Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Социологический портрет бизнес-элиты




Заказать ✍️ написание работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Для того чтобы проследить динамику социально-демо­графических показателей бизнес-элиты России, ниже мы будем использовать данные исследований сектора изуче­ния элиты ИС РАН 1993 и 2001-2002 гг.

Возраст. Бизнес-элита — молодая социальная группа российского общества, и члены этой группы молоды. Так, если средний возраст позднесоветской элиты (1985 г.) рав­нялся 56,6 года, а Горбачевской элиты (1990 г.) — 52,2 года, то возникшая в 1987 году группа «номенклатурных предпринимателей» была на 10 лет моложе. Ее средний возраст достигал 42,1 года. Это была самая молодая из всех субэлитных групп постперестроечной поры, хотя надо от­метить значительное омоложение и других групп (так, сред­ний возраст парламентской элиты 1993 г. составлял 46,5 года, а региональной элиты — 49 лет). Однако когда формирова­ние группы в целом завершилось, началось ее стремитель­ное старение. Это говорит о том, что в нее перестали вли­ваться новые силы. За восемь лет, прошедших с 1993 по 2001 г., бизнес-элита постарела на шесть лет, и ее возраст составил уже 48,6 года (хотя она по-прежнему остается са­мой молодой группой среди элиты). Сравнение данных 1993 и 2001 гг. позволяет увидеть изменения возрастной структу­ры бизнес-элиты: с 2001 г. она все больше наполняется людьми, которым за 50 и даже за 60 лет. Самой молодой группой бизнес-элиты являются производственники и фи­

Глава 5. Российская бизнес-элита

^ Бизнес-элита 1993 г. Ш Бизнес-элита 2001 г.

До 30 40-49 60 лет

лет лет и старше

Рисунок 13. Динамика возрастных изменений бизнес-элиты (1993-2001 гг.) (в %% к численности группы) 56

нансисты (46 лет), а самыми «старыми» — владельцы тор­говых домов (52 года).

Пол. Существует обратно пропорциональная зависимость между престижем профессии и количеством в ней женщин. Чем больше женщин в группе, тем ниже ее престиж. Наи­более престижны в обществе, как правило, «мужские про­фессии». Элита в этом плане не исключение. Эта самая вы­сокостатусная группа общества во все времена была пред­ставлена главным образом мужчинами. Женщины здесь ско­рее исключения, и часто их представительство в профес­сиональной группе регулируется принудительно, с помо­щью различных квот. Так было в Советском Союзе, когда доля женщин в представительных органах власти должна была составлять примерно 30 процентов. С отменой квот удельный вес женщин в законодательных органах власти снизился с 30 до 8%, а в исполнительных органах власти остался на уровне 2—5%, причем и в Горбачевский, и в Ельцинский периоды женщины занимали низшие долж­ности государственной службы55.

Понятно, что бизнес не приемлет никакого искусст­венного «квотирования», и поэтому доля полов в этой груп­пе складывалась путем естественного отбора. Результат та­кого отбора впечатляет — в бизнес-элите России женщин

AHA ТОМИЯ РОССИЙСКОЙ ЭЛИТЫ

просто нет. Конечно, это не означает, что в стране нет успешных и даже влиятельных женщин-предпринимателей. Однако женщины, оставаясь в крупном бизнесе, так и не попадают в узкий круг бизнес-элиты.

Место рождения. Старая советская номенклатура была в значительной степени «сельской»: более половины руко­водителей партии и правительства были выходцами из де­ревень и приезжали на работу в Москву уже в зрелом воз­расте. Только при Ельцине эта ситуация изменилась: доля сельчан в элите упала почти в пять раз. Даже среди регио­нальных руководителей доля сельчан снизилась в два раза. К власти в стране пришли выходцы из крупных городов, характеризующиеся иной ментальностью и иным характе­ром социализации, нежели советские партократы. Бизнес-элита до недавнего времени оставалась «столичной» груп­пой. Сформировавшись на базе московской молодой но­менклатуры, она продолжала действовать в центре до тех пор, пока возможности простой концентрации финансо­вого капитала не были исчерпаны. Только после августов­ского кризиса 1998 г. состав группы изменился: в нем за­метно увеличилась долярегионалов (см. таблицу 14). Особо надо выделить растущую группу петербуржцев, доля кото­рых в российской бизнес-элите приблизилась к 10%. Эта тенденция наблюдается и в других субэлитных группах и обусловлена не только развитием частного бизнеса в Се­верной столице, но и «землячеством», связанным с про­исхождением президента В.Путина. Тенденция провинци­

Таблица 14. Место рождения бизнес-элиты 1993—2001 гг. в процентах к численности группы 57

Родились: 1993 г. (п=115) 2001 г. (п=126)
В Москве 36,7 25,3
В крупном городе 27,8 32,6
В селе, малом городе 35,5 42,1
Всего

Глава 5. Российская бизнес-элита

ализации бизнес-элиты, столь отчетливо наблюдаемая пос­ледние 2—3 года, обусловлена изменением структуры са­мого крупного бизнеса, его территориальной диверсифи­кацией. На место разорившихся в кризисе 1998 г. московс­ких финансистов пришли региональные промышленники.

Образование. В каждом обществе элита — одна из наи­более образованных социальных групп. Даже в Брежнев­ские времена, когда элита происходила из низов обще­ства, доля тех, кто имел высшее образование, приближа­лась к ста процентам. Правда, определенная часть номенк­латуры имела лишь высшее партийное или комсомольское образование, обучаясь в системе ВПШ и ВКШ. Бизнес-элита, родившаяся в конце 80-х годов, сразу сформирова­лась из весьма образованных людей. В 1993 г. в ее рядах нахо­дилось 93% тех, кто имел высшее образование. Самыми распространенными специальностями были инженерно-тех­нические (49%). Два высших образования в 1993 г. имели 2,6% предпринимателей; 37,0% были кандидатами и док­торами наук58.

Образовательный уровень предпринимателей к 2001 г. стал еще выше: окончили один вуз 96,9%, более одного вуза — 13,4%. Чаще всего второе высшее образование явля­ется юридическим или экономическим. За восемь лет с 1993 по 2001 г. практически исчезли из крупного бизнеса гума­нитарии: если в первой когорте 1993 г. они составляли 9,4%, то в 2001 г. их осталось менее одного процента.

Среди крупных предпринимателей окончившие инже­нерно-технические вузы по-прежнему составляют большин­ство (таких 53,3 %), но несколько выросла доля экономис­тов и юристов: в 1993 г. — 39,6 %, в 2001 г. — 41,0 % (см. таблицу 15). Приведенные данные об уровне и характере образования предпринимателей свидетельствуют об оши­бочности представления о культурной маргинальное™ этой группы. Анекдотический «новый русский», напоминающий Иванушку-дурачка из русской народной сказки, — персо­наж, порожденный традицией причислять бизнесменов к культурным аутсайдерам общества, пошедшей еще от М.Ве-бера. Крупный бизнес в России конца XX — начала XXI вв. зиждется на людях совсем другого типа — не просто фор­

AHA ТОМИЯ РОССИЙСКОЙ ЭЛИТЫ

Таблица 15. Характер высшего образования бизнес-элиты 1993—2001 гг. (в процентах к численности группы)59

 
Имеют высшее образование 93,0 *96,9
В том числе:
Инженерно-техническое и военное 49,1 53,3
Экономическое и юридическое 39,6 41,0
Прочее гуманитарное 9,4 0,8
Другое 1,9 4,9

мально образованных, но «продвинутых»: знающих иност­ранные языки, много путешествующих, уверенно чувству­ющих себя в Интернете и новых технологиях.

Социально-профессиональный бэкграунд. В 1993 г. в своих исследованиях я фиксировала, что 61% новых предприни­мателей, относящихся к группе бизнес-элиты, ранее рабо­тали в органах власти, причем из них были на партийной работе 13%, на комсомольской — 37%, работали в испол­комах Советов народных депутатов — 4,3%, на номенкла­турных должностях в министерствах и ведомствах — 37%, в других органах власти — 8,6% (см.таблицу 16). Из высшей номенклатуры (то есть с должностей, утверждавшихся По­литбюро ЦК КПСС) пришли в бизнес 5,0%. Надо отме­тить, что даже среди тех 39% предпринимателей, которые никогда не работали в органах власти, многие были вы­ходцами из номенклатурных семей. Так, у 36,8% отцы яв­лялись номенклатурными работниками, а у 18% — матери.

За годы существования в России бизнес-элиты ее со­став и структура существенно изменились, но связь с по­литической элитой советских времен остается по-прежне­му высокой. Так, 28,6% нынешней бизнес-элиты принад­лежали к советской номенклатуре61. Однако если когорта бизнес-элиты образца 1993 г. вышла главным образом из комсомольских структур, то сейчас основным источником

Глава 5. Российская бизнес-элита

Таблица 16. Номенклатурный бэкграунд бизнес-элиты 1993—2001 гг. (в процентах к численности группы)™

 
Бизнес-элита (п=115) (п=126)
Всего из номенклатуры 60,9 28,6
 
В том числе:    
Из комсомольской 37,1 25,0
Из партийной 12,9 13,9
Из советской 4,3 19,4
Из министерской 37,1 41,7
Из другой 8,6

пополнения группы стали министерские работники. Непо­средственно до вхождения в бизнес-элиту члены этой груп­пы были: директорами предприятий (25%), чиновниками (20%), работниками частных коммерческих структур (27%), работниками государственных банков (6%), и др. {си. рису­нок 17).

Другое 22%

Бизнесмен 27%

Чиновник 20%

Директор предприятия 25%

Работник гос. банка 6%

Рисунок 17. Кем был до вхождения в бизнес-элиту

Переход в бизнес для верхушки предпринимателей приходится на два временных отрезка. Бизнесмены «пер­вой волны» пришли в коммерцию в 1988 г.; «вторая волна» была более плавной и растянулась на период 1991 — 1994 гг.

AHA ТОМИЯ РОССИЙСКОЙ ЭЛИТЫ

Предприниматели «первой волны» приходили в бизнес главным образом через структуры «комсомольской эконо­мики» (ЦНТТМ, МЖК, МЦ* и кооперативы) — 40,5% или вновь создаваемые коммерческие банки — 15,5%. По­ловина из них сразу становилась собственниками — 49,2%; 18,1% выступали в роли одного из учредителей; 32,7% на­чинали свою карьеру в бизнесе в качестве наемного работ­ника.

Характер межпрофессиональной мобильности при рож­дении новой буржуазии был вполне предсказуем: работни­ки государственных банков составляли костяк новых бан­киров (88,2%); работники производственной сферы созда­вали частные производственные структуры (42,8%); биз­несмены от номенклатуры не фокусировались на каком-то одном виде бизнеса. Среди новых собственников большин­ство уже имело управленческий опыт в советской системе: среди банкиров таких было 70,9%; среди производствен­ников — 86,9%; среди биржевиков — 65,7%; среди занятых в непроизводственной сфере — 50,0%.

В 1993—1995 гг. наиболее типичной успешной карьерой в бизнесе было создание государственным чиновником фир­мы «под себя», то есть с целью своего перехода в эту струк­туру. Такое «пересаживание» охватывает 56,5% случаев ка­рьеры крупных предпринимателей. Это была одна из наи­более распространенных форм обмена власти на собствен­ность. Вместо принятой в прежней советской системе «дип­ломатической ссылки» появился новый путь ухода в биз­нес. Структуры, созданные таким способом, быстро напол­нялись высокопоставленными отставниками. Как неоднок­ратно рассказывали мне в своих интервью бывшие партий­ные руководители и ответственные работники министерств, в такие фирмы принимались на работу только старые кол­леги, «свои». Такие коммерческие «отстойники» образовы­вались главным образом на базе старых министерств и ве­домств.

Вторым по распространенности способом обмена влас­ти на собственность было делегирование каким-либо госу­

Глава 5. Российская бизнес-элита

дарственным органом полномочий по ведению коммерчес­ких дел своим уполномоченным лицам (около 15% успеш­ных карьер в бизнесе). На руководящие посты в таких но­вых компаниях, созданных при непосредственном содей­ствии госструктур, направлялись молодые люди, не имев­шие прямого отношения к советской номенклатуре или занимавшие в ней низшие должности. Эту группу бизнес­менов мы называем«классом уполномоченных». Разновидно­стью этого же способа было отпочкование новой коммер­ческой структуры от уже существующей «уполномоченной», и создание целого куста аффилированных фирм.

И, наконец, третьим распространенным способом со­здания успешного бизнеса, была приватизация предприя­тие. В большинстве случаев социалистическое предприятия, превращенное в акционерное общество, не меняло или не сразу меняло менеджеров и директор завода оставался на своем посту, став теперь уже не только управляющим, но и собственником своего предприятия. Если для 1993 г. са­мым характерным способом перехода в бизнес было со­здание собственной структуры с использованием служеб­ного положения (56,5% представителей бизнес-элиты), то в 2001 г. основная масса «олигархов» создавала свой соб­ственный бизнес, используя приватизированные предпри­ятия (39%).

В посткризисной России связь бизнеса с властью при­обрела новые черты. Все чаще государственные чиновники после отставки становятся топ-менеджерами в крупных корпорациях. Эта тенденция впервые проявила себя в пе­риод 1992—1993 гг., когда ряд членов правительства пере­шли работать в коммерческие структуры: Петр Авен стал президентом Альфа-банка; Максим Бойко — генеральным директором рекламной группы Video International; Виктор Илюшин — главой холдинга «Газпром-Медиа»; Андрей Козырев — одним из топ-менеджеров американской ком­пании ICN Pharmaceuticals; Владимир Лопухин — прези­дентом консалтинговой фирмы «Вангвард»; Владимир Машиц — президентом Межгосбанка; Петр Мостовой — первым вице-президентом «АЛРОСА»; Юрий Петров — председателем Государственной инвестиционной корпора­ции; Альфред Кох — главой компании «Монтес Аури»;

АНАТОМИЯ РОССИЙСКОЙ ЭЛИТЫ

Владимир Полеванов — вице-президентом инвестицион­ного фонда «Золото России»; Олег Сысуев — вице-прези­дентом Альфа-банка. Впоследствии этот процесс стал мас­совым.

Среди бизнес-элиты 2001 г. до того, как стать членом этой группы, 24,8% были директорами предприятий, 27,4% — бизнесменами, 19,5% — чиновниками, 6,2% — сотрудниками государственных банков. Это говорит о тес­ной связи, которая сложилась между политической элитой России и крупным бизнесом, о взаимопроникающих по­токах мобильности.


Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2022 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7