Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

На работе. Расширение возможностей




На работе

Когда эмоциональный шантаж возникает на работе, осо­бенно если в нем участвует руководитель, эта ситуация может показаться неразрешимой. Историям о «боссах из преиспод­ней» несть числа, и хуже всего то, что они основаны на ог­ромном дисбалансе сил. Мы вполне отдаем себе отчет, что наше благосостояние находится в руках шантажиста и что мы передаем свою силу человеку, от которого зависит наша зар­плата. Точно так же, как и в любовных отношениях, мы мо­жем оставить незамеченными некоторые случаи эмоциональ­ного шантажа на работе, позволяя ему расти до тех пор, пока не останется единственной возможности — уйти.

Расширение возможностей

Ким, редактор журнала, чувствовала, что находится в осаде.

С меня хватит. Я провожу свою жизнь за письменным столом, а мои руки не отрываются от компьютера и теле­фона. Я так устала, что едва могу соображать, а Кен не пре­кращает негативные сравнения. По-моему, он предъявляет неоправданно завышенные требования. Я не трудоголик, как некоторые мои коллеги, и если не буду работать на пределе возможностей, он вычеркнет меня из списка хороших сотруд­ников и внесет в кандидаты на вылет, когда эта сумасшед­шая компания в очередной раз решит сократить кадры.

Я ничего не могу сделать, кроме как искать другую рабо­ту. Но я чувствую себя настолько изношенной физически и эмоционально, что все, что могу делать, приходя домой, — это стараться не расплакаться и не накричать на кого-ни­будь, кто этого не заслуживает. Я не могу бросить работу, потому что нам нужны деньги. Я не верила в ад, но теперь верю.

Очевидно, Ким должна была что-то изменить. Требова­ния, предъявляемые к ней на работе, ставили в опасность ее физическое и психическое здоровье, однако она приняла ре­шение: «Я ничего не могу сделать», — которое сводило воз­можности выбора к нулю. Чтобы выбраться из этого положе­ния, она должна была определить для себя, чего хотела и в чем нуждалась, а дальше работать в этом направлении, чтобы понемногу изменять свою жизнь, пусть и небольшими после­довательными шагами.

Мы начали анализировать требования Кена.

— Не знаю, смогу ли я все вспомнить, — сказала Ким. — Ведь это не одно требование. Это просто целая нескончаемая серия требований. Он считает, что я должна работать 24 часа в сутки, а я не могу.

— Так в чем же, по-вашему, заключается его требование? — спросила я.

— Примерно в этом: «Делай все, что я говорю, иначе... »

— Иначе что?

— Иначе «я от тебя избавлюсь или по крайней мере ска­жу, что ты не так хороша, как Миранда, величайший редак­тор из всех живущих ныне». Как только я перестану быть не­заменимой, сразу стану ненужной. Тогда на стол ляжет уве­домление об увольнении.

— Мы говорили о негативных сравнениях с Мирандой, — напомнила я. — Но почему вы думаете, что если не будете браться за любую работу, на которой настаивает Кен, вас уво­лят? Он что-нибудь говорил по этому поводу?

— Не совсем, но все знают, что если кто-то попал в неми­лость, его ждет именно это.

— Вы говорили ему, что у вас болят руки и шея? — спро­сила я.

— Шутите? — ответила Ким. — Мы все там только винтики.

Я сказала Ким, что ее реакция на начальника базируется

на достаточно непроверенных предположениях, а затем по­просила описать, что, по ее мнению, представляют собой ра­зумные требования к работе.

Если бы она имела представление о разумных требовани­ях, то смогла бы указать на неразумные и определить, чего они стоят для нее и окружающих.

— Работа на моей должности подразумевает сверхурочные часы — это примерно 50-часовая рабочая неделя плюс чтение материалов в выходные дни. Я это знаю и не возражаю, но на этой работе я делаю гораздо больше: тружусь по 60—65 часов в неделю, не считая выходных. Но больше всего мне не нра­вится давление, не нравится, когда меня с кем-то сравнива­ют. Это для меня не стимул для работы, а причина для страха и обиды.

Наконец я попросила Ким описать свои желания и нужды.

— Мне нужно, чтобы остальные тоже занимались рабо­той, которую сейчас я делаю одна, и чтобы Кен обращался с поручениями к ним тоже, а не только ко мне одной. Он слиш­ком многого от меня требует. Его негативные сравнения со­здают такое давление, что стали невыносимыми, а я хочу, что­бы Кен просто обратился ко мне с просьбой что-то сделать, не выкручивая рук.

В это момент я спросила Ким:

— Вы много говорите о Кене. А какова ваша роль во всем этом?

Ким стала рассуждать о том, что ей нужно сделать:

— Меня огорчает, что я позволила ситуации зайти так да­леко. Знаю, что мне нужно учиться говорить «нет», когда я устала и когда мне требуется время для личной жизни. Я по­стоянно предполагаю худшее и считаю это правильным.

Когда Ким задумалась о реальности своей ситуации, она поняла, что большая часть давления, которое она испытыва­ла, исходила изнутри, а не извне. Уволит ли ее Кен, если она скажет, что должна сбавить темп, чтобы сохранить здоровье? Скорее всего он даже не подумает об этом. Она ни разу не упо­мянула о той нагрузке, которую испытывала, выполняя тре­бования Кена, и тот не слышал от нее ни одного отказа. Она не могла позволить себе отказать ему: последствия казались ей слишком ужасными. Ким решила, что у нее только один выбор — сохранить статус-кво, что, по существу, выбором не являлось.

Ким страшно боялась подходить со своими вопросами к Кену, но мы упражнялись до тех пор, пока она не почувство­вала уверенность. В следующей главе я расскажу, как она пред­ставила свое решение, в результате чего ей удалось наладить более или менее нормальные отношения с Кеном.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...