Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Социальной работы в истории общества




 

Как уже было отмечено выше, методологические концепции социальной работы не возникли вдруг, а имеют интересную и достаточно давнюю историю. Можно отметить ряд школ и теорий социальной работы в нашем отечестве и за рубежом, которые в свое основание кладут различные представления о социальной справедливости, гуманитарных и демократических идеалах, правах человека, спектре основных социальных проблем и формируют в соответствии со своими подходами разные системы социальной помощи. Необходимо подчеркнуть, что в разные исторические периоды развития общества и в разных странах пути становления и общие принципы, кладущиеся в основание социальной работы, не были идентичными. Можно выделить следующие черты базовых парадигм социальной работы[11]:

· оформление первых представлений о социальной помощи, когда ведущим понятием является philos, т.е. дружественность, распространяемая не только на соседские и родственные отношения, но и на более широкий круг социальных связей;

· становление представлений о милосердии к ближнему, концепция «милостыни», где основополагающим принципом является христианская любовь-агапе как деятельностная любовь к ближнему[12];

· оформление имплицитного (неявного, скрытого, но реально присутствующего) концепта «прав человека», где вопросы бедности, нищенства, беспризорности, бездомности являются его главными детерминантами;

· становление теории социальной работы, которые помогают профессионалам интерпретировать нужды клиента, обусловленные социально-психологическими, культурными и социально-экономическими факторами.

Первая из перечисленных парадигма возникла на стадии родового общества и связана с дарообменом, помощью в бытовой и хозяйственной сферах и распространением излишков продуктов. Уже на этой стадии выделяются основные субъекты помощи, определяются идеологические принципы, регулирующие социальные связи дарообмена и разнообразных форм поддержки субъектов племени. Понятно, что помощь оказывалась только тем, кто обладал видимыми физическими недостатками, кто вызывал сочувствие и сострадание в силу невозможности самому поддерживать собственную жизнедеятельность.

И только древнегреческое общество, накопив определенный духовный опыт, среди прочих сфер своего существования начинает выделять особую и специфическую сферу, где проявляются дружеские чувства (эмпатии), аффекты, моральные связи и отношения. Формируется содержательный смысл понятия «филантропия» – в переводе с греческого – любовь к людям, благожелательное отношение одного индивида к другому. Однако подчас взгляды древнегреческих философов на систему социальной помощи были весьма далеки от современных представлений.

Например, Платон, выстраивая концепцию идеального государства-полиса, полагал, что вся социальная деятельность должна быть прерогативой государства, а не частной инициативы. Государство через управленческую деятельность монахов-философов должно было взять на себя даже функцию своеобразного распределения квоты на деторождение, организовать систему общественного воспитания, отнимая право воспитания у родивших ребенка матерей. Платон вообще подвергал сомнению социальную ценность помощи больным, инвалидам и обездоленным, считая, что ремесленникам, попавшим в сложную социальную ситуацию или утратившим здоровье, не следует оказывать какой-либо поддержки и предоставить возможность умереть. Аристотель, напротив, считал способность к состраданию разновидностью добродетели. Своеобразным проявлением любви к ближнему он полагает уже даже творческий акт.

Сходной позиции придерживались римляне Плиний и Цицерон, полагая, что дружба и товарищеский союз, будучи основой благотворительности, являются важнейшими факторами, лежащими в основе гражданского поступка и стабильности общества в целом.

Идея любви-агапе как нормативного требования в межличностных отношениях возникает в первых христианских таинствах. Однако примечательно, что эта идея не относится только к членам христианской общины, а имеет общий мировоззренческий смысл. Основообразующими становятся понятия «милосердие» и «любовь к ближнему», которые осмысливаются как закон, норма жизни христианина. Функция социальной помощи становится одной из фундаментальных для христианской церкви.

Формирование правовой концепции в социальной работе обозначено появлением работ, в которых декларируется обязанность государства обеспечить нетрудоспособных граждан всем необходимым (например, работы Ш. Монтескье). К XIX в. сложились предпосылки к тому, чтобы государственная помощь и взаимопомощь слились в единый социокультурный процесс, со своими традициями, принципами, ценностями, формами.

Однако только с конца XIX – начала XX в. социальная работа формируется как вид профессиональной деятельности. В силу чрезвычайной неравномерности и неоднородности социально-экономического развития различные страны переживают тяжелые периоды резкого обострения социальных проблем. Именно в этот период времени формируются основные концепции социальной работы как науки благодаря интеграции медицинского, психологического, социально-психологического, культурологического, этнографического, социологического знания. Особенно преуспели в разработке теории и практики социальной работы ученые США, Германии. Например, в 20-х гг. ХХ в. М. Ричмонд разработала основы индивидуальной работы с клиентом, куда привнесла элементы психоанализа, что позволило интерпретировать внутренние психические процессы личности в контексте социальных проблем.

Очертим в качестве примера развитие социальной работы и социальной педагогики как профессии в Германии. Здесь в начале ХХ столетия были созданы социальные школы (преимущественно женские). По указу вновь образованного прусского министерства народного обеспечения в 1920 г. было введено государственное регулирование подготовки кадров социальных работников. Этот законодательный акт явился основой дальнейшего развития всей системы обучения и подготовки специалистов к социальной деятельности в Германии вплоть до второй мировой войны. Первоначально социальную работу поддерживали и финансировали преимущественно благотворительные союзы и общества. Только после первой мировой войны возникла государственная служба социальной помощи населению, которая существует и по настоящее время в виде ведомств социального обеспечения, охраны здоровья и помощи молодежи. Первые десятилетия доминирующим методом социальной работы в Германии была главным образом индивидуальная помощь клиентам. Затем стали использовать социальную групповую терапию, несколько позже вошла в практику и социальная работа в общине. Эти три формы социальной работы стали по существу классическими методами, оказавшими решающее воздействие на профессионализацию социальной работы.

В годы господства национал-социалистов последовательное развитие социальной работы было прервано. Защита, забота о населении превратились в расовую гигиену. А социальная работа в целом обрела политическую функцию в качестве инструмента интеграции и контроля политической благонадежности населения.

После второй мировой войны развитие социальной работы и системы подготовки профессиональных кадров получило серьезный импульс для развития. Основным содержанием социальной работы в первые послевоенные годы в Германии было оказание материальной помощи населению, перенесшему тяжелейшие невзгоды в период войны. В эти годы в теоретической двухлетней подготовке студентам показывались истоки бедственного положения людей в таких социальных сферах, как здравоохранение, защита молодежи и материальная помощь населению.

В первой половине шестидесятых годов значительно дифференцировалась и расширилась подготовка профессиональных кадров социальной сферы. В ФРГ и Западном Берлине было создано 45 средних специальных школ социальной работы и небольшое число средних специальных школ социальной подготовки. В теоретическом плане обучение индивидуальной работе с клиентом в этот период ориентировалось на психоанализ. Частично принципы психоанализа стали включаться и в практическую часть подготовки. Содержание всей социальной работы концентрировалось вокруг проблем оказания материальной социально-психологической помощи, прежде всего – отдельному индивиду. Эта индивидуальная социальная помощь рассматривалась основной формой социальной деятельности. Поэтому в системе подготовки она составляла 60-75 процентов объема всей социальной работы. Постепенно получили более широкое распространение методы групповой терапии и работы в общине, заимствованные в США. Это было связано с изменившимся пониманием социальной работы. Вместо прежних предписаний, наблюдений и контроля деятельность социального работника стала ориентироваться на активизацию собственных возможностей клиента, оказание помощи, консультирование в целях самопомощи.

Значительный интерес представляет процесс становления социальной сферы в России. С ее христианизацией идеи благотворительности, помощи нуждающимся (особенно, на фоне традиционного общинного землепользования и специфической в связи с этим обстоятельством организации социальной жизни общины и менталитетом ее членов) обрели весьма сильные позиции.

Например, митрополит Филарет в одной из своих проповедей подчеркивал, что в русле христианского мировоззрения «… каждый благотворитель, прежде всего, творил благо себе». Памятники культуры России хранят мысли выдающихся людей и государственных деятелей по вопросам социальной деятельности (сошлемся хотя бы на письменные источники, составленные Владимиром Мономахом, Ярославом Мудрым). В России всегда были люди, наделенные талантом доброты, альтруистической любви к ближнему, особенно, попавшему в беду. Достаточно упомянуть здесь имена меценатов С. Морозова, С. Мамонтова, Д.М. Голицына, К.Г. и А.Г. Шереметевых, П. Демидова и мн. др. Это были подвижники, получавшие удовлетворение от сознания собственной пользы ближнему, от служения Отечеству через человеколюбие.

Конечно, формирование всех видов, форм и направлений социальной помощи в России потребовало бы значительного объема. Ограничимся для иллюстрации наших положений тем, что проследим за развитием одной из сфер социальной работы, а именно – системы призрения детей-сирот. Забота о сиротах поначалу возлагалась в России на князей и церковь. Первы­м учреждением для сирот в России явилась сиропитательница, основанная в 1707 г. по личной инициативе и на собственные средства новгородского митрополита Иова. Дальнейшее развитие сиротские детские учреждения получили при Петре I, который в 1715 г. издал указ, предписывающий устраивать в Москве и других городах России казенные госпитали для незаконнорожденных детей, крупнейшим из которых стал Московский воспитательный дом. Это заложило основы развития общественной благотворительности, сочетавшей этическое наследие прошлого и духа нового времени.

В 1797 г. императрица Мария Федоровна направила императору доклад о работе воспитательных домов и приютов, в котором она предлагала отдавать младенцев из воспитательных домов в «государевы деревни» крестьянам «доброго поведения», после того, как малютки немного окрепнут. Так было положено начало воспитанию сирот в семьях.

История свидетельствует, что практика призрения детей-сирот в России осуществлялась двумя путями: частно-церковным и государственно-общественным. Оба пути способствовали утверждению права призреваемых детей-сирот на жизнь, воспитание и поддержку со стороны государ­ства, церкви и частных лиц, занимающихся их судьбами[13].

Воспитание детей-сирот было предметом особого внимания и заботы К.Д. Ушинского, разработавшего Проект преобразования Гатчинского сиротского института. Говоря о сиротских учреждениях того времени, он поставил перед ними высокую гуманную цель: «…заменить по возможности родителей детям, дать им воспитание и поставить их на такую дорогу в жизни, на которой они могли бы быть деятельными, честными и полезными членами государства, которое их воспитало».

Он сформулировал следующие требования: 1) главное лицо должно быть воспитателем в полном смысле этого слова, отцом сиротского дома; 2) сиротское заведение есть строго воспитательное заведение, а не депар­тамент, не богадельня, не казарма и даже не простое учебное учреждение; 3) его главная обязанность – заботиться о физическом и нравственном воспитании сирот и о возможно лучшем устройстве их судьбы; 4) приняв сироту на свое попечение, заведение обязано поступить в отношении его, как поступил бы добрый, умный и попечительный родитель, и с одинаковой ревностью заботиться как о злых, так и о добрых; как о талантливых, так и о бесталанных.

Под влиянием педагогических идей К.Д. Ушинского произошли серьезные изменения в учебно-воспитательной работе закрытых заведений того времени. Это касается и военных интернатов (кадетских корпусов и военных гимназий), куда в первую очередь зачисляли на обучение детей погибших офицеров.

Вместе с тем, заслуживает положительной оценки опыт образо­вательной практики таких учреждений, как российские пансионы. Это были частные заведения закрытого типа, в которых при достаточно высоком уровне обучения акцент делался на «ревностном изучение всего, что составляет целостность человеческого духа».

В советский период (20-30-е гг. ХХ в.) накоплен значительный опыт ликвидации социальный корней и реабилитации беспризорных детей в воспитательных учреждениях Наркомпроса РСФСР. Эти годы дали имена, которые вошли в историю отечественной и мировой педагогики – А.С. Макаренко, С.Т. Шацкий, В.П. Кащенко, В.Н. Сорока-Росинский и др. В частности, деятельность С.Т. Шацкого явилась первой попыткой создания воспитательной детской общности «трудных» детей и подростков с одной благородной целью – вернуть детям детство. Им был предпринят уникальный опыт организации совместной жизнедеятельности детей и взрослых, благодаря чему педагоги могли наблюдать за воспитанниками, выясняя, при каких условиях труд, игра, искусство, общественная деятель­ность возвращают смысл жизни детям. Именно это и определяло реабилитационную суть его социально-педагогической концепции.

В.П. Кащенко принадлежит мысль, высказанная еще в 20-х гг., о том, что коррекция недостатков развития личности в процессе ее становления - проблема большой социальной значимости, которую решать следует в контексте государственной политики. Лечебная социальная практика понималась им как синтез медико-терапевтических, учебно-педагогических и воспитательных приемов, имеющих целью выправление характера и личности в целом. Работа врача, психолога и педагога объединяется здесь в одно целое. В практику своей школы вместо распространенного в то время понятия «дефективные дети» ввел щадящий термин «исключительные дети». Ученый считал, что первое определение унижает ребенка, а осознание своей неполноценности может надолго закрепиться в сознании ребенка памяти и усложнить работу с ним[14].

Воспитание трудновоспитуемых – проблема, которая волновала тогда ум многих организаторов детской жизни. Столкнулся с ней и В.Н. Сорока-Росинский. В учреждениях, где работал известный педагог, сложился богатый опыт реабилитационной практики. Он решительно отвергал эпитеты типа «морально или психически дефективные» по отношению к беспризорникам и предложил вместо перечисления имеющихся у них недостатков пути компенсации. Он на практике доказал, что эти дети вполне поддаются реабилитации. В.Н. Сорока-Росинский сознавал, что детей, выбитых из жизненной колеи, можно вернуть в общество лишь в том случае, если социальный педагог обладает обширными познаниями и особым отношением к тем, кого призван воспитывать.

Под Полтавой в колонии для малолетних правонарушителей А.С. Макаренко осуществлял свой выдающийся социально-педагогический проект, который по значимости следует поставить в один ряд с великими открытиями двадцатого века. Через активно изменение условий жизни и саму жизнедеятельность, не ломая характеров воспитанников, он прививал им дух общности, дух гуманизма. Для этого и создавалось детское сообщество. Ему удалось разработать принципиально новую теорию реабилитации и воспитания этих детей. «Никаких особых правонарушителей нет, – написал он в «Педагогической поэме», – а есть люди, попавшие в бедственное положение. Я очень ясно понимал, что если бы в детстве попал в такое же положение, я тоже был бы таким, как они! И всякий нормальный ребенок, оказавшийся на улице без помощи, без общества, без коллектива, без друзей, без опыта, с истрепанными нервами, без перспективы - каждый нормальный ребенок будет вести себя так»[15].

А.С. Макаренко отмечал, что дефективные социальные отношения проявляются в трех главных областях: в мотивации присвоения, в мотивации преобладания и в мотивации обособления – и устанавливал главные виды действий и мотивов, возникающих в каждой из названных областей действительности. Естественными педагогическими выводами, к которым пришел А.С. Макаренко на основе анализа дефективности отношений, были следующие: «… задача воспитателя – восстановление нормального отношения между личностью и обществом. Возбуждение новой системы мотивации».

Огромная ценность труда А.С. Макаренко состоит в том, что он сформулировал ряд важных идей в области социальной адаптации и реабилитации детей и подростков: связь воспитания с жизнью; многостороннее воздействие на отношение с помощью различных видов (в том числе и социальной) деятельности; многообразие внутриколлективных (внутригрупповых) и межколлективных (межгрупповых) отношений; обосновал понятие ответственной зависимости как систему сложных социального характера отношений, исходя из того, что само становление человека опре­деляется его способностью осознавать связь с другими людьми, подчинять свою жизнь определенным обязанностям. Весьма ценными являются его мысли о проективной деятельности социального педагога.

Ученик и продолжатель дела А.С. Макаренко – С.А. Калабалин. По его поступкам дети сверяли свою линию поведения, причем самым естественным образом, без принуждения. Это и было той человеческой ценностью, которая выражалась в способно­сти отдавать себя другим. Этим же определялся путь к нравственному подвижничеству – откликаться на чужую боль, облегчать страдания, поддерживать и помогать в трудные моменты жизни, залечивать душевные травмы детей.

Социальная ситуация в современной России дает немало поводов для вывода о том, что идеи А.С. Макаренко не потеряли своей актуальности. В.П. Морозов считает, что «… для исправления ситуации должна существенно измениться школьная среда, которой надлежит все более стано­виться реабилитационной. Именно в такой среде может происходить восста­новление утраченных или ослабленных свойств и функций организма, личнос­ти ребенка, отдельных ее сторон в целях максимально полного развития его индивидуальных возможностей и адаптации к окружающему миру»[16].

Отметим, что здесь необходимо решить противоречие социально-педагогического характера: с одной стороны – «обездоленные» дети, нуждающиеся в специально организованной помощи со стороны государства, а с другой – не лучшая среда обитания, куда направляются эти дети, – интернатного типа учреждения. В такого рода учреждениях налицо наличие травмирующих факторов: госпитальный принцип организации жизненного пространства; замкнутость и слабый контакт с соци­альным окружением; пошаговый контроль и полная зависимость ребенка от настроения взрослого; нарушенность важных для ребенка связей и отношений с другими, значимыми лицами. Ученые констатируют повышенный риск приобретения ребенком различных видов депривации: материнской, сенсорной, эмоциональной, социальной и др.

Ситуация усугубляется еще и тем, что к решению жизненных задач, которые сразу же встают перед детьми после выхода из этих учреждений: воспитанники не готовы к самостоятельной жизни, поскольку их не столько воспи­тывают и готовят к ней, сколько взращивают до определенного возраста. Несмотря на существующие разнообразные попытки преодолеть указанные противоречия, создавая специальные учреждения в разных моделях и формах для детей, оставшихся без семьи и родительского попечения,проблема восстановления нормального, полноценного детства в этих учреждениях все еще остается нерешенной.

Мы кратко очертили историю лишь одного направления социальной работы. Такого рода добровольное ограничение вызвано необычайной многогранностью и многосторонностью рассматриваемого нами феномена. В то же время из сделанного обзора видно, что содержание, средства, направления, виды и формы социальной работы опосредуются не внутренними смыслами, а идеями, лежащими за пределами собственно социальной работы как таковой. Речь идет о том, что указанные смыслы порождаются мировоззренческо-философскими, этическими, социальными, психологическими и др. причинами, рассмотрению некоторых из них мы и посвятим следующие разделы данной работы.

 

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.