе с Михаилом Барсуковым. Первым замом Барсукова стал я, отвечая за оперативную и аналитическую работу. Под моим кураторством были ещё кадры, оперативно-техническая служба и другие подразделения…

**

Ну а теперь о себе. Я пришёл к работе с парапсихологией довольно сложным и неожиданным путём. Будучи кадровым офицером КГБ, и уже дослужившись до звания полковника, я всё ещё не имел никакого отношения к этой области. Я, конечно, знал, что КГБ ведёт учёт экстрасенсов, присматривает за их деятельностью. Но о каких-либо специализированных парапсихологических программах я не слышал, возможно потому, что это не входило в круг моих обязанностей. Вплотную с этой сферой я столкнулся, оказавшись в службе безопасности Бориса Ельцина, тогда ещё председателя Верховного Совета РСФСР.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...